- -
- 100%
- +
Глава 1.
Не так я планировал встретить своё тридцатилетие. Хотя просиживание последних денег в захудалом баре и можно назвать не самым худшим времяпрепровождением, предаваться пороку пьянства в одиночку было не так уж и весело.
Я как раз размышлял о сложившихся превратностях судьбы, когда рядом со мной сел этот странный тип. Предавался пороку я довольно неумело, так как отродясь не пил ничего, крепче кофе, и теперь являлся первооткрывателем в этой странной области. Но так вышло, что мои ноги сегодня сами повели меня именно сюда. Ноги, и кое-что ещё.
Причин, впрочем, набралось предостаточно. Работа, которой я посвятил несколько довольно непростых лет своей жизни, сегодня решила освободить себя от моего навязчивого в ней присутствия. И у моего начальства не нашлось ни грамма сожаления об утрате такого замечательного парня, как я, чтобы смягчить для меня этот довольно болезненный удар колена сзади.
Девушка, с которой мы встречались уже больше года, и последние пару месяцев жили вместе, узнав, что меня уволили с хорошей должности, закатила скандал и демонстративно ушла от меня в неизвестном направлении.
– Меня не интересуют неудачники, Марк! – заявила она, быстро собирая вещи, – Я давно хотела тебе это сказать, но всё время жалела тебя. Жалела и ждала, что ты, наконец, станешь кем-то. А теперь, с меня хватит.
И она ушла, даже не дав мне возможности хоть что-нибудь возразить, она действительно хорошо подготовилась к этому. Хорошенько покопавшись внутри себя, я так и не понял, а стоило ли. Жить с неудачником – это одно. А вот с больным неудачником – это уже из разряда жертв, которые мне совершенно не нужны.
Да, последнее время мне стало казаться, что я схожу с ума. Иногда я слышу кое-что, и это что-то мне совсем не нравится, даже несмотря на ненавязчивость, и некоторую деликатность в их тоне этих звуков.
Голоса в моей голове. И они предлагали мне нечто странное.
Нет, не убить кого-то. И даже не умереть самому, вот ещё! Такое я просто не смог бы, да и не стал бы выполнять.
А вот прийти в бар осенним вечером – это как раз то, в чём нет ничего предосудительного, если верить их словам.
– Я вас раньше тут не видел! – услужливо проговорил бармен и налил мне в стакан чего-то дико ядрёного, а затем добавил. – У вас отличная шляпа, сэр.
Ещё бы. Эта шляпа – моя гордость. В некотором роде, я с ней почти никогда не расстаюсь. Мне кажется, она приносит удачу. Впрочем, судя по последним событиям, запас её удачи, похоже, истощился. Хотя, может, и не совсем.
Та дамочка, что сидит в углу бара уже не первый раз на меня многозначительно поглядывает. Надо сказать, что бар – это довольно сильный комплимент для дыры, вроде этой. Но если голос предложил мне попробовать нечто новое именно здесь – кто я такой, что бы ему возражать?
А она красивая, даже очень. Подойти к такой у меня едва ли хватит духа, если только огненное пойло не поможет мне в этом сложном вопросе.
Но стоит ли пытаться? Я не уверен, что здоров, и едва ли имею право даже на мимолётный флирт, да и денег у меня осталось разве что на проезд до дома.
А если сюда приплести мою фантазию, то можно такого навоображать. Взять хоть этого добродушного толстяка за баром. Он тоже имеет какой-то интерес к моей персоне, и мне кажется, профессиональный интерес тут не на первом месте. А что, если эти двое того и ждут, чтобы я напился до чёртиков, чтобы ограбить меня, да швырнуть моё бедное тело в канаву, где будет пахнуть сырой землёй и плесенью? Почему нет? Чего только не бывает в нашем странном мире!
А теперь ещё этот тип, что плюхнулся рядом со мной, и заказал “стаканчик для храбрости”. Не нравится он мне – бандит, каких мало. Впрочем, если держать ухо востро, может и обойдётся. Это что, он сейчас мне подмигнул?
– Прошу прощения! – позвал меня приятный женский голос. – Могу я спросить ваше имя?
