Манипулирование личностью и массами. Манипулятивные технологии власти при атаке на подсознание индивида и масс

Глава 1. Манипулирование как фактор предрасположенности психики индивида

Необходимо заметить, что психика индивида на самом деле уже как бы изначально предрасположена к некой особой восприимчивости, которую, видимо, и можно назвать манипулированием.

Что такое манипулирование? Манипулирование – это воздействие одного индивида на другого с целью выполнения последним воли первого.

Вопрос характера требований (воля и требования в данном контексте понятия равнозначные) отодвигается как бы на второй план. Потому как данный вопрос необходимо рассматривать в значительно большем аспекте, чем это только предполагалось или казалось бы изначально. И, прежде всего, подобное становится возможным потому, что манипулирование встречается везде и всегда. Невозможны отношения в обществе без манипулирования. Манипулирование в данном случае будет завуалировано стремлением одного индивида подчинить (оказать воздействие на психику с целью подчинения) другого. Причем уже второстепенный вопрос, рассматриваем мы психику отдельного индивида или группы (массы, толпы). Просто психика в массах неким особым образом трансформируется, принимая формы, описанные в свое время Лебоном, Фрейдом, Московичи, Каннети и другими исследователями воздействия манипулятивных методик применительно к массам.

И уже тогда хотелось бы обратить внимание на то, что психика абсолютно любого индивида подвержена манипулятивным воздействиям извне. (За редким исключением; проф. С.Г. Кара-Мурза относил к таковым прежде всего психику простых людей, а проф. В. Медведев – психику индивидов, на которых не осуществлялось воздействие средств массовых коммуникаций – прежде всего телевидения; вообще, надо заметить, телевидение на сегодняшний день является одним из сильнейших способов кодирования психики индивида.)

То есть наш психический аппарат так устроен, что всегда кто-то один может управлять другими (может и способен) вследствие предрасположенности последнего к выполнению приказа извне (извне – то есть приказа, поступаемого не от его сознания или, лучше сказать, подсознания, потому как любая команда изначально образуется в бессознательном, подсознании, а позже передается сознанию и уже оттуда «доводится до сведения» психике, а от внешнего манипулятора).

И уже подобное становится возможным как раз в результате того, что сам индивид (большинство индивидов) таким подчинением как бы снимает со своей психики невротическую зависимость.

Рассмотрим данный вопрос подробней.

Известно, что психика практически каждого индивида устроена таким образом, что вынуждена все время балансировать на грани между неврозом и обычным, нормальным состоянием. Мы не рассматриваем в данном случае абсолютных невротиков, которых на самом деле заметно больше, чем показывает какая-либо статистика обращений к врачам соответствующего профиля. И без врачей известно, что психика почти всех без исключения людей подвержена специфическому воздействию, вызывающему соответствующую симптоматику, именуемую неврозом (со времен Фрейда различают различные формы невроза, как-то: обсессивно-компульсивное расстройство (невроз навязчивых состояний) и проч.). Причем как раз для снятия подобной зависимости (именуемой невротической) такой индивид вынужден подчиниться воле другого. И тогда симптом исчезнет. Наступит стойкое улучшение состояния. И в какой-то мере весь минус для индивида будет заключаться только в том, что он вынужден был пойти на уступки другому индивиду (выполнив его волю).

Но если рассматривать вопрос в аспекте влияния, оказываемого на психику, так тут вроде как даже для него-то и лучше.

Подобную конфронтацию с собственной психикой индивида активно используют манипуляторы. Они намеренно создают дисбаланс в психике (нагнетают обстановку), а после предлагают своего рода «лекарство» (способ избавления от вызванной ранее ими симптоматики). Совершить подобное становится возможно различными способами. Но верно то, что все они простираются в плоскости воздействия на архетипическую составляющую психики индивида. Рассмотрим данный пункт несколько подробней. Каким образом становится возможным такое воздействие?

Прежде всего заметим, что наиглавнейшее значение в структуре психики индивида занимает бессознательное. Именно в бессознательном берут начало любые мысли индивида, рождаются его желания, которые после трансформируются в поступки и действия, совершаемые уже при посредстве сознания. То есть, другими словами, сознание в данном случае имеет подчиненную функцию, а именно бессознательное выступает в главной роли.

Как формируется бессознательное? Все, что было когда-то индивидом услышано или увидено, все, что когда-то проходило мимо него (его зрения, слуха, органов осязания…), оседает в бессознательном психики. При этом так получается, что становится совсем не важен срок давности. А то и наоборот – для того, чтобы информация, попавшая в подсознание, обработалась необходимо время.

