Искорка для дракона

17

Я где-то читала, что алкоголь плохо воздействует на разум, особенно, если разум юный и неокрепший. Покосилась на бокал, словно в нём плескался яд, которым меня хотели отравить.

Что люди в этой жидкости находят?

С подозрением поглядела на Ретогона, который продолжал безотрывно поедать меня взглядом. Подсознание забило тревогу: пить с властным драконом, да ещё и у него дома — плохая идея! Очень плохая!

Даже если он заверил, что мне нечего опасаться.

— Что это опять у вас с глазами? — Ретогон сделал глоток и опёрся ладонью о столешницу.

— А что с моими глазами? — заморгала ресницами.

— Не может быть. Вы что, даже вина не пробовали? — улыбнулся он.

Гордо подняла подбородок, обиженно прочистила горло.

— А что тут такого? Я воспитывалась в Императорском пансионе! У нас всё строго.

— Скажите ещё, и не целовались ни разу!

Щёки зарделись. За сегодняшний день я уже пару раз как была готова согласиться на эту “процедуру”.

Лицо запылало от воспоминания, в горле пересохло, и снова меня потянуло облизать стянутые корочкой губы.

Дракон хищно прищурился, расстояние между нами стремительно сократилось. Я вовремя закусила язык. Крепко так закусила, чтобы стало больно.

Сглотнула и продышалась.

— И не целовалась! — задрала подбородок повыше.

На щёку упало горячее дыхание дракона. Я вздрогнула, но не пошевелилась. Лорд медленно моргнул. В его взгляде бушевало пламя, и хотелось в это пламя упасть и сгореть.

— С Днём Рождения, Бри, — лорд протянул небольшой полупрозрачный оранжевый камушек на ладони. — Это вам. Подарок от меня.

Ну, ничего себе День Рождения! Подарка я не ожидала и готова была расплакаться. Снова потеряла все слова, застыла, как ледяная статуя, боясь пошевелиться, чтобы не смахнуть наваждение.

В груди разрасталась трепетная радость. Благодарность! Мне было приятно, что говорить, и хотелось даже обнять Ретогона и ласково потереться об него, как кошка.

— Не бойтесь, берите, — улыбнулся лорд.

Ретогон переложил мне в ладонь закованный в золотую подвеску камень, чем-то похожий на янтарь, и я заметила, что он светился изнутри. Едва тлеющий свет переливался в сотне чётких граней. Очень красивый камушек и тёплый от рук дракона.

— Ой, он светится?!

— Он светится вблизи драконьей крови. На драконице он светился бы постоянно, а на тебе будет — только если рядом дракон.

— Даже, если и не засветится, всё равно красивый.

— Хотите, помогу примерить?

— Да, очень хочу! Конечно!

Ретогон отставил бокал и взял подвеску. Я приподняла волосы над головой, стараясь не дышать. Его пальцы умело застегнули украшение, и лорд довольно улыбнулся.

— Ты красавица. И сердце дракона тебе очень идёт.

— Сердце дракона? — приложила руку к груди, тронув подвеску кончиками пальцев.

Старалась выдерживать строгий вид, но губы сами расплылись в улыбке. Ничего не могла поделать!

— Да, так называется этот камень. Его носила моя бабушка — между прочим, последняя монахиня драконьей обители. Настоящая монахиня, имею в виду, в то время в обители служили драконицы…

— А потом драконицам запретили становиться монахинями из-за нехватки жён, — прервала лорда, — и в обители стали служить человеческие женщины…

— Да, и мою бабушку забрал в жёны мой дед. У вас по истории отличная оценка — я это выяснил, — усмехнулся Ретогон, лаская взглядом.

Чувствовала всем сердцем, что он не меньше меня доволен, что я в его подарке.

— Но это же семейная реликвия, а вы мне её просто так взяли и подарили. Мне не стоит…

— Если мужчина делает подарок, то он уже решил, что это того стоит и назад подарок уже не примет. Леди должна принять. Всё же, в пансионе тебя недостаточно хорошо учили.

— Просто не было опыта в подарках…

— Какая вы очаровательно неопытная леди.

Лорд легонько тронул мой бокал, всё ещё находившийся в руке. Я держала его на почтительном расстоянии, стараясь даже не дышать опасной красной жидкостью, которой он был наполнен.

— Попробуйте глоточек, — пророкотал дракон. — Ничего не случится. Вы уже взрослая леди. Да и в обители подобное не позволено, дерзайте, пока можно! За ваше здоровье!

Лорд пригубил вино.

Ну, раз за здоровье, то отказываться очень невежливо. Особенно после такого подарка. Последняя пташка рассудка подала голос и упорхнула. Я сделала небольшой глоток.

