«Путешествие на Запад» китайской женщины, или Феминизм в Китае
- -
- 100%
- +
Вопрос о праве голоса возник как средство для достижения искомых результатов, для обеспечения законодательных реформ[66]. Считается, что первая официальная речь перед английским парламентом в поддержку женского избирательного права была произнесена в 1867 году. Её автор – Джон Стюарт Милль, который в своих трудах[67] обосновывал необходимость эмансипации женщин и признания за ними равных с мужчинами прав. Он настоятельно требовал равенства мужчины и женщины в семье и обществе[68]. Его выступления стимулировали активизацию женского движения [69], создание женских политических организаций (в Англии, Франции), организации публичных лекций о положении женщин в семье и обществе – то есть популяризации этих идей[70].
Вообще, мужчины нередко выступали в защиту женских прав. Так, есть мнение, что подлинным основателем феминизма был Леон Ришье: в 1869 году во Франции он основал общество «В защиту прав женщин» и печатный орган – журнал «Права женщин», пропагандирующий идеи феминизма. С целью интеграции женщин в общественную жизнь создаётся Лига за права женщин, а в 1878 году Л. Ришье организовал Международный конгресс в защиту прав женщин. В 1879 году социалистический конгресс провозгласил равенство обоих полов, и с тех пор, считают некоторые, союз феминизма и социализма стал нерасторжимым. В 1892 году во Франции собрался так называемый первый феминистический конгресс, который дал имя всему движению, и с этого момента начинается продвижение феминистских организаций в другие страны[71].
Между тем путь к получению избирательного права был долог и постепенен. Так, например, во Франции в 1897 году выходит закон, позволяющий женщине выступать свидетелем в суде. В 1898 году женщины получают право избирать в Торговый суд, право избирать и быть избранными в Высший совет труда, допуск в Высший совет общественной благотворительности и в Школу изящных искусств. В 1909 году, возможно, после прошедшей в 1902 году в США (в Вашингтоне) международной конференции суфражисток (suffrage – право голоса), представленной делегатами из 10 стран, создаётся французский Союз борьбы за женское избирательное право[72], который выступает за предоставление женщинам права голоса на выборах в органы местного управления. К этому вопросу возвращаются в Европе в 1910, 1918 годах. Наконец, в 1919-м вопрос о предоставлении женщинам права голоса получает поддержку палаты депутатов Франции; но в 1922 году в сенате он не проходит. Ситуация складывается весьма сложная. Даже папа Бенедикт XV в 1919 году высказался за предоставление женщинам избирательного права. В сенате многие католики, группа Республиканского союза Франции поддерживают папу. Вплоть до 1932 года французский сенат прибегал к различным отсрочкам, тем не менее, в 1932 году он принимает решение даровать женщинам право избирать и быть избранными, однако вскоре эта поправка отклоняется, поскольку депутаты не устояли перед «серьёзным аргументом»: законодательная работа женщины приведёт к её оторванности от семьи, а «место женщины дома»[73].
Именно в результате борьбы женщин за право принимать участие в выборах в конце XIX – начале XX века феминизм часто считался синонимом суфражизма (или наоборот). Требование избирательного права вплоть до 1919–1920 годов было наиболее громкозвучащим, а потому часто принимаемым за главный предмет борьбы. Требование избирательного права становилось настоятельным, поскольку многие необходимые изменения в правовой сфере должны были быть проведены через законодательные органы, интересы женщин в которых представлять было практически некому. Бытовало мнение, что участие женщин в общественной жизни внесёт коррективы в аморальные мужские ценности, связанные с неизменными свойствами мужской психики (мужчина, утверждали некоторые суфражистки, по природе своей агрессивен, он – потенциальный насильник и убийца). И поныне есть мнение, что женщины способны инициировать новый взгляд на жизнь на Земле – более гармоничный, менее разрушительный.
