Дикосимия. Том второй

– Ты знал, что я приеду, не так ли, – догадался я – что ты решил начудить?

– Начудить?

Он вновь отвёл взгляд в сторону, явно скрывая возбуждение от дел, которых натворил, и пледь тайн, которых ему удалось накинуть на действия, играясь со мной. Привычная черта экспрессивных умников. Но без лишних слов я со страхом отворил двери стриптиз-клуба и стремительно вошёл внутрь. Посетителей не было. Всё же, где-то раздавались стоны – я решил осмотреть приватные комнаты, но не обнаружил там источник звука. Осознав, что стоны были не от удовольствия, а от боли, я побежал в комнату босса.

Дверь была открыта, и, войдя, я узрел совершенно ужасную картину. Вся комната была перевёрнута вверх дном, подобно кафе. А посередине…

Посередине сидел босс, привязанный к стул к стулу, совершенно обнажённый и со следами травм. Его руки, кажется были привязаны к стулу сзади, но, обойдя стул, я увидел, что его ладони были пронизаны ножом насквозь и впивались в стул, да так, что выдернуть его нельзя было, а попытки двигать ладонями были невыносимо больны. Это было ужасно жестоко, похоже на работу настоящего маньяка. Честно, даже зная о методах Блеза, такого я не ожидал. Неужели он сделал это в отместку за Алию?!

Я развязал повязку на рту этого мерзавца и в мою сторону сразу полетели оскорбления. Ожидаемо. Поэтому они не произвели никакого эффекта на меня: человек при смертельной опасности превращается в животное, наполненное адреналином. Мерзко. Но затем, он начал говорить вещи, которые просто так говорить я не мог ему позволить:

– А, ты куколд той самой шлюхи, – плевался кровью этот урод – ну что, как она тебе в постели? За эти годы, как она всех тут ублажала своей п*здой, она научилась разным техникам!

Я понимал, что все эти вещи он говорил, чтобы вывести меня из себя, чтобы разозлить. Я не мог позволить себе показать своё желание – я должен был научить себя самообладанию, чтобы в будущем быть совершено непредвзятым в наведении справедливости. Да, игнорируя неправильность поступков моих и Блеза, я всё ещё верил, что у меня есть право учить этот миру добру. Не знаю, что меня заставляло меня слушать эти вещи: из этой комнаты взять мне ничего не нужно было.

– А как много раз у нас была приватная ночка, – со смехом, полным алой слизи прокашлялся он – оооо, а когда она взяла вас двух рогатых к себе, она из этого здания вообще не выходила! Её *бали во все дыры и кончали от её пышных форм! Сколько же эта сука потратила на *борты.

Последние слова встали у меня комом в горле, а глаза налились кровью. Я не думал, что бедной Алии с МАЛЫХ ЛЕТ ПРИХОДИЛОСЬ ДЕЛАТЬ АБОРТЫ, ЧТОБЫ НЕ ЗАБЕРЕМЕНИТЬ ОТ ЭТИХ НИЧТОЖЕСТВ!!!

Я ударил этого мерзавца так, что стул опрокинулся назад, а из его рта вылетело пару зубов. После этого из его рта потекло ещё больше крови, которой он потихоньку начал захлёбываться. Я разбил стул так, что эта тварь теперь лежала на полу, сел на него и начал избивать его. Я бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Бил. Из-за того, что от боли у меня случился шок я бил гораздо сильнее так, что превращал его лицо в кашу. Буквально. Затем, я выдернул нож из его спины и....

Я оторвал его верхнюю час головы, разрезав его плоть в районе челюсти. Кровь залила весь пол, мои руки и моё тело. Даже от её вида, её существования меня раздирал гнев, если бы не Блез, я бы, скорее всего, продолжил колотить его оторванную мясную голову. Наверняка, я бы выколол ему глаза и вскрыл живот, распотрошив его нутро, как маньяк. Нет, как животное. Нет, как. Как.

