Вихри Валгаллы

Новиков решил, что разговор переходит в плоскости, явно выходящие за пределы его компетенции. И решил свернуть дискуссию. Обдумать доводы в более спокойной обстановке.

– О'кей, дорогая. На сем закончим наши игры. Не будешь ли ты возражать, если я провожу тебя к месту ночлега? Можешь выбрать любую из девичьих комнат, они вполне благоустроенны…

Он уловил тень неприятия на ее лице.

– А также есть и два изначально свободных помещения. Приготовленные для неожиданных гостей.

– Тебе не приходит в голову, мой проницательный рыцарь, что женщине с настолько расшатанной психикой оставаться одной в комнатах полуразрушенного дома, окруженного лесом, кишащим дикими зверями, просто невозможно? Я не гарантирую, что утром тебе не придется вызывать скорую психиатрическую помощь…

Сильвия увидела ироническую улыбку на лице Новикова и продолжила с абсолютной убедительностью:

– Нет-нет, не смейся, я не дурака валяю! На самом деле для меня это невозможно. Ты все воображаешь, что имеешь дело с Джеймсом Бондом в юбке, а ведь это не так. Я дипломат, аналитик, координатор спецопераций, но не рейнджер же… Спросил бы Шульгина, как я вела себя там, в горах…

Андрей неожиданно ей поверил. И в самом деле, разве та же Маргарет Тэтчер, ее соотечественница, «железная леди», при всех ее достоинствах, позволивших выиграть Фолклендскую войну, способна была возглавить простой десантно-штурмовой взвод? И подумал: «Ну а почему бы и нет? Проверим степень собственной выдержки и заодно выясним ее дальнейшие планы…»

– Хорошо, леди Спенсер. Я не могу требовать от вас чрезмерного. Готов охранять ваш покой и сон. Пойдемте…

Слегка придерживая ее под локоть левой рукой и держа бросающую судорожные блики желтовато-розового света лампу правой, он провел аггрианку в свой двухкомнатный отсек.

Ветер за окном разгулялся не на шутку, метров до двадцати в секунду, и его завывания и свист в щелях и брешах между бревнами наружного сруба, дребезжание обрывков колючей проволоки внешней ограды, скрежет листов кровли создавали и в самом деле не слишком приятный звуковой фон. Ему-то что, он умел спать и в идущем по пересеченной местности танке, а нежной аристократке заснуть одной в бревенчатой хижине, даже без электричества…

Андрей запер дверь на тяжелый медный засов, поставил лампу на тумбочку.

– Вон твоя койка. Чистое белье в шкафу. Или тебе и постелить?

– Спасибо, – холодно ответила Сильвия, – это я сама…

– Тогда я вернусь минут через десять…

Новиков вышел из дома, присел на мокром от дождя крыльце, положил на колени взведенный автомат, закурил сигару из своих здешних запасов, вслушался в шум ветра, проносящегося сквозь кроны сосен. Этот звук походил на гул летящего «зеленой улицей» курьерского поезда. Пожалуй, в такую погоду и суперкоты предпочитают отсиживаться в чаще, тем более что человеческий запах до них едва ли успел донестись.

Нет, пожить здесь недельку будет неплохо… А если всю оставшуюся жизнь на Валгалле коротать придется? Если все это было хитрым, рассчитанным на его глупость и никчемную отвагу приемом? Другим путем нейтрализовать не вышло, тогда вот так…

Андрей сплюнул, щелчком отбросил окурок. Ладно, посмотрим, из всяких ситуаций выпутывались. Ни бояться, ни забивать себе голову грядущими неприятностями ему сейчас не хотелось. Устал. Лечь бы и заснуть часов на десять. Да вот получится ли? Снова Сильвия с разговорами или нескромными предложениями приставать начнет…

Она ожидала Новикова, сидя в деревянном кресле у стола в углу, задрапированная в покрывало, узлом стянутое под горлом – в комнате все же гуляли сквозняки, от которых вздрагивал огонек лампы.

– Я думал, ты уже легла. Что-нибудь не так?

– Все не так, – ответила Сильвия, подперев локтем щеку. – Умыться толком негде, душ принять. Даже где туалет, и то не показал…

– Ах, конечно, миль пардон! Туалет в конце коридора, один на этаж, не отель «Шератон» здесь, однако, а насчет душа – баню топить надо. Ты уж подожди до завтра. Умыться же и зубы почистить – вот дверь. – Он указал в угол комнаты. – Если, конечно, вода в системе осталась. Электричества нет, насос не работает. Завтра займемся…

– Ну хорошо. Допустим, это все мелочи. А вот сомнение ты в меня вселил. Я теперь и сама не знаю, отчего так все получилось, не уверена даже, сама ли я приняла решение – пригласить тебя сюда или мне его подсказали… Теперь вот я как будто вышла из сферы воздействия психополя нашей Базы и начинаю думать самостоятельно. Думаю – и не вижу никакого смысла в происходящем… Ты мне веришь? – с неожиданной тревогой и чуть ли не с дрожью в голосе спросила она.

