Великий Воин: Путь Небесного Дракона

Пролог: Эхо Древних Времен

Ветер, несущий ароматы цветущих лотосов и озона после грозы, проносился над Небесными Пиками, где великие кланы и секты возвышались, словно древние титаны, высеченные из скал и облаков. Это был мир Сяньхуа – царство, пронизанное духовной энергией, что струилась по венам земли, питая мистических зверей, даруя жизнь тысячелетним деревьям и наполняя даньтяни смертных, стремящихся к бессмертию.

Культивация была не просто искусством, а смыслом жизни. От простейших адептов, едва освоивших Зарождение Ци, до Небесных Владык, чьи имена гремели сквозь века, каждый шаг по этому пути был борьбой, испытанием воли и духа. Сильнейшие могли одним взмахом руки разрушать горы, а одним словом – призывать молнии. Они парили в небесах, сражались с демонами и искушали судьбу, стремясь превзойти смертную оболочку и достичь вечного Дао.

Среди бесчисленных сект и кланов, разбросанных по обширным землям Сяньхуа, Клан Лазурного Дракона был одним из старейших и наиболее уважаемых. Его корни уходили в глубину тысячелетий, его история была высечена в камнях древних храмов, а его адепты славились своей доблестью и мастерством в боевых искусствах. Они были хранителями традиций, стражами мира, хотя и не без своих внутренних распрей и стремлений к власти.

Но даже в этом мире, где магия была обыденностью, а бессмертие – конечной целью, существовали легенды, что шептались лишь избранными. Легенды о Древних, чья сила превосходила понимание, о забытых царствах, что покоились под толщей времени, и о пророчествах, что предвещали как великое возрождение, так и полное уничтожение.

Одно из таких пророчеств, высеченное на обломке Небесного Камня, найденного в руинах исчезнувшей цивилизации, гласило:

“Когда тени падут на мир, а древнее зло пробудится от векового сна, Когда меридианы будут заблокированы, а истинный путь – сокрыт, Дракон, рожденный в ничтожестве, но несущий эхо Небес, Пробудит забытую силу, очистит путь и станет Великим Воином. Его дух будет огнем, его воля – сталью, его сердце – светом. И лишь тогда, когда Небесный Дракон взмоет ввысь, Мир Сяньхуа найдет свое спасение или погрузится в вечную тьму.”

В течение веков эти слова были лишь туманным предсказанием, вызывающим усмешки или тревогу, в зависимости от того, кто их слышал. Ведь как мог тот, кто “рожден в ничтожестве”, стать спасителем? Как мог “дракон” появиться среди обычных смертных, когда истинные драконы давно исчезли из этого мира?

Но эхо древних времен не умолкало. Оно шепталось в шелесте листьев Запретного Леса, гудело в глубинах горных пещер и пульсировало в сердце одного юноши, который еще не знал о своем предназначении. Он был лишь Линь Фэном, “пустым сосудом” из Клана Лазурного Дракона, чья судьба, казалось, была предопределена к забвению.

Однако Небеса всегда имеют свои планы, а судьба – свои причудливые повороты. И иногда, чтобы зажечь самую яркую звезду, нужно сначала пройти через самую глубокую тьму.

Часть I: Пробуждение Дракона

Глава 1: Пробуждение Дракона

Холодный ветер пронесся по предгорьям, неся с собой запахи влажной земли и едва уловимую горечь осенних трав. На вершине одного из невысоких пиков, окруженных клубящимся туманом, расположился Клан Лазурного Дракона – оплот силы и древних традиций в царстве Сяньхуа. Здесь, где духовная энергия была столь плотной, что казалось, ее можно было потрогать, каждый мечтал о бессмертии и величии. Каждый, кроме Линь Фэна.

Семнадцатилетний юноша стоял у подножия тренировочной площадки, его тонкая фигура казалась еще более хрупкой на фоне внушительных адептов, что демонстрировали свои боевые искусства. Мечи свистели в воздухе, кулаки крушили тренировочные манекены, а отточенные движения излучали мощь культивированной Ци. Его глаза, обычно полные затаенной грусти, сейчас были устремлены на кусок полированного нефрита, что висел на его шее – единственный подарок от давно умершей матери. Он был его единственным утешением в мире, который, казалось, полностью отвернулся от него.

