Разведчики от бога

Глава 1

Над тайгой стоял натужный вой бензопил. Они остервенело вгрызались плоскими ножами в толстые стволы двадцати-тридцатиметровых сосен. Эту лесистую котловину у одного из изгибов Уральского хребта уже давно облюбовала некая крупная лесопромышленная компания. Она и организовала дочернюю фирму, которая безраздельно хозяйничала здесь второй месяц. О существовании «дочки» знал лишь узкий круг лиц. Учредительные документы, разумеется, были липовыми, как и наряды на вырубку леса. Удаленность этой территории от больших дорог и солидные откаты местным чиновникам позволяли безнаказанно вести здесь незаконную заготовку первоклассной древесины. Закон один – тайга. Главное, быстро вывезти кругляк и погрузить на платформы, благо с железнодорожным начальством тоже удалось найти общий язык. А там, как говорится, ищи-свищи…

Лесорубы в новеньких синих робах и оранжевых касках свою работу выполняли сноровисто. Чувствовалось, что они не первый год валят корабельный лес. Все было распланировано с завидной четкостью. Ветки – в сторону, очищенные стволы – сразу на трейлеры. Они уже пробили в лесу несколько просек, которые через несколько километров выходили на укатанную лесную дорогу. Там их поджидали лесовозы.

Неожиданно, заглушая вой бензопил и рев моторов трелевочной техники, в верхушках деревьев раздалось громкое шипение, а потом послышался сильный удар, от которого ощутимо дрогнула земля под ногами. Те, кто в этот момент смотрел вверх, успели заметить крупный сноп оранжевого пламени, яркой полосой сорвавшийся с неба. На лесосеке тут же установилась относительная тишина. Побросав бензопилы, лесорубы собрались вокруг бригадира – высокого пожилого мужчины с длинными руками, больше напоминающими рычаги паровой машины.

– Афанасьич! – смахнув с робы свежие опилки, издававшие терпкий запах сосновой смолы, один из лесорубов тронул бригадира за плечо. – Разобраться надо бы, что это там за хреновина навернулась. Ветер-то, однако, в нашу сторону дует. Ежели где загорится да верхами понесет, пожалуй, и ноги унести не успеем.

– Это точно! – загалдели остальные. – Глянуть надо бы, что это там за метеорит тунгусский? Мало ли что? А то ведь и технику потерять можно.

Немного поразмыслив – все же очень не хотелось отрывать людей от дела в разгар рабочего дня, – бригадир, наконец, коротко кивнул.

– Ладно, – согласился он. – Вот, троих отряжаю, кто на ногу пошустрее. Пусть сбегают, поглядят – не горит ли? Давайте-ка вот вы, два сапога – пара, и… Витька Канчук с вами, галопом – туда и обратно. Остальные – работать. Все, все, все! Хорош галдеть. Нам платят не за разговоры, а за кубатуру.

Люди разбрелись по делянке, и котловина вновь огласилась визгом бензопил. А трое крепких, поджарых парней, двое из которых, братья Сапожниковы, были друг на друга похожи как две капли воды, ускоренным шагом направились в глубь леса. Сшибая десантными «берцами» – память о недавней службе в армии – то здесь, то там торчащие из хвойной подстилки роскошные ярко-красные мухоморы, лесорубы уверенно зашагали в ту сторону, где за вершинами деревьев скрылось нечто, свалившееся с неба.

Обсуждая меж собой необычное происшествие, парни без компаса быстро двигались в точно заданном направлении. Приходилось огибать встречавшиеся меж деревьев огромные валуны, похожие на остатки разрушенных временем древних скал, перепрыгивать через мелкие ручьи и обходить неожиданно возникавшие в чащобе небольшие прозрачные озерца с каменистыми берегами. Но, оставив за спиной очередное препятствие, лесорубы вновь двигались именно туда, куда нацелились изначально. Почти год проведя в лесу, они чувствовали себя здесь так же уверенно, как городской житель в местном парке.

Примерно час спустя, поднявшись на лесистую гриву, они увидели перед собой еще одну огромную природную «чашу», окруженную плосковерхими каменными глыбами. Здесь тоже росли деревья, но куда реже, чем там, где шла лесозаготовка. При всем желании из-за скалистых обломков трелевочные тракторы сюда бы не пробились. Да и деревья в этой котловине были в большинстве своем далеки от товарных стандартов. Внимательно осмотревшись по сторонам, парни сразу определили, где именно могло упасть небесное тело.

