Малк. Когда у тебя нет цели

Глава вторая,

в которой выясняется, что быть готовым к проблемам всегда лучше, чем не готовым

Святые Демоноборцы, почему никто на него не обращает внимания?! В поезде половина, если не больше, очень подозрительно относящихся ко всему демоническому колхаунцев, однако этого пассажира для всех словно не существует! Ни внешность, ни одежда, ни само его присутствие в не самом дешёвом вагоне-ресторане никого даже не заинтересовали.

Малк покосился на друзей, но и они необычного карлика в отрепье словно не видели. И это любопытная-то Хелавия и несдержанный на язык Толфан! Странно, очень странно…

Малк снова взглянул на карлика, но тот всё так же таращился в его сторону и демонстрировал откровенно людоедскую улыбку. Внезапно возникло острое желание подойти ближе и спросить у проклятого всеми Святыми выродка, какого Йорроха тот на него вылупился. И Малку пришлось призвать всю свою выдержку, чтобы не пойти на поводу у недоброго порыва. А ведь он считал себя всегда образцом спокойствия!

Будь у него время, Малк всё же подошёл бы к странному попутчику и попробовал прояснить ситуацию, однако его отвлекли.

В бок вонзился острый локоток Хелавии, и она эмоционально спросила:

– …Ты слышишь, что Толфан говорит?! Его отец для своей новой фабрики выписал из соседней провинции выпускника реального училища за деньги, которые не всякий Бакалавр получает! Бакалавр!!!

– А… Что?.. – Малк вздрогнул и с немного отсутствующим видом повернулся к подруге. – Извини, я пропустил тот момент, когда вы перестали хвалить Школу и начали восхищаться механиками.

– Пропустил?! – Хелавия почему-то восприняла признание своего парня с немалым раздражением и явно собиралась показать окружающим не самые светлые стороны своего характера, но её перебил Толфан.

– Малк, ты не понял. Мы не восхищаемся механиками, а… удивляемся тому, как за какие-то сто лет профессию мага потеснили далёкие от мира тонких энергий профессии, – сказал толстяк миролюбиво.

– Ты серьёзно? – Малк уже начал догадываться, куда именно сворачивает разговор, и принимать тон приятеля не пожелал. – Потеснили? Оттого что инженеры и некоторые смертные ремесленники стали зарабатывать на уровне низших магов, это не означает, что они кого-то там потеснили! Лучше скажи, что будет, если неодарённый, будь он хоть сто раз мастером на все руки, всерьёз заденет хотя бы Младшего Магистра?

Толфан вздохнул:

– Ну зачем брать Магистров… Чтобы устроить смертному неприятности, хватит простого Бакалавра…

У толстяка, чьи лишённые Дара родственники однажды уже сталкивались с интересами Семейства влиятельных магов, явно пропало желание спорить. Но не у Хелавии!

– Малк, дорогой, не хочу тебя обидеть, но… тебе ли говорить о неодарённых и низших магах? – сказала подруга с холодком в голосе. – С твоим талантом, точнее его отсутствием, поступать в Школу магии значит ставить крест на своём будущем. Зачем рваться к несбыточному, если можно достичь многого на ином поприще? Поступай в реальное училище! С твоим умом ты легко закончишь его с отличием, устроишься на хорошую работу, а там через пять-шесть лет, глядишь, и инженером станешь. – Хелавия, чувствуя, что перегнула палку, сменила тон. – Ну а потом, когда крепко встанешь на ноги, сможешь и о пробуждении Дара подумать… Если уж тебя так магия манит!.. Толфан, скажи, разве я не права?

Толстяк одобрительно фыркнул.

