- -
- 100%
- +
Я — обычная домохозяйка.
Так всем говорит мой муж.
На самом же деле, я веду бухгалтерию его компании со дня нашей свадьбы. Его бизнес стремительно рос и развивался, и теперь в нем не разобраться без моего бесконечного терпения и глотка вина. Счета, откаты, переводы, подставные фирмы, «заначки» в Дубае и на Кипре…
Он — лицо нашего бизнеса. Я — его тень. Мы идеальный тандем.
На людях я улыбаюсь, готовлю пироги, принимаю гостей и забочусь, чтобы Олег не забыл свой обед. И в это же самое время сверяю цифры и затыкаю дыры в бюджете.
Поэтому, несмотря на то что сегодня мой день рождения, я всё равно приехала в офис подчищать косяки.
Во всем огромном здании нет ни единой души. Все нормальные люди отдыхают в свои законные выходные, а я… Мне тоже нужно поскорее уехать — дома меня ждут друзья и родственники, которые должны устроить вечеринку-«сюрприз» в мою честь.
Вдруг неожиданно зазвонил служебный телефон. Кто может звонить сюда в субботу, да ещё и в восемь вечера?
— Алло?
— Это касается вашего мужа.
Незнакомый мужской голос.
— Кто вы? — настороженно спросила я.
— Он вам изменяет.
Я нервно усмехнулась.
— Кто-то решил разыграть меня в день рождения? Очень смешно.
И положила трубку. Где-то глубоко внутри неприятно засосало под ложечкой, но я отмахнулась: это точно чья-то глупая шутка.
Через минуту зазвонил мобильный. Мой личный номер, который не знает никто, кроме родных и самых близких.
— Алла, — произнёс тот же голос. — Мы с вами в одной лодке. Он не просто вам изменяет. Он трахает мою женщину.
Я молчала, вконец растерявшись. Незнакомец не только знал мой личный телефон, но и моё имя.
— Нам нужно поговорить.
— Так кто вы такой? — еле выдавила я.
— Скоро узнаете.
Я нажала «отбой».
Сердце колотилось, предчувствуя недоброе, но разум сопротивлялся. Я объяснила себе так — это провокация, очередной конкурент решил пошатнуть Олега через меня. Такое бывало и раньше.
Я посмотрела на часы — пора домой. Там ждут гости, накрытый стол, торт с цифрой моего возраста…
Я закрыла ноутбук. Всё, хватит на сегодня. Тем более, что после таинственных звонков мой рабочий настрой совсем пропал…
В зеркальном лифте отразилось моё уставшее лицо и поджатые губы. Да, вид у меня не самый праздничный. Все-таки стоило этот день провести в спа, чтобы навести марафет и почистить перышки, но у меня не было выбора…
Пока кабина медленно ехала вниз, неприятная мысль вдруг засела занозой: а вдруг это правда? Вдруг…
Я отогнала ее, не позволив даже задуматься. Какой бред! Вокруг слишком много завистников нашего счастья. Особенно сейчас, когда Олег вступил в политическую гонку за место мэра нашего города.
Лифт открылся на подземной парковке, я вышла и направилась к машине. Неожиданно уловила какое-то движение краем глаза и остановилась.
— Кто здесь? — хотела казаться уверенной, но голос предательски дрогнул. — Это не смешно.
Тишина.
Я покрутилась вокруг своей оси. Кто-то был рядом, совсем близко. Я это чувствовала.
— Олег, ты? — спросила с надеждой. Вдруг это муж решил устроить сюрприз и встретить меня, измученную, после целого дня работы с букетом цветов?
Но вместо букета — резкий рывок. Вспышка страха.
Я закричала, но голос тут утонул в чьей-то грубой ладони.
Меня запихнули на заднее сиденье машины. Дверь захлопнулась. Я оказалась в западне.
— Прости за это, Алла, — раздался знакомый голос рядом. — Но по-другому до тебя невозможно достучаться. Ты упорно не желаешь признавать очевидное.
Обладатель бархатного голоса сидел напротив меня в этой большой, роскошной машине. С первого же взгляда мне стало понятно про него все.
Опасный. Красивый. Жесткий. Глаза цвета стали. Лицо, как вырезанное ножом.
И почему-то оно показалось мне смутно знакомым…
Он тоже смотрел так, будто знал про меня все. Даже то, чего я сама не знала.
— Твой муж спит с моей женщиной. Вот почему я здесь.
Машина тронулась, и я запаниковала. Попыталась вырваться, вцепилась в дверную ручку, дернула ее на себя. Мужчина остановил меня одним движением руки.
