Иконоборцы. Вампирский маскарад

Камил досадливо поморщился и швырнул телефон в ящик, работать с анархами было тяжеловато, с барона вполне станется подогнать туда пару БТРов и «незаметненько» припарковать на стоянке. Однако идти без прикрытия было бы большей глупостью. Поэтому оставалось надеяться на благоразумие собратьев и на себя.

Вечер обещал быть интересным, поэтому Камил зашел последовательно в оружейку и в гардероб, где облачился в парадный костюмчик без галстука, пододев под него легкий полицейский бронежилет. Накинул плащ и поднялся на поверхность, прихватив свою трость. В прихожей мельком глянул в зеркало, там отражался слегка старомодный служащий, возвращающийся после небольшого банкета. При мысли о банкете он довольно хмыкнул и вышел в ночь.

Отпустив такси возле оптовки, он двинулся через территорию заповедника, срезая путь через камыши. Конечно, шанс нарваться на засаду был и здесь, но в зарослях все же как-то уютнее, чем на ночном шоссе, которое просматривалось на полтора километра и было открыто для выстрела снайпера. Привычка ожидать худшего расклада от ситуации настолько въелась в сознание, что стала его частью. Однако если бы не она, его не-жизнь была бы значительно короче.

Довольно быстро он нашел тропинку, проложенную местными жителями, и без каких-либо приключений вышел на автомобильную парковку у входа на центральную аллею. Одинокую фигуру регента в его дурацком длиннополом кожаном плаще он заметил еще издали. Площадка была залита безжизненным желтым светом фонарей и казалась пустынной. Камил еще раз огляделся и вышел из-за деревьев, к его удивлению, барона с его ребятами действительно не было видно.

– А, господин Камил! А я уже начал беспокоиться, что Вы не придете!

– В отличии от некоторых, стараюсь соблюдать условия. Где Антонио?

– Здесь-здесь. Точнее, почти здесь. На другой стороне дороги. С парой моих очаровательных ассистенток. И под прицелом пары дробовиков, заряженных серебряной картечью, я слышал, клан Бруджа не особенно любит серебро? Это правда?

При этих словах регент как бы невзначай поигрывал своей тростью с серебряным навершием и многочисленными каббалическими знаками из проклятого металла.

– Вы полностью правы. Не особенно, – спокойствие в голосе давалось с трудом, Зверь в груди вставал на дыбы, глухо рыча, и цепь на его ошейнике предательски поскрипывала.

– Однако не буду затягивать нашу встречу, я вижу, что Вы не очень-то рады моему предложению, однако повторюсь. Вы даете слово, что будете голосовать за меня на сегодняшнем совете?

– В смысле, совсем за Вас? – слова давались с трудом.

– Не прикидывайтесь, Камил, я знаю, что Вы умнее, чем хотите казаться. Но объясню как….для Бруджа. Сейчас Вы даете мне слово, что когда на сегодняшнем совете спросят: «Кто за то, чтобы князем был господин Регент?», Вы бы подняли руку или иным способом поддержали мою кандидатуру. Вы мне слово, я Вам – вашего собрата. Вон, кстати, и он.

Регент указал тростью на тоннель подземного перехода, где на другом краю в свете включившихся автомобильных фар вырисовывались три темных силуэта, у двух из них действительно в руках было что-то похожее на оружие.

– Ладно. Даю слово. Проголосую разок за Вашу кандидатуру.

– Вот. Так бы и сразу. Тогда не смею более навязывать Вам свое общество. До встречи на собрании. Я сейчас сяду в машину, и вашего сородича тут же отпустят.

Регент помахал тростью, и фары в конце тоннеля погасли. Потом он быстро, но без лишней суетливости поднялся по лестнице и сверху, с дороги раздался звук автомобильного стартера, затем хлопок двери. Камил достал сигарету и задумчиво прикурил, пытаясь унять дрожь в руках. Зверь не хотел успокаиваться и рвался на невидимой привязи, раскачивая клетку. Безумно хотелось убить мерзавца повторно и, закатав в глыбу бетона, затопить в каком-нибудь болоте. Если что-то и было в этом мире более всего раздражавшее его бешеную клановую кровь, так это навязывание чьей-то воли. Однако годы тренировок сделали свое дело, и когда из перехода показался несколько ошарашенный Гастелло, Камил был уже почти спокоен.

