Приворот на босса. Хочу, не могу

Глава 10 – Кирилл

Круглый светильник отражался в тёмном высоком окне у самого столика и от этого, казалось, что это луна невероятно приблизилась к Земле и вот-вот столкнётся с ней. Сначала налетит на штырь медной башни «Меркурий», а потом и «Империю» раздавит своей массой, оставляя от неё только изумрудные мелкие стёклышки.

Или это просто меня уносит с третьего бокала виски, который мне услужливо продолжает подносить улыбчивый официант бара «The High» на 56 этаже высотки. Здесь в самом дальнем от входа и тёмном углу стоит диван для целой компании, но я пихнул менеджеру остатки наличности, которые ещё не растратил и занял его единолично. Не жалую я сегодня компанию.

Настроение не то. Если вырублюсь, то нести меня недалеко до лифта и Виктор легко найдёт пару грузчиков перетащить моё тело в машину.

Я кинул кубик льда из стакана в светильник-шар и долго смотрел на то, как он качается. Ледышка улетела кому-то под ноги за барной стойкой и медленно там таяла. Не хочу смотреть на людей, но за окном чёртов «Меркурий», который своим медным боком напоминает мне одну рыжую…

Почему, когда я закрываю глаза, я вижу, как мои пальцы скользят между этими огненными локонами и как от этого движения оголяется белая нежная шея, которую так хочется целовать, лизать, оставлять тёмно-красные пятна засосов, а потом снова целовать. Долго… пока засосы не растают окончательно от времени. Чтобы потом наставить новых, и они кричали: «моя, моя, моя женщина!».

Я перекатил в ладони широкий низкий бокал с толстым дном, представляя, что это не стекло, а её грудь в моей руке… Она больше и мягче, а когда я сдавливаю её пальцами, я слышу этот сладостный стон…

Да что это такое?

Почему эта меркантильная сучка не идёт у меня из головы?

Я осушил бокал и зажмурился от того, как алкоголь ударил по вкусовым рецепторам, выжигая их. Огонь пополз вниз по пищеводу и исчез в черной дыре где-то в центре меня. Медленно впитался в кровь и так же медленно продолжил туманить мозг.

– Сокол, ты охренел? А где приглашение для самого близкого друга? – резкий басистый голос заставил меня открыть глаза и недовольно уставиться на его хозяина.

– Где-то висит билборд, что я прилетел в Москву? – я посмотрел сквозь пустой стакан на Вавилова, моего старого друга ещё с учёбы в МГУ.

На этот жест среагировал официант и двинулся к моему дивану с другого конца бара, чтобы обновить напиток.

– Земля слухами полнится, – улыбнулся во все тридцать два Михаил и плюхнулся рядом на диван, не дожидаясь приглашения. Наглость всегда была его главной чертой характера. Но я уже привык. – Сдали тебя твои верные гномы, до меня вести уже через третьи руки пришли.

– Опять к Ангелине подкатываешь? – догадался я, вспомнив, что он неровно дышал на мою секретаршу в прошлые разы.

– Что значит подкатываю? Давно уже прикатил и прокатил, – довольный Вавилов слегка двинул вверх бёдрами с однозначным намёком, на чём он катал мою сотрудницу, – ты же сам не хочешь, да и пропадаешь чёрте где постоянно. Девушка скучает, – подошёл официант, – ему повтори и мне того же, но двойной, – указал на меня и мой стакан друг.

– Я пью абсент, – ляпнул я, зная, как он его ненавидит.

– Кому ты заливаешь? Эта дрянь зелёная в отличие от того, что у тебя в стакане, – вальяжно развалился он на половину дивана, закидывая ногу на ногу. – К тому же с такой постной миной ты только вискарь глушишь. Что за траур?

– Устал, – отмахнулся я, поставив пустой стакан, чтобы его забрал официант.

Вавилов расстегнул пиджак и снял его, неаккуратно откинул на подлокотник рядом с собой. Я пригляделся, скосив на него глаза, отъелся мужик, хоть и накачанный кабан ещё, но пара жирных складок на пузе уже нарисовалась. Спокойно живёт, сытно ест и в ус не дует.

Чего у меня всё через зад?

– Ты это кончай, я скоро забуду, как ты выглядишь с твоим этим турне, – выразил он своё недовольство.

Я мог это понять, конечно, потому что раньше мы с ним проводили очень много времени вместе, любой зависон или тур по барам и бабам у нас был на двоих. Да что уж там, женщины неоднократно были на двоих. Он даже с Ангелиной мне тройничок предлагал.

