Мой дневник. 1919. Пути верных

Наследие русского генерала

Жизнь этого человека ярка и удивительна. Войны и годы эмиграции завели обычного российского офицера Алексея Александровича фон Лампе в самую гущу европейских событий первой половины 1950-х гг. Узнавая подробности его жизни, невольно начинаешь удивляться, как много разного сочеталось в этом человеке – храбрость и осмотрительность офицера, талант журналиста и редактора, тяга к кинематографу и любовь к порядку. Обстоятельства сделали его очевидцем взлета и падения Третьего рейха и власовской акции.

Алексей Александрович фон Лампе и в годы Гражданской войны и первые годы эмиграции был фигурой далеко не первого плана. Лишь после назначения главой Объединения русских воинских союзов (ОРВС) в 1938 г. можно говорить о выходе фон Лампе на первые роли в среде русской эмиграции. Однако вписать свое имя в историю, А.А. фон Лампе удалось в силу другого обстоятельства: он стал летописцем русской эмиграции. Начиная с 1914 г. фон Лампе вел дневник, в который записывал свои повседневные впечатления. Дневники за 1914–1918 гг. оказались утеряны в годы Гражданской войны в России. Дневниковые записи за 1919–1943 гг. сохранились и доступны для читателей в Государственном архиве Российской федерации (ГАРФ). Дневники за 1943–1945 гг. погибли в огне в 1945 г.

Материалы А.А. фон Лампе в Государственном архиве РФ (ГАРФ) собраны в Личном фонде А.А. фон Лампе, имеющем учетный номер 5853. В фонде отложилось 108 единиц хранения, они объединены в одну опись. Из 108 единиц хранения – 70 составляют дневники за период с 1 июля 1919 г. по 31 января 1943 г. Общий объем дневника составляет более чем 30 000 листов1.

Дневниковые записи за 1919 г., вплоть до эвакуации из России, публикуются в настоящем издании. Помимо дневников в фонд входят альбомы, подаренные А.А. фон Лампе (Д. 71–73); материалы собранные А.А. фон Лампе о П.Н. Врангеле (Д. 74–87); книги и альбомы, принадлежавшие А.А. фон Лампе (Д. 88–105).

Вести дневник фон Лампе, вероятно, побудило тщеславие и желание использовать свои записи для последующего издания воспоминаний. Покидая Россию, фон Лампе очень сокрушался, что записи раннего периода остаются в чужих руках: «До слез обидно, что мои дневники остались в Харькове, на случай неудачи они были бы нам средством к жизни…»2

В дневнике фон Лампе старался быть объективным, но, как позже он сам написал в одной из своих статей: «Я хотел бы заранее оговориться о тех органических недостатках, которые неизбежны в моем очерке. Именно, я должен признать, что мое “я” совершенно поглощено Белым движением, вошло в него, осталось в нем и будет в нем находиться до последнего момента моего существования. Поэтому абсолютно беспристрастным по отношению к Белому движению я быть не могу…»3 – эти слова можно смело отнести и к остальным написанным Алексеем Александровичем строкам.

Кроме России, документы, материалы и переписка генерала фон Лампе хранятся в Бахметьевском архиве Колумбийского университета (США) и в Гуверовском институте войны, революции и мира при Стэнфордском университете (США).

Становление личности А.А. фон Лампе

Алексей Александрович фон Лампе родился 6 (18) июля 1885 г. в Сувалкской губернии в семье отставного полковника. Отец фон Лампе был потомком обрусевших немцев, выходцев из Гамбурга. Предки фон Лампе появились в России в эпоху Наполеоновских войн. Более 100 лет Россия была домом для семейства нашего героя.

