Логово

40

Вокруг не оказалось адского пламени или облаков, что плавали на небе. Он лишь очутился в каком-то белом помещении. Стены, пол и потолок были настолько белоснежные, что ослепляли. Миша взглянул на свои руки, они были целыми, но на нём вместо одежды, в которой он был в лесу, была белая кофта и такого же цвета брюки.

"Я умер?" – подумал он и открыл дверь, что внезапно перед ним появилась. Войдя, он оказался в том же помещении, из которого вышел.

"Что за ахинея?" – вновь дверь, и всё повторилось.

– Миша! Миша! Миша! – его имя повторялось, словно эхо. Голос ласкал слух.

– Не умирай! Не умирай! Не умирай! – вновь эхо.

Миша огляделся, в помещении, кроме него, не было никого.

– Где же я? – произнёс он вслух.

– На распутье! – произнёс отец из-за спины. Миша побоялся повернуться.

– Смелее, сын! – отец однозначно улыбался, и Миша повернулся.

На его лице расплылась улыбка, так как, кроме отца, там стояла так же и мама, и Руслан, только вот, как ни странно, повзрослевший. Миша ринулся в их сторону и, обняв всех троих, ощутил то тепло, что и раньше, в те далёкие времена, когда они все были вместе, как одно единое целое.

– Мы что, снова вместе? – произнёс Миша, но те, отпрянув, улыбнулись и помогали головами.

– Пока что ещё нет, сынок! – произнесла нежным голосом мама.

– Фернир мёртв, и теперь мы свободны! – произнес Руслан

– И всё благодаря тебе! – добавил отец.

Миша растерялся.

– Я убил его?

Отец помотал головой:

– Нет, погубил себя тем, что создал самостоятельно.

– Просто ты помог в этом! – произнесла мама.

А Руслан добавил:

– Ты просто поставил на всём этом точку.

– Мы гордимся тобой, сын! Гордимся, но тебе ещё рано к нам! Ещё не пришло твоё время! Оно предстоит гораздо позже. Ты со всем справишься и знай, что мы всегда рядом.

У Миши потекли слёзы, но он улыбался:

– Я люблю вас!

Они улыбнулись в ответ:

– А мы тебя! Очень любим! – произнеся эти слова, они начали отдаляться, комната так же увеличивалась по мере их ухода. Миша наблюдал, как они, держась за руки, шли шаг в шаг по длинному коридору, пока яркая вспышка не заставила их исчезнуть.

Миша прикрыл глаза и вновь не удивился, когда услышал знакомый голос из-за спины.

– Ну вот и всё!

Миша повернулся, ожидая увидеть привычную картинку, что и ранее.

– Снова т… – он замер, и улыбка вновь полезла по его лицу. – Алёша?

Перед ним стоял паренёк с совершенно нормальным лицом и головой на своём положенном месте.

– Здравствуй, Миша!

– А ты не плохо выглядишь! – произнёс Миша

– Спасибо! Из твоих уст это комплимент для меня! Ты знаешь, мне так тоже говорили, но я так и не успел ни с одной из девчонок, – он начал демонстрировать что-то руками, и Миша понял, о чём он хочет сказать.

– Я понял, понял, о чём ты.

– Спасибо. Ну ладно, в другой жизни, видимо! Миша, спасибо, что освободил меня. С одной стороны жаль, что твоё время ещё не пришло, но я рад, что ты ещё сможешь вздохнуть свежим воздухом и услышать пение птиц, ну и, конечно же, проводить время со своей любимой! Слушай, а она у тебя отличный боец, держись за неё!

Миша раз улыбался:

– Спасибо, Алёша!

– А теперь! – Алёша протянул ему руку для рукопожатия. Миша с недоверием посмотрел на этот жест. – Не бойся! Ты ведь между жизнью и смертью в данный момент! Так что всё можно!

Миша улыбнулся и протянул к нему руку, тот схватил его за ладонь, и Мишу будто ударило током. Алёша держал его.

– Что со мной? – произнёс Миша. Ещё удар, затем ещё.

