Хозяин Аинлира

Даниэль, не в силах оторвать взгляд от этого грандиозного зрелища, вскочил на большой камень, крепко ухватившись за ствол дерева.

– М-да, впечатляет, – восхищенно присвистнул он, не в силах сдержать эмоций.

Спустившись по единственной извивающейся тропе, которая вела к замку, он чувствовал, как тишина вокруг становилась все более давящей. Он остановился, прислушиваясь к окружающим звукам природы, но ни одна птица не прервала тишину, ни одно животное или даже насекомое не издали звука. Все потому, что их тут просто не было.

– М-да, – снова произнес он, убирая мушкет в кобуру.

Пятнадцать минут он то поднимался, то спускался по сложному рельефу, пока, наконец, не оказался перед величественными коваными воротами замка. Он подошел ближе и, коснувшись толстых железных прутьев, попытался открыть их, но ворота оставались неподвижными.

– Есть тут кто-нибудь? – громко крикнул Даниэль, сложив ладони рупором, надеясь привлечь внимание. – Ау!

– Ну, чего орешь, – отозвался старческий голос, полный недовольства. – Иду!

Даниэль, удивленно открыв рот, узрел того самого старика, с которым встретился в поселении.

– Как вы… Вы же…

Старик, опираясь на свою палку, посмотрел на него с недоумением, словно видел его впервые. И отпер замок на еле приметной калитке в правой половине ворот.

– Заходи уже, разорался…

– Как вы здесь оказались, черт вас побери! – воскликнул Даниэль. – Вы же были там, – он указал куда-то назад рукой. Старик посмотрел на него, как на сумасшедшего.

– Ты чего приперся то?

– Что простите? – не понял Даниэль.

– А, – махнул старик. – Вспомнил…

Не обращая внимания на молодого человека, старик неторопливо направился к величественным стенам замка. Даниэль, нахмурив брови, следовал за ним, погруженный в размышления о том, как этот древний мамонт оказался здесь так быстро. Значит все таки дорога есть, но эти злобные крестьяне намеренно утаили от него эту информацию. Вскоре старик привел его к сторожевой башне, которая возвышалась над окрестностями, окруженная неприступной каменной стеной. Чтобы напасть на этот замок и захватить его, нужно было иметь недюжинную армию и смекалку – подумал Даниэль. Все эти сооружения выглядели как настоящая крепость, уставленная башнями для лучников, с тайными ходами и массивным оружием, готовым к защите.

Когда старик, с трудом отворив тяжелую кованую дверь и звеня связкой старых ключей, впустил Даниэля внутрь, тот сразу же заметил, что это место не раз подвергалось атакам. Некоторые стены были разрушены, словно их разрезали пополам, и они наклонились в стороны. В этой части царил беспорядок: тяжелые осадные орудия, сгруженные в один ряд, доживали свой век, повсюду валялись мешки с песком, старые повозки, камни и ведра для смолы. Все буквально кричало о помощи в срочном внимании и капитальном ремонте.

– Пойдешь прямо к тем воротам, там свернешь направо, поднимешься по лестнице и будет дверь. Увидишь, – сказал старик. – Я не пойду. Устал.

– Понял, – кивнул Даниэль.

Даниэль следовал указаниям, которые ему дал старик, и вскоре оказался перед главной дверью замка. Эти двери были высокими и массивными. Их поверхность покрывал рисунок какого-то сражения, наполовину отколотого и поврежденного. На каждой из дверей вместо ручек были величественные головы драконов, которые держали в своих зубах огромные кольца. Эти кольца и служили ручками, Даниэль, полон уверенности в своих силах, схватился за них обеими руками, представляя, как он с легкостью распахивает эти древние двери, за которыми его ждет удивительное приключение.

Однако, когда он потянул на себя кольца, то обнаружил, что просто так войти не получится. Он попытался снова, взявшись за одно из колец, но снова не добился успеха. Даниэль оглянулся, проверяя, не наблюдает ли кто-нибудь за его неудачами, и, немного смущаясь, просто постучал в дверь несколько раз. Спустя некоторое время она приоткрылась, и на пороге появилась женщина с добродушной улыбкой. Опять же Даниэлю показалось, что он ее где-то видел.

– О, проходите, господин Даниэль? Верно? Мы вас очень ждем, – произнесла она. Даниэль, ожидавший увидеть лишь пыль, крыс и пустоту, был приятно удивлён.

