Экономика Ленинграда в годы Великой Отечественной войны. Монография

Очень плодотворной была в конце 1990-х гг. деятельность А. Р. Дзенискевича. Его монография «Фронт у городских стен. Малоизученные проблемы обороны Ленинграда. 1941–1944», несмотря на то что была выпущена небольшим тиражом, сыграла важную роль в понимании историками роли ленинградских предприятий в достижении победы над врагом[80]. В этой книге на основе рассекреченных незадолго до ее написания архивных документов проанализирована работа ленинградской промышленности по основным отраслям производства и отмечен вклад каждой из них в оборону Ленинграда. Особое место уделено деятельности предприятий авиационной промышленности, которая прежде историками не исследовалась.

В том же году вышла другая монография А. Р. Дзенискевича «Блокада и политика. Оборона Ленинграда в политической конъюнктуре»[81], в которой на основе архивных документов и обширной историографии исследовались многочисленные проблемы экономики города. При этом особый акцент делался на изучении управленческой деятельности и роли ленинградской промышленности в достижении победы в войне.

В 2002 г. из печати вышла монография А. Р. Дзенискевича, посвященная деятельности медицинских работников, занимавшихся научно-исследовательской работой в условиях блокады Ленинграда[82]. Этот аспект экономической жизни города прежде не изучался, поэтому Андрея Ростиславовича справедливо следует считать первопроходцем этого научного направления. В книге описана деятельность 13 медицинских институтов, в том числе Ленинградского института переливания крови, института вакцин и сывороток, Ленинградского нейрохирургического института, Ортопедического института им. Г. И. Турнера, Государственного научно-исследовательского психоневрологического института им. В. М. Бехтерева и др.

К сожалению, ряд монографий в силу разных причин оказался почти не замеченным исторической общественностью. Пример тому – богатая фактическим материалом работа, посвященная деятельности морского арсенала[83]. Ее особенность состоит в том, что она вобрала в себя не только научные сведения, проанализированные и обобщенные автором, но и воспоминания сотрудников арсенала, а также ряд документов, характеризующих его деятельность в период Великой Отечественной войны.

В начале XXI в. интерес к истории Ленинграда периода Великой Отечественной войны усилился. При этом примерно шестая часть всех диссертационных исследований посвящена изучению экономических вопросов жизни города. Важный вклад в изучение проблемы внесли работы А. А. Амосовой, М. В. Ходякова, Ж. В. Колесовой, С. Г. Бандурина, М. П. Гурова[84].

Вероятно, не следует пренебрегать достижениями и других исследователей, которые, занимаясь изучением самых разных аспектов военной истории Ленинграда, часто неоднократно обращались к вопросам экономической жизни горожан, предприятий и учреждений[85].

Оценивая вклад историков в развитие историографии проблемы, следует особо остановиться на научной деятельности Н. Д. Худяковой, которая, отметив в июне 2013 г. свой столетний юбилей, продолжает активно заниматься изучением истории помощи, оказывавшейся Ленинграду другими регионами СССР и другими странами. Нина Дмитриевна обращает внимание и на обратную связь – на поддержку ленинградцами других городов и республик Советского Союза. В середине 2000-х гг. из печати вышли несколько ее публикаций, в которых освещались неизвестные ранее стороны экономической жизни Ленинграда в годы Великой Отечественной войны[86]. Особенностью каждой из опубликованных статей было то, что они основывались на архивных документах и на впервые вводившихся в научный оборот материалах региональной периодической печати. В частности, Н. Д. Худякова отмечала контакты ленинградцев с колхозниками Киргизии, Узбекистана и других республик СССР. Она обратила внимание на многообразие складывавшихся отношений между ленинградцами и национальными регионами страны, что заметно отличает работы Н. Д. Худяковой от других публикаций, в которых авторы не обращали внимания на такой важный срез экономической жизни ленинградцев[87].

