Детские капризы: кто виноват и что делать? По следам семейных консультаций

Психологические причины и особенности семейной системы

Вряд ли найдутся семьи, где родители мечтают о капризном ребенке и сознательно формируют такового.

Все хотят вырастить спокойного, адекватного и уравновешенного ребенка. Но иногда в силу своих личностных или семейных особенностей они провоцируют и поддерживают нежелательное поведение детей. Своими действиями или бездействием они, часто сами того не осознавая, создают условия для того, чтобы подобное поведение у ребенка запустилось и вошло в повседневную практику.

Поэтому, приступая к коррекции детского поведения, родителям в первую очередь нужно начинать с себя. Именно родители, а точнее, взрослые, участвующие в воспитании, являются соавторами или авторами как адекватного, так и неадекватного поведения детей.

Рассмотрим особенности семейных систем, где есть капризные дети.

Противоречивые позиции взрослых

Разногласия между родителями часто приводят к тому, что ребенок становится неуправляемым.

При коррекции детского поведения нередко приходится углубляться в причины родительского рассогласования. Этими причинами могут стать: разные ценности и представления о режиме дня и питания, манерах и воспитании у супругов, разные требования к безопасности и выбору игрушек, представления о вредном и полезном. Как правило, супругам, борющимся за власть, нетрудно найти повод для перетягивания «одеяла воспитания» на себя.

Семену 3 года. Его родители находятся в затяжном конфликте. Изучая ситуацию в семье, я не могу найти темы, по которым взрослые были бы согласны друг с другом.

Любые требования одного взрослого тут же перебиваются авторитетным бескомпромиссным суждением другого.

Пищевое поведение. Мама за строгий режим принятия пищи. Папа – сторонник «кормления воробышка». На практике выходит так. В промежутках между принятием пищи ребенок крутится около папы, который постоянно перекусывает орехами. Ребенок просит орешки. Отец, естественно, дает. Мать срывается и забирает у сына орехи. Мальчик плачет. Отец его утешает. Родители ругаются.

В другой раз мама просит ребенка съесть, к примеру, творог. Сын по какой-то причине отказывается (может, сыт перекусами или просто творог не любит). Мама настаивает. Отец вступается за сына: «Не заставляй ребенка!». Ребенок плачет. Родители ругаются.

Выбор игрушек. Отец покупает сыну все, что тот захочет. Мама дифференцирует игрушки на вредные и полезные. Однажды отец купил игрушку-монстра. Мать высказала возражение. Недовольными игрушкой оказались и воспитатели детского сада – девочки младшей группы испугались. Мама потихоньку спрятала страшного монстра. Через некоторое время вернувшийся из командировки отец привез точно такого же монстра в подарок сыну.

Гигиена. Мама уговаривает ребенка почистить зубы. Семен отказывается. Мама, напирая и уговаривая, продолжает гнуть свою линию. Ребенок всхлипывает, но подчиняется. Тогда в дело вмешивается противник насильственных методов отец. Ссорится с женой и забирает сына.

Как следствие, практически все предписания и ограничения мамы Семен встречает агрессией и сопротивлением.

На практике скрытые и открытые конфликты супругов очень легко переносятся в зону родительства, где предметом споров и претензий становятся, прежде всего, вопросы воспитания и развития ребенка.

На консультации молодая семья. Ребенку два года и шесть месяцев. Мальчик капризен, нервозен, непослушен.

С ним никто не может справиться.

С первых минут консультации, очевидно, что отношения молодых родителей в кризисе. Они жестко и напористо конфликтуют по любому вопросу, не уступая друг другу.

«Если я уступлю, получится, что она права?!» – отстаивает свои позиции супруг.

«Почему я должна всегда делать так, как ему надо? Мне надоело!» – возмущается супруга.

«Полем битвы» стало и воспитание ребенка. Родителям было сложно достигнуть согласия не только в вопросах режима, развития или питания. Молодые папа и мама могли часами спорить о том, какие колготы надеть ребенку на прогулку…

Иногда рассогласованность позиций взрослых выражена не так явно, и отношения родителей не столь напряженные, однако ребенок очень эмоционален в своих требованиях.

На консультации родители двухлетней девочки, обеспокоенные участившимися истериками. Со слов матери, последний приступ длился около часа: девочка рыдала долго, громко и безутешно.

Чтобы понять суть и причины происходящего, изучаю ситуацию.

После подробного «расследования» выясняются следующие обстоятельства.

Был выходной день. Отец отдыхал на кухне. На столе – традиционные атрибуты «мужского релакса»: пиво, копченая рыба, сухарики, сушеные морепродукты. Понятно, что все эти продукты не подходят для питания ребенка.