Горькое, вяжущее… Кислятина какая! И что за прелесть в нём находят?

— Я вино впервые попробовал в двенадцать лет на одном семейном приёме. Выпил целый бокал, тут же опьянел. Потом мой дядя долго мне это вспоминал. Но от одного глотка ничего не будет, не переживайте.

— Зачем же вы попробовали? Вы же ещё были малы! — я была поражена откровением лорда и не заметила, как сама подступила к нему поближе.

От него пахло сладостями. Конфетами. Точно-точно!

— Я был любопытен. Это моя маленькая слабость. А теперь давайте поговорим о поцелуях. Вы что, действительно ни разу не целовались? — Ретогон так скривил бровь, что я еле удержалась от смеха.

Выражения лица его были живыми, участливыми. Меня это забавляло, я изгибала в ответ брови, а уголки моих губ чуть ли не доставали ушей.

— Рискуете никогда не узнать, что это такое. В обители подобное тоже не позволено, — прошептал Ретогон, вдруг сделавшись строг и мрачен.

В груди закололо, будто отбирали что-то важное, ставшее ценным, хоть ещё и неизведанное.

Поплывший от вина разум сдался. Сердце ускорило ритм. В очередной раз за сегодня я пожелала поцелуй. Закрыла глаза и потянулась к дракону.

Вдруг повеяло запахом гари.

— Отбивные, Бри! — крикнул Ретогон.

Я открыла глаза, схватилась за лопатку.

Волшебный момент был упущен.

Лорд подал блюдо, я переложила в него слегка поджаренные куски мяса. И пусть не морщится, пахло всё равно вкусно! Если дракон откажется, то мне больше достанется! В пансионе нас не докармливали, чтобы не стали пышками. А на ужин и вовсе давали лёгкую кашу на воде. Желудок аж вздрогнул при воспоминании.

Шилли всё не возвращалась. Я начала волноваться, не нарочно ли она ушла, чтобы оставить меня с лордом наедине? Так и крутила тревожные мысли, разминая картофель в пюре. Ретогон стоял у меня за спиной и с любопытством заглядывал через плечо. Опасно дышал в шею, что дух захватывало.

— Где же Шилли? — молящим голосом пропищала я.

Лорд услышал.

— Вам нужна какая-то помощь?

— Мне нужно молоко и масло. Есть у вас?

Дракон порылся в шкафу и фыркнул, явно понятия не имея, где это у него есть, и есть ли вообще.

— Может, всё же позовём Шилли? — брякнула я.

— Моя пожилая служанка уже отправилась спать. Она рано ложится.

— Что-о?!

18

— Опять у вас что-то с глазами, Бри. Может, показать вас лекарю? У меня есть хорошие знакомые, приближённые к Императору…

Ретогон приблизился вплотную, изучающе всматриваясь в моё лицо. Запах конфет, исходивший от его кожи, окончательно одурманил разум.

Или это вино?

— Шил-ли-и… — срывающимся голосом пропищала я.

— Она спит в берушах, — ровным голосом ответил лорд, вставая уже совершенно вплотную, так что я почувствовала бедром жар его тела.

— Так вот же масло, на столе! — вскрикнула я, бросившись в сторону. — Шилли всё приготовила!

— Молодец Шилли, а то бы получила выговор. Давайте поскорее есть, я страшно голоден!

Вижу-вижу, лорд! Я и сама уже не могу терпеть.

Ретогон достал тарелки и приборы. Я обрадовалась, что хотя бы их местонахождение он знал!

— А что, мы прям тут будем ужинать? — удивилась я, когда лорд поставил нам две тарелки на свободном краешке стола, да ещё так близко друг к другу. — Ведь положено кушать в зале!

Даже в пансионе кухня была просто кухней, где только готовили. А кушали мы всегда в столовой зале за красивой скатертью, с молитвой и поклонами.

Пока я хлопала ресницами, дракон уже по-хозяйски уселся и взялся за приборы, постучав по пустой тарелке.

Я приблизилась к нему, раскладывая картофель и мясо.

— Я живу один, — Ретогон поглядел на меня, провожая взглядом руку, наполняющую его тарелку, и долго хищно наблюдал, пока я не соорудила ему большую горку. — Неужели, вы думаете, что я вообще дома ем? Обычно прихожу сюда только спать. Да и то, это толком не выходит.

Лорд поморщился от воспоминаний и впился взглядом в отбивные, которые я переместила на наш скромный уголок стола.

— А-а понятно… — буркнула я, чувствуя, как вспыхнуло лицо.

— Не понятно тебе! — рыкнул Ретогон. — Я бы и рад поспать, но не могу, уже неделю сон не идёт! Проблемы, которые нужно срочно решать, а сегодня у меня целый драгоценный день отняли!