Судя по всему, никакого пожара огненный пришелец не вызвал, и теперь они могли смело возвращаться назад. Но как можно было уйти, лично не взглянув на то, что совсем недавно носилось в ледяном мраке космоса? Переглянувшись, лесорубы решительно двинулись дальше. Каждому виделось, как, вернувшись с вахты, он будет рассказывать своим девахам о чуде, которое наверняка выпадает встретить далеко не каждому. Да и прихватить с собой на память осколок метеорита – а в том, что это был именно метеорит, они не сомневались – казалось невероятной удачей. Поговаривали, что знающие люди в областном центре дают за кусок космической породы немалые деньги.

Парни и не предполагали, что у них уже появились конкуренты. Ватага пермских бродяг из пяти человек, возглавляемая отставным старателем, уже не первый день кочевала вдоль горных ручьев и распадков, надеясь поживиться хоть чем-то из несметных сокровищ Уральских гор. «Хитники», как таких называли встарь горные добытчики, уже не первый раз выходили на свой нелегальный промысел. Прошлый год преподнес им весьма приятный сюрприз. Найденные ими несколько довольно крупных изумрудов и кусков горного хрусталя, которые они продали, в общем-то, по символической цене, тем не менее позволили ватаге безмятежно шастать по притонам почти всю зиму.

А вот в нынешнем году поиски что-то не задались. Даже в тех местах, где, по прикидкам экс-старателя, можно было наткнуться если не на золотую жилу, то хотя бы на самоцветы, оказывалось пусто. Природа словно сознательно прятала от «хитников» свои богатства. Уже были на исходе взятые в дорогу продукты, истрепалась и без того поношенная одежда. Да и осточертело уже каждую ночь отгонять чадным дымом костров тучи гнуса. Итоги всех этих мытарств того не стоили – вся добыча ватаги составляла с десяток мелких хризолитов. Кое-кто, разочарованный хроническими неудачами, уже поговаривал о возвращении назад.

– …Мать их так, богатства эти горные! – зло ковыряя ложкой опостылевшие рыбные консервы, бурчал на очередном привале самый нетерпеливый мужик. – Да я за эти дни на бутылках больше заколотил бы. Черт меня дернул тащиться в эту глушь, где ни баб, ни бухалова, ни жратвы человеческой. А ты все трендел – «самоцветы, самоцветы», – язвительно передразнил он старшого, угрюмо нахохлившегося у костра.

– Что-то эта твоя Медной горы Хозяйка ни хрена не хочет с нами поделиться… – хохотнул еще один «геолог». – Уж попросил бы как-нибудь по-свойски эту шалаву…

– Цыть, придурок! – вскинулся бывший старатель, испуганно оглядевшись по сторонам. – Ты думай, где и что языком своим молотишь. Ты тут без году неделя, и не тебе, фраеру, судить и рядить насчет фарта. И так сплошная непруха, да еще вы тут каркаете. Запомни: насчет Хозяйки чего-то такого тут говорить не сметь! Есть ли она, нет ли ее – лучше молчать. Я от стариков, которые когда-то в горе работали, много чего слышал о ней. Так что, как говорится, не буди лиха, и все будет тихо!

Неожиданно над вершинами деревьев раздалось неприятно бьющее по ушам шипение, после чего в полукилометре от бивака что-то громко прогрохотало. Нелестно помянувший Хозяйку Уральских гор бродяга побледнел и едва не поперхнулся консервами.

– Конь, это… она?! – громким шепотом спросил он у старшого.

– Да хрен его знает? – Тот недоуменно развел руками. – Вроде что-то с неба свалилось. Но, может, и без нее не обошлось… Надо бы сходить, глянуть, чего там такое. Вдруг найдем какую диковину? Эти каменюки небесные, они тоже, говорят, стоят хорошего бабла. А ну-ка, закруглились. Все, хватит рассиживаться!

Минут через пять, кое-как притушив костер, ватага двинулась в путь. Впереди, как этого и требовало его положение, вышагивал старатель. Бренча пустыми котелками, ложками и мисками в рюкзаках, вновь воспрянувшие духом бродяги потянулись следом. Хрустя валежником, искатели горных сокровищ на ходу продолжали гадать, что там произошло. Тот, что поносил Хозяйку, продолжал брюзжать, ему поддакивал любитель «баб и бухалова». Старшой шагал молча. А двое других уже заранее прикидывали, сколько смогут выручить, если наткнутся на осколки метеорита.

