Живи

Определить свою цель – это как найти Полярную звезду. Она станет для вас ориентиром, если вы ненароком собьетесь с пути.

Нервно барабаня пальцами по рулю, таксист поглядывал в зеркало заднего вида. Клиент опаздывал, и счётчик уверенно накручивал цифры, увеличивая и без того немалую сумму.

Заметив в зеркале заднего вида уверенно шагающего мужчину в чёрном пальто, расстёгнутом нараспашку, держащего в руке деловой кожаный портфель с двумя поперечными пряжками, он сразу понял – это его клиент.

– Вы немного задержались. К сожалению, сумма увеличилась, – вежливо предупредил таксист, когда клиент усаживался на заднее сиденье.

– Я понял. Нет проблем, – без раздумий ответил Александр.

Он спешил в Санкт-Петербург. Самолет вылетает через полтора часа. Таксисту придётся совершить чудо и за тридцать минут доставить его в аэропорт Домодедово. А учитывая пробки, это казалось практически невозможным. Таксист понимал это и, без предисловий, сразу сорвался с места, за что получил немую благодарность от пассажира.

– Удачного полёта, – пожелал таксист, принимая наличные деньги, и его улыбка становилась всё добрее, когда он быстренько подсчитал в уме чаевые.

– Спасибо, – вежливо бросил Александр. Выходя из авто, он аккуратно захлопнул дверь автомобиля и поспешил на регистрацию.

Пройдя все процедуры досмотра, он направился в зону ожидания посадки, на ходу заметив большое количество полицейских. Они стояли практически на каждом повороте. Ни один вход и выход не был оставлен без внимания.

Выбрав самую удобную на свой взгляд скамью, он приземлился пятой точкой точно посередине, вновь взглянув на наручные часы. Вылет задержали.

Пара полицейских прошла мимо, с нескрываемой внимательностью посмотрев на Александра, как ему показалось, даже слишком внимательно. Проводив их взглядом, он нахмурился и осмотрелся по сторонам, чтобы понять, всё ли спокойно вокруг.

Рейс, на котором он должен был лететь, готовился к приёму пассажиров. В то же время пассажиры, ожидая посадку, бурно что-то обсуждали друг с другом, создавая маленькие группы, словно пингвины на айсберге. Мохнатые снежинки за окном кружились в воздухе, порхали, собирались в хлопья и оседали на дороге и панорамном окне аэропорта. Снег не прекращался, перерастая в настоящую метель, скрывающую из виду припаркованные лайнеры. Александр на некоторое время отвлёкся от местной суеты, наблюдая за разбушевавшейся погодой.

Не выпить кофе в аэропорту – это преступление, так считал Александр и, поднимаясь с места, направился в кафетерий под названием «Hot Coffee». Простояв небольшую очередь из двух человек, он подошел к кассе и, по классике, заказал свой любимый капучино. Девушка приняла заказ и тут же, по отработанной схеме, приготовила ему капучино, не забыв спросить, желает ли он какой-либо сироп? Александр не желал.

Взяв горячий напиток, он медленно направился к своему месту, наслаждаясь ароматом кофе и молока. Группки «пингвинов» все так же толпились у дверей, ведущих к коридору трапа, только теперь половина из них сидела на широких низких подоконниках или на корточках. Александр отогнул маленькую крышечку на стаканчике, защелкнув её в специальное гнездышко, и сделал аккуратный глоток, так как кофе был достаточно горячим. Ароматный напиток тут же заполонил его рот, стремясь горячим потоком внутрь, доставляя тем самым максимальное удовольствие кофеману. Но идиллия продлилась недолго.

– Добрый день. Можно попросить вас пройти с нами? Пожалуйста, – послышался мужской голос за спиной Александра.

– Что случилось? – удивлённый тон в голосе явно намекал на то, что тот, к кому обращались полицейские, не собирался никуда идти.

Александр обернулся, с интересом наблюдая за происходящим.

– Всё в порядке, простая формальность. Проследуйте с нами. – Полицейский был вынужден взять под руку не желающего повиноваться мужчину.

– Что вы себе позволяете? – мужчина попытался убрать руку полицейского, но тот крепко держал его и не собирался отпускать.

Второй полицейский, внимательно оглядываясь, подсобил напарнику, подхватив беднягу под вторую руку.

Приподняв брови, Александр проследил за ними до тех пор, пока они не скрылись за дверью служебного помещения. Продолжив пить свой капучино, он вернулся в прежнее положение.

