Однажды в Птопае. Книга 1

«Просит прощенье?» – думал Артур.

Хенрик спросил с едва уловимой насмешкой. – Понравилось?

–– Что вы имеете в виду, мой принц? – откликнулась Лукреция, стараясь не встречаться с ним взглядом. Он, в свою очередь, наклонялся губами к её уху и при этом стискивал ей пальцы рук.

–– То чудесное приключение на столе…

Боска прикусила губу.

–– Скажи, ведь я был неплох?

–– Вы были отвратительны. Пускали слюни, пёрли, как бык рогами на тореро: куда попало – лишь бы убить. И закончили слишком быстро,– ответила «воспитанная» фрейлина, которая хоть и не имела сексуального опыта до «приключения на столе», неплохо разбиралась в теории.

–– Вот как! – принц натянуто улыбнулся.

Музыка закончилась. После обоюдных поклонов, красный Хенрик отвёл Боску к столику с напитками и вернулся к мамочке. Артур сделал короткую письменную пометку: «Хенрикус Эрлинг, танцуя, казался смущённым… видимо сказывалось отсутствие опыта близкого общения с женщинами…»

–– Как прошло? – с улыбкой спросила Элишия.

–– Стерва…, – пропыхтел его Высочество.

–– Пригласи на следующий танец вон ту блондиночку…

–– Мама! А можно я решу сам! – чуть не завопил сынок.

Клаус довольно легко прошёл через охрану гостиницы и все прочие караулы. (Могла же одна из потенциальных невест приехать издалека заранее и переночевать в комнате для гостей, в ожидание бала?)

Клаус отлично знал планировку дворца и процедуру данного мероприятия. Ему не составило труда пройти в комнату, отведённую для невест (она была пуста) и оттуда перейти в малый бальный зал. Выглядело так, будто одна из избранниц на минутку отлучилась по какой-либо надобности и тут же вернусь назад.

Почти сразу фаворита пригласили на танец.

По счёту это был уже третий и Хенрик танцевал его опять с Боской. За время второго танца он придумал несколько уничижающих реплик для Лукреции и теперь собирался их высказать.

Как только зазвучала музыка, он с ехидством спросил. – Тогда зачем припёрлась? Хочешь стать королевой?

Боска ответила. – С вашей стороны это может быть самое малое во искупление вашей вины передо мной… С моей: я вас не хочу, ни как супруга, ни как любовника… Поэтому, пожалуйста, ни в коем случае не выбирайте меня своей королевой!

Хенрик позеленел. Если бы он мог, он бы убил её прямо сейчас!

–– Оставалась бы дома – оплакивать свою непорочность!

–– Я – послушная дочь. – кратко ответила Луки.

В толпе гостей стоял злющий презлющий Лутиан Боска. А в двух метрах от него стоял Рюйодзаки, дабы, если что – вовремя пресечь мстительные поползновения папаши в отношении насильника его дочери. Мимо проносились танцующие пары. Рюй выхватил взглядом один очень знакомый силуэт, облачённый в белое платье невесты, и стал вглядываться в его грациозные и профессиональные «па»

«Клаус! Чтоб тебя!» – подумал Рюй.

Хенрик тоже узнал фаворита. Он перехватил направленный на себя взгляд сияющих зелёных глаз над вуалью, мигнул и через минуту сообразил, что под белым платьем одной из танцующих леди скрывается кое-кто очень, очень знакомый! Он невольно засмеялся. Боска с лёгким удивлением округлила глаза: ей казалось, что она была серьёзна в разговоре и не дала повод для смеха!

Танец закончился.

Воодушевлённый Хенрик почти сразу бросил Лукрецию чуть ли не посреди зала и помчался к трону.

–– У тебя поднялось настроение? – заметила Элишия.

–– Да, мама… Я вдруг нашёл смысл в этом действии!

–– Кто будет следующей? Не уделяй внимание только одной девушке. Присмотрись к остальным.

–– Хорошо,– с приятной улыбкой легко согласился Хенрик.

Как только объявили очередной танец, он спустился с тронного возвышения и на всех парусах целеустремлённо помчался к Клаусу.

Теперь все взгляды были устремлены на первую танцующую парочку. Хенрик улыбался от уха до ужа, его партнёрша – крупная, но изящная и гибкая, загадочно пряталась под полупрозрачным шифоном.

«Любит брюнеток», – с неудовольствием думала Элишия, которая и сама была естественной блондинкой и сыночку передала столь невероятно редкий генетический компонент.