– Камил? Что за…

– Пойдем, говорить будем позже.

Он поднялся по лестнице и оказался на автобусной остановке, она была почти пустынна, если не считать зачуханого оранжевого грузовика дорожной службы вдали. Камил недоверчиво посмотрел на грузовик, еще раз огляделся кругом и набрал номер.

– Барон? Я тебя не вижу.

– Зато я тебя вижу, – захихикало в трубке. – Тебя и еще какого-то чужачка.

– Подбирай нас, пора сваливать отсюда!

– Чичас, три минутки подожди.

– А если надо прямо сейчас?

– Ну, тогда будет прямо сейчас, но потом не обижайся…

В камышах взревели моторы и, довольно бесцеремонно снеся ограждение стоянки, на шоссе прямо по широкой пешеходной лестнице выскочило два небольших четырехколесных броневика, уляпанных грязью до самых башен. Заложив вираж по шоссе, они прижались к обочине напротив и остановились.

– Ёперный театр, Барон! Ну я же просил, без бронетехники!

Однако появившееся из люка камуфляжное тело принадлежало Бабаю.

– А где Барон?

– А вон они, выезжают, – и Бабай мотнул головой в сторону оранжевого грузовичка, из кузова которого как раз выкатывалась небольшая белая машинка.

– Мала-адцы, – преувеличенно восхищенно протянул Камил. – А на воздушном шаре у вас сверху никто не болтается? Давайте угадаю? Подводные лодки в обоих озерах? А шоссе в скольких местах заминировано? В трех? Не угадал?

– Да зачем нам подводные лодки, у нас бэтэр плавающий, да и минировать не стали в этот раз, – смущенно начал было Бабай.

Но Камил уже отвернулся от него в сторону подкатившейся беленькой «Тойоты». Барон, тоже облаченный в городской камуфляж, увешанный шевронами и лычками, радостно скалился с переднего сиденья.

– Привет, Прима! А вот и мы! Как тут у вас дела?

Камил поморщился, однако ругаться не стал.

– Надо ехать к элизиуму вентру, сегодня выборы Князя, я обещался быть.

– Ого-го! А как же месть цветочникам?

– Они согласились передать Николая и заплатить неустойку. Что ты еще хочешь от них?

– Еще крови и еще денег! – Барон картинно захохотал, кровожадно поигрывая штык-ножом, потом на обратном взмахе швырнул его за спину на заднее сиденье. Там что-то пискнуло.

– Вот черт, совсем забыл! – он выскочил из машины, распахнул заднюю дверь и выволок с заднего сиденья какое-то тело, плотно перемотанное серебристым скотчем.

– А это еще кто? – поинтересовался Камил. – Турист?

– Не-е, турист это я! – радостно заявил Семенов, сноровисто упаковывая тело в багажник. – А это – завтрак туриста! – и он снова захихикал. – На самом деле, вроде как охотник. Охотился в черте города на уток, правда, почему-то с СВД-шкой, ну, мы и решили помочь природоохранным органам.

– Ладно, хватит трепаться, поехали.

– По машинам! – заорал Семенов и снова нырнул на переднее место.

Камил вежливо, но настойчиво посадил Антонио, все еще пребывающего в некотором оцепенении, на заднее место и затрамбовался последним. Кроме них на заднем сидении обнаружилась еще Бешеная Алиса.

– Добрый вечер, Камил.

– Надеюсь, что так, Алиса.

– В элизиум?

– Ага, сегодня важная ночь. Если сегодня не будет выбран князь, Москва обещала прислать карательную экспедицию.

– Ну, а нам то что? Или они хотят нарушить Договор?

– Не знаю, но у меня есть личные интересы, и я хочу, что бы они были соблюдены.

– То есть сейчас ты едешь туда по личному делу?

– Получается, что так.

– Слышишь, Барон! Он втянул нас в свою личную разборку и даже не напрягается! А если у содружества будут проблемы из-за тебя?

– Переизберёте и назначите нового Приму. Что вам, в первый раз что ли?

– Остынь, Алиса, – Барон достал коммуникатор и производил с ним какие-то манипуляции, – Прима прав, переизбрать всегда успеем, а пока по крайней мере не скучно. Кроме того, мы же должны проследить за нашими инвестициями. Да и за «охотника» колдунам напомнить надо. Чьи бы это разборки ни были, никому не позволено безнаказанно сажать снайперов с посеребренными патронами в местах наших родовых гнездовий! – И барон гордо закрякал.

