- -
- 100%
- +
– Знаешь, – протянул Мика, тоже улыбаясь. – Нас учили, что нельзя специально выводить из себя старших. Авторитет родителей всегда был на высоте. Слово главы семьи являлось законом для всех. Поэтому мне немного дико слышать, что ты специально злил наставника.
– Скажу больше, Мик, он по совместительству – мой дед. Хотя внешне язык не повернётся назвать его дедом. Но, видимо, у нас с тобой немного разное воспитание. Меня, по правде говоря, никто и не воспитывал. Всё сам.
Она понимающе кивнула и вдруг решила добавить:
– А меня до девяти лет воспитывали как леди. Заставляли следовать правилам этикета, следить за тем, как хожу, говорю. Иногда это так бесило, что сил не было. Так хотелось пожить нормальной жизнью, как другие дети. С играми, шалостями, шутками, без этого постоянного присмотра няни и наставниц. А потом… всё изменилось, – она вздохнула и отвернулась к окну, за которым мимо проплывали вывески магазинов. – Так я получила то, чего была лишена. Свободу. Да только теперь сама не знаю, что с ней делать.
– Вот видишь, а у меня всё наоборот, – проговорил он, заметив её немного поникший вид и отмечая про себя, что разговоры о семье почему-то заставляют её грустить. – Этой свободы имелась уйма, хоть отбавляй. Рядом всегда кто-то да находился. Правда, чужие люди. А потом в моей жизни появился деспотичный учитель по имени Эрикнар и вдруг решил, что сумеет сделать из меня паиньку.
Он улыбнулся, вспоминая, как весело они с Эриком пререкались все первые месяцы знакомства, как «добрый дедушка» пытался давить на него морально, как бился, желая заставить внука выкладываться по полной программе…
– Эрикнар? – удивлённо произнесла девушка. Причём в её голосе прозвучало нечто такое, от чего Макс невольно напрягся. – Ты сказал – Эрикнар? – переспросила она.
– Да, – кивнул парень, уже понимая, что сболтнул лишнего. И пусть у его наставника было довольно редкое имя, но тот никогда его не скрывал. У него даже паспорт российский имелся, в котором именно оно значилось.
Они как раз добрались до одного тихого ресторанчика, расположенного у самой набережной, и Макс с задумчивым видом остановил свой автомобиль на небольшой парковке.
– Моего двоюродного брата зовут точно так же, – наконец сказала Мика и посмотрела на своего сегодняшнего кавалера с широкой чуть удивлённой улыбкой. – Очень занимательный мальчик. Правда… когда я видела его в последний раз, ему было всего три года. Сейчас… тринадцать.
– Брата? – недоверчиво протянул парень. И тут же спросил. – И это имя тоже как-то переводится?
– Конечно, – кивнула Микаэлья. – Только оно немного видоизменено. Состоит из двух слов: «Эрк» и «нар». Означает «Огненный смерч».
Макс моргнул. Потом ещё раз и с каким-то оцепенением сжал ключи. Ведь тому самому Эрикнару, о котором он говорил, подчинялась именно огненная стихия. И почему-то это совсем не казалось ему простым совпадением. Здесь определённо была какая-то связь.
– Очень интересно, – заставил себя выговорить Максим, стараясь не показать, насколько это его настораживает. И вдруг спросил. – А твой брат… имя…. Эрки, оно тоже переводится?
– Да. – После этих слов она осеклась, но всё же ответила, не видя смысла скрывать. – «Эрк» – огонь. А «Эрки» – огонёк.
– Прости, Мика, но с какого языка ты всё это переводишь? – не удержался он от вопроса.
– Это древнеишерский, – тихо призналась девушка. – Его ещё иногда называют древнеаргальский.
Но тут она будто опомнилась.
– Прости, я несу чушь, – тут же поспешила отмахнуться девушка. И даже попробовала изобразить на лице глуповатую улыбку, да только получилось у неё не очень. – Это один из мёртвых языков древности. Не бери в голову.
Макс не стал больше ничего об этом спрашивать, попросту предложив ей пойти, наконец, пообедать. Он чувствовал, что её почему-то беспокоит задетая ими тема, но в подробности пока вдаваться не спешил. На самом деле, для двадцати минут езды он уже узнал от неё очень много того, что теперь предстояло хорошо обдумать.