Линь Фэн был проклят. Его меридианы, каналы, по которым должна была течь духовная энергия, были заблокированы с рождения, словно древние русла, заросшие непроходимыми корнями. Это означало, что он не мог культивировать Ци, не мог стать воином, не мог даже надеяться на уважение в клане, где сила была всем. Он был “пустым сосудом”, “бесполезным отпрыском” – слова, которые преследовали его с детства, словно тени.

“Смотрите, вот и наш Великий Мешок для Риса!” – насмешливый голос прорезал утренний воздух.

Линь Фэн даже не повернул головы. Он знал этот голос – Ван Юэ, его двоюродный брат, который всегда находил изощренные способы унизить его. Ван Юэ был полной противоположностью: высокий, мускулистый, с надменным выражением лица и уже достигший пятого уровня Зарождения Ци, что считалось весьма впечатляющим для его возраста. Он был любимцем старейшин и гордостью своего отца, главы одной из влиятельных ветвей клана.

“Наверное, пришел полюбоваться на настоящих воинов, прежде чем отправится собирать грибы для кухни,” – хохотнули другие адепты, вторя Ван Юэ. Их смех был острым, словно клинки.

Сердце Линь Фэна сжалось, но он привык. Он давно научился скрывать свою боль за маской безразличия, позволяя словам отскакивать от него, как капли дождя от камня. Сегодня был день ежегодного Испытания Горных Духов, где каждый адепт должен был отправиться в Запретный Лес, чтобы добыть редкие травы или сразить низкоуровневого мистического зверя. Для Линь Фэна участие было лишь формальностью – он знал, что не сможет ничего принести, но не явиться было бы еще большим позором, подтверждающим его бесполезность.

“Линь Фэн!” – прозвучал строгий, но усталый голос старейшины Ли, отвечающего за испытание. – “Твоя очередь. Помни, безопасность превыше всего. Если почувствуешь опасность, используй сигнальный талисман.”

Старейшина Ли, пожилой мужчина с длинной седой бородой и глубокими морщинами вокруг глаз, бросил на Линь Фэна взгляд, полный жалости. Он был одним из немногих, кто еще помнил его мать и отца, погибших в давней битве, защищая клан. Он знал, что Линь Фэн был не просто “Мешком для Риса”, но не мог изменить его судьбу.

“Да, старейшина,” – тихо ответил Линь Фэн, низко поклонившись. Он взял из рук старейшины несколько пустых мешочков для трав и тусклый бронзовый кинжал – единственный, что ему был дозволен. Даже этот кинжал был скорее символом, чем оружием.

Когда он вошел в Запретный Лес, густая листва сразу поглотила звуки тренировочной площадки. Здесь было прохладнее и влажнее, воздух был насыщен запахами древних деревьев и скрытых опасностей. Линь Фэн не питал иллюзий. Он знал, что не сможет сразить даже самого слабого Духовного Кабана, не говоря уже о более опасных существах. Его цель была проста: продержаться несколько часов, создать видимость поиска и вернуться с пустыми руками, чтобы не нарушать традицию.

Он осторожно продвигался по узкой тропе, внимательно осматривая кусты. Даже без культивации, у Линь Фэна была обостренная интуиция и удивительная наблюдательность, развитые годами выживания в тени других. Он мог заметить редкие травы, которые другие пропускали, и слышал шорохи, которые предвещали опасность. Его тело было натренировано не силой, а выносливостью и ловкостью, что помогало ему избегать неприятностей.

Пройдя глубже, чем обычно, он наткнулся на небольшую поляну, где рос редкий вид Лунной Мяты – травы, которая могла бы принести ему хоть какую-то ценность. Он присел на корточки, чтобы собрать ее, когда земля под ним внезапно задрожала.

Глубокий рык раздался неподалеку, сотрясая воздух. Линь Фэн поднял голову и увидел его – Горного Волка, мускулистого зверя с серой шерстью и горящими красными глазами. Это был низкоуровневый мистический зверь, но для Линь Фэна он был смертельно опасен. Волк, вероятно, защищал свою территорию или охотился. Он был в два раза больше обычного волка, а его клыки были остры, как кинжалы.

Сердце Линь Фэна заколотилось. Он схватился за кинжал, зная, что это бесполезно, но инстинкт самосохранения был сильнее страха. Волк припал к земле, готовясь к прыжку. Линь Фэн отступил, споткнулся о корень дерева и покатился вниз по крутому склону, проваливаясь сквозь заросли, словно кукла.