Моей жестокости не было сравнения. Мой внутренний благодетель обернулся самой страшной жаждой пустить кровь, убить, расчленить. Отдышавшись, я понемногу приходил в себя, вместе с этим я начал осознавать произошедшее. Вид человеческого мяса вызвал у меня рвоту и меня стошнило на труп сутенёра. Страх накатывал мощными потоками, страх, который сковывал меня. Я обернулся и увидел Блеза, который, по всей видимости снимал всё на камеру. Его лицо никогда не было таким. Таким. Он молчал, а я смотрел на него ч несуществующим отчаянием. Правильнее выражаться, это отчаяние было настолько большое, что не могло быть выражено человеческими возможностями. Блез в страхе побежал к выходу. Неужели он боялся меня? Неужели после всех его слов про насилие он дал заднюю, хотя, оно и понятно.

Я убил человека. Не просто убил, а превратил в кусочки его тело. Даже самые жестокие люди планеты не были способны так изуродовать человеческий труп. И с этим отвращением, страхом и отчаянием я медленно, теряя сознание от шока шёл к выходу, опираясь на стенку. Нет, этого не могло было произойти. Это точно было видение. Подобно тем, что со мной уже случались. Да, точно видение. Я не мог такого сделать, я просто не мог!

Но я не мог очнуться ото сна, ведь этот сон был реальностью. Боль не приходила, это было не видение. Это было то, что я сделал взаправду. И с мерзкий выражением лица я медленно пробрался к выходу. Моя любовь к Алии, нет, моя ненависть к людям, которые годами насиловали, нет, моя ненависть ко всему миру заставила меня изничтожить его. Выйдя на улицу, я увидел, как Блез страстно всасывал сигару, а глаза его были широкими. Даже он был шокирован, его надменность исчезла.

Возможно, дальше я поступил неправильно. Мне действительно стоило остановиться на этом месте, прийти в себя, отойти от произошедшего. Но кровь ударила в голову, и я потерялся в своей жажде.

– Я получил координаты, склад находится в западной части города. Индустриальный район.

Глава 9

Мы ехали тихо. Я и не ожидал, что после всего произошедшего, Блез захочет со мной говорить. Уверен, до сих пор он испытывал шок от увиденного, так как я ехал непривычно спокойно. Было примерно пять часов дня, солнце должно было садиться через два часа. Кровь на моём теле постепенно засохла, и я наконец смог увидеть, как много её было. Руки, лицо, шея, рубашка и накидка – всё было пропитано гнилой кровью. Я попросил молчаливого пса остановиться у колонки, чтобы я мог смыть всю кровь с себя.

– Клэйт, выходи через минут 10, – видимо, он решил провести операцию вместе с ней – и возьми всё снаряжение, что у тебя есть. И не забудь «сладости».

Очевидно, помощь профессионального полицейского нам сильно пригодится. Но я не думал, что с такой лёгкостью Блез потребует свою жену идти на опасный ход. Мне предстояло отправить судно в порт, в это время Блез и Клэйт продумают план проникновения. По словам адского пса, они должны были сфотографировать документы и главу оружейных поставок, а затем, манипулируя отделом полиции заставить их задержать всех преступников. Честно говоря, этот план казался мне заведомо провальным.

Я снял с себя рубашку и сел обратно в машину. Докурив сигару, Блез поступил так же, и мы продолжили наш путь. Через несколько минут он асё же решил прервать неловкую тишину.

– Дурак ты, конечно, Дан, – я ожидал услышать что-то более дерзкое – доигрался?

Это «доигрался» почему вызвало во мне приступ жуткого стыда. Да, мне стало стыдно! Представьте себе! Я и дальше хотел продолжать гнобить себя, но Блез объяснил свои слова:

– Ты думал, что, постоянно встречая говно на своём пути, сможешь оставаться в себе, – пёс проникал в самую суть – дети жестоки. И вот что бывает, когда твоего внутреннего ребёнка заставляют делать то, что ему не хочется. Бл*ть, если так подумать, ты же итак ребёнок! Охренеть, тебе же всего 16!