– Я уже на финишной прямой, – не хочу лезть в подробности.

– А финишировать будешь посмертно? Вон высох весь и круги под глазами, как у вегетарианца.

– Зато ты отожрался, Мишань, – я грубо ткнул его пальцем в живот, всё же почувствовав там и мышцы. Ладно, не так всё запущенно. Но вид уже попортил себе.

– Да я же серьёзно, Кир, чего ты сразу?

Официант принёс два новых бокала с виски и льдом, я взял свой и пригубил, пока в него не натаяло слишком много воды.

– Да не спал я толком, вчера вечером прилетел, не успел ещё привыкнуть к смене часовых поясов. Долбанные джетлаги.

– Лаги у него, – Миша махнул полстакана разом и даже не поморщился. Этого медведя такие дозы не берут. – А ночью то, что делал? В стекляшке своей торчал? – он кивнул на соседнюю башню, где у меня располагался офис.

– В клуб по дороге заехал, хотел выпить и застрял почти до утра.

– В какой такой клуб? Чего не позвал?

– Да чёрт его знает, что за клуб, я даже названия не помню, что первым на карте нашёл, туда и заехали. И так Виктор весь мозг сожрал по этому поводу, ты ещё не начинай.

– Ладно, – Вавилов хлопнул меня по колену своей тяжёлой лапищей, – не буду тебя мучить больше. Срисовали тебя в твоём клубе, оттуда и я знаю, что ты прилетел.

Я аж выпрямился от услышанной информации. Столько сил убить на конспирацию, чтобы прилететь внезапно и в офисе никто не успел замести следы, а меня кто-то успел увидеть.

– Что значит срисовали? Кто?

– Да случайно перец какой-то выложил фотки из этого захолустного гадюшника, а там ты. Кто-то из журнашлюх жёлтых узнал твою смазливую мордашку и утром уже во всех лентах репостят, что блудный мажорчик вернулся в родные пенаты и уже по клубам развлекается.

– Что за бред? – не поверил я, но Миша протянул мне свой мобильник с фотографией, где я… взасос целую рыжую красотку, наполовину завалив её спиной на барную стойку, – твою мать!

– Это она? Твоя бессонница? – хитрая улыбка расползалась по широкому лицу друга.

Я не выдержал и всё же закатил глаза. Ну что это за подстава такая?

– Нет! – огрызнулся коротко, потому что, вообще-то, да.

– А судя по другим фоткам, она самая.

Миша перелистнул ещё раз – я с ней у стены обжимаюсь, мои руки у неё под платьем на заднице, её у меня в волосах. Ещё одну – мы танцуем что-то в центре площадки, судя по позе, медляк. Какой нахрен медляк в клубе? И почему я этого ничерта не помню? Опоила что ли?

– Судя по твоим глазам сейчас, ты был в хохлому и ничего этого не помнишь, – сделал он своё предположение и, конечно же, не угадал, – куда охрана твоя смотрела, что папарацци пропустила?

– Да не было охраны, я один ехал. Только Виктор встретил с самолета, я сам просил.

– Крайне легкомысленно, – Вавилов наслаждался своим виски и рассматривал фото, мне захотелось отобрать у него телефон, да толку? Во-первых, из его ручищи его не вырвать, а во-вторых, он уже давно всё разглядел и может даже вздрочнул. Надеюсь, в туалете в клубе не было камер и папарацци?

Так, стоп, а про туалет-то я помню. Что за бред в квадрате?

– Сука! – ругнулся я.

– Да ладно тебе, девчонка-то огонь, я смотрю. Фигурка – улёт, рыженькая. Что? Не понравилось? Больше похоже, что понравилось, – он опять совал мне в нос фотки, – чего не позвал? Я бы составил компанию. Помнишь как мы раньше? Я бы такую тоже не отказался попробовать.

– Чёрта с два! – я тупо выбил у него телефон из руки, и тот шлёпнулся на диван между нами. – Держи свой буй в штанах и подальше от меня и тем более её!

– Та-а-ак, – протянул он и снова ухмыльнулся, – а что мы такие нервные? И даже не потому что фоточки в сеть слили. Когда тебя вдруг стали волновать девчонки на следующий день после свиданки? – он изменился в лице, изобразив какую-то очередную догадку. – Что? Не дала что ли? Разожгла и обломала?

