Чужой мир

Глава 1

- Опять шкурки?!- тучный торговец недовольно скривился и, протянув пухлую ладонь, увенчанную пальцами-сосисками, небрежно ткнул в связку шкурок голенастых сусликов, которую Скип выложил на прилавок.- Сколько раз тебе говорить – не надо их больше! У меня уже весь склад забит твоими шкурками. Девать уже некуда!

- Хорошо!- невозмутимо пожал плечами Скип и протянул руку к связке, демонстрируя готовность забрать товар.

- Ладно!- несколько поспешно, чтобы это выглядело полностью убедительным буркнул Шримдгар, одновременно придавливая связку шкурок к прилавку толстой ладонью.- Полтора серебряных. И только из-за моего к тебе расположения Скип. А то бы и даром не взял!

- Пять,- спокойно бросил посетитель лавки.

- Да ты сумасшедший что ли?!- торговец патетически воздел вверх пухлые руки.- Я же тебе сказал, что у меня уже весь склад завален этими шкурками. Класть некуда!

Скип искривил губы в холодной усмешке и негромко повторил:

- Пять,- потом сделал паузу и добавил:- Или я разворачиваюсь и иду к Дашуманешу.

К Дашуманешу?! К этому сыну змеи и собаки приползшему в Цветок пустыни и Небо на земле, Великий и Прекрасный, Благословенный водой Назиронодаримахинаропозиранам, чтобы отравлять его воздух своим зловонным дыханием? Да как у тебя только язык повернулся сказать подобное в моей лавке?!!- взревел Шримдгар. И тут же добавил почти спокойно:- Четыре серебряных.

- Пять.

- Четыре!- вновь повысил голос лавочник. Но тут же поспешно уточнил:- И ещё на один наберёшь в моей лавке нужного,- после чего жёстко закончил:- Другого предложения не будет. Не согласен – иди к Дашуманешу.

Скип помолчал несколько секунд, потом вздохнул и коротко кивнул. Так-то у Шримдгара цены были заметно повыше, чем в других лавках, поэтому озвученное им предложение было с подвохом, но то, что землянин планировал купить после того, как продаст трофеи прошедшей охоты – во всех лавках стоило одинаково. Таково было требование местной гильдии алхимиков…

Прыжок через нестабильный портал дался ему тяжело – в глазах троилось, в ушах шумело, желудок выворачивало наизнанку, руки-ноги тряслись. Больше всего его состояние было похоже на то, как будто его пожевали, попытались проглотить, но не сумели и выблевали обратно. Но он был жив. Не под ударами. И не в окружении тварей. И это было самое главное.

Впрочем, новый мир тоже оказался не слишком-то гостеприимным. Не успел он хотя бы чуть-чуть оклематься, как его вздёрнули на колени и грубо завели руки назад. Ну попытались… Это была не Земля, так что земные потолки характеристик здесь не действовали точно так же, как и на Стршансрахше. Так что пока до Скипа не дошло что именно с ним пытается сделать парочка дюжих вонючих мужиков весьма звероватого вида – у них ничего не получилась. А когда дошло… ну, он решил не сопротивляться. Конечно, неприятно, когда тебя вот так сразу «винтят», но с другой стороны – это ж отличный шанс разобраться куда попал и как здесь всё устроено. Хотя бы в первом приближении… Отлично же получилось – только вывалился из портала – и сразу же получил контакт с местными, которые, к тому же, внешне выглядят практически как люди. И владеют речью. Вон как переругиваются, пыхтя и потея… А что он языка не знает – так это не беда! Со ста шестьюдесятью единицами в интеллекте что-то понимать он начнёт уже к вечеру. А ещё через день потихоньку и общение пойдёт. Неуклюже, на ломаном, но пойдёт… Что же касается того, что его пленили – так это не беда. С его силой мало какие оковы способны его удержать. Нет, такие есть – кандалы из «адамантия» с наложенными заклинаниями вполне способны удержать даже «адского топтуна», а уж его-то… Но вряд ли кто-то будет надевать такую дорогую и редкую вещь на потрёпанного мужика, на задержание которого отправили всего парочку провонявших потом стражников четырнадцатого уровня. Особенно если они выполнят задачу и успешно «упакуют» объект.