Выйдя на поляну с молодым подростом, бродяги остановились, удивленно разглядывая воронку диаметром больше десяти метров, вокруг которой были разбросаны вывороченные из земли глыбы и обломки какого-то белого металла.

– Что за черт? – старшой удивленно хмыкнул. – «Тарелка», что ль, инопланетная тут грохнулась?

– Нет, скорее это спутник, – возразил один из бродяг. – Вон, видишь, куски обшивки валяются? На ней какие-то цифры отштампованы. У инопланетчиков, поди, такого не водится. У них свое что-нибудь. Вот только непонятно, чей он – наш или американский.

– А какая разница? – скривился брюзга. – Люминь – он и в Африке люминь. Вон, набрать хотя бы этих ошметок да в Теплой Горе спихнуть. А то нам и на обратную дорогу до Перми не хватит.

– Это, мужики, не алюминий, это, по-моему, сплав титана с бериллием, – авторитетно заявил тот, который обозвал Хозяйку шалавой. – Я, когда в армии служил, такого добра вдоволь насмотрелся.

– И ты хочешь сказать, что за него ничего не дадут?

– Наоборот, чудила! Вот в Теплой Горе или Лысьве тебе и дадут за этот металл как за алюминий, по тридцатке за кило. А в Перми титан запросто пойдет по «штуке» с гаком. Дошло?

– Не врешь?! – лихорадочно почесал за ухом «любитель баб». – Тогда какого черта стоим? Набираем этого металла, и – ходу. Пока нас тут не застукали и все не отобрали.

– Это точно! – замотал головой предводитель. – Я так думаю, часа через полтора-два тут народу будет – не протолкнешься. Все, мешки набираем и сваливаем, пока не поздно.

– А с кагэбэшниками… Ну, или как они там сейчас называются? Фээсбэшники, что ль? С ними-то терок не будет? – неожиданно засомневался молчавший до этого бродяга. – Вдруг это спутник какой-нибудь секретный? Тогда нас запросто могут отправить в кутузку. И срок еще намотают…

– Ну, если ты такой патриот, можешь ничего не брать, – запихивая в полипропиленовый мешок бесформенный кусок металла, прошепелявил брюзга. – Но только тогда уж на свою долю не рассчитывай.

– Не рассчитывай, не рассчитывай… – передразнивая его, недовольно пробормотал бомж и тоже достал мешок из своего рюкзака. – Ладно уж… Как говорится, бог не выдаст, свинья не съест. Во! А это что за бочонок? – удивленно воскликнул он, выкатывая из-под куста папоротника увесистый белый цилиндр размером с обычное ведро, из которого торчали оборванные провода.

Один из торцов цилиндра был выпуклым, другой вогнутым. В центре торчал штырь из золотистого металла, на конце которого отливал голубизной полупрозрачный кристалл. Бродяги сбежались посмотреть на странный прибор. Кто-то заметил проштампованную на выпуклом торце цилиндра надпись на русском языке: «Не вскрывать! Смертельно опасно!»

– А вот эта штучка – чтоб мне век спиртяги не пробовать – стоить будет очень дорого! – ткнув пальцем в цилиндр, деловито рассудил старшой. – Как бы не блок питания спутника на каком-нибудь, понимаешь, уране… Типа атомного реактора. Все! Хорош! Набрали, сколько набрали, и давай отсюда ходу. Чем быстрее, тем лучше. Бухой, кинь эту чушку себе в рюкзак. Ты нашел, тебе и нести…

Но тут до него донеслись чьи-то голоса. Он нервно оглянулся и увидел вышедших на поляну троих рослых широкоплечих парней, одетых в синие робы. Те, увидев толпу незнакомцев подозрительного вида, разом остановились и молча рассматривали их в упор. Испугавшись, что это поисковая группа, которая прибыла за обломками спутника, старшой вскинул мешок на плечо и с воплем «Атас!!! Рвем когти!!!» опрометью метнулся в лесную чащобу.

Его «кореша» долго себя уговаривать не стали. А лесорубы, с не меньшим недоумением осмотрев разбросанные обломки спутника – куски его оболочки и остатки различных устройств совершенно непонятного назначения, подобрали по приглянувшемуся сувениру «на память». Реакция бродяг на их появление одновременно и смешила, и настораживала парней. Было забавно видеть удирающие со всех ног сгорбленные фигуры с болтающимися за плечами мешками. Вместе с тем было похоже, что удирали бродяги неспроста – не только потому, что испугались появления посторонних. Судя по всему, они обнаружили нечто весьма ценное и теперь спешили унести свою находку, дабы ее у них не успели отнять.

