Армагеддон

Пролог

Возможно, высшим силам надоели бесчинства этого мира, а может просто настало время очередному тысячелетию ответить за свои грехи. Так или иначе, Горн Времён осуществил своё предназначение и вновь выбранные Всадники пройдут свой путь для осуществления расплаты людей. Снова четыре коня будут выбирать привычный им маршрут, дабы обновить планету и дать людям ещё один шанс на право обрести вечный Рай на земле. Однако, кто и как станет всадником и как измеряется серьёзность жизненных “проступков” !? Как небеса распределяют роли и почему даже самые страшные грехи, могут стать дорогой в вечность!? Вопросов много, а ответ придёт только с наступлением Конца Света, ведь для того чтобы получить новое начало, придётся положить всему старому конец.

Первый Всадник.

***

Мечта? Какую цену вы готовы заплатить за то чтобы она осуществилась? На какие жертвы вы пойдёте, чтобы достичь действительно заветной цели? Готовы ли вы поставить на кон всё, не боясь потерять себя? И насколько желаемое будет соизмеримо тем потерям, которые вам придётся пережить внутри?! Мечта – как сама цель жизни или жизнь ради мечты? Для всех это разные понятия, главное не заблудиться в истинности и выбрать правильный путь.

***

Стоя на огромном холме, он спокойно смотрел на происходящую по обе стороны суматоху, для него это было уже не ново. Этот "недочеловек" чувствовал давно уже привычный вкус крови на губах вперемешку с человеческим страхом. Над огромным полем невозмутимо пролетел белый ворон, осматривая зорким оком, новое место для пиршества. Сделав пару кругов, он разнес своим криком весть для всех сородичей, дабы никто не остался голоден. Приглашенное воронье слеталось, а в воздухе чувствовалось напряжение. Завершая свой плавный полёт, "седой старец", опустился на плечо хозяина. Тот удовлетворенно кивнул головой, высчитывая минуты, которые вели к неизбежности бытия. Выдыхая очередное ледяное облако, он с сожалением сделает новый вдох и боль пронзит его тело снова, в назидание за ошибку. Хоть на дворе и тёплая осень, ему очень холодно, ноги и руки зябнут, а зубы вот-вот будут отбивать ледяную дрожь, однако, совсем скоро его ножны обогреют всё тело и придадут новых жизненных сил, но ему это не доставит удовольствия, делая так, чтобы внутри всё угасало вновь. Он так и не смирился с этой болью и холодом, так или иначе, он чётко помнил, за что его покарали. Его никто не видит, но его приближение чувствуют все, его боятся и он обязательно придёт к каждому, это лишь вопрос времени. Он проклятый, для которого его участь является наказанием, мог ли он однажды помыслить, что его существование теперь будет зависеть от жизни других, точнее от их смерти? Скорее нет, чем да.

***

Она любила его и до определённой поры они были счастливы, но… Как это чаще всего бывает, в людях что-то ломается, постепенно она стала походить на нервную истеричку и он, как бы не старался сглаживать углы между ними, всё равно натыкался на колючки с её стороны. Всё стало на свои места, когда, заболев, врач вынес ей неминуемый, смертельный приговор. Болезнь медленно съедала её, ломая психику и разрушая ей кости живьём, внутри она рассыпалась и кричала от боли. Сначала это был лёгкий стон, похожий на задержку дыхания, потом это стало походить, на приступы паники с резкими всхлипываниями, а после, переросло в резкие крики, которые заставляли её опускаться на колени и хвататься за всё, что попадалось под руки. Любящему человеку тяжело смотреть на муки близких. Она старалась не сеять в нем панику, но чётко давала понять, ей больно, больно так, что в голове ей слышался хруст истирающихся костей. Он молча сходил с ума, дабы не показывать ей и без того беспокойное состояние чтобы не усугублять положение. Но чем больше проходило времени, тем меньше ей помогали лекарства, а это означало, что боль она начала чувствовать во всех красках.

