Пари с наследником Земли

– А я такими новомодными штуками вообще пользоваться не умею, – пожаловалась женщина. – Мир с этими гадкими инопланетянами будто сошёл с ума! Далась им наша Земля?! Прилетели, устроили глобальный передел, заставили жить по новым правилам. Автобусы эти летающие придумали. Вот чем им наши обычные не нравились?!

И столько в её словах было искреннего возмущения, что я улыбнулась.

Да, Земля стала частью Союза Человеческих Рас всего каких-то четырнадцать лет назад. С тех пор на планете произошло немалое количество изменений. Увы, по уровню технического прогресса эта планета сильно уступала другим, но за прошедшие годы очень многое здесь стало иначе. Но если молодёжь принимала это с энтузиазмом, то представители старшего поколения не уставали ругаться на наместника и весь Союз.

Я не была коренной землянкой, в детстве жила совсем не здесь, потому ко всему происходящему вокруг относилась проще. А молодая столица оказалась идеально подходящим мне городом. Мы с ней будто дышали в унисон. Она строилась ‒ я училась в академии на финансового аналитика. Она разрасталась ‒ я пополняла свои знания и жизненный опыт. Она наполнялась новыми жителями, а я постепенно приобретала новых знакомых, приятелей и клиентов.

Кстати, именно на встречу с одним из них я сейчас и опаздывала. Конечно, уже написала ему, что немного задержусь, извинилась, но Василий Петрович ‒ мужчина серьёзный. Может теперь и вовсе отказаться от моих услуг. Он и так несколько раз уточнил, действительно ли у меня нет диплома. Уверена, если бы не рекомендация близкого друга, он никогда не обратился бы за консультацией к какой-то там студентке.

Когда, наконец, на остановку опустился наш транспорт, я помогла Марии Вячеславовне оплатить проезд браслетом-идентификатором, заняла свободное место в другом конце салона и уставилась в окно.

Вердетту можно было назвать городом контрастов. Её спроектировали так, чтобы разделить районы по функционалу и отодвинуть подальше друг от друга. Но так как город ещё строился, чтобы добраться от одного района до другого требовалось преодолеть пустырь в несколько десятков километров. Пешком точно дойти было бы проблематично. Хорошо хоть эршеры летали очень быстро по специально выделенным для них воздушным коридорам, потому путь до центра занимал не больше десяти минут.

В отличие от простенького спального района Л14, в котором я снимала квартиру в одной из новеньких тридцатиэтажек, центральный выглядел впечатляюще.

Здесь взгляду открывался настоящий деловой мир. Высоченные здания под двести этажей имели самую разную форму. А ещё между ними тянулись изогнутые переходы, через которые можно было попасть из одной башни в другую.

На общем фоне особенно выделялась резиденция наместника, прозванная в народе дворцом. Хотя на дворец из сказки это строение походило мало. Оно тоже было высоченным, но имело форму семигранника. Его спиралью опоясывало нечто, издалека похожее на стеклянную трубку. Из любопытства я как-то решила подойти совсем близко, и оказалось, что это было просто внешней закрытой лестницей.

Чуть в стороне от общего скопления высоток располагалось широкое длинное здание службы безопасности федерации. Оно имело зеленоватый оттенок и казалось монументальной глыбой, как, собственно, и само ведомство. Помимо этого, в центре находились парки, площади, торговые центры с уймой магазинов и ещё много всего. Мой же путь лежал в башню А23, представляющую собой простое очень высокое строение в форме буквы «Т». Именно там, в кафе на двадцатом этаже, меня ждал клиент.

Когда я вышла на нужной остановке, оказалось, что уже опоздала на семь минут. Не удивлюсь, если Василий Петрович уже ушёл. А это будет очень обидно, потому что через три дня у меня оплата за квартиру, а денег осталось совсем немного.

Мои каблуки громко цокали по новенькому тротуару. Узкая юбка до колен быстрому передвижению никак не способствовала, но я очень старалась идти максимально быстро. Лавировала между людьми, спешила как могла. Даже случайно зацепила двух женщин, медленно поднимающихся по ступенькам к главному входу. Пришлось останавливаться и извиняться.

