- -
- 100%
- +
Ситуации разные случаются, опять же обстоятельства там, или люди какие появляются рядом, или что-то совсем уж чувствует человек: нет больше сил, терпения, тошно, страшно; как бы так сделать, чтоб не видеть всё это, не слышать, не думать об этом, перестать «умирать» от необходимости этот страх таскать в себе и, опять же, от страха глаза как можно дальше отвести в сторону. И тут человек из школьного курса анекдотологии вспоминает про страуса, который голову удачно умел ввинчивать в пески.
Человек помнит: страус – птица большая, красивая, белая; шея у него длинная, позвонки на шее крепкие, и так легко и ловко он, страус, чуть только страшно, или, там, решение какое принимать надо, или (не дай Бог!) ответственность взять на себя и нести её куда-то, шеей, как штопором, действовать начинает, – голову в песочек быстренько и вкручивает. Ввинтился до влажной глубины почвы – хорошо, прохладно, ничего не видно, ни о чём думать не надо, скорее всего, всё это страшное-неприятное само как-то рассосётся или незаметно пронесётся, как на крыльях, мимо, а может, как ящерка, и пробежит-прошмыгнёт быстро по песочку.
Человек, конечно, помнит, что в анекдоте финал не очень приятный (и даже детям «до 18-ти» рассказывать нельзя, чтобы не поранить души юные): что-то там кто-то с этой птицей сделал, но всё-таки – это в анекдоте, а в жизни-то, может, и обойдётся. «Не хочу, не могу, боюсь до ужаса, терпения моего и сил нет на это смотреть…», и голову – бац! – в песочек-то ввинчивать шеей и начинает. Забрался поглубже, разные там слои песчаные и прочие рассматривает, жизнь почвенных микроорганизмов изучает, глаза постепенно к темноте привыкают, и чувствует этот страусообразный человек, что ему уже и приятно, и о страхах он забыл, не видно их, встречаться с ними не надо. И уже уверенность появляется в нём, сила какая-то внутренняя, комфорт душевный.
И тут начинается второе действие этого спектакля. Представьте себе: посреди песков эдакая геометрическая фигура возвышается, треугольник напоминающая. Проходящие-проезжающие смотрят-удивляются: что за сооружение, что за пустынно-парковая ландшафтная архитектура, что за новое слово в дизайне дикой природы?
А фигура так расположена, что отверстие самое дальнее как раз вверх – наружу-то – и выставлено, и там, где у треугольника вершина соединяет гипотенузу с катетом, углубление открывается. «А-а, – думает путник, – это такие урны стильные: в это отверстие надо окурки и мусор складывать, или, считают другие, плевательницы это такие, дикорастущие, и плюют туда или, извините, вместо писсуара используют». А некоторые, особенно впечатлительные и сексуально невоспитанные-невоздержанные граждане, норовят вообще к этой геометрической конструкции сзади пристроиться и, извините, удовольствие и радость для тела физического получить.
А что же наш страус в это время? От беззаботности и следа не осталось. Голова-то спряталась от страха, глаза не видят, – это хорошо, – а всё остальное тельце-таки наружу!
Если б не голова в песке:
а) автоматически смог бы наш страус увидеть приближающуюся опасность;
б) боевую позицию занять, типа клювом по клюву долбануть;
в) вообще, узнал бы, кто это намерен наброситься и так неуважительно обращаться с ним;
г) пропустим – у страуса позиция сейчас, и правда, г…;
д) да хотя бы убежать мог, ведь быстрее никто не бегает.