Паника, агрессия, крик, никому неведомы эти страдания, которые он никогда не поймёт не почувствовав, никому, кроме любящего сердца.

Сидя у её постели ночами, он плакал. Сильный и бесстрашный воин не мог теперь сдерживать слёз, и это не было его слабостью, это было отчаяние. Он не знал, как помочь той, что любил больше всего на свете.

Её дикий крик вырывался всё чаще, напоминая агонию, сжимая его руку она просила "убей меня, эти муки выше моих сил", но проходило несколько минут и ладонь обессилено падала на кровать, погружая толи в сон, толи в бескрайнюю пропасть. Новая волна крика и приступ паники в нем.

–Я так больше не могу, – кричала она. – Убей, лучше убей меня, я так больше не могу, – плакала девушка, стиснув зубы так, что он слышал их скрежет.

Внутри него всё замирало, мог ли он когда-то подумать о том, чтобы убить свою любимую, дабы её спасти?!

Выбор, это то, что было всегда большим камнем на шее, который либо тянул на дно, либо легко отстегивался без зазрения совести. Сейчас же было всё по-другому, казалось, на его ногах кандалы, а сердце вот-вот разорвётся на части. Но её слезы, крики и мольбы, не оставили ему выбора, как ему казалось. Достав кинжал из ножен, он аккуратно положил её голову себе на колени, поднёс лезвие к нежной шее и… упал замертво.

Так, человек хотевший забрать чужую жизнь, потерял свою собственную, ведь у высших сил на каждого из нас свои планы.

***

Здесь, в абсолютной темноте, себя он почти не помнил, но находясь на плоской и шатающейся поверхности, практически не мог пошевелиться, дабы не нарушить равновесия. Притянув ноги к груди, он сидел, разговаривая внутри себя с кем-то неведомым.

– Знаешь ли ты, кто даёт жизнь? – грозно спросил голос в голове.

– Нет, – смиренно отвечал он.

– Так почему ты решил, что имеешь право её забирать тогда, когда тебе вздумается?!

– У меня была мечта, сделать свою женщину счастливой, поэтому я решил облегчить её страдания и отправить душу дорогого мне человека в лучший мир, чтобы она смогла переродиться и всё – таки стать счастливой.

– Ты решил облегчить свои страдания, но не её. Однако, я исполню твоё желание, ты отправишь её в другой мир, когда придёт время. Теперь в назидание ты будешь, вечным слугой, превращаясь из статного мужа в дряхлое и беспомощное существо, чтобы чувствовать каждый раз всю "прелесть" бытия. Твоим спутником станет бестелесный, бледный конь, под стать тебе самому, а в вестники неминуемости, ты получишь ворона, который своим криком будет напоминать о боли той, из-за которой ты был готов убить. Имя тебе будет Смерть и все будут тебя бояться, кто-то искать, но не находить, так как каждому отмерено свое время, а ты лишь жнец.

– До каких пор я буду вашим узником?

– Теперь у тебя нет права на мысли о времени, ты вечен и должен стать нитью между живым и мёртвым, чтобы отправить душу в другой мир.

Через мгновение, Смерть был уже у подножия скалы, в плечо его клевала птица, а позади, стоял бледный конь, копыт которого не было видно, вместо сбруи на нём были тяжёлые цепи, походящие на кандалы, но на всё это ему было уже наплевать.

Мерно тикали в голове часы, она раскалывалась от этого гула и стука стрелок "мозгового циферблата". Иногда привычный ритм прерывался, тогда Смерть переносился туда, где пришло время пожинать душу.