Я повернулся и, похоже, открыл свой рот от изумления. Передо мной стояла та самая девушка, взгляд которой я ловил несколько раз за вечер. Выглядела она сияющим цветком, что вырос сквозь плотный слой асфальта: коричневая кожаная курка закрывала хрупкие плечи. Белое узорчатое, но строгое платье подчёркивало отличную фигуру, а её глаза… они были пронзительного зелёного цвета. Милое личико обрамляли пышные чёрные волосы. Аккуратный носик и в меру пухлые губы – вот где таилась мечта любого мужчины. Тонкие смоляные брови на чуть удивлённом лице незнакомки словно бы завершали написанное полотно великого художника. Что вообще эта девушка делала в этом захудалом месте?!
Она многозначительно наклонила голову. Что-то внутри меня всколыхнулось. Как будто я уже её видел. Или слышал.
– Марк – представился я. – Марк Громов. А могу ли я узнать…
– Эй! – каркнул вдруг бармен и указал в сторону выхода. – Он что-то стащил у тебя, парень!
Я оглянулся и вдруг понял, о чём кричал толстяк. Моя шляпа пропала.
Проклятье!
Я бросился к двери, в прыжке опрокинув барный стул. Окружающее резко перестало меня интересовать. На короткий миг я увидел, как тот самый тип, с моей кожаной шляпой в руках, словно бы ухмыльнулся мне, а за тем тут же скрылся за дверью.
От возмущения я ускорился, на ходу вышибая дверь ногой. И плевать мне было на всё на свете, внутри меня бурлил огонь негодования и ярости. И было уже не так важно, что проклятый воришка был крепче меня. Если бы мне только удалось его догнать…
Однако бежал он довольно быстро для своих габаритов, я едва успевал за ним следом.
– Стой! – кричал я ему вслед, задыхаясь. – Верни чёртову шляпу! Идиот! Она ничего не стоит.
И хотя за мою шляпу можно было выручить немного денег, я говорил чистую правду. Эта шляпа была дорога только мне.
Но, разумеется, это ничего не поменяло – вор продолжал бежать вперёд.
Внезапно он свернул налево, и тут я позволил себе вяло улыбнуться и сбавить ход.
Я плохо знаю свой родной город, но то, что тот тип выбрал не самый удачный маршрут, чтобы скрыться – это я знал наверняка. Именно этот переулок заканчивался тупиком, где ни то, что убежать, скрыться-то было негде.
Внезапно мелькнула мысль: сейчас я заверну за угол, а там никого нет, как в лучших традициях некоторых фильмов.
А почему бы, собственно и нет? Я ведь с ума схожу, как-никак.
Под рёбрами сильно болело, и сердце предупреждало меня больше таких фокусов со своим кровообращением не проводить. Но на кону стояла моя удача, за это стоило побороться.
Я завернул за угол, готовясь к чему угодно. Но “что угодно” оказалось вовсе не тем, чего я допускал в своих мыслях.
У дальней стены стоял тот самый тип вороватой наружности, и задумчиво улыбался. В его протянутой руке лежала моя шляпа. Что-то было внутри неё, но мне было не разглядеть, что именно.
Конечно, это был очередной трюк, чтобы я подошёл поближе, а потом… а что потом?
Пробежка по почти безлюдным улицам могла окончиться намного раньше, если бы он хотел лишь помериться со мной силой, или попытаться убить меня. Но если он настолько труслив, что не был уверен в своей победе, то зачем же… вокруг всё равно кроме безмолвных стен, никого не было.
Я не спешил приближаться, прикидывая, как увернуться от его левой руки, если вдруг в той сверкнёт острие ножа.
– Возьми её, – тихо сказал вор. – Тут кое-что для тебя есть.
Он вытянул руку вперёд, и тут мне удалось разглядеть содержимое. Кажется, это было письмо. Оно лежало прямо в шляпе.
– Что за чёрт? – озвучил я свои мысли.
– Прочти его, – попросил тот. – И примешь решение.
Другой рукой он указал себе за спину, а затем направился ко мне походкой, безмятежности которой мог бы позавидовать практически каждый.
Разумеется, всё моё внимание было приковано к этому типу. Я приготовился к драке, попутно соображая, какие увечья для меня не будут столь существенны, а какие нанесут серьёзный удар по самооценке.
Но вдруг я заметил нечто, что заставило меня усомниться в реальности происходящего. Сначала я просто не поверил своим глазам. За спиной этого типа была дверь. Во мраке переулка она почти не бросалась в глаза, но теперь я вдруг увидел её, и просто остолбенел.
Что могла делать эта дверь в абсолютно глухой стене? В стене, обратная сторона которой совершенно нежилая? Она ведь не могла куда-то вести, эта дверь совершенно не имела смысла.