Когда мать на время отлучилась в другую комнату, дочь, оставшись без внимания, начала капризничать. Отец, решив, что ей хочется полакомиться чем-то со стола, начал угощать ее запретными «вкусняшками».

При появлении матери девочка продолжала просить у отца освоенные лакомства.

Зная отношение жены к подобным продуктам (у ребенка диатез), папа демонстративно при жене жестко запретил дочери: «Тебе это нельзя!».

Дальше последовала сильная и продолжительная истерика девочки.

Что происходило в душе у этого ребенка? Мы можем только предположить: «Почему только что было можно, а сейчас нельзя?», «Папа – предатель! То дает, то нет…». Обида, досада, непонимание, желание получить то, что так понравилось – далеко не полный перечень возможных мыслей и переживаний ребенка.

Истерика в данном случае обоснована. И родители – ее авторы.

Ребенок – участник коалиций

В такой семье, скорее всего, есть скрытый или открытый конфликт. И взрослый по каким-то соображениям (скорее всего, для усиления своей позиции) объединяется с ребенком.

Признаки образовавшейся коалиции:

– взрослый и ребенок обсуждают второго родителя, выражая недовольство;

– взрослый настраивает ребенка против другого взрослого, участвующего в воспитании;

– взрослый и ребенок замышляют и/или осуществляют планы без согласования с другим взрослым;

– взрослый и ребенок совершают действия, противоречащие интересам второго родителя;

– взрослый и ребенок создают секреты, скрывают информацию от другого взрослого.

Примеры коалиций взрослого и ребенка из моей практики.

Так, папа охотно играет в компьютерные игры со своим шестилетним сыном, но при одном условии: «Маме – ни слова!». Или мать охотно рассказывает своей шестилетней девочке об отце-предателе, который встречается с другой тетей.

На консультации семья: папа, мама и их четырехлетний неуправляемый сын. Его трудно собрать на прогулку, усадить за стол, заставить заниматься или убирать игрушки.

Инициатор консультации – мама. Папа большую часть времени только слушает и скептически комментирует слова психолога. На мой вопрос, с какой целью он пришел на консультацию, отвечает: «Послушать, чему будете учить мою жену».

Далее выясняется, что отец семейства культивирует главенство мужчин, включая сына, в семье.

Приходя домой, он традиционно спрашивает наследника: «Сегодня мама тебя обижала?». И если тот жалуется, мама «отвечает» перед мужчинами за свое поведение.

Неудивительно, что при таком построении отношений мать не могла справиться с ребенком.

Интересно, что и отец не мог сладить с сыном, так как кроме придуманной им традиции «муштровать маму» у него мало идей о воспитании сына.

Родителям сложно влиять на детей, втянутых в коалиции. Причем трудно не только тем, против кого дружат. Взрослые, объединившиеся с ребенком против другого взрослого, как правило, тоже большим авторитетом у ребенка не пользуются.

Почему?

Возможно, потому что ребенок:

– видит, как при его непосредственном участии лишается влияния взрослый человек;

– становится влиятельнее, чем взрослый;

– участвует в решении отнюдь не детских вопросов.

Сложный микроклимат в семье

Известно, что развитие ребенка в большой степени зависит от психологического климата в семье.

Психоэмоциональное возбуждение, напряженность и отсутствие чувства безопасности не лучшим образом сказываются на поведении и характере ребенка.

Так, капризность ребенка может стать следствием следующих событий:

– семья на грани, во время или после развода;

– разлука ребенка с кем-то из родителей;

– скрытый или открытый конфликт в семье;

– ребенок – свидетель или участник агрессии в семье;

– появление нового члена семьи;

– неблагополучная финансовая ситуация в семье;

– ссоры и аффективное поведение взрослых;

– нарушенные коммуникации в семье и общение супругов через ребенка;

– использование ребенка одним из родителей для получения скрытой информации в семье и так далее.

Жизнь показывает, что этот список проявлений дисгармонии в семье далеко не полный.

Неблагоприятный фон семьи подрывает психику ребенка, лишая его ощущения стабильности и безопасности, и ребенок растет в непростой деструктивной обстановке.

Взрослые заинтересованы в особом поведении ребенка

Есть семейные системы, в которых проблемное поведение ребенка приносит выгоду кому-то из взрослых. При ближайшем рассмотрении становится заметно, что, «мучаясь» с проблемным поведением ребенка, кто-то получает выгоду, удовлетворяя некоторые свои интересы. Эта выгода, как правило, не очевидна с первого взгляда и касается очень тонких сторон жизни членов семьи.