Дракон нарезал отбивную и отправил в рот кусочек.

Вроде милый дракон, но когда злится, — ужасно раздражает. Ни спасибо тебе, Бри, за ужин. Ни спасибо за твоё милое общество. Так и хотелось уколоть в ответ вот этой вилкой!

— Жалеете, что потратили свой драгоценнейший день на пансион? — замерла у своего стула, не решаясь присесть. — Если не извинитесь, я уйду! Вот прям сейчас же. Без ужина, по сугробам, уйду!

— Извини, — лорд резко встал и отодвинул мне стул. — Присаживайтесь, Бри. От голода совсем одичал. Чувствуйте себя, как дома!

Несносный дракон! Я же не за то хотела, чтобы ты извинился. Но всё равно спасибо.

Я опустилась на стул и тихонько застонала от боли в растревоженных ягодицах.

— Что с вами?! — встрепенулся лорд.

— Да, меня отлупили, — незначительно пробурчала я, принимаясь за еду. Есть хотелось — не могу!

Лорд не возвращался на место. Склонился ко мне и положил ладонь на спинку стула.

— Кто посмел тебя лупить?! — страшным голосом проскрежетал он, будто железо лязгнуло.

— Это прошлое, забудьте, лорд Ретогон, — проговорила я с набитым ртом. — Ешьте, а то остынет!

Я кивнула ему на тарелку, в которой дымилось замечательное пюре и истекало соком нарезанное мясо.

— Эрмон. Прошу обращайся ко мне по имени. Это леди Грейс?! — не отставал он.

Ну, вот как он угадал?!

— Угу, — пискнула я.

— Считай, она уже не наставница! Самое большее — уборщица!

— Ого! Какой вы строгий! Нужно быть добрее! Пошлите ей выговор, пусть исправляется. А так — она только злее станет.

— А вы — слишком уж добрая!

— Благодарю, лорд, — мило улыбнулась я.

Лорд поперхнулся, жадно опрокинул бокал вина и вернулся к тарелке и приборам.

— И вам спасибо, — произнёс он. — Мясо, конечно, отвратительно пригорело, но за неимением другого, я очень доволен!

Обидно стало! Я ему ужин приготовила, а он мне упрёки делает. Между прочим, из-за него же пригорело!

— Могли бы и сами поджарить, — упёрлась взглядом в дракона. — Вам бы это труда не составило, и степень прожарки была бы такая, как вы любите!

У лорда-дракона сделалось что-то с глазами. Сперва они расширились и налились яркой бушующей синевой, затем заморгали, и наконец застыли, сверкая недобрыми, очень-очень недобрым огоньками.

Я нахмурилась, подобралась и отложила приборы. Открыла рот, чтобы подсказать лорду о том, что у него есть хорошие лекари, к которым ему следует немедленно обратиться.

— Я потерял драконью ипостась, Бри.

19

— Как это потеряли?!

У меня выпали нож и вилка из рук. Со звоном об тарелку скатились на пол.

— Вот так. Потерял. И потому еду в обитель, чтобы мне там помогли. Но это не ваше дело. Доедайте, — Ретогон протянул новый набор приборов из корзиночки. — Йёрт побери, не хотел я с вами делиться! Просто вы меня достали!

Ретогон отодвинул тарелку и устало потёр виски. Короткий жест измученного человека, то есть дракона, мгновенно вызвал во мне сочувствие. Окончательно сорвал оковы, разделяющие на своих и чужих. Этот — почувствовала — был моим.

И как же захотелось в тот миг подойти и обнять его! Ресницы намокли, и я часто заморгала, сдерживалась изо всех сил, чтобы не вести себя слишком вольно.

Дотронусь до него — что тогда он обо мне подумает?! Решит, что соблазняю, как все эти его леди… Нет…

— Я надеюсь, вам в обители обязательно помогут!

Ретогон смерил меня опасным взглядом. Почувствовала: лучше мне сейчас помолчать, ни слова больше про утерянную ипостась. Но мы в пансионе так много изучали историю драконов, что меня просто распирало от любопытства. Никогда не слышала, чтобы драконы теряли способность обращаться в могучего крылатого зверя. Кстати, очень хотелось бы его увидеть. В живую ни разу не видела — только на картинках.

— Как это случилось? — вырвалось у меня.

— Не ваше дело, леди! — рыкнул Ретогон.

Сердце подскочило к горлу от грубости. Навернулись слёзы.

— Обиделись? — хрипло сказал лорд. Голос его был подавленным, взгляд — тяжёлым, как зимние тучи. — Извините.

Лорд выглядел потерянным и одиноким. Мои дети из приюта когда-то были такими же, да и я сама была такой. Озлобленной на мир за то, что тебя никто не любит и не понимает. Подари такому ребёнку чуточку искреннего тепла, внимания, и сердце его оттает.