Так оно и вышло – Скипа связали обычными верёвками и, перекинув через седло массивного животного, напоминавшего двугорбого… эм… нет, скорее, всё-таки, полуторагорбого верблюда, ну если попытаться описать это животное максимально точно… накинули поверх головы плащ или попону и ходкой рысью куда-то повезли. Не слишком далеко. Потому что уже минуты через три до его слуха донёсся звон колокольцев, приглушённый стук копыт, пофыркивание и приглушённый гомон голосов. А потом его грубо скинули землю, от чего попона слетела, и перед глазами землянина предстала грубая арба на больших сплошных каменных колёсах, на которой была установлена массивная деревянная клетка из толстых брусьев, оббитая по углам толстыми даже не уголками, а настоящими кусками железа и накрытая сверху серой, грубой тканью. Вероятно, для того, чтобы её содержимое не сдохло от солнца… ну или как тут называется местное светило.

Один из двух стражников, который и вёз Скипа на своём верблюде, спрыгнул с седла и, сделав два шага, поднёс руку к массивному деревянному засову, тот… щёлкнул, а затем чуть сдвинулся. Автоматика? Тут?! Или это магия? Между тем стражник ухватил засов двумя руками и, рявкнув что-то внутрь клетки, с натугой выдвинул его, следующим движением распахнув дверь клетки. После чего развернулся к валявшемуся на песке Скипу и рявкнул уже на него, мотнув подбородком в сторону клетки. Иди, мол, не задерживай! Скип медленно, опираясь на землю плечом и локтем, поднялся, попутно осторожно оглядываясь по сторонам.

Это был караван. Прям классический. Как на картинках из интернета про средние века в странах Ближнего Востока. Ну как в диснеевском «Алладине» – арабская но-о-очь, волшебный восток… Причём, караван был довольно большой – навскидку человек на семьдесят. С соответствующим количеством вьючных и упряжных животных, из которых более-менее похожими на что-то земное были только эти самые полуторагорбые верблюды. А вот люди были похожи. Даже очень. Такие типичные арабоевреи вполне узнаваемого семитского типа.

На него, естественно, пялились. Но не все. И даже не половина. Из этого можно было сделать вывод, что вот такое появление людей из случайных порталов не было для местных чем-то необычным… Наибольший интерес демонстрировала группка из нескольких человек в явно богатых одеждах, но от них так сквозило высокомерием, что обращаться к ним Скип не рискнул. Тем более – как? Языка-то он пока не знал… В этот момент ему прилетело. По заднице. Ногой. А затем стражник снова что-то прорычал. Землянин криво усмехнулся и неуклюже полез в клетку. Именно в ней он и въехал в Цветок пустыни и Небо на земле, Великий и Прекрасный, Благословенный водой Назиронодаримахинаропозиранам…

- Ну так что будешь брать?- требовательно произнёс Шримдгар ловко убрав с прилавка связки шкурок.

- Я ещё не вижу своего серебра,- спокойно ответил Скип. Лавочник пренебрежительно взмахнул рукой.

- Разберёмся. Ты же не на один серебряный будешь закупаться?

Землянин молча качнул головой.

- Ну и вот – по итогам и рассчитаемся кто кому сколько останется должен,- удовлетворённо кивнул сам себе хозяин лавки. Скип окинул его насмешливым взглядом и молча полез в кошель. Хотя серебро хранилось не там. А в «инвентаре». Но в городах Великой пустыни подобный навык был редкостью. Им обладали только наиболее богатые и знатные. Причём, размеры их инвентарей по большей части не превышали семи или, максимум, пятнадцати литров. То есть этот навык здесь использовался больше для понта, чем по реальной необходимости. Ну, если судить по тому, что слышал Скип… А также воры. Причём лишь самые искусные и опытные. Потому что, как выяснилось, залезть в инвентарь и что-нибудь там спереть мог только обладатель «инвентаря»… Нет, далеко не каждый. Кража из «инвентаря» была настоящим искусством, которое требовало освоения нескольких весьма сложных навыков и заклинаний, каковые, к тому же, необходимо было ещё и соответствующим образом прокачать. Плюс, даже в этом случае, ранг «инвентаря» у вора должен был быть хотя бы на одну ступень выше, чем у того, к кому он собирается забраться. Так что Скипу со своим десятым уровнем «инвентаря» бояться тут было совершенно нечего. Потому что предельным уровнем этого навыка был именно десятый. То есть вора, обладающего уровнем инвентаря на одну ступень выше, чем у него – в принципе не могло существовать… Так что светить факт наличия у него «инвентаря» землянин не собирался. Уж слишком много вопросов это породило бы. Он-то в Большом колодце, как в обиходе называли Цветок пустыни и Небо на земле, Великий и Прекрасный, Благословенный водой Назиронодаримахинаропозиранам (уф, язык сломать можно пока выговоришь), числился за полунищего охотника на мелких тварей Великой пустыни. А у таких просто по определению не может быть навыка «инвентарь». Никаким образом. Поэтому приходилось таскать кошель с завязками, изображая, что медь и серебро достаются из него. Впрочем, золота он пока, вроде как, не заработал.

