Жена из забытого прошлого

Нет. Уж лучше пойду в форме. Она тоже не особо красивая: коричневые юбка и пиджак из довольно грубой ткани, белая блузка, галстук. Но зато я буду выглядеть как студентка, а не как нищебродка.

– На свидание идёшь? – спросила Ирма, отвлекаясь от переписывания моих лекций. Вчера она прогуляла два занятия и теперь переносила недостающие материалы в свои тетради.

– На ужин, – вздохнула я. – Хотя, наверное, это можно назвать свиданием.

– В форме? – поинтересовалась она скептически.

– А больше не в чем, – бросила я в ответ. – Пойду в форме.

– А давай, я тебе платье дам? У меня как раз есть одно, которое мне не очень нравится. Фигуры у нас с тобой похожи, рост тоже, грудь у меня, правда, чуть больше, но именно этот наряд на тебе будет смотреться лучше, чем на мне. Сейчас, подожди.

Она вытащила из шкафа наряд изумрудного цвета. Отказываться я не стала, хватило одного взгляда на ткань, чтобы понять – я на подобное даже за год не заработаю. А примерить очень хотелось.

Оно село на мне, как влитое, подчеркнуло узкую талию, изящную шею, даже зрительно прибавило объёма в груди. Правда, по длине едва прикрывало колени, и мои ботинки с ним не смотрелись никак. Пришлось Ирме вручать мне ещё и обувь, а потом собирать мои волосы в подходящую причёску.

– Ну вот, теперь я чувствую себя горничной, – причитала она, разглядывая получившийся результат. – Но ты красавица, Ри. С кем хоть на свидание идёшь? Не видела, чтобы ты с кем-то из парней на нашем потоке кокетничала. Ты, вообще, по-моему, только со мной в этой академии и разговариваешь.

– Мы с ним чуть раньше познакомились. Он с четвёртого курса, боевик, – пояснила я.

– А-а-а, сразу замахнулась на выпускника, – она понимающе улыбнулась. – Ну, дерзай. Только веди себя прилично. Коль уж оделась, как леди, то придётся соответствовать. Держи спину прямо, ходи плавно, будь аккуратной.

– Спасибо, знаю. Моя мама – графская дочь, и манерам она меня в своё время обучила.

– Видимо, ты из разорившегося рода, – с сомнением протянула Ирма.

– Почти, – отмахнулась я, ещё раз посмотрела на себя в небольшое зеркальце на стене и махнула рукой соседке. – Постараюсь вернуться до отбоя.

– Не постарайся, а вернись. Поверь, спать с парнем на первом же свидании не нужно ни в коем случае. Минимум после пятого, да и то только, если чувствуешь, что ваша симпатия перерастает в нечто большее.

Я уставилась на неё округлившимися от удивления глазами. Мне-то казалось, что дочь министра не должна вообще о таком думать, а тем более, говорить. Ведь таких, как Ирма, чаще всего выдают замуж по договорённости, и мужу она должна достаться девственницей. Таковы правила.

– Не смотри на меня так, – улыбнулась она. – Думаю, ты уже поняла, что я не самая правильная аристократка. Родителям со мной не повезло. А ты иди, иди, а то твой распрекрасный кавалер уже заждался.

И я пошла, точнее, полетела, ведь мне казалось, что за спиной раскрылись огромные прозрачные крылья. Впереди меня ждало самое настоящее свидание, да ещё и с таким интересным парнем.

Когда я выпорхнула из общежития, Кай поднялся мне навстречу, а смотрел при этом с таким восторгом, будто увидел перед собой, как минимум, богиню, и краска смущения снова прилила к моему лицу.

– Ты очень красивая, – проговорил Кайтер, мягко поймав мою руку.

– Это всё платье. Кстати, оно не моё, – поспешила признаться я.

– Ты в чём угодно красивая, – ещё шире улыбнулся Кай. – Предлагаю сначала прогуляться, потом поужинать, а после ещё немного прогуляться.

– Боюсь, я тогда просто не успею в академию до отбоя.

– По этому поводу можешь не переживать, – заявил он самодовольно. – Доставлю тебя к твоей комнате так, что никто не увидит.

– Ну, тогда я согласна гулять с тобой хоть всю ночь, – ответила с вызовом.