Вот только когда уже мчалась по холлу здания, на меня вдруг кто-то налетел. Столкновение оказалось таким неожиданным и сильным, что я не удержалась и попросту грохнулась на пол. Упала, больно ударившись копчиком, локтями и затылком. От удара о мраморные плитки даже в глазах на пару мгновений потемнело. Показалось, что я рухнула прямиком в вакуум, да там и застряла.

Ох, лишь бы только не сотрясение. Ведь тогда точно работать не смогу!

– Аэста2, давайте помогу, – прозвучало совсем рядом.

Вместе с приятным мужским голосом в мою голову ворвались и остальные звуки, которые после падения казались словно приглушёнными. Я услышала чьи-то активные возмущения: кто-то кричал, что его не имеют права задерживать, требовал предъявить ордер на арест. Ему отвечали чуть тише, расслышать не получилось. Шаркали шаги, открывались и закрывались двери лифтов, чуть слышно пищали турникеты… а я так и лежала, глядя на высокий светло-серый потолок со множеством светильников.

И тут обзор заслонила чьё-то лицо.

– Вы как? – спросил светловолосый мужчина в чёрной кожаной куртке и принялся бесцеремонно ощупывать мою голову. – Вроде не разбили. Что-то болит? Врачей вызывать?

– Нет, – сказала, прочистив горло. – Думаю, всё в порядке. Но для начала не мешало бы подняться.

Он помог мне сесть, потом придержал за талию и поставил на ноги. Я тут же принялась поправлять тёмно-синюю юбку и пиджак, с облегчением убедилась, что каблуки целы и даже капрон чулок остался не повреждён. Судя по всему, при падении больше всего пострадала моя гордость, но это я как-нибудь переживу.

– Вы точно в порядке? – обратился ко мне стоящий рядом молодой мужчина.

Я подняла на него взгляд… и вздрогнула.

– Ты?! – выдала с искренним удивлением. – Серьёзно?!

Он нахмурился.

– Простите, но я не имею отношения к вашему падению, – блондин по-своему понял мои слова. – Всего лишь решил помочь.

– Нет, – я тряхнула головой и поспешила пояснить: – Ты разве меня не узнаёшь?

Он непонимающе прищурился. Задумчиво коснулся пальцем своего гладко выбритого подбородка и озадаченно поджал красиво очерченные губы.

– Не думаю, что мы уже встречались. Я бы вас точно запомнил. Возможно, вы меня с кем-то перепутали? – предположил мой старый знакомый незнакомец, а в его чёрных глазах появилась досада.

И тут до нас снова долетел чей-то возмущённый крик:

– Отпустите меня немедленно! Это произвол!

Я обернулась и узрела странную картину. Двое бравых охранников скрутили мужчину в сером деловом костюме и почему-то сейчас настороженно смотрели именно на нас.

– Простите, мне нужно идти. Работа, – вдруг извинился блондин.

На прощание он чуть смущённо мне улыбнулся и, развернувшись, решительно направился к охранникам. А там остановился перед задержанным, предъявил ему какую-то карточку-голограмму и что-то сказал. Несчастный мужик в костюме после его слов заметно поник и будто весь сжался, но хотя бы кричать на весь холл перестал. Я же вдруг вспомнила, что у меня вообще-то важная встреча, и поспешила к лифтам.

Отражение в зеркальной кабинке тонко намекнуло, что выгляжу я, прямо скажем, неважно. Мои непослушные рыжие волосы выбились из строгого пучка и теперь торчали во все стороны. Я давно собиралась обрезать их по плечи, но всё никак не могла решиться. Да и подруги в один голос твердили, что жалко стричь такую шикарную длину. Ага, им, конечно, просто говорить, а мне мучайся.

К моменту, когда створки лифта разошлись на двадцатом этаже, я успела только кое-как пригладить волосы и поправить воротник блузки. Благо хоть ехала одна, а то получилось бы неловко. Кафе «Меркурий» нашла легко. Можно сказать, оно было тут единственным. Но когда сообщила администратору, что у меня встреча с эстом3 Хлебниковым, та с сожалением ответила, что он ушёл.

Только теперь, растерянно глянув на экран коммуникатора, я увидела сообщение от клиента. Он писал, что не может тратить на безответственных девиц своё драгоценное время, которое ему очень дорого.