Он катился долго, ударяясь о камни и ветки, пока наконец не приземлился на твердую, холодную поверхность. Боль пронзила все его тело. Он с трудом поднял голову, оглядываясь. Он оказался в узкой расселине, скрытой от внешнего мира густой растительностью. В глубине расселины виднелся вход в пещеру, скрытый плющом и замшелыми камнями. Воздух здесь был неподвижен и тяжел.

Возможно, здесь он сможет укрыться от волка, который, кажется, не стал преследовать его по такому крутому склону. С трудом поднявшись, Линь Фэн, опираясь на стену, медленно двинулся к пещере. Внутри было темно и сыро, воздух был тяжелым и пах древностью, словно здесь никто не бывал тысячи лет. Он достал из мешочка огниво и зажег маленький факел, который всегда носил с собой для таких случаев.

Свет факела раскрыл древнюю картину. Это была не просто пещера, а, похоже, заброшенное святилище. Стены были покрыты вырезанными символами и изображениями, которые Линь Фэн никогда раньше не видел. Они казались чужими, принадлежащими к давно забытой эпохе. В центре пещеры, на потрескавшемся каменном алтаре, лежал предмет.

Это был нефритовый кулон, по форме похожий на того, что висел на его шее, но гораздо более древний и внушительный. Он был вырезан в виде свернувшегося дракона, чьи глаза, казалось, светились тусклым, внутренним светом, несмотря на тысячелетия забвения. Воздух вокруг него ощущался более плотным, почти осязаемым, словно сама пещера дышала древней силой.

Линь Фэн подошел ближе, его рука непроизвольно потянулась к артефакту. Он почувствовал странное притяжение, словно кулон звал его. Как только его пальцы коснулись холодного нефрита, пещера наполнилась мягким, золотистым сиянием. Кулон на алтаре вспыхнул, и в тот же миг кулон на шее Линь Фэна тоже загорелся, отвечая ему.

Два артефакта, словно давно потерянные братья, резонировали друг с другом. Затем древний кулон на алтаре начал медленно растворяться, превращаясь в поток золотистой энергии, который устремился прямо в кулон на шее Линь Фэна.

Юноша вскрикнул от неожиданности и боли. Поток энергии был обжигающим, но не разрушительным. Он хлынул в его тело, пронизывая каждую клетку, каждый меридиан, который до этого был наглухо заблокирован. Линь Фэн рухнул на колени, его тело билось в конвульсиях, а из пор кожи выходила черная зловонная субстанция – годами накопленные токсины и застойная энергия, которая мешала его развитию.

Боль была невыносимой, но сквозь нее Линь Фэн почувствовал нечто невероятное. Его меридианы, которые всегда были глухими и мертвыми, теперь открывались, словно древние реки, чьи запруды были разрушены. Духовная энергия мира хлынула в его даньтянь, очищая и наполняя его.

Он чувствовал, как его тело преображается. Его мышцы становились крепче, кости – прочнее. Зрение обострилось, слух стал тоньше. И что самое удивительное, он ощутил Ци! Истинный поток духовной энергии, циркулирующий внутри него, питающий его даньтянь.

Бум!

В его сознании раздался взрыв, когда он прорвался на первый уровень Зарождения Ци. Затем, словно мощный поток, энергия продолжала расти, и спустя несколько мгновений он почувствовал второй взрыв – второй уровень! И еще один, третий!

Линь Фэн, который всю свою жизнь был “пустым сосудом”, теперь обладал третьим уровнем Зарождения Ци! Это было невероятно, чудо, которое не поддавалось никакому объяснению. Он тяжело дышал, его тело горело, но это был огонь новой жизни, нового потенциала.

Когда золотистое сияние утихло, пещера снова погрузилась в полумрак. Древний кулон исчез, оставив лишь пустой алтарь. Кулон на шее Линь Фэна теперь ощущался теплым и живым, словно в нем билось сердце. Он был наполнен древней силой, ожидающей своего часа.

Линь Фэн поднялся. Его тело было легким, полным энергии. Он посмотрел на свои руки – они были чистыми, а кожа – здоровой и блестящей, словно он только что родился заново. Он ощутил прилив силы, уверенности, которой никогда раньше не знал.

Он вышел из пещеры, и мир вокруг него изменился. Он видел каждую травинку, каждое движение насекомого, слышал шелест листьев и далекий крик птицы с невероятной ясностью. Его чувства были обострены до предела.