– Просто начни жить! – донёсся издалека голос Алёши и…

Миша открыл глаза.

41

Она очнулась не сразу. Волки обступали её, будто не замечая, по-видимому, чувствуя её кровную принадлежность к хозяину. Спина болела, так как неудачное приземление спиной на ружьё, всё время висящее позади, не принесло ни капли приятных ощущений. Издалека она услышала знакомый голос, её звал любимый, тот, к кому она хранила истинные чувства все эти долгие годы, а в данный момент, вновь обретя его, она вынуждена была его спасти.

Яркий свет сквозь мелкий дождь ослепил её, и в голову пришло осознание того, что их неудачная попытка начать жизнь заново близится к нулю. Она вытянула руку перед лицо, прикрывая яркий свет фар. Вездеход остановился, не глуша двигатель, и из кабины выскочил знакомый ей силуэт. Он встал перед фарами, так что не было видно его лица, но Василиса заметила другое. На землю тонкими струйками льётся кровь. Резко раздался щелчок, Дима перезарядил ствол и выстрелил. Один из волков упал, что приближался к нему, протяжно заскулив.

– Ну и что мы будем с тобой делать?

Василиса упёрлась руками о землю, а Дима в этот момент приблизился, и она ужаснулась. Лицо, что некогда целовало её, было истерзано, правый глаз вытек, а на щеке, точнее, тому, что оставалось от нее, торчали скулы и зубы.

Он нацелил на нее ствол, и в этот момент Василиса сквозь шум двигателя и рычание волков, бьющихся между друг другом, услышала, как застонал её любимый.

Дима усмехнулся.

– И нужно было доводить до такого? Ведь ему всё равно придётся присоединиться к своим близким, – его лицо разверзлось в широкой улыбке, а Василиса почувствовала слёзы на своих щеках.

– Твои твари загрызли Антона! Ты понимаешь, что оставила двоих его детей без отца! Тупая ты дура! А ради кого? Ради чмошника, психопата? Я хотел дать тебе всё и жил ради тебя и Даши! Но, по-видимому, придётся мне воспитывать её одному!

Василиса молчала, она лишь слышала, как стонет Миша, и наблюдала за тем, как Дима нацеливает на неё ствол, и только сейчас поняла, что он держит ружьё как-то не так. Да, он держал его, уперев обух в левое плечо, а не в правое, так как на правой руке больше не было пальцев.

– Ты чего молчишь? Нечего сказать перед смертью?

Василиса улыбнулась, сквозь шум двигателя вездехода тот не услышал, как по его крыше кто-то крадётся, и вот-вот нанесёт свой удар.

– Ты чего лыбишься, сука! И вправду, больная на всю бошку! – Дима прицелился, и в этот момент сорокакилограммовая разъярённая туша накинулась на него сверху и огромными челюстями принялась его раздирать на части. Раздался выстрел, и он пришелся в то место, где секунду назад лежала Василиса.

Сделав переворот в сторону, она, несмотря на боль в спине, поднялась на ноги.

Смотреть на то, как Кай разрывает на части её мужа, было непросто, тот орал и стонал, прося пощады, но Василиса лишь молча прошла к вездеходу и, открыв пассажирскую дверь, залезла в кабину. Нужно было торопиться.

Она видела издалека, как её отец с растерзанным когда-то лицом стоял перед Мишей, которого держали своими пастями волки за руки. Отец что-то говорил и, по-видимому, наслаждался своим превосходством. Василиса понимала, что пришло время остановить всё это бессмысленное кровопролитие, что длилось уже век, после чего подожгла ткань, что предварительно смочила в бутылке с бензином, что она слила из канистры. Её отец посмотрел ей прямо в глаза и, по-видимому, понял, кого он собственноручно создал. Дьявол создал дьявола.

Василиса прицелилась и бросила в него бутылку под названием "коктейль Молотова".

Тот мгновенно вспыхнул, несмотря на намокшую одежду, и упал, прокатившись с утёса.