– Совсем обнаглели! Прямо в туалете. Даже не стыдятся. И как она туда смогла пройти в таком состоянии?

– Не знаю. Наверное, надо сообщить кому-то из сотрудников, чтобы проверили.

Две девушки прошли мимо.

Поднявшись со скамьи, Александр подошел к окну, мысленно желая скорее сесть в чертов самолет и забыться хотя бы на час до прилета в Санкт-Петербург. Серьезная сделка поднимет его бизнес на новый уровень. Этот контракт будет подписан, и ничто не омрачит этот прекрасный день и этот момент. Он долго шел к заключению этой сделки, месяцами обрабатывал клиента, и вот, наконец, его пригласили на личную встречу с директором. Александр радовался, как ребенок, устроив в этот же вечер небольшой сабантуй с напарниками.

Александр был женат и счастлив в браке, вот только детьми их почему-то судьба не наградила. Или не судьба решает эти вопросы? Неважно. Но мольбы не были услышаны. Саша и Татьяна надеялись, что это временно. Контракт позволит осуществить их мечту – построить домик на берегу реки, в прекрасном месте, подальше от Москвы. И, может быть, там, на чистом воздухе и в полном уединении с природой, все получится. Деньги, деньги… Все упирается в эти бумажки.

– Простите, – мужской голос с низким баритоном вырвал его из мыслей о семейных проблемах и денежном котле.

Обернувшись, он увидел двоих полицейских, но уже других. Да что им надо, черт бы их побрал?

– Да? – спокойно сказал Александр.

– Вы не могли бы пройти с нами? – скорее настаивал, чем просил полицейский.

В голове всплыла недавняя картина с тем бедолагой и как его уводили под белы ручки.

– Э-э-э. Не понял. Зачем? Что-то случилось? – придав серьезности своим словам, он недовольно нахмурил брови, убирая свободную руку в карман брюк.

– Небольшая проверка, не более. Через пару минут вы вернетесь обратно, – пообещал полицейский с выразительным взглядом.

– Если так, то пожалуйста, – он не стал спорить.

Как показал недавний пример, это бесполезно. И дабы не перейти черту от вежливости к настойчивости, он спокойно направился в сторону, указывающую на служебную дверь, руки полицейского.

Внутри помещения сидел недавно приведённый мужчина, вцепившись обеими руками в свою спортивную сумку с вещами. Александр скользнул по нему взглядом, проходя мимо. Всё это начало напрягать и совсем не входило в его планы.

– Пожалуйста, пройдите вот сюда, – полицейский указал на дверь комнаты.

Проследовав внутрь, он столкнулся взглядом с ещё одним полицейским, а левее от него стояла девушка в белом халате. Взгляд у неё был растерянный, и чаще она старалась смотреть в пол, чем на присутствующих.

– Что случилось? Прошу объяснить причину моего… – даже не зная, как назвать эту ситуацию, Александр просто пожал плечами и выдавил: – нахождения здесь.

– Не переживайте. Просто небольшая формальность, не более. Как ваше имя? – поинтересовался всё тот же выразительный полицейский.

– Александр.

– Александр, можно попросить вас снять пальто и закатать рукав на правой руке?

– Чего? – это уже показалось ему наглостью.

– Ваша рука, – он указал на правую руку кивком головы. – Будьте любезны сделать то, что я только что попросил.

– Я не понимаю, зачем все это. Честно говоря, я возмущен этой ситуацией! – возмутился он, ставя стаканчик с кофе и портфель на стол и резким движением сняв пальто.

После того как он снял пальто, пиджак и дотронулся до пуговицы рукава рубашки, он вспомнил о полученной недавно ране на правой руке, о которой совсем забыл.

Прошлые выходные выдались на удивление славными и опасными. Отдыхая у друзей на даче и находясь в достаточно подвыпившем состоянии, он споткнулся и, пытаясь удержать равновесие, облокотился о раскаленный мангал, получив при этом ожог приличных размеров.

На какой-то миг ему стало смешно и странно. Такая глупость! Но с какой стати такие глупости заинтересовали полицейских и с какой стати из-за этого стали задерживать?

Закатав рукав, он выставил вперед руку ладонью вверх. Рана была аккуратно перевязана бинтом. До этого все это время молчавшая медсестра подошла ближе и внимательно осмотрела руку.

