Выбор себя…

С этого дня я и мои одноклассники стали избегать друг друга. Я замкнулась в себе, сидела одна за своей парты, на переменах придумывала себе игры, ждала, когда же закончатся уроки и я пойду домой. Там ждали меня мои самые лучшие близкие люди, ждали друзья животные: кошки, собака, козы… А животные меня любили. Я постоянно приводила за собой или приносила кошек и собак, пыталась их вылечить, если они были больны. Не знаю почему, но ко мне липли все бездомные кошки и собаки, а я оставить их не могла на произвол судьбы… Так я притащила из сгоревшего дома щенка. Его мать примерзла к полу и не могла освободиться. Кто-то из соседей приносил ей еду… Она продолжала кормить своих четырех малышей, но было видно, что делает это из последних сил… Я долго уговаривала деда, ведь именно он был главным в нашем доме:

– Дедушка! Там щенки вообще то овчарки, ну правда, я же разбираюсь! Они умрут! Ну последний раз возьмем, больше правда никаких собак приводить не буду! Ну пожалуйста! – Упрашивала я.

– Ладно, неси свою овчарку, кто там мальчики или девочка?

– Я мальчика принесу! Обещаю!

Со всех ног я бросилась бежать за своим новым другом. Довольная счастливая с гордым видом, в сопровождении друзей пацанов со своей улицы, я несла щенка. Недавно я посмотрела фильм «Алые паруса», он мне очень понравился. Щенка назову Грей. Дед взял щенка, перевернул, засмеялся и сказал:

– А это точно не Грей, эта девочка.

Щенок оказался сукой. Так у меня появилась четвероногая подруга «Грея». Больше я собак в дом не носила. С кошками было проще, всегда могла сказать: это наверно соседская зашла… Дедушка с бабушкой понимали, что я вру, но не ругали меня. Все почему-то думали, что я стану ветеринарным врачом, когда вырасту.

Помню, как на чердаке дедушка с бабушкой сушили солёное мясо. Я периодически воровато поднималась туда, и срезала по маленькому кусочку это неповторимое чудо мясо. Когда близкие обнаружили пропажу, я сказала: – я видела, как мыши лазили и ели… и мне верили. Сейчас я понимаю, что все знали кто съел мясо, но делали вид что соглашались с версией про мышей.

Про мышей. Помню, как в доме завелось очень много мышей. Не помогали ни мышеловки, ни отрава. И тут на помощь пришли мои подобранные кошки, вывели почти всех. Одна из кошек была прилично беременна, остальные разбрелись по улице. Я пошла набирать из бочки комбикорм для свиней и увидела на ее дне маленьких мышат. Сказала об этом маме. Мама принесла беременную кошку и посадила в бочку, в надежде, что она съест этих мышат, сверху не плотно прикрыла крышкой. Прошло около часа, мы решили выпустить кошку, думая о том, что она уже всех их съела. Я до этого момента никогда не видела. как плачут кошки. Ее глаза были не просто с капельками слезинок, там бежали ручьи слез. Она не смогла съесть этих малышей. Я была поражена, сама расплакалась на пару с кошкой, забрала ее и ушла в дом.

Конец января. Мамин друг привёз мне конфеты – пастила. Я такого никогда не ела, прячу, ем по две конфеты в день. А ещё привёз пластиковую, прозрачную линейку с рыбками. Никогда ни у кого такой не видела. Вот в школу пойду – возьму с собой.

