Тринадцать

Миф о мире

Мужчина стоял, сидел, снова – стоял, сидел. Роды длились вот уже несколько часов.

Как страшно это ожидание! Это уже пятый ребенок. Все четверо предыдущих похоронены в крошечных гробиках, больше похожих на обувные коробки, в глубине их сада. Каждую весну над ними распускаются чудесные розовые кусты – красная, желтая, синяя и белая розы.

А что между этими цветениями? Поиск нового врача, бесконечные таблетки, процедуры, анализы и диагноз «здоровы оба». Наконец, беременность, протекающая без осложнений с ровным сердцебиением плода, но во время родов всегда что-то происходило, и ребенок умирал.

– Мальчик. Поздравляю!

Мужчина чуть не подпрыгнул, так неожиданно прозвучал голос.

Обернулся, увидел сестру. Ту самую. Имени её он не знал. Высокая, прямая, как доска, с неизменными косами, закрученными на висках и в безупречно отутюженной медицинской форме. В руке она зачем-то держала обыкновенную корзинку для пикника, накрытую цветным платком.

Они познакомились в тот день, когда умер четвёртый ребенок. Просто подошла и сказала:

– Я знаю, что не так! Дело в крови. Но это можно исправить. Я знаю как.

И он поверил. И тайно, стыдясь, мучаясь, выполнял все поручения.

Поначалу, правда, всё было обычно. Сестра каждый понедельник приносила гранат. Ровно в восемь утра. Целый год в одно и то же время она появлялась на пороге их дома, молча вручала плод и уходила. Супруга радостно съедала сочные красные ягодки, все до единой. Он тщательно следил за этим. Каждый раз садился напротив и смотрел, как она ест. «Дорогая! Ты уронила, ешь аккуратнее». Она считала это заботой, а он просто хотел, чтобы в доме наконец-то был живой ребенок.

По истечении года сестра принесла бутылку молока. Обычную, из магазина.

– Это вам надо выпить вместе. На зачатие у вас три дня.

Опять послушно выполнил. Молоко ведь полезное, так ведь? Как и гранат?

Но в следующий понедельник никто гранат не принес. Купил сам. И опять сидел напротив, следил, чтобы жена съела все ягодки.

Сестра вообще не появлялась целых два месяца. За это время тест показал две полоски, а врач заверил, что всё прекрасно. В прошлые разы говорили то же самое.

Сестра опять появилась неожиданно, правда, в этот раз принесла корешок, похожий на сморщенного страшного старичка.

– Эта мандрагора. Её надо положить в миску с молоком и кровью, держать под кроватью. Важно! Запомните – это важно! Молоко надо менять каждый день. Просто выливайте.

– А кровь? – испугался мужчина.

– Достаточно одной капли. Вот! – сестра вручила мужчине булавку, самую обыкновенную английскую булавку.

И больше не приходила.

Мужчина долгие месяцы прятал миску с молоком под их общей кроватью, колол себе пальцы и молился. Больше ему ничего не оставалось.

Надо сказать, беременность протекала плохо – постоянная тошнота, отеки, диабет, камни в почках и прочие все возможные «прелести». Но женщина стойко всё переносила, даже радовалась. Ведь прошлые разы протекали идеально!

Наконец, начались роды.

– …Мальчик! – сестра улыбнулась.

Мужчина побледнел.

– Уже? всё?.. Закончилось?

Сестра чуть наклонила голову, словно прислушалась. Улыбнулась. У неё оказались огромные, словно надгробные плиты, белые зубы.

– Да, уже всё.

И решительно пошла в родильное отделение. Навстречу ей уже шел врач. Прошли мимо друг друга, даже взгляда не бросили. Мужчина об этом едва успел подумать, как его руки уже трясли с поздравлениями.

Мальчик!

Мальчик!

– Я могу их увидеть? – как же не верилось! Неужели после столько лет, после четырех гробиков, похожих на обувные коробки – настоящий живой ребенок?

– Чуть позже, – заулыбался врач. – Супруге вашей надо отдохнуть, а малыша сейчас замерим, взвесим, осмотрим. Ничего страшного! – глаза врача быстро метнулись в сторону. – Просто небольшая консультация, самая обычная.

Врач так старательно улыбнулся, что мужчина ему не поверил.

– Глазки. Мне кажется. Что-то не так с глазками. Окулист посмотрит.

Глазки… но ведь от этого не умирают, не так ли?

