И вьется нить судьбы
- -
- 100%
- +
Спустя неделю мы стояли перед входом в галерею. На моей подруге было ярко-красное платье чуть выше колен с глубоким декольте. Только тонкая бретелька сзади не позволяла рукавам спадать. Она была восхитительна. А я же, надела длинное белое платье в пол. Моя шея и грудь были полностью спрятаны под тканью, только разрез, доходящий до середины бедра, делал мой образ загадочным и сексуальным. Помещение галереи было не очень большим, но отделка внутри выглядела презентабельно. Светлые тона стен и пола создавали иллюзию расширения пространства. Картины, висящие на стенах, подсвечивались специальными лампами, создавая тем самым привлекательность для посетителей. Пока я разглядывала картину, Анни притащила два фужера шампанского.
– Нам, к сожалению, нельзя принимать спиртное, у нас диета, -укоризненным тоном напомнила я.
– Брось, Ди, один глоток, – она подняла бокал вверх и произнесла: «За мою сестру»!
Мы чокнулись и сделали ровно один глоток, обе понимая, что спорт для нас важнее всяких развлечений и выпивки. На карту поставлено очень многое, в будущем мы стремились попасть на олимпиаду.
Чемпионат мира, проходивший в Испании, что для меня, что для Анни был плодотворным и успешным. Мы прилетели за три дня до начала соревнований. Из-за огромной разницы во времени нам всегда требуется более продолжительный период для восстановления. Сначала проводилась квалификация, в которой дается 2 попытки. В зачет квалификации идет только лучшая попытка. Шестеро лучших вышли сразу в финал, а двенадцать, включая меня и Анни, вышли в полуфинал. В полуфинале из двух лучших попыток отобрали нас шестерых: это мы с Анни из Канады и девчонки из Швеции, Франции, Великобритании и Америки. Итого в финале нас было двенадцать. Судьи оценивали по трем критериям: амплитуда, сложность и вариативность. Я заработала 82,7 балла, а Анни 75,8, соответственно заняли третье и четвертые места. После сложнейшего спортивного сезона нам требовался отдых. Каждый выбирает на свой вкус. Эти редкие моменты хочется провести, узнавая новые места, культуру и традиции других народов. И вот мы уже в самолете.
Удивительные люди, причудливые храмы, ласковый шепот теплых океанических волн, девственная земля, покрытая орхидеями, песчаные пляжи, серфинг, яхтинг, дайвинг -так и манили миллионов туристов. Я тоже не смогла устоять перед такими красотами. Заветный остров Бали, кусочек рая на Земле. Настоящая сказка наяву, волшебный остров, где исполняются все мечты. Анни стремилась по возможности оторваться во всех клубах. А я? А я сделала выбор в пользу серфинга и восхитительных достопримечательностей острова.
Посмотреть на вулкан Батур- было в моем списке «обязательно увидеть своими глазами». Я присоединилась к группе туристов накануне восхождения, а Анни наотрез отказалась от этой затеи, предпочитая развлекательные мероприятия.
Я часто задавала себе вопрос: был ли наш отпуск простой случайностью? Потому что как можно объяснить мою встречу с Ним на другом краю света? То ли звезды, то ли Вселенная, то ли судьба позволили нам встретиться. На этот вопрос я так и не смогла найти ответ. Наш подъем начался в три часа ночи. Он был не из легких, но мысль встретить рассвет и загадать желание подпитывала мои силы. С каждым шагом, наступая на вулканическую породу, я ощущала, как мелкие камешки частенько залетали ко мне в кроссовки и натирали мне кожу. Постоянно останавливаться тоже не хотелось, поэтому я продолжала шагать, терпя эти неудобства. С каждым часом боль становилась все нетерпимей. И через три часа я была вынуждена снять кроссовки, чтобы обработать свои покрасневшие пятки. Из-за того, что тропа была достаточно узкой, а желающих добраться до вулкана немало, любая остановка превращалась в затор. Во время вынужденного простоя, всякий развлекал себя как мог: кто- то делал селфи, кто-то щедро делился смешными историями, а кто-то решил помочь мне. Этим кто-то был симпатичный парень, вежливо предложивший свою помощь.
– Позволь я тебе помогу, – улыбаясь спрашивает меня он.
Я удивленно вытаращилась на него.
– Ты?
– У меня как раз в рюкзаке есть мазь и пластырь.
– Думаю, это замечательная идея, – снимая свои кроссовки бурчу себе под нос.
