Конституционно-правовой статус светского государства в России и Италии: сравнительно-правовое исследование
- -
- 100%
- +
Мишель Мадонна в связи с этим обращает внимание на то, что «в этот период Италия пережила глубокий процесс «секуляризации», который имел важные последствия на нормативном уровне»95. Во-первых, Конституционный суд Италии постановлениями № 126 от 1968 года96 и № 147 от 1969 года97 Признал неконституционность криминализации прелюбодеяния (infedeltà coniugale) и сожительства (concubinato). Во-вторых, серьезным образом позиции Католической Церкви пошатнулись после референдума о разводах 1974 года и закона об абортах 1978 года.
Общие положения семейного законодательства, действовавшие в Италии к 1970 году, устанавливали, что брак нерасторжим. Такое же положение содержал и конкордат. Однако католики, которые заключили брак в церкви, могли попытаться его расторгнуть через систему церковных судов. Однако нерелигиозные граждане такой возможности не имели, так как до 1970 года Итальянский суд не мог выносить определений о разводе относительно некатоликов, заключивших брак в государственных органах регистрации гражданского состояния и в религиозных инстанциях иного, некатолического, вероисповедования или же создавших семью в гражданском браке98.
В 1969 году Лорис Фортуна (Loris Fortuna) (Итальянская социалистическая партия) и Антонио Баслини (Antonio Baslini) (Либеральная партия Италии) внесли в Палату Депутатов законопроект «О расторжении брака». Прохождение законопроекта в парламенте было очень долгим. После экспертизы в правовом комитете палаты мнения депутатов разделились: большинство высказалось «за», меньшинство (Христианско-демократическая партия) – «против», указывая при этом, что законопроект нарушает конкордат со Святым Престолом99. Тем не менее, после длительных дебатов 1 декабря 1970 года парламент одобрил закон № 898 «О порядке расторжения брака» (325 – «за», 283 – «против» в Палате Депутатов), установивший возможность развода, хотя и с довольно сложной процедурой. В свою очередь, Ватикан признал закон противоречащим конкордату.
Правые партии (Христианско-демократическая партия и Итальянское социальное движение) при поддержке Католической Церкви выступили с инициативой проведения референдума об отмене закона о разводе. Кампанию против развода возглавил секретарь христианских демократов Аминторе Фанфани (Amintore Fanfani). В качестве главного аргумента использовался тезис о том, что закон о разводе приведет к разрушению семей. В этой кампании активно участвовал даже сам папа Павел VI, хотя после II Ватиканского собора церковь следовала принципу невмешательства в политику. Все левые политические силы встали на защиту принятого закона (Итальянская коммунистическая партия, Итальянская социалистическая партия, Либеральная партия Италии и т. д.).
12 мая 1974 года в Италии состоялся всенародный референдум по вопросу об отмене закона о разводе, в ходе которого лишь 40 % итальянцев проголосовало за отмену, а потому закон остался в силе. Посол Италии в Ватикане Джан Франко Помпеи (Gian Franco Pompei) написал в своем дневнике 13 мая 1974 года, что для Церкви это «Новая Порта Пиа»100.
Вскоре после референдума на повестке дня встал вопрос о легализации абортов (прерывание беременности было криминализованным деянием, за которое предусматривалось лишение свободы). В 1975 году в средствах массовой информации появляются сообщения об аресте за практику абортов секретаря Радикальной партии Джанфранко Спадаччиа (Gianfranco Spadaccia), а также представителей Радикальной партии – основательницы Информационного центра по стерилизации и абортам (CISA) Адель Фачио (Adele Faccio) и Эммы Бонино (Emma Bonino). Их арест послужил началом политической дискуссии о прерывании беременности, в результате которой 22 мая 1978 года был принят закон № 194, разрешающий аборты101.
Все эти события серьезным образом сказались на позициях Ватикана и повлияли на содержание нового конкордата, который был подписан 18 февраля 1984 года премьер-министром Итальянской Республики Беттино Кракси (Bettino Craxi) и, со стороны Святого Престола, государственным секретарем кардиналом Агостино Казароли (Agostino Casaroli) (в историографии этот документ называют Соглашением Вилла Мадама – Accordo di Villa Madama – по имени места, в котором оно было подписано). Парламент Италии одобрил соглашение 25 марта 1985 года Законом № 121 «О ратификации соглашения между Итальянской Республикой и Святым Престолом (с Дополнительным протоколом) от 18 февраля 1984 года, изменяющего Латеранский конкордат от 11 февраля 1929 года».
