Антиан против оборотня. Альтернативная история

Охотники остались разбивать лагерь, а я пошел пешком домой. Это километров пять. Я позвонил старшему сыну, чтобы он приехал на мотоцикле с коляской, что он и сделал. Только немного запоздал, и встретил меня уже при входе в село.

– Садись, папа, поехали, – сказал Иван.

– Ну ты и быстрый, – то ли похвалил, то ли поругал я сына, залезая в коляску.

Дома я пошел в погреб. В нем антиановцы прорыли тоннель, и теперь я могу ходить к ним в гости, когда захочу. Так я живу с новой женой – бывшей женой Антиана. Я ее зову Лорочкой. У нее родное имя такое, что язык сломаешь, да мне и не запомнить. Как раз навещу Лорочку и сообщу об охотниках.

В погребе я открыл тайную дверь. Но не то, чтобы ее совсем не было видно. Я ее замаскировал под стенку с дерева. Если не знаешь, то не подумаешь, что там вход.

Посветил фонариком в тоннель, по коже пробежался озноб. Не смотря на то, что я одел валенки и фуфайку, здесь все равно прохладно. Никак не могу привыкнуть к темноте и холоду. И ощущение такое, что сейчас на тебя обвалятся тонны грунта.

– Антиан, Братан, ты что, спишь? – нашел я товарища сидящим посреди ихнего зала для собраний. Посредине был разложен костер. Я научил антиановцев пользоваться спичками. Тоннели в нашей местности такие длинные, что даже неизвестно, куда ведут. Все это я понял от того, что в нашем районе ведется разработка газа и нефти, тоесть, все это уже довыкачивают, а вместо нефти остаются полости, пустоты. Так их называют в селе. Питьевая вода уже за сорок метров под землей – вот так упал ее уровень. У Антиана в подземельи, как я называю их место жительства, мы с его соплеменниками пробурили ручным буром скважину в сорок пять метров и поставили туда пластиковую трубу и насос глубинный. Всю эту систему провели чрез погреб и подключили наверху к электросети. У антиановцев теперь есть несколько лампочек и насос качает чистую воду в большой пластиковый пяти кубовой бак. Так что у них всегда есть вода для электродуша и питья, еды. Особенно им кофе нравится, поэтому денег у нас катастрофически не хватает и я хватаюсь за любую подработку.

– С тобой уснешь. У тебя такие мысли глупейшие. Ты напуган и растерян. Я не знаю, что сказать дальше. Чего ты боишься? – спросил Антиан в слух. Он любит в последнее время говорить со мною слух. Здесь глубоко под землей нас никто не услышит.

– Охотники, – сказал я запыхавшись.

– Да, я давно это слово прочитал в твоих мыслях, – сказал Антиан.

От автора.

Хочу напомнить, что Антиан это двухметровый снежный человек. Все как его описывали случайные свидетели. Волосатый с ног до головы, только внешне больше похож на человека чем на обезьяну. Эти снежные люди осколки прошлой цивилизации, которая жила на этой планете в мире с Атлантами. Атланты это десятиметровые великаны, города которых были где-то в районе бермудского треугольника. Есть немного информации в мифах антианового народа. Но все это нужно изучать, а мне некогда. Я должен всех кормить и почти все свое время я бегаю за легкими деньгами, вернее, подработками.

Стоп. Что это я начал говорить от главного героя? Вот вошел в роль. Бывает же такое. Да если бы я когда и встретил снежного человека, то сразу же убежал бы подальше. Это вам не сидеть за компьютером и фантазировать. Да и кто вам правду скажет, достопочтенный читатель? Я же мог давно найти Антиана, мог на самом деле подружиться с его народом, а книгу пишу, чтобы заработать денег и прокормить народ Друга или Брата. У меня в свидетельстве о рождении нет записи об отце. Может, моя мать стала жертвой контакта со снежным человеком? У меня для этого есть веские подозрения. Но об этом позже.

– Антиан, я схожу к Лорочке. Давно у нее не был, – сказ я брату.

– Не нужно. Я знаю, что ты спал с Еленой и мне ничего не оставалось, как спать со своей женой. Давай теперь пока Елена родит, будем спать со своими законными женами.

– Но я так замерз.

– Ну, ладно, иди. Я не умею ревновать как ты. Мне для тебя ничего не жалко. Тем более, Лорочка, по моему беременна, и только когда родит, узнаем, кто из нас отец, – посмеялся Антиан.

