Крестный. Игры воров в законе

Глава 1

Наступивший март не удивил приятной погодой. Хмарь в небе, слякоть и лужи под ногами. Ночью лужи замерзали, и к утру город напоминал огромный ледовый каток. Днем начинался мартовский снегопад. Неспешно кружащиеся хлопья снега, словно прозрачная тюлевая завеса, накрывшая город, падали на землю и тут же таяли, образуя бело-серую кашицу, хлюпающую под ногами пешеходов.

Вот в таком мокром, холодном и противном месиве и лежал охранник из частного охранного агентства «Омега» Юра Пастухов. Лежал лицом вниз, и уже довольно долго. Так долго, что его форменная камуфляжная одежда пропиталась влагой, Юра сильно замерз. Однако в душе у него все кипело.

«Черт, надо было же так лохануться, – думал он про себя, задирая голову и оглядывая ходящих вокруг него автоматчиков, одетых в такую же, как у Юры, камуфляжную форму. Лица вооруженных людей были скрыты за шерстяными масками. – Вокруг пальца обвели… Кинули как пацана».

В это утро Юра Пастухов совершил две ошибки. Первую ошибку он допустил, когда позволил остановиться трейлеру, который он и его друг Сашка Володин сопровождали в качестве охранников.

Большегрузную «Сканию» вдруг резко повело влево. Опытный шофер сразу определил.

– Прокол, мать твою! Надо останавливаться, – сказал он, обращаясь к Юре как к старшему.

Останавливаться на трассе было запрещено инструкциями и позволялось лишь в самых крайних случаях. Но грузовик уже въехал в город. Было полпятого утра, движение на улице почти отсутствовало.

Как только «Скания» остановилась и водитель с охранниками пошли осматривать колеса, рядом с грузовиком резко затормозил неожиданно вынырнувший из переулка зеленый «уазик»-фургон. Из открывшихся дверей машины стали выскакивать вооруженные автоматами люди.

Первым бежал высокий детина. В одной руке он держал короткоствольный автомат Калашникова, в другой какое-то раскрытое удостоверение в красной обложке.

– Всем на землю! – заорал он. – Милиция!

Юра Пастухов был парнем неробкого десятка. В свои двадцать пять лет он, закончив военное училище, успел три года отслужить в армии. В другой ситуации он обязательно воспользовался бы и имевшимся у него помповым ружьем четырнадцатого калибра, и приемами рукопашного боя, которыми он владел неплохо.

Но тут он растерялся. Не испугался, а именно растерялся. Его смутили отнюдь не многочисленные вооруженные автоматчики, а этот крик, раскрытое удостоверение, а также то, что на формах была пришита эмблема с надписью «ОМОН».

Пока он размышлял, какого черта милиции от них понадобилось, подбежавшие к нему автоматчики несколькими ударами свалили его наземь и разоружили. Через несколько секунд на земле лежали его напарник Сергей Лещенко и шофер «Скании».

Все, что происходило дальше, убедило Пастухова в том, что это обыкновенный гоп-стоп. В переулке, где остановилась «Скания», появилась еще одна машина, на сей раз грузовой тентованный «КамАЗ». Еще через несколько минут Пастухов увидел, как из «Скании» в «КамАЗ» стали перегружаться коробки с товаром. В качестве грузчиков использовались те же автоматчики, за исключением двух, которые стерегли пленников, держа их под прицелом.

– Лежать! – послышалось над головой Юрия, и тяжелый армейский ботинок въехал ему под ребра. – Рожей вниз, тебе было сказано!

Это был тот самый бандит, который показывал Пастухову удостоверение и который, видимо, был главный в этой шайке.

Юрий, скривившись от боли, ткнулся лицом в руки. Похоже, бандит нервничал, так как погрузка не укладывалась в сроки, которые он наметил, хотя шестеро его подручных трудились в поте лица.

Наконец, когда коробки были переложены из «Скании» в «КамАЗ», к главарю подошел один из его подчиненных и доложил:

– Все, готово, можно сваливать. Что будем с этими делать? – он кивнул на лежащую на земле троицу пленников.

– Всем встать, – скомандовал главарь, – руки на голову. Быстро к грузовику, шагом марш.

Автоматчики, схватив пленников и приставив стволы к их спинам, погнали их к грузовому отсеку «Скании». Всех троих заставили залезть в кузов грузовика, после чего за ними закрылись двери трейлера и они оказались в полной темноте. Несколько секунд они прислушивались к тому, как снаружи завелся двигатель автомашины, и через минуту налетчики уехали.