– Более чем, – ответил Новиков. – И тем паче рекомендую немедленно лечь спать, не забивая голову вопросами, на которые ответов получить заведомо нельзя.

Сильвия встала и вопросительно посмотрела на Андрея, ожидая только намека, чтобы сбросить с себя покрывало. Вместо этого он указал глазами и движением головы на полуоткрытую дверь в соседнюю комнату.

Аггрианка недоуменно-разочарованно пожала плечами.

– Тогда я возьму лампу с собой, можно?

– Возьми. Только потуши перед тем, как заснуть. Техника безопасности…

Сильвия, бесшумно ступая по половицам босыми ногами, вышла. Андрей быстро разделся и нырнул под одеяло. С облегчением закрыл глаза и только сейчас окончательно понял, как он устал. Спать, немедленно спать, ни о чем не думая.

Почти засыпая, Новиков услышал, как скрипнула дверь, и с ярко светящим керосиновым фонарем в руке на пороге возникла женская фигура, по-прежнему обернутая до подбородка в покрывало из плотной шотландки. Подошла к его изголовью так близко, что он ощутил запах цветочных духов и женского тела, поставила «летучую мышь» на прикроватную тумбочку, прикрутила до предела фитиль. В наступившей желтоватой полутьме присела на край постели.

– Ты спишь? – шепнула Сильвия с волнующей истомой в голосе.

Он промычал нечто, изображая глубокую дрему.

– Извини, я не могу там одна, – прошептала Сильвия. Опустила руку, и ее одеяние упало на пол. – Так страшно завывает ветер и холодно. – Она действительно дрожала и даже постукивала зубами.

Андрей не ответил, изо всех сил внушая себе, что ни в коем случае нельзя сейчас поддаться вполне естественному чувству.

– Ты что, действительно уже спишь?

Сильвия прислушалась, наклонившись так низко, что ее распущенные волосы коснулись его щеки, потом подняла край одеяла и легла рядом.

Он чуть не вздрогнул от прикосновения холодного, но все равно соблазнительного тела.

Сильвия поворочалась, устраиваясь поудобнее, при этом ее грудь прижалась к его спине, вздохнула разочарованно, подоткнула со всех сторон одеяло и постепенно задышала ровно и тихо, засыпая.

Ее кожа, вначале ледяная, словно женщина долго стояла раздетой у открытого окна, постепенно становилась теплее и мягче. Андрей едва-едва совладал с собой, чтобы не обернуться, не сжать ее в объятиях, не сделать то, что ему невыносимо хотелось сделать. Но едва слышный маячок в мозгу настойчиво посылал тревожный сигнал, и Андрей подавил стремление плоти.

«Святой Антоний прямо», – успел он подумать, забивая иронией инстинкты, и неожиданно для себя все же заснул.

Львы ему не снились.

И так же мгновенно, как от внутреннего толчка, он вскоре проснулся. Рядом дрожал крошечный огонек лампы. Сильвия, откинувшись на подушку, тихонько постанывала во сне. Совсем как настоящая, усталая и изнервничавшаяся женщина. Андрей сообразил, что его ладонь лежит у нее на бедре, и осторожно убрал руку.

И вновь начал размышлять о настоящем и будущем. Вздрагивающее, трогательно-беззащитное и доступное тело леди Спенсер рядом весьма его стимулировало на умственные упражнения. Уже второй день (если можно суммировать время, проведенное с ней на Земле и Валгалле) ему не давал покоя вопрос: «А чем объяснить такую агрессивную сексуальность аггрианки?» В то, что Сильвия после полугода знакомства внезапно воспылала к нему неудержимой страстью, Новиков поверить был не слишком готов. Встречать гиперактивных девушек ему вообще-то приходилось, и на родине, и за ее рубежами. Ради любви к приключениям они готовы были отдаться случайному партнеру (или овладеть им, это как судить) в автомобиле, купе вагона, уединившись, наконец, в ванной комнате чужой квартиры на многолюдной вечеринке. И наутро не вспомнить даже его имени. Тут все было нормально. Гораздо более странно выглядела настойчивость в общем-то холодной на вид, сдержанной, даже надменной аристократки. Хотя Сашка и намекал на ее бешеный темперамент в постели, за несколько месяцев общения сам Новиков такого впечатления о леди Спенсер не составил. Крутые нимфоманки и выглядят, и держатся иначе.