ГЛАВА 3
Сегодня море было удивительно спокойным. Над водной гладью гулял лёгкий, будто бы ласкающий ветерок, а волны казались мелкими подвижными бугорками, убегающими в неизвестные дали. Но, несмотря на то, что вечер оказался тёплым, стоящая у поручней темноволосая девушка всё равно мёрзла.
– Тебе холодно? – спросил Максим, заметив её лёгкую дрожь.
– Немного, – призналась Мика, мягко ему улыбнувшись. Затем снова посмотрела вдаль, где в водах бухты отражались тысячи огоньков кораблей и прибрежных зданий, и снова восхищённо вздохнула. – Так красиво… просто невероятно.
– Да, – согласился её спутник, глядя при этом совсем не на пейзаж, а на стоящую рядом брюнетку. – Ты замёрзла, Мик. Пойдём на закрытую палубу. Там теплее.
– Нет, – проговорила она, отрицательно качнув головой. – Здесь так хорошо. И мне совсем не холодно.
Макс лишь вздохнул и, подойдя чуть ближе, легко обнял её за плечи. От этого прикосновения Микаэлья вздрогнула и напряглась, но… отстраняться всё равно не стала. А спустя несколько мгновений, немного привыкнув к такой его близости, даже расслабилась и придвинулась к нему ещё ближе.
– Я просто хочу тебя согреть, – тихо пояснил Макс, становясь позади и осторожно прижимая её спиной к своей груди. – Не подумай плохого. Ты замёрзла.
– Максим, не оправдывайся, – чуть смущённо проговорила она. И тут же добавила, стараясь придать голосу уверенности. – Спасибо… мне так действительно гораздо теплее.
А он лишь странно усмехнулся и переместил ладонь сначала на её талию, а потом и на живот. С его стороны это было своеобразным экспериментом, проверкой того, как много позволит ему сегодня эта девушка. Но она не стала возражать против этой его вольности. Лишь вздохнула и, откинувшись назад, доверчиво уложила голову на его плечо.
В этот поздний час на прогулочном катере оказалось очень мало пассажиров, причём большинство из них предпочли именно верхнюю палубу. И пусть где-то на корме сидели несколько парочек, но ни Макс, ни Мика совсем не замечали их присутствия.
– Ты любишь море? – спросил он, потёршись щекой о её распущенные волосы. – У тебя глаза горят, когда ты на него смотришь. Становятся… невероятно яркими.
– Люблю, – отозвалась девушка, накрывая рукой его ладонь на своём животе. – Мы с Эрки и выбрали этот город во многом потому, что здесь есть море. Да и климат мягкий… как дома.
Он легко погладил её запястье и переплёл их пальцы. Зачем это сделал – сам не понял. Просто захотелось. Да и она не возражала – совсем наоборот. Макс чувствовал, что его со странной силой тянет к этой девушке, но почему-то он не сомневался, что это чувство взаимно. Он уже понял, что у Микаэльи совсем нет опыта в общении с противоположным полом – оно и неудивительно при таком-то брате. Поэтому и действовал в её отношении очень осторожно. Мягко. Боясь спугнуть.
– Мик… ты так часто говоришь о доме. А где он? – спросил Максим.
А она вдруг едва заметно напряглась, мягко высвободилась из его объятий и, опершись спиной на перила, развернулась к нему лицом.
– Он далеко, – ответила, глядя в глаза Максу. Потом покачала головой и добавила с грустью, которую не смогла скрыть. – Так далеко, что, возможно, мне никогда не удастся туда добраться. Знаешь… я иногда думаю, а был ли он вообще? Может, я всё себе придумала? Но Эрки… он верит, что мы вернёмся обратно. А я… уже почти потеряла надежду.
Видя в её глазах настоящую печаль, чувствуя её грусть, Максим снова притянул девушку ближе к себе и крепко обнял. Она прильнула к нему так доверчиво, будто они были знакомы всю жизнь.
На катере, хрипя, играло радио – какая-то странная программа с песнями по заявкам. Но когда Макс услышал донесшийся до них тихий звук медленной мелодии, то вдруг загадочно улыбнулся, а затем переложил одну руку на талию Мики, а второй легко сжал её пальцы.
– Потанцуешь со мной? – спросил он, ловя её взгляд, в котором сейчас отражалось искреннее смятение.
– Здесь? – удивлённо уточнила девушка, оглядывая палубу, заставленную пустующими сидениями для пассажиров. И мало того, что для танцев там попросту не было места, так ещё и пол качался.
– Здесь, Мик, – с улыбкой подтвердил Максим. – Да какая разница, где? Главное, что есть музыка… есть ты… и есть я.
