- -
- 100%
- +
Устав от липкого кошмара, парень, тяжело дыша, распахнул глаза и вытер с лица холодный пот. Стряхнув остатки сонливости, он обнаружил, что в палате темно. За окном небо серое, а на стекле водяные разводы и местами налипшие снежинки. Погода разыгралась, пока он искал способ забыться во сне.
Демьян встряхнул подушку и перевернулся на другой бок, уткнувшись в нее носом, надеясь на еще одну попытку провалиться в сон. Однако сон больше не шел, оставляя Демьяна в палате наедине с самим собой.
Он подмял края подушки под себя и с удивлением обнаружил, что ее мягкие бока захрустели, словно подмерзли на двадцатиградусном морозе.
С колотящимся от ужаса сердцем парень как ошпаренный вскочил с койки, страшась того, что его снова захватили галлюцинации. Они не были приятными гостями в его голове.
Подушка лежала себе спокойно, притаившись, как хищник перед тем, как напасть на добычу. Ее бока серебрились в темноте, привлекая внимания.
Демьян осторожно протянул руку к ней, силясь понять, что вообще видит: правду или очередной глюк?
Правда в виде подушки не спешила кусаться, а вот глюк по-прежнему напряженно серебрился, маня Демьяна. Его кончики пальцев наконец-то коснулись боков подушки, и он ощутил ледяной холод. На подушке серебрился иней, непонятно откуда взявшийся внутри теплого здания.
– Так… – протянул он. – Спокойно, без паники – у меня снова галлюцинации.
Он потрогал свой лоб. Его ладони были настолько замерзшими, что лоб показался горячее, чем пустыня Сахара.
Демьян вытянул руки перед собой и наткнулся на очередные причуды галлюцинаций – его кончики пальцев побелели от холода, и теперь они искрились инеем, как бока подушки.
Вот радость! – его могут запросто упечь в психушку, как галлюцинирующего придурка, которому всюду что-нибудь мерещится.
С ног до головы Демьяна заполнило беспокойство. Что такого случилось? Откуда возникли галлюцинации, которыми он раньше никогда не страдал?
«Упекут!» – понял он всю безнадежность ситуации и решил, что ему пора делать ноги отсюда, пока никто не заметил, что в детском отделении поселился психованный подросток с живым воображением.
Демьян обулся и выскользнул в коридор. Ночью в больнице тихо и светло. Дежурная медсестра дремала, подперев руками голову за столом, обложив себя со всех сторон папками и карточками пациентов. Мимо нее не составило большого труда прокрасться. Демьян шел на цыпочках, закусив губу, чтобы случайно с шумом не выдохнуть из себя весь воздух.
Медсестра дернулась во сне, но не проснулась, что-то промычав нечленораздельное.
Сердце Демьяна чуть не схлопотало инфаркт. Только разборок с врачами ему не хватало, которые быстро выведут его на чистую воду и поймут, что он снова галлюцинирует.
Медсестра дремала дальше, даже не думая просыпаться до конца смены, и Демьян крадучись двинулся дальше. Он свернул за угол и побежал вниз по лестнице на первый этаж в мужской туалет, откуда (Демьян был уверен на сто пятьдесят процентов) легче сбежать, чем через дверь. Конечно, его спохватятся искать в любом случаем, только распахнутое настежь окно в туалете не так бросается в глаза, как идеальная лазейка в виде открытой двери.
Парень бежал изо всех сил. Так он не бегал даже на школьных соревнованиях. Правда, ему никогда не доводилось в них участвовать, потому что ни один учитель не был готов так легко сдать позиции школы – Демьян из числа тех людей, которые не отличаются особой выносливостью. Он мог сдаться и не бежать.
Только не сейчас! Видели бы его учителя! Они бы как один задались вопросом, а Демьян ли это?
Что ж, на этот интересный вопрос даже сам он не знал ответа, убегая скорее не от врачей, а от самого себя.
Демьян затормозил у самой двери туалета и, схватившись за дверную ручку, со всей силы дернул ее на себя. Она охотно поддалась ему, с болью скрипнув петлями.
Внутри веяло холодом через открытую форточку и пахло хлоркой.
Парень окинул окно оценивающим взглядом, размышляя о том, как лучше выбираться: вперед ногами, или головой?
Он успел уже мысленно приготовить целый план действий, как позади него раздались громкие шаркающие шаги, будто кто-то по кафельному полу решил подвигать среди ночи десятикилограммовые гири.