– Кай! Жрать! – она указала на двоих волков, что пытались разорвать Мишу и тот ринулся вперёд, в прыжке сбив одного из них. Второй волк опешил и, отпустив вторую руку, ринулся вслед за Каем, на помощь своему сослуживцу.

Василиса подбежала к Мише, он был бледен, и она увидела много крови, которая впитывалась в землю. Она потрогала пульс на шее, тот еле прощупывался. На крики отца она не обращала внимания.

– Потерпи немного! Миша, прошу тебя! – произнесла она и, подняв небольшую канистру, ринулась вниз к отцу, тот всё ещё горел и кричал:

– Ты что творишь! Сукааа! Доченька, ты что делаешь!

Та, не спеша подойдя ближе, произнесла.

– Очищаю нашу землю от нечисти! И бросила открытую канистру прямо в пламя.

Яркая огненная вспышка поднялась вверх, и через пару минут отец Василисы уже не произнёс ни звука.

В больницу Василиса привезла Мишу спустя полчаса. Она гнала на вездеходе, выжимая из него всю имеющуюся мощь. Миша лежал полусидя спереди на откинутой спинке, но пристёгнутый ремнём безопасности для меньшей тряски. Его руки были перевязаны, но бинты полностью промокли от крови.

– Держись, любимый. Прошу тебя, только держись!

Эпилог

Этим утром было спокойно. Миша, выглядывая из окна, обратил внимание на то, что снег белоснежным покровом накрыл всё кругом. Из-за горизонта поднималось солнце, и этот рабочий день предвещал быть спокойным и тихим. На его рабочем столе лежали бумаги, к которым он боялся притронуться уже несколько месяцев. Слишком много свалилось на него в последнее время, и в данный момент ему казалось, что он только начинал адаптироваться к новой жизни.

Он стоял перед окном и держал в руках чашку кофе. Связки, что были разорваны, зажили относительно быстро, благодаря хорошей работе хирургов он по-прежнему мог чувствовать свои пальцы и кисти в целом. С того момента, как произошли все те события, в которые если и рассказать кому-либо, то вряд ли поверят, прошло больше полутора лет, и он старался и вовсе не вспоминать их.

Смартфон, что лежал на краю, стола завибрировал, и Миша резко дёрнулся к нему. Улыбка озарила его лицо после прочтения сообщения: "Родила!"

К сожалению, с работы уйти он не мог, ведь только недавно он вступил в новую должность на новом рабочем месте. "Старший следователь по особо тяжких делам" значилось на вывеске его кабинета. Только вот в связи с тем, что он переехал окончательно на родину, тяжких дел в последнее время практически не было. Что очень радовало его.

Телефон вновь завибрировал: "Мы тебя очень ждём!"

Миша улыбнулся и, допив горячий кофе, сел за стол и принялся читать дело. Год назад старые друзья, встретившись после долгих лет разлуки, несмотря на запрет властей о том, что после десяти часов вечера установлены ограничения по нахождению в черте города и за его пределами людей. В связи с участившимися нападениями диких животных друзья направились в лес на барбекю. После полуночи, ближе к двум часам ночи, было совершено первое нападение, которое унесло жизнь одного из участников, после ещё двое погибли, один из них пытался скрыться в старых шахтах, но скончался от полученных травм, а третий хотел спастись, напугав волков огнём, но не рассчитал силу, облил сам себя и сгорел заживо. Остальным с многочисленными ранениями удалось скрыться и тем самым выжить.

Миша вкратце пробежался глазами и, почувствовав мурашки на коже, закрыл дело и убрал на край стола. После он так и не решился открыть следующую папку и принял решение после работы взять её с собой, а в данный момент заняться своими прямыми рабочими обязанностями.

После окончания рабочего дня он вышел на улицу и вдохнул морозного воздуха. Снег под его ногами хрустел, и ему поскорее захотелось поехать к Василисе, которая очень ждала его, и не одна.

