Чужой сценарий

ЧУЖОЙ СЦЕНАРИЙ

рассказ в стихах

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

***

Раннее зимнее утро, прекрасное.

Воздух приятно лицо обжигает.

Сонных деревьев молчание связное

Тихо сочувствие мне проявляет.

Снежные ветки как будто бы видят,

Как я спокойно шагаю по парку,

Как мне смешно до рыдания дикого,

Как от эмоций сдавленных жарко.

Небо поймало мой взгляд отрешенный

Весом глубоким серого цвета.

Словно, увидя мой нерв оголенный,

Вряд ли отпустит меня без ответа.

Да же! Ну, да! Это то, что мне нужно!

Ведь рассказать никому не успела.

Может поэтому больно и душно?

Остановилась…На лавку присела.

Мне 22…Боже, исповедь легче!

Но, ощущенье, что в церковь не надо.

Я без посредников богу при встрече

Как на духу без лукавств и обряда.

Запах соломы, золы из-под печки,

Пенки молочной и пенки варенья....

Воспоминаниям детства беспечного

Вовсе не место в моем откровении.

Лет с 19-ти…Да, так понятнее…

И расскажу обо всем не для жалости.

Мне б убедиться в решении правильном

От безысходности да от усталости.

I раздел

Я молода и учусь в политехе.

С детства мечтала одеть королеву

И «из лаптей», но не ради потехи,

Здесь обучаюсь модельному делу.

Ворох эскизов больших и поменьше,

Мамы единственной благословенье,

Оттренированный текст на простейшем

Легкость добавили в день поступленья.

И завертелась, зажглась, заиграла

Жизнь новизной красок, слов и эмоций…

Я в это время, конечно, не знала,

Чем это буйство ко мне повернется.

Грузно вздохнув, секунд семь посидела…

Нежная нота в душе зазвучала.

Как же прекрасен период взросленья!

Юность студента – Свобода! Начало!

Ну, так, продолжу… Зачетка в кармане.

Всё, второй курс безвозвратно окончен.

Чувствую гордость, полет…Состоянье

Крикнуть: «Ура!» на весь город, погромче.

Вниз по ступенькам бегу прямо к выходу

И понимаю, что хочется сладкого.

Но окрик: «Свет!», не оставив мне выбора,

Остановил звуком голоса мягкого.

Я оглянулась. Варвара Борисова -

Милая девушка с пышными формами.

Мы с ней дружны с дня приемной комиссии.

Из одного мы с ней центра районного.

– Светик, постой, – повторила улыбчиво,

Я в деканат. Подождешь две минуточки?

Ты же домой? (этот дом – общежитие)

Вместе пойдем. Купим чай и по булочке.

Скрипнула ветка под галкой взлетающей,

Резко к реальной вернула минуте.

И небеса тишиной обжигающей

Словно напомнили: «Ну, ближе к сути».

Жаркое солнце в глаза, не стесняясь,

Ярко кричит, что день очень удачливый!

– Может зайдем? – Варька, мне улыбаясь,

Ткнула на двери кафе непрозрачные.

Это кафе под названьем «Подковка» -

Сверхпопулярное место студентов.

Между собой кратко просто «столовка»

Манит ценой бедных интеллигентов.

Мы хохотали вприхлебку с мороженным,

Бойко шутя о курьезах экзаменов.

Вдруг Варькин взгляд резко стал настороженным,

А звонкий смех зазвучал как-то сдавлено…

Инга Марецкая – яркая, ладная,

Самовлюбленная, без чувства юмора.

Дружбу заводит лишь нужную, платную,

Нагло добьется всего, что задумала.

– Что, одногрупницы, вижу вам весело?

Но, для отличниц тут место не очень.

Хватит вам есть это сладкое месиво.

Есть вариант посетить межсобойчик. (тусовка на квартире)

– Инга, ну хватит, не с той мы компании.

Да и по статусу ниже, попроще.

– А я бы пошла. Где очаг обитания? -

Выдала Варька, свой лобик наморщив.

«Варя!», – Ну, что ты! Давай хоть развеемся.

Правда, живем словно мертвые курицы!

Нас приглашают и значит мы ценимся…

Что за местечко? Название улицы?

Инга кокетливо кладчик открыла,

Вынула листик (что был наготове),

Время и место нам вслух сообщила.