Затаив дыхание, Демьян оглянулся через плечо и уперся взглядом в широкое двухметровое тело, имеющее прямую родственную связь со скалой. Грубо вытесанное из черного камня тело внушало страх своим огромным еще не предельным размером. В момент паники Демьян почему-то предположил, что каменный монстр может быть гораздо большего размера да потолок ему мешает.
Не зная, куда податься, парень оказался в ловушке. Каменный гигант преградил ему дорогу к двери и вжал его в стену, как букашку. Вообще Демьян уже несколько минут чувствовал себя именно букашкой, когда же монстр приблизился, он ощутил это острее.
Уродливое лицо склонилось к парню. В ярком свете лампочки глаза существа блестели зловеще, а отверстие вместо рта и носа опасно зияло чернотой. Демьян надеялся, что монстр не воспользуется носоротным отверстием по назначению. По его предположениям, в зияющую черноту существом всасываются души или кровь. И ни с тем, ни с другим парень пока не желал расставаться.
Каменный указательный палец правой руки монстра медленно поплыл к груди Демьяна, вжавшегося в стену с капелькой надежды, что она его спасет. Палец холодным кончиком уткнулся парню в грудную клетку, в то место, где за ребрами пряталось бешено колотящееся сердце. Палец с силой вжался в ему грудь – сердце закололо от боли. Перед глазами забегали черные точки. Демьяна охватили сразу все чувства, и он не знал, что с ними делать. Тело одеревенело и перестало его слушаться.
«Никчемная смерть никчемного Демьяна Морозова, – невесело усмехнулся парень своим мыслям. – Завтра забудут, что я когда-то жил на этой огромной Земле».
Тычок пальца стал сильнее и настойчивее, словно монстр собирался проковырять в груди Демьяна дырку и проложить самый короткий путь к его сердцу. От грубого кончика пальца у парня точно вскочит синяк, но не это его сейчас заботило. Его интересовали хотя бы малейшие шансы на дальнейшую жизнь.
Холод каменного существа перекинулся на Демьяна. Его толстовка на груди покрылась миллиметровым слоем хрустящего инея. Выглядело это зрелище не слишком обнадеживающе. Парень перестал выглядывать перспективу на безбедную жизнь, когда понял, что иней сковывает его всего и пробирается в самое сердце, а оно отзывается дикой болью.
В глазах потемнело. Сознание отказывалось держать Демьяна на ногах. Последнее, что он запомнил прежде, чем темнота поглотила его, – шумное близкое дыхание каменного существа. Он дышал громко и с шумом, словно на нем был надет противогаз.
Заиндевевшие ноги парня подкосились, и он рухнул на кафельный пол в мужском туалете, в глубине души радуясь, что плитка начисто вымыта. В нос ударил резкий удушливый запах хлорки, и Демьян провалился в пустоту обволакивающей тьмы.
Глава 3
Лунный охотник
Шум воды. Чье-то кряхтение.
Резко распахнув глаза, Демьян рывком сел. Он находился в мужском туалете, хотя отчетливо помнил, что пытался сбежать, и на него напало каменное существо. Так почему Демьян все еще здесь?
Он кое-как поднялся на ноги и, пошатываясь, побрел к двери.
– О, – подал кто-то голос из-за двери кабинки, откуда парень до этого слышал кряхтение. – Ты обдолбался так, что вырубило? Сочувствую, брат!
Демьян ничего ему не ответил, не зная никаких «братьев». У него точно нет родственников, и об этом он помнил.
Оставив кряхтящего наедине с унитазом, Парень вышел в коридор и сразу же влетел в поток снующих туда-сюда людей. Значит, ночь давно прошла, и настало новое утро. И новое утро ничем не отличалось от старого – такая же толпа людей, бегающих по коридорам больницы.
Демьян побрел против течения толпы, случайно задевая плечом зазевавшихся. Кто-то ворчал, а кто-то толкал парня в ответ и пугливо отстранялся от него, если вскользь встречал его взгляд.
«Почему они так смотрят?» – задался вопросом Демьян, не понимая, чем мог напугать.
Ответ не заставил себя долго ждать. Подойдя к двери с зеркальным стеклом, Демьян с ужасом обнаружил, что его внешность претерпела изменения. Его рука так и замерла на ручке двери. Парень в изумлении таращился на самого себя, пока не пришел к выводу, что выглядит не совсем страшно, но пугающе. Он сторонился бы себя, если бы имел такую возможность.