Он видел перед собой бестелесный силуэт, который необходимо было отсечь от плоти и переместить через косу, данную ему для столь важного ритуала. Однако, Смерть не испытывал жалости или отвращения ни к процессу, ни к людям, которые умирали на его глазах, теперь он чувствовал только одно… Отсеченная душа проходя через ритуальный клинок, омолаживала его и наполняла силами, но как только он медлил или не успевал ко времени, его тело "трещало" и ломало изнутри, превращая могучего воина в дряхлого старика. Так, Смерть научился быть точно в срок там, где он действительно должен быть, в положенном месте в точное время. Было ещё одно странное для него действо, его сердце не билось, а по венам больше не текла горячая кровь, но даже этот факт он вскоре смог оправдать внутри себя.

"Откуда у мёртвых, сердце, да и зачем испытывать из-за него жалость к тем, кто всё равно умрёт? ".

Так, он стал бледным, равнодушным жнецом, понимающим, что это его работа, делая которую не опрятно он получал от неведомой силы удары по своим костям.

"Всему свой срок, всему своё время ".

***

И вот, ожидая время жатвы, ему впервые захотелось взглянуть на тех, кого вскоре он отправит в мир душ и теней. Садясь на коня, он медленно проезжал мимо палаток, слышал тревожные разговоры и чувствовал страх людей настолько отчётливо, что энергия приближающейся смерти давила даже на него. Слишком много работы для всадника предстояло сегодня, его руки леденели, а внутри одолевало беспокойство, которого раньше он не испытывал. Вороньё со страшным карканьем чёрной пеленой обволакивало всё небо. Время до начала битвы измерялось минутами. Уже выстроились шеренги, по обе стороны, а всадник смиренно стоял в центре поля, дабы не пропустить момент первого отсечения душ для мира мёртвых. Гул горна, и неожиданно, в его голове возникает резкий звук, выбивающий из седла, словно острым копьём. Он мотает головой, приподнимается на ноги и под суматошный клич седого ворона начинает свой ритуал, провожая души. Однако, в этот раз всё иначе, они не питают его, а истощают. Через пятнадцать минут жатвы, он слышит в голове стук маятника, который оглушает и ему почти невозможно сконцентрироваться на ритуальной косе. Рука трясется, и клинок погружается в грязь, вылетая из ослабевших пальцев. Хруст костей в груди и теперь, то, что вокруг него происходит, не имеет никакого значения. Шум в голове усиливается, а бой часов, заводит некогда заржавевший механизм его груди. Стук сердца, "всхлипывая" в груди, разгоняет по телу алую кровь. Снова бой часов и его яростно клюёт ворон в плечо. Стоя в полузабытьи на коленях, он дотягивается до косы и делает взмах, замедляя время. Теперь ему не надо спешить, его не перенесли в другое пространство, как было всегда, вопреки всему перед ним Она, такая беззащитная и не понимающая, кто перед ней. Только сейчас он понял, что даже если теперь заберёт её жизнь, нет никакой гарантии в том, что её душа отправится в лучший мир. Слыша, как сильно стучит его некогда замершее сердце, всадник вспомнил, насколько сильно любил ту, которая всегда была рядом. Его мечта сделать её счастливой, так и останется несбыточной. Подойдя к ней ближе, он робко протянул руку, чтобы коснуться её души. Рука у щеки, а из глаз его слёзы, ведь он знает, что она не видит его, лишь чувствует страх, вместо ласкового касания. Такой боли он ещё не испытывал, только теперь он понял, что все те души на поле не смогли питать его нЕкогда раненную душу и только она, пройдя через ритуал очищения сможет дать ему столь желанный покой. Тогда, он с диким воплем занёс клинок для той, что любил больше всего на свете, отсекая всё телесное с миром смертных. Жутким треском пронеслась душа по косе, срезонировав чётко в его груди. Так однажды умерший, теперь "вымирал" внутри снова, понимая, что залечить эту рану могут только полчища душ. Подкинув косу со всей силы над полем битвы, он с треском обрушил на него всю мощь волшебного предмета, забирая души тех, кто заждался в муках его прихода.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.