Мне кажется, что в таком возрасте, не знаю, как выразиться. Дети не способны вершить насилие – им просто не хватит сил. Но в моём возрасте некоторым приходится брать нож и убивать. Но НУЖНО ли было убивать мне? Ахахаха, разве это не глупый вопрос?

Мы подъехали к дверям нашего дома из которого вышла Клэйт с рюкзаком. Рюкзак она положила в багажник, а сама села сзади

– Ну что, патрульный, – поприветствовал Блез свою супругу – готова выписать кучу штрафных чеков?

– Давай без шуток, Блез, – серьёзно произнесла Клэйт – дело опасное.

– Ну что ты, строгость тебе не к ли~

– Заткнись.

Справедливо. Иногда адский пёс переходил черту между уместным и неуместным юмором. Но почему-то мне всегда казалось, что неловкость и стыд – это не про него.

– Вы были в том месте, где жили Дан и Алия, верно, – спросила Клэйт – что вы там забыли?

– Нам нужно был~, – хотел что-то сказать я, но Блез меня перебил.

– Забрать кое-какие личные вещи Алии, – оправдывался пёс – она попросила, когда мы вышли из дома.

– Да, – подозрительно сказала офицерша – и что же это за личные вещи?

Тут повисло неловкое молчание. Штирлиц снова был невероятно близок к провалу.

– Так и знала, – начала было Клэйт – что вы там натворили?

В этот момент я достал фото, которое я обнаружил в доме Алии и передал его моей подруге. Она долго смотрела на него и постепенно её строгое лицо перешло в сожаление и тоску.

– Пока тебя не было, она рассказала о том, что ей пришлось пережить.

Было непременно отлично, что Алия решила открыться им. Это был знак прогресса её работы над собой, чему я был несказанно рад. Обещаю, когда мы закончим с делами, я всю ночь проведу с тобой. А сейчас предстояла сложна работа, рефлексия подождёт.

Остановив машину у входа в порт, мы ещё раз обговорили. Я сильно нервничал из-за того, что моим близким людям в крайнем случае придётся встрять в перестрелку, но Клэйт успокоила меня тем, что выживала во многих экстренных ситуациях, даже один раз выбралась из заложников.

Я вышел из машины и вошёл в порт. Мои коллеги были сильно удивлены моему усталому виду, но я придумал легенду, что от повышения никак не мог удержать своего возбуждения и в скорости прибежал обратно. Странно, учитывая, что меня повысили всего лишь три часа назад. Но моё рвение оценили. Правда, когда я отдал приказ отчаливать, многие усомнились в такой спешке, но я убедил их, что всё пройдёт в лучшем свете.

Почему-то я больше не видел в них хороших людей. Их светлая сторона как банка мёда была опорочена грешной ложкой дёгтя. Кажется, во мне зародилась ярость, смогу ли я теперь без лицемерия говорить о справедливости?

Мы поплыли. Можа указывал мне путь и предупредил о возможных волнах, их надо было избегать, чтобы не повредить оружейных кейсы. При сильном течении нужно было идти боком, что, кстати, и помогал избежать эти самые волны. Медленно, но верно мы приближались к пункту назначения. На горизонте уже виднелись сооружения, сделанные для разгрузки. Всё ближе и ближе. Моё любопытно взяло надо мной верх и, отдав управление бригадиру, я вышел наружу из центра управления прямо на нос. В этот момент мне позвонил Блез. Неужели что-то пошло не так?

– После того, как причалишь, выйди из главного ангара. Быстро.

