- -
- 100%
- +
Вечер выдался на удивление прохладным для лета. Хотелось закутаться в одеяло и посмотреть уже давно вышедший сезон, отложенный Виктором. Но от одеяла его отделяла Волга и отсутствие транспорта. Молодой человек сбросил рюкзак на землю рядом с кассовой будкой и сел на него спиной к реке. Стоило, наверное, найти гостиницу или хостел. Обида на поломанную стыковку в расписании задержала Виктора здесь.
– Вы, молодой человек, тоже на паром пришли?
Виктор поднял глаза. Перед ним стояла пожилая женщина в желтом в горошек платье. Она была явно удивлена появлением Виктора.
– Я, – молодой человек замялся. – Да. Я к Марине еду. Шиловой. Только мне сказали, что…
В этот момент Виктор заметил, что у пристани стоит паром. Он тускло светил фонарями, зажженными вдоль трапа. Паром был неподвижен, словно Волга стала тихим озером. Женщина поднялась по трапу и оглянулась на Виктора.
– Так вы идете?
На пассажирской палубе было светло. Все места пустовали, кроме того, что заняла старушка. Она смотрела в иллюминатор в сторону правого берега Волги.
Виктор прошел по палубе и занял место на противоположном борту. Он не заметил, как паром отчалил. Больше пассажиров не было.
Парень было задремал под мерный гул парома, как его кто-то легонько толкнул в плечо. Виктор открыл глаза. Перед ним стоял хмурый кондуктор в темной рабочей куртке компании, название которой Виктор не успел разобрать. Что-то начинающееся с «Ха». «Хаврон»? «Хартун»?
– Ваш билет?
Кондуктор протянул Виктору руку. Парню стало не по себе. Он вспомнил, что билет он так и не купил и сейчас явно ехал зайцем.
– Я, простите, без…
– Вот его билет.
Пожилая женщина в желтом платье словно немного оттесняла кондуктора от паренька. Тот нахмурился еще сильнее, оглядывая старушку. Потом он посмотрел на то, что она ему протягивала, на Виктора и снова на старушку.
– А ваш билет?
Та выдохнула, порылась в карманах платья и выудила оттуда всю мелочь, что при ней была.
– Этого хватит?
Кондуктор взвесил горстку мелочи в ладони, прикинул, сколько там, не пересчитывая, и молча кивнул. Виктор со старушкой проводили его взглядом, пока тот не скрылся за дверью в капитанский отсек. После этого бабушка села рядом с Виктором и выдохнула.
– Значит, ты парень Маринки? – она заговорщически подмигнула.
– Ну что вы, мы просто друзья, – покраснел парень. – А вы знаете ее?
– Кто ж ее не знает. Любит девчонка город наш, носится, везде нос сует, истории выведывает. И у меня бывала, конечно, и не раз.
Бабушка с добротой отзывалась о Марине. Девушка, трепетно относящаяся к истории родного города, с уважением и заботой навещала стариков.
– А как вас зовут? – наконец поинтересовался Виктор.
– Агафья Леонидовна, – улыбнулась та. – Вот держи.
Она протянула Виктору небольшой бархатный мешочек темного зеленого цвета с позолоченным шнурком. На нем был вышит странный символ, напоминающий скорее бесконечность, чем что-то другое.
– Не похоже на проездной, – сказал Виктор. Агафья Леонидовна усмехнулась.
– Это подарок от жриц с Кошачьей горы. Их предводительница лично мне делала сбор, что лежит внутри.
Виктор начал было развязывать шнурок, чтобы посмотреть на содержимое мешочка.
– Нет-нет! – тут же остановила его бабушка. – Ни в коем случае не открывай его. Иначе перестанет действовать сила, заключенная в нем.
– А что там внутри?
– Травы, – пожала плечами Агафья Леонидовна. – Носи его с собой. Вдруг снова набредешь на этот паром. Покажешь его кондуктору, он не потребует платы и высадит на другом берегу.
Виктор поблагодарил бабушку. Сколько они еще ехали, он после не мог вспомнить. То ли полчаса, то ли час, то ли день. Когда на табло пассажирской палубы наконец загорелось оповещение о прибытии на другой берег, казалось, что прошла ни многим ни малым вечность. Виктор дремал. Его мягким похлопыванием разбудила Агафья Леонидовна.