— Ты... кто вы такой? — выдохнула я.
— Тимур, — представился он. — Думаю, ты слышала это имя.
Вдруг меня осенило. Конечно, слышала. Все в нашем городе знали это имя. И замирали, благоговея.
Тот самый Тимур Бадоев. Серый кардинал нашего города.
— Отпустите меня, — прошептала я. — Я ничего вам не сделала...
И потянулась к двери.
Он перехватил мою руку и сжал.
— Алла, если бы я хотел причинить тебе вред — поверь, всё было бы иначе. Я не твой враг. Твой враг — тот, кто врет тебе и трахает другую за твоей спиной.
— Олег бы никогда не...
— Он уже, — перебил Тимур, глядя мне прямо в глаза. — Хочешь убедиться?
Машина резко свернула направо. Я посмотрела в окно — мимо проносились улицы, знакомые и чужие. Мы ехали не к моему дому. Не к моему дню рождения.
Мы ехали туда, где сегодня разрушится моя жизнь.
Глава 2
Я пыталась осознать, что происходит. Сон? Галлюцинация? Злая шутка?
Но внутри уже начинало холодеть. Что-то подсказывало — это моя новая реальность.
Машина вдруг резко затормозила. Тимур вышел первым и галантно протянул руку, чтобы помочь мне выйти. Или чтобы не позволить мне сбежать? В любом случае, мне пришлось на нее опереться, потому что я еле стояла. Ноги от волнения подкашивались.
Мы остановились в какой-то подворотне и зашли в незаметную дверь. Тимур шёл впереди, не говоря ни слова. Я следовала за ним, не задавая вопросов.
Какое-то время мы плутали по переходам внутри здания.
— Где мы? — наконец спросила я.
— Отель для свиданий, — сухо ответил Тимур. — У нас есть комнаты в стиле БДСМ, "офис начальника"... Мы предлагаем разное.
— Ты владелец?
— Да. Целой сети.
Тимур остановился у неприметной двери, открыл её картой и кивком пригласил меня зайти.
Комната, погружена во тьму и полностью пустая. Единственное, что в ней есть — это небольшое зеркало.
— Смотри, — тихо сказал Тимур.
Я подошла ближе, заглянула и...
Через зеркало увидела то, что происходит в одном из номеров отеля. На огромной розовой кровати лежал Олег. Он пил шампанское прямо из горла, а на нем сверху скакала девица.
Я не сразу осознала, что это не экран, не съёмка, не постановка. Это происходило прямо здесь и сейчас, на расстоянии пары метров.
— Нет, — прошептала я. — Этого не может быть.
Я закрыла глаза, но изображение уже врезалось в памяти, отпечаталось, как ожог. Сколько еще проживу на этой земле, я всегда буду помнить то, что увидела.
Всё это так противно, так откровенно пошло...
Мерзавец… как ты мог?
Я отвернулась, закрыла лицо ладонями. Слезы потекли по щекам, горячие, горькие, они будто выжигали кожу. Я не могла удержаться и...
Уткнулась в плечо Тимура. Не потому что искала утешения — просто это было первое, что оказалось рядом. Я пыталась спрятаться в ткань, заглушить в ней свой плач, унять дрожь.
Наш дом, наши дети, наш общий бизнес, привычная жизнь — всё рушилось, словно карточный домик.
Ноги подкосились — и я почувствовала, как чьи-то сильные руки обхватили меня за талию.
— Спокойно, — услышала я голос Тимура. — Пойдем. На сегодня достаточно.
Всё вокруг плыло, шумело в ушах. Я вцепилась в его плечо, лишь бы не упасть. Он вывел меня из комнаты.
Тимур открыл одну из дверей, пропустил меня внутрь.
Это был номер, обставленный как кабинет директора крупной фирмы. Только одна деталь — гигантская кровать посередине, выдавало в нем фальшивку. Я опустилась на диван.
— Символично, — пробормотала я, усмехнувшись. — Прям как у него в офисе.
— Твой муж любит играть в начальника, — сказал Тимур, подходя к бару у стены.
Он плеснул янтарную жидкость в два стакана. Один протянул мне. Я взяла и выпила, не глядя.
— Почему ты это сделал? Зачем показал?
— Потому что ты должна знать, кто рядом с тобой.
Я сделала ещё один глоток. Чуть больший.
— Поздновато. Мне нужно было знать это раньше. Гораздо раньше. Уже прошла целая жизнь…
Тимур чуть склонил голову:
— И чтобы ты знала — за что.