Является ли это следствием или просто хронологическим совпадением, но повсеместно после получения женщинами права участия в голосовании первая волна женского движения пошла на спад[74]. Равные с мужчинами избирательные права были получены женщинами в Новой Зеландии в 1893 году[75], в Австралии 一 в 1902, в Финляндии – в 1906[76], в Норвегии – в 1913, в Дании и Исландии – в 1915, в России – в 1917[77], в Канаде – в 1918, в Австрии, Германии, Нидерландах, Польше, Швеции, Люксембурге, Чехословакии – в 1919, в Ирландии – в 1922, в Великобритании – в 1928 году. Что касается США, то общепризнано, что избирательное право женщины получили в 1920 году[78]. При этом разрыв в сроках достижения успеха даже в этом конкретном требовании, как мы видим, сильно различается по странам и континентам[79].
И даже, как утверждают некоторые и что подтверждается историей, после первых успехов в борьбе за избирательное право наступает не только спад, но и некий латентный период в развитии женского движения[80]. Есть, однако, мнение, что к этому спаду привело стремление к расширению массовости женских организаций, могущей-де стать «мощным фундаментом для стимулирования перемен в обществе». Но массовость достигалась «отказом от потенциально несущих разлад и противоречия идей». И тем самым суфражизм, сосредоточившись на единственной цели, «практически перестал воплощать взгляды феминизма, и само движение всё более и более ослаблялось»[81].
Осмысливая пройденный этап, историки женского движения выделяют две парадигмы, в соответствии с которыми развивался феминизм. По одной из них – в соответствии с либеральной направленностью, феминизм 1920-х годов определялся как «теория и/или движение, связанные с изменением положения женщины через достижение политических, юридических или экономических прав, равных с мужчинами». Другая позиция заключалась в признании различий полов и превосходства женщины как обладающей более высокой «моральностью», а также – в признании необходимости особой защиты женщин. Эту позицию иногда называют «социально-феминистской». Женщины считались склонными к кооперации, миролюбию, а мужчины – к соревновательности, агрессивности. Более высокая моральность объяснялась той работой, которую женщина выполняет «по своей природе» – домохозяйство и материнство или вне дома 一 социальная работа и обучение. В соответствии с социально-феминистской точкой зрения, если женщина будет иметь доступ к общественной жизни, то она привнесёт в неё большую справедливость.
Считается, что представители первой ветви выступали главным образом за политические реформы и использование национальной политической тактики давления. Эта тактика требовала организации на национальном уровне и определённой степени профессионализации. Корень этого движения 一 в суфражизме и успешных кампаниях за доступ женщин к образованию и работе. Вторая ветвь феминизма отрицала идею правового равенства с мужчинами (радикальный, левый, отчасти социалистический феминизм). В его рамках считалось, что политические реформы никогда не освободят женщин, главный акцент должен быть сделан на самих женщинах, а не на государстве. Цель движения 一 изменить способ мысли и действия, переоценить женскую суть, а не адаптировать женщину к мужским ценностям.
В целом большинство специалистов в области феминизма(как практиков, так и идеологов) оценивают феминизм в первой фазе своего развития как не вышедший на новый уровень отношения к женщине. К тому же, несмотря на то что в 20-е годы прошлого века женщины получили определённую законодательную независимость, политический контекст, подтолкнувший к борьбе, уже изменился. «Вместо социальных проблем они атаковали социальные конвенции», – писал в 1975 году Джордж Фриман в монографическом исследовании «Политика женского либерализма».
Вслед за определёнными успехами в социально-политической сфере претерпел значительные изменения стиль внешнего поведения женщин: больше женщин стали курить, употреблять алкоголь, ещё больше – коротко стричь волосы, и, считается, именно женщины начинали сексуальную революцию ХХ столетия. Однако политические ориентиры, ранее служившие мобилизующей силой, были утрачены[82].