Горный Волк, который, видимо, ждал его, стоял неподалеку. Но теперь Линь Фэн не чувствовал страха. Он смотрел на зверя, и в его глазах не было ни паники, ни мольбы, лишь спокойная решимость. Волк, словно почувствовав перемену, зарычал, но его рык звучал уже не так уверенно, как прежде. Он почувствовал исходящую от юноши энергию, которая была чуждой, но мощной.

Линь Фэн не стал вступать в бой. Он просто поднял голову и уверенно двинулся прочь, оставляя позади и пещеру, и волка, и свою прежнюю, бессильную жизнь.

Когда он вернулся на тренировочную площадку, солнце уже клонилось к закату. Многие адепты уже вернулись, некоторые с добычей, другие – с пустыми руками, но уставшие. Ван Юэ стоял посреди группы, хвастаясь огромными рогами Духовного Оленя, которые он якобы добыл.

“О, смотрите, наш Мешок для Риса вернулся!” – воскликнул Ван Юэ, заметив Линь Фэна. – “Наверное, заблудился и только сейчас нашел дорогу домой. Что, и на этот раз ничего не принес, чтобы опозорить клан?”

Линь Фэн не ответил. Он просто прошел мимо Ван Юэ, его взгляд был спокоен, но в нем читалась новая, скрытая глубина. Он сдал свой пустой мешочек старейшине Ли, который лишь тихо вздохнул, ожидая привычного ответа.

“Ты в порядке, Линь Фэн?” – спросил старейшина, заметив, что юноша не выглядит таким изможденным, как обычно. Более того, в его осанке появилось что-то новое, едва уловимое достоинство.

“Я в полном порядке, старейшина,” – ответил Линь Фэн, и его голос звучал крепче, чем когда-либо. – “Возможно, даже лучше, чем когда-либо.”

Старейшина Ли внимательно всмотрелся в глаза Линь Фэна, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на удивление, смешанное с легкой тревогой. Он почувствовал некую перемену, едва уловимую ауру, но не мог определить, что именно. Он лишь покачал головой, списывая это на усталость.

Линь Фэн ушел, оставив за собой шепот и недоуменные взгляды. Он покинул тренировочную площадку, направляясь к своей скромной комнате. В его груди горел огонь. Он больше не был пустым сосудом. Он был пробужденным.

Его путь Великого Воина только начинался. И он знал, что теперь ничто не сможет его остановить. Кулон на его шее пульсировал, словно сердце древнего дракона, готового взмыть в небо.

Глава 2: Секрет Нефритового Кулона

Ночь опустилась на Клан Лазурного Дракона, укрывая его в покрове теней и тишины. Лишь далекие огни в окнах старейшин и редкие патрули нарушали покой. Линь Фэн, однако, был далек от сна. В своей маленькой, обшарпанной комнате, освещенной тусклой масляной лампой, он сидел, скрестив ноги, его глаза были прикованы к нефритовому кулону на шее.

Этот кулон, который когда-то был лишь символом памяти о матери, теперь пульсировал незримой энергией. Он был теплым на ощупь, и от него исходил едва уловимый аромат древности и силы. Линь Фэн закрыл глаза, сосредоточившись. Он чувствовал, как Ци свободно течет по его меридианам, наполняя даньтянь, словно весенний ручей – пересохшее русло. Это ощущение было опьяняющим, невероятным. За несколько часов он прошел путь, на который другие тратили годы.

Но что же это за кулон? И какая сила в нем заключена? Он осторожно взял артефакт в руку. Как только его пальцы коснулись гладкой поверхности, в его сознании возник образ. Это было не видение, а скорее ощущение, поток информации, который хлынул в его разум. Он видел древние письмена, сложные диаграммы и фигуры, выполняющие движения, которые были одновременно грациозными и смертоносными.

Это была техника культивации, но не та, что преподавали в Клане Лазурного Дракона. Она была гораздо сложнее, глубже, словно пришедшая из совершенно другой эпохи. Линь Фэн почувствовал, как его разум расширяется, впитывая эти знания. Кулон был не просто источником энергии, он был хранилищем древней мудрости.

Первая техника, которую он начал интуитивно понимать, называлась «Девять Небесных Преобразований Дракона». Она описывала путь не только к увеличению Ци, но и к укреплению тела, очищению сознания и слиянию с самой сущностью дракона. Это была не просто техника, а целый путь, философия.

