Ведьма. Без права на чувства

– Ушли, – выплюнул он раздражённо и, устало проведя пятернёй по волосам, сел рядом со мной.

– Справилась? – спросил у Кетти.

– Ага, – кивнула она. – Ну, и кто покусился на нашу Мегги?

– Они из Дайвиса. Мелкие сошки, но Лимта боятся. Им наверняка хорошо заплатили, если они рискнули пойти на дело без одобрения Корвина. Но теперь им нельзя возвращаться в столицу. Да и заказ не выполнили, а деньги там точно приличные.

– Думаешь, не остановятся? – Кетти нахмурилась и подобрала под себя ноги.

– Уверен. Только в следующий раз будут хитрее и осторожнее. И не пойдут на дело вдвоём, найдут подмогу. Сейчас в поезде их нет, спрыгнули или закрылись от поиска так, что даже я не могу обнаружить. Но наш план нужно менять.

Он резко повернулся и посмотрел на меня. Под этим взглядом я поёжилась и сильнее натянула на себя одеяло, не в силах представить, чего ещё можно ожидать от разозлённого Оникса.

Некоторое время он просто разглядывал моё лицо, а потом покачал головой, будто в мыслях окончательно признал меня никчёмной. Но ведь я говорила им, что мне есть чего опасаться. Они сами виноваты, раз не поверили.

– Кому ещё ты сообщила, что отправляешься в Ферсию? – холодным тоном спросил Оникс.

– Никому. Знали только отец, ваш Корвин Лимт, и вы. Папа даже маме не сказал. Все в моей семье уверены, что я уехала учиться в Харфис.

Оникс посмотрел на меня с сомнением, будто не поверил моим словам, но всё же кивнул.

– Возможно, у тех, кто решил тебя похитить, информация именно про Харфис, – озвучил он свои выводы. И, чуть помолчав, добавил: – Тогда ехать дальше нам точно нельзя. Сходим на ближайшей станции. Собирайтесь.

Куда? Как? Я же не смогу!

– Мегги не в состоянии идти, – с сомнением бросила Кетти.

– Понесу. Она лёгкая, – отмахнулся он. – И если ты уничтожила попавшую в её кровь заразу, то ей скоро станет легче.

– Всё у тебя просто, – усмехнулась блондинка.

– Собирайтесь, – повторил Оникс, вставая. – Пойду узнаю, когда следующая остановка, и посмотрю карту.

Когда он снова вышел, я попыталась сесть, но тут же без сил упала на подушку. От неё пахло… странно, но не скажу, что неприятно, совсем наоборот. Даже возникло странное желание уткнуться в неё носом, чтобы попытаться разобрать этот запах на составляющие. Но я сдержала этот непонятный порыв.

– Деспот, – пробурчала Кетти. – Но он прав. Лежи пока. Я сама твои вещи соберу. Всё брать не буду, нам, скорее всего, придётся идти через лес, Оникс потащит тебя, а я сумки. Так что чемодан лучше оставить. Скажи, там есть ценные вещи, которые точно нужно прихватить?

Сначала мне хотелось возмутиться, но вовремя проснулся здравый смысл. Сама я чемодан тащить не смогу, а у Кетти и Оникса свои вещи. В конце концов, там только платья и книги. Да, мне очень жаль их терять, но иного варианта, увы, нет.

Я объяснила Кетти, что важно забрать мой саквояж, а остальное попросила взять на её усмотрение. Девушка кивнула и вышла из купе, наложив на дверь заклинание тёмной магии. Правда, вернулась она довольно быстро, или это я успела задремать. Вместе с ней пришёл и Оникс.

– Остановка через час, – сообщил он. – Маленький посёлок в лесу. Там глухие места, зато от него всего сто двадцать километров до деревни, где нас будет ждать нужный человек. Попробуем разжиться транспортом.

Время до станции пролетело быстро. Кетти помогла мне одеться, выбрав самое простое и удобное из моих платьев. Обувалась я уже сама, да и косу тоже заплела самостоятельно. Силы потихоньку возвращались, но происходило это очень медленно. Как только поезд остановился, Оникс подхватил меня на руки и понёс к выходу. Свою большую сумку он повесил через плечо, а мой саквояж подхватила Кетти.

Когда мы вышли на перрон, состав сразу тронулся с места. Он постепенно набирал скорость, уносясь всё дальше по железной дороге. И только когда последний вагон скрылся из вида, я с полной ясностью осознала, что мы остались одни на забытой богами станции, да ещё и глубокой ночью. Вокруг простирался глухой тёмный лес. Лишь в стороне чернели крыши нескольких строений, а на крыльце одного из домов горел тусклый фонарик. Вот туда-то мы и направились.