– Антиан, мне нужно с тобой поговорить. Нам нужен свой бизнес, своя ферма, притом огороженная высоким забором. Рабочий силы у нас достаточно, только нужно сделать так, чтобы твои люди работали днем, не боясь быть замеченными. У меня есть план большой фермы. Для этого нам нужно купить наш бывший колхоз. Кстати, наше фермерское хозяйство купил новый хозяин – американец, который приехал сюда с семьей. Живет в большом доме для хозяев, построенном один любителем современных технологий. Домик в несколько этажей. Внутри все современно, круто. Во дворе бассейн, сад. Есть огород на поливе. Имеется сторожевая кавказская овчарка. Возле дома два гектара земли. Стоит он возле озера. А вокруг никого. Сплошной лес километров на пять по окружности. Ты знаешь, вот нам бы туда с твоими сородичами перебраться, – поведал я братану свои мысли.

«А сколько гривен нужно», – перешел на мысленное общение Антиан.

– Какие там гривны! Пару миллионов долларов, – сказал я грустно.

– Ну и где мы возьмем сколько денег? – опять перешел на слова Антиан. А мысленно наверняка прочитал мою новую идею.

– Ты же понял, что я хочу, – уставился я на Антиана.

– Это по свински – продавать своих собратьев для зоопарка, – ответил Антиан.

– Я предлагаю следующий вариант. Пусть выберут сами добровольца. Продадим его охотникам. Они, как я понимаю, работают на частника. Уверен, что тот, кто попадет в частную коллекцию, обижен не будет. Главное – пусть ведет себя как зверь. Его там будут кормить, холить и лелеять, – сказал я.

– Ил ставить на нем опыты, – не успокаивался Антиан.

– Ну прямо там возьмут кровь на анализ ДРК и прочие обычные человеческие процедуры проведут.

– А если весь мир узнает о нашем существовании? – опасался Антиан.

– И так все село на ушах. Всем гипнозом рты не закроешь. В нашем селе живут хорошие люди им плевать на деньги. Они больше защитники природы. Вы для них- и есть природа, – соврал я.

– Да, ладно, не ври мне. Сам ты прекрасно понимаешь, что ваш народ за деньги родную мать пропьет, – засмеялся Антиан в конце сам не веря, что придумал шутку.

– Вот ты уже начинаешь смеяться. Я рад, что к тебе вернулось чувство юмора. Но выживание – это сложная штука, и ты не поверишь, что порой нужно идти на жертвы. Мой дед воевал и я по его рассказам понял, как наша армия победила врага. Ценой бесконечных жертв. И я благодарен предкам за их самопожертвование, – печально ответил я.

– Алекс, я подумаю, – сказа Антиан. Ии я понял, что мне пора идти. Пойду, наверное, девчонок разводить, раз они хотят быть моими женами. Я что, против? Мне же будет веселее. Пойду – а девчонки еще спят.

– А не много тебе – еще две жены? У тебя и так их две. Да тебе одной Алики будет много. Она молода, придется попотеть, – саркастически сказал Антаан, но я то понимал хорошо, что хоть он и шутит, а в душе рад, что его племя будет увеличиваться. И чем больше безволосых детей, тем больше в мире будет наших сподвижников. Наши дети благодаря хорошей памяти и гипнозу пойдут в политики далеко и тогда наш волосатый народ будет жить безбедно. Мы можем организовать как я и мечтаю, тайную резервацию, и вывести людей с подземелья, дать им работу на полях, в садах. Еще построить маленькие фабрики и заводы. А еще я мечтаю о президентском кресле и его окружении. Тогда мир будет вынужден принять Соплеменников Анитана такими как они есть.

– Антиан, ты злишься из-за того, что моя твоя жена беременны от меня. Ну, кто шустрее, тот и в дамках. А на счет Алики – думаю, настал и ее черед заводить ребенка. Мне не нужен целый гарем, но, кажется, это гарем хочет меня, – похлопал я сидящего брата по плечу. Если бы он стоял, я бы до его плеча не дотянулся.

– И что в тебе бабы находят? Или что на тебе они находят? – съязвил Антиан и посмотрел между моих ног на мое хозяйство. Потом на свое. Антиан только недавно начал носить штаны, но и в одежде видно было, что его хозяйство в несколько раз больше моего. Но не смотря на это все женщины Антианового племени стоят в очереди ко мне в постель. Наверняка здесь не обошлось без моего обаяния. А вообще природа женщин не объяснима. Им всегда хочется того, чего у них нет. Конечно с этим не поспоришь. Но мне то что? Я живу ради этих людей, подчиняюсь их законам, у них нет супружеского обязательства любить до гроба. Их половая жизнь связана с выживанием. Если в их кровь вливается новая, то это очень хорошо. Новые гены, новые дети – значит, на старость будет кому их кормить.