Новорожденный был крещен по евангельско-лютеранскому обряду. Общее образование получил в 1-м кадетском корпусе в Санкт-Петербурге (1894–1902 гг.), а затем поступил в Николаевское инженерное училище юнкером рядового звания на правах вольноопределяющегося 1-го разряда 3 сентября 1902 г. На основании Положения о Николаевском инженерном училище 1896 г. его служба исчислялась с 1 октября 1902 г. Год спустя, летом 1903 г., вместе с младшим классом училища А.А. фон Лампе находился в Усть-Ижорском саперном лагере. 6 ноября 1903 г. Алексей был произведен в унтер-офицеры. Окончив курс 2 классов по 1-му разряду, фон Лампе высочайшим приказом от 9 августа 1904 г. был произведен в подпоручики с назначением в 3-й саперный батальон и старшинством с 10 августа 1903 г.4 При производстве молодой офицер был удостоен императором личным разговором. 16 августа 1904 г. фон Лампе был зачислен в списки 3-го саперного батальона. В соответствии со статьей 21 Положения о Николаевском инженерном училище был обязан прослужить на действительной службе в частях Инженерных войск 3 года (по 1,5 года за каждый год обучения в училище). Срок службы исчислялся с 1 сентября 1904 г. Спустя пять дней (6 сентября) был прикомандирован к 6-му Восточно-Сибирскому саперному батальону. 26 сентября 1904 г. молодой подпоручик прибыл в указанный батальон и был зачислен младшим офицером во 2-ю роту.

Началась Русско-японская война. В составе батальона 15 сентября 1904 г. фон Лампе перешел границу Российской империи и вступил в Китай. В конце сентября А.А. фон Лампе участвовал в боях с японцами на реке Шахэ. Свой первый бой фон Лампе запомнил на всю жизнь. 14 октября 1924 г. он записал в своем дневнике: «Сегодня день Покрова ровно 20 лет тому назад я был в первый раз в бою…»5 Позже фон Лампе сознается что самым тяжелым днем было 29 сентября (ст/ст), а не 1 (14) октября 1904 г. В том бою он был младшим офицером кабельного отделения телеграфной роты 6-го Восточно-Сибирского саперного батальона. Тот знаменательный для девятнадцатилетнего Алексея фон Лампе бой произошел у деревни Шоуялинзы.

7 ноября 1904 г. приказом № 86 командования Маньчжурской армии за отличия в делах против японцев был награжден орденом Св. Анны 4-й степени с надписью «За храбрость»6.

С 6 декабря 1904 г. по 14 января 1905 г. был заведующим минными станциями на позициях 6-го Сибирского корпуса. В феврале 1905 г. был командирован во 2-й Сибирский корпус со взводом своей роты, участвовал в боях на Гоутулинском перевале, с 22 февраля – в Мукденских боях. В конце сентября – начале октября 1905 г. был в командировке в г. Куаченузы для получения инженерного имущества для батальона. Фон Лампе участвовал в подавлении революционных выступлений в батальоне в октябре 1905 г. С 20 октября по 27 декабря 1905 г. был командирован в распоряжение помощника инспектора инженеров 2-й Маньчжурской армии.

За Русско-японскую войну получил большое количество наград. 25 июля 1905 г. приказом № 90 по войскам 3-й Маньчжурской армии за отличия в делах против японцев А.А. фон Лампе был награжден орденом Св. Станислава 3-й степени с мечами и бантом, 5 октября 1905 г. приказом № 469 по войскам 2-й Маньчжурской армии за отличие в делах против японцев в декабре 1904 г. и в январе – феврале 1905 г. – орденом Св. Анны 3-й степени с мечами и бантом, 10 февраля 1906 г. приказом № 22 по войскам 2-й Маньчжурской армии за разновременные отличия в делах против японцев – орденом Св. Станислава 2-й степени с мечами7. Также был награжден бронзовой медалью в память войны с Японией8. Имел нагрудные знаки 1-го кадетского корпуса и Лейб-гвардии Семеновского полка.

Назначался командованием на самые различные должности. 1 марта 1906 г. был назначен заведующим подрывным классом – учебной командой подрывников, в тот же день был назначен заведующим батальонной лавкой (находился на должности по 30 июля 1906 г.). Вместе с батальоном А.А. фон Лампе вернулся в пределы Российской империи 28 мая 1906 г. 19 июля офицер получил новую должность – делопроизводителя комиссии по заведованию офицерским заемным фондом. 13 декабря 1906 г. сдал должность делопроизводителя комиссии и был назначен ее председателем. На следующий день А.А. фон Лампе был назначен заведующим офицерской и солдатской библиотеками батальона. В конце 1906 г. у фон Лампе и ряда офицеров батальона произошел конфликт с командиром батальона полковником Малышевым, который позже был отрешен от должности. Расследование в отношении фон Лампе было прекращено. 10 января 1907 г. фон Лампе был назначен еще и членом батальонного суда. Приобрел бесценный опыт управленца и организатора, который позже пригодился ему в эмиграции.