«Слишком высокая для него», – мысленно искала королева недостатки в новой партнёрше Хенрика. Кто она? Танцует даже слишком хорошо…

–– Сальваторе…, – позвала Элишия.

Распорядитель склонился в глубоком поклоне перед троном.

–– Узнай, кто эта огромная девица…, чья она дочь!

Танец закончился.

Зал, сильно впечатлённый грацией Клауса, разразился аплодисментами.

Хенрик не вернулся к матушке. Он отвёл свою партнёршу в уголок, где со всеми этикетными ужимками посадил её на мягкий стульчик, и остался стоять рядом.

Клаус через вуаль показал ему язык, тихонько потянул подол платья наверх и продемонстрировал белые женские туфли… далеко не дамского размера. Хенрик было хохотнул, потом опомнился и задавил смех на корню.

Подбежал лакей с подносом. Принц взял с подноса бокал с соком и учтиво передал своей партнёрше по танцу. Клаус жестом и выразительными круглыми глазами изобразил, что не может снять вуаль. Его Высочество понимающе кивнул, и… наклонился, загораживая торсом таинственную незнакомку от любопытных взглядов окружающих. Прошипел. – Быстро пей!

Клаус поднял вуаль и в три приёма заглотал сок.

–– Мой, Клаус, как ты додумался до такой шалости? – с воодушевлённой улыбкой спросил наследник.

–– Я соскучился, – кокетливо ответил фаворит.

–– Тогда потанцуем только вдвоём? – спросил Хенрик и подмигнул.

Наследник распрямился, щелчком подозвал одного из помощников распорядителя и прошептал ему на ухо несколько слов. Тот вдохновенно мотнул головой и умчался сначала к главному распорядителю, затем к оркестру передать заявку на музыку.

Через пару минут прозвучал мощный и торжественный голос Сальваторе. – Танец его Высочества-а!

–– Пойдём, – Хенрик подал руку своей партнёрше. – Повеселим народ.

Хенрик и замаскированный Клаус вышли к центру зала и встали в позу.

–– Только не урони меня, – посмеивался его Высочество.

Зазвучали первые такты менуэта Шлиса. Чинно держась за руки, Хенрик и Клаус заскребли ножками по паркету, и начали серию приседаний и подпрыгиваний. Всё было очень пристойно и скучно.

Элишия едва сдержала зевок – предстояло целых десять минут смотреть, как сынок и его партнёрша раскланиваются и кружатся.

Вдруг… музыка остановилась. Хенрик и дева тоже замерли, и через пару секунд тишины… грянул КАНКАН!

Её Величество подпрыгнула, выкатила очи и вцепилась руками в подлокотники кресла.

Шокированная публика разом оглохла, а затем и ослепла, поскольку под платьем у Клауса не было панталон!

Высоко задирая пышные юбки бального платья, кое должно было символизировать чистоту и невинность и, взбрыкивая мышечными ногами, Клаус демонстрировал гостям мужские … стринги и голый зад! При том сам танец исполнялся весьма профессионально!

Кое-кто из присутствующих стал чуть подпрыгивать и притоптывать. По лицам дев, в том числе и невест, было видно, что они и сами готовы сорваться в безудержный пляс.

После взбрыкиваний ногами и наклонов с показом «филейной части» пошла череда акробатических поддержек. Причём дама поддерживала Хенрика. Что было логично, поскольку партнёрша визуально казалась крупнее наследника и, как оказалось, сильнее! Прекрасная дева в вуали легко переворачивала, вращала и подкидывала принца, демонстрируя совсем не женскую силу мышц!

Зал отвечал свистом и хохотом.

На заключительном этапе канкана, незнакомка легко исполнила коронное вращение и села на шпагат!

Зрители взорвались овациями.

Королева догадливо стукнула кулачком по подлокотнику.

–– Ваше Величество…, – распорядитель Сальваторе Алонго склонялся перед ней в вежливом поклоне. – Эта девушка…, – Сальваторе близко наклонился к Элишии и прошептал ей несколько слов на ухо.

–– Да знаю, знаю! – прошипела королева.

Несколько минут назад бедный Клаус был наконец-то узнан Сальваторе… и не только им! В зале уже откровенно смеялись и возбуждённо переговаривались…

–– Ты узнан, – смеясь, сказал Хенрик своей кукле.

–– Вы же спасёте меня, мой принц, – Клаус капризно надул красивые, сильно накрашенные губы.

