Еще семь фантазий

Глава 3

Продолжение сотрудничества

Через год сотрудничество петербургского медицинского института и новгородского филиала было налажено в полном объеме: оба центра восстановительной медицины работали с полной и максимальной загрузкой. И хотя очередь на проведение такого рода операций не уменьшалась, продолжительность этих операций постоянно уменьшалась настолько, что уже не требовалось класть пациентов в больницы – всё проходило в амбулаторном режиме. Более сложные операции проводились в Петербурге при совместном участии Леонида Николаевича и Федора, а рядовые операции успешно проводились их помощниками, как в Петербурге, так и в Новгороде. В конце концов, Леонид Николаевич понял, что с таким количеством страждущих они с Федором справиться не смогут, поэтому надо было открывать такие восстановительные центры по всей стране. Наука и техника дали полный объем требуемой аппаратуры для выполнения таких процедур, да и министерство здравоохранения было взволновано тем фактом, что резко упала необходимость во врачах некоторых направлений.

Патенты и авторские свидетельства на данную методику и на аппараты у Леонида Николаевича и Федора с соратниками уже имелись, поэтому волноваться за возможность плагиата совсем не надо было. И в Питере, и в Новгороде проводились семинары по обучению выполнения восстановительных операций, совместно ими были написаны соответствующие учебные пособия. Эти пособия быстро расхватывались и переводились на многие языки мира, аппаратура как в России, так и за границей активно закупалась, и того и другого постоянно приглашали на различные научно-практические конференции и семинары, симпозиумы и конгрессы по всему миру. Но загрузка у обоих была настолько велика, что постоянно ездить по миру не представлялось возможным. Ими выбирались наиболее значимые события и не больше 3-х поездок для каждого в год.

В один из приездов в Петербург Федор задержался в кабинете у Леонида Николаевича после очередной очень сложной и удачной операции. Сидели и пили кофе. Федор не очень любил этот напиток, но ничего другого ему предложено не было, так что пришлось довольствоваться имеющимся. В спокойной расслабляющей обстановке завязался разговор. Начал его Федор.

– Я хотел бы поделиться с Вами одной новой мыслью. У нас с Катей был недавно пациент без правой ноги, и мы не знали, как ему помочь восстановить ногу. В свое время произошла авария и осталась только левая нога. Это было семь лет назад и с тех пор он ходит только на протезе, но с большим трудом или в коляске. Человек относительно молодой – около 45 лет. Ему бы ещё долго и активно жить, но отсутствие ноги поставило крест на его карьере, да и личной жизни. Хорошо ещё, что есть пожилая мать, которая и живет с ним. Жена в совсем другом городе повторно вышла замуж за другого мужчину. Да и дети уже стали забывать, что у них есть родной отец. Картина печальная. А ведь таких инвалидов в стране много. Это отдельная каста людей. И хоть они привыкли к своему недугу, но в душе у каждого из них на сердце камень. Вот мы и подумали, что может быть попробовать заняться восстановлением отсутствующих человеческих органов без применения всяких там железок. Ведь практически методика восстановления не очень сильно отличается от того, что делаем мы с Вами. Как Вы к этому относитесь? Может быть, попробовать поработать в этом направлении?

– В принципе, мысль не нова. Но только как идея. Очень многие, начиная с Леонардо да Винчи, если я не ошибаюсь, хотели решить эту задачу, но она на сегодня по силам только, пожалуй, фантастам. В средние века пытались просто пришивать отрезанный орган, но естественно из этого ничего не получилось. Такой метод совершенствовался и в последующие века, но к чему-то определенно положительному это не привело. Я когда- то думал над этой темой, но всё осталось только в задумках и ничего конкретного. Сегодня ты меня наталкиваешь на возврат к этим мыслям, тем более, что предпосылки для этого есть. Наши с тобой проработки действительно приводят к пришедшей тебе в голову идее. Очень интересно! Давай попробуем начать, но с чего?