– Вечер, поверьте, выдастся клевый.

– В чем здесь подвох, Инга, мы ж не подруги?

И мой вопрос вдруг завис без ответа.

Варя спросила: – А парни там будут?

– Да, будут двое со стройфакультета.

Ладно, девчули, давайте, до встречи.

Вас вечерком я надеюсь увидеть, -

И свитерок свой накинув на плечи,

Гордо пошла: – Тут не долго сидите!

В воздухе ноты молчания нервные.

Варька свой взгляд на столе притупила.

– Парни то наши, значит примерные, -

Вот эта фраза меня подкупила.

Молодость сильная, дерзкая, смелая!

Веришь, с тобой ничего не случится.

Столько ошибок по юности делая,

Все же никто рисковать не боится.

И мы решились. Стоим у подъезда

Многоэтажки хрущевских времен.

Дворик приличный, ворота для въезда…

Переглянулись: – «Ну, с богом! Идем».

Дверь нам открыл старый дед бородатый

И за плечо крикнув: «Эй, молодежь!»,

Так прошмыгнул мимо нас угловато,

Что по перилам прошлась гулко дрожь.

Песни знакомой негромкие звуки,

Запах парфюма, какой-то еды…

К нам вышла Инга: – Решились, подруги?

Что ж вы стоите как две сироты?

В комнатке смежной за шторкой китайской

Под полумраком торшера обычного

Столик журнальный накрыт по-хозяйски,

Рядом тахта и два кресла тряпичные.

«Ты что, одна?» – Почему же. Ребята! -

Инга лукаво на нас посмотрела

И симпатичная, в давнем когда-то,

Шторка в проеме дверном загремела.

– Вот и огурчики. Здравствуйте, дамы.

Мы заждались и у нас все готово.

Мы впятером, нет ни папы, ни мамы.

Это друг Игорь, а я просто Лёва.

Все познакомились, сели, налили.

Парни похвастались ромом каким-то,

Мы же вином, что с собой захватили,

Инга бодяжила в кружке мохито.

И через час уже все осмелели.

Пили и ели, громко смеялись.

Лёвкины шутки бойко летели.

Парень – свой в доску, как нам показалось.

– Выпьем за молодость! Что, всё допили?

Странно, как быстро вино испарилось!

– Лёвчик, не ной, купим щас в магазине, -

Инга на Варьку, смеясь покосилась.

Взяв пиджачок, Лёвка крикнул: – Я с вами!

Мне сигарет подкупить не мешало.

Троица вышла, хлопнув дверями…

Вот и истории этой начало.

От неожиданно быстрого темпа

Резко собравшихся с места сорваться,

Мы сразу оба притихли нелепо,

Как-то неловко вдвоем оставаться.

– Вот же дают! Выпад просто комичный.

Бросили нас ради зелья хмельного!

Я тут подумала: «Он симпатичный.

Лёвка простой. Этот склада другого»

Волос густой, челка поднята вверх,

Брови спустились на ровные веки,

Черт, этот взгляд так и манит на грех –

Как Элвис Пресли в другом человеке.

Нос не прямой, может, чуть длинноват,

Рот небольшой углом скул описуем…

Фразы его как-то странно звучат…

«Что, прости?» – Я говорю, потанцуем?

Ох, Природа мудра, когда жизнь возродив,

Сочинила науку соблазна.

Ведь никто не сумел, его чары вкусив,

Не поддаться огню сладострастно.

С глаз закрытых ожогом слеза потекла.

От стыда резко бросило в жар.

Разве думала я, разве знать я могла –

Приговора подписан кошмар.

А пока есть рассвет желто-красных цветов

Да безоблачный неба ковер,

И трамвайных как музыка лязг проводов,

И общаги милейший вахтер.

Даже Варькина фраза: «Ну, Свет, ты даешь!»

Где-то в комнате вмиг растворилась.

И упав на кровать, в ногах чувствуя дрожь,

Прошептала: «Я, Варя, влюбилась…»

Он ко мне не горел, был тактичен и мил.

После пар мы встречались в столовке.

Я ж писала стихи. Для меня он – кумир!

Что творилось в влюбленной головке?

Так прошел еще курс институтских забот.

Снова лето и буйство сирени.

