Подвиг заводов Том 8. Московский радиотехнический 1971-1988

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

«МОСКОВСКИЙ РАДИОТЕХНИЧЕСКИЙ»

ГЛАВА 1

ЗА КУЛЬТУРУ ПРОИЗВОДСТВА

Двадцать пятого февраля 1971 года Кунцевский механический завод был переименован в «Московский радиотехнический завод» (МРТЗ), что наиболее точно отражало его основную производственную деятельность. Но переименование было, видимо, вызвано и тем, что завод приступил к активному освоению новых видов радиоизделий спецтехники, новой продукции радиотехнического назначения.

С 1971 года, в частности, начался серийный выпуск аппаратуры для модернизированной станции «Орбита-2» системы «Интерспутник». Такие станции готовились для установки в странах Восточной Европы, в Монголии, на Кубе.

Для ускорения выполнения намеченных на новое пятилетие программ коллективу предстояло по-новому вооружить производство в целом ряде цехов, добиться быстрого и высококачественного процесса производства продукции на основе компьютеризации и внедрения станков с ЧПУ.

Научно-технический прогресс на заводе вступал в свою новую фазу. Он же в значительной степени предопределял развертывание большого строительства. Задачей его было возведение новых производственных корпусов, новой подстанции, здания АТС, ряд цехов следовало расширить и перебазировать на новые площади. С целью поддержания нормальной экологической обстановки потребовалось реконструировать заводскую котельную, построить очистные сооружения.

В газете «Рабочая правда», в исторической хронике завода, в частности, отмечается: «В связи с тем, что в 70-е годы номенклатура и объемы выпускаемых изделий продолжали расти, возникла необходимость строительства новых корпусов, приобретения и освоения нового оборудования, сноса старых ветхих строений, капитального ремонта цехов. И завод в соответствии с очередным постановлением правительства приступил к большой реконструкции — созданию нового со-временного сборочного производства — цеха печатных плат, образцового гальванического цеха, механизированного складского хозяйства и других служб».

Эта работа началась с большим энтузиазмом, с привлечением в помощь строителям работников цехов и отделов.

Решение всех основных вопросов по реконструкции легло на плечи заводских технологов (И. С. Кузнецов, В. П. Милованов, В. В. Машков, В. М. Байчаров, Э. М. Балакин, И. С. Кучков, А. А. Ануров и другие), которые составили техническое задание, определили технологию всех видов производства, необходимое оборудование, расположение и планировку цехов.

И все это делалось с задачей не только увеличить производительность рабочих участков, но и значительно повсюду поднять культуру производства.

Строительными работами руководили заместители директора по капитальному строительству Б. Г. Малинкин, Г. А. Царев, начальник ОКСа А.И. Меркулов, главный архитектор М. М. Титов при активной поддержке служб снабжения, бюро промышленной эстетики, художников Н. П. Сутягина, Б. И. Цепелева и других.

Какие же конкретно строительные объекты вставали в эти семидесятые годы? Их было достаточно много, но ряд из них достоин того, чтобы об этом рассказать подробно: это интереснейшие страницы заводской истории.

В период 1971—1975 годов был спроектирован, построен и оборудован от-вечающий современным требованиям производства, эстетике, культуре, корпус № 134. В нем разместились два цеха, один из них — № 23, по производству многослойных печатных плат (МПП).

Отличный этот цех, которому могли позавидовать (и наверняка завидовали) другие предприятия, подступающие к технологии современной радиотехники, радиоэлектроники, был укомплектован отечественным и частично импортным автоматизированным оборудованием: на участке изготовления фото-оригиналов, участке сверления отверстий и прессования. И что характерно, половина из установленного на них оборудования была спроектирована и изготовлена силами ОАМ МРТЗ!

С 1973 года цех начинает выпускать многослойные печатные платы методом металлизации сквозных отверстий, с выходом до 80 процентов годных плат. Запроектированный объем выпуска готовых плат цехом был получен к концу второго года его эксплуатации (решающим фактором в достижении проектной мощности как раз и явилось повышение выхода годных).