Убежать так быстро, что, обежав Землю, догнать сзади нападавшего и тюкнуть клювом. Или просто убежать и получить титул чемпиона по бегу, соответствующие лавры, призы и почёт с уважением, таким образом развить природой данный потенциал и уже в ранге чемпиона никого не бояться; но:
е) если бы только не эта неудачная геометрическая позиция, при которой голова с шеей штопором в землю ввинчены. Пока выкручивать будет, мусор-то уже и бросили, уже и плюнули, и т.д. А если какие-то слишком «горячие» граждане воспользуются, то и вообще не «выштопориться» назад, потому что движения одного физического тела, активно воздействующего в таком положении на другое физическое тело, создают дополнительное давление и углубление всей шеей вслед за головой в песок;
ж) тоже пропускаем, потому что полная ж… получается у страуса этого, а жжжаль…;
з) задумывается спрятавший от страха голову в песок страусище: и то, от чего он прятался, таким уже нестрашным и мелким, по сравнению с происходящим, представляется, что, откуда ни возьмись, силы приходят и он вырывается на свободу, отряхивается от песка и всего пережитого…
и) и, зализав раны, отковыляв в безопасное место, начинает анализировать происходящее и понимать, что если:
к) к страху повернуться лицом, – видно всё: кто, что, зачем и куда можно клювом…;
клюв пока не очень сильный, – просто крыльями похлопать, а то и улететь-убежать, или хотя бы узнать, – а зачем вообще приходило «это»? Лицом-то с клювом повернуться менее больно, чем ж… без клюва. Повернулся, грозно так прошипел: «Чего надо, мол, зачем явились?» А те, которых боялся, и сами перепугались, – мяться-мямлить начинают: «Да мы, вообще-то, сами не местные, бежали, чтобы Вам вопросы для контрольной работы предложить и тексты задач. А ответы Вы уж знаете…»;
л), м), н)…
у, ф) уф, и чего голову-то прятал, вовсе и не страх это был, а просто домашнее задание для подготовки к очередному уроку жизни.
Так, может, и в жизни человеческой – то, от чего убегаем, опасаясь, – очередная задача из учебника по конфликтологии: выучил, получил «отл.» и в следующий класс – отличником? И, может, этот страх сам ещё больше нас боится и вместе с нами прячется в землю. А мы ему: «Маска, я тебя знаю!»
Контрольные вопросы для продвинутых пользователей
1. Сколько раз в жизни Вам удавалось, засунув голову в песок, вытащить её обратно?
2. А сколько раз без отягчающих последствий?
3. А сколько случаев было в Вашей жизни, когда так и не удалось вынуть голову, убежать и Вас «использовали» не по назначению?
4. А были ли случаи, когда, применяя знания из школьного курса тригонометрии, Вам удавалось не оказаться в положении прямоугольного треугольника?
5. От чего у страусов и человека зависит глубина ввинчивания головы и шеи в песок?
6. Если страусу развить перископическое зрение, будет ему легче или нет?
7. С какой «страусиной» скоростью должен двигаться, по условиям задачи, наш «землекоп», чтобы, пробежав путь, увидеть свой страх с его тыла?
8. О чём тут вообще речь?
P.S. Я прочитала эту сказку одному образованному молодому человеку (сыну моему), и он сообщил мне: «А знаешь, на самом деле, страусы голову в песок не прячут». Но кое-кто по-прежнему считает, что «прячут-прячут» и иногда уподобляются этому персонажу из анекдота…
ЛЯГУШКА И МОЛОКО
Всем известна история про лягушку, попавшую в крынку с молоком и начавшую активно работать лапками. Вначале она сбила молоко в сливки, потом сливки – в сметану, а уж сметанка – практически сама – превратилась в брусочек маслица, и наша царевна-сепараторщица уперлась лапками в него, прыг…, вот она – свобода! А там уж и до родного болотца легко доскакать.
Оказавшись на знакомом листе кувшинки, наша героиня отдышалась, насладилась красотами родной стихии и задумалась: «Какой удивительный опыт я приобрела! Какое чудесное спасение! Как восхитительно вновь оказаться в любимом месте, вернуться к родным пенатам!»
Творчески переосмыслив случившееся, наша умница решила не скрывать полученный опыт и поделиться знаниями с «окружающей действительностью». «Что ещё может быть в нашем болоте более ценного, чем знание о том, как пережить кризис, как выбраться из крайне сложной ситуации и обратить ее себе на пользу?! Пожалуй, только денежки, которые можно получить, распространяя этот опыт». Сказано, то есть «проквакано», – сделано.