Вот тебе раз. Что эта псина придумала сделать? Скорее всего, он уже сделал необходимое и после того, как я причалю, он заберёт меня на машине. Но в таком случае будет погоня! А там целый склад летальных пушек! Он что, не подумал об этом?!

Когда мы встали, моряки постепенно спустились на борт. Нас встречали люди, по которым видно, что они отсидели и вернулись к нелегальщине.

– Вот он, мой приёмник, – познакомил меня Можа – надёжный парень. Дан, это Ричард, мой главный партнёр.

Мы обменялись рукопожатием и, пока рабочие разгружали контейнеры, мы направились в рабочий кабинет. Я хотел позвонить Блезу, чтобы предупредить его, но связи не было.

– Здесь не ловит, – объяснил Ричард – а чего это ты телефончик достал, а?

Где-то внутри я уже был готов принять пулю. По телу пробежали капли холодного пота и сердце забилось.

– А, наверное, ты звонишь своей красотке, – спас меня Можа – да, сегодня придётся задержаться. Ричард, разреши молодёжи побаловаться.

Бандит презрительно посмотрел на меня орлиным взглядом и всё же разрешил мне. Скорой походкой я шёл к выходу, как вдруг…

– КХААААААААААА, – закричал я от боли, – КХА КХА КХХКХКХКХК

Почему сейчас? Почему это случилось именно сейчас? Я лежу в багажнике машины Блеза, Клэйт говорит кричит мне не умирать.

– Живи! Живи, Дан, – плакала она – ради любви своей, ради Алии!

Жизнь покидала меня, медленно, но верно. Я слышал громкие звуки и хлопки: скорее всего по нам стреляли. Подождите…

ГДЕ МОИ НОГИ?!!!!!

КХААААА, – снова вырвалось из меня.

Опять. Опять я испытывал этот ужас, это убийственный шок, этот страх смерти.

– Эй, эй, эй парень, – отозвал меня охранник – ты чего так орёшь?

– КХ п-простите, просто спазмы, – я пытался придумать что-то – сейчас пройдут.

– Ну ты хоть это, пойди воздухом подыши, что ли.

Нельзя было уезжать! Нас убьют! Нас подорвут! Я не хочу терять ноги! Я не хочу умирать! Выйдя из ангара, я сразу вспомнил ту картину, где я лежал в багажнике, истекая кровью, и меня тут же вырвало. Краем глаза я увидел Блеза, который бежал ко мне.

– Ну ты чего так медленно, Дан, – оскалился он – если будешь медлить, всё пойдёт по жопе!

– Блез!! Нам нельзя уезжать!!! Нас убьют, – я буквально истерил и заливался слезами – я не хочу умирать!

– Ты чего городишь, – разозлился Блез – совсем кукухой поехал?! Или чё, яйца в мошонку впились?

– У меня было видение, – я перешёл на крик – мы умрём! Будет погоня!!!

Он пытался взять меня за руку, но я дёргался и выбрался из его захватов. Тогда он вышел из себя и, взяв мены за волосы, поволок к машине. Я ныл как девка, то от боли, то от страха. Меня буквально вели на смерть. Я не хотел терять Алию, Блезу, Клэйт. Я не хотел умирать! Мама! Мама!

Он бросил меня в багажник и вжал педаль в пол. Страх охватил меня, и я в конфульсиях дрожал и плакал. Внезапно прогремел взрыв. Что же, спасибо что слушали меня всё это время. Я пытался! Пытался сказать ему, но он не слушал меня. В момент, я почувствовал жуткий импульс, который отбросил меня в бортик. И…

Глава 10

…грянул гром. Но я был жив, ничего не произошло. Всё заволокло пылью, я попытался ощупать мои ноги. Они были на месте. Закрыв глаза, я подождал, пока пыль уляжется. Может, ракета попала рядом с нами?