–– Попробую! – Хенрик сверкнул глазами и помчался к Элишии, которая с напряжённым лицом уже начала приподниматься с сиденья трона. В три прыжка он преодолел ступеньки тронного возвышения и плюхнулся на своё место. Мать тоже села.

Клаус один одинёшенек в центре зала, снял вуальку и остался ожидать приговор.

–– Что за хаос ты устроил здесь со своим любовником! – злобно просипела королева.

–– Разве не весело! – с готовностью откликнулся принц. – Твоё скучное мероприятие заиграло новыми красками. Смотри, они довольны! Он просто пришёл немножко развлечь общество. Воспринимай это, как небольшой театральный эпизод. Если его сейчас схватят, и избавь Мирозданье, разденут и накажут (!) согласись – станет немного грустно. Скажи им, что ты знала обо всём с самого начала и задумала это, дабы немножко разрядить обстановку. Прикажи ему спеть.

Это было разумно. Элишии конечно не нравилось, что Хенрик указывает ей дальнейшие действия, но с другой стороны, она в который убедилась, что её драгоценный сын умён и изворотлив. Отличные качества для будущего короля!

Несколько минут королева молчала, потом, не вставая с места, стала аплодировать. Громко сказала. – Ты прекрасно справился со свое ролью, мой милый Клаус! Роль шута тебе подходит не меньше чем роль фаворита! – и пояснила – Мы нашли артисту новую должность при дворе.

Клаус присел в изысканном реверансе. Зал с явным облегчением разразился аплодисментами.

Элишия наклонилась к Сальваторе и тихо приказала. – Пусть поёт… мерзавец…

Алонсо помчался сначала к Клаусу, потом к оркестру.

О голосе Клауса были хорошо наслышаны, но, увы так как оперная карьера певца закончилась едва начавшись, большинству присутствующих так и не довелось оценить талант Тигера.

Фаворит, танцор, певец, а теперь ещё и дворцовый шут Клаус Тигер стоял в центре пустого зала – одинокий и прекрасный.

Зазвучали вступительные такты арии Милы из оперы Гринальди Крузейро «Война магов». Клаус начал петь. Его, слишком высокий для мальчика голос, волшебными переливами заполнил зал, и уши очарованных людей.

У стены, не видя Клауса, но прекрасно слыша его, стояли рядом Артур Кэрроу и Тецуй Рюйодзаки. Глаза Рюя были закрыты, из угла правого вкрадчиво скользнула одна единственная слеза. Его Клаус неотвратимо ускользал. Вопреки надеждам Тецуя, он оставался и во дворце, и при Хенрике. Тецуй даже пальцем не сможет его тронуть… нигде… никогда… ни на самый кратчайший миг…

Ария закончилась к неудовольствию слушателей слишком быстро. Расслабленная и очарованная Элишия, стала аплодировать первой. Бальный зал заполнился овациями восторженных гостей. Клаус немного смущённый и уже забывший, как приятно приобретать фанатов, бесконечно и благодарно кланялся.

–– Может, отпустим его в оперу? – с надеждой и невольной просительной интонацией проговорила Элишия.

–– Он мой! – Хенрик упрямо сжал губы.

–– Ты загубишь его…, – вздохнула её Величество.

–– Матушка, я определился с выбором невесты! – быстро сменил Хенрик тему.

–– Вот как?! Кто же?!

–– Хочу Лукрецию Боску!

–– Точно она?

–– Да, несомненно!

Выбор Хенриком Лукреции основывался на… чувстве мести… Строптивая дева должна быть наказана! Она не хочет его… так она получит то, чего не хочет! Хенрик горел желаньем как можно быстрей начать дрессировку своей будущей жены. Элишию выбор сына тоже вполне устраивал. Лутиан Боска успокоится, наконец, и станет ручным. А сама Луки оставит все поползновения в сторону Шитао. Может и не плохо, что Хенрик уложил её на стол!

.

глава 28

Карнавал!

Шитао проснулся в час дня. Прошлую ночь он был на ночном патрулировании в компании двух рядовых: Сергея Воронова и Пак Мин Вона. Дежурство прошло относительно спокойно. В предпраздничную ночь люди отсыпались и копили силы для следующих суток, когда начнётся карнавальный марафон.

Вставать молодой Хо не торопился. Тянулся, тёр глаза, ворочался под одеялом.

На полу у кровати лежал поднос, на нём два свёртка: подарки от отца и Лефиана. Сегодня Шитао исполнялось двадцать лет. День рожденья он не праздновал, но подарки получал каждый год.