Линь Фэн провел остаток ночи, погруженный в изучение. Он начал выполнять первые движения, описанные в «Девяти Небесных Преобразованиях». Каждое движение было плавным, словно танец, но при этом требовало невероятной концентрации и контроля над Ци. По мере того как он двигался, Ци в его теле циркулировала быстрее, очищая его меридианы еще глубже, делая их шире и прочнее.

Он чувствовал, как его тело отзывается, как каждая клетка жадно поглощает духовную энергию. К утру, когда первые лучи солнца пробились сквозь щели в ставнях, Линь Фэн почувствовал, что его культивация значительно возросла. Он был уже на четвертом уровне Зарождения Ци! Это было немыслимо. Обычный адепт его возраста, как Ван Юэ, достигал пятого уровня за годы упорных тренировок, а Линь Фэн прорвался на четвертый за одну ночь!

“Это невероятно…” – прошептал он, глядя на свои руки. Они были крепкими, а кожа светилась здоровьем. Он чувствовал, что может разорвать камень голыми руками.

Но кулон хранил не только технику культивации. В его глубинах Линь Фэн обнаружил еще одну способность – «Глаз Истины Дракона». Это была пассивная способность, которая позволяла ему видеть духовную энергию мира. Он закрыл глаза, а затем открыл их, и мир вокруг него преобразился. Воздух замерцал тысячами крошечных огоньков – это была Ци. Он видел, как она струится по стенам, как концентрируется в редких травах за окном, как пульсирует в теле каждого существа.

Эта способность была бесценной для культиватора. Теперь он мог видеть слабые места в защите противника, определять качество духовных трав и камней, чувствовать приближение мистических зверей по их ауре.

“Я должен хранить это в секрете,” – решил Линь Фэн. – “Никто не должен знать о кулоне, иначе это принесет мне только беду.”

Он спрятал кулон под одеждой, убедившись, что его не видно. Его жизнь изменилась, но внешний мир оставался прежним. Ему предстояло научиться жить с этой новой силой, скрывая ее от тех, кто когда-то унижал его.

Следующие дни Линь Фэн продолжил свои тайные тренировки. Он уходил в лес под предлогом сбора хвороста или редких трав, находя уединенные места, где мог практиковать «Девять Небесных Преобразований Дракона». Его тело становилось все сильнее, его Ци – плотнее и чище. Он чувствовал, как энергия кулона постоянно питает его, ускоряя процесс культивации.

Ван Юэ и его компания продолжали свои насмешки, но Линь Фэн теперь реагировал на них с удивительным спокойствием. Он больше не чувствовал жгучей обиды. Он знал свою истинную ценность, и это давало ему внутреннюю силу. Иногда он ловил на себе взгляды старейшины Ли, который, казалось, все еще пытался понять, что изменилось в юноше.

Однажды, во время очередного “сбора хвороста”, Линь Фэн наткнулся на небольшого Духовного Зайца. Раньше он бы даже не рискнул приблизиться к нему, но теперь, благодаря «Глазу Истины Дракона», он видел, как Ци циркулирует в теле Зайца, где его слабые места. Он решил попробовать свои силы.

Он не использовал кинжал. Вместо этого, он применил одно из базовых движений из «Девяти Небесных Преобразований Дракона», которое учило, как направлять Ци в конечности, увеличивая скорость и силу. Он двигался быстро, бесшумно, его движения были точными. Заяц, почувствовав опасность, попытался убежать, но Линь Фэн был быстрее. Он поймал его одним точным ударом, не убив, а лишь оглушив.

“Я действительно могу это сделать,” – прошептал Линь Фэн, глядя на Духовного Зайца. Это была маленькая победа, но она значила для него больше, чем все богатства мира. Она подтверждала, что его новая сила была реальной.

Он отпустил Зайца, не желая его убивать. Его цель не была в охоте, а в проверке своих способностей.

Возвращаясь в клан, Линь Фэн чувствовал себя совершенно новым человеком. Он был не просто культиватором, он был хранителем древней тайны, частью чего-то гораздо большего, чем он мог себе представить. Нефритовый кулон на его шее был не просто артефактом, а ключом к его истинному предназначению.

Путь был опасен и полон неизвестности, но Линь Фэн больше не боялся. В его сердце горел огонь, а в его даньтяне пульсировала сила дракона. Он был готов к испытаниям, которые ждали его впереди.