— Не обиделась.

— Надо же! — насмешливо брякнул Ретогон.

— Но если продолжите язвить — обижусь!

— Не буду. Не хочу, чтобы вы обижались. Поешьте ещё, Бри, вы почти не притронулись.

— И вы поешься, лорд. Говорили, голодны, как зверь, а у самого ещё полтарелки! Давайте, кто первый опустошит тарелку!

— Шутите? — дракон рассмеялся.

Звонко так, весело. И принялся уминать мясо.

— Не шучу! В этой игре мне нет равных! — отправила в рот картофель.

Мы некоторое время сосредоточенно жевали. Живот постепенно наполнялся теплом. Я принялась рассматривать кухоньку и холл, видневшийся в широком проёме. Дом дракона был хорошо, дорого обставлен: мебель из дубового массива, атласные шторы, золотые люстры. Но чего-то тут не хватало.

Я по-другому представляла себе до-о-ом. У меня самой дома не было, и в чужих домах я не бывала, но мне казалось, что дом — это уют. А у него тут даже ёлки не было. Стены выглядели пусто, несмотря на то, что были обставлены.

Дракону жилось, судя по всему, одиноко. И родителей не было. И жены пока тоже…

В груди кольнуло. Кого я обманываю? Всё же мне хотелось быть женой и хозяйкой, как и всем девочкам в пансионе. Просто заботы о сиротах и старания для того, чтобы они были переведены из приюта в более приятное заведение — пансион — заставили забыть меня о заоблачных мечтаниях. Заставили меня быстро повзрослеть, принять ответственность и много работать. А теперь, оказавшись в обществе мужчины, который мне очень нравился, во мне с необычайной силой восстала потребность быть любимой, создать уют, окружить теплом. Любить.

— А почему вы сказали дядя? — Я сдвинула брови и поглядела на Ретогона. — Ну, вы сказали, в детстве были на семейном приёме с дядей. Я думала, у драконов рождается в семье лишь один ребёнок и уже давно нет родственных связей.

— Я называю лорда Андарона дядей, я рос в его доме, они были близки с отцом.

— А ваш отец…

— Умер. Давно. Ешьте молча, Бри.

Лорд сделался холоден. И я чувствовала, он хотел меня уколоть и вытеснить оттуда, куда успел подпустить. Куда не подпускал никого из своих женщин. Я это поняла. Почувствовала.

— Всё, я поела.

Ретогон сделал несколько глотков вина и приковал ко мне взгляд, рассматривая сверкающий тёплым, будто солнечным светом, камень на груди.

Подвеска приятно тяжелила шею, и я благодарно улыбнулась лорду-дракону.

— Ну, раз поели, тогда идёмте спать! — он решительно поднялся из-за стола и приблизился, положив ладонь на спинку моего стула.

20

Аромат терпкой сладости, смешанной с вином, ударил по обонянию, когда дракон приблизился. Сердце ускорило ритм, готовое выпрыгнуть из груди.

Он протянул мне руку и отодвинул стул. Я приняла горячую ладонь и поднялась, оказавшись опасно близко и слишко плотно к мужскому телу. Ретогон шумно втянул воздух, нюхая меня, и не сводил взгляда с сердца дракона, мерцающего на моей груди.

— Благодарю вас за ужин, — пророкотал он тихим соблазняющим голосом. — И за ваше приятно общество.

— Приятное?! — не сдержала усмешку. — По-моему вы ни раз за вечер жалели, что связались со мной!

— Я до сих пор жалею. Но, признаться, приятности это не убавляет, милая Бри, — дракон посмотрел мне в глаза, и в его потемневшем взгляде нарастала буря. — А вы ни о чём не будете жалеть, когда завтра отправитесь в обитель?

Снова чары распускает. Думала, успокоился… Ан нет, только на время, чтобы покушать дать. Хитрый дракон!

Ретогон подступил ещё ближе, касаясь моего тела своим, давая почувствовать его жар и крепость.

Я понимала, что мне предлагали. Я должна была теперь решить, куда мы пойдём спать: к нему в спальню или по отдельным комнатам. Драконы не берут силой, но очень умело соблазняют.

— Вы хотите меня? — сглотнула пересохшим горлом.

— Не просто хочу-у-у, я хочу вас в гарем, — выдохнул мне в ухо дракон. — Вы будете там первой и единственной.

— А как же Кейси! — вырвалось у меня.

— Кто? — приподнял бровь дракон.

— Девочка из пансиона, которой вы подарили шкатулку!

— Бриида, да вы ревнуете! — мурлыкнул лорд. — Нет, эта девочка лорда Вардарона, он лишь попросил меня передать подарок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.