Развитие творческого мышления. Работаем по сказке

Что же такое «логика творчества»?

Среди задач, которые нам приходится решать в жизни, есть особый тип – проблемные, противоречивые ситуации, которые требуют совмещения несовместимого и, на первый взгляд, могут показаться неразрешимыми. И ситуации такие возникают очень часто. Вот только некоторые из них.

• Для того чтобы ребенок развивался, ему необходима помощь взрослого, но эта помощь делает самого ребенка беспомощным. Как же помогать, не помогая?

• Часто бывает необходимо, чтобы объект отвечал взаимоисключающим требованиям: например, чемодан должен быть одновременно тяжелым (т. е. вместительным) и легким (иначе с ним трудно передвигаться). Именно в таких «безвыходных» ситуациях и появляется изобретатель с диалектическим мышлением.

• Случается, что надо указать человеку на его ошибку, но в то же время сохранить с ним теплые дружеские отношения.

И реагировать в такой ситуации можно тремя принципиально разными способами.

Первый способ – попеременно утверждать или делать то одно, то другое, т. е. «просто» не замечать существования противоположностей. В этом случае можно говорить об отсутствии всякой логики: человек ведет себя или действует противоречиво. И чувствует себя при этом плохо – и жизнь, и окружающие люди постоянно будут ловить его на противоречиях.

Второй способ – признать наличие противоположностей, но при этом уныло сказать, что задача неразрешима, и выбрать только одну из крайностей (со всеми вытекающими проблемами – ведь и вторая «крайность» жизненно необходима!). В этом случае человек уже руководствуется логикой, но только традиционной, формальной, которая считает, что противоположности всегда строго исключают друг друга. Во многих случаях формальная логика очень ценна, но вот в проблемных ситуациях она бессильна.

Третий способ – найти творческое решение, позволяющее обнаружить, как взаимоисключающие отношения могут существовать одновременно в одном явлении или объекте. Именно поэтому Н. Е. Веракса назвал творческое мышление диалектическим – позволяющим удерживать единство противоположностей.

Творческое (диалектическое) мышление замечательно тем, что позволяет обнаруживать в мире явление развития, качественного изменения, потому что развитие как раз и задается единством и борьбой противоположностей. Человек, у которого развито творческое мышление, сможет и замечать, и создавать ситуации развития, движения в окружающем его мире.

Действия с противоположностями, которые совершает человек, предлагая творческое решение проблемной задачи, вполне можно описать – они-то и составляют «логику творчества».

Если есть два противоположных требования, каждое является справедливым, и отказаться ни от одного нельзя, необходимо совершить «опосредствование» – найти решение, которое будет совмещать в себе обе противоположности. Такие проблемы возникают и в практике изобретений, и при решении конфликтных ситуаций в отношениях между людьми и пр. Для решения такой задачи нужно найти такой объект, который был бы одновременно и тем же самым и другим. Если же он не будет найден, человек будет метаться от одной крайности к другой. Отличие опосредствования от банальной «золотой середины» в том, что оно предполагает именно создание ка чественно нового (и то и другое), а не просто количественный компромисс (ни того ни другого или и того и другого понемножку). Так, в сказке разумница выполняет задание «и ехать и не ехать», а в жизни появляются роликовые коньки или эскалатор.

Если объект уже совмещает в себе противоположности, надо это обнаружить, т. е. совершить действие «объединение». Тот, кто этого сделать не может, воспринимает сложное как простое, поэтому и действует неэффективно. Диалектическое объединение: в любом объекте можно обнаружить взаимоисключающие отношения. Обнаружить их не так просто – поэтому часто объекты кажутся нам непротиворечивыми, однозначными – а значит, статичными, не развивающимися. Обнаружить внутренний конфликт – значит увидеть в объекте или ситуации возможность развития. Например, такое действие необходимо для понимания художественного произведения. Не так просто ответить – хорошо или плохо заканчивается сказка (любая детская сказка – «Волк и лиса», «Колобок» и пр.). В одном случае обманывают плохого героя – хорошо ли это? В другом случае – съедают того, кто и так был испечен для того, чтобы быть съеденным, да к тому же вел себя самонадеянно. Открытие неоднозначности сказки, объединения противоположностей помогает прочитать ее по-новому, поразмышлять и поспорить.

Объекты иногда не просто меняются, а именно развиваются – т. е. приобретают противоположные характеристики: например, человек может поумнеть (или наоборот), стать добрым или злым и пр. Для того чтобы заметить это, необходимо совершить действие «превращение», что бывает не так просто: часто мы обманываемся внешним постоянством и не замечаем существенных изменений. Диалектическое превращение – это элементарное творческое действие; чтобы совершить его, надо обнаружить (или представить себе), что ситуация уже иная или может кардинальным образом измениться в будущем. Известно, что происходит, если мы не замечаем изменения настроения собеседника и продолжаем разговаривать, как если бы ничего не произошло. А уж когда взрослый обращается к выросшему ребенку как к маленькому, происходят и вовсе драматические события.