– Вообще, конечно, понятно, что надо начать с каких-нибудь мышей, кроликов, кур или что-то в этом роде. Дальше можно при наличии определенных проработок и проведенных экспериментов на мелких животных попробовать выполнить это на человеке, который сможет решиться на такую операцию. Предположим, однорукий человек без определенного места жительства, который за определенную плату будет готов провести такой эксперимент на себе. Или к тому моменту, когда мы будем готовы к работе над человеком, выявится какое-нибудь другое решение – там посмотрим.

– Ладно, ничего нового ты не сказал. Это традиционный подход к экспериментальному оперированию. С мышами и кроликами у нас в институте проблем нет. Уже сейчас можно найти этих существ без лапы. Но как найти материал для восстановления конечности человека. Хотя это тоже возможно. В Екатеринбурге есть институт, который занимается такими проблемами. Я попробую связаться с моими знакомыми, работающими в одном из отделов, и они направят нас к необходимым специалистам. Готовься к командировке, а я завтра тебе позвоню и скажу, что будем делать.

На этом разговор был закончен, и Федор на новой рабочей машине, которую он получил в своей новгородской клинике, за два с половиной часа добрался до дома. Был уже вечер, когда он вошел в свою квартиру, где его радостно встретила вся семья. А в два часа следующего дня позвонил Леонид Николаевич и сказал, что в Екатеринбурге их будут ждать в аэропорту через два дня.

Там очень заинтересовались нашей темой, так, что билеты на самолет уже имеются и по прилету их сразу на машине доставят к директору института. Едем всего на два дня, и брать ничего не надо – всё будет подготовлено.

Всё сложилось именно так, как говорил Леонид Николаевич: в аэропорту Екатеринбурга их встретил сопровождающий и проводил к машине, которая без помех доставила обоих в институт. Директор уже ждал их и, предложив легкий завтрак, начал разговор об имеющейся проблеме.

– Заинтересовавшая Вас тема, – начал он, – нами, конечно, разработана, но лежит без движения, потому, что не имеет потребителя. Никого результаты наших проработок до сих пор не интересовали и она постепенно закрывалась. Но совместно с вашими идеями она может сделать переворот в медицине, и нам очень бы хотелось, чтобы он состоялся. Идея интересная и перспективная. Разглагольствовать просто так мы с вами здесь не будем и я, после допитого кофе, прошу пройти в опытную лабораторию, где вам всё покажут и расскажут. Ну, а я послушаю и посмотрю на вашу реакцию.

Лаборатория находилась в подвальном этаже основного здания института. Там уже ждали три специалиста. Начался серьезный разговор по всех интересующей теме. Как подбирать материал для конкретного человека, как получить материал кожи, мышц, костей, кровеносной системы и других компонентов, как определить дозировку каждого компонента и, соответственно, как собрать всё это правильно в единую систему. А ещё как осуществить контакт нового и старого. Вопросов было много, да и решения частично находились сразу, а частично ответ так и не был в одночасье найден. Встреча длилась около шести часов и на следующий день продолжалась ещё семь часов. В конце концов, отлет обратно пришлось отложить на неизвестный срок, но всё- таки из этих бесед начало что-то вырисовываться. Гости поняли, что над этим можно и надо работать, правда, потребуется достаточно много времени. Но «игра стоила свеч», это было понятно и хозяевам и гостям.

На чевертый день в кабинете директора присутствовало достаточно много народу и это были не случайные люди, а те, кто мог внести свою лепту в общее дело, то есть специалисты в своих направлениях. Наконец Леонид Николаевич увидел своих давних знакомых, через которых он и вышел на этот институт. Приветствия, улыбки перешли в серьезный разговор о будущей совместной работе. И эта встреча продолжалась довольно долго, но её результатом был четкий план дальнейшей работы с расписанием всех исполнителей. А ещё был подготовлен предварительный график выполнения каждым подразделением института своих работ. В конечном итоге вся работа с начала и до получения конечного результата должна длиться не менее полутора лет. Но такой срок обеих сторон никак не устраивал, и, в конечном счете, решили, что график должен быть сжат по мере возможности.