Большую ценность в исследовании проблемы представляет монография В. Н. Малярова[88]. Она посвящена событиям, происходившим в разных регионах страны, где велись боевые действия. Значительную часть работы составляет описание строительных работ по созданию рубежей и укрепрайонов под Ленинградом и непосредственно в самом городе. Отдельные главы посвящены истории научно-технической помощи военным стройкам, снабжению строительств материальными ресурсами, в том числе в Ленинграде. Монография основана на обширных материалах Государственного архива РФ, Российского государственного архива социально-политической истории, Архива Российской академии наук, Центрального архива Министерства обороны РФ, Российского государственного архива литературы и искусства, Российского государственного архива экономики, Центрального военно-морского архива, Центрального государственного архива Санкт-Петербурга.

Монография В. Л. Пянкевича, изданная в 2001 г., была посвящена процессу восстановления экономики СССР в целом[89], но многие исследованные в ней сюжеты связаны с экономической деятельностью Ленинграда. Анализируя историографию восстановления советской экономики в годы Великой Отечественной войны, материальных последствий войны и их влияние на экономику государства, Владимир Леонидович доказал, что исследователи недостаточно уделяли внимание изучению экономической ситуации в Ленинграде в период Великой Отечественной войны.

Выдающимся исследованием стала монография А. З. Ваксера, посвященная истории восстановления и развития города начиная с 1945 г.[90] Хотя эта работа посвящена истории событий послевоенного периода, в ней есть ряд важных наблюдений и обобщений, касающихся периода войны. В частности, по оценке Александра Завельевича, 30–40 % довоенных жителей Ленинграда (1–1,3 млн чел.) не возвратились в город после войны. Они погибли на фронте, скончались во время блокады, умерли в эвакуации, остались в других городах со своими предприятиями, продолжали служить в армии[91]. Это обстоятельство позволяет по-новому взглянуть на проблему кадров в Ленинграде во время Великой Отечественной войны. Приводимые А. З. Ваксером обобщенные статистические сведения о вернувшихся в город и выбывших из Ленинграда в 1944 и 1945 гг.[92], а также данные о численности населения в 1941–1945 гг.[93] дают возможность глубже оценить демографическую ситуацию того времени.

Существенный вклад в развитие историографии внесли публикации ветерана Великой Отечественной войны профессора М. И. Фролова. Среди них обращают на себя внимание труды, вышедшие из печати в 2004–2011 гг.[94] По мнению Михаила Ивановича, в укреплении производства в Ленинграде большую роль сыграло постановление ЦК ВКП (б) от 23 июля 1943 г. «Об укреплении рабочей силой наиболее важных отраслей народного хозяйства города Ленинграда». В результате выполнений его требований, как отмечал М. И. Фролов, на предприятия, занимавшиеся военным производством, было принято решение перевести 12 875 человек[95]. Другая публикация этого же автора позволяет по достоинству оценить деятельность рационализаторов и изобретателей Ленинграда в интересах фронта: 1840 «оборонных» предложений были одобрены специальной комиссией, сотни из них – реализованы[96]. Представляет собой ценность и еще один факт, отмеченный М. И. Фроловым: «С четвертого квартала 1943 г. вся промышленность города, выпускавшая вооружение и боеприпасы, решением ГКО была включена в общесоюзный план народного хозяйства»[97]. Таким образом, еще находясь в условиях блокады, предприятия города, в сущности, без всяких поблажек были нацелены на решение общесоюзных экономических задач.

Ряд историков на протяжении очень длительного периода вносили значительный вклад в исследование тех или иных экономических сторон жизни Ленинграда 1941–1945 гг. Среди них непременно следует отметить основательные публикации В. М. Ковальчука, вклад которого в изучение, в частности, истории транспорта и коммуникаций трудно переоценить. На протяжении 1980-х – 2010-х гг. он издал и выпустил под своей редакцией ряд работ, без которых современный анализ экономической жизни Ленинграда того времени был бы крайне неполным[98]. При всем многообразии научной деятельности В. М. Ковальчука по изучению истории различных сторон военной жизни Ленинграда, особую ценность представляют его исследования, касающиеся деятельности транспорта. Так, в монографии «900 дней блокады. Ленинград, 1941–1944: посвящается 60-летию Великой Победы» подробно описаны водные перевозки по Ладожскому озеру осенью 1941 г., деятельность Ладожской ледовой автомобильной дороги в 1941–1942 гг., навигация на Ладожском озере в 1942 г. деятельность железнодорожного транспорта в 1943 г. К 95-летию В. М. Ковальчука Санкт-Петербургским институтом истории РАН был подготовлен сборник научных статей, многие из которых посвящены проблематике Великой Отечественной войны и блокады Ленинграда. Для настоящего исследования в этом издании представляют интерес публикации Г. Л. Соболева «Ленинградские учреждения АН СССР в блокадном дневнике Г. А. Князева»[99] и Е. Д. Твердюковой «Торговля в Ленинграде после снятия блокады (1944–1945 гг.)»[100].