И вот уже появилась информация в болотной сети («Болнет», так называлось это средство общения в тамошних местах, причем, «Бол» – обозначало и «болото», и «болтовня») о том, что известная всем лягушка, чудом избежавшая гибели в невероятно опасной ситуации, готова поделиться особо ценной информацией. И тут же самый модный «Креативный центр болотного развития» организовал мастер-класс для болотистых VIP-ов с последующей пресс-конференцией.
В назначенный день в тину головастику негде было упасть – все ложи на трясине были заполнены желающими увидеть героиню собственными глазами, услышать собственными ушами и собственным ртом проквакать собственные вопросы. Например: «… является ли молоко агрессивной средой для лягушек, как влияет возраст и социальное положение лягушек на качество сбиваемого? Приведите, пожалуйста, расчеты по определению точки опоры для толчковой задней левой лапки» и т.п.
Приглашённая знаменитость обстоятельно отвечала на все вопросы, рисовала диаграммы и схемы, объясняя, что «ключевым моментом в подобных нестандартных ситуациях является именно новый взгляд на привычные вещи: оказавшись в неожиданных обстоятельствах, сделай все, что можешь, и, если ситуация не меняется, попробуй изменить свое отношение к ней. Можешь плыть в чем-либо – плыви, не получается плыть – прыгай! Не выпрыгивается – формируй точку опоры и, отталкиваясь, взлетай выше, освобождаясь от плена стереотипов. Изменяя отношение к ситуации, получишь неожиданное изменение обстоятельств».
Особенно активные слушатели из лягушечьей бизнес-элиты решили обсудить возможности реализации – в дальнейшем – масляных брикетов как квинтэссенции опыта и результата изменения агрегатного состояния окружающей среды. Кое-кто начал подсчитывать возможные барыши от организации поставок масла на соседние болота и даже варианты размещения рекламы в озерных и речных районах. Быстренько представители пиаркомпании придумали слоган: «Наши лапки способны творить чудеса!»
После пресс-конференции руководство болота издало постановление об обязательном внедрении опыта нашей первооткрывательницы на всех болотных кочках под девизом: «Шевелите ластами (ой, извините!) лапками!»
В общем, работа по изменению коллективного болотного сознания приняла рамки государственной кампании и пошла вширь, ввысь. Автор метода издала несколько книг о своем открытии. Серия называлась: «Я и молоко. Опыты удержания равновесия в экстремальных ситуациях». К изданию предлагался компакт-диск «Учебное пособие. Уровень когерентности отдельных представителей лягушачьих в нестандартном формате». Со схемами, математическими выкладками и комментариями известных ученых.
Начал издаваться журнал: «Новое – в возможностях лягушек». Для спецконтингента был разработан спецкурс – «Тем, у кого толчковая – правая».
Посыпались со всех сторон гранты. Книги издавались огромными тиражами, и даже появилось предложение о выдвижении автора на соискание одной очень престижной мировой премии. На многих кочках были созданы школы для последователей легендарной первооткрывательницы.
Однако стали поднимать голову оппоненты, конкуренты и просто малосознательные завистливые лягушонки. Они кричали: «Да что тут новаторского и героического? Подумаешь, мы и сами можем – не хуже ваших – открыть „школы”!» И появились обучающие центры: «Взбей себя сам!», «Точка опоры – своими лапками в любой среде». Активисты этого движения выдавали себя за последователей легендарной Лягушки и, разъезжая по окрестным камышовым зарослям, привлекали внимание еще не охваченных новым опытом лягух.
И вот, по велению Судьбы, слушательница одной из таких отдаленных самодеятельных школ оказалась в ведре с водой, зачерпнутой человеком для каких-то своих дел. Неофитка довольно быстро вспомнила всё, чему её обучали, и поняла: «Вот он – мой звездный час! Я также могу прославиться, я открою что-то новое, и все, ква-а– ахнут!»
Лапки ее замелькали в воде с невероятной частотой (ученицей она действительно была усердной). Тучи брызг стояли над ведром. Лягушка пробовала разные способы отталкивания, темп то ускорялся, то замедлялся. Но главное, – она старалась соблюдать правило, которому ее научили «собиратели сливок с чужих открытий»: «Важнее всего – двигаться, а масло собьётся само!»