– Договорились, – согласился Кай, чуть крепче сжал мою руку и повёл к воротам.

***

Вечер получился замечательным. Сначала мы прогулялись по старой части города, Кай рассказал, какие здесь десять лет назад велись бои, в каких зданиях устраивали засады приверженцы погибшего короля, как отчаянно сопротивлялись. Показал дом, где располагался штаб революционеров. А уж когда мы добрались до разрушенного дворца, то я и вовсе получила очень интересный рассказ о падении династии Арго Фэрсов, которые до революции правили Ферсией несколько сотен лет.

– Я слышала, от их рода осталась только одна принцесса, – проговорила я, глядя на развалины башен и сквозные дыры от взрывов в толстых каменных стенах.

– Да, девчонке сейчас тринадцать, – ответил он, чуть поморщившись, будто принцесса почему-то вызывала у него неприязнь. – Она последний тёмный маг в нашей республике. В других странах, наверное, есть ещё, но я точно не знаю. После революции наши отношения с соседями несколько осложнились.

– Я плохо помню революцию, – призналась я Каю. – Мне было всего девять, да и в нашем городке всё прошло почти спокойно. Одна власть сменилась другой, а простые люди и не заметили.

– Повезло, – кивнул он и повёл меня дальше. – Мне было тринадцать, мы с родителями жили в столице. Да, всё началось тогда именно с Карста, с этого самого дворца. Но как раз в столице бои были самыми ожесточёнными.

– Ты… не пострадал тогда? – я непроизвольно сильнее сжала его пальцы, но сразу отпустила. Правда, Кай сам поспешил покрепче обхватить мою руку.

– Мне досталось, но я быстро поправился, – его взгляд стал поникшим. – А моим родителям повезло меньше. Дом подожгли, и они не смогли выбраться.

– То есть… ты сирота? – спросила я удивлённо, но тут же закрыла рот ладонью. – Прости.

– Ничего, – он понимающе усмехнулся, но эта усмешка показалась мне пропитанной горечью. – Да, ты права. После смерти родителей опеку надо мной взял дядя. Не могу сказать, что именно он занимался моим воспитанием, у него для этого просто не оставалось времени.

Кайтер чуть помолчал и вдруг эмоционально добавил:

– Иногда я думаю, что лучше бы попал в приют или в приёмную семью. Да хоть даже жил бы на улице. Сейчас всё было бы намного проще.

– Нет, Кай, – я вздохнула. – Уверена, ты никогда не голодал, не думал, выдержит ли прохудившаяся крыша, не снесёт ли её порывом ветра. Вряд ли тебе приходилось работать за еду и прогуливать школу ради того, чтобы помочь маме получить хоть немного денег.

Он посмотрел с сочувствием и пониманием, но отвечать не стал. Вместо этого сам задал вопрос:

– Значит, ты жила с мамой. А где твой отец?

– Понятия не имею, – я отрицательно покачала головой. – Мама молчит, даже имени его ни разу не назвала. Просто сказала однажды, что он от нас с ней отказался, и она пообещала ему, что больше в его жизни не появится. Собственная семья от неё отреклась: для графского рода беременная дочь была пятном на репутации семьи. Кстати, о них мама мне тоже ничего не рассказывает. Я знаю лишь то, что у неё где-то есть родственники.

– Интересно, – взгляд Кайтера вспыхнул азартом. – Хочешь их найти?

– Зачем? – я удивилась такому вопросу, но всё же ответила: – Нет, Кай. Лучше уж вообще ничего о них не знать. Мы ведь им не нужны.

– Ну, хотя бы просто ради любопытства, – не желал останавливаться он.

И вдруг обогнал меня, преградил дорогу и посмотрел в глаза.

– Ри, ну, давай найдём. Я могу, мне для этого нужна лишь капля твоей крови, карта и один ритуал. Давай, прямо завтра днём этим займёмся?

– Нет, – я не собиралась соглашаться, но он продолжал смотреть так пристально, с такой надеждой в глазах, что пришлось повторить твёрже: – Нет, Кайтер. Мне не нужны родственники и информация о них. Да и мама расстроится, если узнает, что я ими интересовалась. Так что не стоит никого искать.

– Ладно, – сказал он с досадой и повёл меня дальше. – Но ты всё же подумай. Если решишься, я с радостью помогу с поисками.