Его пшенично-русые волосы местами побелели от инея, на затылке пряди собрались в ледяные иголочки, кожа стала белой как мел, а глаза приобрели яркость. Раньше они были просто синими, а теперь ярко-сапфировые.
По черной ткани толстовки иней разошелся морозными узорами. Это явление пугало больше всего – в помещении тепло, а на одежде НЕ ТАЮЩИЙ узор! Как такое может быть?!
Демьяна начало мутить. Ему хотелось верить, что у него до сих пор продолжаются галлюцинации, но изумление в глазах прохожих и их страх заставляли поверить в пугающую действительность, где он стал… непонятно кем. Может, ледяным Джеком, а может, королевой Эльзой?! 1 2
Оторвав ладонь от ручки, Демьян увидел, как дверная ручка покрылась тонким слоем льда. Его кончики пальцев отбрасывали легкий серебрящийся холод. Без щемящей боли в сердце Демьян не мог спокойно смотреть на свои ладони, на которых с каждым новым мгновением четче прорисовывался замысловатый узор морозными завитками.
К горлу подступил горький комок рыданий. Демьян смотрел на свои руки как на диковинку и не знал, что ему теперь делать. Можно ли избавиться от того, что он видит? И если можно, то куда идти?
– Не стойте в дверях, молодой человек! – заворчал старик, опираясь на трость. Для старика он довольно сильно пхнул Демьяна, отодвинув его в сторону от двери, и шаркающей походкой переступил через порог, ничуть не удивившись обледеневшей ручке.
Парня охватила паника. В глазах защипали слезы. Он растеряно смотрел вслед старику, не зная, куда идти дальше. Демьян не видел выхода, осознавая, что все произошедшее реально, а не преподнесено очередной галлюцинацией.
Когда сторонящихся людей с удивленными взглядами стало больше, Демьян все-таки сдвинулся с места и побрел к выходу из больницы. Ноги сами несли его. Он не знал своего маршрута. Скорее всего, в никуда…
Если парень сам себя боялся, то, что чувствовали люди, окружающие его – страх за свои жизни?!
«Я превратился в монстра, – констатировал он, печальным взглядом созерцая руки покрытые узором. – И в детдом мне теперь нельзя». Что ж, он снова остался сам по себе, на произвол судьбы, которая ничего ему больше не даст, кроме как страх окружающих людей.
Однажды Демьян уже остался один, когда ему было не больше девяти. Он остался сам не по своей воле… Все случилось из-за родной тети. Она – родная сестра отца Демьяна, которого, увы, он никогда не знал, как и мать. Тетя, сколько парень себя помнил, всегда была рядом, а потом у нее появился ухажер. Мужчина не отличался большой добротой, но тетя его обожала. И в один ужасный день она сделала выбор, выбрав ухажера.
Так чужой мужчина выставил Демьяна за порог и велел убираться прочь. И в довесок к жестокости слов, тетин ухажер пригрозил маленькому Демьяну ножом, которых мальчик до дрожи в коленях стал бояться после того, как лишился левого мизинца.
Теперь сама жизнь выдворила парня из детдома, где он успел прижиться. Конечно, там многого недоставало, но была комната, которая нравилась Демьяну, был Тролль, который по вечерам так привычно храпел, были развлечения и… теперь путь туда закрыт.
В глазах от слез помутнело. Демьян, вытерев их рукавом заиндевевшей толстовки, выскочил из больницы наружу и с удивлением отметил, что ему ничуть не холодно, хотя на улице декабрь и с неба пухом сыпался снег.
Снежинки, плавно оседая на подернутых инеем волосах, не таяли. Они больше не боялись тепла его тела, потому что (как понял Демьян чуть позже) все тепло из него исчезло. Он перестал быть теплокровным. При каждом новом выдохе из парня не вырывалось ни облачка пара.
Демьян ускорил шаг, а потом и вовсе сорвался на бег, пытаясь убежать от самого себя. И, пока он старался понять и во всем разобраться в приступе паники, сердце изнывало от боли, будто его подвергли немыслимым пыткам.
И все равно ноги привели Демьяна туда, куда нельзя.
Он сидел на заснеженной игровой площадке и бросал грустные взгляды на пятиэтажное здание детдома. Сейчас в его стенах тихо. Все ушли на занятия. Остались лишь немногие, кто смог схитрить и выклянчить у медсестры день, чтобы отлежаться.