И она поддалась на его уговоры. Конечно, это их топтание на месте мало походило на танец, но Максу всё равно очень понравилось двигаться под звуки мелодии, держа в объятиях такую очаровательную девушку.
– Мик… – прошептал он, ловя её мягкий почти счастливый взгляд, в котором теперь совсем не осталось места грусти. – Я знаю, куда мы с тобой отправимся завтра. Если, конечно, ты не против прокатиться со мной за город. Есть там одно удивительное место. Тебе точно понравится.
– Я только «за», – ответила та, поднимая к нему лицо.
– Тебе хорошо со мной? – спросил он, проводя рукой по её спине. Но, не став ждать ответа, добавил. – Мне очень приятно быть рядом с тобой, Микаэлья. Загадочная девочка-ручеёк с самыми красивыми в мире глазами.
– А мне с тобой тепло, – сказала она, прямо встречая его взгляд. – Так… правильно. Будто я снова дома.
– Но ты ведь меня совсем не знаешь, – Макс наклонился чуть ближе, и теперь их лица разделял всего лишь какой-то десяток сантиметров. Не больше.
– Я тебя чувствую, – возразила девушка. – Ощущаю внутренне… Ты не чужой мне, Макс. Понимаю, что мы знакомы совсем недавно, но…
В этот момент он всё же коснулся губами её губ, но сделал это так легко и невесомо, что Мика даже не сразу поняла, что произошло. Потом немного отстранился и снова посмотрел ей в глаза. Но в них не было протеста. Оцепенение – да, возможно, даже лёгкая растерянность, но она уж точно не была против. И тогда он провёл ладонью вверх по спине девушки, чуть погладил её изящную шею, запустил пальцы в мягкие, пусть немного спутавшиеся волосы, и поцеловал снова. Теперь уже далеко не так целомудренно.
Он действовал осторожно, неторопливо, но постепенно позволял себе всё больше. А Мика… отвечала ему, пусть и немного робко. Правда, продлился этот их поцелуй недолго. Вскоре Максим мягко отстранился и снова заглянул в глаза Мике. Он чувствовал, что она откликается, что ей нравятся его действия, но всё равно отчего-то боялся её напугать.
На самом деле, сейчас он сам себя не узнавал. Ведь раньше его отношение к девушкам было куда проще. Он никогда особенно не переживал о том, что своим поведением может показаться кому-то из них излишне резким или требовательным. Да и подруг себе обычно выбирал подходящих. По большей части это были такие же экстремалки, как он. Лыжницы, сноубордистки, иногда студентки, приезжающие отдыхать в горы, или заядлые клубные тусовщицы. Но это всё происходило до… До того момента, как его жизнь кардинально изменилась. До того, как в ней появилась особа по имени Тиана, перевернувшая всё с ног на голову.
Странно, но именно её он всегда воспринимал исключительно как друга или сестру. Может быть, с самого начала, с их первой встречи уже догадывался, что их судьбы окажутся тесно связаны. Наверно, именно случившееся с ней и заставило его повзрослеть, перестать воспринимать всё вокруг как игру и начать относиться к себе и жизни серьёзно.
Потом были четыре года в закрытом городе. Хотя… там тоже нашлось немало прекрасных девушек, причём самых разных возрастов. Благо по многим из них вообще не получалось определять, какой десяток лет они разменяли. Макс же был завидной партией уже потому, что являлся близким родственником главы Совета Северного Дома. И даже несмотря на то, что он считался далеко не чистокровным представителем эргонской расы, многие дамы легко закрывали на это глаза.
Да, в его жизни присутствовали женщины, но такой как Микаэлья он ещё не встречал. Впервые ему хотелось быть нежным, мягким, сдерживать свой не самый милый характер. Впервые ему оказалось важно, чтобы на лице девушки отражалась искренняя улыбка. Чтобы она доверяла ему.
Сегодня они провели вместе почти весь день, но Максу всё равно было мало. После обеда несколько часов гуляли по набережной, катались на колесе обозрения, потом пошли в кино, где Мика, к удивлению её спутника, выбрала трёхчасовой фильм про космос. Потом, за ужином, они очень долго и бурно обсуждали киноленту, которая произвела на обоих большое впечатление. Спорили о преодолении законов гравитации, о переселении на другие планеты. О том, как быстро человек сойдёт с ума, оставшись в полном одиночестве.