С 31 января по 9 февраля 1907 г. участвовал в комиссии, обсуждавшей вопрос привлечения саперных рот к ремонту дорог9. 10 февраля 1907 г. фон Лампе был назначен начальником кабельного отделения военно-телеграфной роты батальона. 14 февраля, в преддверии своего перевода, сдал все должности. Высочайшим приказом от 18 апреля 1907 г. был переведен в 6-й саперный Его Императорского Высочества великого князя Николая Николаевича старшего батальон. 13 июня 1907 г. подпоручик фон Лампе прибыл в батальон. Являлся делопроизводителем батальонного суда в период с 10 июля по 16 августа 1907 г. 18 июля 1907 г. в лагере батальона состоялось знакомство Алексея Александровича с будущей супругой – Наталией Михайловной Ковалевской10. 17 августа приказом по 3-й саперной бригаде был прикомандирован к 21-му саперному батальону и 18 августа отправился в указанную часть. В состав батальона прибыл 19 августа, а уже на следующий день был назначен исполняющим должность батальонного адъютанта. 1 сентября 1907 г. фон Лампе стал членом суда общества офицеров. Наконец 1 октября 1907 г. фон Лампе дождался следующего производства – в поручики за выслугу лет, со старшинством с 10 августа 1907 г. 23 ноября 1907 г. приказом № 30 по Инженерному корпусу был направлен для прикомандирования в 1-й железнодорожный батальон. 13 ноября сдал должность батальонного адъютанта в 21-м саперном батальоне. Прибыл и был занесен в списки прикомандированных к 1-му железнодорожному батальону.

После отбытия установленного срока службы в инженерных войсках перед фон Лампе открылись большие перспективы. 25 февраля 1908 г. отзывом Главного штаба и предписанием начальника военных сообщений Петербургского военного округа за № 3618 был откомандирован из 1-го железнодорожного батальона и прикомандирован к Лейб-гвардии Семеновскому полку. Отправился к новому месту службы и прибыл 27 февраля 1908 г. На следующий день поручик фон Лампе был зачислен в списки прикомандированных к Лейб-гвардии Семеновскому полку. Шла служба. Высочайшим приказом по Военному ведомству от 29 ноября 1908 г. переведен на службу в Лейб-гвардии Семеновский полк подпоручиком. В этом же полку ранее служил и его отец11. 30 ноября 1908 г. А.А. фон Лампе был зачислен в списки Лейб-гвардии Семеновского полка, младшим офицером 8-й роты.

На январь 1909 г. получал годового содержания: жалованья – 720 руб., добавочных денег – 180 руб., квартирных – 308,50 руб. Всего 1208 руб. 50 коп.12

Фон Лампе решил продолжать военную службу и для дальнейшего продвижения в чинах стал готовиться к поступлению в Николаевскую академию Генерального штаба. 2 октября 1910 г. подпоручик фон Лампе был зачислен слушателем в указанную академию. Во время обучения в академии ему были присвоены следующие воинские звания – 6 декабря 1911 г. поручик гвардии (со старшинством с 9 августа 1908 г.), 6 декабря 1912 г. – штабс-капитан (со старшинством с 9 августа 1912 г.)13. Был выпущен из академии в 1913 г. по I разряду и причислен к Генеральному штабу, затем был последовательно прикомандирован к штабам войск гвардии и Санкт-Петербургского военного округа, XXII армейского корпуса. В мае 1913 г. был награжден орденом Св. Анны 2-й ст. В 1914 г. был прикомандирован к Лейб-гвардии Семеновскому полку для отбытия 1,5-годового ценза командования ротой.

С началом Первой мировой войны А.А. фон Лампе был на различных должностях офицера Генерального штаба в действующей армии. В декабре 1914 г. был награжден мечами к ордену Св. Анны 2-й ст. В январе 1915 г. был награжден орденом Св. Владимира 4-й ст. с мечами. С марта 1915 г. исполнял должность штаб-офицера для поручений XVIII армейского корпуса, с 16 июня – старший адъютант штаба того же корпуса. Переименован из штабс-капитанов гвардии в капитаны. В августе 1916 г. Алексей Александрович был произведен в подполковники Генерального штаба.

К сожалению, ни в переписке фон Лампе, ни в его сохранившихся дневниковых записях не удалось найти строк об отношении нашего героя к Февральской революции, но вряд ли она вызвала восторг у гвардейского офицера. Тем не менее он принес присягу Временному правительству и остался продолжать службу, рассчитывая, что Россия будет вести войну до победного конца.