Демьяну жуть как хотелось попасть внутрь и забрать хотя бы некоторые вещи из тех, что успел нажить. В голове он составил небольшой список вещей, которые пригодились бы ему: цветные карандаши, акварельные краски и альбом, – пожалуй, самые излюбленные предметы времяпровождения, без которых в данных обстоятельствах можно обойтись. Хотя, признаться, в рисовании Демьян смог бы быстрее забыться.
Из детдома выскочил Славка Трошин. Шапка набок, куртка нараспашку. Он деловитым шагом спешил, иногда бросая взгляд на левое запястье, где размеренно тикали дешевые пластмассовые часы. И в спешке (Демьян всем сердцем надеялся) Славка не должен был обратить на него внимания.
Но он обратил.
Демьян опустил глаза вниз, вдруг заинтересовавшись черными носами своих ботинок, покрывшихся таким же слоем инея, что и вся одежда. Он не хотел, чтобы Славка увидел сразу все его изменения. Достаточно того, что Трошина могут напугать заиндевевшие волосы, топорщащиеся на затылке опасными ледяными иголочками.
– Там воспиталки с ума сходят! – негодующе завопил Славка еще издали. – А ты тут прохлаждаешься под окнами, оказывается!
Демьян стиснул зубы, чтобы не проронить ни звука. Он решил, что со Славкой лучше лишний раз не связываться – меньше мороки.
Вот только Трошин так не считал, подходя все ближе. Его разъедало любопытство, почему это Демьян сидит здесь на заснеженной площадке и не заходит внутрь?
– Эй! – недовольно окликнул он его. – Я вроде с тобой разговариваю!
Уже нельзя было проигнорировать Трошина, который вперился в него взглядом. Он явно ждал ответов и не собирался уходить, пока парень их не даст.
Проблема в том, что Демьян не знал, что именно жаждет услышать от него Славка. Что Трошина интересует больше: почему Демьян сидит снаружи, или почему его облик претерпел изменения?
– Ты оглох, что ли? – озадачился Славка. Да куда его скудному набору извилин понять, что случилось с Демьяном?! Вряд ли Трошин поймет, если ему все изложить, как оно есть. Скорей всего, он воспримет парня как психа.
– Можешь не кричать – я не глухой! – эхом отозвался Демьян, спрыгнув с заснеженных качелей. Там, где он сидел, снег даже не потрудился подтаять, чтобы выглядеть хоть чуточку естественнее. – Воспиталкам можешь передать, что я… ухожу.
Трошин фыркнул:
– О, по-твоему, это так просто – взял и ушел?
Демьян был согласен с ним, что уйти не так уж и просто. Детдом ведет строгий учет по проживающим в нем детям. И вдруг один из подопечных ни с того, ни с сего изъявляет желание исчезнуть. Это выглядит странным. А в жизни парня уже предостаточно странностей. Он даже перестал им удивляться. Сегодня утром.
– Не знаю, – пожал плечами Демьян. – Сложно или просто, но я не вернусь. Это точно.
Славка отрицательно покачал головой:
– Ты никуда не уйдешь. По крайней мере, сам.
– Что? Почему?
Трошин потер ладони, будто в предвкушении приятных зрелищ, и протянул разогретую ладонь Демьяну.
– Я предлагаю тебе идти со мной.
– Куда? – его руку пришлось проигнорировать.
Лицо Славки будто бы замерцало на морозе. На несколько мгновений черты его лица стали резче, а глаза наполнились лунным светом. Парень решил, что с ним снова играет воображение, но лунный свет в глазах Славки не спешил гаснуть, наоборот, он все больше с новой силой разгорался.
– У тебя что-то с глазами, – заметил Демьян. – Ты себя хорошо чувствуешь? – По правде говоря, он надеялся, что лунный свет в глазах толстяка – мираж.
Славка вынул из кармана куртки горсть бело-серых камней. Каждый камешек величиной с горошину. От них исходил тот же лунный свет, что и от глаз Трошина. Демьян с первого взгляда определил, что камни драгоценные, но по сравнению с «королями» ювелирных изделий не имеют большой значимости.
– Откуда у тебя эти камни? – нахмурился парень, подозревая толстяка в ограблении ювелирного магазина или ломбарда. – Ты никого не граб…
– Нет, – усмехнулся Славка. – Это все мое.
Трошин поднял руку с горстью камней и разбросал их вокруг себя и Демьяна так, чтобы их ноги оказались в центре круга.
