Портреты Судьбы

© Марина Зимнякова, 2019

ISBN 978-5-4474-1422-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Много ли обычный житель небольшого провинциального города знает о том месте, где он живёт? Если об этом спросят меня, то я, пожалуй, вспомню только его название. Хотя, знаете, вряд ли меня можно назвать обычной. Иногда казалось, что собственная жизнь – это тайна, которую не дано познать даже мне.

Сейчас я стою на берегу реки и не могу понять, чего же мне хочется. Стараюсь убедить себя, что одинокая жизнь тоже неплоха, ведь есть на свете люди, которые больше ни в ком не нуждаются. Но когда я вижу влюблённую парочку, сердце замирает от тоски, как бы банально это не звучало. В принципе, пока мой возраст не достиг критической точки (когда душа требует романтики и «великой любви»), я считала, что смогу справиться со своим даром и жизнью в одиночку. Благо, у меня для этого есть все возможности. Но когда видишь мертвецов в перспективе во сне и наяву, начинаешь понимать, что в одиночестве ты в один прекрасный день можешь свихнуться. Я, конечно, не пессимист, но такая реальность может довести до самоубийства…

Конечно, тяжело представить жизненную картину, где я идеальная и любящая жена, но воображать, что существует человек, который готов понять меня и защитить в трудную минуту, очень приятно. Но потом фантазия превращается в кошмар. Боюсь даже мыслей о том, что подумает так называемый муж, если жена будет каждую ночь вскакивать с постели в холодном поту, судорожно хватать альбом с карандашом и рисовать в нём очередное лицо незнакомого ей человека.

Именно поэтому ни один мужчина, с которым я знакомилась, не задерживался в моей жизни надолго. Прошло не так уж много лет с тех пор, как я стала общаться с парнями, но вдруг, ни с того, ни с сего в моём характере начала проявляться некоторая циничность по отношению к ним. Многим из этих странных личностей было достаточно одной ночи для развлечения (собственно, это всё, что я могла им предложить). Теперь, конечно, странно осознавать, что вера в настоящую любовь и совершенно нездоровый цинизм сочетаются в одной мне. Когда я знакомлюсь с очередным потенциальным ухажёром, мне трудно скрыть усмешку, потому что я знаю, все его старания обречены на провал.

Ну что же, я не виновата, что моя жизнь сложилась именно так. Зная Судьбу, сетовать на неё абсолютно бесполезно. Во всяком случае, если хотите знать, я совсем не бедствую, поэтому, стараясь забыться, много путешествую и пытаюсь открыть для себя что-то новое. Каждый город, который посещаю, показывает удивительные стороны жизни, потрясающие своей яркостью и простотой. Каждый миг существования людей, то, чем они дышат и ради чего живут, я запечатлеваю на своих снимках. Вот и сейчас, сфотографировав последний раз группу радостно щебечущих маленьких француженок, бегающих по побережью Луары, я убрала свою технику в кофр. С невольной завистью взглянув на то, как веселится молодёжь, я неожиданно погрузилась в свои давно забытые воспоминания детства…

Глава 1

Итак, давайте познакомимся. Меня зовут Кира Ледянова. Родилась я в довольно богатой семье. Мои родители являются успешными бизнесменами. Знаю, знаю, вы сейчас подумаете, что ни один бизнес не обходится без криминала. Но, как ни странно, папа и мама относятся к тем уникальным людям, которые ухитряются шевелить мозгами и находить лазейки, чтобы создавать собственную бизнес-империю. Так что мои родители умеют договариваться и с криминальными авторитетами, и с представителями закона. Чудеса, да и только.

Вообще, мои родители – люди либеральные. Поэтому они никогда на меня не давили. Оно и понятно, всю свою жесткость характера мама и папа растрачивали на дело всей своей жизни. Так что свой путь я всегда выбирала сама. Вы думаете, что при богатой семье у человека только один путь – стать пустоголовым любителем вечеринок из «золотой молодёжи», прожигателем жизни? Конечно, когда я училась в школе, всё к этому и шло. Согласитесь, когда тебя подвозят к порогу элитной частной школы в шикарном мерседесе с личным шофёром, когда ты одета в одежду от Армани, а ешь исключительно в роскошных и экзотических ресторанах, становится понятно, почему человек не хочет ни о чём думать, ведь за него всё уже сделали другие. Кто-то однажды сказал, что большие деньги калечат людей почище трамвая. Не задумываясь о своей Судьбе, такой человек может думать только о развлечениях, алкоголе, клубах, а там и до наркоты недалеко. Так было и со мной до тринадцати лет, и хорошо, потому что до полного опустошения моих мозгов я всё-таки не дошла.

