Расколотое небо. Завтра нет, есть только сегодня и сейчас

— А нет денег. И товара нет.

У Прохи поднялись брови:

— Как нет?

Лёха прикурил сигарету, сделал затяжку, выпустил дым:

— Гараж вскрыли, товар сперли. Как-то так.

— Так, стоп, — Проха присел в кресло — а вообще чего-нибудь продал?

— Не успел.

— Твою мать… — Проха покраснел от злости и начал сопеть — У тебя месяц был. За месяц можно было, даже накрутив по минимуму, всё слить. Ты что творишь?

— Вот так получилось. — ответил Лёха, в очередной раз затягиваясь. Ему было сейчас очень спокойно. Он ждал этого момента. Он его дождался. И было, в эту минуту на всё наплевать.

Проха достал сигарету:

— Ну, это, дружище, твои проблемы. Товар брал? Брал. Значит, деньги нужно отдать. Я верно говорю?

— Верно. Только время дай, нет у меня сейчас таких денег.

— Пять дней. Идет?

— За пять дней не соберу, две недели.

Проха в ярости подскочил с кресла и замаячил по комнате:

— Оборзел! Так, ключи от машины и документы гони.

Лёха взял барсетку, достал ключи, документы и протянул Прохе:

— Шпет, забери. Пять дней, и ни часом больше. В этой стране сейчас каждая минута немереных денег стоит.

Кредиторы направились в коридор, по пути Проха схватил пульт и включил телевизор:

— Новости смотри, бизнесмен хренов. Будут деньги — заберешь машину, пока у нас постоит.

Лёха уставился в телек. В дверном проёме опять появилась физиономия Прохи:

— Пять дней, не вздумай сквозануть. И не забудь — баксы. Баксы.

Хлопнувшая дверь вывела Лёху из состояния ступора. Лёха, сидя на диване, вслушался в выпуск новостей про дефолт, правительство, пустую казну и курс доллара. «Это же все мои долги умножить на пять?!» Сердце забилось как колёса товарного поезда равномерно, но очень тяжело. Дослушав ситуацию в стране из новостей до конца, Лёха, что было сил кинул в телевизор пульт и схватился за голову: «Всё в кучу, похоже дефолт во всём, что происходит в жизни.»

* * *

На улице было как-то по-осеннему, сыро, дождь продолжал моросить. Ветер пронизывал до костей. Ну и как это всегда бывает в стрессовой ситуации, Лёха держал курс на ночной клуб. «Европа». Эту зелёную неоновую надпись умельцы сделали из демонтированных ламп ни то гастронома, ни то универмага. В общем, видно их было ото всюду. Сам владелец клуба Марат, был тоже из бандитов, но ему нравилась тенденция превращения бандита в бизнесмена. Поездив по городам и весям, Марат насмотрелся всякой ночной жизни и задумался о том, что в его родном Ленинске не то, что людям, ему негде посетить цивилизованное заведение. Марат привлёк трёх местных музыкантов Суслика, Худяша и Базика на обеспечение культурной части и двух торговцев Железного и Червяка ответственными за выпить, закусить. А сам он делал всё, что бы обеспечить отдых в этом заведении всем слоям населения. И действительно у него получилось, в заведении рядом за столиками могли спокойно уживаться бандиты, шахтёры, коммерсанты и просто пролетарии. Первые, попадая в клуб, даже вели себя как-то спокойно, без распальцовок и кипиша. А, в общем, народ шел на хорошую качественную, громкую музыку и потрясающие световые эффекты. Тогда это были потрясающие световые эффекты, для маленького забытого богом городка.

Лёха шел под моросящим дождём, пытаясь увернуться от ветра. «И что дальше? Денег нет, дома нет, машины нет, семьи тоже. Убогая страна. Через четыре дня приедет бычьё, в лучшем случае останусь безлошадным, в худшем — инвалидность третьей группы. Оно мне надо?! Сорваться? Куда?»

На горизонте замаячили буквы «Европа», Лёха остановился, закурил и двинулся в сторону ориентира.

«Надо закруглять этот бардак, а то бросят в какой-нибудь шурф, и… „молодого коногона, несут с пробитой головой“. Да, встрял по полной. Быстро же плохие мысли в голову приходят и вроде время еще есть, а в голове только Шопен», — Лёха открыл дверь и исчез в ритмах музыки.