– Что ты делаешь?
– Отгораживаю нас от посторонних глаз, – охотно ответил Славка, не отвлекаясь от дела. – Хочешь или нет, ты все равно пойдешь со мной. Тебе только нужно выбрать, по-хорошему или по-плохому.
Разбросанные кольцом камни засияли в унисон ярким светом, образуя завесу вокруг парней. Ее сияние усиливалось и Демьяну, откровенно говоря, происходящее все меньше нравилось. У него не было ни малейшего желания следовать за придурковатым Славкой, который невесть откуда взял камни. Трошин ждал от них чуда, хотя то, что они источают лунный свет, уже являлось необъяснимым чудом. Такого ведь никогда прежде Демьян нигде не видел, разве что только в кино с хорошими спецэффектами.
– Не знаю, что тебе нужно, но я с тобой никуда не пойду! – попятился назад парень. Спиной он уперся в световую стену. – Ты свихнулся!
– Как и ты, Морозов, – согласился Славка. – Ты себя-то видел? Настоящий мистер морозильник!
Демьян закусил губу. Пожалуй, тут Трошин оказался прав – со стороны парень с игольчатым затылком представляется странноватым чудиком явно с психическими расстройствами. Здоровый человек никогда бы не позволил себе разгуливать в таком виде по улицам.
– Я долго ждал этого дня – и вот результат моего терпения – ты преобразовался! Ты представляешь, какая это радость для меня? – Трошин ободряюще похлопал его по плечу, будто случившееся с Демьяном и впрямь лучшее событие года. – Мне больше не придется торчать в детдоме, терпеть глупости людей, которые роятся в этих стенах!
Световая стена позади Демьяна накалилась, и жар лунного света оттолкнул его. Ему неприятным теплом обожгло всю спину, и парень впервые в жизни задумался о том, а не случится ли с ним того, что случилось со Снегурочкой, вздумавшей поиграть с огнем? Вдруг он тоже с легкостью снежинки может растаять от тепла?
– Кто ты такой? – этот вопрос давно просился сорваться с языка.
Славка окинул лунные камни опытным взглядом, проверяя идеальную окружность телепортационного круга. На его щекастом лице играла улыбка. Он был доволен как никогда раньше.
– Я – лунный охотник. И все это время я охотился.
Демьян изумленно отшатнулся от толстяка к световой стене.
– На кого ты охотился?
Трошин легонько с фамильярностью похлопал ошарашенного Демьяна по щеке.
– Что мне не нравится в людях – так это то, что вы медленно соображаете. С моей точки зрения, это главный ваш недостаток, хотя Аристарх утверждает, что недостатков у вас непомерно.
Колени предательски задрожали. Демьян ощутил, как язык занемел от нахлынувшей волны страха. Внутри все похолодело, словно мороз сковал все внутренности. При нынешних обстоятельствах парень полагал, что внутренности мороз не должен был затронуть, но ошибся.
– Таких, как ты, на самом деле выследить очень сложно, – признался Славка. – Однако шансы на успех у нас, охотников, все же есть, хоть и мизерные. Мы разбредаемся по миру и ищем вас, выслеживаем. Не сразу, но вы даете о себе знать. Точнее ваши особенные сердца…
Световая стена заалела и взорвалась красочными осколками. Демьян инстинктивно прикрыл голову руками, чтобы уберечь себя от тяжелых травм. Тыльные стороны ладоней наполнились мелкой щиплющей болью.
– Как правило, у вас редкие имена, – продолжил беседу Трошин, как будто ни в чем не бывало. Взрыв световой стены его ничуть не затронул физически и не удивил эмоционально. Его лицо сохраняло прежнюю будничность.
Демьян осторожно отнял руки от головы, убедившись, что опасность миновала. Тыльные стороны ладоней покрывали мелкие кровоточащие царапины, изнывающие болью.
– Из-за редких имен круг поисков сокращается, а дальше немалую роль играет характер, – заверил Славка Демьяна, словно он оспаривал тактику его охоты. – Я долго наблюдал за такими как ты и выяснил, что печаль, горечь и трагедии в жизни заставляют вас преобразовываться быстрее… Мне остается только устроить пару несчастных случаев – и охота увенчивается успехом!
Демьян осмотрелся по сторонам. За погасшим кругом лунных камней уже не было заснеженной игровой площадки. Детдом словно растаял, как и снег. Ноги парней утопали в грязи по щиколотку. За кругом, опасливо принюхиваясь, хором хрюкали розовые пятачки.