К счастью для пленников, в трейлере они просидели недолго. Услышав голоса двух проходящих мимо людей, как потом выяснилось, шоферов расположенного неподалеку автобусного парка, пленники что есть силы принялись колотить в дверь.

Прохожие не сразу, но все же сообразили, чего от них хотят, и освободили пленников, открыв засов на двери трейлера. Оказавшись на свободе, Юра сразу же бросился звонить начальнику охранного агентства Константину Титову и по его указанию вызвал милицию.

Через час в тихом переулке было уже немало народа, стояли милицейские машины с работающими мигалками, несколько иномарок, на которых приехали руководители фирм, заинтересованные в этом коммерческом рейсе.

Потапов посмотрел на часы. Было без пяти семь вечера. Он встал из-за стола и, пройдясь по кабинету, подошел к окну. Уже стемнело. На улице по-прежнему валил мокрый снег. Потапов несколько секунд стоял у окна, наблюдая, как снежинки, облепляя оконное стекло, таяли на его прозрачной поверхности и тонкими ручейками стекали вниз.

В дверь постучали, и в кабинет Потапова стали один за другим входить его сотрудники. На семь вечера было назначено собрание директоров ассоциации «Корвет», президентом которой и являлся Сергей Потапов.

Вопрос, по которому собрались сотрудники, был крайне серьезен, но касался лишь конкретного вида деятельности ассоциации, а именно: двух охранных агентств, входивших в нее. Поэтому в кабинете Потапова собрались сотрудники этих двух структур.

Здесь присутствовали Иван Дегтярев – директор охранного агентства «Легион», Константин Титов – директор охранного агентства «Омега», и его заместитель Андрей Колтаков.

Кроме вышеперечисленных, присутствовал директор оптовой базы «Рецитал» Эдуард Жаров. «Рецитал» также был одним из предприятий, входящих в структуру, возглавляемую Потаповым. Именно этой фирме и предназначался похищенный сегодня утром груз.

Дождавшись, когда собравшиеся усядутся за стол совещаний, Потапов, тяжело вздохнув, присоединился к ним, усевшись во главе стола. Все собравшиеся молчали. Сергей пробежался взглядом по лицам своих коллег. Грубое, с резкими чертами лицо Ивана Дегтярева, как обычно, было угрюмым и непроницаемым.

Обычно улыбающийся, постоянно шутивший, Костя Титов сегодня был хмур и нервно поигрывал сотовым телефоном. Не менее беспокойными выглядели лица Колтакова и Жарова.

– Ну, рассказывай, как это случилось, – кивнул Потапов Титову.

– А что рассказывать, обычный гоп-стоп. Часто встречающееся явление в наших краях… Для того охранное агентство и существует, чтобы было кому в дороге грузы охранять…

– Ладно, хватит базарить! – грохнул по столу ладонью Потапов, внутренне сам удивившись своему раздражению. – Тебя не просили давать оценку произошедшему. Тебя просят рассказать в деталях, что случилось сегодня утром.

Костя насупился, секунду-другую сосредоточивался, после чего стал излагать факты:

– Грузовик в половине пятого утра въехал на улицу Костовича. Это небольшая улочка, связывающая проспект Энтузиастов, по которому ехала машина, с улицей Танкистов, на которой располагается база «Рецитала». Здесь водитель «Скании» обнаружил прокол шины. Осмотр машины показал, что колесо прострелено пулей, хотя выстрела никто не слышал. Видимо, использовали глушитель. До склада было еще далеко, и водитель с охраной приняли решение остановить машину, чтобы определить, сможет ли она доехать без замены колеса. В этот момент и было совершено нападение. Из подъехавшего «уазика» выскочили несколько человек в камуфляже и масках. Работали под ментов, поэтому им и не было оказано сопротивления. Да и судя по рассказу старшего из охранников, Пастухова, я думаю, это мало что дало бы. Нападавших было человек семь-восемь, все вооружены автоматами… Дальше все по накатанному. Разоружив охрану, подогнали «КамАЗ» и перегрузили товар…

Костя перевел дыхание, помолчал немного и подвел итог:

– Из всего сказанного можно сделать вывод, что действовали профессионалы. Машину ждали, нападавшие располагали точной информацией о времени ее прибытия и о маршруте. Короче, гоп-стоп провели на высшем уровне…

– Блестящий вывод, – не сдержавшись, съязвил Потапов.