Встав, через мыльные разводы слёз, я увидел, как горел ангар. Он полыхал огнём, где-то синим, где-то ярко жёлтым. Тёмным ядовитым паром наполнялась небесная гладь, превращаясь в грозовые тучи. Ангар был взорван – я осознал это, когда протёр глаза ладонью. Облегчение постепенно проникало в мою душу, я отходил от испытанного шока. Выглядил я убого – пришлось грязной футболкой вытирать сопли. Выглядел я как чёрт, вышедший из ада.

Интересно, сколько погибло людей? Сколько семей осталось без кормильца? Простите меня! Я не знал, что веду вас на верную смерть! Я не хотел!! Блез обманул меня! Это он обманул меня! Я не виноват!

Но вмиг я осознал одну странную вещь: я не чувствовал сожаления. Я не чувствовал сожаления – мои переживания о погибших были только по тому, что меня научили переживать за людей, которые испытывали боль. Но теперь? События, которые я пережил, сильно повлиял меня. Да, возможно теперь я ещё больше окрасил своё знамя справедливости в алые оттенки, но в конце концов, я всегда знал, что поступил правильно. И сейчас я тоже так думал.

Потому что тогда, утром, Блез сказал довольно интересную фразу: «убьёшь одного – спасёшь тысячу». Да, это лишь эгоистичное оправдание грехов, смертных грехов, и всё же, на что я надеялся? Что смогу убедить этих ублюдков перестать торговать? На детском уровне слова имеют значения, но сейчас я замахнулся на уровень, где гибнут люди, либо те, которые должны умереть, либо те, кто встретит свою смерть совершено несправедливо. Моя задача – увеличить количество первых и уменьшить количество вторых. Сколько жизней я спас только что?

Мы наконец приехали домой, я ужасно устал. Нас встретила Алия, и, ни минуты не думая, подбежала и обняла меня.

– Я весь грязный, – вялым голосом промямлил я

– Я приму тебя любым. И грязным, и чистым.

Взяв меня за щёки, она страстно поцеловала меня, буквально всасывая воздух из моих лёгких. Она бурно работала языком, но я слишком устал, чтобы испытывать удовольствие.

Блез подставил плечо, и мы потихоньку вошли в гостиную. Клэйт выключила машину и забрала оставшееся снаряжение. Я лёг на диван, а Блез вышел закурить.

– Ты ужасно устал, – ласково прошептала Алия – ты огромный молодец. Мой герой.

– Тот ублюдок из клуба, – проговорил я с увядающим голосом – больше он тебя не потревожит.

Ужасно хотелось спать и мои глаза постепенно забирали меня из реальности в спокойный мир фантазий. В голове был сумбур, я не мог обработать и осознать всё то, что произошло за эти два дня. Многие пробелы были решены. Многие, которые в одиночку мне нельзя было решить. У Блеза не было таких способностей, как у нас, и при этом, он шёл на отчаянные ходы. Учитывая то, как сильно разорвало ангар, заряды были разбросаны по всему периметру здания. Даже учитывая помощь в виде Клэйт, это всё ещё миссия невыполнимая. Как же я был рад, что жизнь свела меня с этими людьми. Если у меня будут навыки, мы наверняка станем отличной командой. Я буду стараться ради тебя, Алия.

Глава 10.5 (от лица Алии)

Дан выглядит ужасно усталым. Мало того, он выглядел невероятно истощённым – лицо было грязное, а одежда пахла кровью. Я сняла с него рубашку и увидела его крепкий торс. Он был сексуальным, иногда я не могла удержаться и, пока Дан спал, я гладила его грудь и пресс.

Ран не было – это меня очень обрадовало. Если бы он поранился, я бы очень волновалась. Последнее чувство, которое он ощутил, заснув – любовь. Он действительно сдержал своё обещание – его искренняя любовь была намного сильнее тысячи лживых. Спи спокойно.

Домой зашёл Блез, от него сильно пахло перегаром. Но я привыкла, хоть из-за моего прошлого я не могла переносить этот запах. После каждого раза, они всегда закуривали, глядя на то, как я дрожала от оргазма.