Я пошла в школу с шести. Видимо, моё развитие произошло немного быстрее. Но учиться я не любила. В учебное учреждение меня родители выпроваживали чуть ли не с истерикой. Естественно, прогуливать не получалось, и в учёбе я перекатывалась с двойки на тройку. Друзей, конечно, тоже не имелось. Почему-то в детстве я считала окружающих меня людей жуткими лицемерами, ну как же, общались ведь со мной только из-за богатства родителей. Откровенно презирала и людей, и фальшивый мир. Всё изменилось, когда мне стукнуло тринадцать. Был вечер воскресенья, и наша домработница приготовила небольшой праздничный стол. Родители силой заставили меня сесть и отмечать с ними.

– Вот и стала наша дочка на год взрослее… – обронила такую банальную, но традиционную фразу мама.

– Надеюсь, и умнее тоже, – добавил папа, – Ведь жизнь непредсказуема, сегодня ты богата, а завтра станешь бедной. Тогда выкручиваться придётся самой.

Самое интересное то, что мои родители при всём своём богатстве никогда не были снобами. В детстве я удивлялась, как с такими убеждениями они ещё смогли стать богачами. Интересные, однако, стереотипы бывают у детей. Хотя и у них иногда всплывают умные мысли.

– Да ладно вам, не надо быть такими занудами, – сказала тринадцатилетняя я, – лучше скажите, почему мы не пошли в какой-нибудь ресторан, а сидим здесь, как идиоты. Это всё-таки мой праздник.

– Юная леди, это не только твой праздник. Это праздник для всей семьи, ведь ты единственный ребёнок. А учитывая твоё поведение, скажи спасибо, что мы не заперли тебя на твой день рождения в комнате. Так что потрудись хоть сейчас вести себя прилично, – назидательным тоном сказала мама.

– Прекрасно, – буркнула я и уставилась в тарелку.

Вы удивляетесь, почему на моём дне рождения не было никаких гостей? Всё просто. Мои мама и папа – люди довольно замкнутые и необщительные. Ну, как сказать, необщительные, вообще-то у них очень много знакомых людей, с которыми они не прочь иногда поболтать. Но близких друзей, которые могли бы помочь в трудную минуту, а не отворачиваться, сославшись на свои «мегаглобальные» проблемы, у моих родителей нет. Впрочем, как и у меня. Наверно, замкнутость – это нечто генетическое.

Ну вот, поэтому на мой тринадцатый день рождения мы посидели, попили чайку с тортиком и разошлись по своим кроватям. А вот ночью со мной случилось кое-что удивительное…

Я уже мирно посапывала в своей постели, как вдруг в моей голове начал возникать образ какой-то молоденькой девушки, которая была не намного старше меня. Это происходило медленными всполохами, отнюдь не было похоже на обычный сон. В общем, меня прошиб холодный пот, потому как этот образ стал заполнять моё сознание и чуть ли не вгрызался в мой мозг (ну, конечно, фигурально выражаясь). Я не знала, куда от этого деться. Пришлось мне встать с постели и искать свой альбом (кстати говоря, я очень хорошо рисую портреты, даже в художку ходила некоторое время). Далее образ девушки сам стал как будто вытекать из-под моих пальцев, рисовать было очень легко. Теперь в альбоме красовалось миловидное лицо девушки. И сразу же, как будто в моей бедной голове не осталось и следа от этого образа, что мучил меня… О Боже, да уже два часа ночи! Безумие, ведь раньше меня никогда не мучила бессонница. Конечно, я сразу же легла спать…

На следующий день меня ждал очень неприятный сюрприз. Но утром я ещё об этом не знала, а поэтому преспокойно собралась в элитную школу и поехала туда, хотя предпочла бы остаться дома. Думаю, что мне не нужно пересказывать, что происходило в этот день в моём учебном заведении, ведь ничего интересного, кроме двойки по математике, там не случилось… Интересное произошло уже после школы. Забавно, что самое важное и необычное в нашей жизни происходит вне стен общественной клетки, будь то школа или работа. Ну, ладно, идём дальше. Я пошла, перекусить в своё любимое кафе «Нептун» (неплохой, тихий и уютный суши-бар с вполне неплохим ассортиментом и меню, что не такая уж большая редкость в Москве). Почти подойдя к этому месту, я уже было потянулась к ручке, чтобы открыть дверь, но тут со мной заговорила Судьба…

