- -
- 100%
- +
Конечно, Денис не подозревал, что их сугубо мужской разговор услышит его жена. Если бы отец знал, что его слышит дочь, тоже, наверняка, язык бы придержал. Но вышло так, как вышло.
Если разобраться, Женька тоже виновата - нечего было подслушивать! Вышла бы, голос подала - ничего бы не было, а так...
Выкрикнув, выплеснув на мужа боль и обиду, Евгения вынеслась за дверь, предварительно вырвав из его пальцев справку.
- Денис, что же теперь будет? - жалобно проговорила тёща.
- Всё нормально будет, - ответил он. - Перебесится, мозги на место встанут, поймет, что была неправа.
- На развод подашь? - глухо буркнул отец.
- Нет, я не собираюсь с ней разводиться. Она в коммуналку поехала? Женя говорила, что бабушка оставила ей комнату.
- Скорее всего, - отозвался отец. - Она у нас, вообще-то, послушная дочь, но если упрется - танком не сдвинешь. А тут... хреново как вышло... Вер, ты бы поехала за ней, а? Поговори, как мать.
- Ага, ты уже поговорил... как отец, - зло ответила Вера Владимировна. - Значит, Анечку любишь, а со мной всю жизнь мучаешься?
- Вер, ну, не начинай!
- Вот что, дорогой, собирай-ка манатки и вали к своей Анечке. Тут тебе плохо, там, надеюсь, хорошо будет.
- Вера!
- Руки убрал! Больше не твоя, не тяни, а то обломаю!
Денис помялся еще минуту, понял, что присутствовать при семейных разборках у него нет никакого желания, и тихонько вышел за дверь.
Адрес коммуналки он возьмет попозже, дня через два-три, когда буря утихнет. Заодно и Женьке будет полезно побыть одной, подумать и понять, что рубить с плеча - не лучший способ строить счастливую жизнь.
Квартира встретила тишиной и цветами. А еще - сумками Жени, заполонившими собой часть гостиной.
Как накануне свадьбы перевезли, так и оставили, решив разобрать попозже, когда будет время и желание. После долгой и вкусной брачной ночи, неспешного завтрака ближе к обеду, после прогулки... В общем, не скоро.
Кто же знал, что вместо счастливого начала семейной жизни у них получится сплошная нервотрепка? Когда теперь у Евгении руки до вещей дойдут - неизвестно. Как и насколько быстро Женя настолько успокоится, чтобы спокойно его выслушать.
Мужчина прошёл по квартире, достал из холодильника бутылку, несколько секунд смотрел на нее, потом решительно налил прямо в чайную чашку - немного, и одним глотком выпил.
Черт, как же он испугался, когда жена исчезла прямо из ресторана! Столько всего передумал, умирая от страха, что с ней случилось непоправимое!
Жива, это главное. А несостоявшийся ребенок и надуманные и реальные обиды... переживем. Исправить можно всё, кроме смерти. Только где взять столько терпения, чтобы самому не начудотворить? Дождаться, сдержаться, не испугать, не оттолкнуть? Он тоже обижен, тоже переживает, живой человек, не кукла. Евгения не подумала ни о его чувствах, ни о родителях, когда сбегала, не оставив ни записки, ни смс. Получается, она ему не доверяет, раз сразу поверила в самое худшее и, вместо того, чтобы искать поддержки у мужа, сбежала горевать в одиночестве? Еще и аборт этот... Надо будет обязательно сводить её к хорошему врачу, пусть посмотрит, не навредила ли операция его девочке. Глупая, глупая Женька, кто ж так поступает?