И вот Игорь диплом обмывать свой зовет.

Пролетели пять лет обучений.

– Будут Ванька с невестой и Леха с сестрой,

Глеб Молчанов и Борька костлявый.

В общем, лучшие с группы, – «А Игорь со мной?»

– Ну, конечно, тебя всем представлю.

Было все решено и в назначенный час

Все готовы к участию в пире.

Собрались, накрыв стол по-простому, без яств,

На профессорской чьей-то квартире.

Балагурили, пели, искали в чем суть,

Веселились, по детски дурачились

И единственный тост: «Архитекторы, в путь!»

Придавал вечеринке той значимость.

Я проснулась одна. Вкусно пахнет пастель.

В потолке плавно кружится люстра.

Как сейчас хорошо и вставать даже лень

После тайны ночного безумства.

Все ж оделась и волосы в хвост собрала

И пошла на голос звуки резкие.

Рядом комната. Двери открыты. Вошла.

Обстановка уютная, женская.

На комоде шкатулка, помада, духи

И шикарная ваза старинная,

Фоторамка. На фото малыш лет пяти.

Рядом женщина яркая, видная.

«Это мама моя» – фраза вбила в испуг.

Я поставила рамку на место.

– Игорь, я заглянула… – Оставь для подруг.

Буду я говорить с тобой честно.

Что за взгляд? Что за тон? Где терпенье и такт?

Взял за плечи и вывел из комнаты.

Говорить начал так, словно больше никак

Не смогу я понять его доводы.

– Да, квартира моя. Я здесь с мамой живу.

– Ты профессорский сын? – Он мне отчим.

– Почему же скрывал? – Я сейчас говорю

И прошу помолчать, между прочим.

С одной мыслью учился пять лет напролет,

Цель свою с каждым днем приближая.

В общем, еду в Москву, там отец меня ждет.

Он поможет пробиться, я знаю.

– Как тебе повезло, раз уж цель так близка.

Ты добьешься заветной мечты.

Но, во всей этой радости где, прости, я?

Игорь брови поднял: – Где здесь ты?

Ну, ты дурой не будь. Я в Москву еду жить!

Ты зачем мне там, Светка, в Москве?

И тебе же два курса гранитик точить.

Значит вместе не быть по судьбе.

Вот он финиш. Услышала. Сердце стучит.

– Почему же встречался со мной?

– Да решил, веселее так год пролетит.

Не с тобой, закрутил бы с другой.

Ну, уж хватит! Так глупо стоять перед ним.

Где же выход… На кухне Борис.

Рюмку полную виски неловко налил:

– Хлопни, Светка, забудь и держись!

– Нет, ты слышал, Борис, он со мною играл

И я вижу, всерьез, не шутил!

– Я сегодня с ним тоже попал на скандал –

Речи тут о Москве сладко лил.

Я притихла. В ушах, словно колокол бил.

Сжала рюмку и залпом махнула.

Игорь в комнате музыку громче включил.

Борька рявкнул: «Идем!», я кивнула.

Как в общагу пришла не могу и понять.

Время словно застыло в движении.

Помню, Варька пыталась меня приобнять.

Я ж металась в своем возмущении.

– Вот же гад! Паразит! Нет, какой негодяй!

Это ж надо так по уши вляпаться!

Прям Москва его ждет! Держи шире! Валяй!

Пусть столица тобой позабавится!

Гнев обиды, досады и жалость к себе

Задушили б меня болью едкой,

Но тут Варя шепнула: – Скажу все тебе.

Пред тобой виновата я, Светка.

Я ж как староста группы в ответе за все.

Знаешь ты ведь сама, как тревожусь…

В день экзамена просто меня затрясло -

Нет журнала, а препод Маргунус!

Где я только не бегала, как не искала,

Все напрасно, стою у окна и реву.

Ну, тут Инга Марецкая: «Варя, я знаю

Где пропажа находится, я помогу.

Но за помощь мою ты окажешь услугу.

Да не бойся, не деньги. Все проще, поверь.

Ты сегодня на вечер захватишь подругу.

Не подумай, на благо. Ведь я же не зверь».

– Ты в сговоре с Ингой? Ну, что ж, очень ловко.

А я ведь подумала, к нам неспроста…

Постой, а тот парень, что друг рыжий, Левка?