Перемена. Подходит мальчик из класса, берет линейку, рассматривает. Я прошу положить на место. Он дразнится, смеётся надо мной, берет и… ломает линейку на две половинки перед моим лицом. Я рыдаю, начинаю задыхаться, мне не хватает воздуха. А он стоит передо мной и продолжает смеяться и издеваться. Всё как в тумане, я задыхаюсь, то ли от обиды то ли от боли и злости. Кричу ему:

– Чтоб ты сдох! – И продолжаю рыдать…

В выходные мальчик погиб, задохнулся в сугробе… Он прыгал с друзьями с крыши своего частного дома, приземлился в снежный сугроб вниз головой. Друзья испугались и убежали. Вечером родители обнаружили его, мама чуть не сошла с ума, после этого горя они продали дом и уехали… Я не знаю, почему ребята не сказали своим родителям, не попытались помочь выбраться, для меня это останется загадкой навсегда. Но тот шок, который я тогда испытала, не забуду никогда. В более взрослом возрасте, я поняла, что иногда предчувствую события, но не могу понять, что это, а когда происходит ситуация, понимаю знала, что это случится. Вначале думала, все происходит из-за моих слов, обид… Но сейчас знаю, что это судьба. Судьба конкретного человека.

Лето.

Начало каникул. Гуляя по берегу реки, мы с ребятам нашли куклу, прибитую волнами реки к берегу. Может быть и не куклу. Она какая-то мягкая, очень похожа на пупса, но такой интересный точь-в-точь как маленький человечек… позвали взрослых. Приехала милиция. Оказалось, мы нашли новорождённого ребёнка, который погиб… В этом году я не смогла плавать и купаться в этом месте после пришествия. Со временем стало казаться, что это было не со мной, просто приснился сон и всё. Память интересная вещь, что-то забывается со временем, что-то всплывает неожиданно во всех красках и подробностях.

После этого случая меня отправили в деревню, к тёте Юле. Там я была счастлива: дружила с местными девчонками и мальчишками. Мы бегали, играли, ходили по грибы и ягоды, купались и загорали, ходили со взрослыми пасти коров, ездили на сенокос. Конечно, помогали по хозяйству в силу своих возможностей, это был не город, а посёлок, почти деревня и у всех там были обязанности по хозяйству. Меня там не обижали, любили со мной играть, дружить. Ждали, когда я приеду радовались как родной. В учебное время мы с ребятами писали друг другу письма. На тот момент не было интернета, компьютеров, сотовых телефонов. Современным детям не понять, как мы ждали эти письма и новости, которые передавали друг другу через них… Вся боль, проблемы с одноклассниками уходили на задний план, там я была другая, свободная, весёлая девчонка без комплексов и страха. Такой меня запомнили…

Двоюродный брат брал меня кататься молоковозе. Разница в возрасте была приличной, его дети, мои племянники были младше меня: Роман на два года, Денис на девять лет. Поэтому, между нами, очень часто возникали войны по поводу того, кто поедет с Аркадием на молоковозе. Когда я ездила с братом, любовалась на нескончаемые поля, раньше все они были засеяны, если не засеяны, то просто отдыхали. Где-то росла Кормовая кукуруза или просто были сенокосные поля. Я любила выходить из машины, слушать мычание коров, стрекот кузнечиков и стрекоз. Потом мы ехали на сырзавод, сдавать и сливать молоко… С тетей Юлей, дядей Ваней и их сыновьями и внуками ездили на сенокос, иногда мне доверяли переворачивать сено, потом я шла в ближайшие перелески и собирала грибы. Помнится один случай, когда насобирала полный бидон обабков, отошла немного в сторону, вернулась и увидела, что все грибы раздавлены. Маленький Денис специально их раздавил в отместку мне, я разозлилась и ударила его этим бидоном по голове. Естественно, мне влетело. Были случаи, когда я племянников жалила крапивой, дралась с ними. Но все же приятных воспоминаний было больше. Помню, как мы сними играли в прятки в поле с кукурузой, ходили на речку, по грибы и ягоды, пасли коров и овец… Вечерами с ребятами бежали к клубу заглядывали в окна и мечтали о том времени, когда вырастем и будем ходить на дискотеку. Лето в деревне прилетало быстро, пора возвращаться.

Дома меня ждал неприятный сюрприз. Дедушка заболел, его ранения дали о себе знать, опухла нога. На ней появилась язвочка… Гангрена. Врачи рекомендовали ампутировать нижнюю часть ноги, дед отказался.