– Неожиданно, – произнес он, – замок и вправду жилой?

– Конечно! – воскликнула женщина, искренне удивляясь его вопросу. – Идемте, я вам все покажу. Можете звать меня Глория. Я здесь помогаю по хозяйству. Вы так долго добирались, что мы уже и не надеялись, что вы придете. Хозяин был бы очень расстроен.

– А где же господин Всеволод? Могу ли я сразу перейти к делу, по которому, собственно, и пришел? – спросил Даниэль.

– Молодой человек, не надо так торопиться, – ответила Глория с наиприятнейшим голосом. – Для начала отдохните немного, хотя бы часок, а после мы накроем стол. И вот тогда вы сможете поговорить с хозяином.

Даниэль, немного озадаченный, но и заинтригованный, решил не настаивать на своем. Он наблюдал, как Глория с легкостью открыла следующую дверь, и он вошел в очень красивую комнату. Стены которой были украшены старинными гобеленами с изображениями на разную тематику.

– А что, его все так называют? – с любопытством спросил он.

– Хозяином? – с легкой улыбкой ответила дама. – Мы привыкли так называть его.

– Понял, – кивнул Даниэль, переводя свой взгляд на Глорию. – Вы, кажется, предлагали мне отдохнуть?

– Да, да, – тут же согласилась она, маня его за собой легким жестом руки.

Они начали подниматься по лестнице, и Даниэль с удивлением заметил, что Глория не проявляет никакой усталости, несмотря на то, что они поднимались на второй этаж, затем на третий, четвертый, пятый, и, наконец, на шестой. Далее они прошли по узкому коридору, который освещали маленькие канделябры, и наконец подошли к единственной комнате в самом конце этого коридора.

– Вот, – с улыбкой произнесла Глория, указывая на дверь. – Ваша комната.

– Я так понимаю, что гости у вас редкость, – усмехнулся он.

– Да вы не подумайте, это хорошая комната, – ответила она, понизив голос до шепота. – Идемте, я покажу вам, что там.

Когда они вошли, Даниэль был поражен: его мнение об этом месте кардинально изменилось. Комната оказалась не просто хорошей, а восхитительной, с огромными панорамными окнами, из которых открывался потрясающий вид на утес и ту самую пропасть.

Подойдя ближе, он почувствовал, как по спине пробежала дрожь. Глядя вниз в бездну, он ощутил, как дух захватывает от мысли о том, что было бы, если бы стекло вдруг разбилось, и неосторожный шаг мог бы мгновенно поглотить его тело в туман.

Глория, с легкостью и грацией, тихо вышла за дверь, оставляя Даниэля наедине со своими мыслями. Он несколько минут стоял, погруженный в созерцание пейзажа за окном. Однако, вскоре его мысли вернулись к делу, ради которого он здесь оказался. Мужчина начал внимательно осматривать обстановку вокруг себя. Его взгляд упал на стены: некоторые гобелены были сняты, и это произошло совсем недавно. На стенах отчетливо выделялись следы от картин, которые когда-то здесь висели, оставляя после себя легкие отпечатки в виде бледных пятен.

Комната была наполнена свежестью, что сразу бросалось в глаза. Белье на кровати было поменяно, а рядом лежали мягкие тапочки. В шкафу он заметил несколько сюртуков, подходящих ему по размеру. На столике, аккуратно расставленные, стояли бутылка крепкого алкоголя, вино и хрустальные бокалы – это было неким призывом расслабиться. Однако Даниэль не был сторонником спиртного – он осторожно принюхался к содержимому бутылок и, слегка лизнув, проверил вкус. Никаких посторонних привкусов и запахов не ощущалось.

В комнате явно когда-то жили люди, и это было заметно по выцветшим потертостям на полу, небольшим отпечаткам пальцев на стекле и наполовину сгоревшим свечам, которые, похоже, просто забыли заменить. Это подтверждало слова Глории о том, что здесь действительно были гости. Хозяин явно любил эту комнату и с удовольствием предлагал именно ее для отдыха.

Даниэль, решив не упустить ни одной детали, встал на колени и начал тщательно обследовать пол. Для этого ему пришлось воспользоваться канделябром, чтобы лучше видеть. И вот, как будто в ответ на его усилия, его зоркий взгляд наткнулся… Вуаля! Длинный светлый волос лежал под туалетным столиком. Он осторожно поднял его, приглядевшись поближе, и, скрутив волос в маленькое колечко, положил в карман. Из всех жертв, только Люси обладала светлыми волосами.