Только после этого гости могли вернуться домой, но прежде, чем им уехать директор института попросил, чтобы на операциях у Леонида Николаевича и Федора хоть один раз присутствовали екатеринбургские ведущие специалисты. Увидев это, они лучше поймут те задачи, которые стоят перед ними, чтобы отработать методику по предложенной теме. Быстро договорились, что пять человек приедут в Петербург, а пять – в Новгород через несколько дней. Конкретности – послезавтра.

Через неделю сотрудники Федора встретили пятерых екатеринбуржцев. Их разместили в общежитии клиники, и показательная операция прошла буквально на следующий день. Это была традиционная для Федора операция по восстановлению работоспособности правой руки, которая была неподвижна уже шесть лет. На видевших это впервые партнеров из Екатеринбурга такая короткая и бескровная операция произвела неизгладимое впечатление. После того, как радостный человек с восстановленной рукой был отпущен сразу домой, Федор пригласил всех пятерых к себе в кабинет и выслушал много восторженных слов в свой адрес и в адрес Леонида Николаевича. Руководитель екатеринбуржцев поблагодарил Федора за показанное и сказал, что такая демонстрация ещё больше подвинет их на форсирование своих задач по данной тематике. После обзорной экскурсии по Великому Новгороду состоялся ужин в ресторане, а на следующий день екатеринбуржцы улетели прямым рейсом домой. Такая же картина происходила в Петербурге, только там операция происходила на ноге.

В конечном итоге был заключен договор о сотрудничестве и работа активно началась. Один раз в два месяца Леонид Николаевич или Федор прилетали в Екатеринбург для определения степени готовности каждого из этапов работы, внесения каких- либо корректив, дачи возможных предложений по различным направлениям работы. Одновременно в Петербурге проводились эксперименты на мышах и кроликах с оторванными лапками.

Так прошло обозначенное договором время, и меньше чем через полтора года ровно в срок всё было готово для проведения эксперимента на человеке. Был найден пациент, который изъявил желание быть «подопытным кроликом» за определенные деньги, а если бы врачам удалось восстановить работоспособность правой руки и вернуть на место три отсутствующих там пальца, то это было бы вообще прекрасно. На кафедре у Леонида Николаевича при выполнении этой экспериментальной операции помимо Федора, Кати и помощника заведующего кафедрой присутствовали ещё три самых лучших сотрудника екатеринбургского института. Двое принимали непосредственное участие в создании универсальной субстанции, которая должна была быть использована впервые сегодня, а третий разрабатывал аппаратуру для применения этого материала. В случае каких-либо осечек они могли принять оперативное решение по внесению корректировок. Во всяком случае, ответственность за недочеты ложилась именно на них.

Всё было готово. На этот раз больного ввезли на каталке и разместили точно под куполом, который тотчас опустился вниз. Заранее принято решение о местной анестезии, хотя она и не настолько была необходима, но велика степень незнания. Помимо всей ранее используемой аппаратуры под куполом дополнительно были установлены ещё два новых аппарата, которыми должны были управлять екатеринбуржцы.

В руку пациента анестезиолог сделал укол и через несколько минут операция началась. Она почти не отличалась от ранее проводимых аналогичных процедур, но дополнительно в определенный момент оба новых аппарата выдвинули штанги – рукава, по которым потекли совсем непонятные субстанции, сопровождаемые фиолетовыми нитями-молниями. Всем присутствующим было видно, что эти субстанции, попав на нужное место, застывали и превращались в три отсутствующих пальца. Наконец всё было закончено, и рука приняла самый обычный вид с пятью пальцами и ногтями. Но кожа была немного другого цвета и гладкая, без пор и, ни одной волосинки. Теперь надо было проверить её в движении. Леонид Николаевич подошел к пациенту с каким-то новым аппаратом и направил его на восстановленную руку. Раздался громкий щелчок, вокруг руки образовалось небольшое голубое облачко, которое через пару минут рассеялось. Лежащего больного попросили встать и пошевелить рукой, что он сразу и попытался сделать. Получилось и это вызвало всеобщее оживление. Леонид Николаевич взял пальцы руки и легко помял их в своих руках. Пальцы были теплыми и по температуре никак не отличались от пальцев другой руки. Тогда Леонид Николаевич попросил пошевелить новыми пальцами, что больной легко сделал. Затем он собрал все пальцы в кулак, разжал руку и снова сжал. Получилось легко и просто. Потом взял в руки протянутый карандаш и начал писать им по лежащей на столе бумаге: Спасибо! Я теперь полноценный человек! Ура!