- Вот,- коротко произнёс Скип. Лавочник нахмурился.

- Что?- недовольно произнёс он.

- Шесть серебра. Плюс пять, что ты должен мне за шкурки. Всего одиннадцать.

- И что?- снова повторил Шримдгар поджав губы. Хотя на самом деле он уже давно всё понял…

Первую ночь в Цветке пустыни и Небо на земле, Великом и Прекрасном, Благословенном водой Назиронодаримахинаропозиранаме землянин провёл в зиндане. Ну, то есть, как это место там называлось на местном он тогда не знал, но на Земле, яма в земле, накрытая сверху решёткой, называлась именно «зинданом». Вот Скип и не стал заморачиваться… Но это было даже хорошо. Потому что, если бы его отправили в рабские ямы – было бы гораздо хуже. Однако, Скип узнал про это заметно позже. Когда уже относительно прилично освоил язык и собрал информацию о том, как устроен мир вокруг и жизнь в Большом колодце. А тогда… тогда он просто собирал информацию. Всю, которая была доступна. Ну насколько это было возможно без знания языка.

В зиндане его сразу же попытались ограбить. Вот прям с налёта. Едва только стражники вытянули наверх бревно с вырубленными в нём примитивными ступенями, по которому он и спустился в эту земляную яму с облицованными грубым камнем на высоту человеческого роста стенами, как к нему подскочил какой-то шнырь в драном халате и принялся деловито обшаривать его изрядно подранный «Боярин». Нагло так, вообще не заморачиваясь… то есть будучи совершенно уверенным в том, что он имеет на это право. Это однозначно был наезд. На который требовалось ответить. Ну Скип и ответил.

- Крак!- шнырь вздрогнул всем телом и рухнул на пол со сломанной шеей. На мгновение в сумраке зиндана повисла ошеломлённая тишина, а затем в дальнем и, похоже, козырном углу прямоугольной ямы поднялось трое здоровяков и молча двинулись к землянину, сверля того злыми взглядами. Скип молча выждал пару мгновений, а потом наклонился и-и-и… одним движением оторвал у валявшегося трупа руку. Легко. И невозмутимо-спокойно. А затем просто бросил её под ноги мгновенно остановившимся здоровякам… Это было сильно. На минуточку, для того, чтобы оторвать руку человеку требуется приложить усилие порядка пяти-семи тонн. А даже олимпийские чемпионы на Земле до прихода Системы были способны оторвать от пола и поднять на вытянутые руки лишь около двух с половиной сотен килограмм… Здесь, конечно, не Земля, и игрок может раскачать свои характеристики намного выше любого чемпиона, но демонстрация силы, превышающая обычные человеческие параметры не менее чем в шестнадцать раз, здоровяков явно впечатлила. Да и, судя по реакции окружающих, не только их. Скип же сложил руки на груди и невозмутимо уставился на замершее трио холодным взглядом.

Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, а затем из того угла, из которого выдвинулись здоровяки, кто-то негромко произнёс какую-то фразу, после чего двое здоровяков всё так же молча развернулись и потопали обратно, а третий осторожно сделал два шага вперёд и, слегка поклонившись Скипу повёл рукой в сторону угла, сопроводив этот жест какой-то весьма витиеватой фразой. Слова землянин, понятное дело, не понял, но интонацию оценил. Но сразу не отреагировал, а продолжал стоять, молча глядя на здоровяка. Тому это, естественно, не понравилось – он явно привык к другому обращению, но потом его взгляд упал на труп без руки, и он растянул губы в кривой улыбке после чего снова произнёс ту же самую витиеватую фразу. На этот раз Скип молча кивнул и неторопливо проследовал в угол.