Глава 3: Тень Зависти

Дни превращались в недели, и перемены в Линь Фэне становились все более очевидными, хотя он и старался скрывать свою истинную силу. Его тело окрепло, походка стала увереннее, а глаза, прежде полные отчаяния, теперь светились скрытой решимостью. Он больше не сутулился, не избегал прямых взглядов. Это не осталось незамеченным.

Первым, кто почувствовал неладное, был, конечно, Ван Юэ. Его острый, цепкий взгляд не мог пропустить изменения в том, кого он считал своим личным посмешищем.

“Что-то не так с Мешком для Риса,” – пробурчал Ван Юэ своим приятелям, наблюдая, как Линь Фэн с легкостью поднимает тяжелую охапку хвороста, которую раньше едва волочил. – “Он стал… другим.”

“Да ладно тебе, Ван Юэ,” – отмахнулся один из его прихвостней, Линь Хуэй. – “Наверное, просто повзрослел. Все равно он бесполезен.”

Но Ван Юэ не был так наивен. Его инстинкты, отточенные годами борьбы за положение в клане, кричали об опасности. Он заметил, как Линь Фэн стал быстрее, как его движения стали более скоординированными. Он даже однажды видел, как Линь Фэн, споткнувшись, восстановил равновесие с невероятной грацией, которая была под силу лишь опытным культиваторам. Это было слишком странно для “пустого сосуда”.

“Сегодня на тренировочной площадке мы проведем спарринги,” – объявил старейшина Ли. – “Это поможет вам отточить навыки и подготовиться к грядущим соревнованиям.”

Линь Фэн стоял в стороне, наблюдая за другими адептами. Он не был обязан участвовать, так как не считался культиватором. Но Ван Юэ, с его вечной жаждой унижения, увидел в этом шанс.

“Старейшина Ли!” – крикнул Ван Юэ, подходя с наглой ухмылкой. – “Я думаю, Линь Фэну тоже стоит поучаствовать. Ведь даже “Мешок для Риса” должен знать основы самообороны, не так ли? Чтобы не позорить клан, если на него нападет какой-нибудь кролик.”

Послышался смех. Линь Фэн почувствовал, как его кулаки непроизвольно сжимаются. Но он глубоко вздохнул, вспомнив наставления кулона о контроле над Ци и эмоциями.

Старейшина Ли нахмурился. Он знал, что Ван Юэ лишь ищет предлог для издевательства. “Ван Юэ, не переходи границы. Линь Фэн не культиватор.”

“Но старейшина, это же всего лишь тренировочный спарринг!” – настаивал Ван Юэ. – “Я буду очень осторожен, клянусь! Просто легкая разминка.”

Линь Фэн, к удивлению всех, сделал шаг вперед. “Я согласен,” – спокойно сказал он.

Все замолчали. Даже Ван Юэ опешил. “Что? Ты уверен, Мешок для Риса? Я ведь могу случайно сломать тебе кость.”

“Я уверен,” – повторил Линь Фэн. Его голос был ровным, без тени страха. Он знал, что это неизбежно. Пришло время показать, что он больше не тот, кем был. Но он должен был быть осторожен, чтобы не раскрыть всю свою силу.

Старейшина Ли тяжело вздохнул. “Хорошо. Но никаких серьезных техник, Ван Юэ. Это лишь спарринг.”

Они встали друг напротив друга на тренировочной площадке. Ван Юэ ухмылялся, уверенный в своей победе. Он уже представлял, как будет хвастаться тем, что “проучил” бесполезного Линь Фэна.

“Готов, Мешок для Риса?” – Ван Юэ принял стойку, его даньтянь светился тусклым светом Ци.

Линь Фэн просто кивнул, приняв скромную, почти незаметную стойку, которую он выучил из «Девяти Небесных Преобразований Дракона». Она выглядела обычной, но позволяла ему мгновенно адаптироваться к любому движению противника.

Спарринг начался. Ван Юэ не стал церемониться. Он сразу же атаковал, направив кулак, наполненный Ци, прямо в грудь Линь Фэна. Это был мощный удар, способный сломать ребра.

Линь Фэн же, используя «Глаз Истины Дракона», увидел поток Ци в кулаке Ван Юэ, увидел его траекторию и даже слабое место в его стойке. Он не стал блокировать удар напрямую. Вместо этого, он сделал едва заметное движение в сторону, уклонившись от основного удара, и слегка отклонил кулак Ван Юэ, используя минимальное усилие.