Стальные зубы субмарины

– Сеньор, не откажи бывшему морскому волку в маленькой радости побеседовать с собратом по профессии? – скрипучий голос, внезапно раздавшийся за спиной, чуть было не заставил Сергея вздрогнуть. Из чистого любопытства он обернулся. Перед ним стоял сухопарый старичок, одетый в традиционную одежду бедуина. Седая ухоженная борода и такие же седые брови делали его удивительно похожим на какого-то сказочного персонажа. И морского в нем было не больше, чем копыт у осьминога. Хотя в целом дедок внушал доверие. На вопросительный взгляд Полундры он многозначительно улыбнулся и, слегка поклонившись, предложил моряку следовать дальше в его компании, чтобы по пути обсудить одно дело.

Поздоровавшись, Сергей лишь слегка замедлил шаг, чтобы его престарелый собеседник поспевал за ним, и стал напряженно вслушиваться в витиеватые обороты речи, коими изобиловал монолог случайного попутчика. Раньше Сергей считал, что он довольно неплохо владеет английским, по крайней мере разговорным. До сих пор как-то хватало словарного запаса, чтобы не заблудиться в незнакомом месте и отыскать приличное питейное заведение. А вот тут приходилось напрягаться. Из длиннющего, с морскую милю, выступления удалось уловить только то, что старичок настоятельно хочет его с кем-то познакомить.

Тряхнув головой, чтобы избавиться от липкого вороха непонятых слов, Сергей случайно посмотрел влево. У обочины снова стоял тот самый мотоциклист, зеркальное забрало его шлема по-прежнему было опущено. Уже не слушая своего попутчика, Павлов принялся изучать человека в кожаной куртке. Проезжающие мимо автомобили загораживали объект внимания, но это не помешало ему разглядеть, что руки у мотоциклиста чересчур смуглые для европейца. Заметив, что на него смотрят, мотоциклист неторопливо тронулся с места и скрылся за углом.

Внезапно что-то заставило Сергея остановиться. Оставив в покое загадочного байкера, он перевел взгляд обратно на своего попутчика. Старичок еще быстрее затараторил, благодушно улыбаясь и довольно поглаживая свою бородку, а прямо перед ними стояла, скромно потупив глаза, сама «причина» их остановки. Несомненно, «причина» неслабая, Полундра это сразу заметил. Длинные черные волосы блестящим дождем ниспадали на плечи, струясь по легкой клетчатой рубашке, завязанной узлом спереди. Но и узел, казалось, едва удерживал напор шикарной девичьей груди, так и норовившей вырваться на всеобщее обозрение и так контрастировавшей с хрупкой фигурой, узкой талией и плоским животиком с нескромно торчащим колечком в пупке. Узкие джинсовые шорты были настолько короткими, что даже не пытались скрыть длинные стройные ножки. Единственное, к чему можно было придраться, – несколько крупноватый рот. Да, может быть, немного широко посаженные, черные как уголь глаза. Кстати, глаза так и стреляли в сторону бравого российского моряка.

Чинно раскланявшись с прелестным созданием, Сергей, недоумевая, глянул на старичка, собираясь прояснить ситуацию, но тот не дал ему этого сделать и обрушил на него новую лавину информации. Вслушиваясь в непонятную речь, исковерканную вкраплением французского и арабского, Полундра и не заметил, как красотка ловко пристроилась сбоку и уже успела взять его под руку. Все творилось настолько стремительно, что Сергей едва успевал вникать в суть происходящего. Разобраться удалось не во многом: дедка, похоже, звали Сулейманом, а симпатичную девчонку, которая, судя по всему, приходилась ему внучкой, – Лейлой.

И если отмести все водопады лести, ему, старшему лейтенанту Военно-морского флота России, предлагалось заглянуть на огонек в их гостеприимную квартирку, где его ждал ароматный восточный чай и другие радости. Странно, конечно, но, может, у них так принято? Устав от некоторой приставучести местных жителей, Полундра стал все больше подумывать о том, как бы потактичнее отделаться от приглашения. Но антрацитово-черные глаза Лейлы с такой надеждой и скрытым томлением глядели на него, что мысли то и дело перескакивали в совершенно неприличное русло.

Вся компания прошла в какую-то арку и остановилась возле одного из неприметных подъездов. Прохожих вокруг стало поменьше. Решив наконец, что пора и честь знать, Сергей приложил руку к своей груди и извиняющимся тоном начал:

– Уважаемый Сулейман! Вынужден ответить вам отказом, так как неимоверно занят и…

Старик вскинул на него прищуренный взгляд:

– Стой! Не отказывайся так сразу! Подумай хорошенько, чем мы тебя обидели? Пойдем, пойдем, дорогой! Знаешь, как Лейла умеет делать массаж?