– Пока, брат, – сказал я и пошел искать Алику. У них имена странные, произносить их трудно, а иногда вообще невозможно. Поэтому я их называю попроще.

Я нашел Алику, мирно резвящуюся с подругами и друзьями в игровой комнате. Это я ее сделал. В ней деревянный пол, ковры, тепло и уютно. Есть книги, игрушки и даже компьютер. Хочу еще антиановцев приучить о мобильникам, телевизорам и интернету. Для них это уже не новинка. Антиановцы имеют хорошую память.

– Алика, я получил разрешение взять тебя в семью. Слово жена для тебя ново, но я приглашаю тебя стать моей женой, – только успел я это произнести, как Алика свалила меня на свое плече и побежала искать укромный уголок. С этой минуты для меня начался медовый месяц. Новая жена спешит выполнить свой супружеский долг и стать матерью моих детей.

От автора.

Мир, в котором мы живем, наполнен женщинами так плотно, что мы пользуемся законами, чтобы оградить себя от лишнего раза секса. Но в душе всегда хотим быть ненасытными самцами. Печально, что в жизни мы не можем прокормить и себя и своих женщин. Многие мужчины даже себе не могут признаться, что без женщины им было бы очень тяжело. Я лично себя без жены не представляю.

– Милый, борщ готов. И картошка жаренная. Иди кушать. Но покупного ничего нет. Деньги на исходе, – сказала моя жена.

– Чем меньше кушаешь искусственной пищи с магазина, тем лучше для организма. Меньше болеть будем. В покупной пище нет ничего натурального. Насыпай.

Что ни говори, а этому не хитрому украинскому блюду мы обязаны своим существованием.

Алекс.

Я теперь понял, почему Антиан сказал, что я с двумя не справлюсь. Алика выдавила с меня все соки. Я еще не стар, но и не молод. Все-таки вспомнил молодость и секс получился хорошим. Боюсь, что она быстро забеременеет и я не успею должным образом насладиться любовью с ней.

– Милый, у меня есть подружки и я их очень люблю. Так что не трать на меня все силы, а прибереги для остальных. Я уже составила расписание и очередность, – сказала мне Алика в лоб, что превратило меня из мужа в обычного быка производителя.

– Ты у меня умница, – сказал я и поцеловал ее в лоб. Я понимаю, что в ее намерениях нет ничего обидного, да и какой дурак откажется от стада девок.

Я как можно скорее покинул Антиановы катакомбы. Странно, что среди степей Украины такие подземные залы с пустотами, в которых живут сотни Антиановцев. Разберемся с урожаем и нужно будет исследовать мир Антиановцев. Интересно побродить пустотами, найти что-то интересное. А вдруг попадутся кости мамонта? Можно было бы продать.

– Антиан, – сказал я брату на выходе, – не забывай звонить с мобильного, твои мысли на расстоянии становятся расплывчаты, так что звони, если что. Мне нужен твой ответ, и сегодня же. Я должен знать, кто будет добровольцем. Понимаешь, я поговорю сегодня с охотниками и тебе придется мне прислать своего человека. Нам нужны деньги. Мы должны спасти твое племя и сохранить все в тайне. Я уверен, что у меня все получится и через недельку мы сможем купить себе ферму, где твой народ будет ходить свободно и не мерзнуть в катакомбах. Антиан, ты сам знаешь лучше меня, что с годами ваша популяция, извини за выражение, – извинился я, когда понял, что сказал странное для них слово, от которого Антиан посмотрел на меня как на идиота, – извини еще раз. Ваша численность с каждым годом все падает и падает. Спасти ваш вид, тоесть, твоих людей, можно только выбравшись наружу.

– Я понимаю, брат, но не могу решиться. Любой из моей общины пожертвует собой ради общего блага. Я бы пошел и сам, но я нужен им как вождь. Вот что – иди и сам выбери, кого пожелаешь, – сказал Антиан.

– Я пойду, – вышел из темноты старик, – я уже стар. И мне давно пора на ту сторону реки.

Я посветил фонариком в темноту.

– Гамрел? – удивился я, -ты что нас подслушивал?