В очередной раз, споткнувшись о сумки, Денис понял, чем он займется. Перенес поклажу в спальню, открыл шкаф и аккуратно, по одной вещи, стал перекладывать содержимое сумок на полки и в ящики. Конечно, Женя могла бы сложить вещи иначе. Например, трусики и лифчики поместить не в один ящик, а по отдельности. Или - маечки вниз, а носки - в ящик выше. Да, пусть меняет, сколько угодно, если пожелает. Он просто наведет порядок, чтобы все под рукой было, не мялось в сумках, заодно делом займется, а то в голову всякое лезет. Когда жена сменит гнев на милость, сможет переложить так, как ей нравится, он вмешиваться не станет.
Развесил платья и юбки на плечиках, рядом пристроил брюки. Джинсы, поколебавшись, сунул стопкой на свободную полку.
Шкаф вместительный, на заказ деланный, но по мере освобождения сумок, пустых мест в нем оставалось всё меньше и меньше.
Убрав последнюю тряпку, Денис затолкал все освободившиеся сумки в одну и выставил её в коридор - надо отнести в гараж, не стоит захламлять дом.
Переодеваясь, он вспомнил, что еще ничего не ел, сунулся в холодильник - мышь, конечно, еще не повесилась, но уже на пути к этому. Перед свадьбой мужчина навел в квартире порядок, буквально, вылизал её, заодно провел инспекцию шкафов и холодильника. Он и до этого не держал в доме много продуктов, предпочитая питаться в кафе и тому подобных заведениях, а после его уборки, вообще осталось только то, что долго не портится - соль, сахар, специи, спагетти, заварка...
На завтрак они с Женей рассчитывали забрать еды из ресторана, а пообедать в городе. На ужин могли бы что-нибудь купить или посетить кафе, тут рядом есть неплохое. Чисто, кормят вкусно, по деньгам ненапряжно. Для него ненапряжно, Женька, он помнит, когда первый раз туда попала и меню в руки взяла, глаза по полтиннику сделала. И всё порывалась увести его, уверяя, что лучше ей быстренько пожарить картошки.
Забавная, открытая, искренняя. И ранимая.
Черт, опять он о том, что пока не может исправить!
Не умеет он утешать, не знает, что говорить, а Женька сейчас - как оголенный нерв. Одно неверное слово, не так поймет, взвинтится еще пуще. Нет, уж, лучше пусть она перебесится в одиночестве, пар сбросит и будет в состоянии нормально слушать и слышать. Тогда он её просто в охапку сгребет, домой утянет, даст выплакаться в его рубашку, осушит слезы поцелуями. И спокойно все объяснит. А потом они будут долго и со вкусом мириться, и поедут в свадебное путешествие. Им обоим не помешает сменить обстановку, а что может быть лучше поездки в незнакомый город, тем более - по морю?
Подхватив сумки, Денис вышел из дома, проверил с собой ли телефон - вдруг, Женя позвонит? - и отправился в гараж.
Идти было недалеко, повезло в свое время удачно перекупить место на ближайшей к дому линии.
- Денис! А я смотрю - ты ли это?
Мужчина обернулся на голос и поморщился - Татьяна.
В тот вечер он сразу заприметил Женю и понял, что с Танькой у них ничего не будет. Но ради вежливости, не стал отталкивать девушку сразу, а та напридумывала себе невесть что. Вон, явилась. Спрашивается, какого пуркуа, она забыла в этом районе, если живет совсем в другой стороне?
- Привет, - равнодушно ответил он, не сбавляя шага.
Девушка догнала и засеменила рядом.
- А я к тёте приехала, у меня тут мамина сестра недалеко живет. Смотрю - ты идешь, решила поздороваться. Как семейная жизнь?
- Нормально.
- А Женька где?
- Какая тебе разница, Тань? - он остановился и сердито посмотрел на девушку. - Ты куда-то шла, да?
- Да, шла. Но это не значит, что меня надо вот так, грубо обрывать. Я же не на шею тебе вешаюсь, мог бы быть и повежливее, - обиделась девушка. - Женьке привет и пожелание огромного счастья!