Достигнуто же это было целым рядом мероприятий, основными из которых были: техническое обучение производственного персонала цеха; подготовка отверстий в МПП тонким пескоструением на изготовленном на заводе автомате типа «Бласт»; внедрение перед гальваническим покрытием процесса химической металлизации отверстий раствором селена; применение холодной эмали для внутренних слоев платы, а также и освоение точного оборудования для наиболее ответственных операций. Немаловажную роль сыграло обеспечение в цехе постоянной температуры, необходимого микроклимата.

В результате этот уникальный цех мог бесперебойно обеспечивать многослойными печатными платами не только производство своего завода, но и многих смежных предприятий.

Ветеран труда, кавалер ордена Трудовой Славы III степени, гальваник Л. Н. Кошелева вспоминала:

— «Мне одной из первых пришлось перейти работать в новый цех, который возглавил тогда Е. Д. Синицын. Первый опыт освоения производства печатных плат мы получили в лаборатории ОГТ, где все операции проводили сами от начала и до конца вручную, под руководством опытных технологов В.Г. Сережиной, Э. М. Балакина, М. Г. Млоток, Е. К. Русановой.

В последнее время ручной труд на нашем участке гальваники стал заменяться полуавтоматами и автоматами. Гальванические линии по производству МПП оснащены программным управлением. Произошли большие изменения и на других участках — на смену ручным сверлильным станкам пришли станки с программным управлением...»

В корпусе № 134 разместился также цех покрытий (№ 14). Ветеран завода, кавалер орденов Ленина и Октябрьской революции, гальваник Л. М. Бурлакова рассказывала:

— «В 50-х годах мы, гальваники, трудились в неблагоприятных условиях, не хватало площадей, оборудования, существующая вентиляция не обеспечивала достаточной чистоты воздушной среды в цехе. С переездом на новые площади (в 1975 году) в цехе все преобразилось. В светлых просторных помещениях установлено новое высокопроизводительное оборудование. Операторы-гальваники управляют автоматическими линиями с помощью ЭВМ...»

Да, благодаря усилиям многих людей, в том числе всего коллектива цеха №14 под руководством начальника цеха В. К. Черныша (возглавлял цех с 1951 по 1990 годы), его заместителей В. А. Пивоварова, В. А. Калинина (впоследствии председателя профкома завода), цех этот на новом месте, на новом оборудовании в короткий срок из отсталого превратился в комплексно-механизированное производство высокой культуры труда. Здесь очень оперативно решались вопросы внедрения новой техники и передовой технологии. При этом неизменно во всем проявлялась забота о людях.

За высокие производственные и технические достижения В. А. Калинин трижды был удостоен высшей премии МРТЗ, многие работники цеха удостоены правительственных наград. Бригадир гальваников В. Ф. Богатырева была награждена орденом Трудовой Славы двух степеней; Ф. У. Алеева — получила орден «Знак Почета»; В. К. Черныш был удостоен двух орденов — ордена Трудового Красного Знамени и ордена «Знак Почета».

Коллективы из старого корпуса переходили в новый, а старые площади тоже реконструировались. Работы было все больше, и каждый метр добротной производственной площади заводу был дорог. Так, на бывших площадях цеха № 14 под руководством начальника цеха № 15 Н. А. Заколодежного и группы технологов было в то время установлено новое высокопроизводительное оборудование и организовано производство односторонних и двусторонних печатных плат.

В работах 1970—1973 годов по автоматизации технологических процессов во вновь построенном цехе многослойных печатных плат (МПП) велика была роль коллектива ОАМ. Практически все основное технологическое оборудование этого цеха было спроектировано и изготовлено этой службой. В качестве одного лишь примера можно назвать автоматическую линию изготовления и нанесения сухого пленочного фоторезиста на заготовки печатных плат. Разработчики, сотрудники ОАМ, стали лауреатами заводской премии Ленинского дня (Р. А. Хайретдинов, В. В. Митрохин и другие).

«В результате всего комплекса проведенных работ по цеху МПП (цех №23) завод стал пионером в Союзе по качеству МПП с самой низкой трудоемкостью изготовления (~8,5 н.ч/шт.)», — отмечали руководители Минрадиопрома СССР.