Двухтысячные годы были периодом явного перелома в исследовании и осмыслении истории блокады Ленинграда и всей деятельности города в период Великой Отечественной войны.

Именно в первое десятилетие XXI в. произошел качественный скачок в познании ленинградской действительности 1941–1945 гг. В этом процессе, представляется, важную роль сыграли научные труды Н. А. Ломагина и, в частности, его докторская диссертация «Политический контроль и негативные настроения ленинградцев в период Великой Отечественной войны», а также ряд его монографий, статей и изданий, которые он редактировал[101]. При всей важности научного вклада Н. А. Ломагина в развитие историографии о блокаде у работ Никиты Андреевича есть еще одна важная заслуга. Он не просто поднял ряд вопросов, о которых прежде было не принято писать историкам, но и показал пример того, насколько корректно и деликатно следует оценивать и излагать суть тяжелых событий блокадного времени.

Из общего ряда крупных публикаций об исследуемых событиях заметно выделяется монография С. В. Ярова «Повседневная жизнь блокадного Ленинграда», переизданная в 2023 г.[102] В этом труде, основанном на солидной источниковой базе, автор провел исследование нравственных изменений, происходивших в людях в самый напряженный период блокады осенью 1941 г. весной 1942 г. Рассматривая проблему всесторонне, Сергей Викторович изучил ее и в условиях деятельности трудовых коллективов, что позволяет осмыслить экономику Ленинграда того времени с историко-психологических позиций.

Монография крупнейшего в России исследователя советско-финляндских отношений Н. И. Барышникова «Блокада Ленинграда и Финляндия. 1941–1944» не имеет прямого отношения к истории экономической жизни Ленинграда в годы Великой Отечественной войны[103]. Однако в ней есть богатый материал о деятельности финляндской армии, существенно влиявшей на экономическую ситуацию в Ленинграде. В монографии есть важные сведения об историко-исследовательских публикациях на русском и иностранных языках, приводится указатель имен, в том числе и персоналий, активно влиявших на экономическую жизнь военного Ленинграда.

Несколько особняком от другой научной литературы стоят материалы научно-практической конференции «Война и блокада Ленинграда в коллекциях музеев и библиотек»[104]. Являя собой, с одной стороны, образец историографии, это издание, с другой стороны, в значительной мере описывает материальные источники, свидетельствующие об истории блокады Ленинграда, поскольку представляют сведения об экспозициях музеев. Среди них такие музеи, как музей истории Ленэнерго, музей завода М. И. Калинина, коллекция трамвайного музея, музей истории ОАО «Климов», музей предприятия «Гознак», музей гигиены и Центра медицинской профилактики Санкт-Петербурга, Ботанический музей и т. д.

С 2007 г. до настоящего времени из печати вышло немало глубоких по содержанию работ, вносящих свой вклад в разработку исследуемой проблемы[105]. Эти публикации опираются на труды многочисленных предшественников и, вместе с тем, во многом носят новаторский характер. Они в значительной мере позволяют приблизиться к объективному пониманию процессов, происходивших в сфере развития народного хозяйства Ленинграда в период Великой Отечественной войны.

В последние годы на фоне крупных публикаций уже известных авторов появился ряд новых работ, внесших ощутимый вклад в развитие историографии проблемы. Среди них работы М. А. Шляхтунова, Н. В. Бекжановой и А. А. Балакиной[106].

В 20-е годы ХХ века появилось много исследований, посвященных различным финансовым аспектам Великой Отечественной войны[107]. Актуальной для современных россиян проблеме финансовой грамотности населения, но в период Великой Отечественной войны, посвящена работа ученых Кубанского государственного аграрного университета им. И. Т. Трибилина[108]. Но финансовым вопросам непосредственно блокадного Ленинграда и экономическому вкладу блокированного города в период войны посвящено лишь диссертационное исследование А. В. Зотовой[109].

