Магия лжи

Дронго и его друг даже не подозревали, насколько верными окажутся их предположения и какие трагические события произойдут во время расследования этого необычного дела.

Вечером Эдгар перезвонил Пурлиеву и сообщил, что эксперт готов помочь необычному клиенту в его противостоянии с туркменскими властями. Пурлиев сдержанно поблагодарил, не выказав особой радости, но уточнил, когда именно приедут эксперты.

Утром следующего дня они отправились в Жуковку – один из самых элитарных поселков под Москвой. На строго охраняемую территорию их пропустили после того, как уточнили их фамилии и получили разрешение хозяев проехать на территорию. У дома Пурлиевых их встретил мужчина лет пятидесяти, с гладко выбритым черепом и мрачным лицом.

– Вас уже ждут, – сообщил он гостям, проводя их в дом, где в гостиной ждал сам Ягмыр Пурлиев. Он был одет в светлые брюки, темно-синюю рубашку и вельветовый пиджак голубого цвета.

Пурлиев энергично пожал руки гостям, приглашая их к уже накрытому столу.

– Что вы пьете? Коньяк, водку, вино? – уточнил он.

– Минеральную воду без газа, – попросил Дронго.

– И мне тоже, – повторил Вейдеманис.

Хозяин улыбнулся, но не стал возражать. Мужчины расселись за столом.

– У вас хорошая охрана, – заметил Дронго.

– Это не моя, – возразил Пурлиев, – они охраняют наш поселок.

– А кто нас встречал?

– Наш садовник. Бахром. Он работает у нас уже несколько лет.

– В доме есть еще кто-нибудь?

– Наша кухарка Полина Яковлевна, – ответил Пурлиев, – она тоже работает уже шесть или семь лет. И еще сюда иногда приезжает домработница. Один раз в неделю. Такая милая женщина. Тетя Клава. Хотя она, по-моему, моложе меня, но мы все называем ее тетей Клавой. Еще мой водитель, но он сейчас в городе. Женя Филубин. Больше никого нет.

– А где ваши супруга и дочь?

– Они сейчас у друзей. На соседней даче. Скоро должны приехать. У соседей породистая овчарка родила щенков, и они поехали отобрать одного щенка для нас. Хотя я всегда не любил собак, но ради дочери вынужден был согласиться. Это совсем недалеко, здесь минут десять езды. На Рублевке. Вы, наверное, слышали об этой семье. Заместитель министра финансов Колосков. У него уже третья супруга, моложе его на пятнадцать или двадцать лет. Но с Делером они подружились. Так зовут мою жену, – пояснил Пурлиев.

– Она не туркменка? – понял Дронго.

– Она узбечка по отцу и еврейка по матери. Такая интересная смесь, – усмехнулся Ягмыр, – хотя мать тоже не была чистой еврейкой. По еврейским понятиям, она считалась украинкой. У нее отец еврей, а мать украинка. Мать живет в Крыму. На нашей даче, – добавил он, – смотрит за садом в наше отсутствие. Между прочим, супруга Колоскова тоже полуукраинка-полуеврейка. Красивая женщина, хотя и не в моем вкусе. Никогда не любил блондинок. Мне всегда больше нравились брюнетки. Что ж, если от алкоголя вы отказываетесь, я предложу вам чай или кофе. Что именно вы предпочитаете?

– Мне зеленый чай, а моему напарнику кофе, – попросил Дронго.

Пурлиев поднялся и прошел на кухню. Они услышали голос хозяина дома, просившего кухарку приготовить им кофе. Затем Ягмыр вернулся в гостиную.

– Сейчас все сделает, – сказал он, усаживаясь на свое место. – Кухарка у нас просто замечательная. Золотые руки. Научилась готовить даже узбекский плов, который я очень люблю.

– Нужно позвонить вашей супруге, чтобы она поскорее вернулась домой, – предложил Дронго, – нам необходимо поговорить и с ней.