– Не обломала! – теперь я залпом выпил свой виски, но так же красиво с невозмутимым лицом у меня не вышло, и виной тому была она, эта рыжая.

– Что? Послала сразу после? А тебе так понравилось, что ты добавки хотел? – из него как из тюбика паста, попёрли предположения одно хуже другого. – И что? Ты не мог что ли как всегда? Ресторанчик, подарочек, номер в отеле и верти её ещё месяц как хочешь. Забыл, как это делается по своим сельским клубам в глубинке?

– Да иди ты! Причём тут сельские клубы? Дело вообще не в этом!

– Так а что ты тогда сидишь тут синячишь в одиночку?

– Да устал я! Задолбался в доску со всем эти грёбаным наследством разбираться, авгиевы конюшни эти разгребать голыми руками и концы искать, кто и откуда всё тянет! Отец мой такого наворотил перед смертью, что я ещё год буду ездить по этим командировкам, чтобы разобраться. Во Владике вон я вообще месяц рыболовецкий траулер продавал! Нахрена ему траулер? Зачем он мне всё это оставил?

– Так кому же ещё? – сделал серьёзное лицо Вавилов, – ты ж один у него наследник. Сын единственный.

– Значит, он меня угробить хотел этим своим подарком!

– Так, а девушка-то тут причём? – решил отмахнуться Миша от моего нытья на тему непрошено свалившегося наследия.

– Да притом! Что я в кои-то веки посчитал, что она нормальная! Что я человека встретил, живого! А она опять такая же, как все, только деньги мои считает, что выжать из меня, на что насосать или натрахать себе, понимаешь? Телефоны, машины, квартиры! Список уже составляет!

– Ну и подарил бы что, жалко что ли? Ты таких девок оптовыми партиями отоваривал с подарками. Что с этой-то не так?

– Да всё с ней не так! – я грохнул стаканом по столу и на резкий звук обернулись несколько посетителей, которых и так осталось мало из-за позднего часа.

– Не узнаю я тебя, брат, – Вавилов смотрел на меня, прищурившись, – что, серьёзно так понравилась?

– Она у меня работает! – начал вываливать я всю правду в обход осторожности, спасибо вискарь, – пальцем шевельну, и моей будет! Даже шевелить не надо, сама всё сделает! Только бесит меня всё это! Задрали меня все эти куклы! Вскроюсь я скоро от этих тварей лицемерных вокруг меня, ходят толпами, бабло пересчитывают, как стервятники вокруг трупа моего отца! Всем лишь бы пожрать с его полудохлой империи. Нахрен она мне не нужна! И рыжая эта не нужна! Пошли все в задницу!

Михаил одним движением усадил меня обратно и припечатал к спинке дивана, поднял руку, не глядя, и провозгласил.

– Официант! Неси всю бутылку! А лучше две! – потом хлопнул меня лапищей по груди, – отдохнуть тебе надо, Сокол, а то долетаешься. Сейчас мы тебя микстуркой полечим, а ты расскажешь мне про всех этих жадных уродов, облегчишь себе ношу. А потом поедешь домой спатушки! А если так хочешь, и рыженькую тебе твою достану под бочок.

– К чёрту её! К чёрту всех!

– К чёрту в гости заглянуть ещё успеется, – он подтянул к себе кожаную книжку с меню, – давай начнём с закуски, пока ты не напился раньше меня, и мне не стало скучно.

– Можешь прямо сейчас валить, – я отвернулся к окну, не желая выбирать ужин. Вавилов бесцеремонно повернул меня обратно за плечо.

– Что может быть интересней, чем ноющий друг, создающий сам себе проблемы? Ты мне расскажи вот, что ты делать собрался с этой красоткой? Глядишь, и развлечёшь меня.

– Я тебе клоуном не нанимался, – ответил ему в той же манере. – Что делать, что делать? Буду вертеть её, на чём положено, пока денег не попросит. Как заикнётся, так сразу дам пинка под зад и уволю заодно, чтобы преподать важный жизненный урок.

Вавилов почему-то громко рассмеялся, вновь вызывая недовольные взгляды в нашу сторону.

– Узнаю старого доброго мажорчика Соколова, ох уж эта твоя философия. А если не заикнётся? Вдруг она не такая, как ты думаешь? Подвёл тебя твой нюх на этот раз? А?

– Да стопроцентно такая! Я знаю точно! Как и все! Могу поспорить, что долго не продержится!