Сев в свой внедорожник, он немного прогрел его и, глядя на полицейский участок и на огни, что начинали загораться в квартирах пятиэтажек и частных домах в округе, ему не верилось, что его теперь уже жена владела всем этим. Да, после того как Дима ушёл, всё наследство перешло в её руки, и именно она возглавила всю предвыборную компанию и в конечном итоге победила. Она вернула жителям их поля и даже больше, буквально через год она помогла простимулировать большинство людей на то, чтобы они вновь возобновили своё личное подсобное хозяйство, выбив у местного правительства возможность субсидировать всё это дело.

Баба Валя так же пришла в себя. Ей потребовалась серьёзная помощь для того, чтобы восстановиться, и она сделала это. Миша всегда знал, что она сильная женщина и способна выкарабкаться в любой сложной ситуации. Правда, на велосипеде она больше не ездила и, к сожалению, о причинах той поездки так и не смогла вспомнить. Для Миши это было и неважно, ведь она была той нитью, которая до сих пор соединяла все воспоминания о его семье.

Выехав за пределы их городка, Миша проехал ещё немного километров, а затем резко свернул вправо. С хетчбеком пришлось расстаться, так как жизнь за городом требовала иногда пробираться сквозь сугробы, поэтому и был приобретен внедорожник, что с легкостью справлялся с непогодой. Проехав ещё несколько сот метров, он остановился у деревянного особняка, в который они въехали не так давно, так как желание жить поодаль от людей было у обоих.

Припарковавшись у дома, Миша покинул автомобиль и, взяв в руки папку, пошёл в дом.

– Привет, дядя Миша!

– Привет, Даша! А где мама?

Даша сидела на диване напротив камина и гладила Муську, а слева сквозь огромное четырёхметровое окно можно было увидеть, как ели и сосны были покрыты снегом, и их освещала луна.

– Она с Кирой!

– О, хорошо! Ты уже видела?

– Ага!

Миша улыбнулся и, надев тёплый пуховик и валенки, вышел вновь из дома и отправился в лес.

Сквозь ветки елей он увидел слабое свечение и, приближаясь, он услышал рычание.

– Тише, Кай! Тише!– раздался нежный голос Василисы.

Кай поутих и, проскулив, отправился к ней, что находилась в небольшом деревянном помещении. Миша приблизился и увидел Киру, лежащую на сене, и ещё шесть или семь её детей, что пищали и присасывались к её груди.

– Здравствуй, любимый! – Василиса поцеловала его. – Как тебе?

Миша пристально взглянул на волчат.

– Они прекрасны!

– Ты голоден?

– Есть немного! – улыбнулся Миша.

Василиса погладила Киру, что была без сил, и на выходе произнесла:

– Кай, охраняй своё потомство!

Тот поскулил и, приблизившись, лизнул руку Василисы.

– Да, Кай! Охраняй! – произнёс Миша, и тот рыкнул в ответ.

– Не дразни его! – улыбнулась Василиса.

– Да мы уже почти нашли общий язык с ним! – пояснил Миша, обняв Василису, после чего они двинулись к дому.

После ужина Миша сел возле камина, пока Василиса отправилась укладывать Дашу спать, и открыл дело. Бумага уже значительно износилась, но Миша принялся читать.

Двое братьев возвращались с рыбалки поздно вечером и наткнулись на стаю волков. Одного утащили в лес, а второй, раненный, убив одного из волков, отправился на его поиски. Спустя несколько часов старший брат обнаружил тело своего младшего брата, а также большое количество волков, которых впоследствии убил ножом. Приблизившись к брату, по версии следствия, Миша взял истерзанное тело младшего брата по имени Руслан и положил к себе на колени, облокотившись спиной о дерево. Дальше следствие установило, что младший брат погиб не от обширных ран, что нанесли волки, а от точного и чёткого удара ножом прямо в сердце, что и привело к смерти…

Миша закрыл страницы, опустив голову и закрыв глаза. Всё смешалось воедино – лось и Руслан, слова отца. "Избавь его от страданий!" – произнёс тот, и Миша нанёс один, чёткий и смертельный удар.

На его лице возникла улыбка, он приподнял голову и, подняв веки, было видно, что глаза горели двумя кроваво – красными огоньками…