– Ваши мысли и ваши слова. Они эхом идут по коридорах наших подземных пещер. Мне сказала Сирооке, что вы здесь обсуждаете будущее. И что если вы сможете заработать пару миллионов долларов, то мои дети смогут жить на поверхности не опасаясь стать чучелами.

– Да, Гамлер, я так хочу и буду искать выход.

– Тогда пошли, сынок. Продай меня в рабство или на чучело – мне все-равно. Я свое отжил. Лишь бы моим внучатам светило над головой солнце.

– Не спеши. Я позвоню по телефону Антиану. Потом ты придешь на средний пруд, на старую затопленную дамбу, – рассказал я свой план.

– Хорошо. Я знаю это место. Там хорошо нырять за карпами, – признался Гамлер. Он когда-то был хорошим рыбаком и нырял хорошо, а сейчас уже старик, – Вот, помню, были времена – я там таскал метровых карпов. Вот тогда все наелись. Это не то, что ваша морская рыба мороженная, из магазина. Съел килограмм – и голоден. там воды больше чем мяса.

– Это такая современная технология зарабатывать деньги с ничего. Вода в мороженной рыбе занимает определенный вес. На этом спекулянты оптовики такие барыши имеют, что нам и не снилось, – высказал я наболевшие.

– Ваш мир странный, но все же интересен. Мне нравятся ваши новые технологии. Жаль, что я никогда не побываю в большом настоящем городе. Я часто смотрю цирк по телевизору, который ты нам установил в комнате отдыха. Да, я бы хотел туда попасть, посмотреть на живых клоунов, а не на телевизионном экране.

– Ты можешь и сам туда попасть, стать артистом. И люди будут приходить в цирк и смотреть на тебя, и аплодировать не меньше, чем клоунам, – предположил я в слух, чем может закончится моя затея.

– Но ты же говорил, что такого не будет, – вмешался Антиан.

– Это я предположил разворот событий. Да я уверен, что твой собрат будет в частной коллекции миллионера, и не более. Сам понимаешь, миру рано о вас знать, – добавил я до сказанного и ушел. Так можно проболтать целый день. Самое главное, что без денег и специальных действий для их зарабатывания никак не обойтись.

В погребе, когда закрывал тайную дверь, я заметил, что мои руки трясутся. Вот черт, это я сам уже нервничаю и сомневаюсь – идти на сделку с совестью или нет. Все таки Антиановцы тоже как бы люди и торговля людьми просто отвратительное дело. Мне придется с этим жить до конца своих дней и никакие оправдания, что это ради народа Антиана меня не спасут. Все, что я не делаю, это ради себя. Мне хочется участвовать в жизни племени моего отца. Общение с ними приносит мне удовольствие и доход. Они пашут как лошади, а я деньги считаю. Правда, я большую часть трачу на них, но и мне хватает.

Я взял баночку огурцов. Нужно что-то вынести из погреба, потому как люди могут заметить, что я туда часто вхожу и возвращаюсь с пустыми руками. А это подозрительно.

Надо будет хоть у себя дома поставить современный забор, чтобы никто не видел, что творится в моем дворе. Но забор стоит больших денег. Этот вопрос я должен обсудить с женой. А еще с Антианом. И сделать так, чтобы это было коллективным решением ибо до конца дней тебя будут обвинять в растратах. А в мои годы хочется выглядеть хозяином и делаешь вид, что понимаешь, что творишь. Может, не следует продавать старика? Вот видите, я еще никого не продал, а уже совесть мучает. Такова натура человеческая у меня. О таких говорят, что и мухи не обидит. Но я же придумал хитрый план как спасти вид Антиана. Хотя больше всего я обязан этим теще. Ее намек превратился в хорошую идею. Она так всегда мною руководит, да и старый ее любовник Гамлер был как бы в курсе. Понятное дело, что они сговорились., потому что хотят спасти народ Антиана. А я опять стал их хитрым оружием. Но не смотря ни на что, лавры достанутся мне. Так что мне плевать, что эту идею придумал Гамлер с Тещей. Внедрять то ее мне.

– Мама, – как только подумай теще, то она сразу появляется. Она вошла в погреб в тот самый момент, когда я выбирал огурцы, – мам, вы куда?

– Пойду, попрощаюсь. Сам понимаешь, может я его уже никогда не увижу, – сказала теща и вошла в тайную дверь, ведущую к логову Антианового народа.

– А, – сказал я сам себе, махнул рукой и перестал выбирать огурцы. Взял первую попавшуюся банку и пошел на выход из погреба.

Мир и жизнь странная штука. Не бывает, чтобы все было гладко. Я приехал вечером к лагерю охотников за привидениями. Так я для себя назвал моих новых работодателей.