Другими словами, это «нечто» (информация, заложенная в подсознание) может «выстрелить» уже на другой день (редко когда раньше), а может только через годы, а то и десятилетия[3].

Причем важность сего факта весьма и весьма существенна, ибо напрямую оказывает влияние на манипулирование психикой. Да и вообще чуть ли не вся психология целиком и полностью отталкивается от подобного. Ну и, конечно, здесь же лежит разгадка тайны манипулирования, тайны управления одними людьми – другими. Потому как самое важное правило манипуляций – воздействовать на подсознание другого индивида таким образом, чтобы он выполнял вашу команду (ваше завуалированное желание), но при этом считал, что делает это сам, по доброй воле и собственному желанию.

Как возможно сделать подобное? Среди многочисленных способов выделяется один, который как будто не оставляет шансов индивиду, на которого производится манипулятивное воздействие, не поддаваться манипуляциям. И становится возможным подобное воздействие оттого, что первоначально в таком индивиде провоцируется воздействие на какой-либо из базовых инстинктов (страх, например). А после – манипулятор демонстрирует способ избавления от того, что вызвало подобный негатив в психике (и начало развития психо-невро-патологической симптоматики).

Подобный прием обычно действует безотказно. Например, вас сначала могут заключить в камеру, угрожать избить и проч., дождутся, когда ваше эмоциональное состояние будет на грани срыва – а после придет кто-то, кто вас спасет. Пригрозив обидчикам. Помимо вашей воли вы будете благодарны такому человеку. Это в масштабах, так сказать, личных.

А вот пример в масштабах страны.

Сначала власти посредством СМИ будут нагнетать обстановку, всячески высвечивая угрозу терроризма. А после (когда т. н. общественное мнение будет соответствующим образом подготовлено) объявят о мерах чрезвычайного воздействия, направленных на предотвращения терактов. Ну и уже под эту кальку можно будет делать любое ужесточение, от прослушивания телефонных переговоров (которые и так прослушиваются; правда, пока делается это выборочно, и робот-автомат реагирует на ключевые слова, после упоминания которых запись разговора происходит автоматически) до массовых арестов и депортирования несчастных гастарбайтеров из страны.

Видимо, следует заметить, что наиболее предрасположены к угрозе подобного воздействия становятся в период относительной стабильности. Когда психика в течение какого-то времени не испытывает потрясений. Как бы привыкает к состоянию покоя. Расслабляется. И если в это время последует удар – то подобное будет иметь гораздо более существенные последствия, нежели чем произвести манипулятивную атаку в период, когда организм индивида (прежде всего его психика, его эмоциональное состояние) находится как бы на взводе. Помните – пролетариату нечего терять, кроме своих цепей? И в то же время что-то имеющий индивид всегда подсознательно опасается лишиться этого. Это тоже как бы заложено в самой природе. Причем, говоря о природе, мы должны отдавать отчет в том, что психика практически всех без исключения индивидов имеет общую структуру, а поведение индивида складывается из механизмов психики, реагирующих на какие-либо обстоятельства. Именно общий характер проявления подобной реакции имеет как бы схожу направленность и почти не зависит от характера личности самого индивида. Да и сам характер формируется в результате нахождения индивида в той или иной социальной среде. Потому-то и в своей основной массе психика всех индивидов схожа и имеет некоторое отличие, большей частью объясняемое воспитанием или пребыванием в той или иной социальной среде.

Поднимая вопрос манипулирования психикой, почти наверняка следует обратить внимание, что фактор манипуляции психикой фактически не так-то и легко определить. Психика индивида чаще всего улавливает то, что до этого базировалось (имело распространение) в ней посредством навязываемых (зачастую обществом, то есть системой культурного наследия) стереотипов. При этом то, что как бы выпадает из рамок обозначенного нами понимания действительности, уже как бы и не определяется психикой. Не определяется прежде всего бессознательно. А стоит говорить о характерной роли именно бессознательного в причинах того, что многие моменты нашей жизни находят свое отражение в жизни посредством как раз предварительного отображения в психике в результате того, что в результате определенного ряда обстоятельств информация из подсознания проникает (способно проникнуть) в сознание и уже далее – становится понятным другим (посредством прежде всего восприятии подобного различными органами индивида, ответственными за связь с внешним миром отдельной психики конкретного индивида).