В поисках поддержки Сергей повернулся к девушке. Но та спокойно и испытующе смотрела ему прямо в глаза. От былой кротости не осталось и следа. Не обращая внимания на присутствие деда, чуть приоткрыв чувственные губы, она медленно и соблазнительно провела по ним языком. Что-то ошеломляюще развратное было в этом жесте. И тут до Полундры дошло! Так вот это что за приглашение! А он-то купился… Ай-ай-ай, как не стыдно, товарищ старший лейтенант! Стараясь выглядеть как можно непринужденнее, Сергей отступил на полшага.

– У меня нет денег, милая, – простодушно заявил он.

Старичок удивленно приподнял мохнатую бровь и скривил недоверчивую гримасу:

– У моряка нет денег? Что-то я раньше такого не встречал!

– Мои друзья знают, что я очень доверчивый, поэтому все деньги у них. Мне так спокойнее, – не моргнув глазом, слукавил Сергей, не очень-то рассчитывая на то, что ему поверят.

Сулейман снова слащаво улыбнулся:

– Нет денег? Тогда продай свою форму! Все просто, взамен мы тебе что-нибудь подыщем.

– А может, не надо? – попробовал торговаться Полундра, делая вид, что почти сдался. Ему вовсе не улыбалась перспектива остаться в незнакомом городе без штанов – в прямом и переносном смыслах. Краем глаза он приметил двоих африканцев бандитской наружности, которые словно невзначай прогуливались неподалеку. Хорошо работают ребята, ничего не скажешь.

– Если ты будешь непослушным мальчиком, – наконец подала голос Лейла, – мне придется сорвать с себя одежду и закричать, что ты меня изнасиловал. Сулейман подтвердит, правда?

Старикашка с явным удовольствием закивал головой:

– А наша полиция не любит, когда чужие моряки насилуют наших девочек. Посадят тебя в камеру с больными СПИДом, хочешь?

– Нет-нет! – замотал головой Сергей, изо всех сил стараясь придать своему голосу волнение. – Я буду послушным! И мне очень нравится Лейла! Пойдем, куда скажете!

– Так-то лучше, малыш! – проворковала девица и распахнула металлическую дверь подъезда. – Сюда!

– Только после тебя, красавица! Показывай дорогу, я же не знаю, куда идти. – Полундра склонил голову в галантном поклоне, мельком глянув на парней за спиной. Те расслабленно закурили, видя, что клиент «обработан» как надо и дергаться не собирается. Лейла хмыкнула и, дернув загорелым плечиком, прошла в тень парадной. А вот с Сулейманом такой фокус не прошел. Хитрый дедок отрицательно покачал головой в ответ на предложение пройти первым и стал рукой подталкивать моряка в спину.

Полундра только огорченно вздохнул. Аккуратно, чтобы случайно не переломить хрупкую шею старика, он схватил его за шиворот и одним движением, словно выбрасывал мусорный пакет, закинул зловредного типа в дверной проем. Никто не успел даже пикнуть. Молниеносно захлопнув двери, Сергей ловко подпер их стоявшей рядом чугунной урной и, развернувшись, спокойно пошел мимо оторопевших «братков». Один из них соображал явно быстрее другого. Но это его и сгубило. Выплюнув недокуренную сигарету, он прыгнул навстречу Полундре, пытаясь вынуть из кармана складной нож.

Сергей вовсе не собирался ввязываться ни в какие разборки – он всего лишь вышел погулять по городу. А тут такая неприятная история. Не тратя времени на объяснения, он едва уловимым ударом пальцами в солнечное сплетение отправил африканца в нокаут. Его подельник ошалело уставился на своего дружка, который ни с того ни с сего вдруг прилег отдохнуть прямо на асфальте. Ему хватило благоразумия не повторять такой же ошибки, и он просто остался стоять на своем месте, предоставив агрессивному моряку возможность идти своей дорогой. На том и расстались.

Широкими шагами Павлов стремительно удалялся от злополучного места. Настроение, такое светлое и безоблачное в начале прогулки, было основательно подпорчено. А тут еще эта жара. Тонкие струйки пота уже потекли по вискам. В который раз смахнув их платком, Сергей огляделся в поисках подходящего места, где можно было в холодке чего-нибудь выпить.