В клубе как всегда была веселуха, публика отрывалась в танце, играла в бильярд, выпивала и закусывала. Лёха в ритме танца, улыбаясь встречным дамам, здороваясь практически со всеми мужиками, пробрался к барной стойке и был замечен барменом, типком вороватого вида работающего в этом заведении без зарплаты, на чаевых и недоливе.

— Привет, Саня, — Лёха присел за стойку — как работа?

— Да как-то не очень, плясать пляшут, а пить не пьют. Видал, как Червяк цены задрал? — Саня протянул Лёхе меню.

— Мать ты моя, женщина!!! — выпучив глаза произнес Лёха.

— За день три раза уже цены пересчитали.

Лёха побегав глазами по строчкам меню, захлопнул сие чтиво и произнес Сане знакомую фразу:

— Налей водки с апельсиновым соком — фифти-фифти, и льда побольше.

Повернувшись к танцполу, покачивая головой в такт музыке, Лёха принялся выискивать жертву. Не правильно бы было с его стороны, просто нажраться, в хлам, хотелось в этой ситуации какой-то еще ласки и нежности. Но глаз так и не зацепился ни на одном милом личике.

Санино толкание в плечо возвестило о готовности напитка. Лёха повернулся, взял стакан, сделал глоток, закурил и уставился в ряды бутылок за стойкой бара. «Какая бы веселуха ни была, а где-то внутри, что-то гложет. И не пройдет ситуация на тормозах, будет жёстко», — накручивал он себя, и почувствовал, что кто-то прям нагло на него навалился, Лёха сделал глоток повернул голову и увидел сияющее лицо Маринки.

Маринка персонаж особый. О ней в городе слагали легенды. Вот ничем не примечательный человек. Работала в забегаловке у Афганцев, официанткой. Неприступна как крепость. В свои 25 уже имела 2 судимости, и в данный момент находилась под следствием. Феномен. Все три дела за убийство. А всё потому, что вы ребята, если хотите девушку выгулять спросите для начала у нее, а будет ли она, после того как вы вокруг неё походите воркующим голубем, вам отдана в страстном порыве. Вот те трое не спросили, всех троих она отоварила тем, что было под рукой, не любит она, когда без разрешения с нее пытаются снять трусики. Два раза получала условно. Видимо, судьи женщины были. После третьего убийства, Маринка получила, погоняло «Никита». Да-да, Люк Бессон.

А вот Лёха нашел к ней подход. Причем не был посвящен в историю первых двух убийств. Третье уже было совершено в бурной связи с Маринкой, и Лёха слегка от нее отстранился. А она прилипла, и её все устраивало, редкие встречи, никакого внимания, подарков конфет и цветов.

— Привет, ты не меня ждешь? — радостно воскликнула Маринка.

— Нет, — прошипел Лёха.

— Так. А кого? — Маринка сделала вид, что нахмурилась.

— Королеву Англии.

— Так она ж старенькая или вообще умерла…

— Кто умер? — потерял нить разговора Лёха.

— Ну не знаю, королевишна твоя. Я по телеку видела. Она с усатым, хрен бы его знал, ну короче, с айзером катила по Парижу. Им фотограф — бабах, вспышкой засветил, ну и привет родителям! Тебе завтра на смену?

Лёха повернулся и взял Маринку за талию:

— Ты, Маринка, не человек, а Кара-Мурза какая-то! На смену, на смену.

Лёха развернул Маринку к танцполу и положил голову на плечо:

— Вон, смотри какой жирный крот кренделя пишет — гадом буду, твой.

— Сам ты мурза! И ваще, не указывай. А ты че, его знаешь? Это его ларьки на «Дачном»?

— Его, его, беги, подруга, видишь, кукла его клеит.

— Гамаюновская, сучка, с «Лапшиновки». Всегда кричит: «Серёгу люблю», а сама стерва…

Маринка замерла, вглядываясь в танцпол, Лёха подтолкнул её слегка вперёд:

— Мне этот крот нахрен не нужен… — как шашкой рубанула она, повернулась и чмокнула Лёху в щеку — Ааааа! Не бритый. Класс! Ну, если че, то потом ко мне.

— Не, Марин, не сегодня, не хочу.

— Ну, я попозже подойду. — удаляясь на танцпол, произнесла Маринка и закидала Лёху воздушными поцелуями.

