Агентство скорой помощи

© Май Ж., текст, 2026

© ООО «Феникс», оформление, 2026

Предисловие

Эта история о том, как мы с подругой устроили тихий апокалипсис. Правда, тихий до поры до времени. Но сразу предупреждаю: ни одна живая душа не пострадала. Хотя…

Я познакомилась с Герой 13 января. Кто угадает её полное имя? Четыре, три, два… Георгина! Блондина Георгина Сергеевна. Я бы с таким именем завяла. А вы?

Родилась она 29 февраля. От одного этого факта начинают шевелиться волосы на голове, не так ли? Високосный год, и все дела. Как праздновать свой день рождения? Раз в четыре года?

Знаете, с чего начался наш с ней диалог? Гера выкладывала вещи из огромной сумки, больше похожей на чемодан, а не на школьный рюкзак. Она будто только что сошла с трапа самолёта и телепортировалась в 9-й «А» класс. Да, она новенькая, но, судя по её бесстрастным движениям, это она принимала школу, а не наоборот. Гера нисколько об этом не переживала. Так вот, не поднимая головы, она спросила:

– Что почём? Кто правит балом?

По правде говоря, я немного удивилась и не сразу ответила. А новенькая спокойно продолжала вынимать канцелярию. Браслет малинового цвета на её руке блестел и словно подмигивал мне. Тогда я вздохнула и крякнула:

– О! У нас тут демократия хаоса!

Гера подняла голову и улыбнулась так, что я сразу поняла: мы точно подружимся.

Ах да, я Саша, мне четырнадцать, а мой язык так и чешется всё рассказать.

Начну с начала. Вы же не думаете, что мы одни такое провернули?

Глава 1

Стук колёс поезда, дребезжание стаканов на столике, чернота за окном. Вроде только шесть вечера, а будто все двенадцать ночи.

Вокруг стоят гул пацанов, шёпот девчонок и хлопанье дверей тамбура. Мотя лежит на верхней полке, подперев голову правой рукой и смотрит вниз. Пальцы левой руки отбивают ритм по ребру полки. Ему скучно. Но тут Игорь предлагает сыграть в карты.

Мотя сразу включается в игру и бьётся до последнего. В итоге выходит. Раз, второй, третий.

– Так неинтересно. Давайте делать ставки. Или хотя бы на желание, – он с лёгкой небрежностью откидывает рыжую чёлку, но волнистые волосы всё равно торчат в разные стороны. Помимо модной причёски, которая очень ему идёт, Мотя обожает поло в насыщенных ярких цветах, типа синего, зелёного или лавандового. И иногда белого. По особенным случаям.

Неохотно, но ребята соглашаются. Мотя, как обычно, комментирует:

– Например, Мира вот-вот останется в дураках, – и подливает масла в огонь: – придётся же целоваться с Мухомором. Как ты это выдержишь?

Одноклассница стреляет в него убийственным взглядом:

– Так помоги!

– А что мне за это будет? Меня поцелуешь?

– Может, и поцелую, – вдруг отвечает она, и по вагону бурей проносятся свист ребят и смешки девчонок.

– За язык никто не тянул, – Мотя наклоняется, бьётся её картами. Мухлюет (чего не сделаешь за поцелуй с первой красавицей?) и выигрывает!

– Мухомора в отставку! – кричит Мотя и смотрит на Миру в упор: – Готов принимать благодарность.

– Здесь? – обводит она глазами ребят.

– А вдруг ты мне засос поставишь? Только при свидетелях.

Мира целует его в губы. Тут же раздаются крики, вопли, охи, ахи, вздохи. Даже аплодисменты. И, конечно же, гогот пацанов.

– Кто следующий? – лыбится Мотя, как Чеширский Кот. – Встаём в очередь. Всё очень просто: поцелуй за выигрыш.

Тут такое начинается! Можете верить или нет, но каждая вторая мечтает о таком моменте.

А Мотя? Да его как будто напрямую подключают к розетке! Карты в его руках словно магические шпаги, которыми Мотя не бьётся, а фехтует, с лёгкостью предсказывая ходы. Когда подходит очередь поцелуев, он сначала ловит взгляды вагонной публики, как фокусник перед главным трюком, затем принимает награду и так благодарно смотрит на победительницу, что та чувствует себя избранной.

После того как он перецеловал полвагона, Мотя усаживается между одноклассницами, убирает со лба чёлку и заявляет:

– Всё, дорогие! Закончились поцелуи. Я устал.