Так, среди матерей капризных детей нередко встречаются домохозяйки, невостребованные в профессиональной сфере. Разговаривая с ними, понимаешь, что иногда они не хотят или уже не могут работать. А если в семье или в окружении не принят подобный образ жизни, нужны особые аргументы для того, чтобы «быть дома». Тогда женщина для обоснования своего домашнего образа жизни использует объяснение-прикрытие: «У нас особый (капризный, часто болеющий, инфантильный и так далее) ребенок, ему просто необходимы соответствующие условия, которые может обеспечить только мама».

Сознательная или бессознательная заинтересованность взрослого в особом поведении становится очевидной, когда ребенок уже созрел для изменений, а кто-то из семьи, несмотря на это, активно продолжает сопротивляться личностному росту ребенка, создавая все условия для сохранения проблемы.

Сергею 10 лет. Он не может спать один и постоянно категорически требует, чтобы кто-то находился с ним в постели: мама, отец, бабушка или дед. И взрослые послушно выполняют его желание.

На консультации мы поработали над созданием готовности к самостоятельному сну в своей кровати.

На следующей встрече мама рассказала, что после нашей работы мальчик вечером захотел остаться в кровати один, но дед настойчиво продолжал укладываться в постель с внуком.

Всей семье пришлось приложить немало усилий для того, чтобы уговорить сердобольного деда спать отдельно от внука.

Ребенок – главный

Самый распространенный вариант семейной системы с капризным ребенком – система с нарушением семейной иерархии: ребенок занимает более значимое место, чем взрослые.

При помощи капризов, истерик и манипуляций ребенок получает власть, добиваясь своего, удовлетворяя свое импульсивное желание.

Я не раз слышала, как подросшие дети, регулярно побеждающие в «боях с родителями», с большим удовольствием хвастались перед сверстниками: «меня слушаются родители», «папа покупает все, о чем я попрошу», «мне вообще никто ничего не запрещает».

К слову сказать, желание стать главным и иметь влияние на других – естественно для человеческой природы. И в процессе взросления дети с завидной регулярностью пробуют продвинуться в семейной иерархии вверх, используя для этого разные способы.

Когда моей дочке было пять лет, у нас произошел забавный случай.

В тот день из детского сада ее забирал папа.

О том, что папа с дочкой приближаются к дому, я услышала по громким воплям дочери и из окна увидела, что добирается она из садика практически волоком.

Пока Настасья в одежде валялась на пороге квартиры, супруг поведал, что проблема возникла еще в садике. Дочь не хотела завершать игру, идти домой, потом отказывалась самостоятельно одеваться, по дороге требовала что-то купить, подкрепляя свои требования истерическими воплями, обидными словами и падениями.

Собрав информацию, мы выяснили, что в тот день в детском саду проводилось тематическое занятие, на котором воспитатель знакомила детей с политическим устройством России. Детям популярно рассказывали о правительстве, президенте, губернаторе и главе города.

Занятие так захватило детей, что остаток дня они играли в сюжетно-ролевую игру «Главный в городе». Командовали, приказывали, упивались властью.

Затормозиться после садика моей девочке не удалось, и охмелевшая от ощущения вседозволенности Настасья перенесла социальные эксперименты на поле родительско-детских отношений: сопротивлялась давно понятым правилам, отказывалась слушаться, настаивала на покупках, приказывала и скандалила.

И вот, результат детских экспериментов предстал перед нами лежащим в соплях и слезах на пороге квартиры.

– Настя, раздевайся!

– Я не буду раздеваться!

– Почему?

– Не хочу!

– Надо!

– Не надо!

– Мы с папой тебе говорим: разденься!

– А я вам говорю: не буду! Я не слушаю вас!

– Это еще почему?

– Я главная в городе! Вы меня слушайтесь!

– Ах, вот как!..

После этого пришлось объяснить дочери основы семейной иерархии с практическим подкреплением до окончательного принятия детского места в семье с признанием этого факта ребенком.

В процессе работы с семьей по коррекции поведения ребенка семейному консультанту очень важно понять, кто в семье главный.

Как можно узнать главного:

– за ним остается последнее слово;

– его желания выполняются;

– он может одобрить или отвергнуть любые планы.

Кто может быть главным в семье?

Может, это мужчина? Или тот, кто больше зарабатывает? Или самый старший? Или самый адаптивный? Или самый темпераментный…

Для консультанта часто не так важно, кто в семье главный: муж или жена, лишь бы не ребенок!