Рядом с подносом стояла глубокая коробка из прония. В неё положили подстилку, бросили несколько пучков травы и временно поселили Тьян Су, которая оказалась очень недовольна этим вопиющим обстоятельством! У Дзюна она передвигалась относительно свободно и даже предпринимала путешествия по тайным ходам своих недрессированных сородичей.

Время от времени возмущённым писком крыса напоминала, что не привыкла к заключению!

–– Ладно, ладно…, – Шитао повернулся от стенки к краю, высунул из-под одеяла руку и забрал Тьян Су из коробки к себе в кровать.

–– Идти или не идти? – спросил он грызуна, почти как Гамлет.

(Нетленная трагедия Шекспира пережила эпохи, катаклизмы и почти с неизменённым текстом дошла до нынешних времён. Шитао её читал.)

Тьян Су могла бы ответить: «Слышь, тебе что Дзюн сказал? Вот и топай туда, куда тебя послали! На карнавал, то есть!»

Шитао тихонько пробурчал. – А батя не пущает…

Крыса села столбиком у него на груди и уставилась на молодого человека, как всегда умственно отсталым взглядом: «Да ты-ж совершеннолетний с сегодняшнего дня!» – мысленно возмутилась она.

–– Точно! – молодой Хо щёлкнул пальцами.

Папаша завалил Закарию после полудня, а Шитао по словам отца, к тому времени уже родился и, значит, по всем подсчётам уже пошли часы его совершеннолетия! Он волен поступать самостоятельно! Ура!

–– Уговорила! Пойду, посмотрю в полглаза… Всегда хотел!

«Ну, слава Мирозданью!» – подумала Тьян Су и пошла бродить по одеялу. Именинник сел, спустил на пол ноги, наклонился и забрал свёртки с подноса. В свертке няня в прозрачной коробке был страшно дорогущий кусок натурального торта, а отец подарил ему тоже настоящие шёлковые белую рубашку и тёмно-синий стик. При виде их молодец немного смутился. Он такие не носил. Слишком с намёком на роскошь и аристократичность. Сердцу Шитао были много милее простые трикотажные футболки или кимоно…

Тьян Су залезла к нему на колени и чуть не повисла когтями на шёлке. Шитао свернул подарки и спросил её: «Одеть?»

«Да одень … чё ты… миленько смотрится…».

–– Ладно.

Он пересадил крысу назад в коробку, встал и начал одеваться. Дзюн не советовал одевать на тело проний и Шитао тоже склонялся к этой мысли…, но привычка защищать себя латами была так велика, что после пяти минут сомнений и раздумий он всё-таки натянул под рубашку лёгкий пронивый жилет – очень тонкий, эластичный и не стесняющий движений. Тьян Су стояла посреди коробки столбиком с явным осуждением во взгляде.

–– Мне лучше знать…, – строго сказал ей лейтенант Хо.

Одевшись, Шитао с удовольствием съел тортик. Крыса получила кусочек персика с его вершины. Пока ел – обдумывал маршрут. Собственно говоря, маршрут его побега на карнавал был известен. Молодой человек собирался на «Валун» к южным воротам «Луны», где Санчесы застолбили себе место для выступлений. Сначала Хо собирался увидеть выступление братьев и Нико во всём блеске, а позже он думал присоединиться к их весёлой компании, чтобы вместе посмотреть на бумажного дракона. Главное было незаметно слинять из родимого дома!

Это оказалось намного легче, чем Шитао думал. Любимый отче традиционно поминал Закарию крепкими спиртными напитками, а нянь пытался воспрепятствовать очередному суточному запою своего господина.

Шитао с горькой гримасой постоял у дверей комнаты отца и послушал их диалог.

–– Болеть завтра будете, – скорбел старик полу-эльф. – Вот я вам тазик сюда поставлю, не то постель облюёте…

–– Не маячь перед глазами… Уйди!

–– Вы только пьёте и не едите ничего…, а ну, кушайте…

–– Надоел…, – ворчал Тайбай…

–– Виданное ли дело… вторая бутылка пошла… а ну, как вас беспамятство накроет, а ну как с сердцем плохо будет… Каждый год одно и тоже! Когда же кончится!

–– Иди отсюда, не стони…, ты мне кто? Жена?

–– Не жена, само собой… так если не я, кто же вас остановит…

Шитао на носках отошёл от двери и побежал по лестнице вниз. Приблизительно похожие диалоги он слышал каждый год. И совершенно бесполезно было останавливать Тайбая от процесса погружения в пьяное бессознательное…

* * *

После почти трёх недель наказания, к Хенрику вернулись: Тецуй Рюйодзаки и любимая троица аристократов: Гектор, Яков и Фабий. Так же было получено разрешение матушки: покидать дворец, при условии, что за стенами его принц будет вести себя, как подобает отцу своего народа. То есть в определённых рамках приличия.

