Шпионы, не вернувшиеся с холода

ЗА ДВАДЦАТЬ ДНЕЙ ДО НАЧАЛА СОБЫТИЙ. ЛОНДОН

Альтафини позвонил ему, как только вышла серия статей о бывших сотрудниках КГБ. Она вызвала в Италии большой ажиотаж, и газета увеличила свой тираж почти на десять процентов, что, по меркам любого крупного издания, было очень хорошим показателем. Именно поэтому Марчелло Альтафини пригласил своего нового знакомого в ресторан на Пиккадилли, чтобы отпраздновать совместный успех.

В этот ливанский ресторан «Фахреддин» Витовченко приезжал несколько лет назад. Тогда ресторан считался одним из лучших в городе. На первом этаже находился итальянский ресторан, а крутая лестница вела на второй этаж, где располагался «Фахреддин». Но с тех пор прошло несколько лет. Цены выросли почти в два раза. Исчезла роскошная обстановка арабского ресторана. Появились обычные столы и стулья, а среди официанток были в основном девушки из Восточной Европы, которые лениво передвигались по залу, не спеша обслуживая немногочисленных клиентов. Не в лучшую сторону изменилась и кухня.

Альтафини было сорок шесть лет. Это был полноватый мужчина с зачесанными назад темными волосами. Крупный нос, живые глаза, пухлые губы. На щеке сияла большая темная бородавка. Он был одним из тех «разгребателей грязи», которые есть почти в каждом крупном европейском издании. Одним из тех журналистов, которые работают с непроверенными материалами, предпочитая сенсационность объективности. Его статьи о бывших сотрудниках КГБ, якобы наводнивших Апеннинский полуостров, вызвали огромный резонанс в Италии. С одной стороны, там было много непроверенных слухов, грязных намеков и беспочвенных обвинений, а с другой – он привел несколько реальных фактов и этим придал своей серии статей некий налет объективности.

– Вы читали сообщения в английских газетах о ваших статьях? – поинтересовался Витовченко. – Они считают, что вы использовали не совсем проверенные сведения.

– Зависть моих коллег, – развел руками Альтафини. Он часто жестикулировал руками и его дорогие запонки сразу бросались в глаза. Витовченко даже полагал, что Альтафини делает это нарочно.

– У меня был такой опытный консультант, как вы, – улыбнулся Альтафини, поднимая бокал. – Ваше здоровье, господин Витовченко.

– Спасибо. Ваше здоровье. А почему вы назвали турецкого террориста, стрелявшего в папу римского, советским агентом? Он мог быть, скорее, болгарским агентом.

– Какая разница? – отмахнулся Альтафини. – Это большая политика. Болгария сейчас вступает в Евросоюз, ее считают оплотом европейской демократии в Восточной Европе, а я вылезаю со своими рассуждениями о том, как их бывшая разведка хотела убить Иоанна Павла Второго. По-моему, легче сразу написать, что Агджа был подготовлен советской разведкой. Сейчас русские спецслужбы снова становятся новым пугалом в Европе. И это очень благодатная тема, мистер Витовченко. Русских снова начинают бояться. До девяносто первого все считали, что ваши танки могут за несколько дней оказаться в Париже и Риме. Потом вы развалили свое государство. Сначала вас все жалели. Даже сочувствовали. Когда ваш Ельцин залез на танк и объявил, что заговорщики не пройдут. Потом у вас были сложности с продуктами и деньгами. Вас немного опасались, но уже не боялись. А потом, в девяносто четвертом, вы вывели свои войска из Германии. Ваш Ельцин тогда так удачно «дирижировал» этим выводом. Над вами начали потешаться, вы казались уже не опасными, но жалкими и ничтожными. Потом вы начали просить денег, у вас были еще большие сложности, и всем казалось, что Россия уже исчезла с карты мира как самостоятельный политический игрок. Особенно при вашем тогдашнем министре иностранных дел Козыреве. Он готов был подписаться под любым заявлением американцев.