Тем временем, пока я размышлял над увиденным, здоровяк прошёл мимо меня, попутно вручив мне шляпу с письмом. Я заметил это лишь тогда, когда тот похлопал меня по плечу на прощанье.
– Стой! – опомнился я и обернулся.
Но сзади уже никого не было. Я с сомненьем посмотрел на ближайший поворот за угол. А мог ли он так быстро до него добежать?
– Ну и что, – с достоинством прокомментировал я случившиеся события. – Похоже, я действительно схожу с ума. А раз так, то – подумаешь! Тут и не такое увидишь.
Я обернулся назад, с лёгким подозрением, что и дверь, и стена окажется лишь миражом. Но этого не случилось – дверь всё ещё оставалась там, где я её видел в последний раз.
Оглядев шляпу, я послал несколько грубых проклятий в адрес воришки за то, что тот оставил на ней вмятины от своих мерзких пальцев. А заодно и за то, что мне пришлось так долго гнаться за ним вверх по улице. И, главным образом, за глупость. Ведь вручить чёртово письмо можно было и в баре.
Я надел свою шляпу. Холодный ветерок потрепал подол плаща, и я поёжился. Осень, недавно только наступившая, уже довольно отчётливо заявляла о своих намерениях.
Письмо в моих руках было запечатано. Жёлтая, приятная на ощупь бумага лежала у меня в руках, и я почувствовал, что слабый, но вполне ощутимый аромат исходит от конверта. Такого божественного сочетания трав, свежести, и чего-то возвышенного я никогда не встречал, а потому решил, что письмо ни за что не выкину, о чём бы оно не было.
Конверт был запечатан сургучом, на котором виднелся красивый орнамент не то пламени, не то ещё чего-то в том же духе.
Глупость какая! Я стоял в глухом тёмном переулке и разглядывал клочок бумаги. Неужели более достойных занятий для меня не нашлось?
Я вскрыл конверт и вынул письмо.
“Дорогой Марк!
Мои ребята прожужжали мне все уши насчёт твоей персоны. По крайней мере, пару раз точно. Они считают, что ты достоин лучшей жизни. По правде сказать, возможно, и я сам так считаю, ведь насколько я могу судить – ты именно тот, кто нам нужен.
А потому я позаботился, чтобы этот самый шанс у тебя был. Я хотел сделать тебе предложение, достойное твоей натуры намного раньше, но ты так упорствовал в восприятии получаемых знаков судьбы, что нам пришлось взять твою симпатичную мордашку и окунуть тебя в эти знаки по самую шею. Теперь, когда всё зависящее от нас было исполнено, только ты сможешь изменить свою судьбу. Дверь, за которой тебя ждёт новая жизнь – прямо перед тобой.
Войдя внутрь, ты всё ещё сможешь уйти обратно, но наш мир, в отличие от твоего, довольно жаден, и расстаётся с хорошими людьми не так охотно. Так что если ты вдруг окажешься распоследним гадом, то сможешь уйти практически когда угодно. Хотя если верить моим выводам относительно тебя, то ты не совсем уж и безнадёжен.
В любом случае, выбор за тобой.
Главный Инспектор Б.С.”
За инициалами виднелась размашистая подпись. Я таких вольностей на документах себе никогда не позволял. Вот что значит быть Главным Инспектором. Интересно только, Главным Инспектором чего? Никогда не встречал подобного герба.
Нет, всё-таки кто-то решил надо мной поиздеваться. Довольно необычно, со вкусом, я бы лучше и не придумал. Ударить сразу по больному – моей причастности к этому миру, чтобы потом от души посмеяться.
К чёрту, пора развеять все сомнения. Так ли это сложно? Я просто открою дверь, за которой ничего не окажется. Кто-то посмеётся, зато я быстрее окончу этот глупый спектакль в мою честь. Почему бы и не дать тайному злодею немного позлорадствовать за мой счёт? Подумаешь, с меня не убудет.
Я подошёл к двери, и остановился. Хорошая дверь, не дешёвая. Ручка тускло поблёскивала золотом. Нет, кто бы там не был этот мой тайный ненавистник – затея совершенно неразумная. Это ли не чудо, что ручка двери до сих пор была на месте, а саму дверь не расписали баллончиками с краской? Да одно дверное полотно могли уже несколько раз стащить. Глупость, а не розыгрыш.