– Конечно, права, это я даже не как друг говорю, а как сын купца и внук купца. Становление мага всегда требует денег, больших денег… Тайные Искусства, лекарства, стимуляторы, учебные пособия, заклинания – на всё нужны звонкие драхмы. И чем меньше у тебя таланта, тем больше тебе их потребуется. – Толфан, извиняясь, улыбнулся. – Ты прости, Малк, но… в кошельке у тебя пусто, а с талантом и того хуже. Так что ты, дружище, плохая инвестиция! И мы, как твои единственные друзья, обязаны попробовать подтолкнуть тебя на правильный путь!

– Ну спасибо, толстый брат! Так меня ещё не называли, – натянуто улыбнулся Малк, без всяких советчиков знающий о не самых радужных своих перспективах. И всё равно продолжающий верить в правильность выбранной стези.

– Ай, ну ты же понимаешь… – развёл руками толстяк, но был прерван Хелавией.

Девушка справилась с эмоциями и теперь обратилась к Малку с гораздо большим участием:

– Малк, подумай ещё раз, хорошо? Ты ж ничуть не хуже толстяка считать умеешь. Про налог на Одарённых вспомни, про остальные «приятности»… Хорошо?

На последних словах Хелавия придвинулась к Малку и нежно поцеловала в губы, отчего Толфан принялся бормотать какие-то шуточки в его духе. Однако затронутая тема была слишком болезненной, а сделанный выбор слишком сложным, чтобы Малк так легко поддался на уговоры.

– Нет таланта, нет таланта… Заладили как не знаю кто! В те же механики всегда уйти можно, и пробуждённый слабый Дар здесь помехой не будет, – скривился он, осторожно отстраняясь от Хелавии. – А вот проверить, был ли толк от тех упражнений, что нам наставник передал, надо обязательно!

Слова Малка заставили друзей сначала нахмуриться, а затем заметно погрустнеть. И дело тут было вовсе не в упрямстве одного «пустышки». Он вспомнил про Реслана Скома – их учителя по естествознанию в интернате, который всегда выделял их троицу среди остальных учеников и который стал для них не просто учителем, а наставником. Человеком, который приоткрыл дверцу в тайны мира и познакомил подростков с… настоящей магией.

– Не понял, ты этим флуровым Дождём боли до сих пор, что ли, занимаешься? – шёпотом спросил Толфан, навалившись на стол.

– А ты? – спросил Малк с ухмылкой, точно так же ложась грудью на стол.

– Бросил! – Толфан откинулся на спинку стула и энергично растёр затылок. – Как вся эта история со Скомом началась, так и бросил. И после «бесед» в жандармерии только убедился в верности этого решения…

Говорил толстяк хоть и негромко, но затронутая тема была достаточно опасной, чтобы Хелавия, как самая осторожная среди них, всполошилась.

– Толфан!!!

– Да молчу я, молчу… – отмахнулся приятель и выжидательно посмотрел сначала на Малка, а потом на Хелавию. – Так что насчёт Дождя боли, вы всё равно продолжаете заниматься? Несмотря ни на что?

– Я – нет! – ответила девушка категоричным тоном.

Тем самым тоном, которым она начинала разговаривать с Малком, когда хотела что-то от него скрыть.

– Ну а я бывает, что и потрачу десяток-другой минут, – хмыкнул Малк, сделав максимально открытое и честное лицо. Немного помолчал и всё-таки добавил: – И это самое малое, что можно сделать в память о наставнике… Да не оставят Святые его душу!

Малк допил свой чай. Остальные, пусть и с небольшой паузой, но тоже приложились к своим чашкам. Реслан Ском и вправду был достоин того, чтобы его помнили. Пусть это и будут только три его непутёвых ученика…

За не самой приятной беседой Малк как-то забыл о карлике, ночном демоне и прочих неурядицах. Голова и без того пухла от тяжёлых мыслей, чтобы в ней оставалось место для чего-то ещё, не грозящего немедленными бедами. Не добавляла радости и ситуация, когда девушка с единственным другом вместо поддержки пытаются заставить изменить сделанный ранее выбор. Так что когда разговор всё же увял, Малк отвернулся к окну и принялся наблюдать за приближающейся платформой – поезд подходил к очередной железнодорожной станции.