– Боже, что он делает? – думаю я.
Красавчик опускается на колени и по очереди снимает носки с моих ног.
В результате продолжительного трения верхний слой кожи на задней части моих ступней поврежден. Мне, конечно, не стоило игнорировать механическое воздействие камушков.
– М-да… Зрелище еще то! – слышу я ряд выкриков.
– Ого, что за жуть, – комментирует группа подростков и с отвращением отворачивается.
– Кровь на носках, кровоподтеки на ступнях… Смотрится все это в высшей степени страшно, – размышляю я. Да и нелепо.
Но я продолжаю молча предвкушать, что же будет дальше. А дальше еще хуже. Мои щеки не просто краснеют, а начинают пылать, когда руки парня дотрагиваются до кожи моих ног. Стыд и неловкость переплетаются и мое сердечке трепещет. Он наносит тонкий слой мази на участки кожи и поверх наклеивает пластырь.
– Нельзя же всякий раз ощущать удовольствие, когда он дотрагивается, – размышляю я и отбрасываю эти глупости только тогда, когда слышу его голос.
– Ну, вроде бы и все, -победоносным голосом заявляет незнакомец. -Надеюсь, что мазь восстановит, а пластыри сохранят твою кожу в полном порядке.
– Значит, мне не стоит беспокоится? -Прям гора с плеч, – хихикая говорю я.
– Бактерицидную инфекцию точно не подхватишь, – подмигивая продолжает он.
– Можно с тобой познакомиться? – вдруг как-то неожиданно спрашивает красавчик.
По правде говоря, мне это знакомство совершенно не нужно. Он пригласит меня в какой-нибудь очередной бар или на диско. А я в таких местах чувствую себя достаточно неуютно, – размышляю я, и вслух говорю: «Даже не знаю».
– Меня зовут Кристиан.
Кристиан… повторяю я про себя это имя. Через секунду, я замечаю его обеспокоенный взгляд.
– Извини, ты слышишь меня?
– Меня зовут Диана и я из Калгари. Приехали с подругой на четыре недели на этот чудный остров, – продолжаю я наш прерванный разговор.
Кристиан теряет дар речи, улыбается сам себе и начинает смеяться. Этот заразительный и искренний смех разливается вокруг нас.
– Что такое? Что? – подхватывая его смех, спрашиваю я.
– Боже, как же это прекрасно, знать, что судьба не закрыла перед тобой дверь.
– Но что это значит? Объясни, – не останавливаясь твержу я.
Я нервничаю и машинально снимаю резинку со своих волос и перебрасываю их через плечо. От дуновения ветра волосы моментально окутывают мое лицо. Часть волос запутывается в серьгах, и я вздыхаю.
– Давай помогу, – предлагает он и легонько прикасается к сережке.
Не знаю, насколько во мне самообладания, но тут я не выдерживаю.
– Что ты делаешь? – заглядываю я в глубину его глаз, пытаясь понять происходящее.
– Представляешь, Диана, я тоже живу в Калгари.
Я ошарашена, потому что такого заявления я уж точно не ожидала. Мои слова просто застревают в горле. Мы молча смотрим друг на друга, вызывая друг у друга неподдельный интерес.
И вот спустя много лет, когда я рассказываю эту историю, не могу осознать, как мы смогли встретиться в таком далеком от нас месте.
– Это так невероятно, – только и всего, что я смогла произнести.