– Добрый вечер, – сказал я охотникам, сидевшим возле костра и готовившим что-то на огне.

– Привет! Присоединяйся. Сейчас уха будет готова, – пригласил меня Вадим.

– Спасибо, – ответил я, хотя и не был голодным. Но я на работе и должен выполнять пожелания клиентов.

– И ты не спросишь, что варим? – спросил Вадим.

– Нет. Какая мне разница, – ответил я равнодушно, а самого распирало от любопытства. Запах был изумительный. Такое впечатление, что я попал в ресторан.

– Это настоящая американская колбаса с бобами. Мы специально ее варим, чтобы вкуснее была. Горячая – она классная, пальчики оближешь, – ответил Вадим.

– Я давно не ел настоящей колбасы. Наши магазины полны какого-то суррогата, – с грустью сказал я, – в детстве, помню, еще при Союзе, была настоящей колбаса.

– Мы покупки делали в Киеве, в магазине для олигархов. Там такие цены, что тебе, Алекс, и не снились, – сказал Вадим не без намека.

– А много у твоего хозяина денег? – спросил я Вадима как раз в тот момент, когда Васильевич пошел отлить.

– Как тебе сказать. Он ученный, олигарх. У них совместный бизнес с самим президентом. Есть доля в банке, и его брат банкир такими деньгами ворочает, что куда там. Ты знаешь, он здесь не из-за денег. Он ученный и хочет сделать научное открытие, которое прославит его на века. Есть загадочные и необъяснимые вещи. И если их найти и выставить на показ, то можно прославиться. Но даже не в славе дело, а в другом. Это система само выживания. Люди, которые стоят за моей спиной, не хотят, чтобы человечество исчезло. Понимаешь меня?

– Не совсем. И при чем здесь волки? – сделал я удивленную мину, хотя все мотаю не ус. Прикинуться дурачком никогда не помешает. Наверняка они бояться, что Антиановцы могут так подняться в этом мире, что потеснят человечество. Читающие мысли люди – мои дети, могут захватит мир без труда. Вот почему я должен продать им старика. Во первых, нужны деньги, во вторых старик Гамлер очень умен. Ему уже девятьсот лет. Он поведет себя так, что ученные будут уверенны, что его вид не опасен. Гамлер притвориться полу разумной обезьяной. Я сразу понял его мысль, еще когда он сам вызвался стать такой вот приманкой для богатых. Гамлер замылит им глаза, а тем временем мои дети и Антиана, которые родились без шерсти, закончат школу, пойдут в институты и университеты. А после – сами понимаете – с такой памятью и умением читать мысли они доберутся до президентского кресла. Хотя этот высокий пост, наверно, займу я, но деньги для этого и власть – все сделают наши с Антианом дети.

– Алекс, вы что, уснули? – позвал меня Вадим, заметивший, что я очень задумался.

– Слушаю, – откликнулся я.

– Вы не зря спросили о деньгах. У вас есть что продать. Это я понял. Если так, мы купим у вас экземпляр. Вы же понимаете, что мы с вами связались не случайно. Мы знаем, что вы много бродите по ночам, а это крайне подозрительно. И вы знаете, что мы ищем. Возможно, вы уже это нашли. Но как вам удалось с ним справиться? Конечно, это ваше дело. А мое дело – предложить неплохие деньги. Говорите вашу суму.

– Я так думаю, что не старик здесь главный. Вы что, из ЦРУ?

– Почему вам в голову пришла такая мысль?

– Потому что вам наплевать, сколько денег мне заплатят. Не из вашего же кармана.

– Америка богатая страна. А как вы угадали, что я из ЦРУ? – засмеялся Вадим.

– Насмотрелся американских фильмов. Агент ноль, ноль семь, и все такое. Вы как супермен в наших краях, а такие мышцы и такой чистый русский, и украинским языки. Их просто так не изучают, – осмелел, радуясь, что сделка совершилась.

– Хорошо. Вы получите 2 миллиона долларов. Это не я выдумал, это установленная цена президентом США за одну голову. Мне денег не надо. Я делаю карьеру. Если вы мне поможете и наша сделка состоится, то я могу рассчитывать но самую высокую должность в моем ведомстве. Мой шеф скоро уйдет на пенсию. Вы меня поняли.

– Спасибо за откровенность. Я согласен за такие деньги помогать вам. Между прочим, я и хотел назвать такую суму. Как я могу быть уверен, что вы меня не обманете? – спросил я осторожно.