Прямо на углу он увидел подходящую вывеску, но, поравнявшись с ней и заглянув внутрь, понял, что о кондиционерах там и не слышали. А, судя по количеству набившегося туда народа, температура там едва ли была ниже, чем на солнцепеке.

Уже почти отчаявшись, он собрался направиться в ближайший магазинчик, чтобы купить хоть бутылочку минералки. Но неожиданно вспомнил чей-то рассказ, что в магазине можно купить отличное вино, расфасованное в литровые пакеты. Его можно было выпить, сидя на скамеечке в небольшом скверике на противоположной стороне улицы. Воспрянув духом – вино ведь не вода, пусть даже и минеральная, – Сергей решительно открыл двери магазина.

Старательно морща лоб, разбирая надписи на французском, Сергей наконец выбрал то, что хотел. Захватив заодно пластиковый стаканчик (все-таки не варвар – пить прямо из пакетика), он прошел в кассу, где улыбчивая рыженькая продавщица взяла с него чуть больше 1 евро. Ссыпав мелочь в карман, он благодарно кивнул девчонке, у которой отчего-то сразу зарделись румянцем веснушчатые щеки. Полундра вышел на улицу. Между ним и вожделенной прохладной жидкостью лежало только одно препятствие – улица с довольно оживленным движением. Но он не поддался на зов жажды и решил все сделать как полагается, с чувством, с толком. Дойдя до пешеходного перехода, он остановился, ожидая возможности перейти на другую сторону. В одной руке – фуражка, в другой – приятно булькающий пакет. Красота!

Автомобили разом встали, словно уткнувшись в невидимую стену. Круглый глаз светофора дружелюбно вспыхнул зеленым светом. Беспечно зажав под мышкой фуражку, Сергей шагнул на «зебру» и… едва успел увернуться, кубарем покатившись обратно на тротуар. С ревом на него налетел тот самый мотоциклист в затемненном шлеме, мозоливший глаза с самого утра. Не обращая внимания на крики женщин, ставших свидетельницами происшествия, он за несколько секунд проскочил расстояние до перекрестка. Взвизгнули покрышки по асфальту. В знойном воздухе остались висеть только клубы сизого выхлопа. Мотоцикл скрылся за углом.

Передним колесом он больно задел щиколотку Сергея, надорвав ему штанину, а в остальном все было в порядке. По крайней мере, больше он пока ничего не почувствовал. Какой-то чумазый мальчуган, черный не столько от рождения, сколько от грязи и пыли, подскочил к Полундре, помогая ему подняться на ноги. Видя, что тот и сам уже вполне справился, мальчуган принялся отряхивать его черные форменные брюки. Отстранив неожиданного помощника, Сергей обескураженно посмотрел вслед умчавшемуся злодею. Догнать бы. Да порасспросить как следует, чего ему не сиделось на месте, гаду. Ведь специально хотел сбить, прицеливался! Рубашку из-за него испачкал, брюки испортил. Хорошо хоть документы не выпали…

Сергей хлопнул себя по боковому карману. Несмотря на жару, где-то внутри повеяло ледяным дыханием беспокойства – тот был безнадежно пуст! Документы… да где же они?! Мальчишка! Точно он, больше некому! Павлов молниеносно рыскнул взглядом по собравшейся вокруг толпе. Вон он, паршивец. Впереди мелькнула грязно-серая майка сорванца. Не жалея своих босых пяток, он стремительно улепетывал, петляя между прохожими. Недолго думая, Сергей бросился за ним. Стараясь не причинять большого ущерба попадающимся на пути марсельцам, он рванул, как на стометровке. Внутри бешеным пламенем вспыхнул азарт погони. Расстояние между беглецом и преследователем неминуемо сокращалось, мальчишка поскользнулся и чуть было не упал. Звонко покатились по асфальту оброненные им монеты.

Свернув за угол, сорванец помчался с удвоенной скоростью. Почти сразу за ним на перекресток выскочил рассерженный не на шутку Сергей, но ему оставалось только посмотреть вслед воришке. Ловкий негритенок с разбегу прыгнул за спину мотоциклисту, тому самому, в черной кожаной куртке, который, оказывается, никуда не уехал, а поджидал своего маленького соучастника. Взревев мощным двигателем, мотоцикл встал на дыбы и, наплевав на все правила дорожного движения, стал резво удаляться. Бежать за двухколесной машиной, которой не были помехой ни пробки, ни тесные улицы, было бессмысленно. Полундра крепко выругался с досады.