– Обхвати меня за шею, – тихо и безразлично бросил Оникс. – Станет удобнее и тебе и мне.

– Это… слишком…

– Обхватывай, леди-недотрога, – бросил он с нотками раздражения. – Тут нет высшего общества, нет никого знакомого. Никто не узнает, что ты посмела обнять какого-то там безродного парня. Мы с Алексис никому не скажем.

– Алексис? Ты второй раз называешь её так. Это её настоящее имя? – проснулось во мне любопытство.

– Да, но ты называй её Кетти. Нам всем нужно привыкнуть к этим именам. Документы сделаны на них. И всё же обхвати меня за шею. Неудобно так нести.

Я не думала, что он ответит на мой вопрос, причём даже без недовольства. Для меня это стало с его стороны большим шагом навстречу. Наверное, потому я и решила сделать так, как он просил, и всё же завела руку за его шею. Оникс чуть перехватил меня, и теперь на самом деле стало намного удобнее, и мне, и ему.

– А тебя как зовут… по-настоящему? – вырвался у меня вопрос.

– Бран, – представился он, а его плотно сжатые губы тронула тень улыбки.

Как только он произнёс собственное имя, меня будто обдало волной лёгкого тепла, приятного и странно уютного. И в этот момент такой большой, сильный и опасный мужчина вдруг стал мне чуточку ближе.

«Бран», – повторила я мысленно.

– Это имя тебе идёт. Оно точно твоё, – проговорила я.

– Думаешь? – почему-то спросил он. – А то у меня были сомнения.

Издевается? Да, совершенно точно издевается. А ведь я пыталась наладить контакт. Поговорить нормально. Но, видимо, у кого-то в крови слишком много яда, и он просто не может не выплёскиваться хотя бы раз в пять минут.

Мы как раз дошли до того самого домика с фонарём, а на крыльце нас уже поджидал седовласый мужчина в серой форме железнодорожной службы. Судя по всему, именно он был смотрителем этой станции.

– Здравствуйте, – милым голоском поздоровалась с ним Кетти. – Подскажите, пожалуйста, как нам добраться до ближайшего посёлка, где мы сможем нанять машину. Невесте моего брата стало плохо. Мы слишком поздно выяснили, что она не переносит поезда. Именно поэтому нам пришлось сойти среди ночи в такой глуши.

«А Кетти, оказывается, умеет говорить вежливо», – пронеслась в моей голове первая мысль. Но тут я сообразила, что меня назвали «невестой её брата», и от этого отчего-то бросило в жар.

– А что с ней? – спросил седовласый, и его суровый взгляд заметно смягчился.

– Ей с первого часа становилось всё хуже. Мутит, готова кружится, – пояснила наша актриса. – Мы не сразу поняли, что это что-то вроде аналога морской болезни. Даже магия не помогает.

Смотритель усмехнулся в свои пышные усы.

– Так может, беременна ваша девочка? Уж больно симптомы похожи. Моя Сайна тоже, помню, в поездах ездить не могла, когда носила нашего старшего сына.

Я уже хотела возмутиться, но Оникс будто почувствовал моё намерение, крепче прижал меня к себе и ответил смотрителю сам.

– Каюсь, такое вполне возможно, – проговорил виновато. – Но у нас свадьба через неделю, и я ни за что не откажусь от моей любимой невесты. И буду очень рад, если она на самом деле ждёт нашего малыша.

Его слова повергли меня в шок. Да он ещё и говорил так искренне, с таким чувством, что прониклась даже я, хотя точно знала, что это неправда.

– Ох, ребятки, у меня всего одна свободная комната, да и та без мебели. Пустая. Могу дать вам пару одеял, постелите их на пол, – сказал он. – А утром мне нужно в Лужки. Это довольно большая деревня, и там вы найдёте, кто вас отвезёт дальше. Куда, кстати, путь держите?

– В Харфис, – ответил ему Оникс. – Большое спасибо за ваше предложение. С радостью его примем.

– Тогда давайте за мной, – махнул смотритель и направился к двери.

Домик на самом деле оказался небольшой. Состоял он из тесной кухоньки с дровяной печью, маленькой ванной и двух спален, в одной из которых совсем не было мебели. Кетти быстро расстелила на полу одно из шерстяных одеял, а Оникс уложил меня на него. Было твёрдо, но терпимо.

– Так, Кетти, спать будем по очереди, чтобы следить за состоянием моей дорогой невесты, – произнёс Бран. Кстати, это имя шло ему гораздо больше, чем Оникс.

– Согласна, – ответила та. – Ложись первый. У тебя была насыщенная ночь, а до рассвета еще несколько часов. Я, если честно, успела выспаться.

– Хорошо, – не стал он спорить.