Тогда Макс снова вспомнил Тиану, которой когда-то приходилось переживать нечто подобное, и в очередной раз пообещал себе, что в самое ближайшее время всё же съездит к ней. Но потом посмотрел в горящие синевой глаза Мики и снова обо всём забыл.
Когда солнце начало клониться к закату, Максим привёл Микаэлью на прогулочный катер, который совершал часовые круизы по бухте. Но лишь стоило им отплыть от берега и оказаться со всех сторон окружёнными морем, понял, что умудрился снова угадать её желание. Ведь рядом с водой эта девушка волшебным образом преображалась. Становилась притягательнее, прекраснее, а её глаза начинали гореть ещё ярче.
На самом деле он не собирался сегодня её целовать. Думал, что сначала стоит дать ей время привыкнуть к нему, но всё-таки не сдержался. А Мика и не думала противиться этому его порыву.
– Так странно, – проговорила она, уткнувшись лбом в его грудь. – Я… будто знаю тебя. Но такого просто не может быть. Мы не встречались. Я бы запомнила.
– Мы не встречались раньше, – подтвердил Максим, ласково поглаживая её по волосам. – Но я уверен, что наша встреча точно не случайна.
***
Выйдя из мастерской и по привычке направившись к тому месту, где обычно оставлял свою машину, Эрки в очередной раз мысленно выругался, кляня своих преследователей за то, что теперь по их милости стал пешеходом. Увы, денег на новый автомобиль, пусть даже сильно потрёпанный жизнью, у него не было. А ведь он ещё и телефон с плейером в той реке утопил. Да и кеды расклеились.
В этот самый момент ему вдруг подумалось, что без этих ребят из спецслужб ему жилось бы гораздо приятнее. В конце концов, в этом мире оказалось не так ужасно, как он думал сразу. Вон, Мике вообще здесь иногда даже нравится. Конечно, она тоже скучает по дому, но почти не верит, что им хоть когда-то удастся там побывать.
Ещё раз взглянув на своё пустое парковочное место, Эркрит вздохнул и хотел уже направиться на остановку, когда его окликнул хозяин автосервиса.
– Дима, – позвал седовласый армянин, выглядывая из бокса. – А ты чего это сегодня пешком?
– А нет у меня больше машины, дядя Ашот, – ответил Эрки, глядя на него с грустной улыбкой.
– Продал? – поинтересовался его работодатель.
– Утопил, – пояснил парень. – С моста сорвался. Теперь эта колымага восстановлению не подлежит.
– А сам-то хоть целый? – с волнением уточнил мужчина.
– Целый, – самодовольно бросил Эрки. – Что мне будет? Только вот теперь приходится передвигаться пешком. Пока не накоплю на другую.
– Кстати, – протянул тот, кого он называл дядей Ашотом, – тут у меня один знакомый на днях интересовался тобой. Хочет на своей Субару бегущего коня нарисовать. Спрашивал, сколько это будет стоить. Возьмёшься?
– Конечно, – кивнул Эркрит, уже предчувствуя прекрасный вариант расслабиться морально, да ещё и хорошо заработать. – Скажите ему, пусть завтра подъедет, поговорим.
После сообщения о возможной подработке настроение Эрки заметно улучшилось. Всё ж за аэрографию он получал куда больше, чем за простую работу в автосервисе. Иногда даже с одного такого заказа можно было выручить больше денег, чем он зарабатывал за месяц.
К дому Эркрит поднимался со странной мыслью, что жизнь-то налаживается. И от «спецов» в очередной раз удрал – когда же им только надоест за ним гоняться? – и возможность немного поправить материальное положение вроде наклёвывается. А завтра к нему должна наведаться симпатичная девушка, причём со вполне определёнными намерениями… и без предрассудков. С такой можно будет не просто отвлечься, а по-настоящему расслабиться.
И тут его взгляд выхватил в темноте рядом с домом незнакомую машину с включенными габаритными огнями. Благодаря специфике своей работы Эрки вообще с первого взгляда мог определить не только марку почти любого автомобиля, но и его примерную цену. А этот чёрный БМВ представительского класса явно стоил немало.
Сам хозяин машины обнаружился здесь же. Он стоял у калитки с надписью 72 и… был очень занят поцелуем с одной хорошо знакомой Эркриту особой. Которая, между прочим, сама целовала того с откровенной страстью.
Вообще, эти двое смотрелись довольно мило. Оба темноволосые, она в белом… он – тоже в чём-то светлом, да ещё на фоне чёрного дорогого авто. И всё бы ничего, но… почему-то Эрки совсем не понравилось смотреть на то, как кто-то целует его сестру.