Прямо на меня из кафе вылетела та самая девчонка, образ которой мучил меня почти всю ночь. Она сшибла меня с ног, чуть повернув хорошенькую головку с модной причёской, крикнула: «Извините!» и побежала к пешеходному переходу, быстро перебирая стройными ножками в красных лакированных туфельках. Я в шоковом состоянии (ещё бы, перелетев две ступеньки, оказалась на асфальте, причём, не слабо приложившись пятой точкой) обернулась ей вслед… Боже, ну почему в тот момент я не могла встать, отряхнуться и пойти в кафе, ругая всех торопыг на белом свете? Так бы сделал любой нормальный человек! Ну а я наблюдала следующую картину: девушка добежала до середины перехода, хотела обернуться (может быть, посмотреть, всё ли со мной в порядке?). Но тут раздался страшный лязг и скрежет, я увидела скользящую чуть ли не юлой легковушку… Которая припечатала бедную девушку к кузову стоящего вблизи грузовика. Сами понимаете, зрелище кровавого месива придётся по душе не каждой девчонке. Естественно, я потеряла сознание…

Очнулась я уже дома. Видимо, меня привёз сюда шофёр, ни на шаг не отходивший от меня. Встав с дивана и подойдя к двери гостиной, я услышала голоса родителей. Они говорили примерно следующее:

– Боже, как вообще такое могло произойти? И прямо на глазах у ребёнка! – шептала мама, пытаясь безуспешно унять сильную тряску (у неё бывают приступы нервоза, издержки работы).

– В жизни бывает всякое. Главное теперь – уберечь нашу дочь от психологической травмы. Я прошу тебя, успокойся, милая… – говорил папа, гладя маму по голове и нежно обнимая её.

В тот вечер я поняла, что никогда не стану рассказывать о том, что со мной произошло, даже родителям. В первую очередь, потому что не хотела их терять, не хотела перестать быть нормальной хотя бы в их глазах. Тот вечер изменил меня полностью. Чуть позже я осознала, что мой дар, открывшийся так внезапно, никуда не денется. Теперь я могла спасать многие жизни. Но всё же не смогла спасти одну. И вина до сих пор мучила меня.

Глава 2

– Кира!

М-да, жизнь точно непредсказуема. Я-то думала, что люди не сталкиваются настолько часто. Но, всё же это так.

Я повернула голову и посмотрела на того, кто бесцеремонно вырвал меня из моих воспоминаний. Всё-таки не ошиблась. Это Бен Хардли, англичанин и мой давний знакомый.

– Бен! Какая встреча! Я так рада видеть тебя! – говорю я. Моя вежливость заставляет подняться, обнять молодого человека и расцеловать его в обе щеки на французский манер. Всё-таки я очень вежливый человек, потому что всегда нахожу в себе силы не убить человека, который сделал мне больно, прямо здесь и сейчас. Так уж получилось, что Бен – это самое большое разочарование в моей жизни. Не подумайте ничего плохого, мне даже нравиться разочаровываться в людях, потому что в таком случае мне всё сразу становится ясно. Человек показывает себя настоящего, виден как на ладони. Вообще разочарование – полезная вещь, это своего рода риск. А риск – это, пожалуй, моё второе имя.

Ну вот, теперь напротив меня сидит Бен, такой же красивый, самоуверенный и наглый, каким всегда и был, а я опять, как дура, сижу и молчу, подыскивая в голове хоть какие-никакие приличные слова. Зато мистер Хардли болтает без умолку (за словом никогда в карман не лезет):

– Ты такая красавица стала! Прямо не узнать. Наверное, все мужчины в округе от тебя голову потеряли. Хотя от тебя и раньше все с ума сходили. Да, кстати, я видел твои работы, листал недавно журналы. Ты можешь стать серьёзным конкурентом, Кира, тебя надо бояться. Такие успехи делаешь, молодец! Над чем работаешь сейчас?

Даже репертуар у него не изменился. Просто беда! Надо как-то отвертеться, меня уже слегка напрягает его грубая лесть.

– Ни над чем я не работаю, Бен. Сейчас вот просто отдыхаю. Только что-то не получается.

– Правда? А что такое?

Ясно… Намёков не понимаем. Значит, действую напролом, сам напросился.

– Знаешь, я надеялась, что здесь-то уж точно никого не встречу из своего прошлого. Видишь ли, я как-то не очень хочу видеть людей, которых на дух не переношу.