– От чего, Остряк? Ублажать своё эго? – ухмыляется Мухомор.

– Ему всегда мало, Мухоморчик, – хлопает его по плечу Мотя. – А душа жаждет чего-то другого. Хотя откуда тебе знать. Ведь её у тебя нет, – вздыхает он так глубоко и сокрушительно, как это сделал бы великий Лео Ди Каприо.

Девчонки хихикают, парни усмехаются.

В вагон заглядывает учитель и разгоняет всех по местам. Так что каждому приходится остаться при своём.

Мотя лежит на верхней полке и смотрит в окно. Кажется, проезжаем какой-то посёлок, а может быть, маленький городок. Мелькают жёлтые огни. То пузатые, то совсем маленькие, словно точки.

Мотя просыпается от толчка в плечо.

– Кто горит? – спросонья спрашивает он.

– Тсс, – прислоняет она указательный палец к губам. На её лицо еле падает свет.

«Мира? Красивая до чёртиков… Что ей надо?» – думает Мотя.

– Пришла за добавкой?

– Может быть. Идём, – она теряется в проходе плацкартного вагона.

Мотя соскакивает с полки, точно Человек-паук, и следует за девушкой. Кто-то храпит, кто-то спит с такими блаженными физиономиями, будто качаются не в вагоне, а в колыбели. Мотя находит храпящего (им оказывается Морозов) и не может пройти мимо. Зажимает ему двумя пальцами нос, держит какое-то время. Тот разевает рот, будто хочет заглотить весь поезд. Мотя убирает руку и прячется. Морозов подрывается, хватая ртом воздух, шлёпая губами, как рыба, озирается очумевшими глазами и рушится обратно в постель.

Мотя, хихикая, устремляется к Мире, которая стоит со сложенными руками и качает головой:

– Просила же тихо! – шепчет она.

– А я тихо. Это он громко. Чуть не спалил нас, – встаёт к ней близко-близко.

Девушка открывает дверь, ныряет в тамбур.

Ребята прислоняются к холодным стенам друг напротив друга. Дверное окно исцарапано льдинками. Поезд шипит и будто специально выводит ребят из равновесия, покачиваясь то туда, то сюда.

– Мотя, ты зачем при всех это сделал? – строго говорит Мира.

– Что именно? – строит из себя Незнайку он.

– Поцеловал меня.

«Вообще-то это ты меня поцеловала», – проскакивает мысль у Моти.

– Так уговор дороже денег.

– Больше так не делай. У меня парень есть.

– Ого. Не знал. Хм-м-м… Как же тут быть, – Мотя обхватывает пальцами подборок. – Теперь с ним надо целоваться? – в недоумении хмурится он, а Мира хихикает.

– Зачем?

– Ну чтобы 1: 1. Тем более с тем же самым не считается, – он слегка улыбается.

Повисло молчание.

– Ну я пошёл? Или что-то ещё? – Мотя смотрит с глубоким участием, как доктор на неизлечимо больную, и Мира вспыхивает, точно температура её тела зашкаливает за сорок.

«Так-так. Подловил».

– Я с парнем рассталась из-за тебя.

– Из-за меня? – Мотя ахает так, будто читает монолог Гамлета перед зеркалом.

Она кивает.

– Теперь хочешь, чтобы я тебя утешил? – озабоченный вид Моти меняется на подозрительно довольный. – Или пристыдил?

Теперь Мира похожа на кровожадного вампира: вот-вот вопьётся в горло. И Мотя дожимает её обворожительной улыбкой:

– Или всё же мне поцеловать твоего бывшего?

– Пошёл ты! – в сердцах восклицает Мира. – Правильно Мухомор говорит: твоё эго бежит впереди тебя, – она хлопает дверью тамбура.

«Не хотела огласки? Но сама и спалилась».

Мотя заходит в вагон, а там уже ребята вертят головами и перешёптываются. Не все, конечно. Но уже толкают других, рассказывают. Прямо как голодные чайки у корабля, полного улова.

Мотя запрыгивает на верхнюю полку, зевает, отворачивается к стене и засыпает через секунду.

На следующий день все играли в «Угадай кто?». Писали имена актёров на жёлтых стикерах, клеили на лоб и задавали вопросы.