Для себя Хенрик перевёл наставленья Элишии примерно так: дозволялось смотреть на простонародное быдло, и даже немножечко с ним играть, но не дозволялось в процессе игры причинять быдлу сильные поврежденья физического свойства… при большом количестве свидетелей!

То есть если не очень большие повреждения и без свидетелей… то можно!

Свою первую долгожданную прогулку его Высочество приурочил к карнавалу! С собой естественно взял Рюя и всю его приютскую банду, которые стараньями Аристофера Сай Касси уже бодро ходили на своих двоих. Также с ним ехали друзья – аристократы, Клаус, и… Артур Кэрроу, который в этой тусовке оказался в первый раз.

Особой программы не было. Принц хотел, чтобы Тецуй показал ему Касперо и Нико, и заодно собирался полюбоваться на Артура, когда тот начнёт переживать по поводу своего рассекреченного любовника и скрытой мотивации Хенрика! Ну а дальше, согласно обстоятельствам. Если Нико окажется так хорош, как его описывал Рюйодзаки, то Хенрик собирался вернуться во дворец с этим трофеем и посмотреть, как опять же корчится в муках Артур, а если нет, то его Высочество хотел подняться на какой-нибудь холм и там посмотреть на карнавал.

Элишия не могла воспрепятствовать планам Хенрика потому как каждый год в «День усекновения главы Закарии» её посещал странный недуг. С утра у неё начиналась головная боль, к полудню уже ломило всё тело, а к трём часам королева падала в обморок, в коем и находилась до следующего утра. Такую цену королева платила за обладание магической шкурой.

К моменту материнского обморока Хенрик со товарищи спустились с Венечного холма и на скутерах погнали по Низине на запад. Это была лучшая тактика передвижения. К празднику народ дружно взбирался на холмы, толпами затопляя улицы Ступеней и оставляя улицы под мостами пустыми и тихими.

Касперо оказался закрыт. Его трап был поднят, окна безжизненно темны. Тецуй не учёл, что Санчесы тоже могли отправиться погулять. Его банда погоняла вокруг самолёта на скутерах и тем всё закончилось. На лице Хенрика выражение радостного предвкушения сменилось злобной досадой. Тем более что Артур не снял шлем и не продемонстрировал своё несчастное лицо. (В дороге принц уже было размечтался, как его личный историк-информатор будет фиксировать первый любовный опыт Нико с Хенриком…)

Артур под шлемом был буквально перекошен от ужаса.

Ещё когда они отъехали от Венечного холма и взяли курс на Валун, он уже понял, куда направляется его господин, и в глубине души надеялся, что Санчесы вняли предупрежденью Клауса и перегнали самолёт в более секретное место.

Они не вняли… Касперо стоял на месте…

–– Куда теперь? – выкрикнул Тецуй.

Хенрик, сняв шлем и разглядывая странную конструкцию, прикидывал: куда теперь ехать веселиться. Ближайшим холмом был «Валун». А на Валуне эльфийское гетто… и вполне приличные Ступени. Карнавал там ничуть не хуже чем на любом другом холме.

–– Давай по Валуну погуляем…, – ответил он сквозь зло стиснутые губы. – Клаус, ты что такой тихий?! – крикнул он фавориту.

Клаус и вправду был тихий. Поездка к Касперо напомнила ему своё собственное недавнее приключение, участники которого, все как один и как ни в чём не бывало, присутствовали рядом.

–– На Валун, – приказал Тецуй ребяткам. Скутера развернулись и поехали в сторону холма по узким улочкам.

К этому времени Шитао уже добрался до Южных ворот Сай Ирджери, оставил скутер на стоянке – всё равно на нём нельзя было ехать через толпу, и пошёл искать помост Санчесов.

Площадь у южных ворот гетто была относительно просторная и помостов на ней установили к празднику достаточно много. Пока Шитао в поисках «своего» пробирался через толпу празднующих зевак, он успел увидеть несколько театральных сцен, танцы, декламацию патетических стихов, кои повествовали о славном подвиге его отца, и пение: от оперных арий до народных двусмысленных припевок. Всюду слышался смех и музыка. Нарядные люди в костюмах и масках бродили от помоста к помосту и от прилавков к прилавкам. Шитао в странном полу-эйфорическом состоянии с трудом плыл в этом залихватском океане. Адреналин бурлил в его крови. Он был без меча! И почти без прония на теле. Он ощущал себя непривычно незащищённым и потому сам себе казался переполненным новизной.