Однако посидеть в тишине не получилось. Не успел состав затормозить, как снова напомнил о себе Толфан.

– О, гляньте-ка на того господина в зелёном сюртуке. Который с железнодорожным смотрителем разговаривает… – возбуждённо зашептал толстяк. – Видите?! А теперь обратите внимание на кофр в его руке…

– Толфан. Сейчас не самое удачное время для твоих глупых шуточек и дурацких загадок, – страдальческим голосом сказала Хелавия. – Что тебе не нравится?

Толстяк посмотрел на Малка, словно ища поддержки, но тот сделал вид, что не понял.

– Да ничего особенного. – Толфан вздохнул и продолжил: – Просто когда у отца был… сложный период, ну вы поняли… он некоторое время был вынужден заниматься контрабандой оружия. И именно в таких кофрах возил свой товар. Вот я и…

– Обычное оружие или боевые артефакты? – спросил Малк, неожиданно для себя заинтересовавшись услышанным.

– Обижаешь! Второе, конечно. И если быть уж совсем точным, то искромёты – игрушки дорогие и напрочь запрещённые, – мелко захихикал Толфан. – С его слов, туда влезает ровно пять штук. И толщины стенок кофра вполне хватает, чтобы ни один эрг заряда не вышел наружу.

Тут толстяк понял, что именно он сказал, осёкся и резко посерьёзнел. А соображавшая чуть быстрее Хелавия недоверчиво переспросила:

– Ты хочешь сказать, что к нам в поезд собирается сесть человек с полной сумкой запрещённых боевых артефактов?!

– Хелавия! – немного раздражённо сказал Толфан. – Я хочу сказать, что у неизвестного нам господина есть для этого все возможности. И не более того!

Беседа начала скатываться в обычную для Хелавии с Толфаном перепалку. Раньше Малк пытался вмешиваться и гасить конфликт в зародыше, но со временем убедился в том, что проще всё оставить как есть. И для нервов спокойнее, и крайним тебя никто не назначит. Да и до серьёзных скандалов друзья никогда не опускались. Так что…

Малк отвернулся и, вспомнив о карлике, быстро глянул в ту сторону. Однако застать демонического урода врасплох не вышло. И он опять поймал взгляд нечеловечески внимательных глаз. Обладатель жабьего рта всё так же продолжал таращиться на Малка, разве что теперь не сидел спокойно, а едва ли не подпрыгивал в нетерпении на своём месте, притом беззвучно хлопая ладонями по коленям.

Как и прежде, странное поведение попутчика остальными пассажирами полностью игнорировалось.

И Малк не выдержал.

– Слушайте, пойдём отсюда. Что-то мне совсем здесь разонравилось, – обратился он к друзьям, осознав, что больше не хочет и не может здесь находиться.

Он ждал каких-то возражений со стороны если не Толфана, то хотя бы любимой девушки, но оба с готовностью поддержали его предложение. Вечно голодный толстяк тотчас прервал на полуслове адресованную подруге реплику и буквально набросился на остатки заказанных пирожных, Хелавия же сосредоточилась на уже почти остывшем чае. Так что когда Малк жестом попросил у официанта принести счёт, ему никто не мешал…

Поезд тронулся, и за окном снова замелькали убегающие вдаль придорожные кусты и небольшие рощи. Возобновление движения совпало с появлением в вагоне-ресторане двух офицеров в форме Колхаунской железной дороги в компании пары девушек в фривольных платьях. Новоприбывшие заняли соседний столик и шумно принялись требовать игристого вина.

– Да, вовремя мы собрались уходить, – прошептала Хелавия.

Малк молча кивнул, а Толфан громко промычал нечто одобрительное. Точнее, начал мычать нечто одобрительное, но вдруг сделал большие глаза и закашлялся.