Мы поужинали в маленьком, но очень уютном ресторанчике на берегу моря. Я впервые была в подобном заведении. Раньше могла лишь смотреть на такие места с другой стороны окон, а сидящие за столиками люди всегда казались мне пижонами и богатеями. Поэтому было особенно странно чувствовать себя одной из них.

Кай рассказывал об академии, которая когда-то была дворцом. О преподавателях, интересных дисциплинах, библиотеке. А ещё по секрету сообщил, что, по слухам, под учебными корпусами есть целый лабиринт из подземных ходов и комнат, но там всё зачаровано магией Арго Фэрсов, и внутрь не попасть.

Потом мы заговорили про магию, и эта тема заняла у нас весь остаток вечера. Кая поразило, что я – так называемый полный универсал, который может создавать плетения из шести стихий, включая свет и тьму. Но когда он признался, что не маг, а колдун, моё удивление оказалось сильнее.

– Разве таких, как ты, учат в нашей академии? – спросила я. – Ведьм видела, у них в нашем потоке набралась группа из семи человек. А колдунов, насколько я знаю, обучают личные наставники.

– Обычно, да, наставники, – покивал Кай. – Но для меня наставника не нашлось.

– Почему?

– Думаю, из-за дяди. В своё время колдуны всем ковеном встали на сторону императора, они были против республики. Потом, когда стало ясно, что монархию не вернуть, они заключили с новыми властями договор о нейтральном статусе. И с тех пор сами по себе.

– А кто твой дядя? – спросила я. – Как понимаю, он поддержал республику. Он маг?

– У него нет особого дара, – развёл руками Кайтер. – Разве что, он умеет мастерски плести интриги и манипулировать людьми. Свой же дар я унаследовал от отца.

– Видимо, его дом подожгли потому, что он, как и другие колдуны, был против республики, – озвучила я свои выводы.

– Так и есть, – подтвердил Кайтер. – Но давай поговорим о чём-нибудь более приятном. Вы ведь часто переезжали. Расскажи, в каком городе тебе понравилось жить больше всего?..

Закончив с ужином, мы снова отправились гулять, но теперь прошлись по новой части города. Тут тоже хватало и разрушенных зданий, и мест взрывов, но жизни всё равно было больше. Ну, а порт и вовсе показался мне совсем не тронутым военными действиями прошлого. Правда, Кай пояснил, что именно эту часть города восстановили первой.

В академию мы вернулись уже после полуночи. Кайтер, как и обещал, скрыл нас обоих от посторонних глаз и даже проводил меня до самой двери. А когда мы с ним остановились друг напротив друга, он мягко мне улыбнулся и быстро, но красноречиво посмотрел на мои губы.

– Спасибо за вечер, – проговорила я, чуть смутившись. – Знаешь, я впервые была на настоящем свидании.

– Тогда ты наверняка не знаешь, что существует одна древняя традиция, – заговорил он лекторским тоном. – Если свидание прошло хорошо, и девушке всё понравилось, она позволяет кавалеру её поцеловать. Тем самым подтверждает готовность принять приглашение ещё на одно свидание.

– Какая интересная традиция, – у меня вырвался нервный смешок.

Кай шагнул вперёд, опустил ладонь на мою талию и посмотрел в глаза. В тусклом освещении пустого коридора его взгляд казался завораживающим, затягивающим, поистине колдовским, а у меня участилось дыхание.

– Неужели тебя ещё никогда не целовали? – спросил он, подавшись чуть ближе, и теперь расстояние между нашими лицами сократилось настолько, что я чувствовала на губах его дыхание.

– Целовали, – поспешила ответить я. – Но…

– Тебе не понравилось, ведь так? – с пониманием проговорил Кайтер, а я кивнула.

Сейчас, рядом с ним, я чувствовала себя маленьким зверьком, смотрящим на приближающегося к нему хищника. Нет, мне не было страшно, но смущение, кажется, достигло своего апогея.

– Дашь мне шанс исправить твоё мнение о поцелуях? – чуть лукаво спросил Кай.

– Мы ведь в коридоре. Сюда в любой момент может кто-нибудь выйти, – поспешила ответить я. – Давай… в следующий раз?

