Пленительный мир психопата

Начал он со снятия надбавок с моего оклада. То есть с точностью «до наоборот» всем моим грезам о собственной юридической консультации и обещанного им поднятия заработной платы за уменьшение его многомиллионных расходов на выплату налогов. Моему возмущению не было предела, и я отправилась жаловаться к вышестоящим чиновникам, назначившим этого человека на руководящую должность.

Следует напомнить, что с предыдущего места работы нашего директора уволили, в том числе в связи с коллективной жалобой его бывших подчиненных, но это не помешало назначению его на руководящую должность еще раз. К слову сказать, психопаты умеют при помощи манипуляций находить покровителей среди вышестоящих руководителей. Когда его первый раз назначали на наше предприятие, то настоятельно порекомендовали изменить методы управления, и ему пришлось надеть маску лояльного управленца – это к слову о способности психопатов контролировать свое поведение, когда в этом возникает необходимость.

Вернувшись на наше предприятие второй раз, директор-психопат попросту скинул эту маску. Данное обстоятельство ввело в заблуждение остальных сотрудников, которые надеялись, что буря уляжется и все будет по-прежнему, и мне пришлось оказаться в абсолютном одиночестве, когда отправилась разговаривать с вышестоящими чиновниками о поведении восстановленного ими директора.

Какое-то внутреннее чутье мне говорило, что как прежде не будет. Чем больше молчаливых жертв, тем претенциозней становится психопат – потом довелось мне прочитать у Роберта Хаэра, и абсолютно с ним согласна.

Сотрудники мне сочувствовали, уговаривали поговорить с директором, а я понимала, что будет только хуже, и приготовилась понести какие угодно жертвы, но не отступать. Психопат же ушел на дно тяжелой депрессии и каждый день придумывал про меня невообразимые истории, которые распространял среди сотрудников.

Но надо отметить, что увольнения и преследования моих сослуживцев, напротив, закончились, и психопат начал срочно превращать в «своих людей» других руководителей среднего звена предприятия. Они покупались на это. А что им оставалось делать? Они же тоже не знали, с кем имеют дело и чем в конечном итоге все это для них закончится.

Эту историю прервали новогодние праздники, после которых наш директор не вернулся – несчастный случай. Психопаты часто умирают не своей смертью, об этом уже упоминалось.

Когда мне сообщили о его смерти, думала, что выплачу себя всю до пяток. Казалось бы, после того, как он со мной поступал…

Созависимость – опасная штука, не всем удается выйти из нее без потерь, а многие, как утверждают специалисты, не желают расставаться с ней, когда лечение проходит успешно – так тяжело осознание, что все было иллюзией и наваждением.

Дня через два после трагедии на мой рабочий телефон позвонила дама, с которой у меня состоялся странный разговор. Она спросила меня: может ли она увидеться с директором? Сказала, что работала с ним раньше в его родном городе, будет в Москве на следующей неделе и хотела бы приехать в офис для встречи с ним.

С учетом того, что у предприятия был специальный справочный телефон, а также телефон приемной и отдела кадров, который размещался в интернете для контактов, и мне никогда на рабочий телефон не звонили знакомые директора, я сразу заподозрила подвох, но расспрашивать даму ни о чем не стала.

Услышав от меня о трагедии, она продолжила разговор еще более странной речью: «Поверьте, он очень хороший человек! Очень! Это могут подтвердить многие! Он помог стольким людям, многие ему обязаны решением вопросов «жизни и смерти». И только услышав мои слова, что мне известно, что он хороший человек, удовлетворилась и повесила трубку.

Разговор был настолько странным, что мне захотелось всем пересказать его, в том числе людям, знакомым с директором не только по работе. И вот что выяснилось.

Оказывается, это была некая Лена, о которой мне приходилось слышать, но никогда не доводилось с ней общаться. Она была «очень» доверенным лицом директора. У нее хранились печати всех его бывших фирм, документы, связанные с его предыдущей предпринимательской деятельностью. И, как выяснилось, это она размещала на упомянутых выше сайтах порочащую информацию обо мне и, возможно, о других сотрудниках, по заданию директора.

Специалисты по психопатии отмечают, что после сорока лет психопаты меняют тактику общения с людьми и образовывают более длительные связи, но психопатами быть не перестают. То есть предпочитают не разрыв с жертвой, а длительное ее подавление и использование.

Не знаю, какую великую должность благодаря психопату получила Лена, чтобы с крестьянской преданностью выполнять подлые задания директора, но жить ей с этой грязью в душе теперь всю жизнь. И судя по всему, от этой слякоти в ее нутре все-таки образовались язвы, которые болят и заставляют искать оправдание ее ничтожному существованию на подаренном психопатом месте.

