Горькая любовь, или Она не ты.

- Это кто весь день в потолок плевал от ничегонеделанья, тот не заснёт, - отреагировал Роман, - а я с рассвета, как белка в колесе.

- Не лучше ли просто лечь пораньше?

- Не лучше. И, Елизавета Максимовна, если вы не против, я хотел бы провести этот вечер с вами.

Лиза округлила глаза, и Роман спешно пояснил.

- Без того, о чём вы, судя по вашему виду, только что подумали! Просто посидеть вместе за столом, побеседовать. Всё-таки вам предстоит вынашивать моего сына, я хочу узнать вас поближе. Вы не против?

Лиза растерянно пожала плечами.

- Нет, но…

- Никаких но, Елизавета Максимовна. Пейте кофе. Пейте! Потом вам его девять месяцев будет нельзя, я узнавал!

И она пригубила.

Этот кофе отличался от того, что она пила раньше – более ароматный и насыщенный вкус. Ярче, глубже и… хочется повторить!

- Вкусно, - улыбнулась она.

-Вот, а я что вам говорил? – обрадовался Роман Александрович. – Напиток богов! Но нужно уметь выбрать зёрна, потом правильно их обжарить – и дальше, по списку. Я не то чтобы фанат, но хороший кофе уважаю, поэтому в каждом доме, где я могу остановиться, держу джезву и запас обжаренных зёрен.

И замолчал, смакуя напиток.

- Елизавета Максимовна, не расскажете про своё детство? – она едва не поперхнулась – вот это переходы!

- В моём детстве нет ничего необыкновенного, - попыталась она отвертеться. – Всё как у всех!

Но мужчина начал задавать вопросы, и незаметно для себя Лиза разговорилась.

У них получился настоящий диалог – она рассказывала, Роман подхватывал, добавляя что-то из собственных воспоминаний, потом оба смеялись над забавными случаями – у босса их оказалось не меньше, чем у неё. Вообще, в детстве он был настоящим сорванцом - если верить рассказам.

Лиза украдкой любовалась им – мужчина забыл, что он начальник, а она – его наёмный работник. Забыл, при каких обстоятельствах они познакомились, и какое дело свело их вместе. Он расстегнул верхние пуговицы рубашки, подвернул рукава, оживился и жестикулировал, представляя в лицах героев очередного воспоминания из своего детства. Она давно так не смеялась. И так не отдыхала душой.

Оказывается, страшный босс может быть вполне нормальным человеком, если забывает, что он начальник, и все обязаны выполнять его приказы.

Вечер пролетел незаметно, оба опомнились лишь тогда, когда стрелки на кухонных часах показывали полночь.

- Вот это мы засиделись! Вам пора ложиться спать, да и мне ещё через всю столицу рулить, – огорчился Роман, представляя долгую дорогу домой: пока доедет, пока то да сё – через четыре часа вставать и выдвигаться обратно в Москву. Или, как вариант, позволить себе поспать на пару часов дольше, но потом собрать все пробки и опоздать к началу рабочего дня.

- Действительно, - Лиза посмотрела на циферблат, потом на погрустневшего мужика и, сама не ожидая от себя, выпалила, - А вы оставайтесь! Одна же комната свободна, зачем куда-то ехать, чтобы через несколько часов снова садиться за руль?

- Вы уверены? – Роман не верил своим ушам – девочка озвучила его собственные мысли. – Я думал, что после предыдущего раза вы не захотите остаться со мной на ночь под одной крышей.

- Ну, - Лиза смешно сморщила носик, - надеюсь, вы не планируете ночью гулять по квартире, в чём мама родила? А если я подопру дверь стулом, то можете и погулять, мне это не помешает, я обычно сплю очень крепко.

- Договорились, - улыбнулся Роман Александрович. – Постараюсь убедить своё подсознание, что нам с ним незачем гулять по ночам. И на всякий случай тоже подопру дверь стулом.

Оба рассмеялись.