Побродив еще немного по поляне и кое-чего прихватив с собой, лесорубы отправились восвояси. Когда они были на полпути к лесосеке, где-то вдалеке раздался рокот вертолетного двигателя.

– Ну, вот и хозяева спутника прилетели, – догадался один из братьев Сапожниковых. – Щас начнут шерстить всех подряд… Может, от греха подальше выкинуть эти «сувениры»? А то мало ли чего?..

– Теперь уже поздно… – Витька Канчук озабоченно повертел в руках кусок прозрачной пластмассы, внутри которого просматривались темно-красные пластины плат с рядами разноцветных микросхем. – Лесосеку сверху они увидят. То, что мы сюда ходили, выяснят без проблем. Если скажем, что ничего не брали, – не поверят. Соответственно, будут трясти. На хрена нам это нужно? А отдадим эти причиндалы – отстанут.

– Ты глянь, какая четкая логика! – рассмеялся второй из Сапожниковых. – Все как по полочкам разложил. Ну ладно, пусть будет по-твоему. Слушай, Вить, а ты всегда такой предусмотрительный и дальновидный?

– Был бы предусмотрительным и дальновидным, сейчас бы в Москве, ничего не делая, получал втрое больше, чем здесь, – саркастически усмехнулся Канчук. – А раз ишачу здесь за эти «длинные» рубли, да еще комаров кормлю в придачу, не шибко-то ее и много, этой самой дальновидности… Да вообще-то, парни, история эта и долгая, и неинтересная!.. – предупреждая расспросы, категорично рубанул он ладонью.

– Е-мое! А ты был прав! – наблюдая за вертолетом, который перед этим некоторое время кружил над лесом, протянул первый из Сапожниковых. – Летят прямо на лесосеку. Во дела!

…Когда парни вышли из чащобы, они сразу же увидели вертолет, стоящий на единственном крохотном пятачке, расчищенном от веток. Он был похож на огромную усталую птицу с наполовину сложенными крыльями. Невдалеке от вертолета стояли четверо военных с шевронами Военно-космических сил на рукавах, которые о чем-то расспрашивали Афанасьича и других членов бригады. При появлении братьев Сапожниковых и Канчука к ним немедленно направился офицер с погонами полковника.

– Ну, сейчас начнется… – недовольно проворчал Виктор.

Но, вопреки его ожиданиям, полковник оказался человеком вполне миролюбивым. Ни орать, ни докапываться он не стал. Приятельски поздоровавшись с парнями за руку, офицер поинтересовался, где именно те нашли место падения спутника. Проникшись его доброжелательным тоном, лесорубы в деталях объяснили, где они обзавелись «сувенирами», и даже сами изъявили желание добровольно отдать их военным.

– Ну, вообще-то, да, – чему-то улыбнувшись, согласился полковник, – эти вещи нам, конечно, желательно забрать с собой. Больше вы ничего себе не брали?

– Мы-то нет, а вот те, что нас опередили, набрали всякой всячины целые мешки, – доверительно сообщил Канчук. – Когда мы с ребятами вышли на поляну, где упал этот самый спутник, они там уже хозяйничали вовсю.

– А кто это – «они»? – насторожился полковник.

– Да бродяги какие-то, типа бомжей, – пренебрежительно пояснил один из Сапожниковых. – Их там человек пять или шесть было. Точно я сосчитать не успел – они нас как только увидели, сразу же дали деру.

– Примерно сколько времени назад это было? – полковник посмотрел на часы.

– Да около часа… – Сапожников пожал плечами. – На поляне мы были всего минут десять. Нам и надо-то было там поглядеть, не занялся ли пожар. Ну а назад шли быстрее, чем туда? – дорога-то уже была известная…

– А куда они могли податься? Как вы думаете? – Полковник сдвинул фуражку на затылок.

– Скорее всего, – сощурившись, предположил второй Сапожников, – в сторону Теплой Горы. Там проходит «железка»… То есть железная дорога, вдоль нее постоянно бродят скупщики металла. А эти бомжи, я так понял, собирали обломки алюминия. Или что там за материал? В общем, если полетите в ту сторону, вы их еще сможете увидеть. От той котловины до ближайшей деревни часов пять ходу, не меньше.