Малк посмотрел в ту же сторону и увидел ещё одного нового посетителя вагона-ресторана. Им оказался тот самый человек в зелёном сюртуке и с дорожным кофром, в котором, со слов Толфана, так удобно хранить искромёты. Малк, в последнее время сильно невзлюбивший любые совпадения, нахмурился.

– Что такое? – непонимающе спросила Хелавия.

Но ответить ей не успели ни Малк, ни Толфан. События начали развиваться настолько быстро, что всем стало не до обсуждений.

Господин в зелёном сюртуке, едва оказавшись внутри, сначала замер на мгновение, оглядываясь, а затем целеустремлённо подошёл к столику у входа – тому самому, где сидели то ли мастеровые, то ли студенты и где бесновался странный карлик. В полнейшем молчании примостил кофр между тарелок, раскрыл его и… принялся доставать оттуда запрещённые искромёты. Причём компания воспринимала такое поведение как должное, и каждый из них, получив в свои руки опасный артефакт, тотчас начинал щёлкать управляющими кольцами. Единственным, кто не получил магический жезл, оказался карлик, но на фоне всего остального это выглядело сущей ерундой!

История, начавшаяся как досужий разговор, неожиданно воплотилась в жизнь, причём в худшем виде, чем можно было даже представить…

– Йоррох! – одновременно выдохнули все трое, абсолютно не понимая, как им следует поступать в такой ситуации.

Удивительно, но у кого не возникло никаких вопросов насчёт дальнейших действий, так это у тех, кто создавал больше всего шума и кто, казалось, меньше всего обращал внимание на окружающих. Военные за соседним с компанией Малка столиком вдруг словно по команде переглянулись, после чего один – тот, что сидел между двумя девушками, – потянулся к кобуре на поясе, а второй резко вскочил и то ли собрался что-то предупреждающе крикнуть господину в зелёном, то ли отступить в глубь вагона-ресторана, но… сделать ничего так и не успел. Единственная среди «студентов» девушка вдруг развернулась в сторону военных и выстрелила из жезла.

Сгусток зелёного огня с басовитым гудением пронёсся через половину ресторана и попал в первого военного, разворотив ему всю грудную клетку и забрызгав кровью обеих девушек. Даже если он и был Одарённым, защититься от атаки не успел и умер на месте. Тем самым, правда, выиграв некоторое время для своего товарища, который сразу же после выстрела развернулся на месте и рванул в другой конец вагона. Выпущенный ему вслед второй огненный сгусток в цель не попал, задев стойку бара.

Появилась надежда, что военному удастся убежать, но тут своё слово сказал господин в зелёном. Даже не подумав воспользоваться искромётом, он выхватил из-за отворота сюртука небольшой короткоствольный револьвер, прицелился и нажал на спусковой крючок. Оглушительно бахнуло, завоняло горелым порохом, а в воздухе появилось облачко сизого дыма. Последовавшие за этим глухой вскрик и звук падения тела подтвердили, что стрелок не промахнулся.

И вот именно тогда со всех находящихся в вагоне-ресторане людей словно спал ступор. Завопили женщины, им принялись вторить голоса некоторых мужчин. Особенно старались спутницы погибших военных. Обе дамочки визжали, словно возвещающие о начале Ночи Йорроха сирены, заламывая руки и размазывая по личикам попавшую на них кровь. Идти по стопам убитых желающих не нашлось – со своих мест никто не вставал и угрожающих жестов в сторону «студентов» не делал.

Островком спокойствия стал столик Малка и его друзей. Ни он сам, ни Хелавия с Толфаном страху не поддавались, сохраняя хотя бы видимость хладнокровия.

– Хотите жить – оставайтесь на своих местах!!! – рявкнула убийца первого военного, перекричав начавшийся в вагоне-ресторане гвалт. Затем пробежала по проходу и, остановившись рядом с залитым кровью столиком, двумя ударами искромёта навела там порядок, вырубив обеих девушек. – И заткнулись все, живо!!!