— В смысле… за что? Что это значит?
Он не ответил. Откинулся в кресле, будто давая мне время переварить сказанное. А может, ему просто нравилось наблюдать, как меня накрывает осознание.
Тут смысл дошёл до меня, как удар под дых.
— Ты хочешь убить Олега? — переспросила я, внутренне холодея.
— Я не хочу, — сказал он. — Я действую.
Я всмотрелась в его лицо. Потемневшие глаза. Ни капли эмоций. Сдержанность, сила, холод.
Мне больше не было больно. Обида схлынула. Мерзко, горько — да. Как бы я ни ненавидела сейчас мужа, но убивать его...?
Я смотрела в лицо Тимура, и сердце сжималось от того, сколько в нем решимости. Удастся ли мне ее поколебать?
Глава 3
— Послушай… Эта женщина… Твоя жена… Неужели она стоит этого? Чтобы за нее убивать?
Тимур затянулся сигарой, выдохнул дым в потолок.
— Ну во-первых, никакая она мне не жена.
— Тогда тем более! Если она тебе не дорога, то зачем…?
— Он не переступил черту.
Мне хотелось кричать от бессилия. От того, что моя жизнь рушится, а я ещё думаю, как спасти мужа, который в этот момент валяется на дешёвом розовом белье.
— Он не стоит этого, — проговорила я глухо. — Ни марания твоих рук. Ни моего горя.
— Ну сам-то я руки уже давным-давно не мараю, — усмехнулся Тимур. — Для этого есть специальные люди. Кроме того, ты многого не знаешь. И прежде, чем просить меня оставить его в живых, я бы хотел, чтобы ты кое-что услышала.
Он достал из кармана телефон, разблокировал, сделал пару касаний и передал мне.
На экране мигала аудиодорожка.
Сначала был слышен только лёгкий шум, какая-то возня, смешки, потом раздался знакомый голос.
— Ну ты горячая девчонка… Даже огненная! Совсем не то, что бревно дома.
— Эта твоя… Как там ее? Аллочка?
— Бревно с лицом монашки, — продолжил Олег. — Ледышка. Ощущение, что секс с холодильником и то был бы жарче.
Они оба рассмеялись. Я слышала, как девка захлёбывается весельем, а мой муж продолжает, подзадоривает.
— Постоянно все считает, контролирует. Живёт с калькулятором в руках.
Снова смех. Её голос стал тише, почти шепот:
— А ты уверен, что она про нас не узнает?
— Узнает — так узнает, — фыркнул муж. — Хоть будет повод с ней развестись. Устала уже от этой показухи. Пусть катится.
Я не дослушала, нажала на паузу. Ощущение, что на меня вылили ведро помоев.
Тимур усмехнулся.
— Знаешь, когда я впервые услышал эту запись… Мне стало любопытно на тебя посмотреть. Настолько ли ты уныла, как он говорит. ..
— Ну что, — бросила я равнодушно. Сильнее, чем собственный муж, меня все равно уже никто не оскорбит. — Посмотрел?
— Посмотрел. Представь моё удивление, когда я увидел тебя.
Я подняла глаза. Он смотрел на меня оценивающе, с очевидным интересом.
— Шикарная женщина, — сказал он тихо. — А он — идиот. Обменять тебя на ту дешёвку? Это даже не глупость. Это оскорбление вкуса.
Я не знала, что сказать. Всё внутри меня дрожало. От боли, от злости — но теперь и от чего-то другого. От взгляда Тимура. От его слов.
В голове всё ещё звучал голос с записи, мерзкий, издевательский: бревно… ледышка…
Я чувствовала себя униженной. Обнажённой до нервов. А то, что говорил Тимур, сбивало с толку ещё больше.
— Ты злишься, — сказал он тихо. — На него, на себя, на меня. Это нормально.
Я усмехнулась.
— Спасибо за разрешение.
— Злость — это хорошо. Потому что ты заслуживаешь второго шанса...
— Шанса на что? — хрипло переспросила я.
Он посмотрел прямо мне в глаза.
— На то, чтобы решить, кем ты хочешь быть дальше. Женщиной, которую предали и растоптали. Или женщиной, которая сама выбирает свою игру. Тебе нужно успокоиться и хорошенько всё обдумать... А сейчас я прикажу отвезти тебя домой.
— Но ты ведь не всерьёз о...? Ты ведь не сможешь…
— Я могу всё, Алла. Я всё могу...