– Тебе пора, – напомнила она.
Виктор подскочил, словно боялся, что паром уедет обратно и он, Виктор, не успеет сойти на берег. Уже у порога молодой человек обернулся. Бабушка Агафья помахала ему на прощание. Она хотела сказать что-то ему, но, подумав, попросила лишь передать привет Марине.
Виктор сошел с парома. На обочине дороги сидела Марина, опершись головой на обнятые руками колени.
– Эй, ты чего тут мерзнешь? – спросил Виктор.
Марина подскочила, словно ошпаренная, и кинулась на шею к Виктору.
– Ты чего на звонки не отвечаешь? И на сообщения! Я переживала!
– Звонила?
Виктор удивленно посмотрел на телефон. Его старенький «Хонор» словно только сейчас вспомнил, что основная его работа это принимать звонки и сообщения, а не камнем лежать в кармане, и что есть мочи принялся отрабатывать пропущенное время. На экране запиликали уведомления о пропущенных звонках. Одно за другим наконец доходили до адресата сообщения от Марины: «Задержался автобус?», «Наверное, на паром уже не успеешь…», «Да, уже десять часов», «Только не стой у пристани, сними…», «Вить, слышишь?», «Витя!», «Не садись на паром!» и дальше в том же духе.
Виктор поднял взгляд от телефона на Марину.
– Почему не садись, нормально доехал. Вроде.
Марина нахмурилась, но промолчала. Она взяла Виктора за руку и тихонько потянула в сторону дома. Молодой человек никак не мог отделаться от мысли, что что-то не так, но не знал, как правильно задать вопрос. Ему было ужасно приятно, что Марина держит его за руку. Он никак не хотел спугнуть этот момент.
– Тебе передала привет Агафья Леонидовна, – начал он.
Марина тут же остановилась и внимательно посмотрела на Виктора.
– Вроде не придумываешь, – решила она.
– А что придумывать, мы на пароме вместе ехали. Только почему-то она не сошла. Он дальше куда-то идет?
Марина отвернулась.
– Можно сказать и так.
Они прошли еще немного в тишине.
– Она умерла вчера, – тихо сказала Марина.
– Как умерла? Я же сейчас ехал с ней. Она вот мешочек дала.
Виктор достал из кармана бархатный мешочек. Марина посмотрела на него. По ее щеке скатилась слеза.
– Точно ее. Она мне показывала. Говорила, важная для нее вещь. Она что-нибудь говорила о нем?
– Чтобы я брал его с собой, особенно, когда паром придет.
– Так и сказала?
– Когда снова набреду на паром, если быть уж совсем точным.
– Вот оно что, – Марина улыбнулась. – Тебе повезло ее там встретить. Если б она умерла днем ранее или днем позднее…
Девушка замолчала, не закончив мысль.
– То что?
Марина немного сомневалась, стоит ли рассказывать старую байку Виктору. Но тот покрепче сжал ее руку, словно предупреждая, что не отпустит ее, пока та не расскажет. Одинокую прежде Марину тронул этот жест. Она глубоко вздохнула и начала:
– Эту байку мне рассказывала как раз Агафья Леонидовна. Мол, в старые времена через Волгу ходил лодочник. Но сколько не переправлял он людей на другой берег, все умирали. Тогда остальные испугались и перестали просить его подвезти. Не доверяли ни скот, ни грузы. Его сторонились и даже рядом с его лодкой не желали оставлять свою. Тогда он стал ходить на лодке ночью. И хоть его и не любили, но все равно в нужный час обращались к нему.
– Так к чему ты это?
– К тому, что лодочник уже давно использует не лодку, а паром. И переправляет людей после работы дневного парома. Только вот он не на другой берег их отправляет, а…
– На тот свет? – догадался Виктор.
Марина кивнула.
– А как же я?
– Агафья Леонидовна, когда делилась со мной для газеты секретом долголетия, рассказывала про травы. Я тогда решила, что это чай или настойка. Об истории с паромом вспомнила, когда ты написал, что садишься на него.
– И тут же примчалась спасать меня?
Марина смущенно отвернулась.
– Агафья Леонидовна сказала, что мешочек с Кошачьей горы. Покажешь завтра, где это?
– Конечно.