Ночь прошла спокойно, Лиза, как заснула в своей комнате в одиночестве, так и проснулась – одна в кровати. И стул, который она спинкой подставила под дверную ручку, никуда не делся.

- Доброе утро, - поприветствовал её Роман Александрович, когда девушка выглянула на кухню, ведомая вкусными запахами и звуком работающего телевизора. – Что предпочитаете на завтрак?

- Мне? – растерялась она. – Да я сама могу.

- Если уважаете тосты и яичницу, то тут хватит на двоих, - ответил мужчина и выгнул бровь, ожидая от неё ответа.

- Да, спасибо! – и перед Лизой, словно из воздуха возникла тарелка с яичницей.

- Обычно я сам не готовлю, - пояснил Роман Александрович, подбирая со своей тарелки растекшийся желток корочкой хлеба. – Но сегодня почему-то захотелось, и сам не заметил, как увлёкся. Хорошо, что вы не на диете, мне нравится, когда у людей хороший аппетит.

И пока Лиза хлопала ресницами, решая, что на это ему сказать, мужчина одним махом допил кофе. И вскочил из-за стола, на ходу снимая импровизированный фартук.

Лиза тихо хихикнула – придумал же – связал рукава рубашки за спиной на пояснице! И верно – как фартук. Только рубашка-то явно дорогая, жалко такую пачкать.

- Не нашёл ничего другого, - проследив за её взглядом, произнёс Роман Александрович. – И так как из меня ещё тот кулинар, то решил подстраховаться – в отличие от рубашек, запасных брюк у меня здесь нет. Ну всё, Елизавета Максимовна, я убегаю. И спасибо за хорошую компанию и тёплый вечер!

Роман покинул подъезд, сел в машину и повернул зажигание. Урча мотором, автомобиль плавно вырулил на проспект и влился в поток машин.

На душе было удивительно легко, настроение прочно стояло на отметке «супер!». Роман не мог сказать, когда за последние полгода он чувствовал себя настолько отдохнувшим.

«А забавная девчонка,- мелькнуло при воспоминании о прошедшем вечере. – Детство было не самое шоколадное, но смотри ж, рассказывая о нём, ныть и жаловаться не стала. Обвинять тоже никого не пыталась. Всё с юмором, легко и без злости. Это замечательно – значит, будущая суррогатная мама не склонна к истерикам, фрустрации и вообще – оптимист. Моему малышу повезёт – будет расти в комфортных условиях, без эмоциональных качелей».

День пролетел незаметно, причём Роман успел сделать столько, что вечером сам этому удивился. Что значит, с самого утра хорошее настроение, когда никто мозг не выносил!

- Роман Александрович, вам что-нибудь ещё нужно? – в дверном проёме мялась Марина.

Надо же, как качественно он её тогда напугал – теперь без его разрешения секретарь не решается покинуть офис, хоть рабочий день завершился уже час назад!

- Нет, Марина, ничего не надо. Расписание на завтра я получил, ознакомился, пометки отправил обратно, утром сразу внесёте коррективы. А сейчас идите домой!

Обрадованная секретарша процокала каблуками на выход, а он завис, сообразив, что придётся ехать в огромный дом, где его никто особенно не ждёт. Дома только прислуга – охранник, горничная и повар, но это не то. Даже кота нет. Или собаки. Уж они бы его встретили так, как давно не встречает жена…

Завести, что ли?

Нет, куда ему кота, тем более, собаку? По целым дням на работе, кто ими будет заниматься?

А жаль, с животными дом уютнее. С животными и детьми…

Сейчас же его никто не ждёт. Никто, с кем можно поделиться радостью, кому было бы интересно его выслушать и в свою очередь рассказать, как прошёл собственный день. Кто мог бы вместе с Романом порадоваться, что сделка с Прайм-Тайм принесла компании существенную прибыль, и Сам сегодня в телефонном разговоре выразил Роману признательность. Ника на съёмках, и даже звонить запретила. Мол, отвлекает от творческого процесса. Или отдыха после тяжёлого дня. Впрочем, будь она в Москве, про сделки и настроение мужа слушать всё равно не стала бы. Он пробовал – не интересно, говорит. И отворачивается или уходит в свою спальню, фыркая, как рассерженная кошка.