— Но он... — я вскочила. — Да, он, чёрт возьми, идиот. Но у нас дети. Наша дочь сейчас беременна. Что будет, если с ним случится… Непоправимое! Не отнимай у моих детей отца. Прошу тебя.
Я говорила и сама не верила, что защищаю его... Человека, который в день моего рождения развлекается с любовницей!
— Не убивай его, — прошептала я. — Пожалуйста!
Глава 4
Я вошла в дом — и меня сразу же ослепил яркий свет.
— Сюрприз!!!
Кто-то брызнул конфетти, кто-то подбежал с объятиями. Моя свекровь, мама, дочка, мои подруги — все были здесь и радовались моему появлению.
— Ого, да вы что, сговорились? — я изобразила удивление.
На самом деле я, конечно, заранее всё знала и даже принимала участие в подготовке. Привыкла все держать под контролем, даже собственный праздник...
— А где Олег? — первым спросил мой брат. — Он что, не участвовал в заговоре?
— Задержался. Работает, — я пожала плечами, подбирая правильную интонацию. — Всё-таки человек идёт в мэры...
— Ну да, — хмыкнул кто-то. — Будущий градоначальник, а дома нет даже на день рождения жены.
Я натянуто улыбнулась, чувствуя, как раздражение закипает под кожей.
Тимур милостиво пообещал мне не трогать Олега.
Но... Почему я вообще просила его об этом? После всего, что услышала и увидела?
Олег даже не позвонил мне, чтобы сказать, что «задержится».
Я подняла бокал шампанского и посмотрела на всех: родные лица, родственники, друзья. Всё казалось ненастоящим. Декорации в дурацком спектакле про семейный адюльтер. И мне в нем досталась самая незавидная роль — рогатой жены. Терпилы.
— За тебя, Аллочка! — крикнула свекровь. — Будь счастлива, ты это заслужила!
Я стояла у торта, улыбалась, кивала, отвечала на дежурные фразы.
«Какой шикарный стол, Алла!»
«Тебе всё-таки не дашь твой возраст, честно-честно!»
«Вы с Олегом вместе столько лет! Вы пример для всех нас!»
Внутри меня было пусто.
Не боль, не злость — просто странная тишина. Как будто все чувства разом погасли, и осталось только эхо чужих голосов.
Вдруг хлопнула входная дверь. Раздались шаги, и знакомый нарочито весёлый голос, разнёсся по гостиной:
— Ну как вы тут без меня?
Олег влетел как актёр на сцену. С огромным, безвкусным букетом цветов, в дорогом пальто, с широкой улыбкой. Расцеловал тёщу, подмигнул сыну, пожал руки друзьям. Растёкся по комнате улыбками, поздравлениями, шутками.
— Аллочка, милая! Прости, дорогая, опять задержался на работе, город без меня не спит! С днём рождения, моя королева!
Но я видела другое.
Неряшливо заправленную рубашку. След помады вытерт, но не до конца — как пятно стыда, растёртое по щеке. Глаза мутные, пьяные от желания, а может, и от шампанского. Лицо красное, но не от смущения. Наверное, от виагры давление поднялось.
И приторный запах духов, сладкий до тошноты. Я знала этот запах. Он прилип ко мне в том отеле. Я чувствовала его в том коридоре. В той комнате.
Он подошёл, небрежно приобнял и дыхнул на меня парами алкоголя:
— Всё хорошо, Аллочка. Не начинай.
Повернулся к друзьям и почти сразу растворился в толпе.
Я поставила цветы в вазу, взяла бокал с вином, сделала глоток.
Мне казалось, что все видят.
Видят, что он только что от любовницы, что на нем повсюду следы преступления, но притворяются, молчат. Все знают, что муж делает из меня идиотку, и смеются надо мной.
Олег уже что-то оживлённо рассказывал. На его лице не было ни следа сомнений, тревоги, раскаяния. Он вёл себя, как стареющий стендап-комик на собственном бенефисе — слишком громкий, слишком веселый. .
Я отвела взгляд.
В голове невольно всплыло лицо Тимура. Его сдержанный голос, твердый взгляд. Тот момент, когда он отпустил меня, благородно пообещав не трогать Олега.
Внутри разливалось странное чувство. Ни благодарность, ни симпатия… что-то сложнее. Слишком новое, чтобы сразу его назвать.
Вдруг Олег хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание.
— Тихо! Друзья! Я хочу сказать пару слов, — он уже навеселе, глаза блестят, движения размашисты. — Признайтесь, кто ещё может похвастаться такой женой, как у меня? Только тсс! Не завидуйте! И не пытайтесь отбить! Она у меня верная старушка!