– Это ожог, – предупредил ее Саша.

– Надо проверить, – девушка обратилась к полицейскому.

– Простите, нужно снять перевязку, – полицейский произнес это таким тоном, что у Александра даже не возникло желания спорить.

– Да, пожалуйста. Глупости какие-то, – хмыкнул он.

Медсестра аккуратно развязала хвостики бинта, разматывая его по кругу. Сняв повязку, она осмотрела покрасневший воспаленный участок кожи.

Взглянув на полицейского, медсестра отрицательно покачала головой, на что тот кивнул в ответ. И она начала забинтовывать руку обратно.

Александр просто наблюдал за ними, находясь в состоянии недоумения.

– Может, кто-нибудь объяснит, что происходит? – со всей серьёзностью в голосе спросил Саша.

– Вам уже сказали. Ничего страшного, обычная проверка. Вы можете проследовать на свой рейс. Удачного полёта, – улыбнулась медсестра.

Спустя несколько минут, усевшись в кресло и пристегнув ремни по просьбе улыбчивой стюардессы, он облегчённо вздохнул, мысленно переваривая всё случившееся.

Самолет набрал высоту и плавно летел, рассекая крыльями туманные облака. Прямиком в Санкт-Петербург, позволяя Александру вновь погрузиться в раздумья о домике на окраине Москвы. Свое детство Саша прожил в коммуналке вместе с мамой и бабушкой. Потом они смогли собрать средства и выкупить аж пару комнат, расширив жилую площадь. Уже после, по какой-то счастливой случайности, они выменяли свое жилье на трехкомнатную квартиру в новостройке, и к тому времени Саша уже достаточно крепко стоял на ногах. Тогда-то он и поставил перед собой цель добиться всех высот, на которые был способен, и в этом он достаточно преуспел, сколотив бизнес по ремонту машин на пару с другом. Все шло успешно, деньги текли рекой, бизнес развивался, они открыли пару автомастерских, деля доходы пополам. В денежном плане у них никогда не возникало ссор и недопониманий. Что Саша, что Виталий дружили с детства и по натуре своей не являлись чрезмерно властолюбивыми и алчными до чужих денег.

– Мужчина, с вами всё в порядке? – донёсся взволнованный женский голос с передних кресел. – Мужчина? Проснитесь. Э-э-й.

Саша открыл глаза и уставился в спинку впереди расположенного кресла.

– Что случилось? – к взволнованному пассажиру тут же подошла стюардесса.

– Не знаю. Посмотрите. Я думала, он спит, но он словно тряпка, обмяк. И посмотрите. Это что, кровь? – приглушённым голосом говорила пассажирка, сидевшая рядом с мужчиной, о котором, собственно, и шла речь.

– Так, спокойно. Вы не могли бы помочь мне отстегнуть ремень. Ага, да, спасибо. – Послышалось шуршание и щелчки замков ремней.

Саша облокотился на ручку, выглянув в проход, где стояла стюардесса. В это время к ней уже пришла на помощь ещё одна.

– Ну, что ещё? Что за день такой… – пробормотал Саша, возвращаясь в своё прежнее положение. Он попытался отвлечься от возни спереди.

– Вам нужна помощь? – послышался мужской голос.

– Нет, всё в порядке, – успокоила пассажира одна из стюардесс. – Мужчина, мужчина! – она пыталась привести в чувство пассажира. – Вам плохо?

– М-м-м… – что-то невнятное пробормотал он.

– Вот, выпейте водички. Вам плохо? – стюардесса взяла бумажный белый стаканчик с водой, предложенный коллегой.

– А-а-а-э-э… м-м-м… – всё так же невнятно мычал мужчина.

– Так, спокойно, спокойно. Расслабьтесь. Отпустите руки! Даша, держи! – стюардесса пыталась успокоить мужчину, пытавшегося ухватить её за жилетку.

– Да что тут творится! – вскрикнула пассажирка, занимавшая место сзади за Александром.

– Я прошу вас, отпустите. – Возня впереди усилилась.

Уже все высунулись из кресел, глядя в проход. Саша нервно отстегнул ремень и поднялся с места. Здоровенный, под сто двадцать килограмм, мужик вцепился двумя руками в жилет стюардессы. Остальные девушки пытались разжать его пальцы и усадить на место.