Семья во главе с ребенком обречена на психологические проблемы.

«А как же любовь и забота, все лучшее – детям?» – часто спрашивают меня родители.

Да, родительская любовь необходима детям, но давайте не будем путать два разных понятия: создание оптимальных условий для развития и передачу власти.

Как правило, мифы взрослых о том, что ребенок должен быть главным, управлять взрослыми, в реальной жизни не приводят ни к чему хорошему.

Почему ребенок не может быть главным в семье?

Да потому что он ребенок! Его знаний, зрелости, сознательности недостаточно для того, чтобы нести ответственность за себя и других.

– Что он знает о бюджете семьи?

– Он умеет зарабатывать?

– Он знает о вреде и пользе продуктов питания?

– Он знает, какую еду, в каких количествах и каким образом можно употреблять?

– Он знает, какая одежда подходит для текущих погоды и условий?

Что он знает об образовании и развитии?

– Он знаком с законами, правилами и нормами поведения в обществе?

– По силам ли ребенку быть главным и нести ответственность?

– Каково приходится взрослым под командованием несовершеннолетнего?

– Если папа – друг ребенка, то кто в семье реализует роль отца?

– Из каких соображений и принципов ребенок принимает свои решения?

– У него есть осознанные позиции по вопросам режима, питания, развития?

– В чем роль родителей в такой семье? В обслуживании?

Эти и многие другие вопросы ставят родителей, отдавших ребенку лидирующую роль в семье, в тупик.

У детей недостаточно знаний и сил для руководства семьей. Они не готовы к столь ответственной ноше. Как следствие, несовершеннолетние дети, наделенные статусом главного в семье, быстро обрастают всевозможными невротическими симптомами.

Задача психолога, работающего с подобной семьей, состоит в том, чтобы перевести ребенка в «детскую группу» с соответствующими правами и обязанностями, помочь ему занять свое место в семейной системе.

На консультациях с семьями, где ребенок стал главным, я иногда спрашиваю у родителей:

– Как вы думаете, кто у вас главный?

– Наверное, ребенок, – отвечают они мне.

– А умнее никого не нашлось? – задаю жесткий «терапевтический» вопрос.

Как ребенок становится главным?

Рассмотрим разнообразные условия, при которых ребенок может «захватить власть» в семье.

1. Долгожданный ребенок

Его долго ждали. Возможно:

– его будущие родители долго лечились;

– он появился в результате ЭКО или других сложных и затратных манипуляций;

– у мамы до появления этого малыша уже были потери детей;

– врачи сообщили, что у пары больше не будет детей.

Ценность такого ребенка высока, так как его появление является результатом трудоемкой и затратной деятельности или даже приравнивается к чуду. Его ценят и балуют. Он по факту своего рождения получает преференции от родителей и окружения. И становится главным!

2. Больной ребенок

Здесь речь идет о ребенке:

– с врожденным диагнозом, родовой травмой;

– часто болеющим или имеющим хронические заболевания;

– с особым пищевым поведением и так далее.

О его жизни и здоровье так сильно переживают близкие, что это постоянное беспокойство быстро перерастает в привычку охранять и постоянно радовать любимое чадо. Любые переживания слабого ребенка, с точки зрения обеспокоенных родителей, просто недопустимы. Так он становится главным.

3. Ребенок-кормилец

Например, ребенок становится «кормильцем» в неполной семье, куда приходят немалые средства – алименты или содержание.

После смерти мамы мальчик остался жить с бабушкой – мамой мамы. Папа – «владелец заводов, газет, пароходов» устраивал свою личную жизнь, куда, в общем-то, мог вписаться и сын, но бабушка создала все условия для удовлетворения любых потребностей ребенка, за которым было внушительное приданое. Средства, которые перечислял отец, обеспечивали безбедное существование бабушке, дедушке и их многочисленным родственникам.

Желание ребенка для отца значило много. Именно он, согласно договоренности взрослых, должен был решить, с кем будет жить.

Бабушка хорошо понимала потребности внука и выполняла все его желания: не ограничивала игры в компьютер, спокойно относилась к его беззаботному времяпрепровождению, не требовала хорошей учебы в школе. О домашних обязанностях и самообслуживании вообще не было речи.

И на вопрос: «С кем ты хочешь жить?» – мальчик давал однозначный ответ: «Конечно, с бабушкой!».

4. Ребенок-«блестящие перспективы»

Открывшиеся у ребенка способности нередко нарушают порядок в семье. Родители, ожидая блестящей карьеры способного ребенка:

– вкладывают в его развитие немалые финансовые и временные ресурсы;

– создают с ним альянс;

– выполняют его требования;

– создают комфорт;

– охотно обслуживают;

– угождают.