Ее поведение на вилле, а потом и здесь, на Валгалле, позволяет сделать другой вывод. Сильвии позарез потребовалось его соблазнить в чисто служебных целях, без всякой личной заинтересованности, и она испробовала целую серию отработанных способов и приемов, рассчитанных на мужчин разных вкусов и разного темперамента. Вопрос: для чего ей это было нужно? Классические шпионки из романов охмуряют советских дипломатов, военных и гражданских специалистов, высокопоставленных туристов прежде всего, чтобы скомпрометировать в глазах пуритански настроенного руководства или шантажировать возможностью компрометации. Он сам, работая за границей, неоднократно слышал о таких случаях. Его компрометировать не перед кем, а главное – незачем. Второй вариант – соблазнение с целью установления длительной связи, в которой клиент настолько теряет голову, что начинает систематически выдавать секретную информацию, соглашается на вербовку или становится невозвращенцем. Тоже не наш случай. Что еще? Если вообразить, что Сильвия окончательно решила натурализоваться на Земле, причем переквалифицироваться из англичанки в русскую, а для этого заставить Новикова сделать ее своей постоянной любовницей (а то и законной женой), чем и обеспечить себе высокое, по ее мнению, положение в новой Югороссийской иерархии? Слишком сложно, да и наивно для столь умной женщины. Должна бы лучше понимать психологию и его самого, и Ирины тоже. Хотя и не такие варианты адюльтеров и любовных треугольников известны. Но все равно, данный случай необходимо рассматривать в контексте прочих обстоятельств, а именно – последовавшего перемещения на Валгаллу. Значит ли это, что если бы он уступил ее притязаниям на Земле, то и переход сюда не потребовался бы? И она заманила его на свою базу, чтобы продолжить странные игры здесь? Возможно, очень возможно…

Новиков прислушался. Женщина рядом с ним наверняка спала по-настоящему. Расслабленная поза, ровное дыхание. Да если и притворяется, какая разница?

Он постарался припомнить, что ему приходилось читать о тантрических учениях. Не слишком много, в основном иностранную научно-популярную литературу, ну еще и у Ефремова в «Лезвии бритвы». Суть, кажется, в том, что там сексуальные упражнения рассматриваются как мистическое действо, способствующее проникновению в сверхчувственные сферы и постижению истины. Так, может, в этом и разгадка? Из общения с Гиперсетью он вынес в числе прочего информацию о том, что древние мудрецы интуитивно и путем медитаций умели вступать в спонтанные контакты с Мировым разумом. О том же говорил и профессор Удолин. Отчего не допустить, что Сильвия тоже использует секс не в виде развлечения, а для достижения определенных мистических целей? В момент оргазма мозг, личность, душа клиента раскрываются, через какие-то чакры он становится доступным для внушения или обмена информацией. Или вообще переходит в иное психическое состояние… Это объясняет многое. Если бы он поддался ее чарам, Сильвия могла бы овладеть его сознанием и заставить исполнить требуемое…

Андрей все-таки, наверное, не совсем бодрствовал. Мысли текли удивительно легко, возникали неожиданные ассоциации, приходящие в голову идеи казались необыкновенно остроумными и ценными. Так, в полусне иногда удается сочинять, например, стихи, которые восхищают своим совершенством, а утром (если удастся их запомнить) поражаешься, сколь они же плоски и примитивны.

Но сейчас вроде бы пришедшая на грани сна и яви догадка была логична. Он вспомнил начало своего знакомства с Ириной. Она ведь тоже поразила его не только своей красотой, но и неожиданной у двадцатидвухлетней девственницы чувственностью. Она прямо изнемогала от желания в его объятиях и целовалась со страстью, которая даже слегка пугала. Может быть, его и спасло тогда то, что был он в молодости человеком осторожным и строгих правил. Неуверенный в своих чувствах, сколько мог, воздерживался от близости с Ириной. Кроме того, слишком уж она была «совершенна» эстетически. Ему просто казалось невозможным с ней делать то, что уже приходилось с другими девушками, попроще. С другими все было нормально, но с ней?! Кроме того, начав с ней «жить», пришлось бы и жениться, а такая перспектива внушала некоторые сомнения. Тем более что Андрей прочел в какой-то книге поразивший его афоризм: «Смысл отношений с выбранной вами женщиной состоит в том, чтобы быть с ней только тогда, когда ее хочешь. А в браке ты, увы, должен быть с ней и в те моменты, когда она тебе безразлична, ради того, чтобы она была рядом, когда ты ее захочешь». Слишком ему тогда хотелось сохранить свободу и повидать мир, чтобы надолго или навсегда связать себя с девушкой, которая может оказаться не столь желанной и безупречной постоянно, как в данный момент, когда за окном июньская ночь, под ладонью мягко круглится едва прикрытая кружевным лифчиком грудь, а она отрывает от твоих свои распухшие губы только для того, чтобы вдохнуть судорожно глоток воздуха и прошептать что-нибудь бессвязно-страстное.