Конкордат 1984 года существенно отличается от Конкордата 1929 года В преамбуле подчеркивается, что стороны принимают его, «учитывая политические и социальные изменения, произошедшие в Италии в последние десятилетия и изменения в церковном учении, произведенные II Ватиканским Собором»102.
Обратим внимание на следующие важные аспекты нового Конкордата.
Пункт 1 Дополнительного протокола, принятого для устранения трудностей в понимании и толковании Конкордата, установил, что, учитывая статью 1 Конкордата, утверждающую независимость и суверенность Итальянской Республики и Святого Престола, больше не действует принцип католической религии как единственной религии итальянского государства, первоначально установленный Латеранскими пактами. Таким образом, по существу, закреплялся светский характер итальянского государства. Однако при этом государство обязалось обеспечить – в порядке, определяемом последующими соглашениями между государством и церковью, в соответствии с положениями ст. 11 Конкордата – духовную помощь гражданам в вооруженных силах, полиции, больницах, домах престарелых, тюрьмах и иных исправительных учреждениях. Иначе говоря, Конкордат не закрепил принцип нейтралитета как не-взаимодействия между государством и церковью, а, наоборот, указал на важность подобного сотрудничества.
В Конкордате была закреплена взаимная автономия государства и церкви. Пункт 1 ст. 2 определил, что «Итальянская Республика признает за Католической Церковью полную свободу проводить свою пастырскую, образовательную и благотворительную работу, осуществлять евангелизацию и совершать богослужения». Пункт 2 ст. 2 закрепил «свободу взаимного общения и переписки между Святым Престолом, итальянской епископской конференцией, региональными епископскими конференциями и епископами, духовенством и верующими». Кроме того, было отменено положение, предусматривающее предварительное согласование с государственными органами при назначении церковью духовных лиц и их присяга итальянскому государству (ст. 3).
Изменилось и отношение государства к религиозному браку (ст. 8), который больше не рассматривается как таинство, не подлежащее отмене. При этом государство признало юридические последствия брака, заключенного в соответствии с религиозными правилами.
Конкордат подтвердил право Католической Церкви свободно учреждать образовательные учреждений всех уровней (ст. 9, п. 1), а также обеспечивал преподавание католической религии во всех школах, хотя теперь оно перестало быть обязательным. Религиозное образование больше не рассматривается как «основа и венец государственного образования», как было установлено в ст. 36 предыдущего Конкордата.
Прямое государственное финансирование Католической Церкви и льготы были отменены. Согласно новому Конкордату, признание религиозной организации в качестве юридического лица устанавливает для нее налоговый режим, аналогичный благотворительным и образовательным учреждениям. При этом было достигнуто соглашение о том, что на поддержку религиозных организаций будет направляться часть дохода от налога на доходы физических лиц. Более подробно финансовые вопросы были урегулированы совместной комиссией (ст. 7, п. 7), результатом деятельности которой стало принятие закона № 222 от 20 мая 1985 года «Положение об организациях, церковном имуществе в Италии и содержании католического духовенства, служащего в епархии». По этому закону налогоплательщики получили возможность снижения налогооблагаемой базы физических лиц на сумму денежных пожертвований, предназначенных для католического Центрального института по поддержке духовенства или для подобной структуры в других конфессиях.
В Конкордате было также зафиксировано признание Итальянской Республикой «особого значения» Рима как резиденции Верховного Понтифика (ст. 2, п. 4), тогда как в Конкордате 1929 года говорилось об обязательствах правительства заботиться о защите «святости» Вечного города (ст. 1).
После заключения Конкордата с Католической Церковью в Италии было подписано еще двенадцать соглашений с другими религиозными сообществами с целью урегулирования их отношений с государством. Таким образом, можно констатировать, с 1984 года отношения между итальянским государством и религиозными сообществами начинают строиться на основе идеи светского государства, то есть такого, которое отказалось от принципа государственной религии со всеми вытекающими последствиями. В то же время заключение нового Конкордата стало лишь юридическим закреплением тех социально-политических перемен, которые имели место в послевоенной Италии. Особое влияние на формирование светского характера итальянского государства оказали референдум по вопросу о разводах (1974) и закон об абортах (1978).