Конечно, я расстроилась, да ещё как. Ведь найти нового потенциального клиента ‒ это уже настоящий подвиг. Если бы у меня имелся диплом, то я просто бы разместила в Сети объявление или даже рекламу. И называлась бы гордо ‒ «финансовый консультант». А пока я просто девочка, которая даёт дельные советы по вложению денег и некоторым жизненным вопросам. Незнакомые люди доверяют мне не очень-то охотно. Зато те, кто на личном опыте убедился в эффективности моей помощи, часто обращаются повторно и советуют мои услуги своим друзьям.

Сколько себя помню, у меня всегда прекрасно получалось находить лучшие выходы из самых разных ситуаций. Но ярче всего я проявляла себя в планировании чего-либо. Вот тут логика с фантазией могли разгуляться по полной программе. И если в детстве это казалось просто забавным увлечением, то в старшей школе стало проявлять себя с более серьёзной стороны. К примеру, я безошибочно угадывала верные варианты в тестах, всегда знала, какой билет нужно тянуть на экзамене, чтобы ответить на отлично, да и вообще, как найти выход почти из любой ситуации.

Кто-то скажет – удача. Я же долго считала это обострённой интуицией. Ну а тётя знала наверняка, но поведала мне об этом только лет в пятнадцать. И оказалось, что так проявляет себя мой дар вероятника.

Тогда в нашей маленькой семье случился настоящий скандал. Я-то была уверена, что никакого дара у меня нет. Это подтверждали и документы с исследования, определяющего вид и уровень врождённых способностей. Его все дети Союза обязаны были проходить в десять лет. И вот, узнав, что, оказывается, имею самый настоящий дар, а значит могу отправиться учиться в специализированную школу или даже пансион, я пришла в восторг. Но тётя Эмма наотрез оказалась меня отпускать, запретила проходить повторное исследование. Кричала, плакала, умоляла. А потом рассказала правду… Хотя, лучше бы я никогда её не знала.

В общем, никуда я не поехала. Доучилась в своей школе, а дар развивала по добытым в общей Сети пособиям. После первого курса начала подрабатывать тем, что давала людям советы, куда стоит вкладывать деньги, а куда нет. Для этого мне нужно было увидеть самого человека, и узнать о его финансовых намерениях. Дальше дар срабатывал сам собой, а мне оставалось лишь правильно интерпретировать его реакции и придумать для клиента доводы в пользу указанного решения.

Эх, жаль, что Василий Петрович меня не дождался. Хотя, тут я сама виновата, слишком долго собиралась, понадеялась на общественный транспорт, пожадничала деньги на такси, и вот итог. Ни клиента, ни заработка, да ещё и копчик после падения болит. Только зря до центра проехалась.

И тут перед мысленным взором появилось лицо блондина, который помог мне подняться.

Вот уж точно, встреча года! Я узнала его почти сразу, странно, что он меня не вспомнил. Неужели тот эпизод был для него ничего не значащим? А ведь после того, как он нагло увёл меня из-под носа мэра, в нашем городке начались очень серьёзные проверки. Клуб, в котором я работала, закрыли, главу города отправили под суд, сменили почти весь аппарат управления и, по словам тёти Эммы, жить в нашем захолустье стало гораздо лучше.

А ещё двух тысяч саеров, которые блондин по имени Мик перевёл мне на счёт, хватило, чтобы перебраться в столицу, поступить в институт, оплатить первые два курса, снять квартиру и спокойно прожить год, почти ни в чём себе не отказывая. А потом я нашла работу и решила начать копить, чтобы вернуть тот долг. Да только пока едва наскребала на оплату питания, одежды и квартиры.

Так что даже хорошо, что Мик меня не узнал. Ведь если бы ему взбрело в голову потребовать возврата того долга, мне оказалось бы просто нечего ему ответить. Нет, я всё обязательно отдам, но только чуть позже.

Спустившись на первый этаж, я вышла из здания и вдохнула полной грудью. В воздухе пахло весной, жасмином и совсем немного выхлопными газами. Хорошо, что теперь с каждым годом старых добрых колёсных автомобилей становилось всё меньше, а их заменяли эрши ‒ летающие мобили обтекаемой формы. Конечно, стоили они в десятки раз дороже, но их цена точно была оправдана. Да и воздух они так сильно не загрязняли.