Справка об объекте
Переправа через Волгу
Волга делит Тутаев на две части. Летом добраться с одного берега на другой можно на теплоходе или лодке, зимой – пешком по льду, а в межсезонье – только в объезд через Ярославль.
Тутаев образовался из Романова и Борисоглебска, объединенных в 1822 году по царскому указу. Долгое время главным был левый берег. Но в 1970-х на противоположной стороне запустили Тутаевский моторный завод и людей начали селить вокруг градообразующего предприятия.
Полноценной переправы никогда не было. Перебирались в основном на лодках. По реке шириной 650 метров курсирует пассажирский теплоход. Еще в прошлом году действовала грузовая переправа – перевозили автомобили, скорую помощь, технику коммунальных служб. Теперь ничего нет – приходится пользоваться объездной дорогой. Дело в том, что руководство города отказалось от сотрудничества с Ярославским речным портом – не сошлись в цене. Зимой люди ходят через реку по льду по специально размеченной тропе. Также администрация запускает автобус через Ярославль: выезжает рано утром, последний рейс – в шесть вечера. Кто не успел – пешком. Самый напряженный период – межсезонье. Каждый год находятся те, кто игнорирует правила безопасности.
Как-то по весне один мужичок, пасечник, провалился и зацепился рюкзаком за льдину. Успели вытащить. А спасенный грозит, что будет жаловаться: «Почему меня спасли на правый берег, мне надо было на левый!»
Счастливый билетик
Наталья Еремина
Тутаев зимой очень хорош. Заснеженные улицы радуют и взрослых, и детвору. Звонка с уроков ждут все школьники. Ведь нужно еще успеть нагуляться, пока властвует световой день.
Петька и Степа с радостными воплями выбежали из школы. Последние двадцать минут они все ворочались на стульях в ожидании конца урока. Ведь они условились после уроков сбегать проверить, встал ли на Волге лед. А такое важное событие никак нельзя пропустить! Едва услышав звонок с урока, они, похватав свои портфели и даже не записав домашнее задание по истории, вылетели из класса.
– Марья Петровна рассердится, – на бегу сказал другу Степа.
– У Лизки спишем потом, – отмахнулся Петька. – Давай скорее.
Ребята выбежали на Романовскую и по ней добежали до самой Волги.
– К парому, – Петька тяжело дышал после пробежки.
– Так не работает же.
– Там удобнее будет на лед выходить.
Ребята сделали последний рывок до пристани. Вопреки ожиданиям Петьки, решившего, что у паромной переправы никого не будет, там стоял и смотрел на левый берег дедушка в теплом зимнем пальто с поднятым воротником и в шапке-ушанке. Мальчишки остановились недалеко от него и, не сговариваясь, решили подождать, пока тот уйдет. Но дедушка все стоял, размышляя о своем. В какой-то момент он заметил мальчишей и, стряхнув накопившийся на шапке снег, подошел к ним.
– Молодежь, привет.
Петька и Степа переглянулись.
– Здравствуйте, – хором ответили они.
Дедушка отвернулся и, вновь оглядев левый берег, глубоко вздохнул. Ребята ждали. Не хватало еще, чтобы он рассказал кому-то из взрослых, что они делали тут. А ведь солнце уже начинало садиться.
– Петр, а ты знаешь, кто живет на Кошкиной горе? – неожиданно для мальчишки по имени к нему обратился дедушка.
Степа вопросительно посмотрел на Петю, мол, откуда этот дед тебя знает? Петя пожал плечами.
– А ты, Степан?
Теперь была очередь Степки удивиться.
– А откуда взялся валун на Волжской набережной?
Дедушка повернулся к мальчишкам и, прищурившись, поглядел на них, ожидая ответа. Ребята молчали.
– А когда ни в коем случае нельзя переступать ручей Медведка? А чем можно расколоть Карачуновский камень?
– Нет, дедушка, – осмелился ответить Петька. – Не знаем.
Степа толкнул друга в плечо, чтобы тот говорил сам за себя. Но сообразил, что ему тоже ответить деду совсем нечего. Тот вздохнул и, отвернувшись от ребят, снова посмотрел на левый берег Волги.
Время шло, стремительно темнело. А дед все не уходил с набережной.
– Может, дальше отойдем? – шепнул Петька. Степа помотал головой.
