Терра. Часть 2. Война племен

– Подключаю перевод на субъязык, – ответила незнакомка и почтительно кивнула Терре. – Желаете обновить лингвистическую базу? – тут же спросила она.

– Обновить лингвистическую базу? – повторила Терра.

– Запрос активирован. Загружаю параметры обновления.

– П-п-подождите! – замахала руками Терра и тут же замерла.

Боль в голове, острая, раскалывающая заставила ее согнуться. Шепот тысяч людей, говорящих на разных языках, оглушил ее. Картинки, буквы и слова замелькали перед глазами. Их так много… Так много их… Терра услышала рев. Он показался ей более отчетливым, чем шепот, превратившийся в гомон. Рев становился все громче и громче, пока из груди Терры не вышел весь воздух, и она не замолчала. Вдох. Боль стихла и телом завладела нега. Терра рухнула на пол и стала часто дышать. Считая вздохи, она пыталась сосредоточится на том, что происходит, но не могла. Желание закрыть глаза и уснуть было невозможно победить. Веки Терры медленно закрылись, и она сосчитала последний вдох.

***

Аврора оказалась в шлюзовом отсеке корабля. Взглянув на экран монитора, закрепленного на рукаве ее скафандра, она убедилась, что кислорода ей хватит еще на полтора часа. Нужно было пошевеливаться. Судя по всему, ей предстоит преодолеть еще несколько шлюзовых отсеков перед тем, как она попадет непосредственно на корабль.

– Включить свет! – попросила Аврора.

Рядом засветилась голограмма женщины.

– К сожалению, система энергообеспечения комплекса «Авалон» переведена на аварийный режим работы. Основные источники питания отключены. Следуйте по указателям на стенах.

Аврора присмотрелась к слабо освещенным зеленым стрелкам вокруг.

– Все ясно, – она достала фонарь. – Авалон, разблокируй шлюзовой отсек, пожалуйста.

– Автоматическое открытие дверей гражданскими лицами в действующей зоне карантина запрещено. Возможно открытие дверей в ручном режиме.

– Но, ты же меня сюда как-то впустила?

– Вам был открыт доступ в зону карантина. Любые перемещения в зоне карантина регламентируются протоколом чрезвычайных ситуаций на борту. Согласно пункту 132.17 в зоне карантина автоматическое открытие дверей гражданскими лицами запрещено.

– Я поняла, – буркнула Аврора и подошла к электронному замку у шлюзовой двери.

Погасший монитор не сулил ничего хорошего. Аврора взглянула на огромный вентиль на двери с рукояткой для вращения. Навалившись всем телом, она попыталась прокрутить его, но у нее ничего не получилось.

– Перевод в ручной режим замка двери осуществляется после прохождения идентификации на электронной панели, – пояснила Авалон. – Пожалуйста, приложите четыре пальца правой руки к сенсорному экрану.

– Ты что, издеваешься? – зашипела Аврора. – Ручной режим подразумевает открытие дверей вручную! Причем здесь идентификация?

– Пункт 132.18 протокола чрезвычайных ситуаций на борту предписывает прохождение идентификации личности для получения допуска к разблокировке двери вручную.

Аврора застонала и повисла на вентиле.

– Во-первых, сенсорный экран не работает. А во-вторых – на мне скафандр, который нельзя снимать! Как по-твоему я могу пройти идентификацию по отпечаткам пальцев?! – закричала Аврора и ударила ногой в дверь.

– В случае невозможности прохождения идентификации по отпечаткам пальцев, вы можете пройти идентификацию путем сканирования сетчатки глаз.

– Сканируй! – приказала Аврора.

– Для этой процедуры вам придется снять шлем вашего скафандра.

– Ты издеваешься, не так ли? – захрипела Аврора.

Голограмма молча смотрела на нее.

– Я не могу снять с себя скафандр! Ты это понимаешь или нет?

– В случае невозможности пройди идентификацию путем сканирования сетчатки глаз или сканирования отпечатков пальцев, вы можете быть опознаны путем биометрического сканирования. Однако полное биометрическое сканирование вашего тела, проведенное более шести раз в сутки, может привести к необратимой мутации эмбриона на ранних сроках беременности.

– А причем здесь это? – разозлилась Аврора.

– Учитывая ваше физиологическое состояние, Авалон предлагает вам заменить полное биометрическое сканирование тела на идентификацию по отпечаткам пальцев или сканированию сетчатки глаз.