И это «ура» кричали все присутствующие. Каждый счел своим долгом поздороваться за руку с бывшим пациентом, причем каждый чувствовал живое тепло, идущее от восстановленной руки. Катя не удержалась и расцеловала этого человека, чему он был несказанно рад.

Это была первая победа. Теперь Федор напомнил Леониду Николаевичу об их первом разговоре, который состоялся более полутора лет на счет человека без правой ноги.

– Хорошо, – ответил Леонид Николаевич, – давай попробуем сделать правую ногу. Найди этого человека и пригласи к тебе в Новгород. Думаю, там надо будет провести эту операцию. Ведь он живет в вашем городе?

– Да, у нас, и я за эту неделю постараюсь провести все необходимые анализы. Так что дней через десять можно попробовать провести эту операцию. А наших гостей из Екатеринбурга можно предупредить прямо сейчас, пока они не уехали домой.

Не надо говорить, что буквально через десять дней в Великом Новгороде была проведена вторая историческая операция, которая также кончилась успехом. Конечно, это был серьезный шаг вперед. Сразу после неё главный врач новгородской клиники пригласил друзей к себе в кабинет и, после поздравлений с успехом, у них состоялся серьезный разговор.

Вы понимаете, что сейчас произошло? Мало того, что хирургия стала в ближайшей перспективе анахронизмом, теперь и трансплантация органов практически становится ненужным направлением медицины. Сколько врачей может стать безработными, да и в медицинских институтах будет требоваться всё меньше и меньше студентов.

Это не так, – возразил Леонид Николаевич, – Мы совсем не держим наши достижения у себя за пазухой – пусть пользуются все. И чем больше будет выпускаться такого рода специалистов, тем больше медиков потребуется. Кто может сказать: какое количество людей ждет с нетерпением своей очереди на восстановление частей организма? Или вы думаете, что всё ограничится только руками и ногами? А внутренние органы? Кому нужны будут поиски и тяжелейшие операции по пересадке различных органов от одного человека к другому? Здесь работы непочатый край! В конечном итоге потребуется полная трансформация медицины, но специалисты-медики будут востребованы всегда и в большом количестве. Да и прогресс здесь не остановить никогда. Так что не волнуйтесь, уважаемый коллега, всем работы хватит. Мы с Вами только в начале пути и давайте с успехом продолжать начатое нами дело.

Вызов в федеральное министерство был в какой-то мере неожиданным, однако ни Леонид Николаевич, ни Федор даже ни на йоту не были встревожены этим предложением. В Москве всё прошло очень спокойно, министерское руководство полностью поддержало инициативу и предложения друзей. Больше того, им было предложено организовать и возглавить всероссийский институт восстановительной медицины на базе Института медико-биологических проблем РАН РФ в Москве. Друзья недолго думали и, в конце концов, отказались, решив, что Петербурга и Великого Новгорода пока вполне достаточно для организации всероссийского учебного процесса по этой специализации. Впоследствии можно будет значительно увеличить сеть таких учебных заведений, как для молодых студентов, так и для готовых медиков – специалистов различных направлений. А на базе некоторых НИИ можно было бы развивать направление восстановительной медицины.

Мысли основоположников этого направления выглядели весьма трезвыми, и в министерстве всё это было правильно понято.