Кроме политико-идеологических процессов, на положение женщин, естественно, влияют и определённые политико-экономические процессы. Как писалось в одном из интернет-изданий: «Барышня, Смольный! – Откуда, собственно, взялась эта барышня? Понятно, откуда – всеобщая мобилизация заставила быстренько забыть о женском предназначении и начать использовать женщин в качестве квалифицированной рабочей силы. То же самое происходило во время Второй мировой войны, когда американские домохозяйки стройными рядами двинулись на заводы Форда, бросив своё вышивание. Как только война закончилась, понадобилось освободить рабочие места для демобилизованных мужчин – все снова заговорили о “женском предназначении”»[83]. И тогда вновь начинает активизироваться феминизм во всех своих ипостасях: осмысление роли и особенности женщины (то есть развитие теоретического феминизма как процесс формирования идеологии), борьба за её трудовые, экономические права – то есть женское движение.
Новый виток решения «женского вопроса»
После определённого латентного состояния, длившегося примерно с третьего десятилетия по конец 60-х годов ХХ века, женское движение вновь активизировалось в рамках общей борьбы с различными формами дискриминации. «Наблюдаемый с конца 60-х годов подъём женской активности и в сфере реформистской, и в сфере революционной политики является частью общей радикализации молодёжи в ходе войны во Вьетнаме и разложения капиталистической экономики»[84]. Катализаторами событий были и смерть Че Гевары, и убийство Л.М. Кинга, не обошлось без влияния «пролетарской культурной революции» в Китае и вторжения СССР в Чехословакию[85]. В то время у многих зародился интерес к проблемам социального развития, в том числе и к особенностям развития положения женщин. В студенческих аудиториях и кафе «денно и нощно проходили бурные дискуссии о стратегии и эффективности методов социального развития… Среди женщин высказывались мнения, что освобождение женщин входит составной частью в процесс трансформации общества»[86].
При этом, что очень существенно, 1968 год 一 «это время, когда всемирное движение за освобождение женщин в первый раз вторглось в академию, ведя с собой боевых членов в новую эру»[87], то есть наступил период расцвета так называемых женских исследований.
Характерным для раннего периода women’s studies стал метод интеграции женских исследований в социальные и гуманитарные науки, что получило название «добавить женщин и перемешать» («add-women-and-stir-method»). В центре внимания были, прежде всего, женщины 一 всех классов и происхождений, то есть женщины как социальная группа, ранее исключённая из традиционных гуманитарных и социальных дисциплин. Используя новый подход 一 гендерный, 一 вскоре увидели, что практически все традиционные дисциплины были «гендерно слепы», отражали мужские предубеждения, использовали понятия, которые не подразумевали женский опыт («труд», «просвещение», «общественно-политические движения» и др.). Например, социологические исследования труда исключали домашний труд и волонтёрскую работу – виды деятельности преимущественно женщин; изучение эпохи Просвещения игнорировало положение женщин. В истории и социологии общественных движений не было места женским движениям. Таким образом, благодаря «гендерным раскопкам» (по остроумному выражению одной российской феминистки), становились видимыми женские жизни, опыт, женский подход к анализу фактов, явлений и процессов.
Развитие женских (гендерных) исследований и учебных курсов на их основе стало возможным во многом благодаря появлению к этому времени в университетах довольно большого количества женщин, прежде всего среди учёных и преподавателей в сфере гуманитарных и социальных наук. Они привлекли внимание учёных и общественности к отсутствию исследований о роли женщин в истории, науке, к культурному формированию понятий «женственности» и «мужественности» и представлений о ролях полов в обществе и т. д. Вопросы о роли женщин в истории, литературе, аграрных и индустриальных обществах очень скоро потянули за собой более широкие вопросы о гендере как переменной – в психологии, социологии, антропологии, философии, а также вопросы о распределении социальных ролей, власти, благ, вознаграждения за труд – в политике, экономике. Гендер как социологическое понятие понадобилось ввести для того, чтобы показать различие между биологическим полом (полом как «естеством») и полом как социальным конструктом, набором социально сконструированных ожиданий по поводу поведения, стремлений и желаний, которые, будучи порождены обществом и вложены в индивидуумов, могут быть изменены.