Конкурс осенних подделок. Ура! Моя одна из самых лучших. Третье место. Я счастлива… Со мной начинает общаться Ирина и Оксана. Это другая Оксана, та с которой мы дружили, уехала из нашего района ещё в прошлом году после Новогодних каникул. У нас с девчонками появились свои секреты…

Урок математики. На сегодня последний. Сейчас решу задачу и пойду домой. Галина Степановна сказала, кто решит – свободен, я решила второй, первая – наша отличница Ирина, сейчас у неё проверят, за ней я пойду. Блин, сколько можно ждать, я тяну руку, а меня не вызывают! Ну наконец-то, все пошла.

– У тебя ошибка ответ неправильный. Иди решай по новой – сказала Галина Степановна.

Хорошо сейчас попробую по-другому решить. Нет, ответ тот же, пойду покажу ещё раз.

Ну как так-то, я уже три решения нашла, всегда один и тот же ответ выходит. Я сидела и молча глотала слёзы, все уже ушли по домам, а я всё сидела решала и решала эту задачу… Наконец-то Галина Степановна смилостивилась, позвала меня к себе чтобы помочь с решением задачи. Она молча проверила мои решения, потом посмотрел на меня и сказала:

– Иди домой.

И все? Так просто? Ни слова о том, где я ошиблась в решении?

В этот день я не поняла, что произошло, но на следующий день стало ясно…

– Ребята, вы все вчера решали задачу неправильно. Поэтому сегодня разберём по новой…

Так вот в чем дело, я вчера решила все правильно, но мне Галина Степанова не сказала. Все ушли по домам, списали у нашей отличницы, учительница даже не проверила решение, положилась на её знание. После такого урока я сделал свой вывод, буду списывать у кого-нибудь чтобы ответы были как у всех. Смысл решать самой? Понимаю, чтобы вывод был ошибочный. Но это мой опыт, который в будущем принёс неутешительный результат: я слишком сильно отстала в знаниях по математике, потеряла интерес к точным наукам. Зато у меня появился литературный талант. Я стала писать стихи.

Зима. Каникулы. Как я любила это время, особенно Новый год. Перед праздником дедушка Егор как Ветеран Великой Отечественной Войны получала праздничный набор: сгущёнку конфеты и мандарины… Этот запах мандарин я не забуду никогда. Запах праздника. Запах ёлки на Новый год. Игрушки: часть стеклянных очень дорогих по тем временам для меня да сейчас тоже, часть делали мы сами, это фонарики и гирлянды из цветной бумаги я не забуду никогда. Ночь, бой курантов на экране чёрно-белого телевизора: все это вспоминается слегка с грустной улыбкой. В то время была счастлива, счастлива со своими самыми родными близкими людьми: мамой, бабушкой и дедушкой. Казалось, весь мир помещался в этом деревянном тёплым доме, благополучие селилось рядом с нами. Все плохое уходило на задний план и пусть у меня не было папы, дедушка заменил мне десять пап.