Так что если у кого-то возник вопрос: можно ли как-то существовать рядом с психопатом, то, как вариант, если не тошно, конечно, стоит попробовать стать для него «Леной».

Не знаю, чем бы закончилось мое противостояние с директором-психопатом, если бы его жизнь не оборвалась, но прогнозы специалистов в этом вопросе, прямо скажем, неутешительные. Павел Бабяк и Роберт Хаэр утверждают, что с психопатом-боссом бесполезно бороться в такой стадии, лучше уйти.

Прочитав несколько книг о психопатии, мне захотелось представить, что же заставило бывшего директора пойти на мое уничтожение. Легенда, которую он продвигал среди моих сослуживцев, с реальностью не имела никакой связи. К тому же, если верить некоторым психологам, утверждающим, что психопаты падки на ресурсных людей, то здесь вообще начиналась полная нестыковка. Я по-прежнему оставалась для него «супер» и «мега» ресурсным специалистом, так как у директора было огромное количество нерешенных вопросов, связанных с имуществом, которые мной успешно решались.

И мне пришла такая мысль – это происходило на его инстинктивном уровне, и, конечно, были триггеры в моих попытках избавиться от невротической зависимости.

Мы привыкли к высказыванию, что наш внутренний мир – это целая вселенная. И как можно с этим не согласиться? Столько мыслей, эмоций и переживаний в нашем уме и сердце переливаются всеми цветами радуги ежесекундно. Внешний мир выглядит даже бледнее, чем мы чувствуем себя изнутри.

А теперь представьте себе мир психопата: эмоциональная пустота, похожая на безмолвный космос, пульсирующие инстинкты в ответ на происходящее, с набором простых реакций – бей, хватай, беги, замри и прочие простейшие потребности. Посмотрите его глазами на людей как на предмет подчинения его инстинктам, то есть как на объект потребления. Он берет – вы отдаете. Он на вершине пищевой иерархии – вы пользуемое им существо, которое напрягает тем, что время от времени приходится прикидываться кем-то, чтобы от вас что-то взять. Он могущественно возвышается – вы все больше верите в его грандиозность и больше отдаете, укрепляясь в роли ничтожества, а это начинает раздражать так, что вызывает усталость. Еще немного – и вы становитесь невыносимы, и, психопат снимает маску…

На самом деле, психопат устает от маски. Как установили специалисты в этой области, психопат подстраивается под человека, с которым устанавливает личные отношения, индивидуально. Это поразительно, но когда вы общаетесь с психопатом, человека, которого он изображает, не существует в реальности. А тот, который есть на самом деле, никогда бы не запал вам в душу.

Практически все исследователи, изучавшие внутренний мир психопатов, рисуют неутешительную картину. Они говорят о банальности, незрелости и ущербности философии их жизни. К примеру, Роберта Хаэра однажды попросили проконсультировать знаменитого режиссера по созданию образа психопата, максимально приближенного к реальности. Через некоторое время ему позвонил сценарист и с отчаяньем стал объяснять, что не может сделать персонаж интересным и показать его мотивы, желания, проблемы, которые были бы понятны зрителям. «Я захожу в тупик. Эти парни [два психопата] слишком похожи друг на друга, и в них нет ничего интересного», – причитал сценарист. Роберт Хаэт только развел руками.

Теперь сами подумайте, как долго может психопат носить маску для отдающего, а значит, слабого и ничтожного человека, который утомляет его своим желанием быть значимым, из-за накопившихся событий в отношениях (которые для психопата реально только цепь событий, эмоциональные оценки отсутствуют). А ведь это нагрузка – постоянно прикидываться благодарным. И наступает период, когда психопату хочется с ненавистью прикончить свою обузу (жаль не физически, но можно морально), чтобы выкинуть за борт своей жизни. К тому же вокруг намечаются кандидаты для новой игры, а это приятно возбуждает.

В моем случае чувство самосохранения постоянно напоминало о необходимости перестроения отношений с обоими психопатами: выставления личных границ и даже прекращения отношений с ними. Сотрудники, наблюдавшие мои взаимоотношения с первым психопатом, говорили, что мое несогласие в каких-то вопросах раздражает директора. Второй психопат называл меня «агрессивной», когда мной высказывалось сопротивление на его же агрессивные выпады. Другими словами, когда психопат не видит абсолютного себе подчинения, то такое поведение является триггером для снятия им маски и прекращения сдерживания инстинкта разрыва.

Мне было приятно обнаружить, что такого же мнения, как и у меня, придерживаются специалисты российской школы в области психопатии. Надо заметить, что в России не так глобально изучено это явление, как в США. Зато благодаря нашему языку и способу мышления подход в нашей стране к этой теме экзистенциальный, а значит, на мой взгляд, более чувственный и приближенный к реальному объяснению этого феномена.