– Ну что, спит наш вояка, – с юмором спросил он – удивил ты меня, парень.

– Он очень старался, я уверена.

– Так, на диван я его не пущу, отнесу его наверх.

Он положил телефон и какое-то фото на стол, чтобы обеими руками взять Дана на руки. Клэйт помогла ему подняться по лестнице, я же наблюдала за этой сценой с трепетом. Уложив его спать, я поцеловала его в лобик и накрыла пледом. Тут я поняла, что его одежда была слегка мокрой и, побоявшись, что он мог простыть, сняла джинсы, накидку и носки.

Спустившись со второго этажа, я увидела, как Клэйт раскладывала рагу в своей форме.

– А ты чего не переоделась, – спросила я – разве твоя смена не закончилась?

– Думается, после произошедшего сегодня для полиции ночка будет горячая.

– Вы сумели выполнить то, что хотели?

– Ага, – улыбнувшись во всё лицо произнесла Клэйт.

Ей очень шла это улыбка, она дополняла её милую сторону. Когда мы вместе мылись, я не могла не обратить внимание на её нежное тело. Она была в меру ходой и её грудь была намного меньше моей, но благодаря тренировкам и постоянному труду у неё были накаченные, жутко сексуальные ягодицы. Жалко, что эту красоту она каждый раз скрывала под закрытой одеждой, но это было её привычкой – она не могла отказаться от строгой формы даже дома.

Поужинав, Блез решил немного выпить и успешно напился в стельку, уснув прямо на столе. Вместе с Клэйт нам пришлось дотащить его до дивана и уложить. Наша хозяйка отправилась на ночную смену. Я восхищалась ею – она очень старалась ради людей, как дома, так и вне его стен. Благодаря таким, как она, я верю, что в этом мире хорошего намного больше плохого.

Вдруг зазвонил телефон Блеза, но так как тот не мог ответить, даже при том, что я его будила, звонок сбросили, оставив экран включёнными. Скажу честно, я всегда была слаба на любопытство. Но перед этим, мой интерес поймало фото, лежавшее рядом. К слову, оно было весьма пыльным.

– Мама…

Это было фото нашей семьи. Фото, от которого я всегда хотела избавиться, но всегда сердечно любила. Оно было важно для меня, напоминая о счастливой жизни, которой суждено было оборваться в зачатке. Даже сквозь хаос, который Дану пришлось пройти, он нашёл это фото. Ты мой герой. Ты. Мой. Герой.

Стыдя себя за любопытство, я начала шарить по телефону Блеза. Довольно хорошая модель. Много мобильных игр, забавно. Побитый. Я решила зайти в галерею – там было не шибко много изображений. Девятнадцать фото и одно видно. На фотографиях Клэйт вместе с Блезом улыбались и веселились. Было приятно видеть их такими счастливым. Надо будет сделать фотографии с Даном.

После просмотра фотографий, я решила посмотреть видео, и оно вызвало у меня шок: на видео какой-то человек избивал того мерзавца, который испортил мою жизнь, затем он достал нож и…

Я бросила телефон. На видно был Дан. Он сделал такие вещи, от которых бы любой человек упал в обморок. Неужели он был способен на такое? Неужели это был действительно он? Он сделал это, потому что этот урод манипулировал мной?? Но Дан бы никогда не сорвался так сильно, даже если близких сильно оскорбляли. Что же такое сказал босс, что Дан пошёл против своих принципов и убил?

Неужели, он узнал про….