Но он лишь отрицательно качнул головой, склонился ниже и мягко коснулся губами моих губ, после чего сразу отстранился и поймал мой взгляд.

– Не страшно?

– Нет, – заверила я его. И думала, что на этом всё и закончится, но ошиблась.

Он снова потянулся к моим губам и в этот раз сначала просто слегка прижался к ним, потом попробовал прихватить нижнюю, но лишь погладил. Затем проделал то же самое с верхней. Меня же от этих его действий прошибло тёплой волной, а на губах стала ощущаться едва уловимая приятная щекотка.

И я непроизвольно сама подалась к Каю, попробовала повторить то же, что делал он… и стало ещё приятнее, а моё смущение как волной смыло. Кайтер продолжал ласкать меня губами, постепенно всё больше углубляя поцелуй. Но когда я почувствовала кончик его языка своим, то вздрогнула и отстранилась.

Смотрела на Кая потрясенным взглядом, тяжело и надрывно дышала и не могла понять, чего хочу больше: сбежать или поцеловать его ещё раз. Но этот язык…

Нет, я знала, что некоторые целуются именно так, но для меня это казалось каким-то извращением. Мне было прекрасно известно, что происходит между мужчиной и женщиной за дверью супружеской спальни, я читала об этом в медицинских справочниках, да и девочки в борделе иногда обсуждали между собой такое, что я не просто краснела, но мечтала заткнуть уши и сбежать. И мужской язык в этих рассказах фигурировал довольно часто.

У меня же раньше просто не оставалось времени на романтически отношения. Я либо училась, либо работала, либо готовила, убирала, делала артефакты. В общем, было не до развлечений. Поэтому поцелуй Кайтера стал для меня открытием.

Когда меня лет в четырнадцать попытался поцеловать соседский мальчик, – я испытала только отвращение от этого мокрого облизывания. А сейчас просто утонула в целом фейерверке новых эмоций и ощущений.

– Встретимся завтра? Давай, сразу после обеда? – предложил Кай, делая шаг назад. Видимо, решил дать мне возможность осмыслить наш поцелуй.

– Да, конечно, – я поспешила кивнуть.

– Тогда буду ждать тебя у столовой.

– Спокойно ночи, – проговорила я, коснувшись ручки двери.

– Спокойной ночи, мой пугливый цветочек, – ответил он. – Обещаю, буду покорять тебя со всем терпением, на какое способен. Ты, главное, не бойся меня.

– Я не боюсь, – заявила я с вызовом.

– Если это так, то я очень рад.

Он дождался, пока я войду в спальню, и только потом в коридоре послышались его шаги.

Прислонившись спиной к двери, я прикрыла глаза и коснулась пальцами своих припухших губ, а мысленно вернулась на несколько минут назад, когда меня так нежно и ласково целовал Кайтер. Отчаянно захотелось выбежать за ним, догнать, снова поцеловать, и сдержаться удалось почти чудом.

Этот поцелуй меня взбудоражил и будто открыл что-то, спящее в самой глубине моей души. Мы всего лишь касались друг друга губами, а мне казалось, что вся моя магия, вся внутренняя суть тянется к Каю, соприкасается с его энергией, кружит с ней в танце. И это было… завораживающе.

ГЛАВА 5. Племянник

– Чего ты там застыла? – прозвучал в тишине тёмной комнаты громкий недовольный шёпот Ирмы. – Нагулялась со своим боевиком?

– Ага. Прости, что разбудила, – виновато прошептала я.

– Да я и не спала толком. Волновалась за тебя, представляешь? – в её словах слышалось удивление, будто она сама была поражена собственной реакцией. – Не обижал он тебя?

– Нет, ты что! Кай хороший, – поспешила убедить её я. – Очень обходительный, вежливый, милый.

Соседка создала над моей головой светящийся шарик и посмотрела на меня, как на наивную глупышку.

– Знаешь, как такие милые и обходительные легко и быстро умеют юбки задирать? – выдала она с неожиданной злостью, за которой слышалась горечь. – Глазом моргнуть не успеешь, как тебя уже повернули лицом к стене, заставили прогнуться, а в промежность тыкается его твёрдый орган. И в такие моменты ему уже плевать, девственница ты или нет, хочешь ли ты его или нет. Он просто берёт, что хочет.