Второй был классическим корпоративным психопатом. И столкнуться мне с ним пришлось меньше чем через два года после первого. Уволившись с места работы, где повстречала своего первого психопата, я устроилась в большое ведомство, куда и пришел второй. И знаете, из всего многообразия сотрудников его выбор пал именно на меня – далеко не самого ресурсного работника.

К счастью, второй психопат был просто сослуживцем. Для наших отношений я нашла у Павла Бабяка просто искрометное определение, описывающее одну из ипостасей личных взаимоотношений, которые устанавливают корпоративные психопаты с сотрудниками, а именно: необузданный лидер, стоящий во главе группы невротиков, ищущих острых ощущений. Здесь каждое слово в точку.

Мы сбились в веселую компанию и, вытаращив глаза, носились по ночной Москве из ресторанов в бары, чтобы с утра на работе вспоминать ночные приключения как некое таинство, к которому были причастны только избранные.

Это очень забавно, когда тебе кажется, что ты обрела какие-то эксклюзивные отношения с веселыми единомышленниками, а потом обнаруживаешь в научно-популярной литературе, что эти болезненные взаимоотношения являются предметом изучения специалистов в области психопатии. А самое интересное, что этот психопат рассказывал о том, что раньше он создавал подобные компании, но не на всех предыдущих местах работы ему это удавалось. А здесь «склалось»…

Если учесть, что я встретила своего первого психопата, когда мне было за 50, то со вторым вообще не понимаю, как жива осталась от такого времяпрепровождения.

Книгу о корпоративных психопатах Павла Бабяка и Роберта Хаэра «Змеи в костюмах» можно было бы переименовать «И это все о нем».

В принципе, книга посвящена тому, как распознать психопата на этапе приема на работу и не пустить в коллектив, а если он все-таки проник в компанию, то как его выявить. И конечно, предупреждение для тех, кто построил на работе личные взаимоотношения с подобными личностями, и чем это может закончиться.

Итак, вы стали сослуживцем психопата, а если совсем не повезло, его подчиненным.

Вам предстоит иметь дело, как писал американский психиатр, пионер в области психопатии Херви Милтон Клекли, с человеком, который: «несмотря на сохранный интеллект, будет снова и снова демонстрировать неадекватное и деструктивное поведение. Плохо понимать себя и влияние своего поведения на окружающих, безразлично относиться к чувствам людей, не испытывать ни сожаления, ни стыда за приносимое зло. Демонстрировать явно выраженное легкомыслие даже в отношении важных вещей и отсутствие реальных целей и планов. Этот лицемер кажется искренним тем, кому недостает опыта в общении с психопатами, в конечном итоге будет очевидно, что он относится к категории непревзойденных лжецов».

В корпоративных отношениях психопат опасен разрушением карьеры тех, кто вступил с ним во взаимодействие, а с учетом того, что он всегда строит в целях своего влияния личные отношения, может ожидаемо пострадать и личная репутация, и даже личная жизнь.

Очень важно знать, что психопат хоть эмоционально «отключен» от окружающих и у него нет чувства вины или сожаления, он при этом не стремится нарушить каждый писаный и неписаный закон, и у него нет цели превратить каждого, с кем он сталкивается, в жертву или какой-то иной объект выгоды. Он выбирает.

Нельзя принижать его функциональные способности, поскольку он, не обремененный эмоциональным багажом, рациональнее большинства людей и чувствует себя котом в мире мышей. Но при этом его жизненная стратегия неприемлема в мире людей.

Если, прочитав вышесказанное, вы со вздохом облегчения сделаете заключение, что в вашем коллективе точно нет психопата, то вам будет интересно узнать следующее. Социологами подсчитано, что от одного до трех процентов населения составляют психопаты, и большинство из нас (особенно в большом городе) в течение дня сталкиваются хотя бы с одним из них. Однако способность психопатов скрывать свое истинное лицо не позволяет нам отличать их от окружающих.

Сильная сторона психопата в том, что он быстро считывает человека для игры на его эмоциях. Его навыки общения хоть и примитивные, зато без социальных запретов. Там, где мы промолчим, он вступит без стеснения в контакт. Его убежденность в себе вводит в заблуждение даже опытных управленцев. Он умеет внушать симпатию своим будущим жертвам.

Психопат – непревзойденный социальный приспособленец. Глядя на него, никогда нельзя допускать, что он способнее вас, или кого-то еще – эта ошибка может стоить больших проблем для коллектива при продвижении его по карьерной лестнице.

Главным мотивом психопата, в отличие от непсихопатов, является несправедливое и бессердечное использование окружающих. Когда он достигает нужного результата, то переходит к запугиванию. В специальной литературе психопатов называют «красными воротничками».