– Микаэлья! – бросил он, останавливаясь в нескольких шагах от парочки.
Они вздрогнули одновременно. Девушка тут же попыталась отпрянуть, отодвинуться в сторону, вот только отпускать её никто не спешил. Правда, в итоге парень всё-таки ослабил объятия, позволяя ей обернуться. Но при этом всё равно продолжил одной рукой обнимать её за талию.
– Эрки… – выдохнула Мика, глядя на брата с явным испугом.
– Ага, Эрки, – подтвердил тот с откровенной усмешкой. Потом перевёл взгляд на того, кто продолжал удерживать его сестру, и задумчиво склонил голову набок. – А это, как я понимаю, тот самый знакомый, с которым ты сегодня ходила на свидание.
– Моё имя Максимилиан Штормовой, – представился Макс, протягивая ему ладонь. Эрки же посмотрел на парня сестры с откровенным недоверием, но руку его всё-таки пожал.
– Дмитрий Карский, – отозвался он. – Брат этой юной особы.
– Не такая уж я и юная, – фыркнула Мика. Она уже поняла, что скандала не будет, и заметно расслабилась.
– Юная, – безапелляционно бросил Эрки. Потом повернулся к Максу и предложил. – Заходите, Максимилиан. Угостим вас чаем. А заодно расскажете мне, кто вы, откуда, и насколько серьёзно относитесь к моей сестре.
– Эрки! – попыталась осадить его девушка. – Да мы знакомы второй день.
– Да? – иронично бросил её брат. – А целовались так, будто уже женаты. И вообще, малышка, иди-ка ты вскипяти чайник. А мы с твоим… знакомым пока посидим немного за домом. И включи там свет, пожалуйста.
Она смущённо посмотрела на Макса, но тот лишь кивнул и ободряюще ей улыбнулся. Мика всё-таки удалилась, а тот, кто представился Дмитрием, попросил Максима идти за ним и направился вглубь двора по узенькой дорожке, едва заметной в темноте.
– Вы курите, Макс? – спросил Эрки, усаживаясь на самодельную лавочку и доставая из пачки сигарету.
В этот момент над ними зажёгся свет, позволяя обоим мужчинам, наконец, рассмотреть друг друга.
– Когда-то курил, – признался Максим, глядя, как его собеседник ловко зажигает огонёк в зажигалке. – Теперь же если и курю, то очень редко. Или когда настроение особенно паршивое, или когда компания подходящая.
Эрки усмехнулся такому ответу и протянул ему пачку. Макс лишь понимающе хмыкнул, но сигарету всё же взял. А потом опустился на лавочку рядом с новым знакомым и с наслаждением втянул дым.
– Может, на «ты»? – предложил гость, поглядывая на хозяина дома.
– Давай, – согласился тот. – Тем более что тебе, как я понимаю, нравится Мика.
– Нравится, – согласился Максим. – Она… очень хорошая.
– Она – вся моя семья, – ровным тоном проговорил Эрки. – Поэтому, Макс, я не угрожаю, а просто хочу тебя предупредить… Если ты её обидишь – тебе очень не понравится то, что сделаю с тобой я.
– Я ей вреда не причиню, – ответил Максим, разглядывая сидящего рядом человека. И сам не зная зачем добавил. – И сделаю всё, что в моих силах, чтобы её защитить.
А вот эти слова Эрки воспринял с какой-то откровенной печалью. Он снова втянул в лёгкие дым и выпустил его медленной тонкой струйкой.
– Ты её почти не знаешь, – бросил Эркрит, поворачиваясь к Максиму. – Она только кажется тихой милой девочкой. На самом деле Мика та ещё зараза.
– Меня это не пугает, – улыбнулся Макс. – Поверь, Эрки… или правильнее Дима?
– Эрки, – махнул рукой тот.
– Так вот, Эрки, мне на самом деле очень нравится твоя сестра. И я скажу больше, со мной она в гораздо большей безопасности, чем даже с тобой.
Эти слова имели определённый подтекст, который с одной стороны показался Эркриту странным, но с другой – непонятным образом успокаивал. Вероятно, у нового знакомого Микаэльи имелись основания так говорить. Да и… Эрки рассмотрел в нём человека, способного за себя постоять. Об этом говорило многое: и движения, и уверенный взгляд, и собранность, с которой тот смотрел на своего собеседника.