В ответ Титов лишь промолчал, хмуро глядя на свой мобильник.

– Таким образом, логично утверждать, что кто-то из наших стуканул этим беспредельщикам о времени прибытия машины с грузом в город, – подытожил Потапов и, переведя взгляд на Жарова, спросил: – Что за товар был в машине и откуда шел груз?

– Груз шел из Турции от одной торговой компании. В основном там были турецкие макароны. Также немного фруктов, бананов.

– Отлично, – воскликнул Потапов, усмехнувшись. – Макароны и бананы!

Он встал, засунув руки в карманы, прошелся по комнате.

– И вы хотите меня убедить, что это обычный налет! Что каких-то семь оголодавших автоматчиков, любителей турецких макарон, решили наконец обожраться ими, а заодно пополнить потерянный за зиму витаминный запас, съев несколько коробок бананов!

– Свой резон в этом деле есть, – вступил в разговор Дегтярев. – Ценность груза не слишком большая, но, с другой стороны, его легко сбыть. Только ленивый сейчас не торгует в городе турецкими макаронами и фруктами.

– Это уже четвертый случай грабежа наших грузовиков с тех пор, как мы занялись этим бизнесом – я имею в виду охрану перевозимых по стране грузов, – вспомнил Титов. – И второй удачный для бандитов. Что тут можно поделать? Пока мы что-то возим, будут продолжаться попытки у нас это отнять. Ясное дело – грабить банки и склады хлопотнее, чем автофуры на дорогах. Мы еще в этом смысле хорошо живем. У наших конкурентов, у оптовой базы «Скарт», два грузовика с сигаретами угнали, ребята на такие бабки попали…

Потапов помнил все случаи нападения на грузы, о которых говорил Титов. В одной из этих переделок погиб его ближайший друг Андрей Карпов, бандиты расстреляли из автоматов машину, в которой он ехал.

После того случая были предприняты еще две попытки нападения на грузы, сопровождаемые людьми Потапова, но в обоих ситуациях бандитам был дан вооруженный отпор.

– Ладно, – махнул рукой Потапов. – Хватит об этом.

Он сел за стол и спросил, обращаясь к Жарову:

– Кто знал о прибытии груза?

Тот пожал своими тощими плечами, облаченными в модный пиджак, и ответил:

– Да, в общем, много кто знал. К нам каждый день на базу приходят грузы, и особой тайны из этого не делается, ведь весь груз идет под охраной. И в этот раз, как только машина в Астрахани прошла таможенный контроль, в нее сели двое охранников, предварительно позвонив мне в контору и сообщив, что они выезжают. Я, в свою очередь, предупредил грузчиков и кладовщиков о том, чтобы они были с утра на месте.

– Кстати, об охранниках… Как зовут старшего из них? Кажется, Пастухов?.. Где он сейчас?

– В приемной сидит, – подал голос Колтаков. – Мы его с собой взяли, на всякий случай.

– Зовите, – коротко приказал Потапов.

Колтаков поднялся и, выйдя из кабинета, вернулся через несколько секунд с рослым парнем. Он был явно смущен обстановкой, присутствием высшего руководства и расстроен поводом, по которому его пригласили.

– Чего ты стоишь? – проговорил Потапов, обращаясь к парню. – Садись, расскажи нам, как все произошло.

Пастухов сел и принялся рассказывать. Потапов внимательно и терпеливо выслушал охранника, несмотря на то что рассказ последнего полностью совпадал с версией, изложенной Титовым. Когда Пастухов закончил, Потапов после некоторой паузы спросил у него:

– Тебе бросились в глаза хоть какие-либо детали, по которым их можно найти?

Пастухов наморщил лоб, силясь вспомнить утренние события, но после нескольких минут воспоминаний молча покачал головой.

– Хорошо, можешь быть свободен, – сказал Потапов.

Пастухов уже встал и собирался уходить, как вдруг остановился и, развернувшись, произнес:

– Нет, кое о чем можно сказать. Во-первых, мне показалось, что их главарь – мужчина уже в возрасте. Ему, наверно, лет сорок, судя по голосу. К тому же мне показалось, что он бывший военный – выправка, манера поведения, манера отдачи команды.

– Ну ты выдал наблюдения, – скривился в усмешке Колтаков. – Мы здесь все военные… бывшие. Человек, никогда не державший автомат в руках, на такие дела не пойдет.