Служебное рвение на ниве Генерального штаба было замечено непосредственным начальством фон Лампе. 1 сентября 1917 г. начальник штаба XVIII армейского корпуса генерал-майор граф С.Н. Каменский дал фон Лампе следующую аттестацию: «Отличных умственных способностей. Военное дело любит. Легко разбирается даже в сложной боевой обстановке. Работает не за страх, а за совесть. Обладает большой работоспособностью. В бою ведет себя неустрашимо. В полной мере обладает служебным тактом. Самого порядочного образа мыслей. Отличный работник. Все порученное исполняет тщательно и добросовестно. Обладает инициативой, которую проявляет разумно. Характера твердого, но общительного и доброжелательного. Признаю офицером Генерального штаба выдающимся, достойным выдвижения на более самостоятельную должность начальника штаба дивизии “вне очереди”»14. В результате аттестации в октябре 1917 г. подполковник фон Лампе был назначен исполняющим должность генерал-квартирмейстера штаба 8-й армии (Юго-Западный фронт). Затем грянула Октябрьская революция…

А.А. фон Лампе в вихре гражданской войны

В ноябре 1917 г. фон Лампе выехал со своей семьей в Украину. Длительное время проживал в Харькове, редактировал газету «Возрождение». По информации К.М. Александрова, зимой 1918 г. фон Лампе категорически отверг предложение вступить в Рабоче-крестьянскую Красную армию15. Весной – летом 1918 г. Алексей Александрович был членом т. н. Добровольческого центра в Харькове, который занимался отправкой офицеров-добровольцев в Добровольческую армию из города, занятого немцами и петлюровцами. Эта деятельность была высоко оценена командованием Добровольческой армии, и фон Лампе это время было зачтено как пребывание в рядах армии.

В конце августа 1918 г. подполковник фон Лампе прибыл в Добровольческую армию для активной борьбы с большевиками. На тот момент в армии уже находилось значительное количество генералов и штаб-офицеров, некоторые из них поступали в строевые части на положение простых солдат, другие ожидали соответствующего назначения. 7 сентября 1918 г. подполковник фон Лампе был зачислен в резерв чинов при Главнокомандующем Добровольческой армией. Пребывая в резерве чинов, фон Лампе редактировал екатеринодарскую газету «Россия» (до 2 декабря 1918 г., затем «Великая Россия»).

В январе 1919 г. фон Лампе, наконец, дождался должности – он был назначен начальником оперативного отделения штаба Добровольческой армии (с 23 января 1919 г. Кавказской добровольческой армии). Весной 1919 г. фон Лампе был произведен в полковники и назначен старшим адъютантом управления генерал-квартирмейстера указанной армии.

Летом 1919 г. фон Лампе исполнял обязанности генерал-квартирмейстера Кавказской армии и ожидал своего утверждения в этой должности, однако тогдашний генерал-квартирмейстер штаба Главнокомандующего ВСЮР Генерального штаба генерал-майор Плющик-Плющевский настоял на том, чтобы назначен был другой офицер, имеющий более значительный стаж пребывания в чинах. Назначение другого офицера обидело фон Лампе, а пассивность в этом вопросе его непосредственных начальников генералов Врангеля и Шатилова, способных преломить ситуацию в пользу фон Лампе, сильно задела. Утомленный организм полковника не смог противиться инфекции, и 12 июля 1919 г. фон Лампе свалился с брюшным тифом. Болезнь протекала тяжело, лишь забота супруги смогла уберечь полковника от смерти.

Выздоровление было долгим, фон Лампе много времени проводил в постели, вспоминал прошлое, думал о будущем. С новой силой в нем проснулась обида на то, что его обошли при назначении на должность генерал-квартирмейстера. В эти дни он записал в своем дневнике: «Дальнейшую свою судьбу я не решил, но едва ли пойду в резерв – неловко участвовать в возрождении России лишь “редактором” – но меньше штаба армии я служить не хочу, т. к. хочу жить с семьей – во всяком случае мой разговор с Плющевским, вместе с руганью с ним, будет и решением дальнейших вопросов»16.

25 августа 1919 г. фон Лампе записал в своем дневнике – «Ровно год тому назад я явился генералу Алексееву, прибыв [в] Добровольческую армию. Я был 62-м офицером Генерального штаба – как теперь все изменилось! <…> Итак, завтра второй год моего фактического пребывания в армии, а по приказам я уже 17 месяцев, а армия существует 21, т. е. я пропустил 4»17.