Спустя несколько изматывающих часов, мы все-таки достигли цели. Описать словами ту картину, что открылась с высоты Батура, невозможно. Стоя на вершине, я чувствовала умиротворение в своей душе и вечность, окружающую нас со всех сторон. Эти величественные горы поражали нас своей масштабностью, говорящей нам: человек в горах принадлежит природе. Этот чарующий, восхитительный, живописный рассвет. Я помню, мои волосы развевались на ветру, первые солнечные лучи ласкали мои щеки, в глазах восторг и огромное желание сделать себя счастливой. Удивительно, чтобы встретить своего любимого мужчину, мне пришлось пролететь шестнадцать тысяч километров. Волшебный остров Бали. Он окутал нас чарами любви! С того времени мы с Крисом не расставались. Он сразу же съехал с летней резиденции, которой владели его родители. Мы поселились в настоящем балийском доме, где реально почувствовали жизнь острова, окунулись в колоритный и неповторимый быт местного населения. На Бали великое множество пляжей, и каждый удивляет, притягивает, восхищает. Пляж «Ловина» воспринимается как нереальная экзотика. Восемь километров пляжа покрыто вулканической пылью, волны там небольшие и частенько к берегу подплывают дельфины. Описать всю красоту этих мест невозможно. Вспоминая этот остров, даже сейчас я испытываю невероятные эмоции. Это был период познания друг друга. После возвращения наше знакомство с Крисом продолжалось, и спустя какое- то время я переехала к нему. В его серо-голубых глазах всегда отражался океан, тот, что познакомил нас. Он сочетал в себе силу и нежность, ум и щедрость, вежливость и воспитанность. Именно такие мужчины каждый день совершенствуются и нравятся всем женщинам. Кристиан работает в строительной корпорации в качестве пиар-менеджера, развивает семейный бизнес. Строгий -в делах и нежный- в отношениях. Мне было тогда только двадцать. Все свое время я посвящала спорту. Была дерзкой, смелой, влюбленной и мечтательной. Обыкновенная девочка с зелёными глазами и волнистыми каштановыми волосами. Для меня любовь – это когда внутренний мир обоих прочно настроен на родственную душу, где все понятно без лишних слов, ощущения одного отражаются в другом. Но разница в возрасте почти 8 лет привносила в нашу жизнь особенность. Многие поступки Кристиана мне были не понятны, но я их всецело принимала. Например, экзотичность в выборе стран для отдыха, капризность в еде, индивидуальная способность находить как партнеров для бизнеса, так и друзей. Как ни странно, меня все устраивало. Любовь к Кристиану было самым невероятным шансом, который подарила мне судьба. И это счастье я не намеривалась упускать.
Глава 3.
Через неделю нашего пребывания на Бали Кристиан, я и Анни отправились в один из крупнейших парков во всей Азии. Мы пересели в комфортабельный автобус, стенки которого были оснащены железными прутьями и въехали на территорию «Сафари Парка». Кристиан пододвинулся ко мне ближе и коснулся губами моей шеи.
– Только без неприличных движений, пожалуйста, – угрожающе проговорила Анни. -Мы вообще-то в парке.
Кристиан фыркнул, а я помахала жирафам. Группа жирафов в составе десяти особей пробиралась через кусты в нашу сторону. И благодаря их высокому росту мы их сразу же заметили. Из автобуса категорически запрещалось выходить, но низкая скорость передвижения позволяла нам делать большое количество фотографий.
– Я бы никуда не поехал, – прошептал Кристиан, -Мы могли бы провести весь день на вилле.
Его глаза словно говорили: происходящее ему порядком уже надоело.
– Мы сможем вечером наверстать упущенное, – подмигнув пообещала я.
С каждым днем я понимала, что наше знакомство – это и есть наша история любви. Я волнуюсь, когда думаю, что ожидает нас в будущем.
Крис наблюдал за нами, как мы с Анни катались на слоне. Я наблюдала, как его пальцы быстро делали многочисленные фото. Наша экскурсия подходила концу. Стрелки часов показывали три пополудни. Уставшие, но невероятно довольные мы ожидали такси, когда Анни предложила продолжить нашу прогулку и отправиться пообедать. Если б я начала противиться, то она сразу же обиделась. Я и так поступила с ней по-свински, съехав с гостиницы. Мы припарковались около кафешки в центре города. Анни сразу же выскользнула из такси, и мы с Крисом покорно последовала за ней, ни о чем не спрашивая. Изнурительная жара просто выбивала нас из колеи. Хотелось укрыться от палящего солнца и вдыхать прохладный поток воздуха.
– Для начала закажем холодный чай и фрукты, -весело пропела Анни.
Мы с Крисом устроились вместе на одном диванчике. Под столом мурлыкала кошка со своим недавно рожденным котенком. Я уже приготовилась насладиться своим заказом, как встретилась с глазами Кристиана. Он смотрел пристально и долго, что-то обдумывая в своей голове. Потом схватил мою руку и потащил меня из кафе. Это было так неожиданно, что я опомнилась только тогда, когда мы оказались снова на улице.
– В чем дело, Крис? – прикрикнула я.
– Ребята вы куда? – услышала я испуганный голос Анни.
– Нас не жди, – ответил Крис.
Кристиан взял меня за руку и повел меня дальше.
– Я хочу сделать нам тату, – бросил он на ходу.
– Что ты хочешь? – переспросила я.