Альтафини выпил немного вина и продолжал:

– Потом у вас наступила относительная политическая, стабильность и вы сразу ввели свой «валютный коридор». Шесть рублей за доллар. Почти как французские франки. В девяносто седьмом по всей Италии и Франции были только ваши туристы. Мы вас уже не боялись. Вы начинали нас раздражать.

Официантка принесла салаты.

– Потом у вас случился дефолт, и всем казалось, что ваша страна просто обречена на беспорядки и хаос. Но вы опять всех удивили. Сумели вылезти из такой невероятной ситуации. Тогда наши аналитики спорили, когда в Москве начнутся вооруженные столкновения. И опять все ошиблись. Вы сумели сделать невозможное. А потом к власти пришел другой президент. И начала меняться конъюнктура рынка. Вы снова начали набирать прежнюю мощь. Укрепили свою политическую систему и стали экономически развиваться. Через несколько лет изумленная Европы вдруг обнаружила, что вы опять появились рядом с нами. Сильные, мощные, по-прежнему очень опасные. И еще вдобавок очень богатые. Я не имею в виду деньги. Я говорю о настоящем богатстве – о природных ресурсах. Нефть, газ, лес, вода, золото. Такое ощущение, что Бог решил все дать именно вашей стране. И мы снова вас боимся, понимая, что ваши ракеты имеют солидную финансовую подушку, которая помогает им удерживать «равновесие». Вот такая политическая история, господин Витовченко.

– Вы неплохо разбираетесь в событиях последних пятнадцати лет в России и в мире, – заметил Витовченко, – только вы не говорите о том, что политический режим в Москве стал совсем другим.

– Это как раз и беспокоит всех европейских либералов, – сообщил Альтафини. – Я хотел сказать вам об этом. Развал Югославии привел к многочисленным войнам, когда все воевали против всех. А развал Советского Союза обошелся малой кровью, зато ваши ракеты были перебазированы из других республик в Россию. И стали важной составляющей вашей угрозы. Я уже не говорю об обычных вооружениях, которые расползались по всему миру. Вы же наверняка слышали, как некоторые бывшие советские республики продавали оружие Ираку, Сирии, Ирану и Афганистану.

– Я об этом знаю, – угрюмо кивнул Витовченко. – Зачем вы мне все это рассказываете?

– Мне сделали очень интересное предложение, – немного понизил голос итальянский журналист. – Они знают, что меня интересуют подобные вопросы, и предложили мне выступить посредником в покупке «красной ртути». Можете себе представить? Особый материал, который они используют для своего ядерного оружия. Для зарядов малой мощности.

– Это слухи, – недовольно заявил Витовченко, – никакой «красной ртути» в природе не существует.

– Тогда предлагаю полететь вместе со мной и убедиться на месте. Если такое вещество появится у меня, то это будет настоящая мировая сенсация.

– Вам ее никто не продаст.

– Давайте пари, – предложил Альтафини, – сделка состоится через неделю. Или дней через десять. Я лично доставлю вам эту «красную ртуть».

– Кто вам ее предложил?

– Конечно, посредники. Они вышли на меня и предложили мне купить часть этого вещества. Можете себе представить? Они просят полтора миллиона долларов. Но у меня пока нет подобных денег. И моя редакция не собирается рисковать такой суммой. Но я думаю, деньги мы все равно найдем.

– Подождите, – вдруг сказал Витовченко, – вам нужны деньги, чтобы купить эту «красную ртуть»? – Он вдруг понял, в какую сенсацию можно будет вложить деньги. Если они приобретут это таинственное вещество, продать его можно будет в пять, в десять раз дороже, сделав на этом целое состояние.

– Я найду деньги, – неожиданно сказал он.

– Что? – чуть не подавился Альтафини.

– Я найду деньги, – уверенно заявил Витовченко, – только вы дайте слово, что больше ни с кем не будете работать. Договорились?

– Вы найдете полтора миллиона долларов? – Альтафини отодвинул от себя тарелку с едой. – Вы шутите или говорите серьезно?