Пусть мама почти всегда была на работе, она работала на двух работах, рядом была бабушка, которая учила меня многому: вязать прясть, показала, как вышивать, как ткать половики… Я наблюдала как она готовит, нередко и сама ей помогала. Училась всему по хозяйству. Даже умела доить коз… Бабушка Матрёна была моей подружкой. Я часто просила поиграть со мной. Например, была такая игра: прыгать через резинку. Мы натягивали резинку на ножки стула бабушка садилась на него и занималась вязанием, а другую часть резинки я просовывала под ножки обеденного стола и начинала прыгать, тренироваться. В результате, в школе на перемене я прыгала через резинку почти лучше всех девочек в классе. Меня уже не так сильно обижали в школе, но друзей всё равно было очень мало. Так получилось, что весь класс был разбит на маленькие группы и группировки, которые периодически объединялись рассыпались, потом вновь образовывались. Одним словом, класс был не дружный. Не надо думать, что я одна была изгоем в классе. Кроме меня ещё несколько ребят было из неблагополучных семей. Им также доставалось от Галины Степановны по первое число. Помню один яркий случай. Мы пришли после весенних каникул в школу и увидели в окне: на дереве, на уровне окон нашего класса подвешенный труп человека. Прямо перед нами была жуткая картина: одежда была одного из мальчиков нашего класса, который в это время отсутствовал в классе. Урок был сорван и не только в нашем классе, но и в трёх других, из окон которых была видна эта картина. Оказалось, два наших мальчика из неблагополучных так называемых семей, ночью сделали чучело ребёнка и повесили его на дерево. Отвернув лицом от школы. Это была месть Галине Степановне за двойку у одного из ребят. Он специально в этот день опоздал в школу на два урока. Мог себе позволить, был тоже не в почёте у классного руководителя. Получилось так правдоподобно, что одной из учительниц пришлось вызывать врача. Шалости виде кнопок на стульях, записок на спине, ниточек на плече у девочек, которые можно дернуть, и юбка взлетит вверх можно не описывать их было очень-очень много. Класс веселился как мог.

В какой-то из дней я вернулась из школы с кучей двоек в дневнике, не помню, что конкретно тогда произошло, но дедушка Егор решил меня отругать, поставить на место. Ну как бывает в этом возрасте, мы же самые умные почти взрослые, я начала хамить и выбежала на улицу. Он вышел за мной продолжая отчитывать. Тогда я, отбежав на безопасное расстояние развернулась и крикнула:

– А не пошёл бы ты, дедушка на ху(тор бабочек ловить)!

Естественно, с материлась и запустила в него стеклянный майонезный банкой. Я был в шоке от своей наглости и смелости.

– Ну придёшь ты домой. Поговорим. Сказал дедушка.

Помню вернулась очень поздно вечером. Я так и не попросила прощения у дедушки, я ведь гордая была, считала себя правой и взрослой. Много лет не могла простить себе этот поступок. Надеюсь, дедушка меня простил тогда…

Через несколько месяцев дедушка слёг и уже не вставал. Бабушка часто украдкой плакала, но деду никогда не показывала своих переживаний. В начале весны дедушке вручили ордер на однокомнатную квартиру как Ветерану Великой Отечественной Войны. Дедушка сказал:

– Ну всё, дождался. Квартиру тебе Наталья, как единственной внучке, девочке в Роду завещаю, вырастешь – будет твоя.

– Хорошо, спасибо. Я поняла дедушка. – Ответила я.

Сразу в голове появились мысли о том, как мы переедем туда жить, я пойду в другую школу, где меня никто не знает. Будет новая жизнь со всеми удобствами: горячая и холодная вода, ванная, туалет…

В начале мая дедушка уже не вставал, постоянно бредил. Бабушка почти не отходила от него. 9 мая, один из любимых праздников Дедушки, а точнее он только его и признавал. Лишь на мгновение пришел в себя, порадовался что дожил. Я много раз до этого пыталась расспросить у него про войну, но дед ничего не рассказывал, не мог, слишком тяжело было вспоминать.

В конце мая, я убирала в хлеву у коз и овец. Пришла мама и сказала

– Дедушка умер.

Я зарыдала, кричала:

– Неправда! Он вчера вставал ходил и ел суп!

– Так бывает перед смертью. Он умер.

Не знаю, что это было, упрямство или привычка доводить все до конца. Но я не побежала домой, а продолжила чистить хлев и только когда закончила, отправилась в дом. Дедушка лежал на топчане, словно спал. Бабушка сидела рядом, молча роняя слёзы. Я задыхалась от боли, открыла окно. За окном распустилась акация, пели птицы, природа просыпалась. Бала очень теплая, солнечная погода. Мальчишки играли и хохотали под моим окном. Я закричала:

– Что вы орёте, веселитесь! У меня дедушка умер! Уходите! Я не хочу вас слышать и видеть! Уходите отсюда! Ну быстро!!!