* * *

Мучительно захотелось курить. Для этого пришлось уйти за угол. Едва сигарета задымилась, как увидел сестру. Она с корзинкой в руках торопливо шла к дороге.

– Подождите! – окликнул её мужчина.

Она не оглянулась, зашагала ещё торопливее. Быстрее не могла – мешала тяжелая корзинка.

– Погодите! – догнал ее мужчина. – Я просто хотел поблагодарить вас.

– Не нужно! – качнула головой сестра. – Извините, я тороплюсь.

И в этот момент корзинка захныкала. Мужчина побледнел, сестра побледнела. Корзинка захныкала сильнее. Мужчина сорвал платок и увидел ребёнка.

Крошечного.

Новорожденного.

– Что это? Что?

– Ничего, – сестра пожала плечами. – Это ваша плата за рождение здорового мальчика. Вот и всё.

Сестра качнула корзинку, и ребенок успокоился.

– Это что, мой? – в ужасе понял мужчина.

– Нет, – сестра вновь обнажила страшные могильные зубы. – Он теперь наш. Ваш ждет вас там, в больнице.

Сестра захотела уйти, но мужчина схватил её за руку.

– Не позволю! Мне нужен мой ребенок!!

– Нет, – сестра даже не попыталась вырваться, – вам нужен здоровый ребенок, а нам нужен этот. Он слеп, посмотрите.

Мужчина наклонился, глазки малыша действительно выглядели чересчур прозрачными.

Именно об этом и говорил врач!

Мужчина попытался вырвать корзинку, но хватка сестры оказалась прямо-таки мёртвой.

– Зачем вам мой ребенок? – вскричал несчастный отец.

– Потому что ваши предыдущие дети умерли.

Ответ обескуражил. Мужчина даже отпустил корзинку, но сестра почему-то не думала уходить, смотрела сочувственно.

– Вы ведь ничего не знаете о своих потомках? Конечно же, нет! Это было слишком давно. Ещё во время короля Артура! В жилах вас и вашей жены течет древняя кровь эльфов. Совсем чуть-чуть! Буквально по капле. Но этого вполне достаточно, чтобы порода возродилась. А обычная женщина не может родить эльфа, вот поэтому ваши дети умирали. Но немного магии…

– Что? Что за бред! – вскричал мужчина.

Сестра снова улыбнулась могильными зубами и мигнула огромными глазами. Почему они вдруг оказались огромными?

– Разве? – сестра провела ладонью по скрученной косе над левым ухом. Коса затвердела, покрылась роговыми чешуйками. – Присмотритесь.

Челюсть сестры по-козлиному втянулась, уши покрылись серым мехом.

Мужчина сделал шаг назад.

– Так-то лучше! – сестра снова улыбнулась. – Но будет лучше, если вы ничего этого не вспомните…

Сказала она и выдохнула в лицо собеседника розовое облачко…

* * *

Мужчина очнулся лишь тогда, когда зазвонил телефон. Испугался.

– Дорогая? Всё в порядке?

Трубка в ответ залилась счастливой, неразборчивой речью. Мужчина заулыбался.

– Я сейчас! Я скоро! Я сейчас!..

Убрал телефон. Огляделся. Что же он здесь делал?

Напротив, через дорогу, увидел цветочный магазин.

Точно!

Мужчина радостно побежал туда, совершенно не обратив внимания на припаркованную на обочине машину.

В машине сидели два фавна, мужчина и женщина. Женщина держала на коленях корзинку с младенцем. Ребенок с увлечением сосал рожок с молоком. Ушки его уже заострились, а слепые глаза ещё не знали печали предвиденья.

– С каждым разом всё труднее их забирать, – пожаловалась женщина. – Да и находить тоже.

Фавн с ней согласился.

– Поехали уже, – женщина поежилась. – Здесь как-то… людей слишком много!..

Сказание начинается

Глаза мальчика были закрыты, черные кудри обрамляли неестественно белое личико, грудь слабо вздымалась под тяжестью одеял. Приступ не так давно отступил.

Больной умирал. Об этом знали все, включая самого мальчика. Но его это уже не пугало. Хотя, конечно, весьма досадно умирать в 11 лет! Его злила тишина, вязким киселем растекшаяся вокруг. «Да, я умираю! – вскричал бы мальчик, если бы мог. – Но почему я не могу слышать смеха? Песен? У меня даже нет друзей!»