Вместе с тем, как пересмотр Латеранских соглашений 1929 года, так и заключение соглашений с иными конфессиями не решили некоторых проблем, связанных с религиозной свободой. Со временем в правительственных кругах все чаще стал обсуждаться вопрос о необходимости единого закона о свободе вероисповедания. Первый подобный законопроект был представлен правительством в 1990 году, а позднее такого рода проекты предлагались первым правительством Романо Проди (1997), а также правительством Сильвио Берлускони. Однако дальше проектов дело не пошло. В этой связи Карло Кардиа отмечает, что «отсутствие закона о свободе вероисповедания происходит из-за отсутствия реальной политической воли для его принятия»103.
Хотя указанные проекты имеют определенные различия, можно выделить несколько основополагающих моментов, их объединяющих104. Все они определяют нормы, касающиеся религиозной свободы (свобода совести и вероисповедания, правила деятельности духовенства, право на заключение религиозного брака и на религиозное образование). Обозначается правовое положение церквей и религиозных сообществ и закрепляется свобода их деятельности, в том числе определяются способы приобретения имущества и правила налогообложения. Описывается порядок заключения соглашений в соответствии со ст. 8 Конституции (предлагается установить три этапа: подготовительный, согласительный и этап ратификации парламентом).
В настоящее время в Италии, в ситуации «законодательного тупика»105, когда нет консенсуса относительно закона о свободе вероисповедания, большую роль в определении светскости играет Конституционный суд, который дает ответы на конкретные вопросы, касающиеся общественной роли религии (более подробно см. параграф 1 главы 2).
Одним из последних испытаний итальянской светскости стало дело «Лаутси против Италии», которое рассматривалось в Европейском суде по правам человека (далее – ЕСПЧ) (более подробно см. параграф 2 главы 3). В 2011 году суд вынес решение по данному делу, в котором указал, что присутствие распятий (религиозный символ христианства) не нарушает Европейскую конвенцию о правах человека. Полагаем, что с данного момента начался следующий этап государственно-конфессиональных отношений в Италии и развития светскости, который продолжается по настоящее время.
Подведем итоги вышесказанному. Движение Италии к светскому государству происходило поэтапно, что можно обозначить следующим образом: 1) государственная религия и терпимость к другим культам (1848–1870); 2) противостояние государства и Католической Церкви в условиях неурегулированности римского вопроса (1870–1929); 3) относительно благоприятное отношение фашистского правительства к Католической Церкви – заключение Латеранских соглашений (1929 – середина 1930-х); 4) постепенное охлаждение государственно-конфессиональных отношений (середина 1930-х – 1943); 5) разрыв в отношениях с фашистским правительством, создание Христианско-демократической партии и принятие новой конституции (1943–1947); 6) установление принципа договорного регулирования отношений государства с некатолическими конфессиями и утверждение равенства всех религиозных исповеданий, начало секуляризационных процессов (1947–1984); 7) принятие нового Конкордата и утверждение светского характера государства (1984–2011); 8) утверждение уважительного отношения к национальному выбору Италии в религиозной сфере со стороны Европейского суда по правам человека – дело «Лаутси против Италии» (2011 – по настоящее время).
Ликвидация светской власти папы в ходе объединения Италии вызвала ненависть со стороны множества католиков, однако постепенно, в значительной степени благодаря умеренной политике итальянских правительств, отношения государства и церкви стали менее напряженными.
Латеранские соглашения 1929 года разрешили «римский вопрос» через создание государства Ватикан и восстановление ряда ранее утраченных церковных привилегий.
В период с 1929 по 1984 год государственно-конфессиональные отношения в Италии действовали по модели признания «государственной церкви». С 1984 года после заключения нового конкордата со Святым Престолом взаимодействие было переведено в «сотрудничающий режим» (по классификации Понкина И. В.). В то же время конкордат во многом стал лишь юридическим закреплением социально-политических перемен, которые имели место в Италии в послевоенный период.
Суть соглашения 1984 года состоит в том, что оно создало такую систему взаимоотношений государства и религиозных конфессий, согласно которой государство, с одной стороны, устанавливает принцип равенства всех религий, а с другой, продолжает оказывать покровительство Католической Церкви.
Глава 2
Конституционно-правовые основы светского государства в России и Италии
§ 2.1. Понятие, содержание и принципы светского государства в российской и итальянской правовой доктрине
Светскость может рассматриваться как основа конституционного строя, как конституционная характеристика государства, как конституционный принцип, как правовой институт. Но, как справедливо отмечают Баев В. Г. и Мещерякова С. В., с точки зрения теории права «наиболее корректно расматривать светскость как правовой институт, состоящий из обособленной группы юридических норм, регулирующих отношения между государственными институтами, с одной стороны, и религиозными объединениями, а также их членами, с другой, в ходе соответственно исполнения властных полномочий и религиозной деятельности, а также индивидуальных форм реализации права на свободу совести»106.