Хохот, аплодисменты.
А у меня внутри всё сжалось.
"Верная старушка"
Он схватил меня за руку и выволок вперед.
— И пусть она говорит, что не любит быть в центре внимания — сегодня это неважно. Потому что эта женщина — моя глыба и опора на нелегком жизненном пути.
Я вымученно улыбнулась.
— Я знаю, что не всегда был идеальным мужем. Да и кто из нас идеален, да? — Олег оглянулся, все рассмеялись. — Но я точно знаю одно: эта женщина — лучшая, что со мной случилось. Спасибо тебе!
Он поцеловал меня в щёку, оставив на коже запах перегара и чужих духов. Я еле сдержала порыв вытереть лицо.
— И, кстати, — продолжил он, — большой женщине большой подарок! Так что… Аллочка, ты заслужила. Дарю тебе новенький автомобиль!
Комната взорвалась аплодисментами и возгласами.
А я стояла посреди этого праздника фальши, как замороженная.
— И где же он? — спросила я, дождавшись, когда шум стихнет.
— Кто? — переспросил Олег.
— Машина, — подсказала я. — Где мой подарок?
Он замешкался, растерялся.
Я знала где он. Все еще стоит на стоянке перед отелем для свиданий, потому что Олег был слишком пьян, чтобы самому сесть за руль и привезти его сюда. Потому что это онбудет ездить на новеньком автомобиле, а мне отдаст свою старую машину. Будет возить в нём ту девицу, свою любовницу, и они вместе будут смеяться надо мной.
Кипящая внутри меня ярость хотела выйти наружу.
И на этот раз я позволю ей.
У меня уже созревал план.
Глава 5
Олегу не понравился мой вопрос и не понравилось то, что я задала его прилюдно.
Но через секунду он снова стал собой — обаятельным болтуном и весельчаком. Хлопнул себя по лбу и рассмеялся:
— Я решил, что в такой день жена должна сиять ярче машины. Ну не мог же я затмить твою красоту! Завтра с утра привезу. С фанфарами. С оркестром. И с голым саксофонистом. Обещаю!
Все засмеялись. Кто-то крикнул, что самый главный подарок — саксофонист. И всё — тема закрыта. Я и забыла с какой лёгкостью он умеет уводить разговор от неудобного. Своей болтовней, смехом и глупыми шутками.
— Какой ты у меня заботливый, — бросила я, потому что десятки глаз смотрели на меня, ожидая, что я буду выражать благодарность мужу.
Олег кивнул. В его глазах — гордость, в голосе — показная нежность. Он снова приобнял меня за плечи.
— Да, милая. Только самое лучшее для тебя.
Я вывернулась из его объятий и подошла к столу.
Мыслями снова вернулась к Тимуру. Если бы он не показал мне факт измены, я бы сейчас искренне благодарила мужа, хавая его ложь.
Олег поднял бокал.
— За мою Аллочку! Надёжную, как швейцарский банк, стойкую, как бетон на федеральной трассе и постоянную, как старый добрый будильник!
— Я сейчас вернусь… Тарталетки, — пробормотала я, выдавливая улыбку. — Совсем забыла про них. Сейчас принесу.
Я прошла ко второму выходу из дома, который вел прямо в сад. Оттуда юркнула в маленький летний домик, где хранила всё для садоводства.
Там сняла туфли, натянула старую куртку Олега. Нашла в углу его шапку, свои старые ботинки.
Но вдруг замерла. Может мне лучше просто подняться наверх, закрыться в спальне и поплакать? Или снова натянуть на лицо маску и ждать, что всё само как-нибудь рассосётся? Попытаться проглотить этот комок ярости, оскорблений и обиды, и жить дальше так, как жила?
Ну уж нет. Назад пути не будет.
Я схватила лопату, тяжёлую, железную, с чуть подогнутым краем. Отошла подальше от дома, чтобы никто не заметил, и на углу вызвала такси.
А вот и отель для свиданий. Где номера с розовыми стенами и зеркалами на потолке. Где муж развлекался с любовницей — вместо того, чтобы обнять жену, которая в этот день впахивала на его бизнес.
Порш стоял у черного входа. Машина блестела под светом фонаря — белоснежная, идеально отполированная, как обложка глянцевой жизни, в которую я когда-то поверила.
Я подошла к нему, взяла лопату обеими руками.
И вот уже осколки летят на асфальт.