– Мы ничего не можем сделать, – шептались в это время за дверью. – Это ужасно! Что будет с королевством?

В былые времена, еще до Великого Перехода, больного, конечно же, спасли бы. Увы, убегая от опасности, каменные эльфы всего лишь сменили одну войну на другую: новая земля встретила путников крайне враждебно. К тому же оказалась заселена диковинными монстрами – тех, кого не истребили, удалось загнать в дальние пустоши.

Сейчас, конечно, всё более или менее спокойно, как вдруг новая напасть! Единственный сын короля слёг с тяжелым недугом.

* * *

Мальчик проснулся, потому что услышал пение. Так удивился, что даже сел. Потом удивился, что не закружилась голова, не навалился утомительный кашель.

«Я уже умер?» – подумал мальчик и огляделся.

Но комната оставалась его комнатой. Вот только за окном виднелись не высокое небо и острые макушки гор, а деревья с прозрачными на солнце ветвями.

«Наверное, я всё-таки умер!» – решил мальчик и встал. После осторожно открыл дверь и выглянул в коридор. Рядом дремал лакей, приставленный на тот случай, если больному вдруг станет плохо. Вдали осторожными быстрыми шагами шелестели слуги.

– Я не умер, – удивился мальчик. – А что тогда? О! наверное, сплю.

Это, конечно же, всё объясняло.

Тогда он подошел к окну, распахнул ставни. И снова чудо! Он был не на вершине башни, где, по мнению лекарей, воздух не так тяжел для больных легких, а на первом этаже. Спрыгнуть не составило бы никакого труда! Конечно, страшно – вдруг это все-таки иллюзия и за окном страшная высота? Но пение было настолько завораживающим, что мальчик решился – забрался на подоконник, зажмурился и спрыгнул… на пушистую траву. Она приятно щекотала голые пятки. Мальчик заулыбался и зашагал вперед.

Вскоре он увидел чудесную белокурую девочку лет восьми в ситцевом платье и совсем взрослой шляпке. Она сидела на траве и плела венок, напевая при этом.

– Здравствуй, – сказал мальчик.

Девочка прекратила петь.

– Ой! – удивилась она. – А почему ты в пижаме?

Мальчик смутился, но несильно – потому что во сне сложно сильно смущаться.

– Так получилось, – ответил он и покраснел.

Правда, больше покраснеть его заставила не собственная одежда, а чудесные голубые глаза новой знакомой. Но наследнику престола не к лицу робеть, поэтому мальчик быстро взял себя в руки и решительно произнес:

– Меня зовут Родомис, но можешь звать меня Родни. А тебя?

– Марта, – ответила девочка. – Давай дружить?

– Давай!

* * *

– Папа, – утром сказал мальчик. – Мне приснилась девочка.

– Что за девочка? – спросил король.

– Её зовут Марта. У нее чудесные жёлтые волосы, как у солнышка, а глаза такие голубые-голубые! Как бы я хотел увидеть её ещё раз!

Король не ответил – только вздохнул.

* * *

Марта в то утро проснулась не в самом радужном настроении. Она быстро оделась. Первым делом сбегала поцеловать мать, которая последнее время по утрам недомогала и предпочитала проводить время в постели до обеда. Потом побежала в столовую.

Отец, по счастью, ещё не ушел. Он с удовольствием приласкал дочь.

– Папочка! – быстро заговорила Марта. – Вот скажи: если сильный-сильный кашель, да такой, что сложно дышать – что делать?

– Подышать горячим влажным воздухом. Совсем славно, если в кипяток опустить несколько лапок ели, а потом попить березового чая, – особо не раздумывая, ответил отец. – А что такое? Ты заболела?

– Не я! Мой новый друг, Родни.

– А ну-ка подробнее! – отец посадил девочку на колени, стал серьезен. – С каким таким мальчиком ты успела познакомиться и когда?

– Папочка! Он мне приснился, – сообщила Марта. – Значит, горячий влажный воздух? Я передам.

Мужчину такой ответ устроил.

– А у твоего друга Родни есть ещё какие-то симптомы? – на всякий случай спросил он.

– Я не знаю, я спрошу! Может, у тебя есть эликсир от кашля? Вдруг горячий воздух не поможет.

– Ну, кашель бывает при разных грудных болезнях, – ответил отец. – Если бы я мог посмотреть того мальчика! Он может прийти сюда или мне лучше прийти к нему?