Круто развернувшись, Татьяна бросилась через дорогу, Денис, увидев, что дурочка несется прямо под колеса автомобиля, кинулся остановить, дотянулся, успел дернуть на себя и принял удар машины по касательной. Оба отлетели к ливнёвке, основательно приложившись о бордюр.
- Кретинка! - прошипел мужчина. - Жить надоело, так таблеток наглотайся, что ли. Будешь в гробу красивая лежать, а не бифштексом на асфальте. Цела?
- Убери руки, придурок! - девушка попыталась встать и, охнув, осела назад. - Нога...
- Эй вы, голубки! У вас в запасе пара-тройка жизней есть? - из задевшей их машины вышел мужчина. - Я за идиотов сидеть не собираюсь. Сейчас вызову полицию, сами объясняйтесь, зачем кидались под колёса.
- Да, целые мы, целые, - отмахнулся Денис, вставая на ноги и помогая подняться охающей Татьяне. - Прости, командир, нечаянно вышло, поссорились, она психанула. Сам понимаешь. Машина цела? Цела. Езжай, мы без претензий.
Водитель с сомнением посмотрел на пострадавших.
- Может, в травмпункт? Ободрались все.
- Езжай, говорю! Зеленку мы и дома найдем.
Мужчина пожал плечами, сел в автомобиль и уехал.
- Пошли, недоразумение! У тебя юбка порвалась, и ссадины. Надо обработать.
- Куда я пойду в таком виде? - всхлипнула Таня, пытаясь стянуть разошедшуюся по шву юбку.
- Ко мне пойдем, дам иголку, вату и зеленку, - пояснил Денис. - Зашить-то сможешь?
- Смогу. А что Женька скажет?
- У родителей Женька, а ты не на весь день зайдешь, а на полчаса. Пошли!
Татьяна шагнула и, вскрикнув, припала на ногу, чуть не упав обратно. Быстрым движением в последний момент успела ухватиться за Дениса и снова заплакала.
- Нога боли-ит, и ю-у-убка не держится-а!
«Твою душу мать!»
Ничего не оставалось, как подхватить девушку на руки, стиснуть зубы, потому что он сам приложился не слабо, и понести её домой.
- Не души, просто придерживайся, - велел он Татьяне. - И ткань держи, ты сейчас всю улицу сфотографируешь.
Девушка охнула, торопливо натянула край юбки и спрятала голову на груди Дениса.
- Господи, стыдно-то как!
- Не ёрзай, а то опять упадём! Достань из кармана ключи, сейчас подойдем, приложишь к домофону, - отрывисто проговорил он и мазнул взглядом по замершим на лавочке у соседнего подъезда бабулькам.
«Сейчас обсудят вдоль и поперёк. Главное, чтобы потом Жене не донесли, а то мало ему неприятностей. Как некстати встретилась ему эта прилипала!»
Наконец, добрались до двери, Татьяна, смущаясь, пошарила у него в брюках, вытащила связку, приложила к окошечку. Звук зуммера, дверь открылась. Денис повыше перехватил ношу и шагнул в подъезд.
Вывернув из-за угла дома, Евгения остолбенела - Денис тащил на руках какую-то девушку. Её Денис! Чужую девчонку! Тащил к подъезду своего дома!
На какую-то долю секунды она успела подумать, что ошиблась, это не он, мало ли таких рубашек, и парней с такой фигурой и цветом волос? Но мужчина что-то сказал своей ноше, повернув лицо в три четверти в сторону Жени, и отпали все сомнения - Денис. А тут и его ноша наклонилась, бесстыдно шаря по карманам её мужа, и Евгения узнала - Танька.
Отрешенно она стояла и смотрела, как Денис с Татьяной на руках скрываются в подъезде, а потом повернулась и побрела прочь.
Зря она решила прийти сюда. Думала, Денис ждет и переживает? Нетушки. Оказывается, его есть кому утешать... Какая же она дура!
После теплой встречи с родственниками, Женя отправилась в коммуналку и, пока драила комнату, а заодно и места общего пользования, снова и снова прокручивала в голове разговор. Вернее, обвинения, которые кидали ей родители.