Как часто проблема кажется неразрешимой именно потому, что она неверно поставлена! Выйти из тупика помогает смена альтернативы – выстраивание новой противоположности к уже известному объекту. Если удалось выстроить новую противоположность (отличающуюся от ранее обнаруженной), можно говорить о смене альтернативы. Так, в сказках появляющиеся герои отличаются по росту, но вдруг решающим оказывается совсем другое качество, например, хитрость или храбрость. Согласимся, что это очень жизненная ситуация.

А вот если объект превращается в противоположный себе, но именно поэтому возвращается в исходное состояние, мы будем говорить о действии «замыкания». В народных сказках встречается множество примеров того, как плохой герой попадает в ловушку, которую сам же расставил для другого. Применяя это действие, можно отразить бумерангом направленную против тебя хитрость. Другой вариант: человек, способный совершить замыкание, может предугадать разрушительный эффект действий, которые поначалу ведут к хорошему эффекту.

Для того чтобы научиться решать возникающие задачи, человек должен уметь обнаруживать явления развития или чужие творческие «ходы» в окружающей жизни.

Сказки: «недетская» литература

«Детская литература» – это не то же самое, что «литература для детей».

На самом деле, появившиеся в ХХ веке литературные сказки – о Винни-Пухе, Алисе или муми-троллях – вовсю читаются и цитируются взрослыми. Все они были написаны именно для детей (а некоторые – для вполне конкретного и сегодня известного всему миру ребенка), но их авторы сумели открыть такое удивительное пространство, где граница между детскими и взрослыми вопросами исчезает.

У народных сказок – судьба принципиально иная и все же похожая. Серьезные научные тома написаны об их происхождении, о том, как появлялась древняя мифология, как человек пытался в символических персонажах выразить свои представления о жизни и смерти, уме и глупости, о страшном и веселом. И вот человечество подросло, у него появились и другие способы размышления о мире – наука, искусство, религия. Но что произошло со сказкой? Осталась ли она в прошлом как памятник наивному детству цивилизации? Вовсе нет – сказки живут, читаются и перечитываются, переиздаются, по-прежнему (и по-новому) любимы не только детьми, но и взрослыми. Сказки – это бесценное сокровище творческих действий для того, кто умеет читать.

Вы спросите: а разве нужно уметь читать сказки? Вот уж чему, кажется, учить не надо! Достаточно вспомнить, с каким трогательным вниманием слушают вновь и вновь свои любимые книжки совсем маленькие дети. Стоит ли создавать специальные образовательные программы?

Но представьте себе в чем-то похожую ситуацию: вам довелось попасть в незнакомый город. Нужен ли вам человек, который о нем расскажет, поводит по улицам?

Нет, скажете вы, вспомнив монотонный голос экскурсовода, предлагающего «посмотреть направо и налево», я и без этого получу массу впечатлений!

Да, скажете вы, вспомнив случаи (редкие, но счастливые), когда по городу довелось побродить с тем, кто его знает и любит: такой попутчик помогает увидеть скрытое от поверхностного взгляда, и тогда город оживает, наполняется историями и историей, начинает порождать все новые вопросы.

То же можно сказать и о сказке: по ее страницам и в одиночку побродить интересно, но это путешествие можно сделать и просто захватывающим – если помочь обнаружить скрытые от беглого взгляда чудеса. Педагоги, участвовавшие в разработке программы, не раз обнаруживали, что даже самая привычная на первый взгляд сказка после обсуждения начинала сверкать разными неожиданными гранями. Способность к удивлению от этого не исчезает, а, напротив, появляется – ведь удивлению надо научиться! Чем образованнее[1] человек, тем больше удивительного открывает он в мире, чем менее образован – тем скучнее ему жить.

В народных сказках отразились и способы отношения человека к миру, и способы решения творческих задач. Однако вдумчивое чтение сказки не сковывает, а умножает свободу читателя понимать, создавать и осмыслять мир.

Может возникнуть и такое опасение: не разрушим ли мы непосредственное детское восприятие своим «методическим вмешательством»?

Ведь Арина Родионовна не рисовала с юным Александром Сергеевичем ни схем, ни моделей, а просто рассказывала ему сказки.

