Восемь месяцев в башне, а выпустили и отдали ему. Тому самому Юстейну.
Так он назвался на сене, когда я, дура, размякла. Настоящее имя узнала после — вместе с тем, что он мне сделал. Это он тёмным обрядом погасил вожака. С него началась вся цепочка, что отняла у меня подругу, свободу и меня саму.
Он — корень всех моих бед. Я знаю про него всё.
И всё равно по нему горит моя кожа, стоит ему войти.
Каждая ночь с ним что-то из меня выпивает. Он знает — что. Я пойму, когда станет поздно.
— Ублюдок. Ненавижу тебя.
— Ненавидишь и течёшь, — произнёс он спокойно. — Вся мокрая от одной ненависти. Это в тебе самое вкусное. — Зубами прихватил мочку и потянул. — Люблю, когда огрызается то, что подо мной.
Сто раз в мыслях я его казнила. Сто раз рука не слушалась головы.
Люблю, зная кого, зная, что он сделал.
Вот это про себя и страшно знать.

Тёмные руны севера