– Если только они не затаятся… – еще раз взглянув на часы, задумчиво произнес полковник. – А вы их при случае смогли бы опознать?

– Ну, в принципе смогли бы, – кивнул Канчук. – Уж их главаря-то я запомнил лучше всех. Роста он среднего, плотный такой, представительный. У него очень приметная правая щека – на ней наискосок толстый багровый рубец.

Записав имена лесорубов, а также номера их мобильных, которыми здесь можно было воспользоваться, только лишь взобравшись на самую высокую гору, полковник со своей командой спешно засобирался. Было видно, как вертолет стремительно ушел вверх и, описав круг над лесосекой, полетел к месту падения спутника.

…Больше часа четверо офицеров ВКС и взявшиеся им помочь пилоты вертолета обшаривали округу, собирая и складывая в грузовой отсек все без исключения, даже самые мелкие обломки. Постепенно в отсеке вертолета выросла приличная куча исковерканного металла и обломков аппаратуры. Тут были и куски солнечных батарей, и детали двигательной установки для корректировки орбиты, и фрагменты телекоммуникационного оборудования, и искореженные части обшивки спутника. Но, к досаде полковника, того прибора, ради которого они и прилетели сюда на поиски, найти так и не удалось.

Офицер пришел к выводу, что наисекретнейший блок, скорее всего, был похищен бродягами, и отдал команду на взлет. Вертолет снова взмыл над лесом и, сделав несколько кругов, на бреющем полете пошел на северо-запад. Все четверо, вооружившись биноклями, тщательно осматривали дороги, поляны и просеки, попадавшиеся по маршруту движения вертолета. Нигде ничего похожего на бродяг с мешками за плечами найти не удавалось.

Когда внизу замелькали крыши деревеньки, значившейся на карте как Бобрухи, полковник приказал идти на посадку. Заметив вертолет, за околицу высыпало не менее двух десятков человек самого разного возраста. Еще крепкий на вид дед с авторитетным видом вышел навстречу военным и после взаимных приветствий представился как староста. На вопрос о компании бродяг он утвердительно закивал.

– Как же, как же, слышали о них, слышали. Бабы наши по грибы по ягоды недавно ходили, видели чужаков, которые что-то искали на Тетериной горе и на Медвежьей… Ну, мы так и поняли, что это какие-нибудь браконьеры притащились самоцветы поискать. Тут таких артелей иной раз по нескольку бродит. А они, поди, натворили что-нибудь?

– Кража военного имущества, – сдержанно пояснил полковник.

Из дальнейшего разговора выяснилось, что ватаги браконьеров в деревню иногда захаживали, но вели себя вполне прилично. Обычно они брали в деревенской лавчонке спиртного, хлеба и консервов, после чего снова уходили в леса.

– …А хулиганничать им тут кто позволит? – проговорил сурово дед. – Тут, почитай, в каждой избе двустволка имеется. Иные старухи палить умеют – что твой спецназ!

Отозвав старосту в сторону, полковник попросил его проследить, не появится ли в их деревне компания бродяг из пяти или шести человек, нагруженных мешками. Если незнакомцы объявятся, следовало немедленно сообщить об этом по телефону «кому следует».

– Ни в милицию, ни в администрацию, ни кому другому, а только вот по этому номеру! – строго пояснил полковник. – Это – военная и государственная тайна.

– Понял! – коротко кивнул старик. – Никому ни слова. Можете не беспокоиться. Я ж в ПВО служил как раз в ту пору, когда наши ребята сбили Пауэрса. Так что соображаю, что к чему… Ну и раз вы здесь, то вот кое-что узнать у вас хочу. Там, в Дунькиной Плошке, недавно бумкнуло. Это не по той ли части, из-за чего вы к нам прилетели?

– В общем-то, да. Но говорю это только вам лично. Для остальных – геологи вели сейсмическую разведку.

Когда вертолет вновь взмыл в небо, один из офицеров, молодой, рослый майор, осмотрев окрестности деревни через бинокль, склонился к уху полковника и через рев двигателя, давящий на уши, негромко поинтересовался:

– Товарищ полковник, а почему бы нам, так сказать, «втемную» не задействовать местную милицию? Боюсь, мы сейчас только зря потратим время, но этих крадунов найти не сможем. Уверен, бродяги попрятались, едва только услышали гул вертолета. Они же понимают, что украли нечто очень серьезное, за что им может здорово нагореть. А так – милиционеры их гораздо быстрее найдут, все же они местные. Откуда им знать, что за устройство несли с собой бомжи?