Да, она поступила неправильно, надо было дотянуть до завершения банкета, уехать вместе с Денисом, и тогда уже задать ему вопросы. Но в тот момент она чувствовала себя так, будто, раскаленный стержень в грудь воткнули. Измученный токсикозом организм отказывался переваривать новое потрясение. Вернись она в зал - придется улыбаться, возможно, отец полезет с объятиями, как делал это уже не раз, да крики «горько» никто не отменял. Целоваться же ей сейчас совершенно не хотелось. Ни с кем. И Женя ушла, подавленная, уничтоженная не только откровениями отца, но и молчанием Дениса, и его рассуждениями о разводе и аборте. Наверное, она была неправа, но в тот момент она хотела только одного - избавиться от причины, по которой Денис на ней женится.
Ведь и в самом деле - они встречались год, но он ни разу не заикнулся о будущем, ни разу не предложил познакомить с родителями и сам в гости не напрашивался. Ей было хорошо с ним, что скрывать? Но вопрос о браке никогда не поднимался.
Спроси ее Денис, она, не задумываясь, ответила бы «да», но его, похоже, и так все устраивало. А она затевать разговор боялась, всё-таки, инициатива должна исходить от мужчины!
Так и шло время, пока не случилась задержка.
В общем-то, отец, получается, не так уж и неправ - Денис женился только из-за её беременности. Если бы любил, разве оставил бы её в слезах? Разве позволил бы уйти? Может быть, это расплата за то, что она увела парня у Татьяны? Не увела, он сам к ней ушел, да и парнем Тани не был, их только хотели познакомить и сдружить... Всё равно, нехорошо получилось.
Выдраив комнату, она спохватилась, что вещей-то у нее нет, переодеться не во что, выйти тоже не в чем. Надо искать работу, не в домашнем же сарафане это делать? Придется ехать к Денису за сумками.
К тому же, монотонная работа позволила успокоиться, насколько это было возможно, в голове она не один раз прокрутила всё, что услышала, расставила акценты, обратила внимание на нюансы. И поняла, что созрела для разговора с мужем.
Готовкой Денис не заморачивался, это она помнила. Вряд ли он запасся едой, скорее всего, сидит голодный, да и ей поесть не мешает: спасибо доброй женщине-гинекологу из клиники - тошнота прошла, вернулся аппетит.
Девушка завернула в супермаркет, набрала продуктов - хлеба, немного картофеля, пачку сливочного масла, овощей для салата и так, по мелочи. Ужасно захотелось простой отварной картошки, с маслом и укропом. И салат из помидоров, сухариков и феты. Глотая слюнки, представляя, как через полчаса она вкусно поест, Женя спохватилась, что не позвонила Денису. Вдруг, его нет дома? Допустим, ключ у нее есть, но, кроме вещей и еды, она планировала поговорить. Раньше они хорошо друг друга понимали, почему произошел такой сбой?
Перерыв сумку, Евгения с досадой прищелкнула языком - вот же, Маша-растеряша! Она забыла мобильник на банкете, не с чего ей звонить. Ладно, до дома осталось два шага, будь, что будет!
Девушка переложила пакеты с продуктами в одну руку и продолжила путь - мимо ларьков с выпечкой и газетами, мимо кафе, где так любил ужинать Денис.
Женя завернула во двор и прошла еще немного, прежде чем заметила живописную группу.
Вот и поужинали. Заодно, поговорили.
Вспыхнувшая злость толкала догнать, посмотреть Денису в глаза. Чертенок на ухо нашептывал советы, как ей половчее огорошить парочку, но девушка отогнала видения - нет, она не опустится до разборок на виду у всей улицы! А картошку она и у себя отварит!
Развернувшись, еле передвигая ноги, будто пакеты стали неподъемными, Евгения вышла со двора. Желудок издал протестующее бурчание, взгляд уперся в вывеску кафе. Почему бы и нет?