Что-то в этих водяных брызгах отдалённо было похоже на ее родное болото… Она припомнила, как раньше, на знакомой кочке легко выпрыгивала вместе с подругами из воды, садилась на лист прекрасной кувшинки и с удовольствием грелась на солнышке, ожидая, что рядом с ней упадет стрела Ивана-царевича.
Но эти картинки собственных возможностей быстро исчезли, и она вспомнила основной завет новоявленных «взбивателей»: «Шевели лапками и сбивай масло!» Но чем больше старалась «зеленокожая», тем меньше сил оставалось у нее. Она пробовала менять лапки, угол отталкивания, скорость движения, но при этом только теряла силы и, в какой-то момент, обездвиженная, пошла ко дну.
Хозяин ведра, увидев на дне лягушку, выплеснул воду со словами: «Заставь дурака Богу молиться, он и лоб пробьет…!»
А жаль, такая интересная история могла бы получиться…
Контрольные вопросы для продвинутых пользователей
1. А если бы легла на воду, подставила пузцо солнышку, почесала лапкой за ухом и вспомнила, что H2O – родная стихия и не нужны никакие лишние усилия, а необходимо, отдышавшись от страха, просто выпрыгнуть – и домой, домой… К листу кувшинки, ждать стрелу вышеупомянутого Ивана… Был бы толк, а?!
2. А приходилось Вам оказываться в какой-нибудь из ролей? Понравилось?
3. А есть дождавшиеся Ивана-ц.?
4. А есть Иваны-царевичи, нашедшие свою «зеленокожую» с помощью стрелы, выпущенной из лука?
5. А шкурку она потом сняла или все также квакает на рассвете и закате, да ловит комаров?
6. А есть те, кто, передав свой успешный опыт желающим, увидели положительные результаты у ищущих?
7. А есть те, кто зачерпывал ведром воду, а там… (см. выше и выше)
8. А воспользовавшиеся чужими уроками и изменившие свою жизнь до состояния спасения, есть?
Ну и слава Богу!
А вы говорите: «Лягушки, лягушки…».
Октябрь 2007 г.
P.S. Написала я это все и на своих творческих вечерах стала читать среди прочих других прозаических проз. Эффект был потрясающий. Народ радостно веселился. Было похоже, что никто не ассоциировал себя с этой незадачливой лягухой. Но всем очень нравился сюжет. Даже приходилось читать на бис. Прошел год, и грянул всем известный кризис 2008 года. Мне стали поступать звонки: «Слушай, а ты знала, что будет кризис, когда писала об этом?» Я отвечала, что про это мне никто не сообщал и никто не уведомлял заранее, но, вообще-то, кризисы в жизни – явление циклическое, периодически возникающее. Кризис – это повод к развитию, преобразованию и замене старых, неэффективных программ на новые, конструктивные, созидательные. А умение решать трудные жизненные задачи – залог гармоничной, счастливой жизни. Что я писала, имея в виду многие ситуации, которые можно озаглавить так: «Что делать, когда знания есть, а ни толку, ни радости от них нет». Я записала историю про лягушку на диск, и эта запись успешно продавалась.
Через год эта притча появилась на страницах рижского журнала «Лилит». Я имела огромную почту.
Прошло несколько лет, и разговоры о новом кризисе идут во всю. Один мой недавний знакомый, прочитав про «лягушку…», удивленно спросил, слово в слово повторяя вопросы, которые мне задавали несколько лет тому назад: «Слушайте, а откуда Вы знали, что ожидается новый мировой экономический кризис, когда писали об этом?»…
СВИНКИ НЕ ВИНОВАТЫ
Всем известно выражение «Не мечите бисер перед свиньями». Это стало чем-то вроде народной поговорки. И смысл ее многим – я уверена – известен. Надо только добавить, что это – лишь часть фразы из Евангелия: «не мечите бисера вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и обратившись, не растерзали вас».