Термины женские исследования, гендерные исследования, а также феминистские исследования часто употребляются взаимозаменяемо, но стоит отметить, что по поводу этих терминов идут дискуссии. Зародившись в США, понятие «женские исследования» – women’s studies (как и сама научная дисциплина) довольно быстро распространилось в англоязычных странах. Понятие «феминистские исследования» появилось в Дании и популярно в Скандинавских странах как своеобразный протест против «американского культурного империализма»; оно используется также с целью сделать акцент на политическом значении борьбы феминистов за новое научное знание о человеке и обществе. Ещё одним альтернативным термином, который используется в Скандинавских странах и в России для обозначения женских исследований, является термин «феминология». Он был введён в научный оборот в Дании в 1971 году как легкопереводимый на многие языки и достаточно нейтральный. С 1980-х годов активно используется термин «гендерные исследования» (иногда он заменяет термин «женские исследования» как более приемлемый для подчёркивания необходимости изучения социальной проблематики обоих полов)[88].
Интересный момент, который нельзя назвать «исторической случайностью», но именно в это время многие феминистки обратились к Китаю как к предмету своего исследования. Интересовались историей женщин в Китае и люди, вовсе не имеющие никакого отношения к китаеведению и даже к востоковедению[89]. Вполне возможно, большая страна, совершившая рывок в социально-экономическом развитии, свободная от чрезвычайно сложных напластований западной истории, имеющая вполне «правильную» конституцию с точки зрения установления равных прав для всех граждан, в том числе для мужчин и женщин, страна, видимая с Запада как полная социальной активностью и динамизмом, – всё это воспринималось со стороны, как и шестьдесят лет тому назад новая Россия, исключительно (или преимущественно) с чрезвычайным энтузиазмом[90].
Итак, 1960-е годы были «временем глобального пробуждения историков-женщин», в том числе пишущих и о Китае. При этом достаточного количества источников не было («территория была не исследована»), многие (из немногих пишущих на эту тему) начинали с биографий известных женщин[91]. В каталогах библиотек большинства университетов даже не было раздела, посвящённого женскому движению, не говоря уж о женском движении в Китае. «После года работы, в течение которого я разыскивала в этих библиотеках имеющиеся материалы и знакомилась с ними, – пишет одна из историков, начавших в 1975 году разрабатывать эту тему, 一 я обнаружила, что их не хватит даже на студенческую курсовую. Низкий уровень осведомлённости о… женском движении в Китае сильно удручал, тем более что касается это не только моих знакомых, но вообще историков, социологов, антропологов и даже китайских учёных – женщин и мужчин в равной степени. Было весьма нелегко доказать право на существование моей темы, и мне пришлось буквально продираться через кипы пыльных газет и ещё никем не тронутых исторических документов, сваленных в тёмных углах библиотек в далёких странах»[92]. Аналогичный печальный опыт был и у японской специалистки, начавшей несколько ранее – в 1970 году читать первый курс лекций в Женском университете в г. Нара «Женское движение в новом Китае» (с движения тайпинов до 50-х годов XX века): «При этом я просто выбивалась из сил: почти не было материалов, лекции были сырыми, за день, бывало, я не знала, о чём буду говорить. Но в работе я находила и удовольствие – мой собственный опыт воодушевлял меня»[93].
Что касается изучения «женского вопроса» в самом Китае, то сведений об этом по КНР до начала 1980-х годов не имеется[94], а на Тайване начиная с конца 1960-х публикуются книги и обзорные статьи по данной тематике (что явно говорит о наличии научных наработок к этому периоду, наличии определённой преемственности с периодом начала века XX-го).