– Я позвоню. – Пурлиев достал телефон, набрал номер и быстро вышел из комнаты, закрывая за собой дверь. Через минуту он вернулся и сообщил: – Она скоро приедет. Только я не совсем понимаю, зачем вам нужна моя супруга. Речь идет о людях, которые следят за моей семьей. Нужно прежде всего обратить внимание на них. Может, они и сейчас стоят на повороте.

– Вы записали номера их машин?

– Конечно. Но машины бывают каждый раз разные. И, возможно, мы ошибаемся, хотя у меня есть список на три автомобиля, которые в разное время казались нам подозрительными.

– Мы все проверим, – кивнул Дронго. – А почему вы не нанимаете телохранителей? Я хотел спросить об этом еще вчера.

– Я не доверяю этим ребятам, – мрачно пояснил Пурлиев, – обычные костоломы, которые не умеют ни думать, ни размышлять. Только напрасная трата денег. Нанимать нужно суперпрофессионалов, а их сейчас не найти. Такие ребята работают в охране у очень крутых олигархов. А накачанные спортсмены – просто гора мускулов без мозгов. Любой опытный спецназовец легко справится с четырьмя-пятью такими «качками». Нет, они мне явно не помогут.

– У вас есть оружие? – неожиданно спросил Дронго.

– Есть, я получил официальное разрешение.

– Купили? – уточнил эксперт.

– Вам не кажется, что вы иногда позволяете себе задавать не слишком корректные вопросы? – не выдержал Пурлиев.

– Вы хотите, чтобы я вам помогал, – холодно напомнил Дронго, – значит, в какой-то степени был вашим доверенным лицом, как семейный врач или адвокат, и поэтому не должны обижаться на мои вопросы.

– Я не обижаюсь, я удивляюсь.

– И тем не менее вы не ответили на мой вопрос.

– У меня есть официальное разрешение на хранение оружия, – повторил, чуть повысив голос, Пурлиев, – по-моему, этого вполне достаточно.

Полина Яковлевна внесла поднос с чашками. Дронго получил зеленый чай, хозяин дома свежезаваренный черный с чабрецом, запах которого распространился по всей комнате, а Эдгару подали кофе.

– Спасибо, – поблагодарил Дронго и продолжил беседу: – Но на повороте никаких машин не было. Я специально обратил на это внимание.

– Значит, будут, – мрачно ответил Пурлиев, – может, они прячутся в роще и выезжают, когда появляются мои машины.

– Сколько у вас автомобилей? – спросил Вейдеманис.

– Четыре. На «Мерседесе» работает Женя, который возит нашу дочь в школу и забирает ее оттуда. Ну, и работает со мной. Кроме этого, у нас еще три машины. «БМВ» у меня, а у моей супруги «шестерка» «Ауди». Есть еще внедорожник «Ниссан Патрол», но он большую часть года стоит в гараже.

– Не самый скромный автопарк, – заметил Эдгар.

– Все машины далеко не новые, – словно оправдываясь, произнес Пурлиев, – хотя и в хорошем состоянии. Я всегда проверяю все свои машины и вовремя меняю масло и тормозные жидкости.

– Об этом лучше говорить налоговому инспектору и сотрудникам Госавтоинспекции, – слегка улыбнулся Дронго. – Дайте список машин, которые за вами следили. Постараюсь проверить через мои каналы.

– Конечно. – Пурлиев вытащил список и протянул его гостям. – Я уверен, что, по крайней мере, одна или две машины из этого списка абсолютно точно следили за нами. Я думал, что мне только показалось, когда ездил на своем «БМВ». Но мой водитель, Женя, тоже обнаружил слежку. Он даже проверил, попытавшись оторваться от преследователей, но они упрямо прицепились к нему.

– Профессионалы так не работают. Они сразу сворачивают наблюдение, если понимают, что их обнаружили, – напомнил Дронго.