Спустя полчаса она сидела за столиком у окна и, почти не ощущая вкуса, ела какой-то суп. Бездумно смотрела, как за окном кипит городская жизнь, едут автомобили, торопятся люди.
С каждой ложкой настроение улучшалось. Правильно мама когда-то говорила - «Если серединка сыта, то и края улыбаются».
Увиденная картина уже не казалась настолько однозначной. Женя вспомнила, что Денис прихрамывал, что у него была драная штанина, а Татьяна держала край серой юбочки, пытаясь прикрыть попу. Безуспешно, надо сказать, её сиреневые трусики Женя хорошо рассмотрела. Надо думать, не одна она - весь передовой отряд местных старушек, оккупировавших лавочку у соседнего подъезда, только что шеи не посворачивал, провожая колоритную парочку. Женю они, несомненно, знают - за полгода, в течение которых она регулярно бывала в квартире Дениса, наверняка рассмотрели её лучше, чем в микроскоп. И про свадьбу знают, конечно. От бабушек же ничего не скрыть, работают почище КГБ. Вот сколько им новой пищи для обсуждений! Что там сериалы, когда прямо перед глазами разворачивается настоящая трагикомедии: он, она и разлучница!
Ладно, надо возвращаться к себе. Плохо, что без сменных вещей, но зато сытая и с продуктами. Один день она еще перебьётся, а потом надо связаться с Денисом и договориться о встрече. Без предупреждения она больше сюда ни ногой!
Расплатившись, Женя подхватила пакеты и встала из-за стола, собираясь уходить. Глаз зацепился за знакомую фигуру и одежду - Татьяна! Идет мимо кафе одна, лицо сердитое, красное.
Интересно. Для любовного свидания времени маловато прошло, Денис у неё не скорострел, любит с чувством, толком, не спеша.
Стараясь не попасться на глаза, Женя встала вплотную к занавеси и принялась жадно рассматривать девушку. Юбка, похоже, та же самая, цвет совпадает, но теперь она целая, не распадается на две половинки.
Что же у них с Денисом произошло?
Татьяна подошла к остановке, развернулась лицом к дороге, и Женя заметила, что одна сторона её левой ноги от колена до лодыжки зеленого цвета.
Поранилась, что ли? И зеленкой, как маленькая, есть же другие антисептики, не раскрашивающие человека под ветрянку! Это Денька настоял, у него зеленка - панацея от всех болячек.
Неожиданно для себя Женя хихикнула, представив, каково сейчас Таньке - сначала у всех на глазах сверкала трусами, теперь с зеленой ногой. Неделю такой ходить, пока сойдет.
Подошел автобус, Татьяна уехала, а Женя задумалась - что-то не складывается.
Посмотрела на остановку, перевела взгляд на пакеты - масло, наверное, вот-вот окончательно растает, его надо срочно в холодильник!
И решительно развернулась обратно к дому Дениса.
Приветливо поздоровалась с бабульками, отметив, что те даже моргать перестали, когда её увидели, и вошла в подъезд.
Открыть своим ключом или позвонить?
Как-то её встретит Денис?
«Лучше позвоню», - решила девушка и нажала на белую кнопку.
- Я тебе недостаточно ясно всё объяснил? - дверь открылась рывком, явив злого и полуголого Дениса. - Какого хе... Женя?
- И тебе доброго дня, - ответила девушка и вопросительно подняла бровь, потому что мужчина так и стоял в дверях. - Я могу войти?
- Да, конечно, - Денис отступил в коридор. - Я думал, это не ты. То есть, не думал, что это ты, поэтому так встретил. Она меня вывела из себя.
- Мне все равно, кого ты настолько рад видеть, - Женя пожала плечами и прошла на кухню.