Это был крик отчаяния, боли. Потери опоры, силы, которая меня оберегала все это время. В этот миг я поняла, что беззаботное детство закончилось. Предстояли похороны. Приехали все родственники. Вечером был долгий спор, о чем я не знала.

Спустя девять дней, меня забрали в деревню на все лето. Вернувшись в последних числах августа, я узнала, что в нашем доме поселился мужчина, Юрий Павлович. Как оказалось, это была первая любовь и первый мужчина моей мамы, старше её на 15 лет. Бабушка была возмущена, я тоже, но мы ничего сделать не могли. С первого взгляда этот человек мне не понравился, и я была права. Работать он не хотел, постоянно искал отговорки. Если все же устраивался, то больше двух месяцев на работе не задержался. Сидел дома, хозяин тоже был никакой. Даже дрова в свои 11 лет, я колола лучше и быстрее чем он, а что говорить о других вещах… Мама стала часто выпивать на пару с ним по вечерам. Я боялась, что и она потеряет работу. Если с огородом, скотиной и домом мы справлялись на пару с бабушкой, то на работу меня точно никто бы не взял…

Я рада что закончилась начальная школа. В сентябре у нас будет новый классный руководитель. Надеюсь, она будет другая, более спокойная и я ей понравлюсь…

Наступила осень. Учительница оказалась очень приятный пожилой женщиной, да ещё и вела у нас мой любимый предмет – литературу. На её уроках я с удовольствием слушала, читала вслух, рассказывала стихи. Помню, когда я читала стихи, класс затихал, мне это было очень приятно. Я тайно начала мечтать о карьере актрисы. Писала стихи и однажды решилась показать своей учительнице. Она попросила их взять домой почитать, я отдала. Через несколько недель она принесла в класс газету «Пионерская Правда», где были напечатаны мои стихи, прочитала их перед всем классом. Кто-то из одноклассников порадовался за меня, кто-то промолчал, некоторые начали надо мной смеяться, глупо шутить. Писать стихи больше не хотелось.

В этот же период времени мама решила немного мной заняться, а именно: мало того, что я была худенькая, у меня на переносице красовался большой шрам, еще присутствовал неправильный прикус. Нижняя челюсть выступала сильно вперед и немного вправо. Видимо это произошло на фоне того, что я до трех лет сосала соску и пустышку. Меня видимо невозможно было отучить от этой привычки или попросту всем было все равно. Мне установили съемную пластину, которую я должна была носить полгода, а затем показаться специалисту. Но на этом исправление моего прикуса закончилось, маме просто больше некогда было ездить со мной, у нее наступила другая жизнь.

Дома, для меня и бабушки наступили сложные времена. За каждую так называемом повинность меня наказывали: опоздала домой на 5-10 минут, задержалась у подружки – мама гнала меня вицей по улице как скотину, приговаривая, что я неблагодарная тварь. Не успела накормить скотину растопить печь – могла получить поленом. Были просветы моей жизни, но их было очень мало. Сложнее всего было наблюдать как мама периодически выгоняла бабушку из дома, отправляла к моему двоюродному брату в квартиру жить. Тётя Юля как-то сумела уговорить бабушку переписать квартиру, полученную дедом на её сына Николая. Мама это простить не смогла: кричала, выгоняла бабушку из дома. Я просила успокоиться, говорила, что нам эта квартира не нужна нам и здесь хорошо, но кто меня слушал… Бедная моя бабушка Матрёна, полуслепая глухая женщина 72 лет, ехала с двумя пересадками на автобусах в другой район города несколько часов. Там искала дом, квартиру, куда чаще всего не пускали так как шли гуляния, пьянки и ехала обратно, где слышала упрёки и претензии. Так проходили дни осенью, зимой, в начале весны. Затем появилась необходимость пасти скотину, мама успокоилась, решила, что здесь от бабушки будет пользы больше.