Сначала хотела сразу отправиться домой и заняться подготовкой к грядущему экзамену по экономике. Но потом вдруг поняла, что очень хочу пойти в центральный парк. Это точно было происками дара, он толкал меня туда целенаправленно. Будто давая ответ, что именно там я смогу получить возможность заработать денег для возврата долга. Возможно, встречусь с новым клиентом или наткнусь на Василия Петровича?

Вот только с этот раз логика с моим даром явно решили не договариваться. Этот порыв точно стоило проигнорировать, потому что спустя несколько минут неспешной прогулки я набрела на красивый пруд, а на лавочке под раскидистой ивой сидели два парня, одним из которых оказался мой старый знакомый незнакомец по имени Мик.

Глава 3. Приятели

Поворачивать назад было поздно, потому я честно попыталась пройти мимо. Опустила голову, сделала вид, что увлечённо копаюсь в коммуникаторе. Всеми силами старалась привлекать к себе как можно меньше внимания, а ещё от всей души пожалела, что не имею дара тени. Вот у тёти Эммы был такой, и когда она хотела, то могла стать совершенно незаметной для окружающих. Я, увы, так не умела.

Мне удалось миновать лавочку, где сидел Мик с другом, и даже пройти несколько метров дальше. Но не успела обрадоваться, как за спиной раздался окрик:

– Ангелия!

Услышав собственное имя, я замедлила шаг и обречённо выдохнула. Оборачиваться не хотелось, но всё равно пришлось. Вот только изобразить приветливую улыбку у меня вряд ли получилось, она точно выглядела натянутой.

– Привет ещё раз. Прости, что сразу не узнал, – проговорил идущий ко мне светловолосый парень.

Хотя, теперь ему куда больше подошло бы слово мужчина. За прошедшие два года он заметно возмужал, казалось, даже стал выше. Чуть отросшие светло-русые волосы показались мне немного растрёпанными, будто у Мика была привычка убирать их назад ото лба пятернёй.

– Удивительно, что вообще узнал, – ответила ему, пожав плечами. – Хотя я почти не изменилась.

– Не скажи, – покачал он головой, а взгляд его чёрных глаз прошёлся по моей фигуре и снова вернулся к лицу. – Выглядишь… интересно. Наверное, я потому тебя сразу не вспомнил, что даже представить не мог вот в таком строгом костюме. Тебе идёт этот стиль.

Я глянула на себя, поправила чуть завернувшийся край серого пиджака и снова посмотрел на Мика. В отличие от меня, он был одет в простую повседневную одежду: джинсы, футболка, кеды. В его образе выделялась разве что чёрная кожаная куртка с металлическими нашивками и декоративными клёпками.

– Спасибо, – ответила старому знакомому. И уже хотела сказать, что спешу, и уйти, но не успела.

– Ты давно в столице? – спросил Мик, будто бы с искренним интересом. – Как тебе город?

– Около двух лет, – сказала я. – В общем, почти сразу после нашей с тобой встречи перебралась сюда.

Ну вот, я сама ему напомнила про тот случай. Дальше делать вид, что я не помню о долге, было просто глупо.

– Те деньги, что ты мне тогда перевёл, оказались очень кстати. И я обязательно всё верну, как только заработаю, – проговорила, нервно сглотнув. – Хочешь, могу по частям возвращать? Сейчас у меня отложено около сотни. Я могу…

– Стоп, – он выставил перед собой ладонь. – Не надо так волноваться. Это всего лишь деньги.

– Огромные деньги, Мик, – покачала головой.

– В тот момент я не был ограничен в тратах и мог себе позволить многое. Потому давно забыл о той сумме. И ты забудь.

– Нет, – я гордо вскинула голову. – Мы договорились, что я всё тебе верну.

Мик тяжело и даже как-то обречённо вздохнул. Да и вообще смотрел на меня с таким видом, будто перед ним далеко не самая сообразительная личность.

– Ладно, Ангелия. Хорошо, я согласен, – смиренно произнёс он. – Вернёшь. Но можешь не спешить. Вот лет через десять, когда твёрдо встанешь на ноги, построишь карьеру, тебе будет куда проще отдать мне ту самую сумму. Кстати, сколько там было?