Немало работ зарубежных авторов было посвящено вопросам истории блокады Ленинграда[110]. Но экономические проблемы города в тот тяжелый период не становились объектом научного исследования. Авторы лишь время от времени обращали внимание на тяжелую экономическую ситуацию[111], что и так был очевидным. Иностранные исследователи описывали страдания людей, попавших в условия блокады. Специалистов из-за рубежа больше интересовали и интересуют до сих пор вопросы организации торговли, в том числе и на «черном» рынке. Денежные отношения описываются в англоязычном интернет-ресурсе «Блокада Ленинграда»[112].

За рубежом в последнее время издается немало литературы небольшого объема о блокаде Ленинграда. Она не представляет собой научной ценности и носит, скорее всего, научно-популярный характер. Эти издания обычно создаются на основе электронных ресурсов[113]. Возможно, эти публикации не следовало бы упоминать, однако сам факт их существования свидетельствует о востребованности у широкого круга читателей разных стран темы ленинградской блокады.

Редким исключением среди иностранных публикаций о блокаде общего характера является небольшая работа Ричарда Бидлака «Рабочие в войне: Заводские рабочие и трудовая политика в блокированном Ленинграде», вышедшая в университете Питсбурга (США) в 1991 г.[114]

Следует обратить внимание и на публикацию американской исследовательницы П. Барсковой 2010 г.[115] Несмотря на то что статья носит сугубо культурологический характер, идеи автора о преемственности культурных традиций Петербурга, обогащенных тяжелым опытом ленинградской блокады, представляются весьма ценными. Примерно в таком же ключе исследуются вопросы блокады Ленинграда в работе другого американского ученого А. Пери, который взял за основу своего исследования ряд блокадных воспоминаний[116].

Среди успехов зарубежной историографии следует отметить две коллективные публикации шведских исследователей, написанных совместно с учеными-медиками из Санкт-Петербурга. Их статьи посвящены анализу заболеваний блокадников (гипертония и раковые заболевания). Публикации были основаны на богатом статистическом материале[117]. Содержание этих статей свидетельствует о том, что они, скорее, написаны в рамках такой исторической специальности, как «история науки и техники», поскольку главный акцент в статьях сделан на анализе медицинской динамики. Справедливости ради следует признать, что российские медики не уступают зарубежным коллегам по изучению различных видов заболеваний у людей, перенесших ленинградскую блокаду. Среди наиболее заметных публикаций последнего времени следует отметить минимум три работы петербургских ученых-медиков[118].

Немецкий профессор, доктор наук, член Берлинского общества по изучению фашизма и мировой войны Г. Хасс в своей работе «Германская оккупационная политика Ленинградской области (1941–1944 гг.)», проанализировав причины нападения Гитлера на Советский Союз, отметил экономический потенциал России в сфере продовольствия и горючего. Сославшись на генерала Г. Томаса, начальника управления военного хозяйства и вооружений верховного главнокомандования вермахта (ОКБ), он приводил его цитату: «Большевики <…> все равно нападут, их промышленность должна быть разрушена, прежде чем они будут готовы к войне»[119]. Таким образом, цель захвата страны заключалась в экономическом ограблении захваченных территорий и истреблении населения[120]. Еще раньше, в 2002 г., этот исследователь опубликовал статью о быте ленинградцев в период блокады[121]. Важно отметить, что Г. Хасс – известный специалист в области истории блокады Ленинграда. В частности, его перу принадлежит хорошо известная в России работа «Немецкая историография блокады Ленинграда (1941–1944)», переведенная на русский язык Н. А. Ломагиным[122]. Любопытно, что на немецком языке этот материал был опубликован лишь два года спустя, в 2006 г.[123]