– И что не так с моим физиологическим состоянием? – засмеялась Аврора и присела на пол, цепляясь руками за злосчастный вентиль на шлюзовой двери.

– Беременность в сроке до семи дней. Имплантация эмбриона в стенку матки не завершена. Высокий риск спонтанного аборта.

Аврора стала смеяться еще громче.

– Психоэмоциональные и физические перегрузки вам противопоказаны. Пожалуйста, обратитесь к своему лечащему врачу как можно быстрее. Если у вас нет лечащего врача, мы можем предоставить консультацию специалиста на борту Авалона после выхода персонала из состояния гибернации.

– Не стоит, – покачала головой Аврора. – Я обращусь к своему лечащему врачу. Если мы оба выживем, конечно…

– Я фиксирую неустойчивое эмоци…

– Да заткнись ты уже! – прокричала Аврора. – Лучше помоги задачку решить! Как идентифицировать личность, если сенсорная панель не работает и мне нельзя снять скафандр?

– Пройдите биометрическое сканирование тела. Однако предупреждаю, что…

– Уйди! – гаркнула Аврора.

– Извините, если…

– Исчезни! Сейчас же!

– Как прикажете, – улыбнулась голограмма и исчезла.

Аврора сняла с плеч сумку и продолжила бурчать:

– Дебилы… Зачем идентифицироваться каждый раз, чтобы вручную открыть дверь? Сканирование они предлагают. А если нельзя? А если ты в скафандре да еще и беременна к тому же?

Аврора достала из сумки аккумулятор и подошла к сенсорной панели электронного замка.

– Ну что ж, Гелиан. Воспользуемся твоими дарами…

Выдрав из стены сенсорную панель, Аврора подсветила фонарем провода.

– Синий и желтый…

Как только Аврора присоединила провода к аккумулятору, щиток под панелью заискрил. Глухой щелчок возвестил о том, что пора вращать вентиль. Припав к нему, она попыталась сделать рывок, но сил не хватало. Рычаг. Нужен был рычаг. Аврора бросилась к сумке и достала лопатку с короткой деревянной ручкой. Времени оставалось мало. Через секунд десять система перезагрузится, и тогда придется все начать сначала.

Рывок – и вентиль поддался. Раскрутив его, она открыла дверь и оказалась в следующем шлюзовом отсеке.

– Твою мать! Да сколько же их здесь?!

***

– Система XX-9315, вы слышите меня?

Терра отмахнулась рукой от странного видения и повернулась на бок.

– Система XX-9315, вы слышите меня?

– А? – Терра резко присела и вновь уставилась на женщину в светящемся белом костюме. – Кто вы?

– Операционная система комплекса «Авалон» приветствует вас.

– Ты – компьютер?

– Я искусственно созданная интеллектуальная операционная система.

– Искусственный разум?

– Мои возможности в самообразовании и саморазвитии ограничены. Я действую согласно предписанным протоколам.

– А нарушать их можешь? – прищурилась Терра.

– Нет, – покачала головой Авалон.

– Ты назвала меня странным именем.

– Ваш позывной, зарегистрированный в моей базе, XX-9315.

– И что означает этот позывной?

– Ваше имя, разумеется, – улыбнулась Авалон.

– Допустим, – вздохнула Терра. – А где я вообще нахожусь?

– Определить ваше точное местоположение на данный момент не представляется возможным. Доступ к информации заблокирован.

– Кем заблокирован?

– Системой XY – 7582.

– То есть, ты тоже не знаешь, где находишься? – улыбнулась Терра.

– Я нахожусь на комплексе Авалон. В данный момент я общаюсь с вашей проекцией здесь, однако, истинное местоположение, откуда на станцию отправлен сигнал, в данный момент я определить не могу.

– Моя проекция? – переспросила Терра.

– Загрузить данные о работе проекционного-голографического оборудования?

– Нет-нет! – повысила тон Терра и подняла руки вверх. – Больше ничего загружать мы не будем!

– Как прикажете, – кивнула Авалон.

– Ты что-нибудь знаешь о моих спутниках?

– Уточните запрос, пожалуйста?

– Люди, с которыми я была?

– Уточните запрос, пожалуйста?

– Гелиан Птахов, Анна Птахова, Радомир Птахов, Аврора Реброва?

– Нет. О людях, имена которых вы перечислили, мне ничего не известно.

– На этом комплексе есть выжившие? – зашла с другого конца Терра.