Один единственный волос, найденный в комнате, не может служить достаточным основанием для обвинения Волконского. Всеволод легко сможет объяснить, как этот волос оказался здесь. Для того, чтобы подтвердить его вину, нужны более веские улики. В голове Даниэля мелькнула мысль: было бы неплохо попасть в прачечную или обыскать подвалы в этом замке. Кто знает, что могло бы отыскаться в их недрах?

Замок представлял собой настоящий лабиринт, полный комнат и коридоров. Обыскать все помещения за столь короткий промежуток времени было практически невозможно, особенно с учетом того, что никто не даст ему просто так бродить по этому месту и разнюхивать. Час пролетел незаметно, и когда в дверь постучали, Даниэль, в это время рассматривающий страницы книг в надежде обнаружить какие-либо пометки или записки, быстро убрал руки за спину.

– Войдите! – громко произнес он, держа книгу за спиной. Дверь открылась, и в нее вошла Глория, все с той же доброй и приветливой улыбкой на лице.

– Ужин готов, – произнесла она.

– Хорошо, – ответил Даниэль, положив книгу на столик. Он потер ладони и, вздохнув, направился к Глории.

Они спустились на третий этаж, свернули направо, прошли по невероятно длинному и широкому коридору. Даниэль не мог не задаться вопросом, для чего нужны такие огромные масштабы? Потолки были настолько высокими, что, если смотреть вверх слишком долго, голова начинала кружиться от ощущения бесконечности пространства.

Комнаты поражали своим размахом: они были широкими и просторными, а окна – большими и панорамными, пропускающими свет и открывающими великолепные виды на окружающие пейзажи.

Глория остановилась у внушительной двери, и Даниэль вновь обратил внимание на ручки, выполненные в виде драконов. Судя по всему, это был не просто элемент декора, а символ, олицетворяющий фамильный герб или что-то подобное. Когда они вошли в просторный зал, Даниэль на мгновение замер от восхищения. Комната обладала округлой формой, в центре которой располагался массивный дубовый стол. У стены красовался камин, яркое пламя которого отчасти освещало помещение. С куполообразного потолка, украшенного сложными и загадочными рисунками, свисала роскошная люстра, усыпанная свечами и хрусталем, которые искрились и переливались, очаровывая каждого, кто имел честь побывать в этом прекрасном месте.

В этом зале, помимо Глории и Даниэля, не было никого. Однако стол был накрыт для двух персон, и аромат свежеприготовленного мяса, щекотал обоняние Даниэля, вызывая аппетит. Глория, заметив его замешательство, с виноватым выражением на лице произнесла:

– Прошу прощения за моего хозяина. Он немного задерживается.

– Ничего страшного. Я подожду.

Глория кивнула и, покинув зал, оставила его в одиночестве.

Даниэль, не в силах устоять перед любопытством, начал неспешно обходить стол. Его шаги эхом раздавались по комнате, теряясь под купольным потолком. Он внимательно осмотрел старинный стол, который, судя по всему, пережил множество лет и, вероятно, служил не одному хозяину. Присмотревшись, он заметил странные следы, которые, казалось, были тщательно скрыты скатертью. Эти повреждения напоминали следы от огромных когтей, оставленных на поверхности.

Он также заметил, что подобные следы были видны и на полу, и даже на стенах. Интересно, какой предмет или оружие могло оставить такие отметины.

Подойдя к камину, Даниэль остановился, чтобы внимательно рассмотреть фарфоровые фигурки, которые были выставлены на полке. Эти фигурки изображали девушек, каждая из которых была уникальна и обладала своей красотой. Их было всего пять, и они были расположены в определенном порядке: первой стояла брюнетка, за ней следовала шатенка, затем снова брюнетка, затем блондинка, а чуть в стороне, отделенная от остальных, находилась шатенка. Это какая-то шутка? Нахмурившись он протянул руку, чтобы прикоснуться к пятой фигурке, но в этот самый момент дверь распахнулась, и в комнату вошел Всеволод.

Уверенной походкой он направился к Даниэлю и протянул ему ладонь для рукопожатия.

– Прошу простить мое невежество, – голос его был низким, а взгляд уверенным и даже немного надменным. – Возникли некоторые сложности в дороге.

В ответ Даниэль крепко сжал ладонь Всеволода, который оказался немного выше и крупнее его. Их рукопожатие было уверенным и сильным.