– А огнемет в орудийной башне у тебя лицензирован Договором? – как бы невзначай поинтересовался Камил.

– Ага, заметил-таки! А я-то все жду, заметит или нет? – Он оторвался от коммуникатора и глянул на Камила в зеркало заднего вида. Рот Барона кривился в дурацкой усмешке, но во взгляде была сталь. – Отвечу тебе честно. Нет! Не лицензирован, но пока это мы взяли за задницу этого стрелка, а не он нас. И это не мы первые притащили дробовики с серебром и пяток «охотничков» с посеребренными пулями.

– Регент опасно играет, он же знает, что его ждет, если его возьмут на преднамеренном нарушении Договора! Но и мы должны быть осторожны. Договор с комарами – не единственные наши большие проблемы, – Алиса метнула быстрый взгляд на Барона, но тот продолжал играться с коммуникатором.

– Подъезжаем, – впервые подал голос водитель, и Камил узнал в нем давешнего горемычного рокера. Парень был крепко на узах, но его все равно ощутимо колбасило.

Камил оглянулся и с облегчением увидел, что бронетехника где-то отстала.

– Тебе дать сопровождение? – поинтересовался барон, пока водитель искал место для парковки.

– Не надо, – Камил скривился как от кислого, – танк в лифт не влезет. Просто прикройте на подходе и на выходе.

– О’кей, – неожиданно легко согласился барон. – Мы подождем. Слушай, Прима, а может чужачку сиську выдать, чет у него вид не здоровый?

Камил вынырнул из своих мыслей и взглянул на Антонио. Того и вправду ощутимо потряхивало.

– А у тебя есть?

– Говно-вопрос – был Гамлету ответ! – и Барон достал из бардачка пакет донорки, – хотели еще с охотничков нацедить, да она у них порченая. Лови, бедолага!

– Меня зовут Антонио, – прохрипел тот и жадно припал к «сиське».

– Ты, Прима, чего-то совсем сдавать стал – продолжал философствовать Семенов, – под пулями шляешься, в совет без прикрытия, без секретаря, тело вон с собой тащишь с пустым брюхом, а как бы он сорвался там, среди этих сытых гондонов?

– Я могу держать в руках и себя и свой язык, – рявкнул Гастелло, «сиську» он уже опорожнил, и в просветлевших глазах появились искорки характера.

– Да я ж только спросил! Ну, поинтересовался. Ферштейн? А, ну да ладно. Можешь звать меня Барон, и я тоже рад знакомству.

– Ты не мой Барон, – теперь уже упрямство так и звенело в его голосе.

– Зато он Мой Барон, – устало перервал забияк Камил. – А ты Мой должник. Так что – добро пожаловать в Домен. И тебя, кстати, с днем рождения!

– Спасибо, – на автомате выплюнул погорелец и замолчал.

Камил повернулся в пол-оборота к Антонио

– Прежде, чем мы пойдем, пожалуйста, коротко – что там за взрыв газа в частном секторе?

– Где? – глаза Антонио опять помутнели.

– Ну, перед твоим героическим аутодафе?

– Там был вентру, незнакомый торик и еще кто-то, они пришли с ней.

– С Анной?

– Да.

– Черт, ты правда – дурак? Ты что, не знал, что она – примоген клана Розы?

– Мы с ней так давно не виделись.

– Ты не знал, что мы с ними на грани войны?

– Но ведь мы еще не воевали.

– Нет, но ты дал им очень хороший повод. Если, конечно, колдуны реставрировали кого-то еще, кроме тебя.

– Но они начали первыми!

– Это еще нужно доказать, а три слова против одного – плохой расклад, тем более, что ты был на их территории. Останешься здесь или пойдешь со мной?

– Пойду с тобой. В конце концов, может быть, я узнаю кого-то из тех, кто был там.

– Тогда, Барон, будь готов к неожиданностям со всех сторон. Если тут замешаны наши задроты в галстуках, можно ожидать чего угодно. Мы выходим.

– Не боись, Прима! Мы готовы к приключениям! – и Барон звучно передернул затвор на миниатюрном автомате.