У нас в классе есть парочка: Ромео и Джульетта. На самом деле их зовут Влад и Марина. Но данные Мотей прозвища быстро приклеиваются к ребятам, как эти жёлтые стикеры. Ещё они выделяются внешне: он – длинный, словно шпала, она – маленькая, как лилипут. Они всегда вместе, держатся за ручки и не участвуют в играх. Но в этот раз они в деле, и Джульетта показывает себя во всей красе. Никто и не подозревал, что эта девушка такая импульсивная: ей так и не терпится угадать, кто она. От напряжения грызёт ноготь, он у неё, точно у ведьмы, острый и длинный. И ещё чёрный.

Персонажа ей загадывал Мотя, а значит, задача была не из простых. Парень сидит с закинутой на колено ногой, наблюдает, лыбится. А Ромео переживает, старается помочь. Даже хватается за волосы и чуть ли не выдёргивает себе кудри. Но правила есть правила.

Неожиданно Мотю эта картина разжалобливает, и он решает помочь:

– Ромео, твоя подружка – настоящая загадка. Ты уверен, что справишься с такой красоткой? – спрашивает как бы между прочим он, и Джульетта улыбается краешком рта.

Мотя понимает, что тонкий намёк сработал, но не туда, и делает жирный акцент:

– Ромео, и как тебе удалось подцепить такую блондиночку?

У того глаза становятся как два блюдца. Дело в том, что Джульетта черноволосая. И никогда не обесцвечивалась.

– О ком это он? – в Джульетте просыпается хищница. Настоящая куница!

«Ого!» – мелькает в голове Моти.

Ромео закашлялся от неожиданности. Моте становится любопытно, но он решает не мешать. И так помог достаточно!

– Не знаю, о ком он, – выдавливает Ромео.

– Остряк хоть и полный кретин, но всегда говорит правду! – выскакивают из неё слова, как из рогатки.

А с лица Моти не сползает улыбка бармена, который только что поджёг коктейль и теперь с интересом наблюдает, как полыхает весь бар. Любитель манипулировать и наводить суету.

И как его только не называют за это. Уже привык. Иногда Моте нравится, что у него столько имён. Каждое как новая роль.

– У него и сп-п-проси, – начинает заикаться Ромео.

– Ты снова был с ней! – взвизгивает Джульетта.

– Н-н-нет.

– Я такая дура! – она пытается протиснуться между коленками ребят, которые с обалдевшими лицами пялятся на вспыхнувший скандал. Им только попкорна не хватает, и в кинотеатр ходить не надо.

– Н-но только од-дин раз, – Ромео выкрикивает оправдание в спину любимой.

Джульетта поджимает губы и выбегает в тамбур.

– Т-ты откуда з-знаешь? – Ромео нависает над Мотей, как грозовая туча.

– Знаю что? – Остряк смотрит на него с искренностью младенца.

– Об-б-бо мне и о ней, – указывает он на Миру.

Все ахают. До того новость ошеломительная. Здесь жёлтая пресса отдыхает.

– Так это и есть твой парень? – Мотя поворачивается к Мире с удивлённым видом. Такого он сам не ожидал.

Девушка сидит белая, как таблетка парацетамола.

В этот момент появляется Джульетта с бумажкой в руке:

– Ты что, говорил о ней? – тычет Моте стикером с именем «Скарлетт Йоханссон».

Класс застывает в немом ожидании, и только звук поезда доносится до ушей: тух, тух.

– Ага, хотел помочь, – лыбится во весь рот Мотя.

Влюблённые глядят друг на друга, затем Ромео косится на Миру, Джульетта понимает, что все в курсе, и вновь убегает. Но уже со слезами на глазах.

– Т-ты, т-ты, – Ромео машет перед носом Моти указательным пальцем.

– Давай помогу. Да-да, я полный говнюк, всё испортил, – с готовностью отличника произносит Мотя за него речь.

– Т-ты, т-ты…

– Хорошо, добавим: кретин, придурок, баран. Так легче? – как будто рассказывает скороговорку Мотя.

– Т-ты, т-ты…

– Ещё вызови на дуэль.

– Д-да! Д-дуэль!

– Стреляться будем или биться врукопашную? – Мотя еле сдерживается, чтобы не засмеяться.

Поезд как раз тормозит со свистом.

– Снежками!

– Мне нужны секунданты! – вскакивает Мотя, держась за верхнюю полку, чтобы не упасть. То ли от потери равновесия в останавливающемся вагоне, то ли от смеха.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.