– Я уже и сам об этом думал, и с начальством советовался, – досадливо вздохнул полковник. – Но… Дана команда искать собственными силами. Причина тут более чем понятна. Секретом является не только то, что нес в себе спутник, но и сам факт того, что он вообще был на орбите. Говорю вам об этом только потому, что вы уже в какой-то степени имеете представление о том, какое значение имеет для нас пропавший объект.

– Но почему же нельзя было оборудовать этот секретный блок системой самоуничтожения? – Майор сокрушенно покачал головой.

– Он и был оборудован. Но, видимо, отчего-то не сработал пиропатрон. Иначе хоть какие-то фрагменты устройства на месте падения спутника все равно обнаружились бы. А их там не было… И как же нам теперь найти этих бродяг, чтобы без лишней шумихи забрать у них устройство?

Полковник повернулся к иллюминатору и уже чисто механически поднес к глазам бинокль. Но его мысли были где-то далеко. «Теперь хочешь не хочешь, нашему начальству придется подключать ФСБ. Хотя это самый крайний вариант и очень нежелательный. Это резко расширяет круг людей, знающих о проекте «Берилл», а значит, повышает вероятность утечки информации. Где гарантия, что не найдется очередной «диссидент» типа Калугина, помешанный на долларах и «общечеловеческих ценностях»? И тогда – держись! Это будет нечто – истерический международный скандал, дебаты и слушания в Госдуме и на Генассамблее ООН. В конце концов, это снятые погоны и чьи-то головы. Но, вообще-то, кроме ФСБ есть еще один вариант… Есть генерал Федин, а у него – профессионалы, которые и черта из-под земли достанут, и, самое главное, секреты хранить умеют. Попрошу-ка я его помочь нам, так сказать, в частном порядке…»

Ход его мыслей неожиданно перебил радостный возглас:

– Вон они, товарищ полковник, идут по лесной дороге! Все с мешками. Видимо, это наши «клиенты»…

Словно очнувшись, полковник посмотрел в ту сторону, куда указывал один из офицеров, и действительно увидел каких-то людей, бредущих по дороге, проложенной вдоль старой просеки. Те и в самом деле несли чем-то наполненные мешки. Но полковника сразу же смутило то, что их было всего четверо. То ли от этой компании кто-то успел отколоться, то ли это были совсем другие люди.

Полковник дал команду идти на посадку, и летчик, сделав небольшой вираж, приземлился почти у самой дороги. Офицеры, прихватив с собой на всякий случай пару автоматов, бегом помчались к просеке, чтобы перехватить неизвестных. Пришлось буквально продираться сквозь густой ельник. Менее чем через минуту офицеры выбежали на разбитую тягачами лесную дорогу. Однако там никого уже не было. Лишь брошенные неизвестными мешки валялись на дороге.

Предчувствуя, что это совсем не то, что его интересует, полковник устало подошел к мешкам и по очереди пнул их ногой. Судя по очертаниям содержимого, мешки были набиты кусками медного и алюминиевого кабеля. И только этим. Ощущая разочарование и крайнюю досаду, он некоторое время стоял молча, глядя на верхушки елей и сосен. Было ясно, что эти крадуны-металлоломщики совсем не те, что были у разбитого спутника в горной долине со странным названием Дунькина Плошка. Но вдруг они знают тех, кто унес секретный блок?

– Эй, люди, сюда подойдите! – громко окликнул он. – Не бойтесь! Мы не из милиции. Нам ваши мешки не нужны. Просто хотим кое о чем спросить. Вы меня слышите?

Он замолчал. Однако ответом было только посвистывание ветра в густых хвойных лапах. Некоторое время подождав, полковник распорядился:

– Всем вернуться к вертолету. Попробую поговорить с ними один. Да не бойтесь вы, ничего со мной не случится. Они сами нас боятся. Все! Выполняйте!

Когда офицеры скрылись за деревьями и хруст валежника затих, полковник вновь обратился к неизвестным, которые, как он чувствовал, далеко не ушли.

– Эй, все, кто меня слышит! Я один, без оружия. Хочу просто поговорить. Мне от вас больше ничего не нужно. Есть тут кто-нибудь?

Прошло около минуты, прежде чем дрогнули ветки молодой ели метрах в тридцати от полковника и из-за дерева выглянул здоровый небритый тип в брезентовой куртке.