Камил неспешно вынырнул наружу, в прохладу ночного двора и быстрым шагом направился ко входу в элизиум. Вентру не нашли ничего лучше, чем обустроить свой элизиум в новостройке в огромном помещении под самой крышей. Днем часть офиса занимала крупная строительная компания, принадлежавшая как раз безвременно почившему Князю.

Парадный подъезд не освещался – ни гостям, ни хозяевам свет был не нужен. Однако кодовый замок исправно мигал экраном. Камил быстро набрал комбинацию и посторонился, пропуская Гастелло вперед. Затем скользнул внутрь и закрыл дверь. По тонированному стеклу почти незаметно скользнул зеленый зайчик.

Камил нажал кнопку вызова лифта и достал телефон.

– Барон, у тебя же аппарат без дальномера?

– Какое там! На моей пукалке даже ствола нет, а ты про такое спрашиваешь!

– Тогда где-то справа от тебя снайпер сидит с ночной оптикой. Не очень высоко.

– Я тебя понял, проверим.

Насчет лифта Камил все-таки покривил душой, ибо в эту махину танк бы как раз влез.

Влезло же сюда несколько шкафов и пяток глубоких кожаных кресел.

Лифт завибрировал и вознесся на высоту двадцатого этажа, как птица.

Высокое собрание было уже все в сборе.

Большой круглый зал Совета, который за глаза был прозван «тронным», располагался в башенке на крыше высотки, и сквозь толстые тонированные стекла можно было наблюдать панораму ночного города.

По кругу стояли примогенские кресла по числу собравшихся. Камил кивком головы поприветствовал всех и прошел к своему месту, по пути небрежно махнув рукой в сторону Гастелло,

– Антонио, мой новый секретарь. Прошу любить и жаловать.

Краем глаза он заметил, как дернулся глаз у господина Герхарда, и поставил зарубку в памяти. Усевшись и закинув ногу на ногу, он оглядел собравшихся, и задержал свой взгляд на очередном примогене Клана Розы. Им оказалась бывший секретарь Александры, довольно молодая женщина с неприятным взглядом. Определенно клан цветочников переживал сейчас не лучшие времена. Вообще в зале было порядком новых лиц. Гангрелов представляла рыжая девица, похожая на ирландского сеттера, а от имени безумцев присутствовала гуттаперчевая девочка с короткой стрижкой, которая постоянно пыталась посмотреть себе за спину, не вращая головой, что в принципе было еще довольно легкой формой помешательства для малка – ее предшественница некоторые заседания проводила вообще под стулом.

Хранитель, как обычно, появился неожиданно, буквально соткался из воздуха.

– Итак, все в сборе. Можно начинать. Напоминаю, сегодня последняя ночь безвластия, завтра утром приезжают представители Высшего эшелона. Если домен не обретет четкую руку, он может быть разделен между соседними, с понижением статуса в иерархии секты.

– Я предлагаю всем кандидатам на пост Князя поднять руку, после чего провести голосование. У каждого из вас только один голос. За себя голосовать можно. Возможна передача своего голоса, но это должно совершаться согласно официальной процедуре.

Камил сцепил пальцы на животе и с интересом оглядел зал: руки подняли Регент, Ирландский сеттер, и, как ни странно, новая малка. «Сбор умалишенных», – подумал он, власть никогда не привлекала его, ибо большей частью, по мнению Камила, это была рутина, отягощенная обязанностями. Однако почему нет кандидата от вентру?

Хотя, учитывая то, что Герхард явно узнал его спутника, тут попахивает колдунами с их реставрацией и прочими ритуалами. Похоже, Регент подготовился как надо.

Интересно только, почему он не нашел подхода к блохастикам? Вон как они на него волками позыркивают.

– Итак, кто за кандидатуру господина Регента, прошу поднять руки.

Поднялась рука примогена ториков, рука самого регента. Камил повременил и тоже поднял ладонь.. Секретарь господина Бельского, сэр Бенедикт довольно удивленно перевел взгляд с Камила на Регента и обратно.

– Итого, три голоса.