– Да он не из наших. Был должен пол ста.

– Так вот почему не пришли с магазина

Назад вы той ночью… Вот это подлог!

– Марецкая просто меня убедила,

Что Игорь влюблен. Кто подумать-то мог?

Я рада была, что ты словно летаешь,

Эскизы рисуешь с улыбкой, в цветах.

Как мило стихи про любовь сочиняешь…

– Давай же отпразднуем этому крах!

Как можешь в глаза мне смотреть так невинно?

Как смеешь со мной жить, дышать, говорить?

Запомни, Варвара, засела обида

Во мне навсегда. Не смогу я простить.

Гром летний, дождь теплый – явленье спасенья.

Ни стона не слышно, не видно и слез…

Меня в этот вечер без слов сожаленья

В родную деревню автобус увез…

II раздел

Мощная смелая времени птица

Власть над природой любою имеет.

Будь то предмет иль живых единица,

Каждому срок по заслугам отмерит.

Древний мудрец произнес: «Время лечит.

Время, оно по местам все расставит».

Да и его тихий ход быстротечный

Новых задач вереницу прибавит…

Божья коровка на раме оконной

Ищет лазейку, чтоб выбраться прочь.

– Свет, что прилипла к окну? Там груженый

Федька подъехал. Не хочешь помочь?

Федька Карякин – друган, одноклассник,

Вместе носились по кучам навозным.

Ох, еще тот был парнишка проказник,

А вот теперь здесь свинину развозит.

– Сколько возьмем – пару, пять килограммов?

Так лень идти, хоть прикинуться мертвой!

– Ну, там посмотрим, – ответила мама,

–Так, поднялась и походочкой бодрой!

После полдня мясо вместе крутили.

Федька кусок самый лучший отвесил.

Ну и, конечно, пельмени слепили.

Так что наш ужин в тот вечер был весел.

Утром от кружки воды замутило.

Вроде пельмени удачными были…

Дом повело, сердце часто забило,

Мамины руки меня подхватили.

– Ну-ка, рассказывай все. Как же это?

Ты ж об учебе должна была думать!

Как без специальности жить будешь, Света?

Этот мужчина с тобой рядом будет?

И охватил меня шок безысходности.

Только в душе я Его отпустила!

А в результате моей невиновности

Плод не любви мне судьба подарила.

После рассказа сухого и краткого

Тяжкой обиды комок сам расплавился.

Мама смахнула со щек слезы фартуком:

– Значит, тому так и быть, дочка, справимся!

Я проучилась до Нового года.

Ну, а потом перешла на заочку.

Зимнюю сессию сдав неохотно,

В марте уже родила Машу, дочку.

Жизнь потекла из забот да из быта.

Мама работала на местной почте.

Я ж на дому обшивала «элиту» -

Юбки, халаты, рубашки и прочее.

Так пролетел еще год с половиной.

Жизни спокойной ничто не мешало.

Как вот беда ворвалась в дом лавиной.

Страшных событий то было начало.

После дневного сна с корочкой булки

Маша за мамой из кухни бежала.

Но, тут присела, закашлялась, булькая,

Вдруг посинела и резко упала.

– Света! О, господи, Машенька, что ты?!

«Доченька, милая!». Маша хрипела…

Мама, рванула к дверям, шаль накинув

И за врачом второпях полетела.

Клавдия Юрьевна, фельдшер со стажем,

Лет уж как тридцать в медпункте врачует,

Сделав укол и подумав напряжно:

– В центр везите, там все растолкуют.

Мы рады детским успехам, победам,

Тайно грустим, что так быстро взрослеют

И обращаемся к божьим заветам

С сильной мольбой, когда дети болеют…

Так после долгих и нужных анализов,

Дней и ночей, проведенных в больнице,

Не утешительный строгий диагноз

Вынесли дочке врачи – порок сердца.

«Нужно быть твердой, спокойной и мудрой

Раз уж не легкий путь жизни достался» -

Так я твердила себе, только трудно

Разуму поиск борьбы поддавался.

Что у нас в планах? Сижу, размышляю:

В садик нельзя, наблюдаемся дома.

До декабря строгий курс выполняем

Режима, гимнастик, таблеток приема.

«Таблеток приема» – главная фраза.