– Да. Три тысячи сто два человека находятся в состоянии гибернации и один человек в сознании.

– Кто в сознании?

– Джослин Минерва.

– Где она! – встрепенулась Терра и встала на ноги.

– Вы желаете, чтобы я провела вас к ней?

– Да, желаю!

– Следуйте за мной, – кивнула Авалон и исчезла.

Терра осталась стоять на месте. В полумраке обитого железом помещения, теперь светилась она одна. Терра подняла руки и внимательно себя осмотрела. На ней были все те же штаны и рубаха, в которых она уснула в пещере.

Перед Террой вновь появилась Авалон.

– Простите, вам необходимо загрузить параметры перемещения.

– Черт…

– Загрузить данные?

– Загружай!

Терра зажмурилась, приготовившись к боли, но ничего особенного не произошло. Лишь в глазах свет какой-то замелькал.

– Параметры загружены. Следуйте за мной.

Перед Террой раскинулась план-схема корабля. Картинка перед глазами исчезла, сменяясь какими-то бликами зеленого света, а затем вновь появилась.

Терра осмотрелась. Она стояла в каком-то просторном помещении, где по сторонам висели скафандры, такие же, какой Гелиан отдал Авроре. Позади послышались глухие толчки. Терра обернулась и уставилась на большую круглую дверь. Та со скрипом отворилась. Секунды задержки и в проеме возникла Аврора.

Терра не могла поверить своим глазам. Вот она! Аврора жива! И Терра видит ее!

– Аврора? – позвала Терра.

Та заметила ее и замерла. В глазах – изумление и ужас. Терра улыбнулась Авроре и бросилась к ней. Раскинув руки, она хотела обнять ее в этом гигантском скафандре, но, почему-то, пролетела мимо и оказалась в другом помещении.

– Терра? – позвала ее Аврора.

– Загрузить данные о работе проекционно-голографического оборудования! – прокричала Терра в ответ.

– Загружаю, – произнесла Авалон.

– Твою ж мать… – ругнулась Аврора.

– Загрузить данные о строении комплекса и перевозимом грузе! – громко попросила Терра.

– Загружаю.

– Данные о работе оборудования на комплексе.

– Загружаю.

– Данные об управлении комплексом.

– Загружаю.

Голова у Терры начала кружиться. Руки и ноги стали трястись.

– Данные медицинских и лабораторных исследований.

– Предупреждение! Опасность десинхронизации системы XX-9315.

– Загружай данные! – повторила Терра.

– Загружаю.

Терра ощутила, как по телу бьет судорога.

– Остановись! – кричал чей-то голос вдалеке.

Лицо матери появилось перед глазами и исчезло. Отец. Шанталь. Лиса. Прокофья. Гелиан. Анна. Образы всех, кого она знала, стали мелькать перед глазами и исчезать.

– Внимание! – сообщил Авалон. – Опасность десинхронизации системы XX-9315. Возможна потеря данных.

– Загрузить данные бортовых журналов комплекса, – еле ворочая языком, приказала Терра.

– Предупреждение! Опасность десинхронизации системы…

– Загружай!!! – заревела Терра и рухнула на колени.

– Загружаю.

– Терра, – тихо позвала Аврора и протянула к ней руку. – Пожалуйста, остановись…

Но Терра ее уже не слышала. Судороги охватили все тело и изо рта пошла пена.

***

– Отключай!!! – кричал Август, пытаясь удержать бьющееся в судорогах тело на столе. – Отключай ее!!!

– Не могу, – спокойно ответил Кенерия. – Экстренное прерывание синхронизации с системой может привести к декортикации и полной потери личности.

– Хочешь сказать, что она может лишиться мозгов? – кричал Август.

– Не может, а лишиться их, если я прерву синхронизацию сейчас.

– Ты не говорил о таких побочных эффектах!

– Ты никогда не спрашивал меня об этом. Загрузка слишком больших объемов данных за короткий промежуток времени может привести к десинхронизации работы нервной системы рекомбинанта. В таких случаях возможны потери данных воспоминаний личности и замена их вновь загруженными пакетами информации. Десинхронизация не убьет ее, а вот экстренное прерывание синхронизации с операционной системой комплекса может превратить ее в бесполезный овощ. Выбирайте: живой рекомбинант или, скажем, огурец?

– Отойдите от нее, – произнес Гелиан и взглянул на Августа. – Все отойдите от нее, – повторил он.

Кенерия, Август и Хейли отступили от содрогающегося на столе тела Терры.