– Эй, мужик, успокойся! – Саша подскочил к ним и попытался разжать толстые пальцы взбесившегося. Когда ему это удалось, он отстранил испугавшуюся стюардессу и прижал мужчину к креслу, который уже вроде немного успокоился. – Ремень, – Саша указал соседке взбесившегося пассажира на ремень безопасности.

– Вот! – девушка помогла Александру пристегнуть тучного буяна обратно.

– Ты спятил? – Саша заглянул в покрасневшие глаза мужчины, но взгляд его был туманным, словно он смотрел сквозь Сашу.

– Так, я тут сидеть не собираюсь! – соседка неадекватного пассажира поднялась с места. – Можно мне найти какое-то другое место?

– Да, конечно, Даша, будь добра, отведи пассажира на свободное место, – стюардессы переглянулись, и Даша увела взволнованную девушку. – Спасибо, – поблагодарила стюардесса Сашу за помощь.

– Не за что. Что у него с глазами? – всё внимание Саши было обращено на туманный взгляд мужчины.

Стюардесса приподняла опускающиеся с периодичностью в несколько минут веки мужчины и внимательно осмотрела глаза.

– Сложно сказать. – девушка задумалась, добавив, – может, переутомление. Дадим ему отдохнуть.

Вернулась вторая стюардесса, Даша. Вид у неё был взволнованный, и она что-то шепнула своей коллеге на ухо. Затем собралась с духом и приятным голосом произнесла заученную фразу.

– Прошу всех успокоиться. Всё в порядке! Займите свои места, сейчас подадут напитки, – произнесла она, очаровательно при этом улыбаясь.

10 февраля. Четверг. Санкт-Петербург

Посмотрев на часы, я удивленно приподняла брови. День пролетел незаметно. Стрелка показывала без пяти минут шесть вечера, и это значило, что мой рабочий день подошел к концу. Наведя курсор в левый нижний угол монитора, я выбрала строку «Завершение работы». Кликнув левой кнопкой мыши, я дождалась, пока экран погаснет, и начала прибираться на столе. Ручки, карандаши – все полетело в ящик. Люблю, когда на рабочем месте чисто. Выдохнув, я легонько оттолкнулась от стола, от чего мое кресло немного откатилось назад.

Поднявшись с кресла, я подошла к зеркалу поправить прическу. Длинные черные локоны, почти доходящие до пояса и завитые в крупные спирали, никак не хотели укладываться так, как я хотела весь день. Нахмурившись, я бросила это дело и, в очередной раз заправив то и дело выскальзывающую шелковую блузку цвета беж в черную юбку, провела руками по бедрам, приспустив края ниже. Юбка тоже не желала держаться на месте и ползла вверх, оголяя мои колени. Мой рост достигал метра семидесяти шести, а двенадцатисантиметровый каблук делал мои ноги бесконечно длинными, что нравилось мужчинам, а меня забавляло. Подкрасив губы гигиенической помадой (другой я не пользовалась), я устало скользнула взглядом по своему отражению и направилась к шкафу, где висела моя верхняя одежда.

Небольшая строительная компания, в которой я работала помощником бухгалтера, располагалась почти в центре города. Большие панорамные окна открывали вид на Неву и снующих по аллеям и мостовым жителей и туристов. На секунду я застыла у окна, наслаждаясь видом спешащих куда-то людей, проезжающих автомобилей и автобусов. Выйдя из омута своих мыслей, я припомнила, что и мне уже скоро предстоит выйти на улицу и ощутить все прелести зимы.

В кабинет зашла коллега Татьяна, невысокая, милая девушка с русыми волосами, стройная, но не приверженница соблюдения дресс-кода компании. Ее одежда состояла в основном из джинсов, толстовок oversize и кроссовок. Но меня это ничуть не раздражало. Наоборот, иногда я даже соглашалась с ней, что так гораздо удобнее. Татьяна прошла в кабинет, закинула в лоток для бумаги очередной документ и мило улыбнулась, подходя ко мне.

– Ну что, рабочий день подошел к своему завершению? Может, сходим, посидим в кафе? – предложила она.

Я достала свою норковую шубу. Повесив ее обратно в шкаф, посмотрела на нее.

– Что-то не хочется. Лучше в другой раз, – я вежливо улыбнулась, наматывая шарф на шею.

– Эх, так вся жизнь пролетит. Работа, дом, работа, дом, – наигранно расстроилась она.