Помню, как в школе планировалась Ярмарка продажа. Мы должны были сделать какую-нибудь поделку, принести на ярмарку и продать. Я решила сшить змею. На чердаке дома много лет лежали мамины черные сапоги-чулки блестящие и мягкие сверху на высокой шпильке, верхняя часть-голенища как раз подходили под это изделие. Недолго думая, я взяла ножницы и отрезала несколько полос… Первая змейка получилась очень маленькой и страшной. Я решила попробовать еще раз, от второго сапога я отрезала более длинные и широкие полосы. На этот раз я была более опытная и змея получилась на славу!

На ярмарке мою змею оценили, но никто так и не купил. Я не расстроилась, так как мало у кого что-то купили… Испорченные сапоги мама обнаружила спустя две недели. Был скандал: по мне прошлись этими сапогами, как КАМАЗом по асфальту. Оказалось, что эти сапоги у мамы были парадно-выходными…

Как и бабушке, мне было несладко в этот год. Если с учёбой худо-бедно справлялась, то другие вещи меня очень беспокоили. Мама работала на двух работах, часто не ночевала дома. Вот это и было самое страшное. Я не понимала, что происходит, да и откуда мне знать такие вещи в моем возрасте, но потом я стала догадываться… Мой отчим периодически стал приходить ко мне по ночам. Говорил шепотом:

– Ты наверно замёрзла, давай тебя согрею. Дома прохладно…

Я в ужасе просыпалась от этих слов и боялась пошевелиться, притворялась что сплю… Пыталась сказать маме, она не слушала и сердилась, говорила, что я наговариваю на него специально, чтобы расстроить их жизнь. Мне было больно и обидно почему она не верит мне?

В этот год мама не отправила меня в деревню, кто-то должен был следить за огородом. Одиннадцать соток земли, за которыми необходимо ухаживать. Я привыкла к тому, что отпускали на речку или прогулку с друзьями на час-полтора после выполнения определённых работ по дому или хозяйству: прополка одной или двух грядок, полив всего огорода и это не шланг, а вручную, лейкой, чистка хлева, приготовление еды и так далее. Было сложно, тяжело, но хоть так отпускали погулять. Бабушка в это время пасла коз и овец.

В августе, после моего дня рождения, пока мама была на работе отчим в очередной раз начал приставать ко мне, я не выдержала всего этого, не стала притворяться спящей, столкнула его со своей кровати. На грохот пришла бабушка, увидел эту картину. Я плохо помню, что было дальше… На следующий день бабушка пошла пасти скотину и в поле её парализовало. Бабушку нашли в лесочке наши соседи, вызвали скорую, увезли в больницу. Думаю, все произошло из-за увиденного ночью. Через неделю бабушке не стало, умерла в свой день рождения. Я до сих пор хорошо помню тот солнечный день. Шла домой от подруги, было очень тяжело на душе. Я не могла никому ничего рассказать, приходилось все держать в себе: кому нужны чужие беды, проблемы, кто меня защитит? Я одинока и одна среди этого огромного мира, наполненного и хорошим, и плохим. Кто даст совет, разложить по полочкам этот хаос, который творится внутри? Только я, я сама смогу это сделать.

С этими мыслями подошла к дому поднялась на крыльцо. Открыла дверь на веранду, поднялась по ступенькам и увидела тело бабушки на топчане. Год назад я видела умершего человека на этом ложе – это был дедушка. Сейчас передо мной была бабушка. Я не испугалась, просто стояла и молча плакала.

«Господи! Почему ты забрал их так рано? Мне страшно я больше не могу». Но потом я вспомнила о маме. А как же ей тяжело с этим всем жить? Хорошо, что мы есть друг у друга. В то время не было сотовой связи, проводных телефонов в каждом доме. Поэтому мама не успела приехать, перехватить машину с телом бабушки. А те, кто вез тело бабушки, ждать не стали, когда кто-то придёт, они просто выгрузили труп на веранде… Хорошо, что я на тот момент видела уже мёртвого человека и не испугалась. Если бы на моем месте был другой ребёнок, не закалённый жизнью? Что было бы с его психикой?