В углу лежал ковёр, да и в целом было неожиданно чисто. Ну относительно… То есть так, как может быть чисто в яме с земляным полом, в которую набили около четырёх десятков человек и в которой не имелось никаких специальных отхожих мест. То есть срали и ссали эти сорок прямо здесь же… Но этот угол явно старались содержать в максимально возможной чистоте.

Ну а на ковре сидел худой жилистый мужик в добротном, но не слишком броском халате и с пиалой в руке. Причём, на мизинце руки, в которой он держал пиалу, «скромно» блестел явно выставленный напоказ золотой перстень. Перстень. В зиндане. Перед попаданием в который заключенные проходили через жадные и умелые руки стражников. Да и среди сидящих в яме тоже ни ангелов, ни просто добропорядочных поданных явно не имелось… Так что открыто продемонстрированный золотой перстень означал очень многое.

Подойдя вплотную к ковру ,землянин на мгновение замер, а затем решительно шагнул на ворс.

- Сукшимаш,- произнёс сидевший на ковре мужик и протянул пиалу. Что означало это слово: имя, приветствие, приглашение присесть, название напитка – пока было непонятно, но начало составлению словаря было положено…

- Ах ты сын змеи и собаки,- взъярился Шримдгар.- Обмануть меня вздумал?

- Нет,- Скип равнодушно мотнул головой.- Доставай.

- А вот хрен тебе!- зло огрызнулся лавочник.- Мы так не договаривались! «Третий глоток возвышения» иди покупай в другой лавке, а в моей купи что-то другое.

- Другого мне не нужно,- землянин искривил губы в холодной усмешке.- Если не хочешь продавать – отдавай пять серебра, и я пошёл.

- Вот же выкормыш скорпиона и ослицы,- досадливо сморщился Шримдгар и, развернувшись спиной к посетителю, нехотя потянулся к причудливой конструкции, представлявшей из себя весьма странную смесь шкафа и сейфа. Потому что с одной стороны эта конструкция имела стеклянные дверки, сквозь которые было видно солидную часть её содержимого, а с другой – массивный замок, больше подходящий именно сейфу. Повозившись с замком Шримдгар распахнул дверцы и достал с верхней полки узкую бутылочку из коричневого стекла с пробкой, залитой сургучом. Повернувшись к Скипу, он сначала сгрёб со стола монеты, затем окинул Скипа досадливым взглядом и с громким звуком поставил бутылочку на прилавок.

- Подавись, ашкувар вонючий!- да уж, похоже землянин сильно его выбесил, раз он осмелился обозвать его этим прозвищем, которым в Большом колодце пренебрежительно звали всех чужаков. Потому что за прошедшие полтора месяца Скип успел приобрести в городе кое-какую репутацию. Так что задевать его по-пустому в городе опасались. Причём почти все. Даже воры и стража. Хотя он пока никого не убил. Ну, кроме того шныря в зиндане. Хотя и брать с него, по общему мнению, пока было особенно нечего… Впрочем, это было объяснимо – местные торговцы имели очень своеобразные представления о том, как следует вести торговлю, и понятие «честно» с их стороны трактовалось весьма широко. Так что, заставив Шримдгара расплатиться с собой полной мерой он, по местным меркам, довольно сильно его опустил…

Из зиндана землянин вышел через два дня. С тремя сотнями слов нового языка, начальным пониманием как в нём строить фразы и предложения, а также кое-какими связями в теневом мире города и знанием о том, что кто-то из тех высокомерных людей, которые пытались с ним пообщаться на первом же привале, оказался не таким уж и плохим человеком. Потому что по прибытии в город отправил его не в рабские ямы, а в зиндан городской стражи. Из которого он и вышел после того, как его проверили на предмет принадлежности к разбойничьим бандам и наличия в розыскных листах других городов Великой пустыни, после чего выдали дощечку с руной, разрешающий ему проходить через медные ворота Цветка пустыни и Небо на земле, Великого и Прекрасного, Благословенного водой Назиронодаримахинаропозиранама… Причём, сделал это тот человек исключительно по собственной прихоти. Потому что по законам Большого колодца любой иноземец, прибывший в город, до получения этой самой таблички, являвшейся чем-то вроде земного аналога РВП, то есть разрешения на временное пребывание, мог быть очень просто обращён в рабы. И, чаще всего, обращался. А уже его-то, которого привезли в город в рабской клетке – казалось бы сам бог велел! Но тот человек отчего-то стал этого делать. При том, что Скип в тот момент ещё никак не показал себя… ну, в смысле, так как в зиндане. То есть молча проторчал в клетке все три дня путешествия по пустыне, прислушиваясь к звукам незнакомого языка и никак не реагируя на соседей. Впрочем, соседи его тоже не особенно доставали. И почти не разговаривали. Путешествие в раскалённой клетке, под палящим местным светилом к этому не особенно располагало. Даже учитывая наброшенную сверху на клетку ткань… Так что его решили не делать рабом не из опасения пред его силой, а по каким-то другим причинам. И Скип это запомнил. Но сейчас это знание было бесполезно. Слишком уж на разных ступенях социальной лестницы он находился с тем, кто принял данное решение. Тем более, что землянин пока не знал кто именно это был.