Я била стекло, капот, зеркала. Словно это была не машина, а наше с ним прошлое. Наш общий бизнес. Наши семейные праздники. Моя верность. Преданность. Любовь.
Я била, пока руки не начали болеть. Пока лопата не стала выскальзывать из потных ладоней. Пока слёзы не выступили на глазах от бессилия и злости.
Он разбил нас в дребезги. А я разбила его новую игрушку.
***
Утром я готовила завтрак для всех, как ни в чём не бывало.
На кухне было многолюдно и шумно. Зять пил кофе. Дочка сидела рядом, укутанная в мягкий халат. Сын поедал блинчики. Свекровь рассказывала историю про соседку. Всё это сливалось в приглушённый фон, как телевизор на минимальной громкости.
Все были расслаблены, с удовольствием наслаждались домашним уютом. А я, с самого раннего утра на ногах, обеспечивала этот уют.
Но нервы у меня натянуты до предела.
Олег спустился последним. Помятый, с серым лицом, отёкший. Вместе с ним в кухню проник запах перегара.
Я слышала, как он чертыхался наверху, поэтому знала, что ему уже сообщили.
— Представляете, — начал он, пытаясь говорить бодро, но голос подрагивал, — какой-то гад изуродовал мою машину.
— Твою…? — мое негромкое уточнение утонуло в море возмущенных восклицаний домашних.
— Господи, — ахнула свекровь. — Наверно, конкуренты!
Зять кивнул, соглашаясь:
— Завистники. Или малолетние хулиганы.
— Наркоманы какие-нибудь, — предположила моя мама.
Я стояла у разделочной доски и методично рубила пучок укропа огромным ножом. Лезвие было острым — я наточила его ещё вечером, когда не смогла заснуть. Рука двигалась автоматически, а в голове звучало пустое, гулкое: «Как он мог».
Олег посмотрел на экран телефона. Ему только что прислали видео с камер наблюдения.
— Сейчас... Сейчас посмотрим на этих подонков... — пробормотал он.
Все заговорили разом, ото всех посыпались вопросы. Кто мог такое выкинуть? Зачем? Неужели прямо под камерами?
Только я молчала.
На экране, который держал в руках муж, хрупкая женская фигура в старой куртке и вязаной шапке методично крушила «Порш».
Олег смотрел. А я стояла в метре от него и работала ножом.
Досмотрев видео, муж аккуратно положил телефон на стол и медленно поднял на меня глаза. Я почувствовала, как по спине побежал холод. Он не сказал ничего. Только смотрел. Смотрел на меня так, словно видел впервые.
А я посмотрела на него в ответ и улыбнулась. Спокойно, почти ласково. И продолжила рубить укроп.
Внутри меня всё так же кипело. Ярость росла в геометрической прогрессии. Даже разбитый в щепки «подарок» не смог утолить моего гнева.
Я думала, мне станет легче. Но мне не стало.
Порш, конечно, больше не будет возить его и эту куклу. Но ведь у него есть и другие машины. Олег будет продолжать них будет ездить, врать мне и делать вид, что ничего не изменилось.
А я? Что сделаю я, чтобы за себя отомстить?
Глава 6
Утром следующего дня я поехала в салон, а не на работу, как обычно. Я села в кресло и велела сделать мне «всё».
— Представьте, что я ухожу от мужа и мне нужно выглядеть так, чтобы он сдох от ревности.
Стилист понимающе кивнула.
Четыре часа бесконечных пилингов, укладок, массажей и прочего. Я чуть с ума не сошла от безделья. Та девка из отеля наверняка не вылезает из салонов, а мне невыносимо скучно сидеть на одном месте, пока мне пилят ногти.
После салона я поехала по бутикам.
Купила три вызывающе коротких платья, леопардовые туфли на огромном каблуке, которые точно не понравятся Олегу — он терпеть не мог, когда я становилась выше его. Потом зашла в ювелирный, ткнула в первое попавшееся кольцо и, не спросив цену, протянула карточку.
— Операция отклонена, — с извиняющейся улыбкой сказала продавщица. — Возможно, превышен лимит.
— Какой ещё лимит? У меня нет лимита. Попробуйте ещё раз.
Она попробовала. Та же история.
Я вышла из бутика, сжимая телефон так, будто могла передавить ему горло.
— Ты поставил мне лимит по карте? — накинулась я на Олега.
— Алла! Ты где вообще ходишь? — его голос звенел от раздражения. — Сына в школу не отвезла, завтрак не приготовила… Дома все вверх дном…