– Она нужна нам живой, – произнес Гелиан, пытаясь зафиксировать ее голову, чтобы она не билась ей. – Я же просил вас ничего с ней не делать. Просил не подключать к системе без моего ведома.

– Это бы ничего не изменило, – ответил Кенерия.

– Я бы подготовил ее к этому! – закричал Гелиан.

– Она провела в твоем поселении около трех недель. И ты ни к чему не смог ее подготовить.

– Не было времени. Сказать человеку, что он не совсем человек – не просто!

– Проще, чем ты думаешь, – улыбнулся в ответ Кенерия. – Август дал тебе четкие инструкции, когда уходил в поход. Нет нашей вины в том, что столько лет ты потратил впустую.

– Ты ублюдок! – заревел Гелиан.

– Признайся лучше, что ты никогда не верил, что Август вернется. Видел бы ты свое лицо, когда взглянул на меня! – захохотал Кенерия.

– Вы усыпили нас газом и приволокли на мой корабль. И пока остальные спали, вы забрали ее и синхронизировали с Авалоном. Ты пришел разбудить меня и представиться, а я все не мог понять, почему с твоего надменного рекомбинантного лица не сходит улыбка. А потом ты привел меня сюда. И отошел в сторону, чтобы понаблюдать за моей реакцией, когда я увижу свою жену и пойму, что ты с ней сделал. Думаешь, все это сойдет тебе с рук?

– Мне плевать, если честно, – пожал плечами Кенерия. – Два рекомбинанта – лучше, чем один. Когда она проснется, вся эта мирская суета и эмоции, которым вы, люди, так подвластны, останется для нее позади. Она поймет, кто она и на что способна. И вот тогда, дорогой муж, тебе воздастся по заслугам.

– Ты по себе судишь? – прищурился Гелиан, глядя на упыря с фиолетовыми глазами. – Или эта мания величия – все человеческое, что в тебе осталось?

Кенерия захохотал так громко, что остальные пригнулись.

– Щенок огрызается? – Кенерия взглянул на двух охранников, застывших в дверях и указал на Гелиана. – Выведите его отсюда.

– Ты не посмеешь, – прошептал Август.

– Посадить под замок, как остальных. Немедленно!

Терра перестала биться в судорогах и расслабилась. Гелиан погладил ее по сбившимся волосам и поцеловал в лоб.

– Прости меня. Я…

Руки завели за спину, и он не сопротивлялся. Магнитные браслеты сковали плечи и запястья.

– Она еще удивит тебя, – произнес Гелиан перед тем, как его вывели за дверь.

– Не сомневаюсь! – прокричал ему в спину Кенерия.

***

Когда его завели в комнату, мать и Радомир уже проснулись. Их пристегнули браслетами к специальным кольцам на стенах. Гелиана ждала та же участь.

– Сынок? Что случилось! Где мы?

– Все в порядке, мама. Нас недолго здесь продержат.

Радомир подозрительно молчал, осматривая с головы до пят провожатых Гелиана.

– Когда обедать будем? – наконец, спросил он у одного из охранников.

– Когда еду принесут, тогда и будете, – ответил один из них.

Гелиану, в отличие от остальных, пристегнули к кольцу обе руки.

– А с туалетом что? – продолжал спрашивать Радомир.

– Под себя, – коротко ответил охранник и улыбнулся.

– Убирать потом ты будешь?

Охранник резко развернулся, но другой одернул его и указал на дверь.

– Я с тобой еще разберусь, – пообещал обиженный напоследок.

– Что происходит? – обратился Радомир к Гелиану.

– Нас газом усыпили и приволокли на мой корабль.

– Август?

– Его союзники-предки, я бы так выразился.

Радомир и мама переглянулись.

– Вы не ошиблись, он разбудил предков. И среди тех, кого он разбудил, есть рекомбинант.

– Рекомбинант? – переспросила мама. – Кто это «рекомбинант»?

– Человек с внедренным в него искусственным интеллектом. Один укол в родничок младенца – и миллионы наномашин внедряются в его центральную нервную систему, растут вместе с ней и создают свою информационную сеть, интегрированную с мозгом и работающую вместе с ним. Если рекомбинант не умирает в младенчестве от осложнений этой процедуры, при достижении возраста шестнадцати лет его синхронизируют с операционной системой компьютера и с этого момента он перестает быть человеком. Предки описывали рекомбинантов как полулюдей. Их сверхвозможности и достижения затмевали эмоциональную составляющую личности. Чем больше рекомбинант проводил времени в синхронизации с операционной системой компьютера, тем больше уподоблялся машине.