Комплексное исследование истории экономики Ленинграда в период Великой Отечественной войны было бы неполным, если бы в нем не затрагивались вопросы финансовой деятельности. Образно говоря, финансы – нервы экономического организма любого государства. Именно они отражают состояние экономического положения в обществе. К сожалению, до настоящего времени в научной литературе, посвященной тем или иным вопросам экономики, тема финансов не затрагивалась. Более того, в крупнейших отечественных изданиях, посвященных финансовой жизни страны в период войны 1941–1945 гг., финансовая жизнь Ленинграда не упоминалась даже вскользь. Примеры тому – издания, вышедшие из печати в последние годы. В 2002 г. увидело свет 4-томное издание «История Министерства финансов России»[124]. В третьем томе описывается деятельность Министерства финансов России за 1933–1985 гг. В создании этого труда участвовали сотрудники Министерства финансов Российской Федерации, Научно-исследовательского финансового института Министерства финансов РФ, Института экономии РАН, Института российской истории РАН, Всероссийского заочного финансово-экономического института. Некоторые параграфы тома посвящены государственным займам, налогам, доходам и расходам государственного бюджета, а также деятельности Госбанка СССР, банков долгосрочного финансирования и сберкасс в годы войны. При этом работа финансовых органов Ленинграда не упоминалась. Полностью проигнорированы вопросы финансовой жизни Ленинграда в 1941–1945 гг. и в других солидных изданиях[125]. 27 апреля 2010 г. в Финансовой академии в Москве прошла конференция под названием «Роль финансов в обеспечении Победы в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.»[126]. Участники той конференции попытались во многом по-новому проанализировать финансовый вклад сотрудников банковской сферы в годы войны. Но новизна больше проявилась в подходах и оценках участников конференции тех или иных вопросов деятельности финансовых органов. К сожалению, авторы не опирались в своих изысканиях на архивные документы. Даже опубликованные источники в научный оборот вводились крайне редко. Судя по содержанию выступлений участников конференции, финансовая жизнь Ленинграда в годы войны не представляла для них интереса.

В 2013 г. в многотомном фундаментальном труде «Великая Отечественная война 1941–1945 годов» истории финансов в период боевых действий был посвящен отдельный раздел, что свидетельствует о внимании, уделяемом современными исследователями вопросу финансового обеспечения в ходе борьбы советского народа с гитлеровскими захватчиками[127]. Годом раньше в одном из томов того же фундаментального издания блокадной жизни города и, в частности, финансовым институтам Ленинграда как важной составной части народнохозяйственной деятельности был посвящен специальный раздел[128].

До настоящего времени зарубежная историография блокады Ленинграда находится лишь на подступах к осознанию важности исследования вопросов работы финансовой системы в блокированном городе. Таким образом, нетрудно заметить, что историография не только финансовой системы Ленинграда, но и народнохозяйственной деятельности города в целом в период Великой Отечественной войны представляет интерес исследователей, но мало разработана. Есть необходимость глубокого анализа источников, что позволит выстроить объективную картину деятельности народного хозяйства Ленинграда, показать его в качестве одного из важнейших инструментов борьбы против врага в период Великой Отечественной войны.

Каждый из этапов развития отечественной историографии исследуемой проблемы был следствием внутриполитической ситуации в стране, что во многом повторяет общие тенденции развития историографии в стране в целом. Однако важной особенностью динамики историографии именно этой проблемы стало то, что она на протяжении всего развития сохранила свой академический характер, не перестраиваясь, как это порой бывает, на публицистический лад.

Особенностью историографии блокады Ленинграда является то, что авторы не подверглись историографическому влиянию зарубежных коллег. Это стало следствием в основном низкого исследовательского уровня публикаций иностранных историков о блокаде Ленинграда. Что же касается изучения иностранными коллегами истории народнохозяйственной деятельности Ленинграда в годы войны, то она до сих пор не представляет для них интереса.

Спецификой развития историографии проблемы стало и то, что при всем явно не региональном значении изучения истории Ленинграда в годы Великой Отечественной войны, исследованием проблемы в подавляющем большинстве занимаются (за редчайшим исключением) только петербуржцы. Представляется, это снижает исследовательский потенциал, что неблагоприятно сказывается на изучении истории Ленинграда времен войны в целом.

Сильной стороной развития историографического процесса следует считать преемственность научной деятельности историков. Так, учениками стоявшего у истоков историографии проблемы В. В. Мавродина являются активно развивающие ее и сейчас профессора С. Н. Полторак и В. Л. Пянкевич. Все это убеждает нас в том, что изучение событий времен военного Ленинграда – перспективное направление, переживающее время крупных научных обобщений и получения качественно новых знаний о том сложном периоде истории.