– Макс, сколько тебе лет? – совершенно бестактно поинтересовался беловолосый. – Ты ведь намного старше Мики. Пусть и выглядишь максимум на двадцать четыре.
– Двадцать девять, – проговорил тот.
Эрки кивнул и снова вернулся к созерцанию звёзд.
– А как ты понял? – сам от себя не ожидая, спросил гость.
– Слишком ты спокойный. Каждое движение выверено, продумано, отшлифовано, – поделился с ним своими наблюдениями Эркрит. – А ещё могу сказать, что ты совершенно точно занимаешься каким-то видом спорта. Экстремального.
– Раньше занимался, – подтвердил Макс. – Горными лыжами и сноубордом.
Эрки улыбнулся и посмотрел на него даже с какой-то теплотой.
– Ни разу не встречал лыжника, – сказал он. – Хотя по миру меня немало покидало.
– Значит, я буду первым. Что ещё можешь обо мне сказать после пяти минут знакомства? – спросил Макс с улыбкой, за которой крылся шутливый вызов.
Эрки посмотрел на зажатую в его пальцах почти истлевшую сигарету и снова отвернулся к небу.
– Ну… ты парень обеспеченный. Тачка у тебя хорошая, дорогая. Но не твоя. Ты бы себе такую не купил. Мне почему-то кажется, что тебе бы больше подошёл внедорожник или кроссовер, – на несколько секунд он замолчал, что-то прикидывая в голове, а потом добавил. – Ты не работаешь. Но деньги у тебя есть. Причём, твои. Не похож ты на человека, который будет клянчить у кого-то.
– Я раньше работал. Мне за это неплохо платили, а тратить было некуда, – признался Макс. – Потом учиться отправился. И вот теперь вернулся.
– И кем же ты работал? – уточнил Эрки, которому было ну очень интересно, где можно хорошо зарабатывать и почти ничего не тратить.
– Иногда – инструктором по лыжам и сноуборду, – протянул Макс и тут же поспешил пояснить: – Для ВИП клиентов. Иногда выполнял поручения шефа. В общем, заниматься приходилось всяким.
– Ясно. – Эрки бросил окурок в пепельницу и поднялся, приглашая гостя пойти за ним. – Мика заждалась, наверное. Переживает. Боится, что наговорю тебе лишнего, и ты больше к ней не подойдёшь.
– Зря боится, – хмыкнул Макс, поднимаясь вслед за ним. – Я бы её всё равно не оставил. Она мне слишком нравится.
***
Когда Макс вошёл в квартиру Литсери, в ней находилось столько народу, что он поначалу даже удивился. Всё же, несмотря на всю свою внешнюю развязность, Лит терпеть не мог шумные компании, они его утомляли и мешали думать. Хотя и сегодняшнее сборище гостей сложно было назвать простыми посиделками. На самом деле оно куда больше походило на военный совет.
Макс знал всех присутствующих. С кем-то из них ему раньше приходилось работать, с кем-то он просто сталкивался на собраниях или в резиденции Эверио. Но стоило ему увидеть Окси, и в его голове мгновенно промелькнула догадка о причинах всего происходящего.
– Добрый вечер, – поздоровался он, останавливаясь в дверном проходе.
Лит одарил его недовольным взглядом и снова вернулся к тому, что был вынужден прервать, отвлекаясь на Максима. И как оказалось, он проводил последний инструктаж перед очередным заданием. Раздавал поручения, выслушивал возражения, предложения – одним словом, работал.
И всего через несколько минут нахождения в сей компании Максу стало ясно, какое именно дело планирует его друг. Да только от осознания этого ему вдруг стало по-настоящему тошно.
Ведь завтра все они собирались захлопнуть мышеловку для Эркрита. Для того самого беловолосого парня, который пару часов назад угощал его сигаретой, пригласил в свой дом, с чьей сестрой Макс провёл весь сегодняшний день.
– Итак… всем всё понятно? – спросил Лит, подводя итог обсуждению. Затем обвёл внимательным взглядом собравшихся в комнате подчинённых, коих в настоящее время перед ним сидело семеро, и, так и не дождавшись вопросов, продолжил. – Напоминаю ещё раз, старт завтра в шесть вчера. Эрни и Антон на позициях с четырёх. В пекло не лезть. Только страховать. Всем: держим связь. И без самодеятельности. Нашего огненного мальчика нужно доставить живым и, очень желательно, здоровым. Если будет необходимо применить силу – стрелять только по ногам и рукам. Но я всё же надеюсь, что обойдётся без этого.