Совсем от него отдалилась – последние полгода он жену с трудом узнаёт. Где та трогательная девочка с широко распахнутыми глазами? Когда она перестала его слушать и слышать?

Ну, ничего, вот родится малыш, и Ника поймёт, в чём настоящее женское счастье!

Чёрт – Роман скомкал лист бумаги, на котором последние полчаса вырисовывал геометрические фигуры – он не хочет оставаться один! Не может… Устал от одиноких вечеров!

Но в гости посреди рабочей недели не ходят, тем более без предварительного созвона.

Поехать, что ли, в ресторан, поужинать?

Его повар отлично готовит, ничуть не хуже дорогих кулинаров, но дома придётся есть в компании телевизора. А в ресторане он будет среди людей.

Через час Роман сидел за столиком в Матрёшке, ненавязчиво рассматривая заполнившую ресторан публику. И тут его осенило – как это – ему некуда поехать? Есть же человек, с которым легко и просто!

- Я возьму заказ с собой, подготовьте, - подозвав официанта, приказал мужчина, извлекая из кармана сотовый.

Всё-таки, прежде чем ехать, надо поинтересоваться, хотят ли его видеть, а то свалится человеку, как снег на голову, а у того на вечер были свои планы!

- Алло!

***

Пятнадцать дней пролетели, как один.

Роман по вечерам уже привычно собирался не в загородный дом, а в двушку, где временно поселил потенциальную сурмаму.

Вообще-то все обследования девушка уже прошла, врачи вовсю вели подготовку к ЭКО, и Лизу можно было перевозить на постоянное место жительства. Но он всё оттягивал, не желая расставаться с уютными, почти домашними вечерами.

Здесь Елизавета одна, домработница приходит днём, и никто не видит, что он к ней зачастил. А в доме полно народу, и эти встречи – совершенно безобидные, без какого-либо сексуального подтекста – мгновенно обрастут слухами, которые непременно дойдут до ушей Вероники.

Оправдываться Роман не любил, особенно в том, что не совершал. Вот и тянул с переездом, мотивируя тем, что отсюда ближе к Центру. Мол, когда пересадят эмбрион, и он приживётся, тогда можно будет и переехать на природу.

Лиза вопросов не задавала и не протестовала против его ночёвок. Временами ему даже казалось, что девушка тоже ждала вечера и радовалась, когда он приходил. Но, конечно, это игра воображения – просто ему хотелось, чтобы она его ждала! Что бы хоть кто-то ему искренне радовался…

Но если разобраться, то с чего у неё не могут быть к нему особенно добрые чувства, ведь он буквально выдернул девушку из привычной жизни и едва не шантажом вынудил согласиться на академ и ненужную ей беременность?

К сожалению, он сделал это не из-за вредности, а потому что сам попал в жёсткий цейтнот. Не было у него времени искать кого-то ещё! Когда-нибудь – он очень на это надеялся – Лиза поймёт и простит…

Они вместе ужинали и разговаривали. Иногда Роман заказывал еду из ресторана, иногда Елизавета что-то готовила сама, но увлечённый беседой, он не всегда обращал внимание на то, что ест.

Роман Александрович просто наслаждался этими тихими, неспешными вечерами. Он и забыл, какое это удовольствие – просто разговаривать! Когда тебя слушают и слышат, когда ты сам слушаешь и слышишь другого!

Кто бы мог подумать, что у него с этой девушкой окажется столько общего – любимые книги, интересы, жизненная позиция? Он даже растерялся, обнаружив, что взгляд Лизы на некоторые вещи полностью совпадает с его собственным!

Ведь так же не бывает? Между ними разница в тринадцать лет, он взрослый, состоявшийся мужик, многое попробовавший и повидавший, а она совсем юная девочка, до сих пор от жизни получавшая только тычки и подставы. Правда, ему тоже никто ничего на блюдечке не преподносит, всего приходится добиваться самому.