- Это Татьяна, - Денис шел следом. - Мы встретились сегодня у дома, она чуть под машину не попала, ободралась вся и юбку разорвала. Я предложил зайти к нам, обработать ссадины и воспользоваться иголкой.
Женя, никак не комментируя, перебирала посуду.
- Что ты собираешься делать? - несколько удивленно спросил Денис, следя за манипуляциями жены. - Ты слышишь, что я говорю?
- Слышу. Татьяна ободралась, и ты привел ее домой, чтобы зашить юбку. Картошку хочу отварить. Можно?
- Можно, - растерянно ответил мужчина. - Ты пришла, чтобы сварить картошки?
- Нет, я за вещами, но по пути проголодалась, - Женя чистила кожуру, ловко скидывая серпантины в полиэтиленовый пакетик. - Ты позволишь мне?
- Ты у себя дома, - насупился Денис. - Женя, давай поговорим, как взрослые люди!
- Смотря, что ты понимаешь под этим, - Женя на мгновение замерла и посмотрела мужу в глаза.
- Это спокойно, без нервов и взаимных обвинений, - объяснил Денис. - Сначала каждый выскажет все, что у него накопилось, второй не перебивает, потом сообща решаем, что нам делать дальше. Помидоры?
- Ну, да, просто картошку не очень вкусно, а с салатиком - самое то, - Женя поставила кастрюльку на огонь, достала из пакета овощи и принялась их мыть. - Что ж, я не против. Поговорим. Только сначала надо поесть.
Денис кивнул, соглашаясь.
- Пойду, переоденусь.
Нарезая помидоры и огурцы небольшими ломтиками, девушка размышляла.
Итак, про Татьяну он ей рассказал, причем, сам. Но без подробностей о способе доставки в квартиру пострадавшей. Видимо, Танька что-то попыталась предпринять, раз Денис так зол, но об этом она выспрашивать не станет. Захочет - сам расскажет. Не захочет - обойдется. Главное, он бывшую подругу не только выставил, но и, явно, видеть не желает.
Картошка закипела, Женя убавила огонь, посолила.
По кухне поплыл сытный запах.
Надо же, совсем недавно тарелку какого-то супа съела, а сейчас опять слюнки глотает.
Денис вернулся - в свежей рубашке, джинсах, волосы блестят - даже причесался, надо же!
- Тебе помочь?
«Черт, ну, почему он такой? Будто ничего не случилось, будто не было ни тех слов, ни его холодности на глазах у родителей! Так, Евгеша, не раскисать! Ты - сильная! Ты - сможешь!»
- Последи за картошкой, чтоб не убежала и не выкипела.
- Картошка?
- Вода в кастрюльке.
Оставив Дениса на кухне, Женя вышла в большую комнату и растерялась - а где же ее вещи? Вот сюда сумки внесли, тут бросили.
Обернулась в сторону кухни, но передумала. Мелькнула мысль - в спальню перенес?
В спальне сумок тоже не было видно.
Хм.
Женя закусила нижнюю губу, решая задачу - куда Денис мог деть её вещи? Вряд ли он отвез их к родителям, на балкон выставил?
Подошла к двери, посмотрела - нет, там сумок не видать. Огляделась и, движимая интуицией, подошла к шкафу, отодвинула дверь и замерла - ёлки зелёные, он разобрал её одежду! Сам! И сложил всё вполне аккуратно.
- Я подумал - зачем вещам мяться, да и руки чем-то занять надо было, - раздался сзади несколько смущенный голос мужа. - Жень, там кипит сильно и пенка сверху. Снять её?
- Не надо, огонь потише сделай, - ответила она, не отрывая глаз от внутренностей шкафа. - День, а где сумки?
- Потерял, наверное. Я их в гараж нес, когда эта ненормальная прямо под машину рванула.
- А пакеты есть, какие-нибудь? Я возьму, хотя бы, самое необходимое, за остальным вернусь завтра или послезавтра.