Мне захотелось прикоснуться к ручке, и я положил на неё ладонь. Металл был холодным.
К дьяволу это всё, подумал я и повернул ручку. Потянув на себя, я распахнул дверь. Из дверного проёма на меня повеяло теплом.
Глава 2.
Вот оно, началось. Галлюцинации. По ту сторону двери я увидел парк, застеленный осенними дубовыми листьями совершенно разных цветов: от бледно-зелёного, до огненно-красного. Закат солнца сквозь тяжёлые тучи освещал скамейки, на одной из которых кто-то сидел, словно бы в ожидании поезда.
Не веря своим глазам, я протянул руку, чтобы дотронуться до стены, которая непременно должна была быть вместо привидевшейся мне картины.
– Сколько ещё мне тебя ждать? – раздался серьёзный мужской голос в моей голове, и я вдруг уловил внимательный взгляд того силуэта, что сидел на скамейке неподалёку.
Я вздрогнул, потому что услышал один из тех самых голосов, что предлагали мне посетить сегодня бар. Второй был женским.
– Могу помочь хорошим пинком сзади, если это так уж необходимо! – снова проговорил кто-то у меня в голове. – Только не заставляй меня ждать ещё больше!
Я хотел уже отпрянуть назад, но моя рука как раз прошла сквозь предполагаемую стену, и я с ужасом осознал, что меня что-то держит.
Мужчина встал со скамейки и не спеша направился ко мне.
Вдруг сильный рывок моей руки вперёд заставил небо и землю перевернуться вокруг меня несколько раз. Я вдруг упал на охапку рыжих листьев, а моя рука сообщала мне, что больше таких фокусов терпеть не намерена.
Я сел. Вокруг меня простирался парк. Могучие деревья устремлялись кронами в хмурое небо, а запах листьев был просто потрясающий. Незнакомец подошёл ко мне и некоторое время разглядывал меня, словно бы сомневаясь, что я действительно существую. Я решил выказать ему точно такую же манеру приветствия.
Наконец, он хмыкнул, и подал мне руку.
– Извини, Марк, – спокойно проговорил он мне. – Я знаю, что всё это не совсем походит на парад в честь твоего прибытия, но то, что тебя встречаю лично я – дорого стоит, уж поверь мне. Все эти ленточки и хлопушки давай отложим на потом, ладно?
–Я – это кто? – осведомился я, хватаясь за руку незнакомца. – И откуда вы знаете моё имя?
Я резко встал, отряхнулся и оглядел его.
– Я, – с достоинством произнёс он, – это Главный Инспектор по паранормальным явлениям, Бальдор Сторм. К твоим услугам.
Уже не молодой мужчина, как и я, был одет в дорогой кожаный плащ. На голове уютно пристроилась чёрная шляпа, а на ногах сидели тёплые ботинки. Лицо у него было суровым, однако, морщины вокруг рта и на лбу говорили о не однозначности моих предположений. Пышные усы Бальдора походили на две кисти для рисования, они были ухожены и опрятны. Брови двумя симметричными дугами неплохо гармонировали с аккуратно зачёсанными коричневыми волосами, виднеющимися из-под шляпы.
Взгляд серьёзных голубых глаз говорил о том, что его владелец, вероятно, знает обо мне намного больше, чем я мог себе представить. Тонкие губы Главного Инспектора немного улыбались.
Жёлтый кленовый лист упал рядом.
– Если ты закончил меня разглядывать, – прервал образовавшуюся паузу Главный Инспектор, – то позволь предложить тебе закрыть свой рот, и следовать за мной.
– Чего? – удивился я.
– Я боюсь, – ответил Бальдор, задирая голову, – что пока ты стоишь тут столбом, начнётся дождь. А я не любитель бродить по мокрым улицам без особой надобности.
Ладно, подумал я. Поиграем в эти игры, раз уж мой здравый рассудок решил покинуть меня таким экзотическим способом.
– Я готов! – пожав плечами, сообщил я.
– Тогда идём, – проговорил он. – У нас ещё очень много дел.
Главный Инспектор повернулся, и с достоинством зашагал по тропинке. Я направился следом, попутно сокрушаясь тому, как это меня угораздило скоропостижно сойти с ума.
Довольно быстро мы шли по живописному осеннему парку, я едва успевал крутить головой. Уж больно огромными мне казались деревья. Впрочем, если подумать, почему бы и нет?