Чаще всего это произносится с негативным оттенком по отношению к свиньям: «Ах, они, какие-сякие – ничего не понимают в такой „тонкой материи”, как бисер. То есть, не дано им, свиньям, заметить-понять расцветки-переливы, изящество, хрупкость и красоту крохотных стеклянных бусинок. Мало того, что они абсолютно ничего в этом не смыслят, так ещё рылом своим, да копытцами всё в навоз и грязь утопчут. Утоптавши, с пойлом перемешают. И, наевшись, свинки повалятся прямо в эту же грязь. А развалившись свинской тушей на полу сарая или просто в луже у забора, радостно похрюкивать да повизгивать начнут. И, конечно, будут «чухаться», почесывая о грязь с бисером свою толстую щетинистую шкуру. Чтобы вычесать насекомых. Бисер в этом случае очень кстати. В качестве скраба. Лучше чешется! Абразивность повышается у грязи. Лучше чешется и веселее хрюкается. И вообще, симпатично: бисер – в луже. Необычно! «Ох, какие они свинские, эти свиньи! – в сердцах воскликнет кто-то. – Как они приземлённы, как необразованы и ограничены! Как неспособны понять и оценить что-то прекрасное, важное, значимое, – то, что изменяет жизнь к лучшему!»
Они, свиньи, именно такие. (Хотя некоторые специалисты в области животноводства утверждают, что свинья – одно из самых чистоплотных животных.) Не в смысле – «чисто» плотные, «в натуре» (а может быть, и в смысле). Если бы были другие, то речь наша шла бы о каких-то совершенно иных существах. Чего ж от них хотеть? Чего же взять со свинок? Они – таковы! Бесполезно и вредно их переделывать. Вот такие, какие есть.
А что вы думаете по поводу тех, кто этот самый бисер перед «хавроньями» мечет? Тех, кто, зная, что эти копытные живут там, где живут, хрюкают, как могут, и большего от них требовать нельзя, драгоценные бусины продолжает рассыпать? А «животинок» критикует нещадно, сбрасывая на них всю ответственность. Только представьте себе этого правообладателя… Вследствие различных обстоятельств своей жизни он получил некоторое богатство. Унаследовал, выиграл, нашёл, купил. А может быть, даже получил в дар, или, там, по обмену…
Возможно, ему известна ценность полученного и «желательность» для многих того, чём он владеет. Допустим, что хозяин даже осознаёт полезность «этого» и для него самого, и для многих других.
Однако в силу отсутствия навыков использования для себя сего «предмета» бисер лежит мертвым грузом у человека. Или это происходит от нежелания развивать какие-то способности, а может быть, просто лень трудиться, прилагать усилия?
А ведь какие «художественные» или «высокохудожественные» произведения из этого драгоценного материала можно сотворить – залюбуешься!
Будучи прилежной ученицей в Школе историка моды Александра Васильева (о чём свидетельствуют дипломы на французском языке), я открыла его книгу «Этюды о моде и стиле» и обнаружила интереснейшую информацию… Оказывается, пришедший из Венеции, с острова Мурано, в 15–16 веках, бисер стал «хитом» в декорировании аксессуаров. Еще в эпоху Людовика XIV во Франции мелким бисером расписывались вещи – женские туфли, мешочки, шкатулки для карт, игольницы и даже пудреницы. В России бисером отделывали кокошники и кички, девичьи накосники.
С наполеоновских времен в моду входит граненый богемский бисер, составивший конкуренцию круглому, венецианскому, затем появился металлический бисер. Можно сказать, что и весь 20 век «шёл в ногу» с бисером! Но триумфом бисерной моды стал период, когда господство заняли два стиля – модерн и арт-деко – в конце 19 – начале 20 веков. Без бисерного рукоделия, перешедшего в профессиональное ремесло больших парижских Домов Моды, невозможно представить Серебряный век1.
А если эти сокровища невостребованы, в силу каких-то причин, бусины пылятся, теряются. А ведь нанизанные на нить или плотную леску они могут превратиться в изумительные украшения. Украшения материальные или украшения нашего разума, нашей деятельности. Бусинки-сферы – это и волшебные «молекулы» новых сияющих знаний, и таинственные кристаллики личного опыта!