Вернувшись к вопросу манипулирования психикой, мы должны обратить внимание, что как раз невидимый характер подобного манипулирования чаще всего и является причиной допустимости подобного манипулирования. Да и большинство людей по природе (здесь можно усматривать некое историческое наследие – в контексте влияния цивилизации) склонно к доверию в значительно большей степени, чем это только можно представить. Причем на данное обстоятельство как бы оказывает положительное влияние целый ряд факторов, берущих начало в структуре психики индивида. И при определенных обстоятельствах через какой-то (чаще всего возникающий достаточно хаотично и что уж точно – заранее не планируемый) промежуток времени ситуация складывается таким образом, что психика индивида как бы становится наиболее предрасположена к влиянию извне. А последующее воздействие иной раз несопоставимо как по масштабам, так и по силе оказываемого на психику воздействия – с чем-то, существовавшим доселе. Ведь вполне разумно предположить, что если мы рассматриваем психику взрослого человека, то имеем дело с уже сформированными в данной психике определенными характеристиками, имеющими в большинстве случаев константную форму (константа – постоянная величина), и что уж точно – ранее уже определенным образом оказывающее влияние как на психику, так и на порядок совершаемых данной психикой действий (а все наши поступки – суть влияние установок, имеющихся в бессознательном психики; причем следует напомнить, что в бессознательном индивида откладывается абсолютно любая – и вся – информация, которая могла когда-либо пройти около него; даже без заметной фиксации сознанием она вся была сохранена и размещена в подсознании. Чтобы после появиться в сознании или же до срока оставаться в бессознательном. И то, что она не исчезает, – факт, замеченный Фрейдом и доказанный постфрейдистами).

Вернувшись к вопросу манипулирования психикой, обратим внимание на то, что подобного рода манипуляции не только осуществляются всегда и везде, но и носят преимущественно бессознательный характер, если мы рассматриваем вопросы общения между индивидами (индивид – индивид; индивид – масса[4]; масса – масса) в обычной жизни[5]. Вероятней всего связано это с общей теорией выживаемости видов (принимая во внимание то обстоятельство, что человек такой же вид, как и другие животные) и простирается в плоскости подавления одними – других, установления собственной власти, показного величия и прочих моментов, символизирующих в понимании такого индивида демонстрацию власти и могущество. Принимая во внимание, что власть и могущество – суть способ выживания. Не вы – так вас. Если не покажете силу – другие будут стремиться поглотить вас. Страх – лучше как страх (страх – как опасение, боязнь) вас, а не страх у вас (в отношении к кому-либо). Потому как если вас опасаются – значит, вы имеете возможность предохранить себя от невольного или вольного покушения и тем самым имеете возможность продолжать заниматься своим делом, не опасаясь прекратить его, а то и закончить – в результате вмешательства извне. И это было важно во все времена, и можно сказать, что по-особенному важно сейчас, в XXI веке, когда всеобщая глобализация значительно упростила выживание человека в пределах природы, а значит, наблюдается общее явное недостаточное использование его мускульной энергии. Что приводит в последующем к некоему хаосу в сознании (и жизни; жизнь – как проекция сознания) и уже в той или иной мере транспортируется и на жизнь индивида, и на окружающую его жизнь.

Не поэтому ли (из-за недостатка расходования физической энергии и стрессовой подверженности) в психике современного человека значительно больше прослеживается фактор агрессивности, возникающий из-за недостатка реализации того психической энергии, которая в былые времена расходовалась на борьбу со стихиями природы или врагами.

Кстати, тема врагов может показаться весьма интересной, потому как на всем протяжении существования человека (начиная с библейских времен) всегда существовали враги по отношению одних индивидов к другим. А что такое враг? Враг – это угроза. Угроза существованию, угроза выживанию, угроза вообще жизни.

И уже получается, что масштабы общества и в представлении Томаса Мора, и в последующем учении Маркса (коммунизм как высшая форма социализма и утопия как оптимальная, хотя и не совсем возможная модель общества) были в чем-то схожи. И прежде всего, ни в том ни в другом недолжно было существовать врагов. Явно предусматривая, что враги к тому времени или будут уничтожены или же – наподобие коммуны Макаренко – преобразованы в тружеников. Во что, в общем-то, верилось не особо, и потому словно для надежности и в зависимости от тяжести вины и общего вреда врагов или уничтожали, или перевоспитывали в исправительно-трудовых учреждениях (колониях общего, усиленного, строгого и особого режимов).