Понятно, почему возникает такая тревога: нам кажется, что интеллект (понимание) и эмоции (впечатление) – нечто совершенно не связанное. Но это не так: удовольствие от художественного произведения может получить только тот, кто способен его понять. Многие ли получают удовольствие, слушая концерты Скрябина или читая романы Достоевского? Разумеется, подготовленный читатель или слушатель не проводит анализа – он «просто» смеется или плачет над страницами, а другой – неподготовленный – «просто» остается равнодушным (и уныло скучающим). «Неподготовленный» – то есть неспособный обнаружить сложное сплетение противоположностей, которым держится любое произведение.

Развитие творческого мышления дошкольников и взрослых

Сразу оговоримся: чего в сказке искать не стоит, так это прямых, на поверхности лежащих нравоучений. С точки зрения прямолинейной морали, сказки иногда звучат довольно странно: самым успешным может оказаться самый глупый из братьев, ленивый Емеля добивается любви царской дочери, а некоторые сказочные герои добиваются своего прямым обманом. Трудно поверить, но такое прямолинейное прочтение привело когда-то даже к гонениям на сказку: в 1930-е годы сказки детям читать не рекомендовалось, поскольку они, якобы, «мешают формировать у ребенка реалистические представления о мире». Надеемся, эти опасные (не только для сказки) времена позади.

Великий итальянский педагог Мария Монтессори писала, что «дети учатся жить у жизни», но если чему-то учиться у жизни – то это творчеству. А творчество невозможно просто «показать», надо самому решать задачи! Вот и возникает вопрос: каким образом ребенок может получить опыт такого решения, читая сказки? Ведь в сказках все задачи предлагаются, казалось бы, уже в решенном виде. Тут есть два ответа.

Во-первых, воспитатель должен построить работу таким образом, чтобы дети восприняли сказку как задачу для себя: например, искали решение вместе с главным героем или анализировали взаимоотношения персонажей. В сказках можно обнаружить все диалектические действия – и превращение, опосредствование, и объединение, и замыкание, и смену альтернативы. Самое интересное и непредсказуемое – в том, что часто дети видят не то действие, которое «запланировал» взрослый, а совсем иное – в этом случае очень непросто пойти навстречу детской инициативе и свернуть с заранее проложенной тропы конспекта. Причем глубины, изумляющие даже бывалых взрослых читателей, открываются именно в ходе дискуссии. А сказки от этого нисколько не теряют своей непосредственной прелести: именно после решения проблемных ситуаций дети с особенной радостью рисуют понравившиеся эпизоды, рассказывают о прошедших в группе спорах родителям, придумывают собственные сказки. Даже в известном наизусть с детства «Колобке» можно обнаружить неожиданные секреты!

Во-вторых, в ходе изучения каждой сказки последние занятия посвящены проигрыванию, рисованию и даже придумыванию своих собственных историй. Это необходимая часть программы: дети учатся у сказки творчеству.

Первые шаги в создании программы по освоению детьми диалектической структуры сказки были предприняты Р. Р. Зинуровой.[2]

Данная книга обращена к педагогам, которые хотят творчески читать сказки с детьми. Она может быть интересна и полезна тем, кто хочет:

• помогать детям обнаруживать сокровища творческого мышления, скрытые в народных сказках;

• развивать способность дошкольников создавать новое.

Развивающее образование требует от взрослого многого: умения точно ставить вопрос, реагировать на детские неожиданные ответы, раскручивать волчок дискуссии в детской группе, находить неожиданные аргументы, придумывать самому и радоваться придумкам детей. Все это, действительно, очень важно, и этому нужно учиться, но если взрослый придет к детям суровым и сосредоточенным на методических приемах, ничего хорошего не выйдет. Предложенные далее конспекты – не столько руководство к неукоснительному выполнению, сколько один из вариантов проведения занятий.

Ведь самое главное – дать ребенку почувствовать радость решения задач, умного спора, восхищения неожиданной идеей. Мышление заработает только если на занятии будет создана атмосфера творческого поиска, решения задачи, если дети поймут, что им надо не отгадывать мнение взрослого, а действовать самостоятельно, не боясь ошибиться. Это – цели. Все остальное – только средства!

Мышление ребенка будет развиваться, если:

• взрослый будет слышать детские творческие ответы (даже произнесенные тихо), поддерживать и развивать их;

• понимать, что именно мы развиваем в детском мышлении: от чего уводим и к чему хотим привести.

Мышление ребенка не будет развиваться, если:

• взрослый будет пытаться подсказать ему правильные ответы, не давать опыта самостоятельного мышления;

• критиковать детские версии, не приводя аргументов;

• одинаково поддерживать любые детские ответы, не показывая, чем умный, удачный ответ отличается от неудачного.

Задача перед взрослым стоит непростая – ведь искать новое человек станет только в том случае, если он не боится ошибиться и при этом понимает, что все же надо искать безошибочное решение.

Основные шаги работы со сказкой:

1. Чтение и первое обсуждение сказки.

2. Решение диалектической задачи.