– Спасибо, папочка! Ты такой добрый! – рассмеялась Марта и убежала, оставив отца в глубокой задумчивости.

Правда, больше он думал не о том факте, что его малолетняя дочь познакомилась с каким-то непонятным мальчиком, а о том, что этот мальчик может быть тяжело болен. И если это так, то ему следует помочь.

* * *

Король сидел в ванной комнате, окруженный чанами с кипящей водой, в каждой по еловой ветке. На руках он держал Родни, тот крепко спал.

Осторожно постучали, и дверь приоткрылась.

– Или заходи, или убирайся! – негромко буркнул отец.

Дверь скрипнула, раскрылась пошире, и в комнату вошел высокий худощавый мужчина.

– Ваше величество! – поклонился он. – Как?..

– Лучше. Уснул. Это действительно помогает. Герцог, та девочка…

– Мы проверили, – быстро и в то же время негромко заговорил вошедший, – в королевстве нет девочек с золотистыми локонами. Есть только брюнетки.

Король кивнул.

– Может, этой девочки не существует? Может, это какой-то дух, пришедший помочь нам?

– Будем молиться, ваше величество!..

* * *

Марта так горько плакала, что переполошила весь дворец!

– Милая моя! – отец крепко обнял дочь. – Как я могу вылечить этого мальчика, если он тебе снится?

– Для этого нужно волшебство, да?

– Конечно!

– Дядя Джерри? – с надеждой спросила Марта.

– Дядя Джерри, – ответил ей отец.

Джарет появился во дворце буквально через час. Выслушал девочку, взлохматил волосы и сказал:

– Если честно, я думал, война началась или эпидемия…

Тут же получил ощутимый тычок в бок. Нахмурился, бросил другу:

– Ты что, серьёзно?

– Заткнись! – нахмурился отец. – Для Марты это важно, поэтому прошу тебя.

– Тут Хранитель Снов нужен, а не волшебник. Я, конечно, его знаю, но не знаю, где он живет. Не думаю, что у него вообще есть дом в привычном понимании.

Марта, почуяв, что пора прибегать к тяжелым методам, прижалась всем тельцем к гостю и заплакала огромными слезами:

– Дядя Джерри! Ну, пожалуйста!

Джарет метнул разноцветные молнии.

– Ненавижу, когда ты плачешь. Прекрати немедленно!

Марта заревела пуще прежнего – пришлось сдаться.

– Хорошо! хорошо! Я поищу его.

Поймал суровый взгляд друга, добавил:

– Прямо сейчас пойду его искать, раз так нужно.

И исчез.

Джарет явился ближе к вечеру в сопровождении юноши, одетого в короткие пижамные штанишки и курточку, рисунок которой постоянно менялся.

– Викта Реаль, Хранитель Снов! – представился юноша, при этом мишки на его курточке поклонились.

– Да, да! – подбежала к нему Марта. – Я уже почистила зубы и расчесала волосы. Я готова!

– Отлично, юная леди! – улыбнулся Викта, в лапках нарисованных мишек появились цветочки. – Тогда не будем мешкать.

Обычно Марту укладывали спать родители, но в этот раз они просто поцеловали дочь и оставили её наедине с Хранителем.

– Ну, маленькая леди! – улыбнулся Викта. – Отведите меня к своему новому знакомому!

Хранитель достал из кармана волшебный кристалл, встряхнул его – внутри вспыхнули, закружились огоньки. И всё вокруг тоже закружилось. А когда перестало кружиться, Викта понял, что он вместе с Мартой стоит в большой комнате, а в середине комнаты – огромная кровать, на которой лежал крохотный бледный мальчик.

– Родни! – Марта бросилась к больному, забралась на постель. – Ты как?

Мальчик слабо улыбнулся.

– Я думал, не увижу тебя снова, – мальчик закашлялся.

Вот тут Викта испугался: понял, что речь идет о настоящем больном мальчике.

* * *

Бушевала буря. В замок даже ударила молния – Родни слышал, как забегали слуги. Дышалось тяжело, больно. Новый порыв ветра распахнул окно. Следовало, конечно, позвонить в колокольчик и позвать слуг, но ставни почему-то закрылись сами. Вернее, их закрыл незнакомец. В руках он держал большой коричневый саквояж.

Родни даже не испугался: если пришло время умереть – пусть так оно и будет. Он смело смотрел, как незнакомец идет к его постели.

– Ты Родни?