– Мы на свиноферме, – прочистив горло, слабо выдавил Демьян, вырываясь из липких лап страха. Рассказ Славки о его охоте не вдохновлял на счастливый исход начавшихся приключений. Демьян осознал то, что ему в одиночку не отделаться от Трошина.
Будто очнувшись ото сна, Славка огляделся по сторонам. Только теперь он заметил, куда их занесло. Вокруг дружным хороводом бродили мелкие любопытные поросята, пытаясь как можно быстрее скрыться от пришедших. Хотя их, скорее всего, напугали световые осколки, а не пара посторонних глаз и ног, погрязших в грязи.
– Фу-у! – брезгливо протянул Трошин и зажал нос пальцами. – Почему мы оказались среди вони?
– Я не знаю, – покачал головой Демьян. – Это нужно спросить у тебя! Ты же охотился на меня, а не наоборот!
Славка не стал собирать камни. Он не хотел пачкать руки в дурно пахнущей жиже, когда возле ног в грязь окунаются розовые пятачки.
Трошина покоробило:
– Почему телепорт забросил нас на свиноферму?! Почему мы оказались невесть где среди свиней?!
– Видимо, твоя охота не задалась, – усмехнулся Демьян, чувствуя в кончиках пальцев морозное покалывание. Сердце отозвалось болью, призывая действовать, пока охотник заинтересован свиньями и нестабильностью телепорта, но бьющая в нос вонь мешала сосредоточиться.
Одна из самых испуганных свиней громко взвизгнула и галопом унесла копытца от входа в свинарник. На пороге в грязь ступила пара резиновых сапог. Демьян, оглянувшийся на визг, озадаченно посмотрел на вошедшего. Это был высокий худощавый мужчина средних лет, одетый в потертые джинсы и черную куртку с искусственным лисьим мехом. Его широкоскулое гладковыбритое лицо не выражало ни капли жестокости. В черной оправе на глазах поблескивали круглыми стеклами очки. Даже с расстояния в десять шагов Демьян видел, что глаза мужчины фиалкового цвета.
Незнакомец поднял к своим глазам размером с горошину такой же лунный камень, как та горсть, что утонула в грязи, забросив парней на ферму. Он изучающим взглядом рассматривал камешек со всех сторон.
Трошин с облегчением вздохнул:
– Я так и знал! Так и знал, что без тебя не обойдется!
По тону охотника Демьян заключил, что Славка и незнакомец давно знают друг друга, но не являются приятелями. Значит, Демьяну можно смело надеяться, что мужчина, возникший на пороге, позаботится об охотнике. По крайней мере, ему хотелось в это верить.
– Я вмешался из любопытства, – нашел себе оправдание незнакомец. – Знакомый шаман, знающий азы магии, посоветовал уронить лунный камешек и нарушить идеальный круг телепортации. Вижу, что сработало, и вы оказались там, где я.
Славка замерцал лунным светом. Его кожа начала источать его, прорываясь наружу через поры. Он рассмеялся так, будто встретил давнего приятеля.
– Ты хитер. Вот почему к тебе сложнее всего подобраться. Это дважды удавалось сделать только Аристарху. Может, поделишься своим секретом? Где ты скрываешься?
Мужчина спрятал лунный камень в карман и с озорной ребяческой искоркой в глазах посмотрел на Трошина, чье лицо выражало легкое недоумение.
– У всех должны быть свои секреты. Я не выведываю твои, а ты мои – и все довольны жизнью, – с широкой улыбкой на лице отозвался он.
Демьян в замешательстве переводил взгляд с одного лица на другое, пытаясь разобраться, что происходит, и как ему быть дальше? Может, сбежать? Этот вариант был лучшим из всех, что роились в голове Демьяна. Он решил было воспользоваться этим незамысловатым вариантом, но Трошин, а точнее то, что осталось от Трошина, остановил его.
Рука, грубо высеченная из бело-серого камня, сомкнулась вокруг запястья Демьяна, удержав его от бегства. В каменной ладони была сосредоточена такая железная сила, что узник не решился противостоять ей – он не желал расставаться с собственной рукой, которая еще может пригодиться.
Демьян вскинул глаза, перебегая ими от каменной руки к лицу Трошина. Вместо Славки его взгляд наткнулся на каменное лицо. Его бело-серые резкие черты лица пугали и вселяли новую дозу страха в сердце парня.