Но поглядывает время от времени собственник сокровища на эту красоту, вздыхает, машет рукой… И однажды, то ли из желания поделиться, похвастать, то ли просто по недомыслию или тщеславию, начинает демонстрировать всем и каждому, какие великолепные запасы «бисера» у него имеются. Ну зачем ему это, скажите на милость?! Ввести в искушение зависти и раздражения? (Небезопасное это занятие.) Вообще разбрасывает направо и налево «уникальные творения». Не задумываясь о последствиях. Видать, гордынечка всё ж таки проявляет свои «физиономию и нрав».
Вместо того, чтобы самому изготовить произведение искусства для украшения себя любимого да «принарядиться», начинает рассказывать, какой у него есть замечательный набор бисера. Или, демонстрируя его, где попало рассыпает. То ли нечаянно, то ли небрежно, но в любом случае – бездумно и безответственно… И даже – перед свинками…
А уж свинки… (см. начало повествования)!
И кто тут за что отвечает?
Контрольные вопросы для продвинутых пользователей
1. У Вас лично «бисер» имеется какой-нибудь в пользовании?
2. Как с ним обращаетесь?
3. А разбрасывать, в смысле «метать», приходилось?
4. А результаты? Сильно грязью вас…?
5. А очень сердились на свинок-то?
6. А как сами свинки, сердились на Вас?
7. А что делали Вы потом?
8. А я вот на курсы «бисероплетения» пошла, а то недавно услышала, что «достала» уже с «бисером» своим… И ещё хрюкнули вслед…
P.S. Я сначала огорчилась. А потом поняла: ключевое слово здесь – «достала». В прямом смысле. Значит, всё-таки нашла «дырочку» в голове, через которую «зёрнышко» попало.
В своё время прорастёт. Я тоже не сразу «дошла» до этого. Однако с «бисером» теперь обращаюсь аккуратно.
Сентябрь 2010 г.
СВИНКИ НЕ ВИНОВАТЫ – 2,
ИЛИ ЭЗОП И ТЕХНИКА БЕЗОПАСНОСТИ
Размышляя на тему «бисера», перечитала я легендарные записки «О Ксанфе-философе и Эзопе, его рабе». Думается мне, что вы помните суть истории о жизни древнегреческого баснописца, творения которого – спустя века – «оживили» француз Жан де Лафонтен и русский классик Иван Андреевич Крылов.
Эзоп, отличавшийся блестящим умом, находчивостью, точностью образов, гениальным чувством юмора и изумительным литературным даром, был рабом и жил, как известно, в античной Греции. Благодаря таланту, смелости и, главное, своему «острому языку» Эзоп прославился на всю страну. Молва о его удивительных притчах и баснях летела впереди нашего героя. Со временем его хозяин, восхищённый уникальными способностями любимого раба, дал ему вольную. Эзоп стал свободным гражданином. Он разъезжал по всей Греции, бывал в других странах, общался с царями, и везде его выступления сопровождал невероятный успех. Баснописец разбогател, стал жить с комфортом и уже не думал о куске хлеба и крыше над головой. Его особенно радовало, когда меткое слово, точный образ, хорошая шутка достигали своей цели. А слушатели, смеясь над чем-то в своей жизни, изменяли взгляд на происходящее. Люди начинали понимать и осознавать то, чему не придавали значения, на что не обращали внимания. На то, что раньше не было высвечено, а, следовательно, пребывало во тьме. Можно с уверенностью сказать, что Эзоп нёс людям луч света. Как, впрочем, несёт и до сих пор, подвигая баснями своими к размышлениям о «природе вещей». Гармоничная простота объясняемых явлений как нельзя лучше характеризовала античную эпоху Просвещения.
В путешествиях своих по разным странам и городам Эзоп – почитаемый и прославленный – оказался в Дельфах. Решил он и там показать свою мудрость и учёность. Решить-то он решил, и показать ему было что – мудрость с учёностью, но забыл наш герой либо о бдительности, либо о технике безопасности. То ли гордыня нос наружу высунула, то ли впал в искушение славой и перестал видеть себя со стороны. То ли какая другая, неведомая нам «античная» причина… Последствия такого «невидения» привели к печальному финалу.