Помост Санчесов угадывался по ритмичному барабанному бою и воплям зрителей. Шитао еле-еле смог пролезть к нему через плотные заграждения из человеческих вибрирующих, хлопающих, содрогающихся тел.

До конца выступления он простоял около часа с открытым ртом. Одно дело тренироваться и вытаптывать «джингу», другое увидеть воочию работу мастеров! Шитао оказался преисполнен восторга. Он и сам не замечал, как вопил, подпрыгивал и аплодировал!

* * *

-– Придётся оставить скутера! – сказал Тецуй Хенрику.

По окраине они ещё смогли проехать в очень спокойном темпе, но чем ближе к центру, тем меньше оставалось свободного пространства и тем больше возмущённых взглядов получали скутеристы.

–– Оставим на стоянке у кабака… Потом вернёмся, заодно хлебнём стимулятора.

–– Ладно, – Хенрик кивнул. Спросил в свою очередь. – Когда «змеюку» по улицам потащат?

–– По сумеркам… где-то через час, – ответил Рюй. Можно сразу пойти на булыжную площадь, занять место. Там будет главное действие.

Хенрик раздумывал. Он хотел увидеть и шествие, и представление на площади.

Времени было семь часов. Бумажный дракон уже готовился выползти на улицы холма. Горожан костюмированных под Закарию было через одного.

–– Может и нам прибарахлиться? – внёс предложение Хокки Ют. Пальцем он тыкал в сторону вывески, коя услужливо предлагала приобрести карнавальные костюмы.

Хенрик разом пришёл в более хорошее расположение духа. Это была отличная мысль! Настолько замечательная, что его Высочество одарил Юта благосклонным взором. Вся компания заехала во двор ближайшего питейного заведения и оставила там скутера. В кабаке хлебнули пивка для разгона и отправились примерять костюмчики.

–– Клаус будет прекрасной девой! – хохотал в магазине Хенрик.

–– Я тоже хочу! – неожиданно взвыл Ют.

Хозяин магазина растерянно сообщил, что костюма подобного размера в лавке… наверное… нет. Мол, надо было заранее позаботиться о частном пошиве.

–– Тецуй, ты кем будешь? – веселился Хенрик.

Рюйодзаки смотрел, как Клаус натягивает корсет и потому вздрогнул в ответ на вопрос своего господина.

–– Я просто одену маску,– торопливо ответил Рюй.

Санчесы закончили выступление и собрали в толпе гонорар. Шитао стоял у края помоста – рядом с Антонио и с высоты своего роста следил, как шныряет в толпе маленький Нико.

–– Как тебе? – спросил Антонио, тоже отслеживая траекторию младшего.

–– Очень круто! – ответил Хо с искренним восхищением.

Раздвигая народ, из толпы вынырнул пикиньо, побежал к ним и заорал ещё из

далека. – Эй, трусы из прония! Отпустил папаша поглазеть на дракона?!

Антонио фыркнул. Шитао сдвинул брови.

Нико добежал, сунул брату чашку с деньгами и захохотал. – Ладно, ладно … не буду… Ты чё такой нарядный… Аристократ прям!

–– Он и есть аристократ! – засмеялся Антонио.

–– Неприлично тыкать в нос бедным людям всякими рюшками и кружевами! – без зависти съязвил малыш.

–– У меня именины…, совершеннолетие, – пробормотал Шитао оправдательным голосом.

–– Ва-ау!! – Нико вытаращил глаза. Антонио тоже изумился и хлопнул ученика по плечу. – Поздравляем!! – Завопил он. – С нас подарки!

–– Да не-е, не надо…

–– Ура! Гуляем! Напьёмся! – воодушевлённо орал Нико.

–– Ага…, – Антонио прищурился на пикиньо с явным сарказмом. Сказал. – Некоторые несовершеннолетние пойдут домой спать!

Он что-то углядел по ту сторону помоста и, пригнувшись, «ушёл» под настил. Сияющий Нико, показал его спине вскинутый средний палец и заговорщически подмигнул молодому Хо.

–– С меня подарок прям сейчас. Хочешь?

–– Хочу…

–– На словах… что не менее ценно! Короче… прошу прощенья! Прости! Понял? За тот раз на рынке. Больше драться не буду. Зуб даю!