Лёха сделал несколько глотков, опять закурил и уставился в бутылки. Сквозь сигаретный дым он почувствовал запах дорогих духов. Да не просто почувствовал, этот запах его просто тянул в сторону. Даже можно сказать, разум помутнел от этого запаха! За стойкой стояла шикарная девушка, да не просто шикарная, высшая лига!!! В сером и тусклом Ленинске такие принцессы сразу выделялись. Таких было видно за версту. Нет, были, конечно и местные красавицы, куда от них денешься. Но эта…

— Слышь дружок, кока-колы со льдом. — обратилась она к бармену.

У Лёхи загорелись глаза, потекли слюни, пульс участился. Он оглядел незнакомку, зацепившись за все выпуклости и впуклости на её теле. Какие проблемы, какие долги, всё улетучилось! Тут вон, что твориться!

— Девушка, а можно у вас узнать пять замечательных цифр, дабы в дальнейшем услышать ваш голос и высказать слова восхищения в ваш адрес? — обратился Лёха к незнакомке — А то тут как-то шумно.

Незнакомка оглядела Лёху с головы до ног, сделала глоток из его стакана, улыбнулась и, забрав свой стакан, растворилась в толпе:

— Саня, это кто? — Лёха от такой красоты впал в ступор.

— Не знаю, раньше ее не видел никогда. — протирая стакан, и сделав безразличное лицо ответил бармен.

— Высшая лига! — качая головой произнес Лёха.

— Забить хочешь? — ухмыльнулся бармен

— Хотелось бы, но не придется. Меня сейчас и в дворовую команду-то не возьмут.

— Что так? Виагру кушать пробовал?

— Встрял я, Саня, по полной программе, на очень круглую сумму.

— Не забивай голову, пройдет. Не бывает долгов, которые невозможно отдать, — просматривая стакан на свет, ответил бармен

— Ну, ну, твои слова да кредиторам в уши. А еще Саня, бывает, люди пропадают.

Бармен поставил локоть на стойку и подпёр ладонью голову:

— Да, брат… Это как же нужно накосячить?

Лёха не определённо кивнул головой, попросил повторить напиток, и двинул в сторону танцпола.

* * *

Лёха вышел из клуба один, никого не хотелось видеть. От выпитого клонило в сон. Дождь прекратился. Лёгкий тёплый ветерок обдувал сонное лицо. Он шел в думках о происходящем, а когда в голове сумма долга умножалась на пять, его слегка потряхивало.

Тишину улицы нарушил шум мотора и приближающийся автомобиль.

«Пять дней же дали, время еще есть, что случилось?» подумал Лёха, вспоминая утренний визит Прохи. Всё, его переклинило. «А может не они?«подумал Лёха и слегка сбавил шаг. Автомобиль остановился. Открылась дверь.

— Эй! Ты, по-моему, спросить что-то хотел? — услышал Лёха женский голос.

Он осторожно повернулся к машине и увидел незнакомку из клуба.

— И что? — удивленно спросил Лёха

— Да ничего, садись, подвезу.

Лёха оглядываясь по сторонам, сел в машину. Запах дорогого, по всей видимости нового автомобиля, вперемешку с дорогими духами привёл его в лёгкое замешательство.

— Ну, поехали, — трогаясь произнесла девушка. — Света.

— Леха.

— Торопишься?

— Да нет, — посмотрев на часы, ответил Лёха. — А с чего такое внимание к моей персоне?

— Так! По-моему, сначала было внимание к моей персоне. — Светка улыбнулась.

Лёха закусил губу:

— Ну, я это… погорячился, забылся. Да и вообще, я… э-э-э… теперь во второй лиге играю.

— Это как? — удивилась Светка.

— Как в ФИФА, ну в футболе. Собственная классификация для женщин. Ну и себя.

Светка ухмыльнулась:

— Интересно. И в какую лигу ты меня определил?

— В высшую. — не задумываясь выдал Лёха.

— И за какие, такие заслуги?

— Да ты на себя посмотри. Упакована по полной, к тебе и подход особенный нужен.

Светка, посмотрела на Лёху, и сосредоточилась на дороге:

— Смешной. А кто тебе сказал, что я всегда такая? Выпендриться решила, взяла наряд у подруги, автомобиль — у дяди, а на самом деле — на рынке торгую. Овощами и фруктами.