Я неуверенно улыбнулась, не думая, о том, что это правда.
– Нам нужно сделать что-то одно на двоих, то, что будет понятно только нам и останется нашей тайной.
Его тон был вполне убедительным, но я никогда о таком не задумывалась. Моя улыбка стала исчезать, когда я заметила вывеску с тату салоном. Меня терзали некоторые сомнения, но иметь что-то общее с Кристианом, какой-то символ нашей истории, начавшейся на острове Бали, – это было… так странно и неожиданно.
Студии татуировок на Бали найти совершенно не сложно, но найти лучшую иногда бывает трудно. Умение и опыт татуировщиков – это одно, но качество и стерильность также важны. Мы стояли у входной стеклянной двери, на которой висела картонная вывеска «открыто». Прочитав неоновую вывеску «Ловкие чернила», мы шагнули внутрь. Кристиан нисколечко не удивился, а мое первое впечатление было поразительным. За стойкой регистрации нас приветствовала девушка европейской наружности, с ярко-осветлёнными волосами и милой улыбкой. На ней была надета просторная черная футболка без какого-либо принта, но ее руки украшали разноцветные лозы цветов, спускавшиеся от плеча к запястью. На входе красовалась антикварная вешалка, на которой висели яркие зонты с одинаковыми деревянными ручками. Комната, где располагались татуировщики была выкрашена в графитовый цвет, ассоциирующийся у меня с мужской брутальностью. Стены украшали картины, сделанные известными тату-мастерами. Эти полотна были выставлены в позолоченные рамы в стиле Барокко, что делало их броскими и придавало им особую значимость. В каждом рабочем месте красовалось кожаное кресло для клиента и гармоничный стол для мастера, сочетающий в себе несколько функций. В середине комнаты был расстелен огромный пушистый ковер ярко-алого цвета, поистине придающий комнате шик. Каждый мастер показывал папку с портфолио, в которой предлагались не только оригинальные тату, такие как национальные мотивы и этнические образы, но и портреты и надписи, сделанные различными каллиграфическими способами.
Я, конечно, не до конца понимала, что же мы сделаем, но мое сердце уже было к этому готово. Мы присели на мягкий диван того же красного оттенка, что и ковер и открыли папку. Я все еще была ошеломлена от своего решения и желания.
Прошло два года со дня нашего знакомства.
– Детка! Я хочу сказать, что мы не сможем провести наш отпуск после твоего выступления, – каким-то равнодушным голосом заявляет мне Кристиан.
– Что? – еле слышно выдыхаю я. Мое дыхание замедляется, и я начинаю терять способность мыслить. Его слова поражают меня неожиданностью, странностью и непонятностью. Мой взгляд застывает на отражении в зеркале в гардеробной, где я поспешно одеваюсь. Я вижу в своих миндалевидных глазах зеленого цвета страх, который ассоциируется у меня с приближающейся опасностью. Я силой заставляю себя не кричать от возмущения. После тренировки я обязательно выясню причину. Но сейчас я раздражена, возмущена, и с каждой минутой мой гнев нарастает. В течение полугода мы планировали наш совместный отпуск. Мы оба реально нуждались в этом, и он вполне мог бы быть осязаемым. Те часы наслаждения, которые мы заслужили после напряженных месяцев подготовки. Но сначала, разумеется, я обязана откатать программу на олимпиаде. Я верила, убеждала и надеялась, что смогу управлять своими эмоциями на предстоящих соревнованиях. В действительности, само ожидание было мучительным, и я частенько срывалась. У меня имеется только один шанс! И в тот момент, когда Кристиан озвучил эту новость, моя уверенность в себе не только пошатнулась, но и пришла к полному разрушению. Самое худшее, что я ничего не могу сделать и от этого схожу с ума.
Вечером мы ужинали в полной тишине. Это, наверное, первый и последний наш ужин, проведенный вдвоем. Первый-потому что я действительно злилась на Криса и не произнесла ни одного слова, а последний-он оказался последним совместным ужином в той, уже отдельно существующей от меня жизни.
Тот вид, что открывался с пятидесятого этажа его пентхауса был немыслимо завораживающим. Суматоха города и шум магистрали растворялись где-то в воздухе, принося только дуновение ветра. Огни прожекторов, фары машин, подсветка на зданиях делало это место сказочным. Рутинность и обыденность дня забывались, когда я, сидя в кресле-качалке, с высоты птичьего полета наблюдала, как неумолимо бежит время, там, внизу. Дни сменяются годами, в жизнь врываются новые люди, возникают новые планы и идеи. Кто- то планирует поездки, создает семью, встречается, строит планы на будущее, но это кто-то – не мы, а те, кто там – внизу. Мы, тут наверху, разрушаем уже то, что хотели недавно создать. Как же я зла на него.