– Долго же мы тебя ждали, Марк, – наконец, прервал молчание Бальдор. – Таких непонятливых как ты ещё поискать надо. Совсем по сторонам не смотришь! Знаки пропускаешь, как сито вода.
– Намёки ваши, – подхватил я, – что слону дробина. Надо было – так бы прямо и сообщили. А то знаки мне какие-то слали.
– Ты не мог меня не слышать, – ответил он, поворачивая на развилке, – Меня, и ещё один, более благозвучный голос.
Ах, вот оно что! Оказывается Главный Инспектор и к голосам в моей голове причастен! Очень складно получается, правдоподобно.
– Так это вы мешали мне спать! – нахмурился я. – Я такое не одобряю, особенно если дело касается моего сна.
– Виновен! – признал Главный Инспектор, демонстративно поднимая обе руки вверх. – Но к тому моменту, когда я стал тревожить тебя и по вечерам, мы совсем пали духом. Обещаю впредь делать так не слишком уж часто. Разве что для профилактики.
– Благодарю и на этом, – отозвался я. – А тот, второй голос. Он чей?
– Твоя любознательность похвальна, – ответил Главный Инспектор. – Но всему своё время.
Мы вышли к большим чёрным воротам. Причудливая кованая решётка парка была украшена орнаментами и гербами. У нас бы такое долго не простояло.
Сразу за широкой дорогой, не отделённой ни бордюром, ни разметкой, стояли три симпатичных дома, а у входа в главное здание стояло несколько не совсем понятных мне конструкций. Они лишь издалека, и очень в обобщённом виде могли быть причислены к семейству машин. Главным образом, потому, что имели вид огромных консервных банок на колёсах. Неподалёку были привязаны три чёрные лошади.
– Вот мы и пришли, – выдохнул Бальдор, указывая на тот дом, что был в центре.
Красное трёхэтажное здание было отделено небольшим серебряным забором, за которым росла трава и низенькие деревья. К главному входу вело несколько ступеней. Сверху громоздился навес, выполненный в форме декоративной арки. Когда мой взгляд скользнул по нему, что-то внутри меня передёрнулось.
Ничего не обычного не произошло. На арке красовалась табличка, на которой был изображён герб с надписью. Это был тот самый символ, что я видел на запечатанном конверте. Как я и предполагал, это было довольно схоже с пламенем.
– Добро пожаловать в Главное Управление по Паранормальным явлениям, – обратился ко мне Бальдор.
– Спасибо, – только и смог ответить я, но вскоре добавил. – А что, если это Главное Управление, то есть ещё и другие – не очень-то главные, так?
– От тебя ничего не утаишь, – выдохнул инспектор, одарив меня хмурым взглядом.
Мы вошли внутрь. Мне казалось, что такое большое и важное здание, как это, просто не могло пустовать. Внутри обязательно должны были сновать люди с бумагами, телефонными разговорами и важными поручениями. Но всё, что нас встретило внутри – пустой, но просторный зал для посетителей. По бокам громоздились лестницы с золотистыми коврами. Должно быть, очень хлопотно следить за чистотой этих ковров! Если этот Главный Инспектор предложит мне должность уборщика, то я его в этот ковёр замотаю с головой. Не для того я с ума сходил, чтобы в собственном бреду полы мыть! Бальдор вдруг хмыкнул, но ничего не сказал.
У входа справа пустовала регистрационная стойка. Книга на столе была открыта.
– Изабелла в отпуске, – словно бы прокомментировал пустоту вокруг Инспектор. – Мы пытаемся справляться без неё, как можем, конечно.
Он вытащил из кармана ручку, и сделал запись в книге.
– Пойдём, Громов, – проговорил он, направляясь вперёд. – Я тебе покажу наш кабинет.
“Кабинет, в котором мне предстоит мыть пол”, – дополнил его речь в своей голове я.
Из зала выходило несколько дверей, но мы направились к самой презентабельной – той, что была напротив входа.
Прежде, чем Бальдор отворил её, мне пришло в голову, что таких дверей я отродясь не встречал. Солидная, широкая, с позолоченной ручкой, она красноречиво говорила о тех, кто за ней скрывался. Углы двери были скруглены, что выглядело весьма эффектно. Кроме того, дверь была расписана причудливым образом. Кажется, краем глаза я уловил корабль на бушующих гребнях волн в переплетениях замысловатых узоров.
Дверь отворилась.