Великая вселенная! Он что и этого не помнит?

– Две тысячи сайеров, – сообщила ему.

Со стороны лавочки послышался смешок. А когда мы дружно повернулись на звук, то наткнулись на весёлый взгляд улыбающегося брюнета.

– А я говорил, Миха, что тебе категорически нельзя пить крепкий алкоголь, – покачал тот головой. – Мало того, что сразу геройствовать тянет, так ещё и деньгами начинаешь сорить направо и налево.

Мик вздохнул, но спорить не стал.

– Ангелия, это мой брат Андрей, – решил представить он нас друг другу. – Андрей, это Ангелия. Моя старая знакомая из… эм, не помню из какого города.

– Вот, даже этого не помнишь, – усмехнулся тот и перевёл взгляд на меня. – Очень приятно познакомиться, Ангелия. В отличие от Михи, я вас помню с прошлой встречи, хоть она и произошла мельком.

После этих слов я тоже его вспомнила. Они ведь были в том клубе вместе.

– И я вас помню, – мягко улыбнулась ему. – И тоже рада познакомиться.

Потом снова повернулась к Мику и спросила:

– А вот твоего имени я так и не знаю. Мик или Миха? Михаил?

Казалось, тот замялся, но почти сразу кивнул и с торжественным видом протянул мне руку:

– Михаил Вяткин, – представился он со странно озорным видом. – Можешь звать меня Мик. Кстати, предлагаю отметить наше немного запоздалое знакомство вкусной едой? Тут рядом отличная итальянская пиццерия.

Я ответила на его рукопожатие, а от приглашения решила вежливо отказаться, всё же мне было не по себе в их компании. Но всё снова пошло не по плану.

– Идите без меня, – глянув на экран коммуникатора, ответил Андрей. – Я Оле обещал приехать, как только освобожусь.

Мик многозначительно кивнул, а вот руку мою отпускать явно не собирался.

– Понимаю, друг, – сказал он. – Мчи к своей ненаглядной. А мы пойдём наслаждаться горячей пиццей.

И, поймав мой взгляд, спросил:

– Ты же не оставишь меня одного, Ангелия? И, предупреждая все возможные возражения, хочу сказать сразу: я угощаю.

Михаил смотрел на меня с таким тёплым озорством, что озвучить слова отказа попросту не повернулся язык. Этот человек в прошлый раз вытащил меня из поистине жуткой ситуации, и я просто не могла сейчас ответить ему чёрной неблагодарностью. В конце концов, мне давно хотелось пиццы, ну а подготовка к экзамену может немного подождать. Успею.

***

В пиццерии мы просидели довольно долго. Поначалу между нами ещё ощущалось напряжение. Точнее, оно присутствовало только с моей стороны. Мик же вёл себя так, будто мы с ним давние знакомые и закадычные приятели. Смотрел открыто, улыбался, расспрашивал, как устроилась в Вердетте, чем занимаюсь. Веселил меня историями из своей студенческой жизни. Правда, в отличие от меня, учился Мик на Даркаре. Эта планета Союза являлась чем-то вроде сосредоточения студенчества. Там располагалось очень много учебных заведений и исследовательских центров. Да только всё исключительно для тех, у кого имелся хоть какой-то дар.

Наверное, я бы тоже могла там учиться, но… не сложилось.

После пиццерии мы отправились гулять по набережной. Разговор теперь тёк легко и непринуждённо, будто мы на самом деле знали друг друга всю жизнь. Но когда я просила Мика, каким же талантом он обладает, тот заметно поник и отрицательно помотал головой.

– Никаким? – выдала удивлённо. – Но как ты тогда оказался на Даркаре?

– Каким-то всё же обладаю, – фыркнул Михаил. – Просто не хочу о нём говорить.

– Почему? – не поняла я. – Как по мне, любой человек, владеющий даром, должен им гордиться.

– Моим гордиться сложно, – отмахнулся он. – И давай закроем тему.

– Нет, – я даже остановилась. – Ты разбудил моё любопытство. Теперь пока всё не выясню, не успокоюсь. Может, ты владеешь телекинезом?