– Прости, что нарушил наши планы. Мне придется встречаться с партнерами столько раз, сколько потребуется. Подписание контрактов полностью возложено на меня. Для залога нашего успеха я должен быть там все эти дни, – вставая из-за стола произносит Крис.
– Я понимаю, что иного выхода нет, но ты поступаешь эгоистично.
– Ты же сам установил для партнеров эти даты, подстраиваясь под мои соревнования, -с упреком говорю я.
Так что же действительно произошло? Неужели, контракт так важен? Я не сомневаюсь, что причина существует, но затрагивать эту тему сейчас мне совсем не хочется.
– Ди, завтра вечером я дам тебе ответ.
Я наблюдаю, как Кристиан, надевает пальто, застегивает пуговицы и направляется к выходу. Неужели он думает, что я буду упрашивать его перенести даты встреч? Нет. Это его личное желание. Через полчаса Кристиан возвращается. Подходит и протягивает мне пакет, внутри которого лежит обожаемый мною Японский хлопковый чизкейк.
– Давай выпьем чай. Расслабимся. И не будем думать о нашем разногласии.
Я коснулась его щеки и поднялась, чтоб заварить чай. Он прав, сейчас нам нужно побыть вдвоем и насладиться вечером.
– Может посмотрим фильм из копилки Netflix4?
– Мне безумно хочется посмотреть комедию, -обрадовалась я.
Устроившись уютно на диване, мы принялись за поиски фильма. Несколько раз, конечно, спорили о выборе, и Кристиан, как ни странно, сдался. Его покорность не давала мне покоя, ведь большинство наших споров я проигрывала. Возможно, после нашей перепалки он старался сохранить спокойствие, но я-то была потрясена. Только когда наши губы сомкнулись, я глубоко выдохнула и забыла все окончательно. Как же быстро пролетело время, сотканное из прикосновений, нежности и поцелуев. Все может подождать, весь мир на несколько минут может зависнуть – подумала я. Очень надеясь, что Кристиан вот-вот заговорит о дате отъезда.
Следующим вечером Кристиан твердо объявил, что его встреча с партнерами откладывается на другое время, и физически он не сможет быть со мной. При мысли, что его не будет рядом, я содрогнулась. Эта реальность путала все карты. Я злилась, ведь мы планировали неделю после игр провести вместе. Меньше всего на свете мне хотелось думать о том, куда нас это приведет. Я действительно верила в наши счастливые отношения. И не раз представляла нас, венчавшихся на острове. Я- в легком платье кораллового цвета, ароматный цветок жасмина в моих волосах и рядом со мной Кристиан с его жизнерадостной улыбкой. Мы оба совершенно неотразимы, пьем шампанское и смеемся. Наш остров Бали…Глупо было верить во все это. Последующие дни я старалась ничем себя не выдавать. Искренняя улыбка и вера в лучшее, но в голове крутился один и тот же вопрос: «Что привело нас к той самой точке «невозврата»? Мои ставки на эти соревнования слишком высоки, я готовилась к ним четыре года. И до сих пор не могла поверить, что попала в состав сборной. Это какое-то сумасшествие, я просто дрожу от предвкушения и волнения. Олимпийская медаль была той медалью, которой не хватало в моей карьере. И я обязана проехать свою заявленную программу. Именно это рождало в моей душе неописуемые чувства и предвкушение предстоящих игр. Той борьбы за право пробиться в финал, тех эмоций, которые будут переполнять меня и того осознания, что за тебя переживает твой любимый человек. Не с экрана телевидения, а с трибуны. Идеализирующая цель, сулящая счастье, которое может стать реальным. Я стремлюсь к реализации моих потенциальных возможностей. Крис во мне не сомневался.
– В жизни никогда не нужно уступать трудностям. Любая задача не может быть непосильной, – неустанно твердил он.
По началу он ограничивался поучениями и пожеланиями. Но потом с титулом наставника стал появляться на каждом моем выступлении. Он славился своим красноречием, и все мои подруги по команде обожали его. И вот на очереди олимпиада.