Ирма смотрела в сторону, её плечи были напряжены, а губы крепко сжаты, а когда в глазах блеснули слёзы, я поняла, что говорила она сейчас о себе.

– Это случилось с тобой? Тебя… – спросила я осторожно.

– Изнасиловали? – бросила она с усмешкой. – Нет. Насилия не было. Была только моя глупость и доверчивость. Я сама согласилась, сама пошла на это. Даже не подумала настоять хотя бы на более удобном месте. Отдалась тому гаду прямо в саду. Думала, что люблю его, как и он меня. Была уверена, что это лишь начало, что наши отношения идут к свадьбе. А потом он заявил, что не станет жениться на той, что готова раздвинуть ноги по первой просьбе. Сказал, что легкодоступная девушка в роли жены ему не нужна.

Я слушала её, застыв на месте, и у меня даже мысли не возникло, что Ирма может просто врать. Нет, она говорила искренне и глубоко переживала из-за всего этого.

– В общем, после того случая я и решила поступать в академию, – вздохнув, пояснила подруга. – Родители были против, уговаривали выбрать жениха, выйти замуж, а я решила, что хватит с меня мужчин. Буду учиться. Но ты лучше моих ошибок не повторяй.

– Ну, я не из знати, – ответила я, садясь на свою кровать. – Мы с Каем только на одно свидание сходили. Сюда я учиться приехала и попала в академию почти чудом, так что настроена только на учёбу.

– Значит, твоего боевика зовут Кай, – кивнула Ирма. – А фамилия у него есть?

– Есть, но мне он её не говорил, – пожала я плечами. – Да и не имеет она значения.

– Как знаешь, – она снова улеглась в постель и повернулась на бок. Но вдруг спросила, причём с искренним интересом: – Целовал?

– Ага, – я вздохнула, снова вспоминая такие нежные и приятные поцелуи Кая. – Не думала, что это бывает так… сладко и хорошо.

– Смотри, не влюбись, – насмешливо проговорила Ирма, подперев голову рукой. – А то плакали твои планы на продуктивную учёбу. Заберёт тебя твой выпускник из академии, затащит в храм, и станешь ты замужней дамой.

– Пф, – фыркнула я в ответ. – Брось, мы всего на одно свидание сходили. Какая свадьба?

С этими словами я взяла вещи, корзинку с принадлежностями для мытья и отправилась в душевую. Надеюсь, в это время там уже точно никого постороннего нет, и можно будет помыться в тишине.

***

Всё утро субботы я провела в маминой квартирке. Вешала купленные шторы, раскладывала по полкам посуду, помогала правильно расставить мебель. Мама рассказывала про работу в госпитале, куда её приняли после первого же собеседования. Платить обещали немного, но исправно, а ещё разрешили брать подработки у пациентов на дому, чему она оказалась несказанно рада.

Я поведала о первой неделе в академии и, конечно, не смогла не упомянуть о Кае.

– У тебя глаза горят, когда ты говоришь об этом мальчике, – с улыбкой подметила мама. – Интересно было бы с ним познакомиться.

– Мам, мы всего раз погуляли вместе. Ничего серьёзного между нами нет, – поспешила заверить я.

Но она не поверила. А когда я уже собралась уходить, вдруг вручила мне склянку с зельем желтоватого цвета и многозначительно посмотрела в глаза.

– Три капли на стакан, – сказала мама. – Достаточно пить это один раз в неделю, и тогда внезапной беременности не случится.

– Мне не нужно, – я покраснела и попыталась отказаться.

– Бери, – настояла она, вкладывая пузырёк в мои руки. – Мне всего тридцать восемь, я пока не готова становиться бабушкой. Да и вообще, ты должна учиться, если уж выпал такой шанс. Поэтому лучше принимай эти капли. На всякий случай.

Я была настолько смущена, что даже не нашла, как оправдаться. А зелье пришлось взять и даже пообещать маме, что выпью его сегодня же. Только после этого беспокойства в её взгляде стало чуть меньше.

С Каем мы встретились на условленном месте. Правда, когда я увидела его, то тут же вспомнила вчерашний поцелуй, а потом ещё слова мамы про зелье, и тут же покраснела. Пришлось спешно брать себя в руки и широко улыбаться.

– Куда сегодня пойдём? – спросила я Кайтера.