– Не угадала, – Мик скрестил руки на груди и посмотрел на меня со скепсисом. – И не угадаешь. Даже готов поспорить. У меня крайне редкий дар.

Весь вид Михаила говорил о его полной уверенности в провале моей затеи. А я приняла это как личный вызов.

– Давай я буду перечислять варианты и, если назову верный, то ты подтвердишь, – предложила, зеркально повторив его позу. – Только честно.

– Я вообще самый честный в человек во всём Союзе Человеческих Рас, – поспешил заверить он. – Даже интересно услышать твои предположения.

На самом деле видов дара было не так уж и много. Тут имелись в виду те, которые можно использовать на благо Союза.

– Эмпатия? – озвучила первый вариант. Мне показалось, что Мик похож на эмпата.

– Не-а.

– Тень?

– Нет, – он улыбнулся.

– Поисковик?

Отрицательно мотнул головой.

– Изобретатель?

– Неверно.

Тут я основательно задумалась. Это были основные самые главные виды дара, у которых имелось уйма подвидов. Хотя, существовали и такие, как мой. Которые существовали сами по себе и в общую классификацию не входили. Неужели Миша такой же, как я?

– Интуит? – назвала один из самых слабых даров. С таким даже в высшие учебные заведения не всегда брали, ограничиваясь только базовым образованием.

– Да не догадаешься ты, – рассмеялся Мик. – Он правда безумно редкий.

– Я не сдамся, – заявила решительно. – Может, навигатор?

– Нет.

– Менталист? – выдала воодушевлённо.

– Нет. Их не существует. Есть просто очень сильные эмпаты и телепаты.

Я нахмурилась.

– Вероятник? – озвучивая название своего дара я постаралась быть максимально спокойной.

– Слышал о таких как-то, – вдруг улыбнулся Мик. – Но лично ни разу не встречал. И у меня другой дар. На самом деле, Ангелия, у него даже названия нет. Потому что им обладают во всём союзе только человек пять.

– Ого, какой ты редкий экземпляр, – выдала я удивлённо.

– Ещё какой, – он изобразил самодовольную усмешку, а вот глаза оставались серьёзными. – Но я никому бы не пожелал хоть когда-то столкнуться с особенностями моего дара. Нет, от него, безусловно, есть польза. Но и вреда он может причинить немало.

– Ну хоть намекни, что ты можешь с этим даром делать? – не желала сдаваться я. – Или покажи… мелочь какую-нибудь.

Меня на самом деле распирало от любопытства. Почему-то показалось безумно важным выяснить хоть что-то об этой его особенности.

Мик задумался. Потом вдруг достал из кармана монету и, на пару мгновений зажал её в кулаке. А когда раскрыл, на его руке лежал металлический шар правильной формы. Несколько долгих секунд я ошарашено пялилась на эту круглую штуковину, не в силах поверить своим глазам. Слышала, конечно, что подобное возможно, но видеть воочию довелось впервые.

– Это называется энергетическое преобразование предметов, – спокойно пояснил Михаил. – В принципе, я любую неживую материю могу менять. С живой такое не прокатит.

С моих губ сорвался нервный смешок.

– Было бы круто, если бы ты умел живую менять, – проговорила, веселясь. – Стал бы самым известным в Союзе пластическим хирургом. Менял бы людям части тела по их желанию за пару минут.

– Пф, – отозвался Мик. – Вот уж спасибо, не надо. Лучше я продолжу работать, где работаю.

– А где ты, кстати, работаешь? – задала новый вопрос. – Ты и когда мы столкнулись сегодня сказал, что работа зовёт.

А он вздохнул и всё-таки признался:

– В полиции.

– Ого, а кем? – мне на самом деле было интересно говорить с ним и узнавать о нём больше.

– Да так. То тем, то тем, – ответил неопределённо. А заметив непонимание в моих глазах, пояснил: – Два месяца стажировался в группе быстрого реагирования. Потом перевели в следственный отдел младшим помощником младшего помощника. Недавно назначили на должность заместителя смотрителя архива. Это наискучнейшее занятие, поверь. Правда, иногда вызывают поучаствовать в задержании. Когда нужно сделать всё тихо, мирно и незаметно. Тут мы с Андрюхой отлично работаем в тандеме. Так что считай меня мальчиком на побегушках.