– Да-да, – смущенно закивал Юрий. Он снова развернулся к двери, но снова остановился: – Когда нас вели к машине, этот главарь впереди меня вел шофера. Он держал его рукой за шиворот, и я сумел разглядеть у него на правой кисти татуировку. Наколка в виде эмблемы.

– Какой еще эмблемы? – спросил молчавший до этого Дегтярев.

– По-моему, военной, та, что на рукава нашивают для различия родов войск, но точно я ее описать не могу.

– Хорошо, что хоть это запомнил, – кивнул Потапов. – Можешь быть свободен.

Когда за Пастуховым закрылась дверь, все сидящие за столом обратили взор на Потапова, ожидая указаний. Тот минуту-другую сидел молча, обдумывая все услышанное, потом обратился к Дегтяреву:

– Иван, возьмешь это дело под свой контроль. Пусть ты и твои люди тщательно изучат все обстоятельства произошедшего. Держи связь с ментами. Позвони Горчакову, пусть через картотеку уголовки выяснит, кто из местной братвы был причастен к такого рода делам и кто из известных налетчиков подходит под внешние данные, описанные Пастуховым. А я переговорю с Гавриловым. Ему как смотрящему в городе многое известно, может, кто и стуканет об этих стервятниках… Но скорее всего эти братки предполагали, что мы их будем искать по всем каналам, и подстраховались на сей счет…

Дегтярев молча кивнул, вынул из кармана маленькую записную книжку и стал делать в ней пометки.

– Я сам прекрасно во всем этом могу разобраться, – сказал Титов. В его голосе чувствовалась явная обида. – Это мои люди охраняли груз и лажанулись при этом. Я сам хочу найти виновных и найду их…

Потапов пристально посмотрел в глаза Титову.

– Вот именно потому, что облажались твои люди, этим делом займется Иван, – отрезал Сергей. – А тебе, если ты очень хочешь, не возбраняется помогать ему в этом деле тем, чем можешь.

Титов попытался возразить, но Потапов снова хлопнул ладонью по столу.

– Обсуждать здесь нечего! Все могут быть свободны.

Через час Потапов покинул кабинет и спустился во двор особняка на Затонской улице, служившей центральным офисом ассоциации «Корвет». Пожилой мужчина крупного телосложения с небольшим брюшком, одетый в кожаную куртку и кожаную кепку, протирал лобовое стекло черного джипа «Гранд Чероки».

– Ну что, Терентьич? – спросил Потапов, обращаясь к шоферу. – Поехали?

Терентьич молча кивнул, приставил к стеклу автомобильные дворники, залез на водительское место и, спрятав тряпку под сиденье, осведомился:

– Куда едем, домой на Зарубина или еще куда? – Он посмотрел в зеркало заднего вида на Потапова.

Тот молча закурил и, выпустив в приоткрытое окно дым сигареты, определился:

– Нет, домой не хочу. Поехали на Садовую.

Терентьич понимающе кивнул и, едва улыбнувшись, тронул машину с места.

– Что, скучно одному дома сидеть? Оно и понятно, весна все-таки пришла…

На Садовой улице жила подруга Потапова Юля Королева, работавшая менеджером по рекламе в одной из его фирм.

Их знакомство произошло во время избирательной кампании, когда он баллотировался в депутаты городской Думы. Королева тогда работала в его избирательном штабе.

Их отношения из деловых быстро переросли в дружеские и затем были скреплены любовной связью. И хотя они продолжали жить раздельно, все же чаще Потапов ночевал у Юли, предпочитая ее уютную однокомнатную квартиру своей пустой и неухоженной трехкомнатной. В нее он возвращался только тогда, когда ему хотелось побыть одному.

Приблизительно в это же время, в районе девяти вечера, на небольшую площадку перед входом в городской парк въехал темно-синий «БМВ», за рулем которого сидел Андрей Колтаков. Рядом с ним – Эдуард Жаров.

На площадке уже стояли две иномарки – черный «шестисотый» «Мерседес» и темно-синий джип «Тойота Ленд Крузер». Колтаков остановил свой «БМВ» напротив «Мерседеса».

Несколько секунд Колтаков и Жаров молча смотрели на тонированные стекла «Мерседеса».

– Как думаешь, – прервал тишину в салоне Жаров, – сколько у нас шансов остаться в живых после того, как мы расскажем все как есть?