Всеволод, окинув Даниэля строгим, наблюдательным взглядом, предложил ему сесть за стол.

– Охотились? – спросил Даниэль, усаживаясь на стул и принимая удобное положение.

– Можно сказать и так, – ответил Всеволод.

– И как? Успешно? – поинтересовался Даниэль.

– Не в этот раз, – произнес князь, слегка коснувшись своего плеча, когда придвигался к столу. – Как добрались?

– У вас действительно проблемы с дорогами, – приподняв брови, с улыбкой, ответил Даниэль. – И с прислугой.

Князь с легкой улыбкой на лице оценил остроумие своего собеседника.

– Надеюсь, вы не против оленины? – расслабленно устраиваясь за столом, спросил Всеволод.

– Сегодня не откажусь, – Даниэль, приподнял рукава и с аппетитом начал трапезу. – М-м, это просто великолепно! – воскликнул он, наслаждаясь вкусом мяса.

– Благодарю, – отрезая кусочек и отправляя его в рот, Всеволод как бы невзначай поинтересовался. – Как продвигается ваше расследование?

– Пока что, к сожалению, без особых успехов, – честно признался Даниэль, – но я настроен решительно и не собираюсь сдаваться. Скажите, как долго вы здесь живете? Должно быть, непросто управляться с таким большим замком, – продолжал он, поглядывая на Всеволода.

Князь приподнял бровь, услышав эти вопросы.

– Управляться? – переспросил он. – Вы же сыщик, неужели не заметили, что за участком и большей частью помещений не присматривали на протяжении сотни лет?

– М-да, – согласился Даниэль, не отрывая взгляда от своего собеседника. – Я действительно заметил это. Очень жаль, что такая архитектура приходит в упадок.

Всеволод вытер губы салфеткой и, задумчиво глядя на Даниэля, отпил немного вина.

– Ничто не вечно, к сожалению, – произнес он с легкой ноткой разочарования.

– С этим я полностью согласен, – ответил Даниэль, повторив один из вопросов: – Так сколько же лет вы здесь живете?

– Двадцать пять лет, – без колебаний ответил князь.

– А ваши предки? Они тоже жили здесь?

– Мои предки построили этот замок, – сказал Всеволод, глядя на вино в бокале. – Когда-то мой род был могущественным и влиятельным. Но, как мы уже заметили, ничто не вечно.

– Расскажите о своей семье, если это не является тайной, – попросил его Даниэль, искренне заинтересовавшись. Всеволод вздохнул и, словно погружаясь в воспоминания, ответил:

– Это очень долгая история, и в двух словах ее не расскажешь. Но если вы так настаиваете и это может помочь вам в вашем расследовании, тогда я скажу, что мои предки, славяне, владели всеми этими землями от Борвеша до Уортрона. – Всеволод многозначительно посмотрел на Даниэля, продолжая: – Они пережили множество войн и угнетений, но все мы, несмотря на трудности, сохранили свою честь и достоинство.

– Весьма увлекательно, особенно когда речь заходит о чести. Вы когда-либо размышляли, о чём думают похитители, когда они встречаются со своей жертвой? Я много чего повидал, хотя мой опыт не так уж велик, – сказал Даниэль, продолжая наслаждаться олениной. Он даже слегка улыбнулся Всеволоду, который внимательно за ним наблюдал. – Не хочу показаться хвастливым, но мне удалось раскрыть множество дел и спасти немало душ. Каждый раз, когда я иду по следу очередного убийцы, должен признаться, я испытываю к нему некоторое уважение. Но это чувство длится недолго, пока он не совершит ошибку, понимаете? Например, оставит след или какую-то подсказку. И когда он попадается, когда оковы застегиваются на его кровавых руках, я смотрю в его глаза и понимаю, что передо мной всего лишь жалкое создание с израненной психикой и не более.

– Я понимаю, что, возможно, для вас я выгляжу врагом, – произнес Всеволод, – Но позвольте задать вам вопрос: не кажется ли вам, что обвинять человека без суда и следствия во всех грехах – это немного эгоистично?

– Никто вас не обвинял. По крайней мере, пока, – ответил Даниэль, акцентируя внимание на заключительном слове. Всеволод коротко усмехнулся и качнул головой. Допив вино, он поставил бокал на стол и умело отрезав кусок мяса, отправил его в рот. Прожевав, он спросил:

– А вы когда-либо размышляли о том, кто на самом деле создал человечество?