– Ну да, конечно. Уж ты-то явно не скучаешь дома в одиночестве после работы, – усмехнулась я, вспоминая все её рассказы о походах в кино с новыми ухажёрами или посиделках в барах с друзьями. Она любила тусоваться и постоянно пыталась вытащить меня куда-нибудь сходить. Честно сказать, я уже растратила все свои отговорки, и дело шло к тому, что мне пришлось бы ради приличия сходить с ней погулять хотя бы один-единственный раз.

– Я нет. Ну, иногда, конечно, бывает тоска, но главное – не унывать и не впадать в это состояние домашнего планктона, – засмеялась она.

– Я люблю свою гавань. Мне там хорошо с моими планктонами в голове, – я многозначительно посмотрела на неё. Вот, нашлась ещё одна «отмазка», но, по-моему, грубовато получилось.

– Ну, как хочешь, как созреешь, дай знать, – мило улыбнулась она, давая понять, что вовсе не обиделась. За это она мне и нравилась. Простая добрая девчонка. – Удачного тебе вечера. – Девушка бесшумно ушла, прикрыв за собой дверь.

Почувствовав облегчение, что мне не придётся никуда идти, я уложила шубу на диванчик и, сняв туфли, немного помассировала ступни.

– Бедняжки, – посочувствовав своим измученным ступням, я надела свои зимние ботинки на небольшом каблуке, затем накинула шубу, застегнула три пуговицы и подпоясалась ремешком. Зацепив по дороге сумочку, направилась к выходу.

– Валерия! – послышалось из кабинета директора.

На секунду я замерла и инстинктивно ухватилась за край рукава шубы. Приподняв его, ещё раз посмотрела на часы. Убедившись, что я не ухожу раньше, чем положено, я спокойно направилась к его кабинету. Дверь была открыта.

– Да? – я остановилась у входа в кабинет.

– Ого! Время-то уже шестой час, а я даже не заметил, как пролетел день.

Виктор Степанович был высоким плотным мужчиной 45 лет с лёгкой сединой. Состоял в браке и имел двух прекрасных сыновей. Но иногда, как говорится, седина в бороду, бес в ребро. Нет-нет, да выдаст что-то такое, от чего мне хотелось провалиться под землю. К примеру, комплименты насчёт прекрасного декольте и «ходить так почаще».

– Ах да, время уже подошло к завершению рабочего дня. Я могу идти или ещё нужна моя помощь?

Я произнесла это без особого желания, но на моём лице сияла доброжелательная улыбка. Он осмотрел меня и с неохотой всё же произнёс:

– Можешь идти. Я только хотел уточнить, не поступал ли звонок от некоего Александра Корнежина из Москвы. Примерно часа два назад он должен был вылететь. У нас назначена встреча, но он не выходит на связь.

Иногда в отсутствие секретаря, который сидел со мной в одном кабинете, за исключением сегодняшнего дня – Людмила отпросилась пораньше с работы, сославшись на плохое самочувствие, – мне приходилось принимать звонки и переадресовывать их на конкретные отделы.

Я немного задумалась, перелистывая в памяти все звонки, названия компаний и имена звонивших контрагентов.

– Нет, такого имени я не припоминаю. К сожалению.

– Очень странно. Это совсем на него не похоже, – он задумался, барабаня пальцами по столу. – Я понял, можешь идти, – он улыбнулся.

Я улыбнулась в ответ и быстро направилась к выходу. Пока он не вспомнил ещё что-нибудь важное.

На улице было прохладно и скользко. Сухой ледяной воздух тут же ударил в нос, затрудняя дыхание. Я поправила шарф, приподняв его выше. Волосы я оставила заправленными внутрь, иначе моя прическа превратится в единый наэлектризованный клубок, и даже лак, которым я залила всю голову, меня не спасёт.

– Будьте аккуратны, Валерия! Очень скользко, – вежливо предупредил меня охранник. Дядечка с наидобрейшей улыбкой всегда относился ко мне со всей своей обходительностью и вызывал у меня лишь добрые эмоции.

– Спасибо, я постараюсь, – откликнулась я, улыбнувшись ему в ответ. – Тут можно и шею сломать, – я покачала головой, балансируя руками, чтобы не упасть.

– Да, денёк морозный выдался, всё заледенело, даже коврики резиновые не спасают. Давайте помогу вам, – он галантно сопроводил меня до низа ступенек, держа под локоть. Спустившись со ступенек, я ещё раз мило улыбнулась, благодаря его за помощь, затем уверенно зашагала к остановке.