- Жень, - Денис шагнул навстречу, поднял руки, не решаясь обнять, потом осторожно опустил их ей на плечи. - Не пори горячку! Зачем тебе куда-то переезжать, если твой дом - здесь?
Потянуло запахом гари.
- Картошка! - оба бросились на кухню, причем, Денис больше мешал, чем помогал.
Девушка схватила полотенце, прижала крышку и ловко слила воду. Ну, попыталась - та уже вся выкипела.
- Тарелку давай!
Мужчина быстро подставил посудину, в которую Женя принялась выкладывать потенциальный ужин.
- Только в самом низу две начали пригорать, - объявила она. - Можно считать, почти не сгорело.
Стараясь не затрагивать волнующую обоих тему, поели. Денис ел так, будто дня два голодал, хлебом подобрал масло со дна тарелки, а салатницу едва не вылизал.
«Ладно, готовить Денис никогда не любил и не умел, но, что же он, все эти дни даже в кафе не ходил?» - удивилась про себя Женя.
Чай пили уже не спеша, смакуя каждый глоточек. В шкафчике нашлось какое-то печенье, в холодильнике - баночка варенья.
- Спасибо! - с чувством проговорил вдруг Денис. - Очень вкусно!
- Обычная картошка и помидоры, - пожала плечами Евгеша.
- Не обычные, - возразил мужчина. - Наш первый семейный ужин, поэтому так вкусно.
- Ты поговорить хотел? - напомнила она, чувствуя, что еще немного, и она растает, никуда не поедет, останется тут...
- Пойдем в зал? - предложил муж. - Там диван удобный.
- Мне всё равно, можно и в зал.
Перешли. Евгения села на диван, Денис - на стул у стола.
- Женя, как я говорил, сначала пусть каждый выскажет, что у него на душе. Второй не перебивает, дает возможность выговориться. Потом попробуем обсудить всё вместе. Ты согласна?
- Да. Кто начинает?
- Давай, ты.
Женя нахмурилась, отвела взгляд и, после минутного молчания, в течение которого собиралась с мыслями, заговорила:
- Всегда думала, что у нас нормальная семья. Всё, как у всех: папа, мама, я - дружная семья. Когда я была маленькая, родители ходили на утренники в детский сад. Потом - в школу, на родительские собрания. Иногда мы все вместе выбирались в кино или в парк. Зимой мы вместе лепили снеговика и ставили ёлку. Родители шутили, смеялись, иногда ругались, но никогда сильно. Я и подумать не могла...
Женя задохнулась, помолчала, переводя дух.
- Я не сразу разобрала слова, сначала просто услышала голоса, там фонтанчик журчал, до меня долетали только обрывки. Но я поняла, что за зеленой изгородью вы с папой, и пошла к вам. Вдруг фонтан перестал работать, и я отчетливо услышала, что отец говорит. Это было... Даже не знаю, как объяснить. Будто, кино, и я смотрю его со стороны. Мой папа не мог произносить такие вещи! Нет, это невозможно! Он же любит меня! Но он не замолкал, продолжая выплескивать свои обиды, мне хотелось оглохнуть или провалиться на месте. Это страшно, узнать, что ты нежеланный ребенок, которого собственный отец считает помехой, испортившей ему жизнь. Но не менее страшно, что он, мой папа, сочувствует моему мужу, утверждая, что того тоже заманили в ловушку и вынудили жениться «на пузе». А мой любимый молчит, не возражает.
Денис резко вздохнул, вспомнил, что сам предложил не перебивать, и выдохнул, не произнеся ни слова.
- Не знаю, как я не умерла там, у скамейки. Папу несло дальше, а мой муж молчал. Молчание, ведь, знак согласия? Я это так и поняла, тем более что мой любимый, наконец, заговорил. Он отметил, что всегда есть выход, чем жить с нелюбимой женщиной. Во-первых, аборт, и жениться «на пузе» не нужно. Он даже упомянул, что рассматривал такой вариант.