14 сентября 1919 г А.А. фон Лампе был назначен старшим адъютантом (начальник оперативного отделения) Управления генерал-квартирмейстера штаба войск Киевской области. Свое назначение полковник встретил с удовлетворением, хотя и не преминул высказать в дневнике язвительные комментарии в адрес начальника штаба. Особую радость назначению высказала жена полковника. После отпуска в Харькове фон Лампе прибыл в Киев 15 октября 1919 г.

Часто утверждается, что А.А. фон Лампе являлся сотрудником «АЗБУКИ», но из его дневника сделать такой вывод кажется невозможным. Несомненно, что Шульгин был близко знаком с нашим героем и часто с ним общался, но лишь 15 октября 1919 г. сделал ему предложение стать сотрудником «АЗБУКИ» и членом Национальной комиссии18.

Ситуация под Киевом, да и на фронте в целом была тревожной. Превосходящие силы Красной армии постепенно брали верх над добровольцами. Желая избежать окружения, командующий войсками Киевской области генерал от кавалерии А.М. Драгомиров приказал оставить город. Эвакуация была плохо организована. Перед оставлением города к фон Лампе явился глава «АЗБУКИ» В.В. Шульгин. Ему не нашлось места в спецпоезде, и он планировал отступать пешком с винтовкой на плече.

Выбравшись из-под удара большевиков, генерал Драгомиров стал искать виноватых в своем штабе. Одним из них стал А.А. фон Лампе. В результате разговора на повышенных тонах фон Лампе был обвинен в дряблости при общении с подчиненными и неспособностью донести до них распоряжения Драгомирова19. После обвинения в некомпетентности А.А. фон Лампе подал рапорт генерал-квартирмейстеру штаба войск Киевской области об освобождении от должности и зачислении его в резерв по болезни. Этот рапорт его непосредственным начальником был оставлен без внимания, и уже 21 декабря 1919 г. фон Лампе вошел в состав комиссии по ликвидации дел штаба войск Киевской области.

Как опытный офицер Генерального штаба, А.А. фон Лампе понимал, что борьба с большевизмом приближается к концу, слишком неравны были силы противников. 28 декабря 1919 г. фон Лампе записал в своем дневнике: «Итак, надо прийти к выводу – наше дело проиграно. Неужели России нужен большевизм, неужели ж идея национализма побеждена идеей интернационализма…»20

К началу 1920 г. фон Лампе оказался вместе со своей семьей в Одессе. Командующий войсками Новороссийской области генерал-лейтенант Н.Н. Шиллинг очень обрадовался прибытию фон Лампе. Он сразу же был привлечен в рабочие комиссии по обороне города. 3 января 1920 г. фон Лампе предложили должность начальника штаба Гвардейской дивизии, через несколько дней ему предложили должность начальника отдела пропаганды штаба обороны Одесского района, но он от нее отказался, а уже 7 января ему предложили должность командира 1-го Сводно-гвардейского полка, которую он решил принять21. Пока осторожный полковник взвешивал все «за» и «против» своих назначений, начальник штаба командующего войсками Новороссийской области 10 января 1920 г. своим приказом командировал фон Лампе в распоряжение константинопольского представителя ВСЮР генерал-лейтенанта В.П. Агапеева.

Несколько дней ушло на подготовку соответствующих документов для выезда. Уже 12 января 1920 г. семья фон Лампе поднялась на борт парохода, идущего в Константинополь. В этот день Алексей Александрович записал в своем дневнике: «Со слезами на глазах смотрел на Россию, постепенно скрывающуюся из глаз. Неужели же навсегда и начинается эмигрантский период жизни. Не дай Бог!»22

На чужбине

19 января 1920 г. фон Лампе прибыл в Константинополь, представился генерал-лейтенанту В.П. Агапееву, военному представителю ВСЮР при Союзном командовании в Константинополе, и даже отправил с оказией свой первый рапорт в Одессу. Начался константинопольский период в жизни полковника. Из Крыма приходили разные вести и инструкции. Фон Лампе вел переговоры с румынским военным представителем о возможности отступления частей генерала Н.Э. Бредова в Румынию. Несмотря на согласие союзников, румыны так и не разрешили проход белых на свою территорию.