– На пляж, – ответил он с широкой улыбкой. – Умеешь плавать?

– Да, но не очень хорошо. И у меня нет купального костюма.

– Разберёмся, – довольно улыбнувшись, сказал Кайтер и повёл меня в сторону от академии.

Мы шли около получаса и снова говорили обо всём подряд. Мне было удивительно легко разговаривать с ним, казалось, ему я могу сказать всё, что угодно, и он обязательно поймёт меня правильно. Да и Кай вёл себя со мной так, будто мы знакомы миллион лет.

– Почему ты решил стать стражем? – спросила я, когда мы спускались к морю.

Последние дома остались позади, дорога ушла в горы, а наш путь теперь лежал по узкой каменистой тропинке. Вокруг было тихо, впереди в волнах отражались солнечные лучи, а лёгкий ветерок игриво ласкал лицо.

– А кем ещё? – спросил удивлённо Кай. – С моим даром была одна дорога – на боевой факультет. Ну, а разгадывать загадки мне всегда нравилось. Я уже второй год летом работаю со следователем особого отдела стражей столицы. И мне действительно нравится.

– Удивительно, что тебя даже без диплома допустили к такой ответственной работе, – ответила я.

– Наш начальник говорит, что у меня талант, – сообщил он с гордостью. – Я, кстати, отлично умею находить людей по личной вещи.

– С тобой с прятки играть бесполезно, – рассмеялась я. – И что, никак от тебя не скрыться?

– Ну… есть способы. Мне встречались артефакты сокрытия, только они не всегда эффективны против моего дара. Лучший способ спрятаться от меня – уехать как можно дальше. Думаю, это единственная возможность.

– Я запомню, – улыбнулась я ему. – Но, надеюсь, мне всё же не придётся никогда от тебя скрываться.

***

На каменистом берегу мы с Каем обнаружили закуток пляжа, отгороженный от остального пространства двумя скалами, и, не сговариваясь, решили остаться там. Кайтер расстелил плед, достал из рюкзака бутылку вина и бутерброды.

– Ничего себе, как ты подготовился, – рассмеялась я, садясь рядом с ним.

– Я старался, – ответил он с тёплой улыбкой и принялся разливать белое вино по стеклянным стаканам. – Давай отметим с тобой наше странное знакомство и твоё поступление в академию.

– А давай, – я приняла вызов, взяла у него стакан и сделала несколько глотков.

День выдался жарким, и вскоре мы действительно отправились купаться. Я пошла в нижнем белье, Кай – в трусах. Было забавно, как мы с ним оба старались смотреть только в глаза друг другу, хотя взгляды сами собой всё время пытались опуститься ниже. Но Кайтер держался строго, руки распускать не пытался, а я отчаянно смущалась и его, и своего вида, но пыталась этого не показать. В итоге к вечеру мы так наплавались, что не осталось сил даже на поцелуи, зато в душе́ царило удивительное тёплое умиротворение.

В академию вернулись на закате. Шли, держась за руки, говорили о чём-то лёгком и несущественном и улыбались так открыто и искренне, будто нам было плевать на весь мир. Встречающиеся по пути студенты провожали нас странными взглядами, кто-то даже пытался окликнуть Кая, но он просто отмахивался или делал вид, что не слышит. Ну, а я была настолько довольна и расслабленна, что не собиралась думать о других людях. Я их не трогаю, пусть и они меня не трогают.

Кайтер снова проводил меня до самой двери и опять поцеловал на прощание, но в этот раз я сразу обняла его за шею, прижалась к нему так, как мне хотелось, и всецело отдалась поцелую. Кай воспринял мои действия как добровольную капитуляцию, и я буквально каждой клеточкой тела ощутила исходящую от него волну удовольствия и радости.

– Всю следующую неделю меня не будет в академии, – сказал он, прервав наш сладкий поцелуй. – Дела семейные. Но в пятницу я вернусь и сразу приду к тебе.

– Куда едешь? – спросила я, опустив голову на его плечо.

– К дяде. У него ко мне какое-то срочное дело, – ответил он и посмотрел на меня с весёлой строгостью. – А ты тут без меня будь примерной девочкой. Веди себя прилично и хорошо учись.

– Мне даже мама таких наставлений не давала, – рассмеялась я.