Выпуск печатных плат в связи с постоянным развитием телевизионного производства и освоением растущей номенклатуры изделий новой радиотехники в цехе № 15 постоянно возрастал.

Минует около двух десятков лет... и о цехе напишут: «Этот коллектив вы-пускает до 500 тысяч односторонних и двусторонних печатных плат в месяц и не собирается снижать объемы их выпуска. Руководил этим коллективом очень опытный специалист С. Г. Пулькин. Много сил и труда вложили ветераны цеха для развития производства, среди них — наладчики Е. А. Баранов, В. Ф. Ляхов, гальваники В. Г. Фирсова, Е. Т. Бадябина и другие. Одним из лучших мастеров, стоявших у самых истоков развития этого производства, был П. Е. Ермишин, участник Сталинградской битвы, кавалер многих боевых наград...»

А что касается строительства середины семидесятых годов, то примерно в то же время, когда был пущен в эксплуатацию корпус № 134, был сдан для работы и еще один — просторный, высотный — корпус № 137. В нем разместились современные механизированные склады хранения материальных ценностей, а также и участок металлозаготовок, организация которого дала существенную экономию материальных ресурсов.

Стеллажи шахтовой конструкции и краны-штабеллеры позволили быстро и оперативно определять и доставлять по назначению необходимые узлы и элементы.

И к тому же «пришла на склад» вычислительная техника. С ее помощью отныне стали выполняться все операции учета прихода и расхода материальных ценностей по всем складам, а также задания по поставке необходимого количества заготовок механическим цехам. Чтобы лучше понять, насколько важным оказалось это новое строительство, достаточно отметить, что реконструкция складского хозяйства уменьшила количество складов почти вдвое.

Безусловно ощутили огромное облегчение и те работники, кто был занят на обслуживании заводских складов, работники участка комплектации. Об этом, в частности, вспоминала ветеран, лауреат «Высшей премии МРТЗ» Н. А. Чмарова:

— «Не сравнить, как мы работали раньше, и что получили в связи с реконструкцией складского хозяйства. С середины 60-х годов я стала работать комплектовщицей электроэлементов. Тогда не было еще механизированных стеллажей. Пользуясь обычными лестницами, мы поднимались на трехметровую высоту, из-за этого много времени и сил уходило на подбор комплектующих изделий. И вот теперь наш труд стал механизированным. Работа комплектовщицы свелась к управлению кранами-штабеллерами. Учет продукции осуществлялся операторами на регистраторах производства...»

В середине 70-х годов строители сдали в эксплуатацию новый монтажно-сборочный корпус № 135, где разместились пять цехов со всеми службами. На первого руководителя комплекса И. Я. Алексеенко, ветерана войны и труда, выпала большая ответственность по организации совершенно новой структуры производства. И он с этой задачей справился с честью.

В цехах корпуса были введены конвейерные линии по выпуску ячеек и блоков. Изготовление цифровых ячеек было полностью автоматизировано (от заготовительных операций до контрольно-проверочных). Цехи были оснащены высокопроизводительными стендами автоматизированного контроля с программным управлением, с встроенными в них мини-ЭВМ и микропроцессорами.

На площади бывшего цеха № 8 тем временем перебазировался и был реконструирован цех электроэлементов № 32. Он превратился в крупный современный сборочный цех, выпускающий очень сложную аппаратуру.

Больших успехов добился в тот период коллектив цеха № 4. Ежегодно цех справлялся с возраставшими заданиями по выпуску изделий новой техники. Этот цех с начала его становления постоянно находился в авангарде заводских подразделений.

Из выступления через заводскую печать ветерана труда И. М. Варяницы и ветерана войны и труда К. М. Родионова (в 1994 году):

«Мы работаем вместе более 33 лет и видим огромные изменения, произошедшие на наших глазах. Значительно облегчились и ускорились регулировочные и контрольно-проверочные работы. Это стало возможным благодаря разработке нашим КБ принципиально новых измерительных стендовых комплексов, позволяющих с помощью ЭВМ без участия человека быстро и качественно определять параметры выпускаемой аппаратуры. Достаточно привести только один пример: на автоматическом стенде контроля свыше трех с половиной тысяч ручных операций проверяются за два с половиной часа».