Демонстрация силы возымела действие. В вагоне моментально воцарилась тишина, прерываемая редким всхлипывающим мычанием – словно кто-то не мог прекратить реветь и потому зажимал себе рот.

– Успокойтесь. Это не ограбление, и мы не бандиты! – впервые заговорил господин в зелёном, догнав свою соратницу и остановившись рядом со столиком Малка. Револьвер он снова спрятал. – Наша цель в соседнем вагоне! И если не будете делать глупостей, никто больше не пострадает. Ясно?!

На последнем слове лидер террористов почему-то повернулся к троице друзей и ожёг их настолько злобным взглядом, что, казалось, ещё чуть-чуть, и следующие пули полетят именно в них. И Малк сам не понял, как принялся кивать, краем глаза заметив, что точно так же поступают и его друзья. Ни у одного из них даже не появилось мысли поиграть в героев. Реальность слишком сильно отличалась от любых их фантазий.

Нагнав страху, господин в зелёном потерял к ним интерес и зашагал дальше по проходу. За ним следом потянулись остальные террористы – и ошалевшая от чужой крови девка, и троица никак до сих пор не проявивших себя парней. Последним, в некотором отдалении, двинулся карлик. Причём он выглядел совсем не как член этой команды, а скорее как праздный зевака, которого вдруг заинтересовала грядущая бойня.

Увидев действия коротышки, Малк – и без того напряжённый как струна – понял, что вот-вот сорвётся. Чтобы хоть как-то успокоиться, он изо всех сил сжал кулаки. Ногти впились в кожу, проступила кровь, появилась ноющая боль, и лишь тогда его разум немного прояснился…

Впрочем, Малк боялся зря, и ничего ужасного не произошло. Коротышка около их столика даже не остановился! Единственное, что он сделал, так это в очередной раз продемонстрировал акулью усмешку и, ткнув в сторону Малка сложенными на манер пистолета пальцами, одними губами выдал беззвучное «бах». После чего спокойно скрылся дальше в проходе.

Да чтоб его Святой поимел! Малк остановился в последний момент, и ругательство так и не сорвалось с его языка. Но на лице что-то такое явно отпечаталось, иначе бы Хелавия не вцепилась ледяными пальцами в его запястье, а Толфан не принялся знаками призывать к сдержанности.

Малк в ответ лишь коротко кивнул. Немного подумал, после чего сначала ткнул пальцем в свой мешок, где лежал тромблон, а затем показал туда, где у толстяка была пристёгнута к поясу «авалонка». Ближайшее будущее им виделось в весьма мрачном свете, а потому покорно сидеть и ждать конца он не собирался.

Толфан, на которого и была рассчитана эта пантомима, его взглядов явно не разделял. Толстяк аж побелел от страха и замотал головой с такой силой, что у него затряслись щёки.

Дурак! Малк даже заскрипел зубами от злости, но вот так с наскока приятеля было не переубедить. А без его поддержки, точнее, без его свёрнутых заклинаний о спасении не стоило и мечтать.

Внезапно чуть дальше в глубь вагона раздалось какое-то шуршание, и по проходу мимо столика друзей, тяжело бухая ботинками, промчались сразу двое молодых парней – Малк их видел на вокзале, когда ждал посадки на поезд. К террористам они точно не имели никакого отношения и обладали достаточной смелостью, чтобы попробовать убраться из ставшего ловушкой ресторана.

Вот только попытка побега оказалась неудачной. Парни уже были в двух шагах от вожделенной двери, когда о себе вновь напомнила кровожадная девка. Которая, как выяснилось, не только никуда не уходила, но и успела изменить фокусировку искромёта. Облако кроваво-красных искр сначала стремительно нагнало обоих беглецов, а затем прошло дальше до самого тамбура, оставив после себя два изрешечённых тела.