Первым делом после зиндана он направился в бани, которые располагались неподалёку от того самого места, которое и дало название самому городу. И – нет, не жаргонное, а изначальное. Потому что ещё четыреста с небольшим лет назад не было никакого Цветка пустыни и Небо на земле, Великого и Прекрасного, Благословенного водой Назиронодаримахинаропозиранама, а был именно Большой колодец. Оазис в Великой пустыне, славившийся тем, что в нём всегда было много холодной и очень вкусной воды. Потому что сердцем этого оазиса была огромная дырка, заполненная этой самой водой, за сотни лет обустроенная по краям десятками лестничных пролётов, позволяющих водоношам спускаться к самому зеркалу воды и набирать в медные кувшины с длинными ручками эту воду, не касаясь зеркала воды грязной человеческой плотью. Так было установлено издревле и неукоснительно соблюдалось до сих пор. Только члены гильдии водонош имели право спускаться по ступеням лестниц в Большой колодец. Все остальные должны были любоваться этим чудом исключительно сверху. Из длинных галерей, окружающих Большой колодец по периметру…

Бани оказались отличными. Скип не был таким уж большим специалистом в банном деле, но за свои две жизни повидал их довольно много. Разных. От классических русской и финской и до полевой, обустроенной в брезентовой палатке. Ну и почитал/посмотрел о них тоже немало… И по его прикидкам местные бани были чем-то средним между хамамом и римскими термами. Естественно, с толстым слоем местного колорита.

В банях Скип провёл больше шести часов, получив полный комплекс предоставляемых услуг – от омовения с массажем и до менялы… То есть ну не совсем полный, потому что в комплект входили и, так сказать, интимные услуги, причём «девочки», из которых ему предложили выбрать, выглядели весьма и весьма ухожено, но от этой части услуг Скип пока отказался. И дело было не в физическом состоянии, не настолько уж он был избит и ранен, да и регенерация, которая у него была на шестёрке, за последние дни его уже неплохо подлатала. Тем более, что питался он вполне себе нормально – в «инвентаре» у него было пара центнеров вполне себе калорийной пищи, которую он и крысил ночами, повернувшись спиной к товарищам по несчастью, как в клетке, так и в зиндане. Плюс кое-что подкидывал местный «смотрящий» – тот самый мужик с золотым перстнем на мизинце, активно зазывающий Скипа в ряды своих подчинённых… Так что физически он был почти в порядке. Просто не хотелось. Хотелось помыться. И расслабиться. Ну и выспаться в хорошей постели.

Лавка менялы при банях была в полном распоряжении посетителей. Так что заходить туда можно было прямо в простынях.

Большой колодец изначально был заложен как лагерь охотников, добывавших уникальные ингры из тварей Великой пустыни, но подняться сумел больше как место остановки караванов. То есть как перекрёсток торговых путей. Так что услуги по обмену разных монет тут были не просто востребованными, но и вполне привычными. Вследствие чего местные менялы спокойно работали с незнакомыми монетами. Поэтому, когда Скип выложил перед менялой три золотых «николаевских» червонца, запас которых давно прописался в его «инвентаре», тот лишь покрутил в пальцах незнакомую монету, попробовал её на зуб, «просветил» каким-то навыком после чего довольно хмыкнул и высыпал перед землянином горку серебряных с каким-то портретом на аверсе и незнакомыми буквами на реверсе, по начертанию похожими на помесь арабского с санскритом.