С 1970 года цехом № 4 руководит Л. Г. Штыканов, опытный и известный организатор производства, четырежды лауреат «Высшей премии МРТЗ», награжденный орденами Трудового Красного Знамени и орденом Октябрьской революции.

Под его руководством к цеху № 4 были возведены пристройки, в которых размещались новые стенды механических испытаний и оборудовались камеры климатических испытаний аппаратуры. Все это в дальнейшем значительно сократило сроки испытаний готовых изделий и снизило затраты на их проведение (за счет исключения натуральных испытаний).

В период 1970—1972 годов за высочайшее мастерство и большой вклад в освоение и испытание новой техники трем специалистам КБ — О. И. Шкварникову, И. И. Андрееву и Ю. И. Малетину — была присуждена Государственная премия СССР.

Все трое пришли на завод молодыми специалистами, стали инженерами- регулировщиками, выросли до руководителей, которыми гордился весь коллектив МРТЗ.

Юрий Иванович Малетин, с 1951 года пройдя свой путь на заводе от молодого инженера, а затем и ведущего инженера, в конце концов возглавил тематическую лабораторию КБ, внес очень существенный вклад ведущего специалиста в разработку и внедрение в производство специальной аппаратуры, за что награждался знаками отличия, не раз удостаивался благодарностей руководства.

Олег Иванович Шкварников, работник завода с 1952 года, также отдавал много сил организации и развитию производства, разработке и внедрению новых приборов радиоаппаратуры. Творчески относясь к любимому делу, он много пользы принес предприятию на посту начальника крупной тематической лаборатории КБ, впервые осваивающей аппаратуру третьего поколения, а в последствии и в должности начальника КБ.

Труд его был отмечен медалью «За доблестный труд», многими благодарностями, в том числе и за деятельность в качестве председателя комиссии парткома по новой технике.

Ивана Ивановича Андреева в 1972 году кроме Государственной премии в области приборостроения (которой он удостоился чуть раньше, в 1971 году), нашла в 1972 году еще одна очень почетная награда — орден Отечественной войны II степени (спустя более двух десятилетий после Победы!»).

Поступив на завод в 1946 году после окончания института, благодаря своему таланту инженера-организатора, инженера-конструктора, он прошел путь от рядового инженера до ведущего конструктора КБ и стал заместителем главного конструктора. Этот трудовой путь Ивана Ивановича Андреева отмечен мирными орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почета», благодарностями, грамотами руководства завода и отрасли.

Семьдесят второй год стал знаменательным для всего коллектива завода тем, что завод был награжден почетным знаком «В ознаменование 50-летия образования СССР».

Вместе с коллективом отметил это событие и бывший главный инженер завода В. В. Вюнш, уже Герой Социалистического Труда, получивший орден Ленина и Золотую Звезду Героя в 1971 году.

Несомненно, столь высокая награда стала итогом его многолетней плодотворной деятельности, в том числе на посту главного конструктора завода, который он занимал с 1945 по 1950 годы (и в то время удостоился Государственной премии), и главного инженера завода — с 1961 года — в течение двух очень напряженных для завода и очень результативных пятилеток.

В 1971 году по итогам пятилетки высшей награды Родины — ордена Ленина с присвоением почетного звания Героя Социалистического Труда и вручением Золотой Звезды, был удостоен лучший рабочий завода — «мастер — золотые руки», лучший стахановец 60-х годов и ударник труда М. Н. Христофоров.

Давно уже почетный наставник, он мог гордиться своими учениками, а их было около двадцати человек в инструментальном и других цехах завода. Все они со своей стороны благодарили судьбу за то, что учились у замечательного учителя-мастера, новатора, настоящего патриота завода.

