Измена. Путь к любви

Глава 6. Тая

Таисия была в шоке. Так всё красиво начиналось. Тая была в недоумении. Она шла в сторону ёлки, не понимая ничего, но руку грел номер телефона в её мобильном. Тая остановилась, ввела пароль и увидела цифры. Она тут же записала его в телефонную книгу. Глеб.

И ощущение поцелуя на ладони, след обжигал. Глеб невероятный. И такой облом. По-другому и не скажешь. Отец не пьян. Почему он себя так ведёт? Что на него нашло. Тая увидела маму, стоящую в компании Алексея Михайловича и его молодой жены. Ей пришлось натянуть на лицо улыбку.

– Добрый вечер, Алексей Михайлович, Карина.

– Добрый вечер, Таисия. А почему грустишь?

– Нет, с чего вы взяли?

– Не лукавь, я всё видел. Ты танцевала с Глебом, но Николай вмешался и нарушил вашу идиллию.

Тая покраснела.

– Тася, а что говорит Алексей Михайлович? – поинтересовалась мама.

– Что вы смущаете Таю? – вмешалась Карина.

– А где папа?

– Он ушёл поговорить с Глебом.

– Зачем? – изумилась Анна Алексеевна.

– Очень интересно, – задумался Алексей Михайлович. – Я вас оставлю, дамы. Дела.

– Конечно, Алексей Михайлович.

– Девочки, я тоже вас оставлю, надо проверить, как дела на кухне, – сообщила Карина и тут же скрылась.

– Милая, что случилось? – в голосе мамы слышалось беспокойство.

– Мы общались, танцевали. Глеб, он такой…

– Какой?

– Красивый, высокий, спортивный и глаза серые, пронзительные. И руки…

– Милая, ты влюбилась. – мама сразу всё поняла.

– Так заметно, мамочка? Что мне делать?

– Пока ничего, милая. Пусть всё развивается постепенно.

– Но папа. Что на него нашло?

– Я с ним поговорю, не переживай. Наслаждайся этим мгновением, это так прекрасно. Я так за тебя рада. Потом обязательно покажи мне его. Тайком.

– Мамочка. – Тая обняла маму. И поцеловала её в щеку.

Они пообщались с другими гостями. Обсудили погоду. Кто-то хвастался новой сумочкой. Тае было скучно. Ей хотелось быть сейчас в обществе Глеба. Но у судьбы свои причуды. Имя этой судьбы Николай Новиков. Тая усмехается таким мыслям.

Она решила осмотреться. Её как художника интересовала обстановка и картины. В гостях у Алексея Михайловича они были три раза. Сейчас выдался шанс все рассмотреть.

Тае было обидно. Она расстроилась. Казалось бы, нет причин. Но настроение было испорчено. Она достала телефон и начала изучать цифры в номере Глеба.

У неё есть его номер. Но звонить первой она, конечно, не будет, будет ждать и кусать локти. Ну а что ей остаётся, если её папочка решил, что Глеб не пара его дочери? Но с чего вдруг? Он не обидел, вёл себя достойно. И папа точно не знаком с Глебом. А вот Глеб его знает. Это немного тревожит. Но Николая Романовича многие знают, и дома у банкира Романова папу знают все. А Глеб в их числе. Приближённый, раз в этот Новогодний вечер он в этом доме.

И тут Таю, как холодным ушатом воды обливают. Он, скорее всего, здесь не один, и где-то есть, возможно, жена или подруга. Тае становится неуютно. Холодно. Можно, естественно, списать всё на простуду и недомогание. Но она приняла таблетки перед выходом, и на пять часов лишилась отговорки списать всё на свое недомогание. Тая пытается смутно вспомнить, было ли у Глеба обручальное кольцо. Она всё ещё рассматривает картины, а точнее, старается сделать вид, что ей любопытно. На самом деле она волнуется и не замечает ничего вокруг.

Кто-то здоровается, что-то спрашивает. Тая воспитанная девушка, отвечает, не вглядываясь в лица. Всё на автомате. Настроение… надо что-то с ним сделать. Новый год, время чудес. И одно маленькое уже произошло. Она встретилась его, мужчину из своих грёз. Ох Таисия.