Хм. Вот так. Похоже, Регента кто-то подставил. И этот кто-то скорее всего гангрелы, то-то они махом сменили своего вечно заседательствующего волчару на какую-то рыжую шавку. Ну что ж, это довольно логично, это тебя быстро фиг заменишь, а им-то что. Подбросили, поди, значок в воздух, кто увернуться не успел, тот и прима. Если сейчас один из претендентов не снимет свою кандидатуру, будет игровая ничья. Вот только в борьбе за престол ничьих не бывает. Всегда бывает чья-то. Ладно, он свое слово сдержал, так что теперь можно полюбоваться.

Так и оказалось, что Рыжая и Регент набрали по три голоса, Малка один – свой. Цирк, да и только! Заявили перерыв на обсуждение, и Камил с Антонио вышли на балкон.

– Ну что, узнал кого-нибудь?

– Примоген Вентру – точно! Больше никого.

– Ну, если тут замешан герр Герхахрд, то больше никого и не надо.

У нас налицо торико-тремерская коалиция, но только с гангрелами они прокололись, и как-то не так вышло с вентру. Хотя его могли просто отговорить выставлять свою кандидатуру. А сейчас должны прийти уговаривать меня.

И точно – за спиной раздался скрип открываемой двери, и голос сэра Бенедикта поинтересовался:

– Господин Камил, я могу поговорить с Вами?

– Думаю, да.

– Если можно, наедине.

– Антонио, я предлагаю Вам погулять по залу и хапнуть чего-нить на дармовщинку – у них тут отличный холодильник.

– Спасибо, босс, – издевки в его голосе почти не было слышно.

Сэр Бенедикт вежливо посторонился своей немалой фигурой, потом аккуратно прикрыл за собой дверь. Знакомы с ним они были довольно давно и никаких особых конфликтов не имели – слишком разные сферы влияния, что в этой среде можно было классифицировать как приятельство.

– Господин Камил, зело удивлен я выбором Вашим, однако оспаривать не возьмусь. Однако просил бы Вас в следующем раунде быть более осмотрительным.

– Иными словами, сэр Бенедикт, Вы предлагаете мне поменять сторону и отдать свой голос за вашего кандидата?

– Именно так, но если не хотите, то можете просто воздержаться от голосования. Или отдать свой голос за эту бедную дурочку. Как захотите. Только не за регента.

– Хм, признаться честно, сэр, Вы подали мне слишком интересную идею. Исключительно желаю посмотреть на князя, сидящего под троном. – Камил тихо рассмеялся, – я учту вашу просьбу.

– Ну, на большее я и не надеялся.

– Однако пора вернуться к нашим.. собратьям, – тут уже они рассмеялись оба и неспешно вернулись в зал.

Когда все заняли свои места, Хранитель элизиума вновь попросил подтвердить кандидатуры. Поднялись руки Регента и Малки.

– Предлагаю начать с другой стороны, чтобы вы еще раз подумали. Поэтому первым кандидатом будет Тот из Клана Малкавиан. Проголосуйте, пожалуйста.

Тот, не глядя ни на кого, подняла руку. Остальные члены совета с плохо скрываемым нетерпением ждали завершения комедии. Камил оглядел собравшихся, поймал самодовольный взгляд Регента и, паскудно улыбнувшись, поднял левую руку, состроив на свободно лежащей правой примитивную международную комбинацию.

– По мне так лучше Малки, чем Треми, – ехидно добавил он изумленному собранию.

– А что, неплохая идея! – радостно тявкнула рыжая и воздела лапку.

– Итого, три голоса за Тот от клана Малкавиан.

– Следующая кандидатура – господин Регент Капеллы от клана Тремер.

Поднялась дрожащая от ярости рука Регента и торика. Примогены Ноосферату и Вентру воздержались.

– Кхм, большинством голосов Князем Домена становится Тот от клана Малкавиан! – смутить Хранителя было непросто, но, видимо, образ Князя-Под-Троном явился и ему, однако старая выучка быстро взяла верх над эмоциями.

– Прошу присутствующих представиться и принести клятву верности.

Все дружно и неискренне зааплодировали и потянулись к креслу новоиспеченного князя с поздравлениями, клятвами и кляузами.

Камил дождался своей очереди и осторожно прикоснулся губами к изящной руке Князя, судорожно вцепившейся в подлокотник кресла.

– Камил, примоген клана Бруджа и наблюдатель от содружества Свободных, – потом повернулся и указал на своего спутника, – Антонио, мой гость из Коломны, у нас примерно на месяц. Исполняет обязанности моего секретаря.