М. Н. Христофоров признавался всеми не только как лучший станочник цеха и завода, он получил звание «Лучший станочник отрасли». Ведя активную общественную деятельность, избирался делегатом XXIV партсъезда, членом МГК КПСС, депутатом Райсовета, и, конечно, на высоких общественных постах сумел немало доброго сделать для своего коллектива, многим помог решить квартирные проблемы. Труд М. Н. Христофорова отмечен был также и высшей премией завода — в те годы еще премией Ленинского дня.

ГЛАВА 2

ЧУТКИЕ РУКИ

И «УМНЫЕ» МАШИНЫ

Работа классных станочников на МРТЗ всегда оценивалась очень высоко, к ним относились с особым почтением: слишком уж сложными были обрабатываемые ими детали. Зачастую конструкторы, проектируя детали, вовсе не были уверены, что какая-то из них может воплотиться из чертежа в заданную конфигурацию в металле, но шли на риск, надеясь не только на очередное чудо со стороны тех, кто стоял у станка, но и кто изготавливал формующий и мерительный инструмент.

На особом счету в этой связи был труд лекальщиков: рабочих-инструментальщиков высочайшей квалификации.

Такими в инструментальном цехе являлись лекальщики-асы Иван Демьянович Лямченков, Алексей Федорович Катышев, Николай Федорович Казарин, Иван Михайлович Назаров, Николай Терентьевич Новиков, Иван Давыдович Гусев.

Старший мастер И. Д. Гусев много лет назад пришел в цех учеником лекальщика и за четверть века стал признанным руководителем самого сложного на всем заводе участка, где каждый выполняет работу, которую называют истинно ювелирной.

На глазах мастера усложнялась и расширялась номенклатура деталей, поскольку с каждым годом заводские изделия становились все сложнее и сложнее. И при этом в производстве не было ничего точнее и сложнее, чем измерительный инструмент, ведь он должен быть много точнее самой детали. Допуски на измерительный инструмент давались теперь уже столь маленькие, столь «жесткие», каковые еще пятнадцать лет назад считались фантастическими. Инструмент стал точнее в десять, а некоторые его виды и в двадцать раз. Работая на изготовлении самого сложного измерительного инструмента, пришлось научиться добиваться десятого-двенадцатого класса чистоты обработки. Такая поверхность сияет как зеркало!

В решении особо сложных задач лекальщик стал одинок, никто помочь ему был не в силах. Никто, кроме него самого, не мог знать, чего стоит каждое его решение... Да, более высокого искусства в обращении с инструментом и металлом, чем на этом участке, попросту не бывает.

Но наконец такое «одиночество» стало почти массовым. Поскольку со временем асов-лекалыциков стала, считай, целая бригада.

В книге «...Я б в рабочие пошел» рассказывалось, в частности, об отличном слесаре-лекальщике Николае Терентьевиче Новикове. Начинал он в инструментальном уже вполне взрослым человеком, в двадцать восемь лет, но не смущало его это: всегда хотел быть именно лекальщиком. Хорошо поняли это его состояние лучшие работники цеха Иван Давыдович Гусев и Иван Демьянович Лямченков, знаменитые уже в ту пору не только в цехе, но и на всем заводе.

Работать лекальщиком оказалось очень сложно, но интерес к профессии не пропадал с годами. И чем глубже Н. Т. Новиков проникал в тайны своего ремесла, тем труднее мог представить себя в другом качестве. Стал он одним из лучших, о котором однажды было заявлено: «Мастер — золотые руки, талант!» Сам Н. Т. Новиков признавался: «Если инженеру прежде всего важно думать и знать зачем инструмент, то я, лекальщик, обязан думать о том, кто работает этим инструментом, чтобы было ему удобно».

Ювелирной работу лекальщиков считали потому, что работают они вручную, основной их инструмент — напильник. Но и технику они полюбили: теперь конструируют и сами делают различные промежуточные приспособления при выполнении чуть ли не каждого заказа. Одним из первых в этом стал Н. Ф. Казарин. С помощью приспособлений он если уж и не механизировал, то во всяком случае так облегчал себе работу, что стал едва не станочником.