— Ха! — Лёха поуютнее вмялся в кресло автомобиля — Такими пальчиками баклажаны не трогают, а если трогают, то по-другому.

— Какой осведомленный.

— А у меня вообще по арифметике пятерка… была. Останови у магазина.

Светка притормозила:

— Испугался высшей лиги? В клубе разговорчивее был.

— Сигареты кончились. — ухмыльнулся Лёха.

Автомобиль остановился возле дверей, по мнению Лёхи, самого лучшего, круглосуточного магазина в городе. Хозяин магазина не отоваривался на местных складах, а таскал товар сам, из Новосиба. Во всяком случае, в этом магазине никогда не было бормотухи и не воняло растаявшей, тухлой рыбой. Светка протянула Лёхе купюру:

— Возьми вина красного, только не дешевки местного разлива. На крайний случай «Лидии», молдавской или…

— Разберусь, — ответил Лёха, отодвинув её руку.

— Как знаешь.

Лёха вышел из машины и скрылся в магазине. Светка включила музыку, стёрла помаду и закурила.

Он не заставил себя ждать. Буквально через семь минут, на пороге магазина нарисовался Лёха, обняв большой целлофановый пакет с надписями «АМАН ТУЛЕЕВ — НАШ ГУБЕРНАТОР» и ниже — «SONY HI-BLACK TRINITRON». Светка открыла дверь.

— Благодарю! — неуклюже ввалился Лёха в салон.

Светка выбросила окурок, достала помаду и, глядя в зеркало заднего вида, начала красить губы.

— Может, ко мне? — осторожно спросил Лёха и, выдержав паузу, добавил — Ничего банальнее не приходит в голову, извини.

— А я думала в скверике посидим, — повернув ключ зажигания, ответила Светка. — Воздухом свежим подышим. Смешной.

— Ну, тогда прямо. — произнес Лёха, изобразив жест Ленина на броневике.

— Стоянка есть?

— Есть. Два дома от меня.

От магазина отъехал автомобиль. В нем ехали два человека. Светка и Лёха. Их ничего не объединяло и не разъединяло. Они только, что познакомились. Подпевали звучащей из динамиков песне «Ляписа Трубецкого» — «Ау, ау, ау, я тебя всё равно найду…» Лёха отвлёкся от проблем, и планировал дальнейшие события, ему не хотелось, что бы такая рыбка сорвалась с крючка. «Ну не клофелинщица же она!» — подумал он. Да и взять у него нечего. Кроме долгов. Их он готов был отдать кому угодно. А вот девочку, сидящую рядом, сегодня отдавать никому не хотелось.

— Давай по городу прокатимся? — произнесла Светка.

— Да где тут кататься? — ухмыльнулся Лёха — пять минут туда, пять обратно, ну если хочешь, давай еще пару песен споём.

* * *

Маринка-«Никита», будучи человеком любопытным, как и все женщины, зная Лёхины неприятности и скорчив из себя Мисс Марпл, обнюхала в клубе всех, на предмет информации касающейся Лёхиной беды. И результаты у неё были. Она неслась на машине с охранником из «Европы» дабы сообщить Лёхе эту радостную весть. Приехав и воткнувшись в запертую дверь, Маринка вышла к подъезду. Нервно и быстро покурила. Достала из сумочки маленькую книжицу какого-то бульварного чтива, и слегка послюнив контурный карандаш, что-то написала на последней странице. Вырвав страницу, и перечитав всё написанное, она оставила на листке след помады, бросила книжку в сумку и исчезла во мраке подъезда.

* * *

Лёха со Светкой долетели до окраины города шустрее космического корабля.

— Хорошая машина, — заметил Лёха — дорогая, наверное?

— Очень — нахмурила брови Светка, и лихо развернулась на Базарной площади — А напрягов ни с кем не будет?

— По поводу? — переспросил Лёха.

— По поводу моего присутствия?

— Да нет, с женой в разводе, а подружки, так без обязательств.

— Подружки? — удивленно переспросила Светка.

— Определиться не могу — улыбнулся Лёха — Вот, собственно, и так…

— Слышала про твой развод. И про второй тоже — Светка рассмеялась.

— Сарафанное радио? — сосредоточился Лёха

— Город маленький. Все здесь спят под одним одеялом. Ну, можно сказать сарафанное радио.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.