Важно знать, что психопатия – это расстройство личности, что не одно и то же, в сравнении с психическим заболеванием. Психопаты автоматически и чаще всего несознательно (инстинктивно) действуют в рамках трехэтапного процесса: оценка – манипуляция – разрыв отношений.

1) Во время оценки потенциального контактера психопаты определяют слабые места – это может быть, к примеру, развитое эго у высокопоставленного чиновника или склонность к неблаговидным поступкам у обычного сотрудника. Слабые места возбуждают предвкушение к новой игре.

Раздутое эго, простодушие в характере, слабость и ранимость – это то, что в первую очередь привлекает психопата в потенциальном объекте его внимания. Те, кто освобождаются от отношений с психопатом, прежде всего поражаются своей глупости, которая их привела к личным связям с ним.

Психопата утомляют сложные люди, если только они не приносят ему ежеминутной выгоды, так как из-за отсутствия эмоциональной составляющей он нуждается всего лишь в новизне, избавляющей его от скуки. Физиологией его головного мозга обусловлен поиск новых волнующих перспектив, которые должны быть легкими как в личных отношениях, так и в работе – отсюда его извечная склонность к паразитированию.

Выполнение работы чужими руками, потребность к рискованным поступкам и поиску острых ощущений, желание испытывать прилив адреналина, чувство необоснованного превосходства и гипертрофированной значимости, уничижительное отношение к людям – для руководителей и сотрудников рано или поздно психопат становится серьезной проблемой.

2) После оценки психопат переходит ко второму этапу – манипулированию. Обаяние, психологический вымысел, который включает в себя лживые истории и создание новых масок, чтобы казаться умным, сильным, властным, честным, любящим и простодушным, – все это позволяет скрыть истинную сущность. Психопат проделывает указанные манипуляции с постоянной периодичностью и обязательной таинственностью, он никогда не рассказывает о своем прошлом. А если рассказывает, то чаще всего лжет.

Внимательный наблюдатель способен разглядеть истинное лицо психопата, но это редко происходит с теми, кто готов вступить с ним во взаимодействие. Такие люди начинают верить в его искусственный образ.

Исследования показали, что психопаты высмеивают легковерность своих жертв, несмотря на то что они заранее выбирают для своих манипуляций простодушную категорию людей. Особенно их развлекает, когда даже по известным фактам им удается убедить человека в своей ложной информации. Ложь психопата отличается от лжи обычных людей безжалостностью, преднамеренностью, губительностью и разрушительным воздействием на окружающих. Они всегда избегают ответственности и свою собственную вину без зазрения совести перекладывают на тех, кто ближе. И не стесняются придумывать убедительные причины, почему должен отвечать другой.

3) Третий этап – разрыв отношений. Разрывает отношения психопат внезапно, вытянув все, что ему было необходимо. Безжалостный разрыв причиняет боль, поступая так, нужно быть невосприимчивым к чувствам других.

В отсутствие эмоциональных и социальных привязанностей психопат не имеет представления, какие пагубные последствия это несет для окружающих. О насыщенной внутренней жизни других людей психопат не обладает никаким представлением, а укор окружающих за его поступки делают этот мир для него враждебным.

Психопату проще оценить интеллектуальную составляющую человека, а не эмоциональную, отсюда вытекает его желание к использованию индивида, в зависимости от степени его полезности, а после использования выбросить за ненадобностью. Поэтому он по жизни завязывает множество краткосрочных связей.

Закольцованному процессу: оценка – манипуляция – разрыв психопаты придают ореол таинственности, чтобы выглядеть в нем не потаскушкой, а плейбоем. Для этого они используют пылкие признания в любви и намекают на прошлые любовные истории. К несчастью для их партнеров, с психопатом не может быть настоящей близости, и все отношения с ним односторонние. Не имея настоящих жизненных целей, они умеют убедить окружающих в своих достижениях и в сочиненных историях успеха.

Подытожим. Все это именуется как психопатический вымысел, который необходим для контроля над выбранным психопатом объектом манипулирования. После того как выжимаются физические, психологические, эмоциональные, финансовые и социальные ресурсы, выпотрошенная и одурманенная жертва выкидывается, когда она надоела, утратила свою полезность или от нее наступила усталость.

Психопата проще распознать тем, кто для него не представляет ценности, а еще лучше тем, кто представляет для него угрозу. Тратя много умственной энергии для поиска своей жертвы, психопат не заботится о поддержании нужного образа перед указанными выше людьми. Такие люди могут заглянуть под маску психопата и увидеть его настоящую сущность, поэтому можно одновременно наблюдать людей, восхищенно одурманенных и наполненных отвращением к одному и тому же человеку.