Много лет он работает без выходных, без праздников, зубами выгрызает выгодные контракты, уговаривает, убеждает. Иногда приходится и надавить на несговорчивых клиентов или поставщиков.

И Елизавета у моря погоды не ждёт – работает, учится, даже на каникулах вместо поездки к морю ищет новые подработки.

Жаль, что они не встретились раньше…

Мысль проскочила, обожгла и вернула к действительности.

Он с ума сошёл, не иначе! Когда он встретил рыдающую Веронику, Лизе было всего… шестнадцать!

Нет-нет, прочь такие мысли!

Он испугался и вечером поехал не в двушку, а за город. Вернулся домой – к радости прислуги. И почувствовал, что возвращается в прежнее состояние раздражительности и нетерпимости.

Надо же было случиться такому совпадению – в первый же вечер, когда Роман ночевал в загородном доме, ему позвонила Вероника.

- Привет, спал? – голос жены, такой далёкий и знакомый до мельчайших тонов, вызвал волну воспоминаний. И раскаянья.

Нет, он не изменил ей, даже в мыслях не изменил! Но пока она выкладывается на своих съёмках, он позволил себе забыться, и проводил приятные вечера в беседах с другой женщиной. И пусть эти беседы носили совершенно нейтральный характер, но он-то понимает, что Лиза начала его привлекать! Что ему приятно на неё смотреть, приятно случайно сталкиваться руками, передавая хлеб или чашку, приятно слышать её голос…

Но в своё оправдание он мог бы сказать, что сразу прекратил вечерние посиделки, стоило осознать, куда его несёт.

- Нет ещё, - ответил он Нике, уняв бушевавшие эмоции. – Только поужинал, Светлана со стола убирает, я сижу, чай допиваю. А ты?

- Ой, Ром, я та-ак устала… не передать! Игорь… Алексеевич просто деспот, от него вся группа плачет. Но я звоню не поэтому – расскажи свои впечатления!

- Впечатления? – Роман напряг мозг, пытаясь сообразить, что жена имеет в виду.

- Ну да! Расскажи – понравилось? Как я смотрелась? Кто более убедителен – Катенька или Варвара, которую играет Смолина? Ой, эта Смолина, ты не представляешь, мы тихо ненавидим друг друга, а на площадке приходится играть любящих сестёр! И как тебе мой новый образ? Рома?

А он не знал, что ответить, потому что напрочь забыл о премьере этого чёртового сериала!

Нет, если бы они по-прежнему созванивались с Вероникой через день-два, та уже сто раз ему напомнила бы, но у них выпала двухнедельная пауза в общении, и он совершенно забыл про показ первой серии!

- Ты не смотрел, - голос жены понизился до температуры абсолютного ноля, промораживая даже через телефон.

- Я… Понимаешь, у меня много работы, сложный период, плюс почти каждый день приходилось ездить в Центр репродукции и генетики, - виновато забормотал Роман. – Ты не звонила, поэтому не знаешь, что у нашей сурмамы всё в порядке, ей проводят стимуляцию, готовят организм к подсадке эмбриона. Дня через два-три наступит самый благоприятный период!

- Ты не смотрел, - горестно повторила Ника. – Я чувствовала, что ты равнодушен к моему творчеству, но чтобы настолько… Совсем помешался со своим ребёнком, Рома… Или этот гипотетический младенец тебе дороже меня?

- Ника, что ты такое говоришь? Я виноват, закрутился и забыл, правда, столько всего навалилось! Ну, прости! Прямо сейчас пойду и посмотрю в Интернете, а потом перезвоню тебе и поделюсь впечатлениями!

- Дорога ложка к обеду, - обиженно бросила жена. – Можешь не утруждаться и не насиловать себя. Наш фильм собрал огромную аудиторию, зрители приняли отлично, критики – благосклонно, так что я как-нибудь переживу, что по твоей шкале ценностей занимаю двадцать пятое место.