Конституция России и иные акты, закрепляя, что Россия является светским государством, не раскрывают содержание этого положения. Вместе с тем, в конституционной правовой доктрине предпринимались попытки дать понятие светского государства, определить ее содержание и принципы.
Видные российские ученые-конституционалисты Кутафин О. Е. и Козлова Е. И. определяют светское государство как государство, в котором не существует официальной, государственной религии и ни одно из вероучений не признается обязательным или предпочтительным»107.
Мещерякова А. Ф. считает, что «светское государство – это способ организации публичной (политической) власти, при котором государство и церковь отделены и в то же время взаимодействуют друг с другом, отсутствует государственная или официальная религия, обеспечиваются равенство религиозных объединений, свобода совести и равноправие граждан независимо от отношения к религии в целях достижения баланса интересов личности, государства и религиозных образований в различных сферах жизни общества»108.
Понкин И. В. под светским государством понимает «государство, обеспечивающее независимость и суверенность государственных институтов и религиозных объединений (равно как и объединений, деятельность которых направлена на распространение идеологии) в соответствующих сферах их компетенции, гарантированные недопустимостью установления в государстве общеобязательной религии или идеологии и отделением от государства религиозных объединений и объединений, деятельность которых направлена на распространение идеологии»109. Похожего мнения придерживается Воронкова М. Л., которая полагает, что «светское государство – это государство, в котором последовательно проведено отделение религиозных объединений от политической власти на основе четкого разграничения сфер их деятельности в обществе»110.
Ряд авторов акцентируют внимание на мировоззренчески нейтральном характере светского государства. Стецкевич М. С. отмечает, что светским считается государство, «которое стремится к обеспечению мировоззренческой свободы личности, законодательно обеспечивает свободу совести, не нуждается в какой-либо религиозной легитимации, и, будучи мировоззренчески нейтральным, не проводит никакой специальной религиозной политики – как по поддержке религиозных объединений, так и по борьбе с религией»111.
Бурьянов С. А. пишет, что «светское государство – мировоззренчески нейтральное государство, принципиально не приемлющее никакое мировоззрение в качестве официальной идеологии, обеспечивающее каждому возможность свободного мировоззренческого выбора»112.
Для некоторых ученых ключевым аспектом в определении понятия светского государства является независимость государства от религиозных установлений. Губин М. Ю. полагает, что «светским государством является государство, задачи и деятельность которого не поставлены на службу каким-либо религиозным объединениям либо обусловлены их догматами и учениями»113. Фомина С. В. подчеркивает, что «светское государство – это государство, свободное от какого-либо влияния религии, ее догматики и обрядности, различных религиозных организаций и их представителей на устройство и деятельность его политических и правовых институтов, на систему государственного образования и другие сферы государственной жизни»114. Аналогичен подход Арутюняна Г. Г.: «светское государство – государство, свободное от какого-либо влияния религии на его организацию и деятельность. В светском государстве последовательно проведено отделение церкви от государства»115.
Преподаватель Донской Духовной Семинарии, кандидат богословия Ходыкин И. В. считает, что «светским государством является такое государство, которое не обязывает человека и гражданина исповедовать или не исповедовать какую-либо религию или идеологию; религиозные объединения и органы государственной власти самостоятельны и независимы каждый в своей сфере»116.
Схожую позицию занимает Деникаева С. Э. указывающая, что: «светскость государства – это конституционно-правовая характеристика, отражающая или закрепляющая социальную и формальную независимость легитимности государства от религиозных или идеологических источников, недопустимость противопоставления абсолютному суверенитету государственного порядка никакого предшествующего или высшего порядка, отсутствие общеобязательной религии или идеологии, независимость государства и государственно-правовых отношений от санкционирования или давления религии или идеологии и от подчинения государственной деятельности религиозным объединениям и объединениям, деятельность которых направлена на распространение идеологии, от их вмешательства в совокупность урегулированных правом политических, публично-властных отношений, устройство и деятельность органов государственной власти, иных государственных органов и учреждений, а также правовых и общественно-политических институтов»117.
Итак, мы видим, что на сегодняшний день в теории светского государства существует разнообразие подходов к его пониманию. Большинство исследователей для определения светского государства выделяют существенные признаки, через которые затем происходит формулирование понятия. Попытаемся проанализировать сложившиеся подходы к выделению существенных принципов светскости.