Мой автобус задержался, как обычно. Меня это не удивило. Я всегда его ждала, либо смотрела вслед уходящему. Главное правило пешеходов – не бежать к автобусу, если он уже стоит. Обычно это заканчивается тем, что перед твоим носом закрывается дверь, и пассажиры весело машут тебе ручкой. Ну, это образно говоря. Не со всеми так случается, но процентов 40 меня поймут. Постояв минут десять, я дождалась наконец следующего автобуса и с радостью запрыгнула в его тёплый салон.

– Оплачиваем проезд! – прокричала строгая женщина из другого конца автобуса. Настолько громко, что мои пальцы дрогнули, и я поймала карточку на лету дважды.

Внушительных размеров контролёр, словно ледокол, направлялась в мою сторону с невозмутимым взглядом, буквально вдавливая попадающихся на её пути людей в бока кресел. Мне кажется, в контролёры берут по строгому регламенту, чтобы ты был на пару сантиметров меньше, чем проход между креслами. Если твоя фигура не обладает богатыми габаритами, значит, контролёр – не твоя профессия. Женщина без особого труда достигла назначенной цели, то есть меня, и внимательно проследила, как я произвожу оплату проезда.

Прислонив карточку к валидатору, я дождалась зелёной стрелочки и, довольная результатом, уселась у окна, погрузившись в другой мир. Мир окна и всего, что за ним мелькает.

Спустя пару остановок робот-диспетчер вежливо объявил очередную остановку, на которой я и выходила. Вновь пришлось покинуть теплое местечко.

Метро. Каждое утро и вечер мы спускаемся под землю, чтобы беспрепятственно достичь своего конечного пункта. Тысячи людей спешат, суетятся, встречаются и расстаются, влюбляются, читают и зарабатывают в этом подземном лабиринте. Каждая станция по-своему прекрасна. Мне нравилось метро. Там тепло и, кажется, так безопасно. Иногда, когда мне некуда было спешить, я выходила на некоторых станциях и сидела на лавочке, рассматривая прохожих. Мне нравится метро, особенно люблю читать в нем. Правда, на третьей странице обычно я засыпаю, но не суть.

В вагон меня в буквальном смысле занесли. Да, метро – это прекрасно, особенно в час пик.

Через пару станций половина народа «вытекла» из вагона, чудом не унеся меня за собой, осталось от силы человек двенадцать. Я заняла свободное место и вздохнула, поправляя волосы. Напротив меня сидела пожилая женщина с девочкой лет шести, наверняка внучкой, которая весело что-то объясняла бабушке, указывая пальчиком в открытую детскую книжку. Я улыбнулась и прикрыла глаза, мне до конечной.

Услышав свою станцию, я открыла глаза. Да, есть такой дар у людей, которые часто пользуются метрополитеном. Ты можешь посмотреть сон или, не смотря сон, просто дремать. Даже если у тебя наушники, твои глаза откроются аккурат на твоей станции. А может, это всё из той же серии, как и с автобусом. Кому-то везёт, а кому-то нет. Бабушки с внучкой уже не было, как и остальных, кроме мужчины с накрученным шарфом на шее, так что он полностью закрывал его подбородок и рот.

Следующая станция – конечная, моя. Мы подошли к дверям, ожидая остановки поезда. Мужчина сильно закашлял. Я скосилась на него взглядом, неловко переступая с ноги на ногу. Он прекратил кашлять, и я увидела, как он направляется в мою сторону.

– Простите, не подскажете, сколько времени? – он прикрыл рот шарфом.

Я коротко посмотрела на него и, сдвинув двумя пальцами рукав шубы, посмотрела на часы.

– 19:30, – я улыбнулась, мысленно умоляя об остановке поезда.

– Спасибо, – мужчина опять закашлял, отворачиваясь от меня, но не отходя.

Поезд остановился, и я сразу же покинула вагон, ускорив шаг к спуску в переход. Вагоны опустели, и скудный поток людей потек к остановкам.

Дорога до дома занимала полтора часа. После метро мне приходилось ловить маршрутку, и спустя пятнадцать минут я с огромным облегчением переступала порог своей квартиры.

11 февраля. 07:00. Пятница

Мой будильник издал самый ужасный звук на свете. Это сигнал, что мне пора проснуться и покинуть теплую постель.