– А я могу поспорить, что ты её затрахаешь раньше, чем попросит денег! Ты же со своим либидо, как бык осеменитель под допингом, даже нет, как чёртов кролик! Ни одной самки мимо не пропустишь неоприходованной.

– Да ну тебя с твоими сравнениями, стоило только купить акции аграрки, сразу потянуло на скотину!

– Давай! – Миша протянул мне свою руку, – не увиливай с темы. Спорим?

– На что? – он меня жутко злил, но азарта это не убавляло. Я бы с радостью его уделал в любом споре.

– На Роллс-ройс отца твоего, он тебе всё равно не нужен, стоит, пылится в гараже.

– А губа у тебя не дура! – искренне изумился я его запросам, зная ценник той машины.

– Так и ты большой молодец, к тому же не сомневаешься, что победишь. Что тебе терять?

– Тогда, если ты продуешь, мне деньгами стоимость Ролса отдашь.

– Ты тоже не промах с запросами, ладно. Значит, спорим, что если она сбежит от тебя затраханная до смерти и без денег, то выиграл я. А если сама попросит денег или любой подарок, то ты!

– Отлично! Потому что ты просто лох, предлагать такие условия!

– Это мы ещё посмотрим, кто лох! Давай клешню! И чтобы ты не увильнул, просто спрятавшись в домик, к другим женщинам тебе ходить нельзя!

– Какой срок? – уточнил я важную деталь.

– Дам тебе фору на разогрев, – ехидно улыбнулся Миша, – месяц!

– Пфф! Месяц это слишком много, она и недели не выдержит!

– Не переоценивай себя, Сокол, ты ща половину этого срока отсыпаться будешь. Давай две!

– По рукам! Готовь денежки на счёт!

– А ты протри пыль с моего Ролса, только сам! По рукам, братец! Ух, прокачусь я на Ролсе! А как продуешь, так и на рыжульке твоей! – подмигнул в конце Миша.

– А мне уже будет всё равно! Катайся, сколько тебе влезет! – разошёлся я от выпитого.

Глава 11 – Александра

– Доброе утро, Кирилл Александрович у себя? – я осторожно кивнула в сторону большой двустворчатой двери в кабинет Соколова.

Ангелина подняла на меня глаза и смерила отчего-то очень недовольным взглядом.

– Конечно, у себя, сегодня рано пришёл и давно ждёт тебя.

Я скромно прошла к двери и встала рядом с ней в ожидании, что секретарша поднимется и объявит боссу о моём прибытии.

– Тебе дверь открыть? – приподняла бровь Ангелина, – или всё же умеешь ручкой пользоваться?

– Умею, – сухо ответила я. Что за стервозное поведение, я ей ничего плохого не делала. Ну раз не надо его предупреждать, могла бы просто сказать об этом.

Я потянула на себя тяжёлую дверь, которая весила, будто тоже была сделана из настоящего дуба, как и стены внутри. Если честно я ужасно нервничала, всю ночь думала о том, что же ему ответить на предложение. Но в итоге разум и прагматизм возобладали над суеверной и эмоциональной частью меня, убедив, что такие деньги я ещё не скоро смогу заработать. Даже если вся моя работа уложится в один месяц или меньше, то у меня на руках будет триста тысяч!

Я буду ещё на шаг ближе к тому, чтобы окончательно избавиться от Савелия!

С колотящимся от волнения сердцем я вошла в огромный кабинет и лишь в последний момент услышала, что Ангелина всё же встала из-за стола и закрыла за моей спиной дверь, когда я застыла на пороге в нерешительности.

Не то чтобы я боялась своего босса, просто в кабинете было пусто. Она же сказала он тут и ждёт меня. Я что-то не так поняла? Я почти уже развернулась, чтобы выйти обратно, как краем глаза увидела нечто у окна. На большом кожаном диване, который отлично вписывался в интерьер офиса по стилю, но никак не по назначению, кто-то лежал.

Да не кто-то. Я сделала шаг вперёд и пригляделась. Ну так и есть, Соколов собственной персоной. Изволит возлежать на этом кожаном кошмаре в ожидании меня?

Я тихонько кашлянула, прочищая горло и обращая на себя внимание.

– Доброе утро, Кирилл Александрович, – произнесла я как можно более спокойным голосом.

Никакой реакции.

Так как диван стоял боком, то всё, что мне было видно, это его макушка, плечо и немного оставшееся неподвижное тело. Я сделал пару шагов в его сторону, может, не слышно с такого расстояния?