Расстелил второе одеяло, лёг на него и, казалось, почти сразу погрузился в сон. Я же сильно сомневалась, что вообще смогу уснуть. Лишь стоило закрыть глаза, и перед глазами вставали ужасы этой ночи, поэтому я решила, что лучше буду держать их открытыми.

– Помочь уснуть? – спросила Кетти, сев под стеной у окна.

– Лучше не надо. Иначе кошмары мне обеспечены, – ответила я тихо. – Да и не смогу я спать. Слишком много мыслей в голове.

– Не думай о плохом. Сосредоточься на хорошем. На том, что приносит тебе покой и умиротворение. Вот для меня это звёздное небо и спокойное море.

Кажется, впервые с момента нашего знакомства её голос звучал так приветливо и дружелюбно. Наверное, поэтому я и попыталась прислушаться к её словам. Попробовала представить себе дом, родных, свою комнату, но это вызвало лишь глухую тоску в душе. Тогда вспомнила свой сад, где очень любила проводить вечера и втайне ото всех даже выращивала некоторые особые травы. Как же там они без меня теперь? Ведь садовник точно от них избавится. Он и раньше хотел, но я не разрешала.

Мыслям о саде удалось ненадолго закрыть пережитый страх, но вскоре он вернулся.

– Не получается, – сказала я Кетти.

– Я слышала, что такие, как ты, очень тесно связаны с силами природы. Попробуй представить лес или реку. Может, облака?

– Ладно.

И я на самом деле попыталась. Но, что удивительно, лишь стоило подумать о лесе, открыться этой мысли душой, и я будто бы нырнула в другую реальность. В ней вокруг росли высоченные сосны и пихты, пахло папоротником, мхом и прелыми листьями. Сквозь густые кроны пробивались редкие солнечные лучи, но этого света хватало, чтобы сделать пространство вокруг по-настоящему сказочным.

Эти мысли оказались настолько правильными и приятными, что я сама не заметила, как уснула. А снился мне всё тот же лес из моей фантазии. Я брела по широкой утоптанной тропинке, касалась деревьев, кустарников. Ловила их энергию и дарила взамен свою. Я шла вперёд, чувствуя себя на своём месте… и ощущала, что за мной идёт кто-то родной. Попробовала обернуться, но почему-то не смогла. И тогда решила попытаться почувствовать идущего позади. Потянулась к нему всей своей сутью… и проснулась.

Мы всё ещё были в той же комнатке, но в окно уже светило утреннее солнце. Вместо Оникса на соседнем одеяле спала Кетти, а вот самого парня нигде не было.

Я попыталась сесть. Двигалась медленно осторожно. Но, к собственному удивлению, чувствовала себя отдохнувшей и полной сил. После сна на твёрдом полу мышцы немного покалывало, но в остальном всё было в полном порядке. Мне даже удалось подняться на ноги и сделать это так тихо, что Кетти не пошевелилась. Я умею при необходимости ходить совершенно бесшумно, для этого мне просто достаточно захотеть, чтобы меня не услышали и не увидели. Это, кстати, тоже проявление ведьмовского дара.

Оникс и хозяин домика обнаружились на кухне. Они тихо беседовали за завтраком и, к счастью, пока совершенно меня не замечали.

– Рано ты жениться собрался, – сказал смотритель парню. – Ты ж совсем молодой. Сколько тебе?

– Двадцать три, – ответил Оникс. – Но я уже очень давно живу сам по себе. Так что не считайте меня зелёным юнцом.

– Да, видно по твоему взгляду, что жизнь помотала. Что ж, надеюсь, молодая жена принесёт покой твоей мятежной душе. Семья – это прекрасно. А если скоро ребятёнок появится, то совсем хорошо будет. Ещё сестру надо замуж отдать.

– Она у меня самостоятельная, сильная и своевольная. Боюсь, сложно ей будет найти мужика себе под стать, – доверительным тоном проговорил Оникс.

– Если захочет, найдёт, – со знающим видом ответил смотритель. – В этом мире всё создано гармонично. И на любую силу есть то, что способно её заглушить или хотя бы уравновесить. Вот ты тоже парень непростой, а невесту всё же нашёл.

– Это само собой получилось, – попытался отмахнуться Оникс.

– Нет, дорогой друг, ничего в этой жизни само собой не происходит. Не бывает случайностей. Всё для чего-то нужно. Уж поверь моему опыту. Это сейчас я смотрителем в глуши работаю, а раньше жизнь моя была очень насыщенной и непростой.

– В армии служили? – предположил Оникс.

– Поначалу да, потом… – смотритель вздохнул, – пришлось уйти. Но я быстро понял, что ничего толком не умею, только оружие в руках держать да тактику продумывать. Пошёл в наёмники. Охранником работал, грузы сопровождал. А когда заварушка в Ферсии началась, туда подался.