– Значит, рекомбинант – это получеловек-полумашина? – спросила мама.

– Нет. Это человек с внедренным в него искусственным интеллектом, который по своим возможностям превосходит обычного человека.

– Зачем Август разбудил этого рекомбинанта?

– Боюсь, об этом стоит спросить самого Августа.

– Где Терра? Почему они держат ее отдельно?

Гелиан с какой-то грустью взглянул на мать и отвернулся:

– Терру синхронизировали с операционной системой Авалона. Теперь она стала полноценным рекомбинантом.

Молчание длилось недолго.

– Ты в своем уме? – прошептал Радомир. – Ты… вообще… о чем говоришь?

– Это ты словно вчера родился! – сорвался на крик Гелиан. – Фиолетовые глаза! Абсолютная память! Быстрое обучение новым навыкам! Приспосабливаемость! Только желудок ее подвел, а в остальном она была бы идеальна! Но самый основной и верный признак – это цвет глаз. Фиолетовыми они становятся после внедрения наномашин в роговицу глаз.

– То есть, ты с самого начала все знал? – прошептал изумленный Радомир.

– О том, что в роду Стелларов есть рекомбинант, мне поведал Август. «Одна из них – дочь ненавистного рода», – сказал он. «Ты ее узнаешь». Конечно, при первой же встрече я определил, кто именно из дочерей Стелларов рекомбинант.

– Одна из них? – не понял Радомир. – Их было несколько?

– Трое. Два года назад от лихорадки умерла первая девушка. Этой зимой вторая погибла во время родов. Осталась одна Терра. И ее нужно было забрать у Стелларов.

– Ты знал всех троих?

– Да. Семьи двух девочек ушли с нами в изгнание. Август присматривал за ними. Обе в наше поселение переехали. Но не повезло.

– Господи, – прошептала мама.

– Я не верил, что Август вернется. Но в рекомбинантах и их способностях не сомневался. Терра всегда была лучшей из троих. Думаю, этому способствовали условия ее существования. Хорошее питание, обучение с ранних лет, вседозволенность в каком-то смысле. Когда она осталась одна – времени тянуть дальше у меня не осталось. Я должен был действовать.

– И ты женился на ней, чтобы забрать из дому, – произнесла мама.

– Да.

– Но, зачем тебе рекомбинант?

Дверь в комнату открылась и в нее вошел Август. На нем не было магнитных кандалов и ему в спину охранники не дышали. Август обвел взглядом всех присутствующих и присел у стены напротив Анны.

– Живой рекомбинант нужен для того, – произнес он, – чтобы запустить терраформирование и закончить преобразование этой планеты в пригодную для существования человека.

– Это ты их создал, не так ли? – сдавленно спросила мать.

– Я, – кивнул Август и взглянул на Гелиана. – Ты все сделал правильно. Не стоит себя винить.

– Кто сказал, что я виню себя? – хмыкнул Гелиан.

– Ты знал, что ответственность за их судьбу я возложил на твои плечи. Ты понимал, что без них нам не выжить. Ты потерял двоих. Осталась Терра. Теперь она с нами. И только от тебя зависит, станет она нам помогать или нет.

Гелиан улыбнулся и взглянул на Августа:

– А если не станет?

– Если не станет, ты сделаешь все для того, чтобы она изменила решение.

Гелиан отвел взгляд в сторону, продолжая улыбаться.

– Инициация может не оставить от ее прежней личности ничего. Она даже имя свое может забыть.

– Инициация? – переспросила мать.

– Процедура первой синхронизации рекомбинанта с информационной системой называется «инициация», – пояснил Август.

– Что ты сделал с этими детьми, – прошептала мама. – Что ты сделал с Террой?

– Я раздобыл прибор и принес его с собой из похода. За годы, которые мы просидели взаперти, батарея прибора практически разрядилась. Я должен был действовать. Единственный человек, который мог подобраться к новорожденным и сделать им укол, была Прокофья. В те три дня в поселке родилось четверо детей. Один мальчик и три девочки. Мальчик умер спустя две недели после инъекции от реакции отторжения. А девочки выжили. Терра Стеллар была одной из них. Просто совпало. Ничего личного.

– И с чего бы это Прокофье помогать тебе? – спросила мама.