Она снова в холле перед новогодней красавицей. Достаёт телефон и хочет сделать пару снимков. Пусть камера на её смартфоне не супер, зато останется на память. Тая наводит фокус, сосредоточена. Ничего не замечает вокруг, она погрузилась в сказку, она вся в работе. Тая ещё не видит Глеба, но его аромат вновь окутывает. Это Глеб, она не спутает этот аромат ни с каким другим. Он уникальный. Он теперь будет ассоциироваться у неё только с ним. С мужчиной, который волнует её даже на расстоянии.

Тая затаилась. Ждёт. Ей хочется расслабиться, но непослушное тело как натянутая струна. Она ждёт, когда он подойдёт, заговорит. И вновь её обуревает паника. Что, если она сейчас обернётся, а он не один? Она будет готова провалится сквозь землю. Как же страшно. Надо научиться держать удар. Но в данный момент Тая не сможет справиться с эмоциями. Ей очень хочется обернуться и посмотреть в его серые глаза. Вновь впитать его образ.

Она слышит лёгкие шаги. Вокруг снова стихли другие звуки. Тая настроена только на Глеба. Это что-то магическое. Объяснить это ей не под силу. И вот его сильные и тёплые руки ложатся на её предплечья. Жар сразу окутывает Таисию теплом. Он молчит, но она точно знает, что это Глеб и никто другой. Он вздыхает аромат её волос, Таисия закрывает глаза, она вся в моменте. Ей наплевать, что подумают люди вокруг и как она выглядит со стороны. Но Тае хотелось бы, чтобы кто-то сделал снимок. Глупость. Но ей двадцать два, и когда ещё совершать глупости? В восемнадцать лет она думала совсем о другом, о красках, холстах и мольбертах. А сейчас она в коконе, в своих девичьих мечтах и грезах, возможно, наивных. Но это только её, и никто не вправе их нарушать.

– Ты такая беззащитная и нежная. И от тебя так пахнет, малышка. Таисия-я-я. – Искуситель.

Она готова вновь взлететь. Его голос, это невероятно. Сердце Таи снова ускоряет темп. Тук-тук-тук. Жар внутри и снаружи. Мурашки сползают по шее, волоски вновь поднимаются от его тембра. Его шёпот над ухом. Он просто околдовывает, когда дарит лёгкий поцелуй в висок. Как не сойти с ума, спрятать свое счастье от всего мира? Её кусочек. Пусть, даже если оно чужое, ей не принадлежит и она крадёт его у жены Глеба. Тая не осознает, что творит и говорит в лунный момент. Есть только он. И другого, возможно, не представится. Не успевает озвучить. Он прижимает её к себе и говорит:

– Давай сбежим?

Глава 7. Тая

Тая не верит своим ушам. Глеб предлагает ей сбежать вдвоём? Это невероятно, но она готова. И Тая отвечает:

– Давай, – неважно куда, главное, вместе с ним.

Её переполняет эйфория. Мурашки, которые ещё не успокоились после его проникновенной речи и поцелуя в висок, устроили новый побег.

Тае абсолютно всё равно, как отреагируют родители. Ведь сейчас новогодняя ночь, и за все свои двадцать два года она никогда не встречала Новый год отдельно от родителей. Её всё ещё интересует вопрос, о чём они говорили с отцом. Инициатором разговора был папа, не Глеб. Это важно для самой Таи. Папа вдруг решил, что Глеб ей не пара? Но почему? Они не были знакомы. Это обидно, что отец испортил им первый танец. Она с лёгкостью и волнением соглашается пойти вместе с Глебом, ночью с незнакомым мужчиной. Будь что будет, Она рискнет. Тая надеется на маму, что та всё узнает и поговорит с отцом. Если Таисия вдруг пропадёт, фамилию Глеба знают двое на этом банкете, папа и хозяин. Тая спокойна за свою безопасность. Она улыбается своим мыслям.

Глеб берет Таю за руку и ведёт к выходу. Он переплетает их пальцы и прибавляет шаг. Они торопятся исчезнуть в толпе гостей. Раствориться и остаться незамеченными. Глеб держит её правой рукой, и Таисия незаметно сканирует наличие обручального кольца. Глупость, она уже согласилась, но пока ещё не поздно, надо знать наверняка.

– Во что ты была одета? Надеюсь, тепло? – его забота приятна.

– Белая шуба, вот она, – Глеб берет её шубу.

– Повернись, пожалуйста.

Он помогает ей надеть шубку. Вновь обнимает её за плечи. На этот раз быстро. Ей приятны его прикосновения. Они пробуждают столько мыслей.