- Ника, я…

- Не буду больше отвлекать номинанта на звание «Отец года» и самого незаменимого работника, - выпалила Вероника и сбросила вызов.

Он тут же пытался перезвонить, но жена или отключила свой сотовый или внесла его номер в чёрный список.

***

Вероника отключила сотовый, и в бессильной ярости сжала кулачки – мало того, что повадился ночевать в одной квартире с сурмамой, так даже не вспомнил о премьере!

Сначала, когда горничная информировала, что супруг не ночует дома, её это не слишком взволновало – Роман часто оставался в офисе на ночь. Особенно если вёл важный проект.

Но потом ей пришла в голову идея расспросить домработницу, приставленную к двушке на проспекте. Именно туда муж поселил будущую суррогатную мать.

И новости не заставили себя ждать – девка живёт не совсем одна. Нет, домработница гостя нахалки не видела, но кто-то регулярно мнёт постель во второй комнате, пользуется кухней и полотенцами в ванной.

По просьбе хозяйки домработница получила у консьёржки записи с камеры наблюдения – пришлось лично переговорить с консьержкой и заплатить ей за оперативность и молчание. Получив «кино» Ника сначала появлению в кадре Ромы значения не придала – мало ли, зачем он мог зайти к сурмаме? Например, принести продукты или отвезти на процедуры. Но когда муж вошёл в девять вечера, а вышел только в семь утра, пазлы в голове сложились – никак за её спиной он решил ей изменить?!

Не то, чтобы это её обижало – сама не святая, но пока будущее с Михайловым на воде вилами писано, она будет держаться за брак с Лавровым и руками, и ногами. Надо – зубами тоже.

Первые несколько секунд молодая женщина не знала, что ей делать.

Закатить скандал? А смысл? Она в Италии, муж в Москве… Ругаться на расстоянии – эффект не тот. Она закрыла бы глаза на интрижку, если бы Рома продолжал интересоваться её делами. Переживал за жену, скучал. Пусть она сама запретила ему звонить, но раньше его это не остановило бы! Раньше он писал бы ей в Вайбер, слал смс, а тут…

Неужели девчонка сумела запудрить ему мозги?

Первый порыв – срочно прилететь в Москву и посмотреть изменнику в глаза – Ника отвергла.

Во-первых, Михайлов не отпустит – все сцены на ней завязаны. Во-вторых, зачем ей выкручиваться, ломать себя, переживать, если мужу, по сути, на неё наплевать? Ладно, не интересуется кинематографией, это ещё можно понять. Но настолько наплевательски относиться к жене?! Знает ведь, как ей важна эта работа, мог бы посмотреть серию, она и длится всего-то чуть меньше часа, если убрать рекламу! Но какой-то ребёнок ему важнее. Младенца ещё нет, но муж уже ставит ребёнка и инкубатор на первое место. А что будет, когда Рома получит наследника?

И, поймав мысль, мстительно сузила глаза – хотела по-хорошему, по-честному, но раз Рома относится к ней по остаточному принципу, то и она не обязана считаться с его мнением и желаниями!

Репродуктолог позвонил не просто так – у них проблема. После разговора с врачом она и набрала супруга. Думала, что тот обрадуется звонку, что скучал и первую серию уже «до дыр» посмотрел. В смысле – раз десять, не меньше. А оказалось, что он элементарно забыл про премьеру.

Нищая девчонка заменила ему родную жену?

Что ж, сам виноват!

Она хотела рассказать про затруднения с оплодотворением, и что ЭКО придётся перенести на другой цикл – следующий или позже, ведь сейчас она не может вырваться, чтобы сдать новую яйцеклетку. И нужна новая стимуляция суперовуляции, всё под контролем врачей. В общем, ребёнок откладывается на неопределённый период.

Но раз Рома повёл себя, как бесчувственный чурбан и неверный муж, то он заслужил симметричный ответ! Хочешь ребёнка, прям не терпится тебе? Будет тебе наследник… байстрюк!

Напросился!

- Николай Сергеевич, это опять я.

- Узнал, - суховато ответил врач.