3. Символическое проживание сказки.

Чтение и первое обсуждение сказки

Первый шаг – это знакомство со сказкой. Некоторые сказки детям давно уже знакомы («Колобок», «Сестрица Аленушка» и пр.), однако они с радостью послушают их еще раз, если взрослый сумеет создать радость встречи со «знакомыми незнакомцами». Можно и предупредить ребят о том, что, хотя сказки им хорошо известны, читателей ждет много удивительного.

Цель знакомства со сказкой. Итак, сказка прочитана. Теперь, чтобы освоиться с ней, надо задать вопросы. Но вот только зачем мы будем их задавать? Казалось бы, ответ простой – чтобы вспомнить события, происходившие в сказке. Однако гораздо более важная задача – понять сказку! Конечно, дети часто знают свои любимые сказки буквально наизусть, однако это вовсе не показатель понимания и не повод для умиления. Механически запомнить сказку дословно гораздо легче, чем разобраться в ее содержании. Это случается и со взрослыми – часто при чтении у нас возникает только иллюзия понимания – мы улавливаем внешнюю канву сюжета, а самое главное – причинно-следственные связи – остаются не понятыми.

Итак, на первом этапе работы мы задаем вопросы, чтобы:

• восстановить последовательность событий;

• установить причинно-следственные связи.

Как выбрать картинки. Опорой для выделения основных событий станут иллюстрации к сказке. Их подобрать не так-то просто: ведь нужны именно те картинки, которые отражают основные эпизоды – структуру сказки.

В таких сказках, как «Колобок» или «Заюшкина избушка», важен размер картинок, изображающих персонажей, так как к этим иллюстрациям будут строиться модели именно в соответствии с размером персонажей.

Если взрослому захочется попробовать провести занятие по сказке, подобранной самостоятельно, то вопрос о том, какие именно иллюстрации выбрать, встанет обязательно. Можно сказать, что их выбор – это уже первый шаг в анализе сказки.

Как сочинять вопросы. Для того чтобы сменить жанр беседы с демонстрации памяти на вдумчивое чтение, взрослому надо продумать вопросы, которые станут «ловушками для мышления». Чтобы вопросы действительно помогали детям и будили их мышление, надо знать об особенностях дошкольного возраста и при составлении вопросов отталкиваться от этих особенностей.

• Взрослый и его слова очень авторитетны для дошкольника, поэтому лучше задавать не закрытые, а открытые вопросы. «Закрытые» вопросы – вопросы, на которые можно однозначно ответить «да» или «нет», и обычно по интонации взрослого вполне можно угадать правильный ответ. Такие вопросы не требуют мышления. «Открытые» вопросы предполагают развернутый ответ – ребенку приходится самому формулировать мысль.

• Ребенку трудно восстановить последовательность событий – что за чем следовало в сказке, поэтому не стоит подсказывать, что за чем следовало. Лучше задавать открытые вопросы обо всех ключевых моментах сказки.[3]

• Детям трудно уловить причинно-следственные отношения – в тексте они чаще всего прямо не объясняются, и взрослому кажется, что ребенку они вполне понятны. Однако чаще всего это только иллюзия понимания. Если взрослый не задает вопросов о причинах событий, а останавливается только на их последовательности, дети в ответ бодро пересказывают сказку (а иногда и рассказывают близко к тексту), не отвечая на вопросы «Почему?» и «Зачем?». Надо заранее придумать вопросы, требующие объяснения причинно-следственных связей.

Часто вместо поиска причины в самой сказке дети ограничиваются общей характеристикой героя (он злой, он добрый). Не стоит давать объяснения за детей, самому договаривая правильный ответ, лучше показать детям, что их версия не очень хороша, что стоит еще подумать. Для этого надо задать дополнительный – уточняющий – вопрос. Например, при обсуждении сказки «Сестрица Аленушка и братец Иванушка» педагог задает вопрос: «А почему ведьма просила зарезать козленочка?»

В сказках есть ситуации, которые разные герои понимают по-разному (например, один обманывает, а другой – обманывается, не понимает, что с ним хитрят). То, что ситуация видна по-разному с разных позиций, детям не всегда понятно. Но вопросы о том, как воспринимают ситуацию разные персонажи, помогут понять сказку.

Итак, основные правила составления вопросов по содержанию сказки:

• задаются открытые вопросы обо всех ключевых событиях сказки;

• задаются вопросы не только о последовательности событий, но и о причинно-следственных отношениях в сказке;

• задаются вопросы о том, как понимают ситуацию разные герои.

Чтение и первое обсуждение сказки обычно занимает отдельное занятие. В конце его можно предложить кому-нибудь из ребят рассказать сказку по картинкам, прикрепленным к доске.

Решение диалектической задачи