– Застегнись малышка, там холодно, – сам же накидывает темное пальто, не застегнув при этом ни одной пуговицы. Открывает массивную дверь и выходит на крыльцо. Щёлкает брелок от автомобильной сигнализации. Вновь берет Таю за руку, и они снова, как подростки, сплетают свои пальцы. Тае по душе всё, каким образом касается её Глеб. Это ново, он во всем уверен. С ним не страшно. Он очень похож на Николая Романовича.

На улице холодно, в этом году зима вступила в свои права рано. Снега нет, но мороз ощутимый. Морозный порыв ветра забирается под полы шубы и остужает жар. Она морщится. Бр-р-р.

– Сейчас согреешься, мы почти пришли, – он тут же отпускает её пальцы и обнимает за талию, прижимает к себе, – я включил обогрев. Вот уже и машина. Они подходят к кроссоверу. Черная Ауди.

– Ты не боишься штрафов?

– Я не пью, малышка. Поэтому я на своей машине. Не волнуйся.

– А куда мы поедем? – вдруг заинтересовалась Тася.

– Сейчас придумаем. Мы вдвоём, и это главное. Или ты хочешь вернуться? – останавливается Глеб.

– Нет-нет. Поехали. Я, если честно, не хотела приезжать.

– Я тоже не особо горел желанием, хотя планов на новогоднюю ночь не строил. Но не жалею, что согласился на приглашение Алексея Михайловича.

– Но это же встреча Нового года, она должна быть в кругу семьи. – смутилась Тая. – Нет, Глеб, даже не думай, я не сожалею и не передумаю, когда ещё совершать такие поступки, как не в двадцать лет? Я там, где хочу быть, – она опустила глаза вниз. Глеб опалял её своим жаром.

– Пришли, забирайся в салон, – он распахнул дверь своего автомобиля и помог Тае.

В салоне было тепло, комфортно, пахло новой кожей и ароматом самого Глеба. Тая зажмурила глаза и сделала глубокий вдох. Её немного трясёт от волнения и холода, но ей все нравится. Надо расслабиться. Глеб тут же оказывается за рулём.

– Пристегнись, малышка.

Тая подчиняется – это ей легко. Он не командует, как папа, он просит. Таисия тянет ремень безопасности, но Глеб перехватывает и сам втыкает защёлку. Проверяет надёжность крепления. Он наклонился, и его лицо очень близко, Тая поднимает свои глаза и смотрит, не моргая, в его пронзительную серую глубину. Вновь исчезают все звуки, а до этого Тая отчётливо слышала шум двигателя, работу дворников и ощущала тёплый ветер от обогрева. Сейчас же все стихло, был только он и она.

Страсть в его глазах и её робость. Пальцы Глеба коснулись её щеки, ласковые в невесомости касания, Тая закрыла глаза. Хотелось мурлыкать. Его пальцы прошлись по скуле, прикоснулись к подбородку. Тая не дышит. Она наслаждается и впитывает его ласку и нежность. Губы сами собой приоткрылись, Тая ждёт поцелуй. Настоящий, осознанный, не мимолетный в висок или галантный ладони. Его пальцы прикасаются к ней, а воздух между ними электризуется. Но тут звонит её телефон, мелодия рушит всю идиллию и магию. У Таи с губ срывается обречённый вздох. Приходится открыть глаза и вновь утонуть в его взгляде. Глеб большим пальцем едва проводит по её нижней губе. Уф-ф-ф-ф. Таю пронзает молния и спускается вниз. Глеб медленно убирает руку. Огонь в его глазах никуда не исчез. Он прочищает горло и говорит:

– Ответь, тебя, видимо, потеряли, – Глеб кладёт одну руку на руль.

Другая лежит на подлокотнике между ними. Таисия открывает клатч, ищет телефон. Достает экраном вниз, переводит взгляд на безымянный палец, его правой руки – кольца нет. Легкая улыбка рождается на её сочных губах. Она облизывает губы и смотрит на смартфон. На экране видно фото отца и имя абонента, «Папочка».

Брать трубку она не хочет. Тая совершеннолетняя, это её жизнь, и даже если она совершает ошибку, это её выбор и её решение. Она там, где хочет быть.

– Поехали, – Тая сбрасывает звонок отца и тут же набирает маме. Гудки, один, второй, она слышит, как на заднем плане ругается отец:

– Что он себе позволяет… – рычит Николай, мама, видимо, прикрывает динамик и успокаивает его. – Тася, ты где? Почему не взяла трубку, папа волнуется.