– Кирилл Александрович? Это Александра… Калинина, – на всякий случай добавила я свою фамилию, мог ведь и забыть за ночь. – Вы сказали…

Я замерла на месте, теперь разглядев, что его рука свисает с края дивана, пальцы слегка согнуты, расслаблены. А на полу рядом на боку лежит чёрная керамическая кружка. Я растерялась ещё больше, чем до этого, оглянулась на дверь. Там снаружи сидит эта стерва, сейчас опять скажет мне что-нибудь унизительное, чтобы поставить на место.

Я вновь повернулась к Соколову на диване и вдохнув поглубже подошла ещё немного. Может, он спит, мало ли, присел, задумался, заждался и уснул. В первую нашу встречу он тоже уснул, да так крепко, что спящая на нём голая женщина была нипочём.

На полу возле кружки виднелось блестящее тёмное пятно, похожее на разлитый кофе. Так крепко заснул, что не слышал, как уронил?

Да что я голову ломаю?

Я подошла к дивану и нависла над ним, оглядев быстро с ног до головы. Лежит на боку, как-то неудобно подвернув под себя одну руку, головой на подлокотнике. Одет в точности как вчера, тёмно-серые брюки и чёрная рубашка. Пиджак его я заметила раньше на той же вешалке, куда он его повесил вчера. И блин… как же он хорошо сложен и одежда с трудом скрывает это. Да мне и без толку эта одежда, я помню его без неё, абсолютно обнажённым, как уставший греческий бог.

Кажется, бог снова устал, хоть и одетый в этот раз.

Саша, не отвлекайся на свои фантазии!

Я наклонилась и потрясла его легонько за плечо, не желая напугать, когда разбужу. Тихонько позвала:

– Кирилл Александрови-и-ич, пора просыпаться, – ещё немного потрясла. – Кирилл… – в глаза бросились его неестественная бледность и тени под глазами, потом я опустила взгляд к губам, которые мне тоже показались чересчур бледными. А ещё он совсем не реагировал на то, что я его трясу. Я качнула его сильней, он перекатился почти что на спину, упёршись в спинку дивана плечом и снова абсолютный ноль реакции.

Да что он как неживой?

Я резко распрямилась от безумной догадки, пульс тут же ускорился, бросая меня в жар.

– Кирилл Александрович! Проснитесь! Вам плохо? – может, я с ума сошла, но что-то с ним явно не так. Лежит в неестественной позе, будто завалился набок неожиданно для себя, вон ноги-то на полу. Бледный и не просыпается. – Чёрт!

Ругнувшись, я поспешила к дверям, надо позвать Ангелину на помощь, чёрт с её стервозностью, не до этого сейчас. Я потянула дверь на себя, и она не поддалась. Дёрнула ещё. Как прибили!

– Да ты издеваешься? Ты что заперла меня тут? – заподозрила я секретаршу в самой настоящей подставе. Подёргала ещё раз дверь для верности, убеждаясь, что та не поддаётся. – Ангелина! Ангелина, открой!

Я позвала её не уверенная, что сквозь эти ворота хоть что-то слышно с той стороны. Потом оглянулась на Соколова, который продолжал лежать точно так, как я его завалила на спинку. Да он без сознания!

– Ангелина! Открой! – я постучала ладошкой по двери, – открой срочно! Кириллу Александровичу плохо! Ангелина!

Да что же это такое происходит? Куда она делась, зачем заперла дверь? Я постучала, подёргала, ещё раз постучала, продолжая шуметь уже с надеждой на то, что хоть что-нибудь произойдёт. Сумасшедшая секретарша откроет или Соколов проснётся.

Только вот не произошло ни того ни другого!

Я испуганно посмотрела на диван. Не могу же я бросить его вот так, человеку помощь нужна! Ему явно нехорошо! Да что же… а вот сейчас в моём мозгу зачем-то понеслись безумные мысли, которые я крутила в голове половину прошлой ночи. Те самые, где у несчастного, на которого наложили приворот, начинаются проблемы со здоровьем.

Так! Стоп! Нет! Это бред и я это уже выяснила!

Или нет?

Мамочки!

– Кирилл! Кирилл, очнитесь! – я бесцеремонно похлопала его по щеке и не дождалась никакого возмущения или шевеления. Даже ресницы эти чёртовы не дрогнули, – да что же такое с вами?

Я взяла в руку его запястье и попыталась прощупать пульс, но там были часы с широким кожаным ремешком и они мешали, с трудом дотянулась до другой руки под ним, а она была странно холодная и… без пульса!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.