– А ты изменилась. Стала более наглой, язвительной и колючей. Но тебе так даже больше идёт. Всё же давай забудем личные обиды. Я по старой дружбе приглашаю тебя в кафе.

– Право, не стоит, – говорю я, злорадно ухмыляясь, – не хочу напрасно утруждать тебя и тратить твоё время.

– Ну что ты! – лучезарно улыбается Бен и хватает меня под руку, – Для такой девушки, как ты, мне не жалко ни времени, ни денег…

Да уж, пожалуй, я недооценила своего старого знакомого. Было время, когда после одной минуты разговора со мной, он бежал по своим неотложным делам, точно я прокажённая. Но вообще, его нахальству можно только позавидовать. В некотором смысле, наглость – это очень даже неплохо. Вот представьте, девушки, стоит перед вами неотразимый черноглазый и высокий брюнет. Он самоуверенный, шикарный и смотрит на Вас с нескрываемым восхищением. Неужели можно такому отказать? Ну, в принципе, я не совсем нормальная девушка, так что мне можно всё.

– Нет, Бен, спасибо, – сказала я, осторожно высвободив свою руку, – Я ещё хотела прогуляться и, может быть, сделать пару снимков. И вообще, я думаю, мне нужно побыть одной.

– Ну что же, если не хочешь в кафе, я мог бы проводить тебя. Заодно прогуляюсь.

Чёрт возьми, ну когда же это закончится!

– Я не думаю, что… Ну ладно, раз тебе так хочется, – вдруг решилась я, потому что заметила, что Бен упёрся, и никакие разумные, на мой взгляд, доводы на него не подействуют.

– Поверь, мне хочется гораздо большего. Но сейчас будет достаточно и прогулки.

– Есть ещё один вариант, Бен. Я просто встану и уйду одна, а ты останешься со своим непревзойдённым самомнением наедине.

– Ну ладно, не обижайся. Я обещаю, что не буду слишком тебе надоедать.

Я тяжело вздохнула. Почему же эти слова кажутся такими знакомыми? Мне ничего не оставалось, как встать и направиться в сторону своей улицы. Бен тут же снова подхватил меня под руку и продолжил свой «увлекательный и невероятно захватывающий» монолог. Пока он надрывался, я опять погрузилась в свои воспоминания…

В общем, наша первая встреча с мистером Хардли произошла в то далёкое время, когда я была начинающим и подающим большие надежды фотографом. Тогда мне было 19 лет, просто необходима была стажировка (так мне сказали в институте). Ну, так вот. А Бен как раз являлся (хотя, что значит являлся, так есть и сейчас!) всего-навсего главным редактором того самого модного лондонского журнала, где я и пыталась пройти свою стажировку. Сказать по правде, я никогда раньше не работала за рубежом, хотя очень к этому стремилась. И вот, наконец, мне удалось вытащить свой счастливый билет (точнее мне тогда так казалось). Появилась замечательная возможность поработать в известном журнале, который имел самый многочисленный тираж в Лондоне. И я, ни капли не сомневаясь, сразу же воспользовалась этим шансом.

Знакомство с Беном произошло чуть ли не в первые дни моей работы. Помню, я тогда очень сильно волновалась. Ещё бы, ведь это была моя первая встреча не с кем-нибудь, а с самим главным редактором журнала. Конечно, мне было очень страшно, становилось то холодно, то жарко, пару раз я уронила свои работы. И когда я уже подходила к его кабинету и трясущимися руками взялась за ручку двери, она вдруг неожиданно сама отлетела в сторону. Естественно, фотографии снова повалились на пол…

Вообще-то, я не должна была в тот день идти к начальнику и сдавать свои работы. Да это и не входило в мои обязанности: всё-таки, я фотограф-стажёр, не с моим незаметным статусом общаться с главным редактором. Но в тот злополучный день секретарь, в чьи обязанности общение с мистером Хардли по идее входило, неожиданно захотела уйти с работы пораньше и слёзно умоляла меня сходить к главному редактору самой:

– Ну, пожалуйста, Кира! Что тебе стоит? Заодно увидишь нашего начальника. Знаешь, какой он красавчик? У нас тут все девчонки по нему просто пересохли! Но ни одной не удалось его соблазнить… А вдруг тебе повезёт?