Три препарата цены зазеркальной!

Даже в сто раз больше сделав заказов,

Суммы такой накопить не реально.

Так, на сентябрь, на месяц купили

(с помощью верных соседей и Федьки)

Дальше, по-свойски мы с мамой решили,

Что нужно в город поездку наметить.

– Я возьму отпуск. Давно не ходила.

Не употеют за две-три недели.

А ты поезжай. Зря диплом защитила?

Может, возьмут рисовать в Дом моделей!

Юмор нам в помощь, а шансов побольше

В городе место найти подоходнее.

Вот фирма женской одежды для Польши

Выкройки ищет на блузочки модные…

С этой идеей и мыслями разными

В городе я за дипломом заехала.

Мне ведь его со словами да с праздными

И не вручали. Я не поехала.

Нашими предками точно подмечено,

Нам от судьбы не уйти и не спрятаться.

Надо ж так было в тот день пересечься нам.

Позже от встречи той слезы накатятся…

– Светочка Ломова… Выглядишь так себе.

Снова желание есть поучиться?

– Я за дипломом. Тебя-то, Марецкая,

Что побудило в земное спуститься?

– Я жду сестру. Ну, супружницу ректора.

А, ты ж не в курсе. Да, в прочем, не важно.

Ты же с радаров исчезла эффектно так, -

Строила Инга гримасы вальяжно.

– Не до тебя мне. Прости, мало времени.

– Как ты живешь? Взгляд какой-то потухший.

Помнишь об Игоре? Помнишь, уверена.

Я же хотела, чтоб было как лучше.

Мерзкой волной память мозг колыхнула.

От тошноты болью зубы свело.

– Что же тебя на игру ту толкнуло?

Что получила взамен от него?

И тут Марецкая словно застыла.

– Варька призналась? Набитая дура.

Да, я у Игоря денег просила,

А он увлечен был твоею фигурой.

– Как мне неважно уже это, честно!

Жизнь не игра, все серьезней намного.

Есть у реальности пропасти бездна

Что из-под ног выбивает дорогу.

И побежала на выход быстрее,

Чтобы не слышать, не видеть, не думать…

– Светка, постой, ну раз правда проблемы, -

И мне визитку в карман смогла сунуть.

Вот уж четыре дня просто впустую

Бьюсь о пороги чужих заведений.

Здесь не готовы работать «вслепую».

Только на месте конкретных решений.

Как поступить? Может что-то ограбить?

Мысли шальные навязчиво липки.

Надо бы в храм зайти, свечку поставить…

Пальцы наткнулись на угол визитки.

Нет. Ни за что. Это ж будешь обязан.

Выдумать долг сможет из мелочей.

Но, по любому, у Инги есть связи.

Может рискнуть? Сейчас цели важней.

Все-таки, веря в людскую порядочность,

Гордость на время свою усыпила

И набрала, объяснила всю значимость.

Инга приехать к себе пригласила.

Как не права была, как опрометчива!

Я добровольно вошла к тигру в клетку.

Как говорится – уже делать нечего.

Я сатаны раскрутила рулетку.

День был дождливый, холодный и мерзкий.

Люди спешили в сухие квартиры.

Ветер в окне колыхал занавески

И по лицу тенью метил пунктиры.

– Ты говоришь, дочке год с половиной?

Ты родила ее в марте, не так ли?

Надо ж, решилась. Ты, Свет, молодчина.

Может, расскажешь про роды детали?

Сделав глубокий вдох влажного воздуха,

Веки закрыв, постояла мгновенье

И, повернувшись, ответила просто я:

– Ты не пытайся. Не то настроение.

Жизнь моя вовсе тебя не касается

И, повторюсь, мы подругами не были.

Трудно помочь? – разрешите откланяться.

Прима добра нашлась. Экая невидаль!

Сумку рывком я схватила разгневано.

Вон от сплошного вранья духоты!

Но, больно вздрогнув от хохота нервного,

Встретилась взглядом с ним пристальным: – «Ты?»

В полуоткрытой двери второй комнаты

Игорь. В костюме, все так же красив…

– Как же, Марецкая, мерзко и подло ты

Драмы играешь, меня заманив.

– Ты из себя тут святошу не строила б.

Эта гордыня тебя уничтожит.