Началась тотальная работа по организации всех аспектов восстановительной медицины. Не прошло и пяти лет, как всё было перестроено на «новые рельсы». Правда Леонид Николаевич и Федор стали настолько загружены, что их дети забыли, как выглядят отцы – не было времени для отдыха и отпуска. Каждый день приносил из разных концов страны, да и из-за рубежа, всё новые и новые известия об очередных открытиях и формах ведения операций. Это касалось уже всех внутренних органов человека, начиная от урологических проблем и кончая сердцем. Операции стали безболезненными и скоротечными. Конечно, это не значило, что врачи других направлений уже были не нужны, но основа была к всеобщей радости перестроена.

Свято место пусто не бывает и без друзей был создан всероссийский институт восстановительной медицины, который возглавили совершенно неизвестные им функционеры. Они быстро сообразили, куда надо двигаться дальше и как, при этом, «натянуть одеяло на себя».

В конечном итоге ни Леонид Николаевич, ни Федор уже были не нужны. Продолжая проводить операции в стенах своих клиник, они понимали, что надо теперь идти дальше, но поиски нового направления деятельности пока не давали результата. И хотя многие люди хотели провести свое лечение именно у них, эта работа становилась для людей их склада характера совсем неинтересной.

Однажды Леонид Николаевич позвонил Федору и попросил как-нибудь на днях приехать к нему в Петербург. И хотя работы было много, Федор не мог отказать своему старшему соратнику. Поэтому через несколько дней они встретились в петербургском кабинете, и между ними состоялся весьма странный разговор.

– Ты знаешь, – начал Леонид Николаевич, – я, кажется, нашел то новое направление, за которое никто пока не зацепился. В последнее время я много читаю научной фантастики, как старых наших классиков типа Александра Беляева или Ивана Ефремова, так и зарубежных типа Рэя Бредбери или Айзека Азимова. Иногда с удовольствием просматриваю книги Жюля Верна или Герберта Уэллса, да и у современных фантастов можно найти интересные мысли. А братья Стругацкие чего стоят! А есть ещё и такое направление, как фэнтези. И вот однажды я наткнулся на одну книгу и мысли, заложенные в ней, меня очень заинтересовали. Это, конечно, не книга исторического содержания, а книга о будущем. В ней говорится о возможности полной трансформации человека, то есть голова от одного, ноги и руки от другого, тело – от третьего. Всё это собирается в единый организм и получается новый человек, который может жить сколько угодно, если ему менять какие-то органы. В общем, как обычный механизм, будь то машина или самолет. Заменишь ему какие-то детали, и он будет долго функционировать дальше. Потом можно поменять какой-нибудь другой орган. Ты можешь спросить: а как же генетика? Отвечу: не знаю. При этом уходят из жизни такие понятия как семья, род, да и смысл в разделении на мужчин и женщин и как факт необходимость спаривания исчезает. Я даже боюсь думать о том, к чему могут меня эти идеи привести, но интересно. Вот я и хочу, чтобы прежде чем начинать какие-либо проработки по этой теме, мы посидели, поспорили, «повозражали» друг другу. А потом уже будем решать выкинуть эту тему из моей больной головы, или всё-таки попробовать поработать над ней.

– Да, Леонид Николаевич, занесло же тебя. Может быть, ты хочешь создать какого-нибудь Ихтиандра из знаменитого романа Беляева «Человек-амфибия»? Похоже, это какая-то сумасшедшая антропотрансформация, с помощью которой можно перевернуть всё мировое человечество. Да и цена жизни человека будет копеечная. Представляю себе: лица, в конечном итоге, у всех будут одинаковые, как и рост, фигуры, одежды. Размножаться не надо. Пришел в какую-то мастерскую, и тебе быстренько поменяли нос или заменили глаза. А из сданного человеческого старья сделают новое существо. Я уж не говорю о моральном аспекте этого безобразия. Нет, я категорически возражаю, и даже не хочу эту гадость обсуждать. Мы живем в живом мире со всеми его радостями и горестями, у нас есть жены, дети. Потом будут внуки, правнуки. Отжили свой век и всё. А тут жить вечно в качестве роботов. На Земле этих антропотрансформеров будет полно, и их придется переселять в другие миры. Будем засорять вселенную такими вот полулюдьми-переделками?