– Да ты что, совсем спятила? Это же не мои проблемы, что тебе нужно куда-то уйти! – возмущалась я, – И вообще в мои планы не входило заводить здесь романы, я приехала сюда работать! А твой начальник мне вообще не нужен, я даже не надеялась его увидеть…

– Ну, милая, это ты зря! Что ж тогда здесь работаешь, если не хочешь видеть начальника? Давай-давай, если тебе нужно сдать работы, сделай это хоть раз в жизни сама.

Я вздохнула и потянулась за своим конвертом…

В общем, вот так я оказалась у дверей начальника. Как вы уже поняли, первая встреча оказалась не самой идеальной. Отлетевшая к стене дверь сильно ударила меня по рукам, фотографии оказались на полу, а передо мной стоял высокий и невероятно красивый брюнет и с недоумением смотрел на меня своими чёрными глазами. Я бросила взгляд на разбросанные фотографии и, скрывая выступившие от боли слёзы, присела, чтобы подобрать свои работы:

– Простите, Вы, что, новенькая? Какого чёрта Вы торчите под моей дверью?!

Боже мой, он, что же, принял меня за секретаршу? Отличное начало, ничего не скажешь! Молодец, Кира…

– Я фотограф, а не секретарь… Просто… – это что же, я должна выдать его секретаря? Или не должна? Иногда я готова убить себя за сверхъестественную доброту. А, в прочем, какая разница? – В общем, я принесла Вам свои работы и не виновата в том, что Вы толкаете дверь кабинета так, что она вообще может слететь с петель!

Ну вот, фотографии собраны, а мне, похоже, грозит увольнение за мой минутный гнев. Ещё лучше! Просто замечательно!

– Хм… А ты, я смотрю с характером. Ну ладно, давай свои фотографии и проходи в кабинет.

Я вздохнула с облегчением. А, может быть, до увольнения ещё далеко? В любом случае, похоже, мистер Хардли уже не злился. Даже смотрел на меня с интересом. Но, пожалуй, тогда я была слишком растеряна, чтобы заострить на этом внимание. А зря. Потому что, как потом выяснилось, это был интерес совсем не профессионального характера. Тогда я впервые поняла, что на меня всё-таки можно положить глаз. А это никак не входило в мои планы…

Глава 3

– Кира! Ты, что, меня не слушаешь?

Ну вот, опять он не даёт мне погрузиться в воспоминания. Говорила же, что хочу остаться одна. Что-то Вы, мистер Хардли, стали слишком настырным. В такие моменты чувствуешь, что хочешь огреть собеседника по голове чем-нибудь тяжёлым.

– Нет, Бен, я тебя совсем не слушаю. Мне это не нужно, понимаешь? И вообще, я хочу побыть в одиночестве, разве не видишь?

– Кира, я всё понимаю. Но я же вижу, какая ты грустная. Мне очень хочется помочь тебе, но ты отталкиваешь меня, не хочешь общаться. Что с тобой случилось?

Признаться, от такого напора я слегка растерялась. Ещё никто в жизни не пытался залезть ко мне в душу, попытаться понять. Но жизнь научила меня не доверять людям. Даже если у них такой сочувственный взгляд, как у Бена…

– Ничего. Я в полном порядке. Просто сегодня у меня всё идёт не так. Я устала и хочу побыть одна. Понятно?

– Кира, у всех бывают трудные дни. Но я точно знаю, что тебе сейчас не нужно оставаться одной. С твоими мрачными мыслями, да ещё и в одиночестве ты можешь свихнуться. Позволь мне сегодня остаться рядом.

Ну всё, началось. Теперь мне уже самой безумно хочется с ним согласиться. Нет, я, наверное, точно схожу с ума…

Но что это? Кажется, у меня появился шанс отвлечься от своей непонятной дилеммы. Я увидела пятнадцатилетнего парня, который как раз вчера запечатлелся в моём альбоме. Он собирался переходить дорогу в неположенном месте, даже не заметив этого. Он уткнулся в свой смартфон, не видя, как в его сторону несётся грузовик со страшной скоростью (похоже, водитель любил поводить в нетрезвом виде). Как же мне везёт на аварии! Конечно, парень был в метре от меня, поэтому я подбежала, успев схватить его за рукав. Парень посмотрел на меня испуганными и безумными глазами и заверещал:

– Ты что, совсем спятила, дура ненормальная? Чего меня хватаешь?

Вот блин, какие у нас детишки вежливые пошли! Прямо мелкие аристократы (надеюсь, вы понимаете, что дети, что русские, что французские, используют выражения покрепче, просто не хочу, чтобы диалог превратился в сплошные точки).