– Заходи уж! – сказал Главный Инспектор, и сделал жест рукой.
Я вошёл в просторную комнату. Сразу напротив входа виднелись три широких окна. Вдоль прохода стояло шесть рабочих столов с ящиками, и за каждым из них громоздились стеллажи с документами. На некоторых из них царил кромешный хаос, остальные же выглядели куда более презентабельно. На вид удобные и явно не дешёвые кресла стояли за каждым из столов.
Вдруг из-за дальнего стола словно бы выросла бледная женская фигура с копной чёрных длинных волос. В руке она сжимала ручку, её глаза бесчувственно смотрели на канцелярскую принадлежность. И не успел я испугаться, как услышал бесцветный голос появившегося призрака:
– Нашла.
Глава 3
– Элизабет! – позвал Главный Инспектор сидящую у окна женщину. – Познакомься с новобранцем! Тот самый, помнишь?
Бальдор направился к столу и чуть ли не волоком потащил меня за собой. Мне не хотелось приближаться к этому не волне нормальному существу, но сила инспектора, и его невозмутимость в этом вопросе заставили меня подойти ближе.
Она встала из-за стола и подошла к нам.
– О, – тень улыбки тронула бледное лицо женщины. – Очень приятно. Я – Элизабет. Для друзей просто Лиза. Для тебя – просто Элизабет.
– Меня зовут Марк, – ответил я, глядя в серые глаза этой странной женщины, и протягивая ей руку, – Марк Громов.
– Очень приятно, – безразлично ответила, она и пожала мою руку, – Так и быть, можешь звать меня Элиза.
Едва она прикоснулась ко мне, я вздрогнул. Её руки были холодные, словно у мертвеца. Одного взгляда на её ободранные ногти хватило, чтобы страх овладел мной в достаточной мере. Увидев моё замешательство, она вяло улыбнулась.
– Элизабет Рейн, – специалист по умертвиям, – нарушил мои мрачные мысли Бальдор. – Умеет общаться с ними, так сказать, но одном языке.
– Очень милое замечание, Главный Инспектор, я запомню его. – Элиза медленно повернула голову к инспектору и снова выдала мрачную пародию на улыбку. – Всё верно, я лишена не только основополагающей живости в характере, которая у некоторых существ скорее напоминает занозу в заднице, но и такой важной особенности, как ворчание по пустякам.
– Твоя правда! – вдруг обрадовался Главный Инспектор. – Могу я тебя попросить об одолжении, Лиза?
– Можете, – спокойно ответила она. – Но если вы снова попросите меня сыграть ожившего мертвеца на кладбище, я исполню свою клятву.
Она посмотрела на него настолько многозначительно, насколько могла.
Бальдор вдруг схватился за свои усы.
– Нет-нет, – запротестовал он. – Я хочу, что бы ты навестила Филиппа.
– А-а, это, – протянула она, и мне показалось, что в её голосе промелькнуло разочарование. – Алиса всё молчит?
– Я весь день пытаюсь наладить с ней контакт! – объяснил Бальдор, – Но кроме раздражения и бранных слов так ничего и не дождался!
– А чего ещё вы ждёте? – спросила Элиза и тут же добавила. – Хорошо, инспектор, я схожу.
И неспешно она направилась к выходу, захватив длинное чёрное пальто с крюка у входной двери.
– Элиза, – доверительно проговорил Бальдор, провожая уходящую фигуру взглядом, – не совсем живая.
– Что? – ошеломлённо спросил я и уставился на Главного Инспектора.
– Ну, знаешь, – ответил он, тщательно подбирая слова, – Если приглядеться к ней повнимательней, то можно обнаружить…
Он запнулся, но вскоре снова продолжил:
– Цвет её кожи может навести на некоторые мысли…
– Какие мысли? – машинально переспросил я.
– Мысли о том, – ответил Бальдор, – что она сама является умертвием.
Я пытался осмыслить сказанное, но это было не просто даже с учётом моего нынешнего ментального положения.
– Несколько лет назад один молодой некромант убил её, – продолжил Главный Инспектор. – Убил, чтобы тут же воскресить. И ему удалось это сделать, однако, в одном он всё же просчитался. Сила воли Лизы оказалась настолько крепкой, что после смерти некроманта, она не последовала вслед за ним в могилу, а смогла стать свободной.
– Невероятно, – только и смог проговорить я. – А этот некромант, он что, умер от старости?