– Не знаю, – ответил Колтаков, достав сигарету из пачки и прикуривая. – Процентов десять наберется, может, больше. Но я уверен, если мы будем Климу лапшу на уши вешать, шансов выжить не будет никаких.

Оба снова замолчали, вглядываясь в тонированные стекла стоящего перед ними «Мерседеса».

Наконец дверь «Мерседеса» открылась и из него вышел мужчина в длинном черном пальто. Последняя деталь одежды, видимо, должна была скрыть недостатки его фигуры: маленький рост и непомерно широкие плечи, делающие мужчину почти квадратным. Он был скуласт. Жидкие черные волосы тщательно зачесаны назад. Взгляд маленьких глубоко посаженных глаз впился в сидящих в «БМВ» людей. Мужчина два раза глубоко затянулся сигаретой, торчащей изо рта, и выкинул ее, едва раскуренную, на землю.

Засунув руки в карманы пальто, он отправился в сторону «БМВ». Колтаков и Жаров вылезли из машины и пошли ему навстречу. Оба они заметили, что одновременно из джипа возникли четверо крепких молодых парней, которые рассредоточились веером вокруг собравшихся.

– Здорово, пацаны, – неожиданно высоким голосом поздоровался с Колтаковым и Жаровым мужчина из «Мерседеса».

– Привет, Мансур.

– Че это вы такие вялые сегодня, с бодуна, что ли? – засмеялся Мансур, однако выражение его глаз не изменилось. Он по-прежнему пристально вглядывался в лица собеседников.

Те в ответ лишь промолчали.

– Ну, че скажете?

– Скажем, скажем, Мансур, – ответил Колтаков. – Клим здесь?

Мансур перестал смеяться и, повернувшись к «Мерседесу», кивнул головой. После чего вынул из кармана жевательную резинку и, порвав обертку, засунул жвачку в рот, активно работая своими широкими, мощными скулами.

Из «Мерседеса» вылез еще один человек. Это был высокий, худой, сутулый мужчина лет пятидесяти, одетый в серый, видавший виды плащ и черную водолазку. Его длинные седые волосы были не слишком аккуратно причесаны. Лицо с правильными тонкими чертами, морщинистое. Слегка прищуренные глаза не выражали никаких эмоций и глядели на окружающий мир с полнейшим безразличием.

Подойдя к Колтакову и Жарову, он вяло пожал им руки.

– Ну, – проговорил он тихим голосом, – как наши с вами дела? Где товар?

Колтаков и Жаров переглянулись, и Колтаков, откашлявшись, произнес:

– Слушай, Клим, есть проблемы. Мы их решим, но нам нужно время.

Безразличный взгляд Климова скользнул по лицу Колтакова, потом по лицу Жарова.

– Что за проблемы? – почти добродушно переспросил Клим. – Раньше у нас с вами не было проблем.

– То было раньше, – ответил Жаров, – а теперь вот появились. Сами не ожидали, что такое может случиться.

– Ладно, кончай этот гнилой базар, – грубо одернул его Мансур. – Давай о делах.

Колтаков вздохнул и произнес:

– Сегодня утром машину с товаром грабанули, все подчистую вынесли.

Клим ничем не выдал удивления. Лицо Мансура вытянулось, насколько это было возможно. Он прекратил жевать и впился взглядом в Колтакова. В следующую секунду его глаза заблестели от бешенства. Схватив Колтакова за шиворот, Мансур рванул его на себя, буквально сорвав с места довольно рослого мужика. При этом Мансур успел вынуть из кармана пальто пистолет, дуло которого с силой прижал к животу Андрея.

– Ах ты, сучара, – прошипел Мансур. – В уши нам ссать вздумал. Да я тебе все кишки свинцом нашпигую.

Колтаков, схватившийся было за лацканы пальто Мансура и попытавшийся его оттолкнуть, замер на месте. Без движения стоял и Жаров. «Быки» Клима забеспокоились и также полезли в карманы за оружием.

Вышедший из городского парка мужчина с удивлением взглянул на необычную компанию и ускорил шаг, бросая боязливые взгляды на собравшихся.

– Оставь его, Мансур, – тихим голосом проговорил Клим. – Неужели ты не видишь, что он говорит правду.

Мансур, услышав своего босса, медленно разжал левую руку и, быстро спрятав правую с пистолетом снова в карман, отошел назад и встал рядом с хозяином.