Мой липовый жених понимающе кивнул. И вдруг спросил:

– А в Ферсии что делали? На чьей стороне выступали?

И этот вопрос, по всей видимости, был для него важен. Я чувствовала, как всколыхнулась в нём магия, с каким нетерпением он ожидал ответа.

– Да всё так же грузы сопровождал. Но чаще помогал людям из страны уехать. Тогда многие бежали в нашу империю. Я через границу переводил, охранял. Кстати, за это очень даже прилично платили.

Оникс кивнул и сделал глоток чая из чашки. Я уже хотела пойти к ним, тоже попросить что-нибудь на завтрак, но вдруг хозяин домика как-то странно посмотрел на своего собеседника и спросил:

– Слушай, а у тебя случайно нет большого шрама на правой ноге ближе к бедру? Ты мне одного мальчонку напоминаешь. Мы с Китом, другом моим, того пацана в лесу нашли. У мальца рваная рана была на ноге, и вся голова в крови. Я, помню, сильно удивился, что мальчонка жив. Мы его тогда с собой прихватили, рану на ноге зашили, как могли, перевязали и уже в империи отвезли к доктору.

Мужчина усмехнулся своим воспоминаниям и добавил:

– Представляешь, я за прошедшие полтора десятка лет ни разу о том пацане не вспоминал, даже не знаю, удалось ли доктору его выходить. А сейчас тебя увидел и вспомнил. Так, может, это ты?

Оникс пожал плечами и отрицательно мотнул головой.

– Не я. Да и шрама у меня нет, – сказал он. Но, как бы ни пытался казаться невозмутимым и расслабленным, я всё равно поняла, что история про мальчика его взбудоражила.

– Жаль, – протянул смотритель и вернулся к завтраку.

– А сколько мальчишке тому лет было? – поинтересовался Оникс.

– Да кто ж его знает? – развёл руками старик. – Восемь, десять, может, больше.

– А где вы его нашли? – зачем-то спросил мой лже-жених.

– Так это ещё в Ферсии случилось. Недалеко от села рядом с границей. Тогда было проще этого бедолагу в империю отвезти, чем искать помощь на той стороне. Вот мы его и забрали. Хотя, наверное, надо было там оставить. Может, его бы свои обнаружили.

– Вряд ли, – бросил Оникс.

– Не скажи, – отрицательно помотал головой смотритель. – Малец был из аристократии. Грязный, в кровище, но ткань одежды дорогая, а пуговицы на куртке серебряные.

– Значит, и другие драгоценности имелись? Медальон? Перстень? – Оникса эта история, по-видимому, очень заинтересовала.

– Нет. Ничего такого. Может, он, и правда, деревенский. Просто нашёл где-то чемодан с одеждой пижонской. Тогда много богатеев бежало, бросая вещи перед границей. Наши стражи пропускали беженцев в империю только с одним чемоданом. Если больше, то требовали подтверждения принадлежности предметов.

– А как вас с бессознательным мальчиком через границу-то пропустили? – спросил Оникс.

– А я им сказал, что, если не пустят, оставлю его у них. И пусть сами бедолагу спасают.

– Понятно, – вздохнул Оникс.

Он вдруг резко повернул голову и посмотрел прямо на меня.

– Доброе утро, Мегги, – проговорил, окинув изучающим взглядом. – Как себя чувствуешь?

– Хорошо, спасибо, – ответила я и прошла к столу. – Доброго вам утра.

Сразу за мной из комнаты вышла Кетти, ну, а смотритель, будто опомнившись, наоборот, поднялся.

– Пойду машину проверю, – сказал он. – Не задерживайтесь. Жду на улице.

Он ушёл, а за столом повисла тишина. Оникс задумчиво смотрел в окно, глубоко погружённый в свои мысли. Кетти быстро ела бутерброды, да с таким аппетитом, будто неделю ходила голодной. Я тоже съела один, но осилила его с трудом. Пришлось заставлять себя, ведь ещё неизвестно, когда удастся подкрепиться в следующий раз. Зато чай выпила весь.

– Попробуем сегодня добраться до проводника, – нарушил тишину Оникс. – Нужно преодолеть сложную часть маршрута, пока стоит хорошая погода.

Кетти сделала ещё несколько бутербродов, завернула их в салфетку и сложила в сумку, после чего сообщила, что готова идти куда угодно. Глядя на эту её запасливость, я невольно улыбнулась и вдруг поняла, что мне очень повезло с сопровождающими. Странная мысль… особенно, если учесть, что ещё только вчера вечером моё мнение о них было прямо противоположным.