Глава 11

Мне наконец удалось хорошо отдохнуть. Всё было закончено, и я чувствовал невероятное спокойствие. Я проснулся немного раньше обычного пробуждения, но солнце уже проникло в мою комнату. Алии не было – скорее всего, она ушла в душ. Я тихонько встал и подошёл к окну, за ним, как всегда, виднелась утренняя серость. Улицы заполнили люди, небо контрастировало с высотками. Я решил ещё немного полежать и подумать. Скорее всего, я никогда не смогу простить себя за вчерашнее, и всё же, я сделал правильную вещу. Для себя, я считал именно так. Да и делал я это не ради себя – босс был убит в отместку за Алию, а ангар спалён во спасение десятке тысячи человек, которых могли застрелить. Когда я буду ехать обратно на поезде, уверен, я буду смотреть на этот город, как на песочницу, которую ы перевернул верх дном.

В комнату вошла Алия и, пожелав доброго утра, легла рядом со мной. Как обычно, она прижалась ко мне и ласкала моё тело своим тёплым дыханием.

– Спасибо, – прошептала она – спасибо за фото.

Я был рад, что оно действительно имело значение для моей девушки. У меня возникли сомнения, что из-за прошлого ей будет неприятно смотреть на фотографию. Я ошибся.

– В кафе сейчас беспорядок, – с горечью говорил я – мы можем прибраться там, тебя больше никто не побеспокоит.

– Насчёт этого…

В этот момент, меня слегка охватил страх, что она узнала про то, как я изуродывал тело её насильника. Мне было страшно, что после такой жестокости, она будет бояться меня, обвинять меня. Или из-за того, что я предал свои ценности, она потеряет ко мне доверие.

– Ты поступил плохо, – сказала она, но без нотки упрёка – но я люблю тебя. Ты слишком долго сдерживал в себе обиду, и она смешалась с гневом. Пожалуйста, если тебе будет сложно, скажи мне. Я буду рядом.

– Спасибо, – Алия поцеловала меня, – но, мне нужно тебя кое-что спросить.

– Я знала, что он скажет это, чтобы задеть тебя, – с сильной тоской сказала она – поэтому ты так разозлился?

Я тихо молчал. Это был знак согласия.

– Это правда, что ты, – я был не уверен, как подойти к этому вопросу. А надо ли было?

– Я сделала 16 абортов.

Это…

Это пробило меня. Я уже не чувствовал злости к тем людям. Я чувствовал такую тоску за мою любимую девушку. Сколько жён раз её насиловали, что ей приходилось так часто уродовать своё тело? Я прижал её к себе и по моему телу потекли её слёзы:

– Д-Дан, й-я, – с дрожью говорила она – я б-бесплодна.

Ладно, больше всего за последние два месяца шокировало именно это. В какой-то степени, я ожидал такого после всех операций, которых ей пришлось пережить. Но я был шокирован. Меня просто охватила та боль, те страдания, с которыми ей приходилось уживаться ежедневно.

– П-пожалуйста, н-не б-бросай меня, – она дрожала ещё сильнее, прижимаясь ко мне.

– Я тебя никогда не брошу, Алия, – заявил я, гладя по голове мою возлюбленную – я буду любить тебя любой. Любой! Я люблю тебя!

Мне удалось успокоить её и минут двадцать мы ещё грелись нашими телами, но время пришло и нужно было завтракать. Пока Алия одевалась, я начал спускаться по лестнице и снова услышал женские стоны, но теперь они были интенсивнее и громче.

– Дан, сделай одолжение, – прозвучал голос пса снизу – посиди ещё у себя минут 5. Нет. Пятнадцать!

Прошло ещё полтора месяца. За неимением места в порту, я устроился механиком в соседнюю мастерскую, перейдя от морского транспорта к машинам. Устройство было намного проще, и я справлялся довольно хорошо. Зарплата была меньше моей доли, но довольно хороша, особенно для спального района.

Благодаря помощи Блез и Клэйт мы восстановили порядок в кафе и Алия снова работала там. Слухи о её прошлой жизни больше не ходили – люди боялись оказаться там же, где и виновник лживых историй. Но на ночь она не оставалась, так как ночевать там ей было не очень комфортно.