– Скажите код вашей кредитной карточки, – сказал Вадим.

Я как буд-то знал заранее – в кармане лежала бумажка с написанным на ней кодом кредитки. Я ее вынул и отдал в руки Вадиму. Тот взял код и позвонил по телефону. Говорил он на английском, затем продиктовал мой код.

– Все. Вы теперь новый украинский миллионер, – закончив разговор похлопал меня по плечу Вадим, – теперь давайте сюда тварь и покончим со сделкой.

Мне как то не понравилось, что Вадим назвал так снежного человека. Ну, думаю, он заплатил и имеет на это моральное право. Мне нужно отдать Гамлера и бежать отсюда.

– Сынок, веди его, – сказал я по телефону сыну, который уже держал за веревке связанного Гамлера недалеко в кустах.

Какая же реакция была у Вадима, когда он увидел двухметрового снежного человека! Вадим открыл рот и от удивления пару минут моргал глазами.

– Что это вы здесь удумали, Алексей? – еле выдавил из себя Вадим, – что за маскарад?

Васильевич тоже был почему-то очень удивлен, но оказался смелее. Он подошел к Галеру и начал осматривать его. По всей вероятности он искал тайные молнии на костюме снежного человека. Он даже заглянул ему в задницу и убедился, что это не поделка.

– Вадим, это и вправду снежный человек! Но это не то, что мы просили, – как молния среди ясного неба прозвучали слова Васильевича.

– Как не то? – удивился и я посмотрев на Вадима.

– Я думал, вы поняли, что мы охотимся на оборотня. Я вам намекал о необычном волке. У вас в селе уже нашил двоих загрызенных до смерти людей. И я специально приехал из США, чтобы на месте все прояснить. Мое агентство давно следит за одной семейкой. Но в Америке они так не выказывали себя. В основном они ели сырое мясо животных. А потом переехали в вашу страну, чтобы поживиться человеческим мясом. Иначе они не смогут продлить свой род, – рассказал Валим, чем удивил меня даже больше, чем я их.

– Ладно, сынок, развязывай Гамлета, – дал я команду сыну, – Гамлер, можешь присоединиться к нам. у нас сейчас с новыми знакомыми будет серьезный разговор.

Гамлета развязали. при этом Васильевич помогал раскручивать моему сыну веревку. Потом парень удалился. а Васильевич продолжал изучать Гамлера.

– В восьмидесятые я участвовал в экспедиции в Гималаи. Мы искали там снежного человека, но нашил только шерсть и следы. А это настоящий, да еще и говорящий! Я ведь правильно понял – он может разговаривать? – спросил у Гамлера Васильевич.

– Меня зовут Гамлер. Мне уже больше, чем восемьсот лет. Я стар, и мы, если вы уже поняли, хотели заработать денег для моей семьи. Мы голодаем и нам нужны деньги для покупки продуктов. никаких переворотов мы не собираемся делать. Мы хотим остаться тайной для всего человечества. Вы же понимаете, что если обо мне узнают, то здесь будет столько охотников, что нам придется уйти в далекие края.

– Это даже лучше, – вдруг сказал Вадим, – видно он усердно думал.

– Что лучше? – переспросил я. Его слова меня насторожили.

– Пусть твои волосатые друзья помогут нам поймать или уничтожить оборотней, – предложил Вадим.

– Мы готовы на любую работенку, – согласился Гамлер.

– А что нужно делать? – спросил я.

Вадим посмотрел на великана Гамлера, потом на меня. В своей голове он видим проворачивал план.

– По сведеньям полиции в этом месте на этом поле нашли два трупа, – показал он рукой прямо на близ лежащие поле, – так что будем сидеть в засаде, и когда оборотень притащит сюда свою жертву и начнет кормит ею свою самку, мы на них нападем. С помощью твоего друга у нас наконец то появились шансы справиться с оборотнем. Правда, у меня есть серебряные пули, но как я уже давно убедился, сказка сказкой, а настоящая жизнь реальней, и никакие серебряные пули шкуру оборотня не пробьют. Для такого нам понадобиться максимум танк с пушкой, и даже если пуля каким то чудом окажется в теле оборотня, то вряд ли навредит ему. Мы по всей Америке гоняемся за оборотнями и удалось только снять несколько снимков. А так силы не равные. Каждая встреча человека с оборотнем заканчивается смертью того человека. Может и моя операция заранее предрешена. Но я думаю, что мне вас сам Бог послал, – признался Вадим.