Во времена же, когда массовые аресты явно привели бы к дестабилизации общества (и хаоса на примере оранжевых и бархатных революций, произошедших в бывших союзных республиках), власть (власть – как основной и главный манипулятор массами; массы = народ) использует метод управления, описанный в своей время Фрейдом и подробно разобранный Владимиром Медведевым, т. е. формирует образ врага. Причем почти совсем не имеет в таких случаях значения, кто будет играть роль врага. Это могут быть и империалисты (как во времена существования СССР), и террористы (как во времена демократии), так и вообще, если не будет на кого свалить необходимость репрессивных мер его выдумают. (Вспомните Маяковского: если звезды зажигают – значит, это кому-нибудь нужно.)

При этом существование врагов, как ни странно, вполне оправданно, если рассматривать их наличие как фактор общей мобилизации общества и рост, в т. ч. и через это научных технологий (как общего обновления в частности, так и влияния на прогресс в целом). Ведь известно, что именно войны (и общая опасность угрозы нападения) во все времена являлись локомотивом прогресса. И во всем мире это было так. Только опасность, угроза, страх порабощения со стороны врага – стимулировали (подгоняли) индивидов к разработке тех технологий, которые не были у возможного противника. Например, в советское время для СССР таким противником (вероятным противником) были Соединенные Штаты, а для США – СССР. После развала Советского Союза в результате предательства клики врагов народа ориентиры на Западе сместились в сторону исламских стран, с более чем выдуманным Усамой Бен Ладеном (Усама уже вошел в подсознание американцев, как в бессознательном русских обитает Баба Яга и Кощей Бессмертный). В постсоветской России тоже обозначались свои ориентиры в поиске врагов народа. Причем глобальный масштаб возможной агрессии Запада переключился с Соединенных Штатов на страны третьего мира. Но при этом внешнее ведомство России явно обозначает т. н. официальных врагов (террористы исламского толка), но и при этом характером действий (самолеты вдоль границы, демонстрация ракет с ядерными боеголовками и проч.) явно показывает, что реальной угрозы все еще ожидает и от тех же США, или бывших стран Антанты (Англия традиционно идет флагманом в тайном противостоянии СССР – России, начиная от лидерства в блоке Антанты в начале прошлого века и заканчивая предоставления политического убежища для врагов российского народа во времени уже настоящем).

Рассматривая вопрос манипулирования психикой, мы также должны выделить такую непреложную часть возможности манипулирования, как стремление индивидов в общем и целом к подчинению.

Что такое подчинение? В общем плане – это выполнение воли другого. Отдельный вопрос: злая или добрая может быть воля и сознательное ли выполнение воли (приказа) другого индивида или подчинение бессознательное. Так же как и добровольное выполнение приказа или вынужденное.

Отбросим сразу какое-либо нагнетание обстановки, возможное с позиции подчинения к выполнению приказа. Манипуляторы так не действуют. Манипуляция вообще становится заметна (или не заметна; скорее незаметна, ну или заметна только в результате анализа) только тогда, когда основное событие уже свершилось. Причем тот, кто в результате маневров манипулятора совершил какие-либо действия – зачастую сам того и не подозревает. В этом и искусство манипулятивного воздействия, когда мы тайно заставляем кого-либо выполнять нашу команду, но при этом тот, кто выполняет ее искренне считает, что инициатива исходит от него. В этом действительно кроется и секрет и главное преимущество использования манипулятивных методик перед просто технологиями силы и подчинения, например, под страхом наказания (в результате манипуляций страх такой тоже может быть, но в отличие от проявления тоталитаризма – о нем явно не говорится и он только предполагается; т. е. перед нами большей частью страх перед неким фантомом; тем, чего пока нет в действительности, но что обязательно возникнет, если воля манипулятора не будет выполнена).

Причем в вопросе осуществления манипуляций мы как бы должны уже говорить и о том, что сам по себе манипулятор ни за что не признается в своих манипуляциях иной раз даже самому себе. То есть он понимает, что другие индивиды выполняют какие-то его требования, но сводит это не на требования, а на просьбы (тогда как суть одно – другое не меняет; как говорится, важен сам факт); да и подобное понимание его чаще всего больше бессознательное (потому как если представить, что подобное происходит в сознании – означает, что перед нами законченный негодяй как минимум). Да и вообще, манипуляторы, они ведь как маньяки: имеют приятную наружность, вкрадчивый голос, всем своим видом как бы располагают к себе… Но бойтесь их. Это волки в овечьей шкуре. Ибо стоит им только добиться необходимого от вас, и уже способны напрочь исчезнуть их манеры. И если рассчитываете на продолжение «понимания» – ошибаетесь. В большинстве случаев манипуляторы рвут контакты сразу, и вы их больше не интересуете (если, конечно, у вас больше нет того, что нужно манипуляторам).