– Эту историю я расскажу тебе в другой раз.

– Так, каков был план? – поинтересовался Радомир. – У вас были рекомбинанты и Аврора. Каким образом вы собирались их использовать?

Гелиан взглянул на брата и тяжело вздохнул.

– Планов было много, – ответил он. – Все заканчивались одинаково: рекомбинант запускает систему терраформирования. Мы надеемся, что терраформирование можно запустить с Авалона. Аврора в данный момент претворяет один из запасных планов в жизнь: ищет элементы питания.

– Так, на хрена нам элементы питания, если Терра может запустить терраформирование? – повысил голос Радомир.

Август улыбнулся вопросу Радомира и ответил за Гелиана:

– А где гарантии, что Терра сможет запустить процедуру с Авалона? Элементы питания позволят прожить человечеству на этой планете еще лет четыреста.

– То есть, вы даже не уверены, что терраформирование возможно провести? – переспросил Радомир.

– Не уверены, что его можно провести с Авалона, – добавил Гелиан.

– Откуда еще, тогда?

Август и Гелиан переглянулись.

– Да бросьте вы! – закричал Радомир. – Аврора жизнью сейчас рискует, а вы молчать продолжаете?

– Каждое из поселений, – произнес Гелиан, – своего рода часть устройства для преобразования климата планеты. Пять поселений были возведены определенным образом на определенном расстоянии друг от друга. Вместе они образуют ромб с центром на возвышенности посередине.

– Хочешь сказать, что все дороги ведут к секрету предков Стелларов?

– Поселение находится в центре ромба. Орбитальная станция, которая доставила сюда предков и оборудование, с которой предки на своих кораблях спустились вниз, вращалась по стационарной орбите. В любое время суток она была расположена точно над поселением Стелларов.

– А на этой станции есть кто живой? – поинтересовался Радомир.

– Станции больше нет. Она рухнула на землю лет четыреста назад… – ответил Август.

– Зачем ты разбудил предков? – спросила мама. – Они могли быть больны черным крапом! Они способны на все, что угодно! Зачем ты так рискнул?

– Не стоит меня за дурака принимать! – гаркнул Август. – Без предков и их знаний нам не выжить на этой планете. Я создал трех рекомбинантов. Но гарантий, что мы сможем с их помощью хоть что-нибудь сделать, не было. Чутье не подвело меня. Две девочки мертвы. Теперь у нас есть Хейли, Кенерия и люди, которые верой и правдой служили им обоим. Они помогут нам.

– Хороши помощники! – мама указала свободной рукой на магнитный браслет, которым была пристегнута к стене. – Тебе не кажется, что ты вымостил дорожку в ад?

– Если бы я не нашел и не разбудил Хейли, она никогда бы не привела меня к Кенерии. А без Кенерии мы бы никогда не добрались до Авалона и элементов питания.

– Кто такие эти Хейли и Кенерия? – спросила мама.

– Хейли была лидером повстанцев. Ее схватили и погрузили в камеру гибернации. Они хотели казнить ее здесь, на новой планете, чтобы остальным, кто подумывал переметнуться на сторону сопротивления, стало ясно: власть правительства распространяется на все колонии землян без исключения. Кенерия был ее правой рукой. Как рекомбинант он обеспечивал поддержку сопротивления со стороны беглых рекомбинантов. Он их возглавлял. Его приговорили к смерти вместе с Хейли. Показательные казни должны были состояться после завершения процедуры терраформирования.

– Сопротивление… – задумчиво произнес Радомир. – Они сражались против правительства предков?

– Правительство предков установило тотальный контроль над жизнью людей во всех колониях. Военная диктатура, так это называется. Контроль рождаемости, контроль численности населения. В семье законен только первый ребенок. Остальные дети должны быть переданы в приюты, где им ставили пробу на носительство наномашин. Если ребенок выживал, его растили в закрытых заведениях, а по достижению им шестнадцати лет проводили процедуру инициации. Их синхронизировали с операционной системой и создавали полноценных рекомбинантов. После инициации ребенок терял память, многие из детей вовсе не выживали. Эти рекомбинанты работали на правительство. Им было запрещено воспитывать собственных детей или усыновлять чужих. Постепенно женщины вообще стали отказываться рожать. И тогда правительство предков выпустило новый закон и запретило аборты. Система поставила людей на колени, и сама породила тех, кто был не согласен жить по таким правилам дальше. Так зародилось сопротивление, так началась война между предками.