Чаще, чем «феминизм», в мировом сообществе в эти годы стал использоваться термин «женское освобождение» 一 women's liberation. Утверждение, что «если кто-то является женщиной, то это ещё не полная характеристика данной личности», в некоторых работах учёных-феминисток дополняется тем, что сама категория «женщина» была поставлена под вопрос, «дабы избежать как воспроизведения социально обусловленных гендерных различий, так и затушёвывания социальной разнородности женщин»[95].
Другие черты женщины как личности, подчёркивалось в ряде работ, например, расовая и классовая принадлежность, определяют то, что испытывает эта личность, будучи женщиной, а самое главное, как она в этом качестве воспринимается другими. Это – уже область социальной психологии. Но: «“общественные формации”… “базис – надстройка”… в окружении этих категорий социальная и индивидуальная психология в лучшем случае воспринимается в качестве красочного, но вовсе не обязательного добавления к основным темам истории. А историю творит человек, а посему и исторические факты 一 есть факты психологические»[96], и без этих моментов непонятны ни поступки людей, ни их идеологические установки.
Афроамериканские и белые женщины по-разному воспринимаются (и воспринимались) как «женщины». Женщины из рабочего класса воспринимаются (и воспринимались) как «женщины» по-иному, нежели неработающие представительницы среднего класса. Опыт женщин формирует их политическое сознание, но и политическое сознание определяет опыт женщин. По этой причине является недостатком на равных использование категории «женщины» при игнорировании других социальных различий (класса, расы, сексуальной ориентации). При том, что сексизм как система господства институционализирован, но он никогда не определял в абсолютной форме судьбу всех женщин в определённом обществе[97].
В феминизме как сфере теоретических разработок, как и в любой из научных сфер, естественно наличие различных школ. Представители одной из которых, скажем, считают основным направлением разработку основ движения, ведущего к созданию такой организации социума, в которой индивидуальное саморазвитие имело бы приоритет перед сосредоточением желаний на материальной сфере, а другие феминизм представляют как единственно правильную политику, направленную на изменение существующего соотношения сил между мужчинами и женщинами в социуме[98]. Ныне некоторые настаивают, что феминизм – это прежде всего этика, методология и более взвешенный взгляд на действие в условиях нашего существования. Другие приписывают феминизму конституирование социальных, экономических и политических обязательств по искоренению расового, классового и сексуального доминирования. В настоящее время часть участниц феминистского движения[99] вообще призывает «белых феминисток осознать, что гендер – не единственная категория, и что он не всегда первичен в контексте борьбы за освобождение женщины»[100].
Есть и определённые различия в национальных школах феминизма. Так, считается, что американские учёные ввели в оборот термин «статус женщины» как целостную теорию с различными категориями оценки: экономические – величина трудового вклада женщины в семейную и общественную экономику, престижность женского труда, его вознаграждаемость; политические – отношение к участию женщин в общественно-политической жизни, «формальные» и «неформальные» общественно-политические роли и ценности; социальные – определение основной сферы женской жизнедеятельности, степень «персональной автономности» женщины, структура родственной группы и возможность авторитарности, особенности распределения семейных ролей; идеологические – социокультурные представления о различиях полов, символы, ритуалы, религиозные установки, «двойной стандарт» поведения и морали и прочее. Но общего критерия оценки не было найдено.
Так называемые «традиционалистки» (прямые последовательницы феминисток и суфражисток начала века) рассматривают роль женщины в большинстве обществ если не как подчинённую, то как социально-пассивную, и предлагают различные пути выхода именно из этого положения. «Модернистки» не рассматривают ограничение активности женщин домашней сферой как показатель исключительно подчинённости, в определённых культурных контекстах (особенно в прошлом) это могло быть даже «ключевой позицией» власти (осуществляющей скрытое воздействие на мужчин, через тесные родственные связи).