Его понять можно – пошёл на уговоры, соблазнился лёгкими, как он думал, деньгами, а теперь на горизонте маячат крупные неприятности. Да что там на горизонте? Они уже в дверь стучат. Поэтому и звонил – оплодотворения не произошло!

- Я ИКСИ произвёл.

- Что, простите?

- Интрацитоплазматическую инъекцию сперматозоида в яйцеклетку. Выбрал самый шустрый и полноценный сперматозоид и ввёл его непосредственно в цитоплазму яйцеклетки, - терпеливо пояснил врач. – Но всё впустую. А две другие яйцеклетки оказались пустышками. Такое бывает при стимуляции суперовуляции. И что нам теперь делать? По-хорошему, надо сообщить Роману Александровичу, и начинать всё сначала.

Она честно хотела обсудить с мужем создавшуюся ситуацию, но оказалось, что тот мало того, что проводит ночи с другой, так ещё и про её премьеру забыл! Пусть теперь пеняет на себя!

Вероника вернулась в настоящее.

- Скажите, у суррогатной матери сейчас подходящее время для наступления беременности?

- Да, конечно, мы же специально подгадали оплодотворение биоматериала для последующей пересадки!

- То есть у неё внутри есть собственная, готовая к оплодотворению яйцеклетка? Прямо сейчас?

- Не совсем прямо сейчас – нужна ещё пара-тройка дней, - пояснил репродуктолог.

- Отлично! Ещё вопрос – у вас есть сперма? Ну, от других мужчин? Полагаю, должна быть.

- Разумеется, - осторожно ответил врач. – У нас есть несколько порций замороженного и охлаждённого биоматериала вашего супруга. Но можно вызвать его, и он сдаст свежую порцию. Свежая всегда предпочтительнее. Вы хотите, чтобы я произвёл инсеминацию сурмамы?

- Да, но немного не так, как вы подумали, - Ника еле сдерживала ликование – вот это будет мстя! Сразу прилетит и нищебродке, распустившей слюни на чужого мужика, и неверному супругу мало не покажется! - Вы введёте в матку сурмамы сперму от другого мужчины и проследите, чтобы обязательно наступила беременность.

- Не вашего мужа? – уточнил Николай Сергеевич. – Вы уверены?

- Абсолютно. Переведу столько, сколько скажете, деньги не проблема. Но имейте в виду – это должно остаться между нами!

- Вы меня под монастырь подведёте, - простонал репродуктолог. – А если Роман Александрович потом сделает тест ДНК?

- Да он бредит этим ребёнком! Ничего он делать не будет, получит на руки и погрузится в воспитание, - небрежно бросила Вероника. – Я лицо заинтересованное, поэтому никаких тестов не допущу.

А про себя подумала, что тест Рома обязательно получит – сразу, как ребёнок родится. Придумает, под каким соусом его сделать. Например, сказать, что дитя не похоже на родителей!

Мужу в голову не придёт, что подмена произошла в Центре, будет думать, что девчонка его за нос водила и за его спиной встречалась ещё с кем-то. Да он её сразу из своей жизни выбросит вместе с байстрюком!

И на коленях приползёт к жене – просить прощения.

- Зачем такие сложности? – продолжал переживать врач. – Отложим на месяц или два, и сделаем всё, как заказывал Роман Александрович!

- Я плачу вдвое больше, чем заплатит мой муж, - отрезала Ника. – Если вы откажетесь, я донесу до вашего начальства и моего супруга, что второго и третьего забора яйцеклеток не было, но оплату вы получили сполна!

Мужчина молчал, в трубку доносилось его дыхание.

- Хорошо, - произнёс он через несколько секунд. – Я сделаю, как вы просите, если сегодня же на известный вам счёт поступит тройная сумма. Учтите, срок жизни яйцеклетки ограничен, у вас есть сегодня и завтра, в противном случае инсеминация не принесёт плодов.

- Деньги будут через несколько минут. До связи!

Вот так! Она никому не позволит водить себя за нос и пользоваться тем, что принадлежит только ей!