– Это европейские профессионалы, – рассмеялся Пурлиев, – а за мной охотятся настырные туркменские профессионалы. Вы, видимо, не понимаете разницу. В первом случае важно остаться незамеченным, там уважают права человека и боятся судебных исков. Во втором случае важно подтвердить наблюдение. Демонстративно и показательно. Чтобы запугать, унизить, оскорбить, заставить опасаться и в конце концов отказаться от своей деятельности.

В этот момент в гостиную вошла молодая женщина. Мужчины поднялись. Высокого роста, с большим раскосыми черными глазами, скуластая, с копной черных волос. Впечатление не портил даже нос с небольшой горбинкой, который придавал ей особый шарм. Тонкие губы, внимательный строгий взгляд. Она была в очках, но, увидев гостей, быстро сняла их. Сочетание стольких кровей удачно перемешалось в этой женщине. Она не была модельной красавицей, но у нее было запоминающееся оригинальное лицо, которое невозможно забыть или игнорировать. Пурлиев несколько растерянно поднялся и посмотрел на часы. Он, видимо, не ожидал появления супруги так рано.

– Моя супруга Делером, – представил ее гостям Пурлиев.

– Здравствуйте, господа, – произнесла она достаточно низким голосом и села напротив своего мужа.

– Это эксперты, о которых я тебе говорил, – пояснил супруг.

– Очень приятно. Но мы ждали вас несколько позже, – заметила Делером.

– Эти господа приехали по моей просьбе, – быстро произнес Пурлиев.

– Я поняла, – кивнула Делером, – считаешь, что можно защититься таким образом.

– А ты, как всегда, недовольна, – мрачно заметил он.

– Я говорила тебе, что нужно искать причины всегда внутри себя, – спокойно парировала супруга.

– Мы обсудим попозже все твои предложения, – сдержанно предложил Пурлиев, – сейчас к нам приехали эксперты, которые могут нам помочь.

– Пусть помогают, – равнодушно согласилась Делером, – хотя я уверена, что нам ничего не угрожает. А насчет щенка – спасибо, это было так неожиданно с твоей стороны. Дочка очень рада.

– Мы потом поговорим, – чуть повысил голос Пурлиев. Было заметно, как он нервничает.

– Тогда зачем ты меня позвал, – спросила она, – если даже не разрешаешь мне говорить и сам не хочешь меня слушать.

Пурлиев покачал головой. Очевидно, он понимал, что Делером будет вести себя именно таким образом, поэтому прекратил обращаться к ней и повернулся к Дронго:

– У вас есть какие-нибудь вопросы к моей супруге?

– Она тоже видела автомобили, которые вас преследуют?

– Конечно, видела, – ответил за Делером супруг. Она сидела молча, не пытаясь ничего сказать.

– Мы проверим все номера машин, которые вы нам дали, – заверил хозяина эксперт.

– Ты прекрасно знаешь, кто именно организовал эту слежку, – вдруг заговорила Делером.

– Это только твое предположение. – Пурлиев начал краснеть. Было видно, что он не просто нервничает, а злится.

– Не только, – упрямо возразила супруга, – тебе все еще кажется, что ты и наша семья могут быть интересны Ашхабаду. А они давно тебя списали. Их уже не волнует, как ты здесь живешь, в отличие от Долгушкина, который являлся твоим компаньоном.

– Мы можем поговорить об этом после ухода гостей, – зло отрезал Пурлиев.

– Ты пригласил их только потому, что боишься преследования со стороны правоохранительных органов Туркмении, – напомнила Делером, – но я тебе все время говорю, что это работа Долгушкина, а ты не хочешь в это поверить.

– Извините, – вмешался Дронго, – я могу узнать, кто такой этот Долгушкин?