– Сказала же, оставайтесь на месте и никто не пострадает! – повторила террористка, показавшись около стойки бара.

Она явно наслаждалась происходящим и словно бы приценивалась, кого можно убить следующим.

Однако на троицу друзей произошедшее оказало совсем не то воздействие, что было задумано. Если ранее у них ещё сохранялись хоть какие-то надежды на спасение – главное выполнять требования террористов, – то теперь в благоприятный исход не верил никто.

И пусть Толфан дрожал как осиновый лист, а Хелавия шептала молитвы Архонту-защитнику, на Малка оба смотрели столь же решительно, как и во времена их общих набегов на интернатовскую столовую.

– Готовь защиту! – едва слышно сказал толстяку Малк, привычно беря на себя командирские обязанности в их тройке.

Сам же принялся осторожно двигать одной рукой лежащий рядом заплечный мешок, стараясь, чтобы ствол спрятанного в нём тромблона смотрел точно в проход. При этом Малк не сводил взгляда с победно оглядывавшей зал террористки, стараясь придать себе максимально униженный и заискивающий вид.

– Я поняла, это лоялисты! Никаких сомнений! И, если верить газетам, с жертвами они не считаются, – прошептала Хелавия, наоборот, склонив голову и ссутулившись.

– Да хоть все Девять Святых! – пробормотал Толфан дрожащим голосом. – Мне подыхать ещё рано…

Изо всех сил стиснутые кулаки он положил перед собой, и если бы Малк не следил за ним краем глаза, то даже не заметил бы, как толстяк спрятал в правой лапе один из цилиндров с заклинанием.

– Всё, успокоились! – зашипел Малк, проводив взглядом снова отправившуюся в другой конец вагона безумную девицу. – Ждём! Когда скажу, Толфан, сразу выставляешь защиту. Но не раньше! – Напряжение всё-таки сказалось, и голос внезапно сел. Последнюю фразу Малк едва ли не выдавил из себя: – Вдруг пронесёт….

Он говорил, а сам себе не верил. И оказался прав.

Не пронесло…

Сначала в соседнем вагоне раздался не самый слабый взрыв, заставивший вздрогнуть весь состав – ну или, во всяком случае, так показалось их троице. Затем раздалось приглушённое жужжание, прерываемое слабым гудением работающих искромётов. Причём звуки эти раздавались слишком долго для успешного нападения. Очевидно, что-то у террористов пошло не и так, и молниеносная атака переросла в затяжную перестрелку с участием магов – две волны вибраций, от которых волосы вставали дыбом, докатились даже до ресторана. В довершение всего с адским грохотом нечто с такой силой врезалось в дверь тамбура, что сорвало её с петель, а внутрь зашвырнуло похожее на кусок окровавленной ветоши тело.

Зрелище было откровенно тошнотворное. Однако ни Малк, ни его друзья даже осознать увиденное толком не успели, как в вагон-ресторан ввалился окровавленный господин в зелёном. Разорванный сюртук, тёмный от крови левый рукав, искажённое от ярости и злобы лицо – лидер террористов растерял всякую респектабельность и теперь больше походил на обычного разбойника с большой дороги.

– Ходу, ходу, ходу!!! – заорал он подскочившей к нему девице. – Один из охранников – Бакалавр!!!

Подтверждая его слова, из темноты тамбура вылетела слишком быстро летящая и слишком хорошо нацеленная магическая стрела, правда тотчас увязнувшая во вспыхнувшем на спине лоялиста энергетическом доспехе. Линии заклинания даже со стороны выглядели нечёткими и дрожащими, а значит, совсем скоро защита должна была развалиться.

– Куда ходу?! Нас либо в вагонах зажмут, либо из картечниц расстреляют, едва стоп-кран сорвём и наружу выйдем! – завопила в ответ девица, попутно разряжая искромёт в невидимого для Малка мага. – Заложник нужен!