Вообще же, говоря о манипуляциях, мы как бы волей-неволей действительно должны поднимать вопрос доверия. Он как никакой другой проявляется в данном случае в наибольшей степени. Притом что сам факт манипуляций, как мы уже заметили, иной раз и не обнаруживается так-то уж сразу. Вероятно даже, что должно пройти достаточно длительное время, прежде чем становится понятно нечто-то такое, что мы потеряли когда-то. Потеря, обман, ложь, если хотите – это и есть один из признаков манипуляций. Если что-то просто взяли и отняли у вас (силой) – это не манипуляция. Если же вы что-то отдали, да еще чуть ли не упрашивали, чтобы у вас взяли – вот это более похоже на манипуляцию. По крайней мере, манипуляторы действуют именно так. Они ни за что не заявят, что это (то, что имеется у вас) нужно им. Но всем своим видом, словами, действиями (повадками и проч.) они будут делать так, пока вы не догадаетесь, что им необходимо то, что у вас есть.

Причем они способны даже (в зависимости от ситуации) сделать так, что вам на миг покажется эта вешь (предмет, поступок) совсем даже не нужной.

И вот как раз этого мига будет достаточно этим врагам в человечьей шкуре. Потому что схватят они то, что хотели, и бежать. И не настигнете вы их, трудно будет настигнуть, потому что опасны эти люди на самом деле, и может, в иных случаях даже лучше отдать им и больше не связываться с ними. Потому что обман вас будет в таких случаях некой гарантией того, что на какое-то время (если повезет – навсегда) эти манипуляторы будут избегать вас (прежде всего из-за того, что психике любого индивида через время бессознательно кажется нечто иное, что до этого было в сознании). Ну а для вас, быть может, такая гарантия и есть то, что необходимо вам. Ну а в другой раз уже будете осторожней. Хотя наверняка и не будете. Но что уж точно – манипуляторам уже так просто и не удастся обмануть вас. А их схемы должны быть как минимум на порядок выше. А там где сложность – возможна и ошибка. А если ошибка, то значит, существует вероятность, что вы раскусите их замысел. И предотвратите обман. Чем убережете себя, а если повезет, и других. Хотя тут и надо помнить, что манипуляторы постоянно совершенствуют свою мастерство. Потому как в ином случае способы, которыми пользовались они, стали известны, а значит, уже могут и не действовать. Тогда как тот, кто ступил на путь мошенничества такого рода, на путь существования за счет обмана других, не исправится, будет мимикрировать, выдумывать все новые способы обмана. Потому что это его жизнь.

Глава 2. Манипулирование. Начало процесса, способы атаки на психику

Манипулирование чаще всего становится возможным как раз тогда, когда сам индивид-жертва оказывается наиболее восприимчив к подобного рода атаке извне. Причем не стоит говорить, что существуют те, кто манипуляциям не подвержен. Это не так. Хотя бы потому, что если рассматривать все аспекты манипулирования, в том числе и манипуляции в семейной жизни как наиболее распространенные, то следует признать, что манипуляции осуществляются всегда и везде, и хоть раз атаке манипуляторов был подвержен каждый индивид. Другой вопрос, сумел ли он противостоять этой атаке или же его психика все-таки оказалась подвержена воздействию извне, со стороны манипулятора.

Конечно, говоря о манипуляциях в личной жизни, можно заметить, что кто-то подобные манипуляции волен списывать на любовь и прочие ненужные абстракции, но если смотреть на вещи с непредвзятостью ученых, – то перед нами самые настоящие манипуляции, потому как если один подчиняется другому (и вызвано это подчинение не грубой силой, а более искусными психическими девиациями), то вероятней всего (разве что за малым исключением) перед нами и есть проявление манипуляций, т. е. явно задействован тот или иной способ применяемых методик манипулирования. Ведь манипулировать не обязательно массами, иной раз все начинается (как бы отрабатывается метод) в манипуляциях над одним человеком. Ну а уже там где один, там возможно и много; просто уже будет зависит подобное от того, какие цели стоят перед манипуляторами. К тому же влюбленность уже сама по себе слишком напоминает симптоматику невроза, чтобы говорить, что кто-то в этом случае не выступает в роли жертвы. Это не так. Так же как при неврозе, влюбленный человек представляет собой весьма и весьма явную предрасположенность для манипулирования посредством использования такого его состояния. (Мы не рассматриваем вопрос этичности, потому как манипуляции вообще как бы уже изначально сугубо неэтичны, потому как представляют собой вторжение в психику другого индивида, и главным образом без его ведома.)