Короче, он не поддавался искушению почти целый год, за который она успела влюбиться в него до потери чувства долга, и когда наконец неизбежное произошло у костра на берегу Плещеева озера, эффект получился обратный. Через ее раскрывшиеся чакры в аггрианскую разведчицу вошла совсем другая сила, окончательно превратившая ее в нормальную земную женщину по духу, забывшую о своей галактической миссии.

Если все это так, то сейчас самое главное – не позволить себя «соблазнить», и тогда в очередной раз посмотрим, кто кого…

Он осторожно сдвинулся к краю постели, встал, не потревожив Сильвию, вышел в коридор, поднялся по узкой лестнице в покои Шульгина. Здесь думать будет удобнее, можно и ходить по комнате для стимуляции воображения, и курить с этой же целью. А кроме того…

Новиков снял с ковра эсэсовский кинжал в коричневых эмалевых ножнах, длинным прямым клинком взломал верхний ящик секретера, где Сашка хранил свою личную аптечку. Не потому, что страдал каким-то хроническим заболеванием вроде диабета и нуждался в постоянном специфическом лечении. Просто он, в предвидении самых неожиданных жизненных коллизий, принес из своего института богатую коллекцию всевозможных психотропных веществ, транквилизаторов, наркотиков и ядов. Мало ли чью психику потребуется подкорректировать или кардинально изменить в грядущих тайных и явных войнах с людьми и пришельцами? Среди его препаратов были такие, что не имели в мире аналогов по силе и избирательности действия. В том числе и на сексуальную сферу. Еще когда Шульгин учился в аспирантуре, он презентовывал друзьям хитрые «приворотные зелья», позволявшие добиться благосклонности самых неприступных девиц. Причем умел рассчитывать дозы таким образом, чтобы не внушать жертвам его экспериментов ни малейших подозрений. Добавленная в вино или лимонад микстура начинала действовать очень плавно и деликатно, в течение нескольких часов повышая соответствующий тонус. Параллельно следовало проводить нормальный процесс ухаживания. При этом весьма по лезны были медленные танцы, поцелуи, ненавязчивые ласки, невзначай подсунутый эротический журнальчик. К концу же вечеринки или свидания возбуждение и страсть «объекта» достигали физиологического максимума и требовалось только обеспечить подходящие условия. Сбоев обычно не случалось, девушка испытывала небывалое наслаждение, в самом худшем случае на другой день недоумевала, что это на нее вдруг нашло. И, как правило, настойчиво жаждала продолжения столь удачного знакомства…

Впрочем, они такими вещами не злоупотребляли. Из чисто научного интереса угощали несколько раз подружек, которые и без этого были не прочь, просто чтобы убедиться в эффективности препарата. В двадцать с небольшим лет сам факт обладания таким могуществом сильно прибавлял самоуважения. А вообще-то Сашка утверждал, что средство позволит уговорить и целомудренную невесту (чужую, разумеется) накануне ее свадьбы… Избери он карьеру частнопрактикующего колдуна, в первый же год стал бы миллионером что у нас, что на Западе.

Но сейчас Новикова интересовал препарат совершенно противоположного действия, который тоже имелся в шульгинской коллекции. Этот был хорош для подводников, зимовщиков полярных станций и опять же для неуверенных в своей выдержке разведчиков и дипломатов. Даже цивилизованные шейхи, которые по моральным соображениям не готовы использовать для присмотра за своими гаремами настоящих евнухов, могли бы с помощью Сашкиного препарата доверить жен попечению хоть самого Казановы.

Андрей не знал, какие еще приемы и способы имеются в арсенале Сильвии и ее хозяев, а тратить нравственные силы на борьбу с искушениями святого Антония, в то время как они потребуются для совсем других целей, считал нерациональным.

Внимательно изучил отпечатанные на машинке инструкции, рассчитал дозу, исходя из своего веса и желаемого срока действия (недели на первый случай будет достаточно), запил три пакетика голубоватого пронзительно-горького порошка водой и, считая себя подготовленным ко всяким случайностям, отправился досыпать. На Валгалле в этих широтах рассветало поздно.