– Хм, это скорее риторический вопрос, чем философский. Бог создал мир и человека, а человек натворил множество дел, – ответил Даниэль, вытирая руки салфеткой. – Но к чему, собственно, этот вопрос?

– Вы пытаетесь найти логику в преступлениях тех, на кого охотитесь, а меня мучают совершенно другие вопросы. Если человека создал Бог, то кто же создал…

Всеволод замолчал, словно обдумывая и подбирая слова. В воздухе повисло напряжение, и Даниэль почувствовал, как его интерес к разговору возрастает.

– Возможно, – продолжил князь, – есть еще кто-то другой, кто создал нас, людей, с нашими недостатками и слабостями. Мы часто думаем о Боге как о высшем существе, но что, если у него есть соперник? А мы всего лишь марионетки в игре, о которой не подозреваем.

– Я убежден, что мы сами вершим свои судьбы, – ответил он, пытаясь понять логику Всеволода.

– В каких-то случаях да, – ответил князь. – Но что делать тем, чьи судьбы уже предопределены?

– Так или иначе, – произнес Даниэль, – мы должны нести ответственность за свои действия. Независимо от того, кто или что создало нас, мы сами выбираем, как поступать. И это, возможно, и есть настоящая Честь.

Всеволод откинулся на спинку кресла, его плечи слегка расслабились, когда он машинально начал разминать правое предплечье.

– Вас ранили? – спросил Даниэль, с подозрением глядя на князя.

– С чего вы взяли?

– Вы правша, но когда вошли, то поздоровались левой рукой, – не отрывая взгляда от собеседника, продолжил Даниэль. – Я заметил, как вы пододвинули стул, и вы явно испытывали дискомфорт в правом предплечье, машинально коснувшись его ладонью. Когда разговор стал более оживленным, вы на время забыли о боли. Однако сейчас, когда вы закончили с едой и расслабились, боль вернулась, и вы вновь начали разминать это место. Вы молод и, казалось бы, здоров, так что это не может быть следствием возрастных болезней. Это значит, что у вас есть какое-то физическое повреждение. Возможно, это свежий вывих или даже пулевое ранение, но, судя по тому, что я не вижу крови, это, скорее всего, старая травма. Так вас ранили? Или, может быть, вы упали с лошади и поэтому задержались в дороге?

Всеволод приподнял бровь и совершенно спокойно глядя в глаза Даниэлю, произнес:

– Упал с лошади.

– Угу, – кивнул Даниэль, тяжко вздыхая и ставя локти на стол. Упираясь губами в сцепленные в замок пальцы, он с прищуром посмотрел в глаза князя и без единого намека на любезность спросил: – Вы позволите мне осмотреть замок?

– Конечно, – с полной уверенностью ответил Всеволод, при этом слегка приподняв бровь и наблюдая за удивленным выражением лица сыщика. – Вы можете свободно осматривать весь замок и его окрестности столько, сколько вам будет угодно.

Даниэль, несколько озадаченный такой решительностью и открытостью, не смог сразу сформулировать ответ. Он немного замялся, прежде чем произнести:

– У меня есть еще одна просьба. Моя лошадь сбежала, испугавшись шорохов в лесу. Могу ли я остаться здесь на ночь и воспользоваться вашей лошадью, чтобы отбыть завтра?

– Я и не собирался отпускать вас так скоро, – произнес Всеволод с легкой улыбкой.

– Как это понимать? – с интересом уточнил Даниэль.

– В лесу полным-полно опасностей, и передвигаться лучше всего в светлое время суток. Ну и конечно, по дороге.

– М-да, – с ухмылкой кивнул Даниэль. – Разумеется…

– Повторюсь, вы можете оставаться здесь столько, сколько вам нужно, и конечно, я предоставлю вам лошадь. Но сейчас мне необходимо покинуть вас на некоторое время, у меня есть неотложные дела.

– Да, конечно, – быстро ответил Даниэль, вставая с места. Всеволод тоже поднялся, подошел ближе к Даниэлю, пожал ему руку и, задержав ее на мгновение, произнес:

– Кстати, о тех подсказках, как Вы их называете. Попросите Глорию показать вам коллекционную комнату.

Всеволод коротко улыбнулся, отпустил руку собеседника и уверенно вышел из помещения, оставляя Даниэля одного с его мыслями и планами на предстоящую ночь.