– Я слышу, – с сожалением говорит Таисия. Меньше всего на свете она хочет расстраивать родителей. Но Глеб…

– Я уехала, – она слышит шорох.

– Ты с ним? Он тебя пальцем не тронет! Дай ему трубку, дочь.

– Папа, я вас с мамой очень сильно люблю, поздравляю вас с Новым годом! Но этот Новый год я буду встречать с Глебом. Целую, – и выключила телефон, не дав отцу договорить.

– Гони.

Глава 8. Глеб

Когда Глеб услышал просьбу Таи «Гони», он тут же сорвался с места. Глеб не боялся погони, её родители предупреждены, до встречи Нового года оставалось полтора часа. Они всё успеют. У него сразу созрел план увезти её в дом на берегу водохранилища, там их точно не найдут. Хотелось сейчас спрятать малышку, узнать, что же скрывается в серо-зеленых глазах Таисии Новиковой. Нежная, обворожительная, робкая красавица. И огонь в ней есть. В нем проснулся инстинкт охотника.

Ему очень понравилась её решительность. Уехать с ним, по сути, незнакомым мужчиной старше её, опытнее, ослушаться родителей. Это заводило, разжигало интерес, пробуждало страсть.

Глебу двадцать девять лет, серьёзных отношений после Вики у него не было. Про любовь вообще речи не было. Любовь – это слабость. А в бизнесе нельзя быть слабым.

У него были девушки, однодневные, на одну ночь, некоторые задерживались на пару месяцев. Если они начинали предъявлять претензии и требовать большего, он, не раздумывая, расставался с ними. А сейчас перед Новым годом аврал, не до встреч и свиданий. Работа на первом месте, бизнес расширяется. Мать пока не наседает, только интересуется, есть ли у него подруга, достаточно ли он отдыхает. Но ей до Глеба нет дела, она вся в романах, устраивает свою личную жизнь. Звонит раз в две недели, когда маме что-то нужно.

Отец его матери до сих пор платит содержание. Да, Глеб рождён вне брака. У его родителей была связь длиной в пять лет. До недавних пор Глеб не знал, кто его отец. Его это абсолютно не беспокоило. Он получал дорогие подарки, они с матерью никогда не нуждались. И его мама Наталья Викторовна уже двадцать лет нигде не работает. Но свой бизнес Глеб построил сам, с нуля. Без помощи богатого папочки.

После того, как узнал правду о предательстве Вики, он закрыл тему семьи и брака. За неделю отпуска прошёлся ураганом по злачным местам, насытился женской лаской и вниманием. Не «стерся», как шутила мама по утрам на кухне, а после уехал вновь служить.

Письма, что присылала Вика, сжигал, не читая. Гордость, конечно, точила. Но он старался не думать. Колечко, которое он ей купил, в итоге выкинул в водоём.

Его утром нашла Катя или Маша, хотела получить в подарок, но Глеб был слишком груб и жёстко пресёк попытки примерить колечко.

Иногда мать в редких телефонных звонках упоминала Вику, что та приходила в гости, плакала, просила простить и прочитать её письма. Глеб сказал матери, чтоб та Вике передала, что он всё забыл, и её и их планы. Пусть живёт и не печалится. Он забыл. Маме очень нравилась Вика, они нашли с ней общий язык. Казалось бы, Вика из обычной небогатой семьи, но Глеб её по-настоящему и преданно любил. Но время стирает все воспоминания, семь лет прошло.

Сейчас, сидя за рулём своего чёрного резвого «гепарда», Глеб мимолетно бросает взгляд на сидящую рядом красивую молодую девушку. Тая молчит, смотрит в окно. Перебирает в руках телефон. Хотя он выключен, но, видимо, она всё же переживает. Она сбежала от родителей в новогоднюю ночь. Видимо, Тая впервые будет встречать его без родителей.

– Ты переживаешь, малышка? Давай вернёмся? – Глеб сбавляет скорость и паркуется у обочины.

– Нет, Глеб, – она видит, что машина останавливается, немного волнуется, закусывает губу. Глебу вновь нестерпимо хочется попробовать её губы на вкус. – Поезжай и только вперёд, – робкая улыбка. – Будет скандал, когда я вернусь, и я, возможно, своей выходкой испортила многим встречу Нового года. Маме уж точно. Хотя она умеет усмирять папу.