– Когда рядом есть Кристиан, то откатать плохо просто не получится, – шутила Анни.
– Но не в этот раз, – думала я. – Как признаться лучшей подруге, что мой парень провалил наш созданный план. Это как в детстве, раскачиваясь на качелях с кем-нибудь, проговариваешь: «Я на самолете, а ты в болоте».
Но тогда я еще не знала, что мой любимый скинет меня в это самое болото.
Глава 4.
Зимняя Олимпиада. День соревнований.
Казалось, что сегодняшняя ночь была самой длинной. Я лежала в кровати и бесконечно проматывала то свою программу, то разговор с Мэттом. Мы шли с ним по олимпийской деревне и говорили, что сейчас безвыходная ситуация. Забавно, что приезжая из Канады, мы всегда утверждаем, что привыкли к низким температурам, но этот ветер вместе с минусовой температурой был просто ужасен. Сегодня многие врачи запретили своим спортсменам, которые имеют какие-либо затруднения со здоровьем или недомогание, посещать церемонию открытия игр. Рисковать своим здоровьем перед соревнованиями никто не хотел. Паника перед самыми главными играми в жизни спортсменов нарастала. Во многих предыдущих олимпийских играх дни соревнований либо переносились, либо отменялись из-за тумана, сильного ветра, снегопада, но из-за температуры, еще никогда. Температура плавно опускалась вниз до двадцати пяти градусов. Озабоченные таким положением дел спортсмены и их болельщики высказывали свое мнение в социальных сетях. Они недоумевали, как поведет себя в такой холод не только спортивный инвентарь, но и спортивное обмундирование. Низкая температура сковывала всю эластичность материалов. И это тревожило меня. Проблема заключалась в факторе ветра. Трассы были расположены на высоте примерно восемьсот метров над уровнем моря и считается, что это одно из самых холодных мест.
Так, надо успокоиться, все страхи и волнения выкинуть из головы, пусть организаторы решают эту проблему. Думаю, что Мэтт как главный тренер уже высказал свое предложение о переносе соревнований. Я вспомнила программу вдохов и выдохов, возможно, она и сейчас поможет мне успокоиться и заснуть. Но получалось плохо. Мысли то и дело перескакивали от предстоящих соревнований до Кристиана. Каждый раз, когда я думаю о нем, стук собственного сердца ускоряется. Крис всегда старался перед соревнованиями сказать что- то ласковое, приободряющее и настраивающее. Глупо? Возможно, да. Но без этого я уже не могу, он как наркотик для меня. Почему он до сих пор не ответил на мои сообщения? В голове крутятся самые жуткие варианты. Чувствую, как от напряжения вспотели мои ладони. Надо вдохнуть и выдохнуть, вдохнуть и выдохнуть.
Как ни странно, но утро было совсем обычным. Открыв окно, посмотрела на небо. Впечатляли ослепительно белые перья облаков, разбросанных в бездонной синеве небес. И тонкие золотистые лучи еще не взошедшего солнца. Почему Кристиан молчит? Чего он ждет? Молчание становилось просто пыткой. Но это небо так завораживало своим безграничным пространством, что думать о плохом не хотелось. Последний месяц зимы никогда не радует ясным небом, но иногда удача улыбается. Тогда я и не предполагала, что февраль станет для меня самым непредсказуемым и неожиданным.
Стоя в раздевалке перед последней разминкой, я вздрагиваю от неожиданности: телефон разрывается от приходящих сообщений. Опустив руку в куртку, я прикасаюсь к нему, но не решаюсь вытащить. По правилам, любая связь в день соревнований- под запретом. Но я нарушаю эти правила. Молча достаю и нажимаю кнопку «просмотр». С каждой секундой я чувствую, как мышцы сковывают все тело, мое сердце перестает биться. Судьба просто издевается надо мной. От увиденного я готова провалиться сквозь землю, но продолжаю стоять и смотреть, стоять и смотреть. Оборачиваюсь на голос Мэтта, который кричит мне что-то и быстро приближается. Вырвав мой телефон, он прикрывает рот от увиденного. Нервный комок подступает к горлу, и я вскрикнула так, что ужасаюсь своего голоса. Мой взгляд перемещается за плечо тренера, и я вижу, как команда по-настоящему удивлена. Я продолжаю стоять как вкопанная. От осознания произошедшего мурашки бегут по спине. – Просто кто- то издевается надо мной и испытывает от этого огромное удовольствие, – еле слышно говорю я.