– Мой бывший компаньон по инвестиционной компании, – пояснил Пурлиев. – Мы начинали вместе, но потом он стал странно себя вести, требовать больше прибыли на том основании, что он резидент, а я иностранец. Даже после того, как я получил российское гражданство, он не сбавил темпа своих претензий, и нам пришлось расстаться. Он создал другую компанию, своего рода конкурент, которая иногда пыталась вставлять нам палки в колеса. Этот тип до сих пор считает, что может конкурировать с нами. Но это просто смешно…

– Вы выставили его из своего бизнеса? – уточнил Дронго.

– Опять не очень корректный вопрос, – усмехнулся Пурлиев, – но я вам отвечу. Есть люди, которые считают себя бизнесменами. Но деньги от них убегают. Вот таким был Митя Долгушкин. На каком-то этапе нашей жизни мы с ним сошлись и неплохо поработали, но потом я понял, что он не тот человек, с которым можно развивать большой бизнес. Он был мелковат, и как человек, и как бизнесмен. И поэтому мы расстались. Я не выставлял его из бизнеса, он сам себя выставил. А теперь иногда пытается конкурировать с нами, но у него ничего не получается.

– Он мог нанять частных детективов для слежки за вами?

Пурлиев посмотрел на супругу, понимая, что при ней будет сложно солгать, и нехотя выдавил:

– Мог, но я не думаю, что Долгушкин пошел на такие расходы. Три разные машины, много людей. У него нет таких денег, чтобы позволить себе подобные расходы.

– В последнее время он раскрутился… – заметила Делером.

– Помолчи, – гневно прервал ее муж, – эксперты сами разберутся, не нужно им подсказывать. Для этого я их и пригласил.

– Ты считаешь, что все наши проблемы можно решить таким образом? – не скрывая злого сарказма, спросила Делером.

– Мы пытаемся решить наши проблемы, – явно сдерживаясь, пояснил Пурлиев, – и не нужно больше ничего говорить.

Она прикусила нижнюю губу, но промолчала.

– Вы тоже замечали чужие автомобили, которые следят за вами? – спросил Дронго, обращаясь к хозяйке дома.

– Разумеется, замечала. Иногда следили достаточно откровенно и нагло. Даже не скрываясь. Это раздражает. Очень сильно.

– А ваша дочь? Они следили за ее школой? Она не говорила вам об этом?

– Кажется, нет, не думаю. Иначе бы знала. Нет, по-моему, нет.

– Может, она просто не замечала, – вставил Пурлиев.

– Не думаю, – упрямо повторила Делером, – она бы обязательно заметила. Бибигуль очень наблюдательная девочка. Но у школы никого не было. Иначе чужие машины обязательно бы заметили, и не только наша дочь, но и охранники в лицее, где она учится. Ее школу переименовали в лицей еще три года назад, и там повсюду установлены камеры. Чужая машина не смогла бы там появиться.

– Мы проверим все автомобили, которые вас преследовали, – пообещал Дронго и спросил: – У вас есть личные враги?

– Нет, – быстро ответил Пурлиев, явно пытаясь опередить свою супругу.

Но та все-таки ответила:

– Нам вполне хватает друг друга, иногда чужие даже не нужны.

Пурлиев сжал зубы. Этот ответ ему вообще не понравился. Но он не решился продолжать спорить с женой в присутствии посторонних.

– А где ваша дочь? – уточнил Дронго.

– Она осталась на даче у Колосковых, – ответила Делером, – я вернулась в автомобиле их водителя. Позвонила Бахрому, чтобы дать указания, а он сообщил о приезде гостей.

– Это я попросил Бахрома сообщить тебе о приезде гостей, – быстро сказал Пурлиев, – я не мог до тебя дозвониться.

– Странно, – удивилась она, – у меня телефон лежал рядом со мной, на столике, и я ни с кем не разговаривала.

– Так часто бывает на дачах за городом, – попытался улыбнуться Пурлиев.

И в этот момент раздался женский крик. Все четверо прислушались. Кричала Полина Яковлевна откуда-то из кухни. Мужчины бросились туда, а Делером побледнела, вцепившись руками в стол. Было заметно, как она испугалась.