Незнакомец поставил на туалетный столик большой саквояж. Мальчик кивнул.

– Я – отец Марты. Она сказала, что ты очень болен.

– А где Марта?

Незнакомец улыбнулся.

– Навестит тебя позже. Ну, приступим!

Родни послушно снял пижамную курточку. Ему замерили температуру, посмотрели горло, ощупали грудь.

– У тебя растет камень в легком, его нужно удалить.

– Мне уже удаляли, – вздохну больной. – Он все равно растет.

– Вижу, – кивнул незнакомец. – Видимо, не находили зерно, из которого растет камень. Его бывает сложно найти, но я знаю секрет. Поверь, камень больше не вырастит. А вот ты вырастишь, станешь высоким и сильным.

Это звучало слишком прекрасно!

Незнакомец открыл саквояж, достал какие-то склянки и длинный тонкий нож. Чем-то холодным смазал грудь мальчика.

– Мне надо сделать надрез. Ты не боишься?

Мальчик замотал головой, хотя, конечно, очень боялся. Впрочем, боли не было. После незнакомец достали из саквояжа лоскут ткани, закрыл ею грудь мальчика чуть ниже надреза. Снова звякнули склянки и что-то заквакало. Незнакомец показал лягушку.

– Вообще она ядовитая, так что не трогай! Но любой яд может быть лекарством. Она не просто вытянет камень из твоей груди, но еще и прижжёт зерно. Сейчас!

Незнакомец сжал голову лягушки, чтобы она открыла рот, схватил кончик языка пинцетом. После отпустил лягушку. Она повисла на своем же языке на всю его длину! Язык осторожно поместили в рану, а саму квакунью усадили на ткань на груди мальчика.

Мальчик был так слаб, что лягушка показалась ему ужасно тяжелой! Но он ничего не сказал, терпел.

После незнакомец достал из саквояжа блокнот, карандаш, сел на край кровати, принялся что-то писать.

– А я действительно поправлюсь? – спросил его мальчик.

– Конечно! Cейчас распишу твое дальнейшее лечение – питание, режим дня, как делать лекарства, мази. Если не будет воспаления, то через неделю уже можно гулять. Правда, пока понемногу, затем не меньше часа.

– Мне нельзя гулять, – возразил Родни.

– Теперь можно и даже нужно.

Мальчик не поверил – какая-то дурная шутка! Но все-таки спросил:

– А бегать?

– И бегать, но не сразу, – незнакомец ответил так спокойно, как будто иначе просто не может быть. Сперва надо укрепить сердце и легкие. А потом постепенно начнешь делать другие упражнения на силу, ловкость. Верховая езда, само собой. Я распишу тебе порядок упражнений и на что обращать внимание.

Незнакомец перевернул лист блокнота, снова что-то записал. Захотелось приподнять голову и посмотреть, что там, но шевелиться мальчик боялся. Нет, не из-за лягушки, а из-за всего сказанного.

Бегать? Гулять? Ездить верхом? Слишком несбыточно и нереально. Он ведь только вчера задыхался в приступе кашля.

– Если я действительно поправлюсь, смогу бегать, гулять, то непременно женюсь на Марте! – твердо сказал принц.

Незнакомец негромко рассмеялся.

– Сперва вам надо вырасти. А там посмотрим. Брак – штука серьезная, не стоит торопиться с обещаниями.

Наконец, врач дописал – получилось несколько листов, покрытых витиеватыми рунами. Вырвал их из блокнота, положил на прикроватный столик. Затем склонился над больным.

– Так, всё почти закончилось.

Щелкнули ножницы. Незнакомец показал мальчику лягушку, только она была уже каменной.

– Она умерла, да?

– К сожалению! Зато ты будешь жить. Оставлю тебе на память. А теперь закрой глаза, тебе лучше это не видеть.

Мальчик зажмурился. Почувствовал, как что-то скользит внутри него – это незнакомец доставал язык лягушки. Все-таки стало интересно, чуть-чуть приоткрыл один глаз, и успел увидеть в руках врача что-то длинное, тонкое, похожее на червя.

– Еще немного!

В разрез посыпались сушенные травы. Защипало.

– Терпи! – улыбнулся незнакомец. – Осталось зашить.

Вот это оказалось больно, но мальчик терпел. Во-первых, принц. Во-вторых, не хотел показывать себя трусом перед отцом невесты. А ещё потому, что на туалетном столике стояла каменная лягушка, и жизнь заиграла новыми красками.