– Нельзя сейчас на лед. Чувствую, нельзя. Пойдем.
Ребята разочарованно развернулись и побрели в сторону дома. Петя все думал о том дедушке. И почему ему казалось, что он где-то его видел? Собираясь уже свернуть на Ярославскую, Петя оглянулся посмотреть, вдруг он вспомнит, кто это был, но дедушки уже не было на берегу.
Дома было тепло. Ребята и не заметили, как замерзли, пока ждали у Волги.
– Чего же вы так долго-то, а?
Бабушка Пети, Зинаида Степановна, в свое время работала в той же школе, в которой учились мальчишки.
– Пришлось задержаться, – буркнул расстроенный Петька.
– Неужели?
Петька знал, что бабушку просто так не провести, поэтому решил выложить на чистоту.
– Ба, мы к Волге гоняли.
– В общем-то, я так и думала, – сказала та и разлила по чашкам мальчишкам свежезаваренного чаю.
– Вы же многих знаете в городе, Зинаида Степановна, – издалека начал Степа.
– Так?
– И живете давно…
Бабушка прищурилась. Степка ходил по грани. Петя толкнул друга локтем за бестактность.
– Я к чему, – не обратил на него внимания Степа. – Мы тут встретили странного дедушку. Я вот его раньше не видел ни разу в городе, а Петька говорит, что видел где-то. Может, вы знаете?
Зинаида Степановна поставила на стол бубликов и варенье из шишек и села к ребятам. Те описали, как запомнили, встреченного на набережной дедушку.
– А говорил он с искоркой в глазах, да?
Ребята переглянулись и кивнули.
– И на берег левый все смотрел?
– Да-да! И так смешно все время снег с ушанки стряхивал, – добавил Степа.
– Ты знаешь его, Ба?
– Он вас о чем-то спрашивал?
Степка кивнул.
– О какой-то Кошачьей горе, о камнях и ручье.
– А вы что?
– А мы что? Валун я видел на набережной, но на нем же не написано, откуда он взялся? А про Кошачью гору я не слышал никогда.
Бабушка покачала головой.
– Ничего необычного на обратном пути с вами не произошло? – бабушка неожиданно для мальчишек заволновалась.
– Нет.
– На лед мы не полезли, – сказал Степа.
– И правильно! Не ответишь деду Коле на вопросы, жди беды. Точно бы под лед ушли.
– Я же говорил, – сказал Степа Петьке. – А кто он, дед Коля?
– Ну, слушайте. Когда я еще только училась в школе…
…Младшеклассница Зина забежала в школьную библиотеку. Тяжелая дверь захлопнулась и отделила суматоху общего коридора от тишины и покоя библиотечного зала. Зина выдохнула. Больше всего ей нравилось зарыться в книги и утонуть в их историях. Она мечтала, чтобы книги никогда не кончались.
Зина прошлась между полок в сторону книг о Ярославской области.
– Помочь с выбором?
Дедушка Коля появился, как всегда, неожиданно. Старый библиотекарь был готов найти для детей любую книгу и знал о родном крае больше всех. Зина улыбнулась и кивнула.
– Смотри, возьми вот эту, о легендах и сказаниях. Вернешь, проверю тебя на знания, – подмигнул он.
Деда Колю любили в городе. Особенно дети. Он знал множество историй, которыми охотно делился с детворой. Зина, как прилежная ученица, не могла подвести дедушку-библиотекаря и всегда зубрила все от корки до корки.
Дедушка умер, едва дожив до ста лет. Оставив в памяти детей и взрослых любовь к своему городу. Но на этом история не закончилась.
– Как же мы могли его видеть, если он умер, когда ты маленькая была? – недоумевал Петька.
Бабушка загадочно улыбалась.
– Главное, когда встретишь деда Колю, ответить на его вопросы.
– Что тогда будет? – спросил Степа.
– Тогда будет вам счастье, – бабушка отхлебнула из чашки. Чай успел подостыть.
– А если не ответим? – на всякий случай спросил Петька.
– Тогда жди беды. Помнишь историю твоего папы? Как он упал в колодец, когда воды набирал, и слег потом с простудой?
– Ну!
– Так вот он наверняка упустил, что незадолго до того встретился с дедом Колей.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.