– Давай, Андрюша, выкладывай до конца, что там у тебя, – почти ласковым тоном проговорил Клим.

Колтаков перевел дыхание, одернул перекошенную куртку и, собравшись с мыслями, начал рассказывать.

Он пересказал все, что ему было известно на этот момент. Мансур слушал с недоверием, медленно пережевывая комок жвачки во рту. На лице Клима, как обычно, не отражалось никаких эмоций.

– Пойми, Клим, для нас самих это неожиданность. Нам нужно время, нужно хотя бы пару дней, чтобы разобраться в этом. Я клянусь, что скоро найду ту паскуду, которая стоит за этим наездом, – виноватым голосом проговорил Колтаков.

– Не клянись, – ответил Клим. – Ты даже не знаешь, где будешь сегодня и будешь ли вообще.

От последней фразы Колтакова и Жарова обдало холодом. В устах такого человека, как Клим, подобная фраза звучала как приговор. Однако Клим тут же заявил с неким подобием улыбки на лице:

– Лады, я согласен. Даю тебе два дня на выяснение причин. Делай что хочешь, но найди или товар, или тех беспредельщиков, у которых он находится.

– Конечно, – воодушевился Колтаков, – за два дня мы точно что-нибудь нароем. Встретимся послезавтра, здесь же, в это же время.

– Не надо здесь встречаться, – ответил Клим, покачав головой. – Я вас сам найду, можете не беспокоиться на этот счет. И не вздумайте рвать когти. В этом случае Мансур вас из-под земли достанет, и тогда вы пожалеете, что на свет родились.

Клим отвернулся от стоящих перед ним Колтакова и Жарова и, сделав несколько шагов, сел в «Мерседес». Следом за ним, кивнув головой охране, отправился и Мансур. «Мерседес» и джип один за другим уехали с площадки.

– Ты им веришь? – спросил Мансур, как только «Мерседес», в котором они ехали, покинул место встречи.

– Я никому не верю, – ответил Клим.

Он вынул из кармана плаща миниатюрную металлическую коробочку и, раскрыв ее, насыпал на тыльную сторону ладони две дорожки белого порошка. Вдохнув в себя кокаин, он закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья. Несколько секунд он молчал, потом медленно поднял отяжелевшие веки:

– А этим я не верю в первую очередь. Кожей чувствую, что здесь играют нечисто.

– Клим! – в запале проговорил Мансур. – Эти два сопляка нас на такие бабки выставили. Ты зачем их отпустил?

– А я их и не отпустил, – ответил Клим.

Потапов вышел из лифта и, подойдя к металлической двери, окрашенной бежевой краской, нажал кнопку звонка. Через минуту раздались негромкие шаги. Маленькая точка света в середине дверного «глазка» на секунду погасла, потом снова загорелась, после чего дверной замок щелкнул и дверь открылась.

На пороге стояла Юля, в пестром шелковом халатике. Черные пышные волосы были распущены по плечам. На ногах – теплые пушистые тапочки.

Увидев такое домашнее и уютное создание, Потапов улыбнулся и произнес:

– Привет!

Юля же бросила на Сергея холодный взгляд и, оставив дверь открытой, направилась в глубь коридора. Потапов, поколебавшись немного, перешагнул порог и закрыл за собой дверь.

Юля стояла, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди.

– Сергей Владимирович, не ожидала вас увидеть! – сказала она с сарказмом. – Вы случайно не заблудились? Хочу вам сразу напомнить, что моя квартира не офис ассоциации «Корвет».

– Жаль, – улыбнувшись, ответил Сергей. – Я как раз хотел обсудить с вами ряд деловых вопросов по развитию рекламного бизнеса…

Он снял плащ и, повесив его на вешалку, сделал несколько шагов к Юлии.

– Но это даже к лучшему, – добавил он. – Есть куда более приятные темы для разговора.

Он протянул руки к ее талии, но Юлия отстранилась и, повернувшись к нему спиной, стремительным шагом отправились на кухню.

Потапов тяжело вздохнул и, понурив голову, отправился вслед за ней. На кухне Юля встала и начала мыть остатки недомытой посуды.

Сергей уселся на табуретку в нише между столом и стеной. Это было его любимое место. Здесь он не мешал хозяйке. Ему нравилось сидеть здесь после ужина, курить и не спеша разговаривать с Юлей на темы, далекие от бизнеса.

Но сегодня разговор явно не клеился.