– Последний узелок, и теперь на самом деле всё! – незнакомец щелкнул ножницами. – Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, – честно ответил мальчик.

Незнакомец достал из саквояжа бинт, отмотал немного, чем-то смазал, и залепил бинтом рану.

– Чтоб быстрее заживало. А ты молодец! Швы не надо снимать, но пока растешь шрам надо смазывать специальной мазью, а то будет тянуть. Рецепт оставил. Ах да! – вспомнил. – Вот еще! Это для укрепления сил.

Незнакомец достал из саквояжа несколько склянок с зельями, поставил их на столик. После укрыл мальчика.

– А теперь спи.

Родни кивнул и послушно уснул.

Его теперь ждал весь мир. И, конечно, Марта!

* * *

Ну и крик поднялся поутру! Сперва всех перепугала служанка, когда принесла завтрак. Затем перепугал всех король, обещая казнить абсолютно всех стражников, лакеев за то, что ночью никому не пришло в голову заглянуть к принцу.

– Вам не нужны головы, если не хотите ими думать! Сперва какая-то девочка приходит, теперь какой-то незнакомец!

Немедленно послали за лекарями. Те осмотрели больного и заключили:

– Камень иссечен. Принц будет жить!

Король снова заругался, но теперь уже от радости – ведь таинственный спаситель достоин самой высшей награды. Его следует немедленно разыскать! Пусть служит при дворе, получит подобающий титул. Тем более что у него есть дочь.

А что? Обручить их можно и сейчас, а поженятся, когда оба достигнут брачного возраста.

* * *

Сказание начинается…

Глава 1. Реджс. Часть первая

Грег изменился. Стал какой-то… Сытый. Да, точно! Он явно нашел бездонную кладовую, ха-ха! Если она, конечно, существует. Но Грег действительно стал каким-то заполненным. Так заполнить может только еда.

Я всё время хочу есть. И другие тоже. Нас всего тринадцать, двенадцать пацанов и одна девчонка. Мы живем в большом каменном, вечно холодном доме.

Мы – мусор. Нам это часто говорят. И я с этим согласен, потому что когда-то родители бросили нас. И теперь мы все живем здесь. Если бы мы не были мусором, мы бы жили дома, в своих семьях. А раз мы живем здесь, то мы мусор. Всё логично.

Я всё время хочу есть. Нас, конечно, кормят три раза в день, но порции такие микроскопические, что, кажется, еда растворяется раньше, чем попадает в желудок. Нам увеличивают порции, только если кто-то наказан. Наказанных не кормят. Мы стараемся, чтобы всё время кто-то был наказан. Обычно это Грег.

Он самый старший из нас, ему пятнадцать. Он вор. Ворует еду или то, что можно продать, чтобы купить немного еды. Правда, для этого нужно переплыть реку, ведь мы живем на острове. Или перейти по льду, если это зима.

Я знаю, что Грег мотается то на один, то на другой Берег, хотя это запрещено: война не думает прекращаться. Его могут принять за мародёра или разведчика. Неизвестно, что хуже, но убьют в любом случае. Грег не боится.

А ещё я всё время мёрзну. Горячая вода бывает только летом и то потому, что нагревается в трубах. Спим мы все в одной большой спальне без камина, с кучей окон. Всё время дует.

Каждый день до обеда уроки. После – свободное время. Ничем толком не занимаемся. Да и чем тут заниматься? Бегать нельзя, кричать нельзя. В книгах только цифры, по-моему, это скучно. Есть, правда, шахматы, но мне особо не с кем играть.

Но что прячет Грег? Он действительно нашёл бездонную кладовую? Или так изловчился обворовывать кухню, что этого никто не замечает?

Почти каждую ночь он куда-то уходит. Приходит под утро. Интересно, если я расскажу, что Грег ночами лазит на кухню, мне разрешат взять всю его порцию?

Надо за ним проследить.

* * *

Ночь.

Все уснули, я сделал вид. Даже громко захрапел. Сам залез под одеяло и украдкой смотрел на Грега. Он подождал немного. Затем встал и осторожно вышел.

Я пошёл за ним.

Грег зачем-то полез на чердак. Я за ним. Может, он проковырял дыру в потолке над кухней?

Как только залез на чердак, Грег меня схватил, зажал рот рукой. Рука у него оказалась тёплой и пахла ягодами. Я не испугался, потому что сразу захотел есть.