В конце февраля вышедший в отставку генерал Врангель прибыл в Константинополь. Среди встречавших его лиц был и полковник фон Лампе. Менее чем через месяц генерал Врангель был вызван в Крым срочной телеграммой Деникина. Утром 22 марта Врангель прибыл в Севастополь. На Военном совете генерал Врангель был избран новым главой ВСЮР. В тот же день прежний глава ВСЮР отбыл в Константинополь. В турецкой столице тем временем произошло одно происшествие – в здании русского посольства был убит Генерального штаба генерал-лейтенант И.П. Романовский – один из ближайших сподвижников генерала Деникина. После прощания с телом Романовского Деникин покинул Константинополь, а представитель ВСЮР генерал Агапеев был снят Врангелем за неспособность обеспечить безопасность Деникина и его окружения. Фон Лампе рассчитывал занять место Агапеева, но вместо последнего был назначен Генерального штаба генерал-лейтенант А.С. Лукомский23. Опять наш герой оказался из всех претендентов наиболее младшим по званию и не получил назначения. Пребывая в Константинополе, фон Лампе надеялся получить скорое назначение в штаб одного из корпусов Русской армии (так с 28 апреля 1920 г. назывались ВСЮР), но время шло, а назначения все не было. Между тем генерал Лукомский привлек фон Лампе к деятельности Комитета по делам беженцев. Исполняя поручения, Алексей Александрович несколько раз посещал русских беженцев на Принцевых островах.

Наконец в середине июля 1920 г. фон Лампе получил назначение в Берлин. Из Константинополя фон Лампе отправился в Ниш, затем в Белград и в Австрию. 23 июля 1920 г. семья фон Лампе отправилась из Вены в Прагу и лишь 3 августа прибыла в Берлин. В столице Германии фон Лампе должен был принять должность Военного представителя Главнокомандующего Русской армией и главы Русской делегации по делам военнопленных и беженцев в Берлине. До приезда фон Лампе обе должности занимал Генерального штаба генерал-лейтенант И.А. Хольмсен. Таким образом, фон Лампе должен был сменить Хольмсена, в эти дни он записал в своем дневнике: «Очень мне неприятно высаживать Хольмсена, но надо сделать и это…»24 Ситуация осложнялась и тем, что Хольмсен и фон Лампе были однополчанами и служили в Лейб-гвардии Семеновском полку, т. е., как говорили в то время, принадлежали к «семеновской семье». Рокировка должна была вызвать в среде военных много кривотолков; понимая это, фон Лампе с горечью записал: «Я думаю, что тщательно охраняемая мною моя репутация, увы, утрачена навсегда»25.

4 августа 1920 г. фон Лампе отправился с визитом к Хольмсену. В ходе длительного разговора семеновцы поладили и договорились о передаче должности. Правда, Хольмсен попросил фон Лампе не спешить и провести передачу дел постепенно, на что последний дал свое согласие. Однако вскоре выяснилось, что Военный представитель Русской армии в Париже генерал-лейтенант Е.К. Миллер, занимавший главенствующее положение среди всех Военных представителей, приказал Хольмсену приостановить передачу дел. Опять злой рок помешал фон Лампе занять приличную должность…

Опять оказавшись в подвешенном положении, фон Лампе стал заваливать рапортами штаб Врангеля. Наконец 1 сентября 1920 г. телеграммой генерала Лукомского Военный представитель в Дании Генерального штаба генерал-майор С.Н. Потоцкий вызывался в Крым, а на его место назначался полковник фон Лампе. 17 сентября 1920 г. семья фон Лампе выехала в Копенгаген. Алексей Александрович с сожалением покидал Германию и, вероятно, не думал, что опять в нее вернется.

Прибыв в Копенгаген, фон Лампе отправился к Потоцкому, который ввел его в курс дел. Вслед за этим фон Лампе нанес визиты официальным датским лицам и видным представителям русской диаспоры. 23 сентября 1920 г. фон Лампе был принят вдовствующей императрицей Марией Федоровной, проживавшей в Копенгагене, а позже и великой княгиней Ольгой Александровной. Находясь в Копенгагене, фон Лампе начал регистрацию всех находящихся в стране русских офицеров и стал побуждать их к отбытию в Русскую армию. В отличие от соседней Финляндии желающих сражаться с большевиками набралось немного, и фон Лампе с горечью шутил, что скоро у него наберется больше желающих ехать в Крым датчан, чем его соотечественников-офицеров.