Все ж не напрасно я встречу устроила.

Поговорите. Игорь поможет.

Инга ушла, отзвук смеха оставила

В комнате, полной немого молчания.

Чувство усталости ноги ослабило.

Села на стул, задержала дыхание.

Шагом спокойным, руки в карманах,

Тенью знакомой он встал за спиной.

– Рад тебя видеть. Здравствуй, Светлана.

Стала, серьезно, свирепой такой.

– Не ожидала такой подлой встречи.

В жизни не видеть желала тебя.

Как же Москва отпустила далече?

Не покорил её? – Дочка моя?

– Ах ты, прохвост! Яркий тип эгоизма!

Ты даже думать об этом не смей!

Тот, кто идет по тропе пофигизма,

Тот никогда не имеет детей!

– Да прекрати! Всё же мы не чужие.

Воздух свободы меня соблазнил.

Просто наметились планы большие.

– Просто ты, Игорь, меня не любил!

И замолчали. Как плюс мы и минус.

Каждый свой полюс души защищал.

Но, вдруг сказал, стул ко мне пододвинув,

– Да, не любил, но всегда вспоминал.

Сердце не камень как в песне поется.

Смысла уж не было в позу вставать.

И ничего больше не остается

Как на духу ему все рассказать.

Слушал спокойно, чуть брови нахмурив.

Так просидели часа полтора.

После сказал он, немного подумав,

– Выход, Светлана, найдется всегда.

Денег на месяца три раздобуду,

А без работы сегодня нельзя.

Завтра к двенадцати знать точно буду

Ферзь короля или пешка ферзя.

Долго бродила в тот вечер по городу

Мыслей, эмоций, предчувствий полна.

Словно расслабилась суть моя гордая.

Я успокоилась. Я – не одна.

Бодро умывшись в общаговском душе

(я у вахтерши жила потихоньку),

Чаю глотнув, уж бежала по лужам.

Договорились о встрече в столовке.

– В общем, счастливый билетик в кармане,

Только за ним нужно съездить в Москву.

Есть гендиректор солидной компании,

Встретитесь с ним. В этом я помогу.

– Чем занимается? – Строительный бизнес.

Что-то хромает дизайн интерьеров.

Ты будешь брать пару – тройку эскизов.

Дело не хуже, чем у модельеров.

– Я ж не дизайнер, – Не вижу препятствий.

Ты ведь художник, знать сможешь и это.

Главное, дома, без всяких нотаций

Сможешь работать. За дорого, Света.

Пестрый журнал развернул на странице.

Дядька седой мне с нее улыбался.

Взгляд его добрый хитринкой искрится.

Очень знакомым он мне показался.

– Это Владлен Эдуардович Бросов –

Строгий директор. Большой молодец.

Он готов взять тебя, Свет, без вопросов.

По совместительству он мой отец.

– Здрасьте, приплыли! Теперь все понятно.

Дальше ты можешь и не продолжать.

Даже не нужно большого таланта,

Чтоб осознать, почему «Свету взять».

– Ну же, уймись, не глупи, не будь дурой.

Может быть есть у тебя другой выбор?

Не о себе теперь, милая, думай.

Не до капризов сейчас, не до игр.

В общем, приедешь к нему без обмана

Дня через три. Он нюансы уладит.

Белый конвертик достал из кармана.

– Это для Маши. Уверен, здесь хватит.

Руки дрожали, ладони вспотели,

Брызнули слезы из глаз не прикрыто.

Игорь приобнял. Плечи слабели.

Стало так радостно – я под защитой!

– Ты поезжай-ка домой пока к дочке.

Сил наберись. Встречи новые скоры.

Да, привезешь вот подарок в мешочке.

Очень отец любит чайные сборы.

Дома с рук Маша почти не слезала.

Всё лопотала, хватала за шею.

Лишь отвлеклась на картинки журнала.

Мама, смеясь, подхватила затею.

Листик с картинкой и следующий тоже.

Дерево, мостик, вот домик с машиной,

Но, вдруг лицо мамы стало построже.

Взгляд задержался на фото с мужчиной.

– Что ты увидела? А, гендиректор.

Тот, что берет меня и «без вопросов».

Так ничего с виду, даже эффектный.

Конец ознакомительного фрагмента.