– Глаза разуй, придурок малолетний! – Я, конечно, не хотела опускаться до его уровня, но он сам напросился. – Если бы не я, ты бы уже в лепёшку превратился! – И показала ему на грузовик, который к этому моменту уже впечатался в столб.

Теперь парень молча таращился на меня, а я поспешила отвернуться, чтобы не напугать его ещё больше. Но тут я увидела взгляд Бена и поняла, что от него мне так убежать не удастся.

– Что это было? – спросил он, сердито глядя на меня.

– А что, – сказала я, – надо было дать ему попасть под машину?

Не знаю, о чём он думал, но его взгляд мне совсем не понравился. Я отвернулась от него, пытаясь скрыть своё смущение. А вдруг он что-то понял? Да нет, не может этого быть. Хорошо, что Бен не знает о моей тайне. Я бы не смогла ничего объяснить, а если бы даже и смогла, он бы сделал из этого мировую сенсацию.

– Очень интересно, что ты даже не удивилась, когда увидела этого парня. Ты как будто знала, что ему грозит опасность.

Да уж, за версту видно натуру журналиста. Он же кого угодно может достать своими вопросами!

– Я слишком много плохого видела, поэтому такие мелочи меня не удивляют. Это что, так важно для тебя? Если ты собираешься меня допрашивать, то здесь нам лучше разойтись.

Бен хмуро смотрел в мои глаза, пытаясь увидеть в них что-то похожее на ложь. Потом тяжело вздохнул и неожиданно схватил меня за плечи:

– Перестань закрываться в себе. Я хочу тебе помочь и не собираюсь смотреть, как ты уничтожаешь себя изнутри. Не все люди в этом мире хотят причинить тебе боль. Ты мне очень дорога, Кира, и я ни за что на свете не оставлю тебя.

Я удивлённо посмотрела на него. Неужели говорит правду? Да нет, Бен – хороший актёр, не может быть, чтобы ему хоть кто-то был дорог. Нет, всё-таки я сегодня очень устала, чтобы подвергать свой мозг психологическому насилию. Не хочу ни о чём думать. А между тем, Бен опять начал злиться:

– Ты не веришь мне, да? Я вижу это по твоим глазам. Привыкла, наверное, уже никому не доверять. Но я всё равно буду рядом, хочешь ты этого или нет.

– Мне не нужна сиделка, Бен. Я не смертельно больная, а по улицам бегают гораздо более нездоровые люди, чем я. Взять хотя бы тебя. Что за патологическая необходимость спасать кого-то? У меня нет никаких проблем.

Я с силой оттолкнула его, заставив расцепить руки. Сегодня явно не мой день! Именно сейчас, когда я хочу побыть одна, мне на голову сваливается Бен с его заскоками.

– Меня не надо опекать. Почему бы тебе не уйти домой? Развлекайся со своими девицами и оставь меня в покое! Я клянусь тебе, со мной всё будет в порядке.

Сказав это, я развернулась и пошла прочь, оставив Бена разбираться со своими чувствами. Вокруг меня было очень тихо, как будто весь город замер от отчаяния. Можно сказать, что я фантазирую, но когда человеку хочется побыть одному, он видит всё тяжёлое и мучительное вокруг себя. Это может быть отчаяние, холод, одиночество… Наверное, сейчас я сама не хочу видеть что-то, радостное, разноцветное и красивое. Но, думаю, это пройдёт. В моей жизни много хорошего, но иногда хочется погрустить. Тем более, сейчас весна. Она, конечно, прекрасна, но создаёт особый, романтичный настрой.

Даже если я иногда поступаю неправильно, например, как выразился Бен, «отталкиваю людей», то это не значит, что я всегда такая злая и нелюдимая. Просто иногда хочется побыть одной. Боже, я начинаю оправдываться сама перед собой? Наверное, у меня начинаются симптомы шизофрении. Так и до разговоров с неодушевлёнными предметами недалеко. Лучше всё-таки подумать о работе. Да, забыла сказать, что я не могу оставаться на одном месте. Нигде не найду чего-то своего, поэтому, думаю, моя душа мечется. Можете считать это бредом сумасшедшего, но я вряд ли смогу объяснить лучше. Мне ведь всю жизнь хотелось обрести свою личную свободу. Наверное, каждый хочет найти своё счастье, но у разных людей представления о хорошей жизни отличаются. Я думаю, что любой человек живёт и дышит своими иллюзиями.