С этого дня моё детство окончательно и бесповоротно закончилось. В свои 11 лет мне пришлось стать взрослой. Я училась выживать вопреки всему, несмотря ни на что. Это трудно, сложно почти невозможно. Но когда ты веришь, что всё будет хорошо, мечтаешь и идёшь к своей цели, можно свернуть горы. Сейчас я это знаю, а тогда я просто надеялась на чудо…

Наш классный руководитель ушел на пенсию. Новым стала Коркондия Владимировна – учитель математики. «Ну всё, мне хана» – думал я. По школе ходило много слухов об этом учителе: очень строгая, её боится даже директор школы, она все про всех знает, видит любого как рентген. Весь класс был в ожидании что же будет? Оказалась строгой, но справедливой. В первые же выходные нам организовала с родителями поездку в музей деревянного зодчества, в Хохловку, а оттуда мы должны были пройти пешком до нашей школы через леса и поля. Для меня это было чудо. Первый поход в моей жизни с костром и картошкой, запечённой на углях…

Все дальнейшие года Коркондия Владимировна старалась нас объединить, сдружить, в выходные нас водила лес, организовывала походы, пусть без ночевок, но очень интересные и познавательные. У неё так и не получилось сделать это до конца, видимо очень уж яркие и болезненные воспоминания остались у меня и других ребят из класса от методов воспитания Галины Степановны.

Коркондия Владимировна сразу поняла, что у меня проблемы с математикой, общением и выходом к доске. Отвечать у доски для меня было хуже каторги: руки тряслись, мел падал из пальцев на пол, голос дрожал или пропадал полностью. Поэтому она почти не вызывала меня туда, а если и вызывала, то для решения тех задач, которые точно смогла бы я решить без ошибки. Очень благодарна ей за её мудрость, понимание ситуации, это был не просто учитель математики, но и психолог с большой буквы. Правда мы на тот момент этого не понимали. Нам она казалась строгой, вредной старой девой. Мы не знали сколько ей лет: 50-60? Она жила в одной квартире с другой учительницей из нашей школы. Не было ни мужа, ни детей… Никто ничего не знал о её личной жизни, о её прошлом. Было такое ощущение, что она живёт только школой, нами, нашими успехами и проблемами… Я уважала ее, но в тоже время и боялась. В классе ко всем ребятам она относилась одинаково: не было ни изгоев, ни любимчиков. Все чётко, по справедливости, по заслугам. Я думаю, она к каждому из нас находила свой подход. Мне нравилось, как она проводила уроки: с лёгкостью, иногда с юмором, с легкой иронией и ей получилось донести до нас материал. Когда видела, что мы уставали слушать её, переключала нас на какие-то события или историю на 3-5 минут. Потом обратно включала в процесс обучения. На уроках этой учительницы никто и никогда не баловался и это было не только в нашем классе, но и во всех остальных классах школы, кто учился у нее, такое поведение было непозволительно. Она могла любого поставить на место одной фразой так, что уже не хотелось баловаться или ей возражать. И эта фраза была не оскорбительной и обидной, а подобрана так индивидуально для каждого, чтоб ты сам понимал, что не прав и лучше закрыть рот и не возражать. Казалось, Коркондия Владимировна знала о всех и всё: кто когда с кем и куда ходил гулял, когда домой вернулся. Иногда даже почему не выучил уроки… Многие опасались ее, но уважали. Даже отъявленные хулиганы перестали вытворять свои чудачества. Это наверно одна из учителей, которая научила меня спокойно, хладнокровно разговаривать и реагировать на ситуации, не теряться в сложных моментах, включать голову и действовать быстро и чётко. Но все это было позже. А на данный момент я творила много хороших и плохих вещей.