Однако прежде чем перейти к изучению доктринальных положений, необходимо отметить, что российское законодательство устанавливает ключевые характеристики светского характера государства. В частности, п. 2 ст. 4 федерального закона от 26 сентября 1997 года № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» (с изм. от 22 октября 2014) устанавливает принципы деятельности государства: 1) не вмешивается в определение гражданином своего отношения к религии и религиозной принадлежности, в воспитание детей родителями или лицами, их заменяющими, в соответствии со своими убеждениями и с учетом права ребенка на свободу совести и свободу вероисповедания; 2) не возлагает на религиозные объединения выполнение функций органов государственной власти, других государственных органов, государственных учреждений и органов местного самоуправления; 3) не вмешивается в деятельность религиозных объединений, если она не противоречит настоящему Федеральному закону; 4) обеспечивает светский характер образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях118.
А п. 5 ст. 4, в свою очередь, устанавливает для религиозных конфессий фундаментальные положения конституционного принципа отделения религиозных объединений от государства. Так, религиозное объединение: 1) создается и осуществляет свою деятельность в соответствии со своей собственной иерархической и институционной структурой, выбирает, назначает и заменяет свой персонал согласно соответствующим условиям и требованиям и в порядке, предусматриваемом своими внутренними установлениями; 2) не выполняет функций органов государственной власти, других государственных органов, государственных учреждений и органов местного самоуправления; 3) не участвует в выборах в органы государственной власти и в органы местного самоуправления; 4) не участвует в деятельности политических партий и политических движений, не оказывает им материальную и иную помощь.
Таким образом, как справедливо отмечают Баев В. Г. и Мещерякова С. В. «содержание светскости, т. е. правоотношения, возникающие между государством, его институтами и религиозными объединениями при осуществлении ими своих полномочий и реализации компетенции, довольно подробно урегулированы нормами закона. Вместе с тем, как ни парадоксально, на законодательном уровне не выработано определение самого понятия светскости»119.
Многие авторы, занимавшиеся изучением светскости, акцентируют внимание и выделяют в качестве фундаментального признака отсутствие в светском государстве государственной, общеобязательной, официальной религии. Такого подхода придерживаются О. Е. Кутафин, Е. И. Козлова, А. Е. Постников120, И. В. Понкин, А. Ф. Мещерякова, В. А. Терехин 121, В. Г. Баев, С. В. Мещерякова122, С. Э. Деникаева , Ю. И. Стецовский 123, М. Ю. Губин, А. Ш. Будагова124.
Некоторые исследователи указывают на другой существенный признак – отделение от государства религиозных объединений (хотя на отсутствие общеобязательной религии они также обращают внимание). К ним можно отнести П. Н. Дозорцева125, М. В. Баглая126, Т. Ф. Акчурина127, С. В. Васильеву, В. А. Виноградова, В. Д. Мазаева128, Н. А. Придворову, Е. В. Тихонову129, Ж. П. Таранюка 130.
Но для понимания такого сложной конституционной характеристики государства как светскость недостаточно только двух этих принципов, поэтому для раскрытия сущности этого правового института в правовой доктрине разрабатывались более развернутые системы признаков.
Мещерякова А. Ф. считает, что современное светское государство в России характеризуется следующими признаками, которые вытекают из норм действующего законодательства131: 1) отделение религиозных объединений от государства; 2) существование определенных форм взаимодействия между государством и религиозными объединениями для решения задач, представляющих социальную значимость; 3) отсутствие государственной или общеобязательной религии; 4) равенство религиозных объединений перед законом; 5) свобода совести; 6) равенство прав и свобод граждан независимо от отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям.
Понкин И. В. выделяет следующие существенные признаки (differentia specifica) светскости государства (критериев светскости государства):
1) право на свободное мировоззренческое самоопределение, гарантированное, в том числе, запретом на установление какой бы то ни было религии либо нерелигиозной, включая и антирелигиозную, идеологии в качестве общеобязательной; 2) отделение религиозных объединений от государства (как разделение функций и полномочий); 3) светскость образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях132.
Деникаева С. Э. приводит следующую классификацию (семь принципов и форм проявления): 1) отделение религиозных объединений от государства; 2) равенство всех религиозных объединений; 3) светскость государственной службы и местного самоуправления; 4) светскость системы образования; 5) недопустимость прямого финансирования государством религиозных организаций; 6) запрет религиозным организациям напрямую участвовать в политической борьбе; 7) установление особого режима памятников истории и культуры, являющихся одновременно религиозными ценностями и святынями133.