– Твой отец умный мужчина. Николай Романович справится. Сейчас пройдёт первый порыв. Он, безусловно, волнуется за свою дочь. Но ты в безопасности, он знает, кто я, мою фамилию и даже название фирмы. Возможно, сейчас он даёт указания своей СБ собрать на меня досье, – Глеб смеётся так заразительно и легко.

– Папа может, – Тая прячется за своими ладонями, – мне так стыдно.

– Малышка, нет повода стыдиться. Я всё понимаю. Но твоему отцу не стоит так паниковать. – Глеб поворачивается к Тае, берет её ладони в свои руки, они холодные, он гладит их, пытается согреть, подносит к губам и дует теплом. – Ты замёрзла?

– Это нервы. Но мне с тобой совсем не холодно, – взгляд глаза в глаза, – мне жарко, – шепчет она. Румянец на щеках, его не видно в темноте салона, но фонарь и свет фар от проезжающих машин даёт Глебу возможность рассмотреть её.

– Если хочешь, давай я позвоню ему и всё расскажу.

– О чем вы с ним разговаривали? – выпаливает Тая и отводит глаза в сторону.

– У нас состоялся мужской разговор. Не переживай малышка.

– Почему ты называешь меня малышкой? – серьёзный воробушек вновь хмурится. – Мне двадцать два года.

– Уф-ф-ф, – смеётся Глеб. – Я рад, честно. – Они улыбаются друг другу. – Когда мы танцевали, я надеялся, что тебе уже есть восемнадцать. А то, знаешь, за растление есть статья в УК.

Тая перестаёт улыбаться.

– Затем нас прервали, чья-то мужская рука, я уж подумал, что это твой муж. Стало неудобно.

– Нет, я не замужем и никогда не была. И парня у меня нет, – выпалила Тая и зажмурилась от понимания, какую сейчас выболтала правду.

– Я тут же посмотрел на твою правую руку, – он замолчал, анализируя только что услышанную правду. – Открой глаза, малышка, что ты?

– Я болтушка. У меня мало опыта. Господи, что я несу.

– Ты открыта и откровенна, я это ценю.

– А ты свободен? Кольца у тебя тоже нет. Но в наше время многие мужчины не носят обручальные кольца, – снижается тон малышки. Она напряжена.

– Таисия, я не женат, и в данный момент у меня нет женщины.

Послышался вздох облегчения. Нежная ромашка. И, возможно, она ещё девственница. Н-да…

– Мы во всём разобрались. Куда дальше?

– А куда ты планировал ехать? Я не передумала, – серьёзная, смелая молодая леди.

– У моего друга есть дом на водохранилище. Там тепло, красиво и тихо. Встретим Новый год в тишине, если ты не возражаешь. Завтра погуляем по лесу, можем даже на зимнюю рыбалку сходить.

– Звучит романтично, но без рыбалки, конечно, – и в салоне автомобиля раздался их смех.

– Как скажешь, малышка.

– Глеб, а почему ты не ответил на вопрос, отчего малышка?

– Ты на семь лет меня моложе, ниже ростом. Тебе не нравится? Это ласково.

– Нравится, – смело глядя в глаза, ответила Тая.

– Я безумно хочу тебя поцеловать. Ещё там, на танцполе… Можно?

Тая молчит, только прикрыла глаза и кивнула в знак согласия. Она задержала дыхание. Глебу приходится выпустить её ладони он тут же отстегнул свой ремень безопасности и наклонился к Таисии. Левая рука легла Тае на шею, пальцы забрались под волосы, и он притянул её к себе. Она сама интуитивно наклонила голову в нужную сторону и вновь перестала дышать.

– Дыши, Тая-я-я, – Глеб подарил ей нежный, самый первый их поцелуй. Она была очень вкусной, сладкой, а её сочные губы пробуждали фантазию восемнадцать плюс.

Но их снова прервали. На этот раз звонил телефон Глеба. Он оторвался от Таисиных губ, ему пришлось выпустить девушку из своих объятий. Глеб поцеловал её в нос и произнес:

– Черт. Как они все не вовремя. – На консоли было написано имя абонента «Романов А.М.» – Странно.

Глеб нажал ответить и предупредил:

– Алексей Михайлович, вы на громкой связи, и я не один.

– Глеб, куда ты пропал? Не могу тебя найти.

– Я уехал, образовались срочные дела.

– Ты мне обещал быть, неужели нельзя перенести?

– Извините, так получилось. В другой раз.