– …Пьер! Пьер!!! Иди сюда! Я не могу понять, чего он хочет! – рыхлотелый, истекающий потом инспектор, обмахиваясь платком, раздраженно орал на весь участок. Сергей сидел на стуле напротив и хмуро глядел на полицейского. Прошло уже полчаса с того момента, как он пересек порог этого не самого приятного заведения, а толку все еще не было. Толстяк-инспектор не шибко владел английским, да и особенного рвения вникать в проблемы иностранного моряка не выказывал. А у Павлова, напротив, были большие пробелы именно по части родного языка французов.

– Я вот считаю, уж коли ты приехал к нам, так уж будь добр хоть пару слов выучить, – недовольно ворчал себе под нос полицейский. И снова перешел на крик: – Пьер, чтоб тебя разорвало на куски! Ну иди же сюда, паршивец!

Плечистый крепыш с абсолютно лысой головой был похож на копа из американских боевиков: обтягивающая мускулистый торс майка, сигарета в зубах, кобура под мышкой. И абсолютное презрение к окружающему миру в ледяных глазах.

– Что ты расшумелся, приятель? – у подошедшего был грубый, прокуренный голос. На молчащего Сергея пока не обращали никакого внимания. – С чем ты на этот раз не можешь справиться?

– Тебе что, трудно помочь старому больному человеку? Вот, разберись с этим моряком. По-моему, его ограбили.

Пьер обернулся к Полундре и, тщательно выговаривая английские слова, спросил:

– Что с вами случилось? Где и когда? Кто-нибудь еще это видел?

Сергей вздохнул и в десятый, наверное, раз повторил свою историю. Лысый пожевал свою сигарету и с сомнением покачал головой. Указав рукой на солидную пачку бумаги на столе, он без всякого выражения продолжил:

– Вот это все – заявления таких же бедолаг, как и вы. И это только за последние недели. Мы делаем все возможное, чтобы поймать тех, кто вас обидел. Но, скажу прямо, не всегда это удается.

– И что теперь? – спросил Сергей.

– Напишите все, что вы видели. И, как только что-то станет известно, мы сообщим в ваше посольство.

Полундра молча придвинул протянутый лист бумаги и выразительно глянул на того, кого называли Пьером. Тот, видимо, понял без слов все, что хотел сказать ему русский. Переместив сигарету из одного угла рта в другой, он выдержал суровый взгляд Сергея.

– Мы сделаем все, что в наших силах, офицер…

Командир «Арктура» перевел дух и уставился в полированную крышку своего стола, на которой лежал рапорт старшего лейтенанта Павлова. В воздухе еще носилось эхо громогласного разноса, который только что был устроен Сергею. Потерять все документы, до единого! Это было выше его понимания.

– Одно ты мне растолкуй, старику. – Капитан 2-го ранга устало махнул рукой, оставляя Полундру сидеть на месте. – Какого дьявола ты таскаешь с собой и паспорт, и удостоверение личности? Вернее, таскал?

Сергей понуро опустил голову. Что тут скажешь? Знать бы заранее, где спотыкнешься…

– Что молчишь, герой? Делать-то что будем?

Сергей печально вздохнул:

– Полиция обещала помочь…

– А мы на это время прервем дружественные визиты государственной важности и подождем месяц-другой? Так, мол, и так, простите нас, уважаемый президент Египта, мы не приедем на встречу, так как старший лейтенант Павлов решил задержаться в Марселе?

В ответ раздалась только звенящая тишина. Кавторанг тяжело вздохнул и понял, что ничего разговорами не исправишь. Подняв измученные глаза на смирно сидевшего Павлова, он бесцветным от навалившейся усталости голосом произнес:

– А ведь в одном шаге от капитан-лейтенанта ходил, старлей… В загранку вот направили, думали, исправляешься, жизнь налаживается… Но, видно, судьба у тебя такая – притягивать неприятности к своей з… задушевной персоне…

Сергей обреченно пожал могучими плечами. Убей, не знал он, почему все так в жизни происходит.

– Идите, старший лейтенант. Разбираться с вами дома будем. Сейчас у нас есть приказ. И мы, как всегда, обязаны выполнить его. Поход ведь у нас – не прогулочный круиз по Средиземноморью, как мазуты сухопутные считают. Важное политическое значение имеет. Вот так… Поскольку отсутствие документов не мешает выполнять свои служебные обязанности, вам будет чем заняться. Мы идем в Порт-Саид, под Андреевским стягом идем. Нельзя его позорить, особенно перед египтянами. А вот сходить на берег не придется. Такое тебе пока наказание, Павлов. Дальше – видно будет.