Никите 10 лет. У него хорошие физические способности. С трех лет он стоит на коньках.

В небольшом городе, откуда Никита родом, нет перспектив для его дальнейшего развития. Поэтому, мечтая о карьере хоккеиста, родители перевозят его в большой город, где есть ледовая арена, профессиональные команды и возможности продвижения. Жизнь всей семьи, включая прародителей, перестраивается под расписание мальчика.

Чтобы мотивировать сына на занятия спортом, отец красочно рассказывает о блестящих перспективах большого хоккея.

На мой вопрос: «Что тебе дает хоккей?», ребенок, развалившись в кресле, снисходительно рассказывает о том, как станет миллионером и мировой знаменитостью.

В семье десятилетний Никита контролирует взрослых, устанавливает правила, распоряжается финансами и высказывает свое мнение при обсуждении недетских вопросов. Взрослые ему подчиняются. В близком окружении с ним уже общаются как со звездой хоккея.

Маму смущает только то, что сына невозможно о чем-то попросить. У ребенка нет обязательств по дому, он груб, надменен и неприятен в общении. Он не спит один в кровати. Да и забивать почему-то тоже перестал…

5. Маленький принц

Речь идет об осознанной концепции воспитания дочери или сына, которую нередко практикуют уверенные и серьезные родители, выстраивая особые отношения со своим ребенком.

Родители (чаще папы), как правило, хорошо умеют ограничивать других людей, проявлять последовательность и даже жесткость. Но по отношению к своему ребенку «сильные мира сего» почему-то делают исключение, намеренно создавая для него преференции, балуя и опекая.

На рисунке семьи этот ребенок, скорее всего, нарисует себя первым или большим, часто в особенной одежде или в короне.

Этот ребенок имеет лучшие игрушки, развлечения и одежду. Он убежден, что он – особенный и лучше других.

Ребенка с таким пониманием своей роли в мире очень трудно просить, учить или ограничивать…

6. Ребенок плюс симптом

Под симптомом в данном случае подразумевается некий поведенческий акт: истерика, агрессия, демонстрация беспомощности или другие проявления, усиливающие позицию ребенка настолько, что родители уступают, забывая о принципах и сдавая позиции.

Например, они могут сдаться, когда в знак протеста ребенок начинает кричать. Или, испугавшись того, что он может навредить себе, испортит вещи, разобьет что-нибудь или разнесет квартиру, мать пасует перед ребенком и уступает…

Я видела маму пятилетнего мальчика, которая испуганно пригибалась, когда сын замахивался на нее. А другая, боясь, что дочь уйдет из дома, отменяла свои требования и запреты.

Как дети находят «слабые места» родительской психики? Может, в результате практических экспериментов? Или родители сами неосознанно выдают своим детям все возможности для руководства?

Я убеждена: дети – наши учителя. Они точно показывают нам направления для работы над собой: наши слабости, заблуждения и нестыковки.

Требуя от детей изменений, попробуйте поменять что-то в себе. И вы поймете, что это трудная работа, для которой требуются мотивация, время и терпение.

Родители «зоны риска»

Мы уже говорили о том, что истерики и капризы «задерживаются» далеко не в каждой семье, хотя почти каждый ребенок когда-либо пробовал скандалить, желая получить свое.

Пришло время подробнее поговорить об особенностях родителей, воспитывающих капризных детей.

1. Чуткие, тревожные и деликатные родители

Они очень стараются быть хорошими или даже идеальными родителями:

– думают, читают педагогическую и психологическую литературу;

– ходят на консультации, занятия и тренинги;

– имеют весьма продуманный гуманный подход к воспитанию;

– придают серьезное значение всему, что транслирует ребенок: хранят и подробно анализируют детские рисунки, записывают детские фразы, трепетно расспрашивают ребенка про сны и фантазии;

– беспокоятся о психологическом состоянии ребенка;

– стремятся создать максимально благоприятный микроклимат для гармоничного развития ребенка.

Никто не спорит, они – прекрасные родители! Но часто именно это, как ни странно, и провоцирует капризное поведение.

Он в слезы – мама уделяет максимум внимания. Сказал «я боюсь» – родители начинают расспросы. Так ребенок понимает, что получает тепло, внимание и интерес к себе в неспокойных ситуациях, которые становятся ему выгодными.

2. Безотказные родители (прародители)

Они не могут себе позволить как-то осложнить отношения с ребенком и испытывают серьезные трудности в ситуации детского скандала или истерики.