Князь судорожно кивнула, и как-то уж совсем странно сверкнула глазами. Камил еще раз поклонился и аккуратно скользнул в сторону своего места.

Дело оставалось только за Регентом, но тот сидел, будто лом проглотивши, и только бешено сверкал глазами. Большая часть присутствующих с интересом ждала продолжения и не прогадала.

– Это черт знает что такое! – Взорвался наконец Регент, – я немедленно же покидаю этот город и уезжаю в Вену! Здесь даже не анархия – здесь маразм!

– Другими словами, господин Регент, Вы отказываетесь признавать законного князя? – подбросил дров в огонь Камил, сделав акцент на слове законный.

– Законного? Да это бред! Я должен был владеть этим городишкой, а не эта безумная девка! – С этими словами он сорвался с кресла и, размашисто шагая, бросился к двери. Немного погодя за ним последовала его секретарь.

– Мне одному кажется, что господин Регент только что поставил себя вне закона? – феноменально вежливо поинтересовался Камил.

Все недовольно зыркнули в его сторону и перевели взгляд на Князя.

– Я. Я думаю… надо, чтобы он… вернулся… Или не сам. Да, плохо-плохо.

– Может, выслать погоню? – участливо поинтересовался Камил.

– Да. Погоню-погоню.

– Ну и что мы стоим? – громко поинтересовался Камил. – Князь явно дал вам понять, чтобы его вернули!

Блохастики радостно сорвались с места и исчезли. Чуть позже за ними последовал Шериф. Камил встал, поклонился князю, собранию и тоже направился в сторону выхода.

– Камил, я тут еще останусь, послушаю, – предложил Антонио, Камил кивнул головой и, постепенно ускоряясь, двинулся в сторону выхода, на ходу нащупывая телефон.

– Барон, там сейчас к вам Регент выскочит, так он уже вне закона и его можно утилизировать, более того – нужно.

– Понял тебя, ждем-с.

Не доходя до лифта, Камил вдруг резко свернул и, распахнув неприметную дверь, вынырнул на пожарную лестницу. Пробежав несколько этажей, он почувствовал легкое дуновение воздуха и, сгруппировавшись, прыгнул в приоткрытую дверь. Кол в руках секретаря разорвал ему плечо, но не достиг цели, застряв в кевларе бронежилета, а вот трость в руке Камила нащупала грудь противницы и выплюнула заряд картечи, вынося изрядный кусок плоти. И тут же, не давая ей опомниться, он перетек чуть правее, и быстрым движением свернув её голову, приник к разорванным сосудам, подставляя пасть под упругие струи чужого витэ и с каждым глубоким глотком гася в себе Жажду Зверя.

Отшвырнув полегчавшее тело к стене, он достал из кармана набор влажных салфеток и тщательно вытер лицо и руки. Рубашку и костюм это, правда, спасти уже не могло, но плащ он успел сбросить еще на площадке и сейчас накинул на себя, застегнув на все пуговицы, замаскировав таким образом следы экспресс-трапезы.

Дальнейший спуск прошел без приключений, но перед выходом с лестницы он остановился и перезарядил трость. После чего поднял воротник и вышел в холл.

На выходе из подъезда ему повстречались оживленно перетявкивающиеся гангрелы, возвращающиеся с охоты. Судя по всему, она была не особо удачной. Камил вежливо поклонился и вышел наружу. Как он и предполагал, шумная охота за Регентом распугала из двора всех, кого только можно, однако машины барона он тоже не нашел.

Он вновь достал телефон и набрал номер.

– Ну и как ты меня прикрываешь, скажи мне?

– Ща мы тебя заберем. Не переживай. Там все равно всех распугали. Выходи на угол.

Подтверждая его слова, во двор, скрипя тормозами, влетела белая машинка без огней и распахнула заднюю дверь.

– В этот раз оперативненько, – сказал Камил, усаживаясь внутрь.

– Ты даже не знаешь, насколько! – радостно заорал Барон с переднего сиденья, – взяли мы этого задрота колдунского!

– Его ж, вроде, не догнали?

– А мы его не догоняли, мы его выследили. Мы еще на парке его тачку пометили, пока он тебя дожидался, а потом выследили через спутник.

<12345>