В теорию женских исследований новый вклад был сделан французскими теоретиками в последней четверти прошлого века: они предложили отойти от анализа социально-экономической сферы и сосредоточиться на анализе духовного мира, менталитета, а стало быть, и частной жизни, в том числе и людей ушедших эпох.
Германские теоретики женских исследований сосредотачивают основное внимание на разработках проблемы повседневности, повседневного быта под новым, не этнографическим, а социально-историческим углом зрения[101].
И в самом движении, и в научных феминистских кругах существует к тому же весьма зримое деление по исходной идеологической позиции. Особенно с 80-90-х годов прошлого века речь пошла уже о десятке «феминизмов»: марксистский феминизм, неомарксистский феминизм, радикальный феминизм, либеральный, социалистический, христианский, психоаналитический, экзистенциальный, экологический, анархистский, культурный и др. Говорят также о мужском феминизме, лесбийском феминизме, феминизме цветных, феминизме рабочего класса (имея в виду те социальные группы или классы, которые формируют понимание положения полов в обществе с учётом особых проблем)[102].
Женское движение в целом повлияло на политические институты, на самосознание женщин, на изменение гендерной системы, оно изменило интерпретацию ранее обсуждаемых тем. Многое из того, что женщины сделали в истории, раньше рассматривалось как «филантропия», или «услуга», или «хулиганство», но редко воспринималось как политика, тогда как вся деятельность мужчин рассматривалась как общественная. «Это был результат раскола общества на общественное/ личное. Лозунг (“интуитивный”)феминизма – “личное также является политическим”, ибо должно дать женщине возможность установить контроль над своей собственной жизнью, как внутри, так и вне брака, и иметь возможность влиять на общество, в котором они живут»[103].
Но есть точка зрения, что именно в эти 1980-е годы феминизм как движение в западных странах пошёл на очередной спад. Не исключено, что просто феминизм стал занимать в публичной жизни обществ меньшее место. Он перешёл на практический уровень – на уровень его освоения и усвоения, принятия к реализации в определённой мере в социальной и общественной жизни разных стран.
При этом картина самого феминизма чрезвычайно усложнилась. «Развитие феминизма на государственном уровне, рост антифеминизма (возвращающегося к интерпретации ролей как заданных природой), конфликты и расколы разных направлений феминизма и женского движения (противоречия гетеро- и гомосексуалов, оппозиция женских исследований и феминистской теории, критика цветными женщинами “расизма”, дебаты по порнографии), развитие мужского феминизма, усиление внимания к сексуальности, к телу, к специфике различий женщин, развитие альтернативной женской субкультуры – свидетельствуют о новом этапе переосмысления положения полов в современном обществе. Некоторые в 1980-90-е годы заговорили об эпохе постфеминизма»[104].
Несколько слов о гендере
Термин гендер, ныне всё более вытесняющий термин феминизм, также не имеет однозначного определения. В соответствующей литературе существует несколько концепций гендера. Это обусловлено как относительной «молодостью» гендерного подхода (первые работы появились в начале 70-х годов прошлого века), так и сложностью самого феномена, не говоря уже о его понимании отдельными представителями женских исследований[105].
Для всех бытующих определений гендера базовым положением является различение понятий пол (sex) и гендер (gender), который также, кстати, переводится как «пол», но ежели только в шутливой форме, а обозначает «род» – мужской, женский, средний – в грамматическом смысле[106]. Пол – это термин, характеризующий различия мужчин и женщин с точки зрения генетики, которые в значительной степени предопределяют сложившиеся в обществе стереотипы, что объясняется эволюционной теорией пола[107]. То есть наличествуют определённые анатомо-биологические особенности людей (в основном – в репродуктивной системе), на основе которых люди определяются как мужчины или женщины. Пол следует употреблять только в отношении характеристик и поведения, которое вытекает непосредственно из биологических различий между мужчинами и женщинами[108].