Судя по количеству серебряных монет серебро по отношению к золоту в Большом колодце шло где-то как тридцать к одному. Как позже выяснилось – это был официальный курс. По которому ему в банях и поменяли. Но через пару дней Скип узнал, что банный меняла его нагрел. Потому что официальный и реальный курс различались процентов на двадцать с лишним. В пользу золота. Так как существовал целый пул товаров, продаваемых только за золото. То есть за серебро и медь их в принципе не продавали. Так что золото во всех городах Великой пустыни стоило куда дороже официального курса.

А вообще местная денежная система была устроена весьма причудливо.

Самым простым расчётным средством оказалась медь. Ей расплачивались за глоток воды у водонош, за пустую лепешку на ужин, за циновку под навесом во дворе дешевых караван-сараев, где спали бедные путешественники или те, кто не имел дома внутри кольца глинобитных городских стен. За набедренную повязку и куфию из тонкой серой некрашеной ткани. Короче – медь была валютой бедняков.

Дальше шло серебро. Одна серебряная монета стоила восемь десятков меди. Не десять, не дюжину и не сто, а ровно восемь десятков. И официальный обменный курс здесь практически совпадал с реальным.

Серебро было самой ходовой монетой. Им расплачивались почти за всё – от аренды комнаты в трёх четвертях караван-сараев Большого колодца до лавок, бань, массажных, курилен, цирюлен, лагманных и так далее… Серебро у Скипа в инвентаре тоже было. Чистое. В банковских слитках. Но слитки серебра в местных меняльных лавках шли на пятую часть дешевле монет, причём независимо от чистоты металла в самих монетах, так что землянин пока решил их не трогать. «Николаевок» было довольно много. Плюс он довольно быстро начал зарабатывать охотой.

Следующим уровнем было золото. Ну, с ним всё уже было ясно. Золото было валютой знати и богатства. За него можно было купить то, что не продавалось за медь и серебро. Оно было «старшим» металлом в денежной системе Большого колодца. Но, судя по некоторым оговоркам тех, кто рассказывал Скипу о деньгах, для остального мира, мира за пределами Великой пустыни, золотом дело не ограничивалось. Потому что там в ходу были монеты из адамантия и мифрила. Ну как это понял Скип. Здесь, понятно, эти металлы носили совершенно другие название, но каким ещё металлом мог быть «шамседпашшурах» если его получали из золота путем напитыванияего энергией Врат? Впрочем, окончательно удостовериться в этом можно было только увидев эти металлы воочию. Но в Цветке пустыни и Небо на земле, Великом и Прекрасном, Благословенном водой Назиронодаримахинаропозиранам было очень мало товаров, цена которых шла в подобных монетах… Нет, они были – редчайшие ингредиенты, эликсиры, изготовленные из них, самое дорогое артефактное оружие и снаряжение типа тех же походных шатров с внутренним пространством и собственным щитом, но всё это продавалось в мизерных количествах и только в Золотом городе – части Большого колодца, в которую Скипу пока ходу не было. Да что там в Золотой, он даже в Серебряный имел право заходить только по приглашению. Причём письменному. Ну или в сопровождении. Так что как выглядят эти монеты он пока совершенно не представлял. И шансов на то, что он их хотя бы увидит – было не слишком много. Потому что подобные лоты продавались только в одном месте города. Оно называлось «джуджаж». И доступ туда имели дай бог десяток человек во всём городе.

Ну а параллельно существовала ещё одна ветка, которая относительно свободно менялась исключительно на «старшие» металлы – золото, адамантий и мифрил. То есть купить что-то из неё за серебро или медь было совершенно невозможно. Она состояла из «жемчуга».

Дело в том, что местные отчего-то имели Систему с почему-то заметно урезанным функционалом. Отчего-то, потому что у самого землянина Статус функционировал в полном объёме… Полностью с местными ограничениями Скип пока так и не разобрался, потому что собирать информацию приходилось весьма осторожно, но то, что у них отсутствует возможность прямого перечисления очков развития стало понятно довольно быстро. И поэтому для подобного обмена обитателям этого мира требовался физический носитель. Каковым и являлись «жемчужины». Плюс у местных не работал Системный магазин. Ну, или работал как-то не так. То есть опять же в сильно урезанном виде. Так что навыкам и заклинаниям здесь обучали Учителя, либо они открывались сами в процессе обучения.