Н. Ф. Казарин пришел на завод в 1947 году семнадцатилетним, но уже с

опытом трехлетней лекальной работы, да с третьим производственным разрядом.

Работу свою любил, но на заводе ее оказалось так много, что, уставая, он задавался вопросом: «Как сделать так, чтобы дело твое не стало тебе в тягость?» Тогда он решил, что будет внедрять различные приспособления, механизмы.

«Нелюбовь к ручному труду, — писали о нем, — выработала у Николая Федоровича совсем иной подход к ремеслу. Он заведомо настроен на то, чтобы упростить, механизировать работу. Для него это — всегда первый этап. Он считает: рано приступать к делу, не придумав, как усовершенствовать пресс, не изготовить для этого все необходимое».

В середине 70-х годов перед инженерами-технологами возникла сложнейшая проблема: для нового изделия нужно было изготовить деталь — «пенал». Ни один из прежних методов для этого не подошел. Попробовали обрабатывать детали в механическом цехе из латуни. Обходились они заведомо дорого, да и испытаний не прошли.

Решили сделать из нержавеющей стали оправку, особым образом наращивать на нее — слой за слоем — медь, а потом опрессовать пластмассой. Об этом способе узнали из научного журнала: сообщалось, что уже опробован он в Прибалтике. Поехали туда в командировку, вернулись с чертежами. Однако дальше, сколько ни бились, все равно работа не шла. Передали ее старейшему лекальщику Назарову. Работа продвигалась, но медленно, и вот тогда к делу подключили Казарина.

«...Разложив весь процесс “на кубики”, на отдельные операции, он задумался, как бы уменьшить ручную работу, упростить ее. Для почина смастерил простенькую на взгляд скобу и отдал ее термистам закалить. По этой скобе стало легче и быстрее опиливать плоскости: по “сырому” металлу напильник легко идет, а закаленный не берет, так что размер сам собой получается.

А затем решил головоломную “задачу” с шайбами. Их в пенал закладывалось более 400 штук, а изготовление их осуществлялось вручную. Он решил, что надо их штамповать на ручном прессе — получилось; перевели на механический — и на нем штамповщик за два часа изготовил 600 шайб. А прежде для этого понадобилось бы больше десяти смен (!)

Благодаря штампу с протяжкой удалось в двадцать раз ускорить работу, а каждая оправка стала обходиться цеху вдвое дешевле».

Таких примеров в общем — не единицы.

Если труд лекальщика до сих пор считался «не механизируемым», то Н.Ф. Казарин первый на заводе, а может и в отрасли, доказал, что это совсем не так. В результате для многих рабочих он стал консультантом, к нему шли за советом, как решить трудноразрешимую задачу, опытные токари, шлифовщики, фрезеровщики, расточники...

Да, при усложнении конструкций изделий завода уже нигде нельзя было обойтись без сложных приспособлений и новой техники. И главным направлением для решения задач обработки сложных деталей в общезаводском масштабе становились станки с числовым программным управлением (ЧПУ).

* * *

Еще в начале семидесятых годов перед коллективом завода на период реконструкции 1971—1975 годов была поставлена задача изъять из производства более ста устаревших станков и заменить их 55 новыми, в том числе с ЧПУ, что позволило бы поднять производительность труда на 80 процентов!

Вызывалось это тем, что при ежегодном увеличении выпуска продукции в среднем на 10 процентов мощности механических цехов стали заметно отставать; слишком длительное время они не расширялись, и техника производства в них существенно не менялась. Чтобы ликвидировать дефицит механических деталей, для начала в нескольких цехах вдвое и даже втрое расширили механические участки. Так, например, в построенном новом пролете цеха № 7 дополнительно разместили 36 единиц оборудования.

Но все же и эти меры оказались недостаточными для обеспечения деталями бурно развивающиеся производства МРТЗ.

Дефицит мощностей к тому времени сильно ощущался также и в других цехах. И дело было вовсе не в том, что не имелось достаточного количества оборудования. Требовалось принципиально новое качество. И такую задачу могло обеспечить только широкое внедрение станков с числовым программным управлением.