Мистер Ланьель говорил, что вы нуждаетесь в деньгах, и поэтому я согласился выплатить вам этот гонорар. А теперь вы говорите о полутора миллионах долларов.

– Мистер Ланьель идиот, – убежденно ответил раздраженный Витовченко, – а я говорю то, что знаю. Завтра утром мы с вами встретимся еще раз, и я назову вам точные сроки получения денег. Когда вы сможете дать мне образцы для проверки?

– Раньше чем через неделю у меня не получится, – признался Альтафини. – Но откуда вы возьмете деньги?

– Будем считать, что я их уже нашел, – ответил Витовченко.

Он уже начал хладнокровно просчитывать ситуацию. Через два часа он сидел в большой квартире Жуковского. Тот принял его с недовольным видом, давая понять, что нежданный посетитель отвлек его от важных дел. Жуковский даже не садился. Он стоял перед усевшимся на стул Витовченко, всем своим видом показывая, что готов потратить на этого гостя не более нескольких минут.

– Извините, что я решил вас побеспокоить, Глеб Моисеевич, – начал Витовченко, – но у меня к вам исключительно важное дело.

– Какое дело? – недовольно спросил Жуковский. – Опять понадобились деньги? Или снова приехал кто-то из ваших бывших борцов с тоталитарным режимом? Вам не кажется, что я и так слишком много и часто переплачиваю вашим знакомым и лично вам?

– Это другой случай, – решительно заявил Витовченко. – Дело в том, что я сегодня встречался с итальянским журналистом. Вы его помните, я о нем вам говорил. Марчелло Альтафини. Он готовил серию статей о бывших сотрудниках КГБ в Италии.

– Помню, – равнодушно кивнул Жуковский. – Такой болтун и никчемный журналист. Глупые статьи, ничтожные выводы. Он вам платил какие-то деньги за консультации. Зачем вы с ним встречаетесь? Самодовольный тип, который ничего не знает и не понимает.

– Он сообщил мне сегодня, что ему предложили «красную ртуть», – чуть повышая голос, сказал Витовченко, – и, судя по его словам, это очень надежный партнер, которого он давно знает.

– Не говорите глупостей, – отмахнулся Жуковский, – ее не существует в природе.

– В таком случае вы ничего не теряете. – Витовченко взглянул на продолжавшего стоять хозяина квартиры. – Но если он прав~

Жуковский нахмурился. Он обладал уникальной способностью мгновенно оценивать риски, принимать быстрые решения и соглашаться на невероятные авантюры. Он прошел к дивану и сел, закинув ногу на ногу.

– Интересно, – сказал он, глядя на своего собеседника, – неужели вы полагаете, что она все-таки существует? В Москве все время говорят, что такой компонент просто невозможен.

– И вы верите Москве?

– Я верю своим глазам, – резко ответил Жуковский. – Но, во всяком случае, это интересное предложение. И хотя Альтафини наверняка проходимец, я думаю, что мы можем проверить товар, прежде чем за него заплатить. Сколько он хочет? Надеюсь, не тысячу долларов, иначе сразу будет ясно, что это глупость.

– Полтора миллиона. – Ему очень хотелось сказать два, но он знал, что Жуковский обязательно все проверит и не заплатит ни одного лишнего пенса.

– Солидная сумма, – кивнул Глеб Моисеевич. – Полтора миллиона долларов или фунтов?

– Долларов.

– Все равно солидно. Когда должна состояться сделка?

– Через две или три недели.

– Очень интересно. Но нужно его предупредить, что мы не станем покупать «кота в мешке». Сначала мы все проверим. И проверим достаточно тщательно. А уже потом будет говорить о деньгах и покупке.

– Я ему так и сказал.

– Хорошо. – Жуковский поднялся, и Витовченко вскочил следом за ним.

– Будем считать, что мы предварительно договорились, – подвел некоторые итоги Жуковский. – И учтите, что это очень серьезно. Если нас хотят кинуть или обмануть, то заранее предупредите, что у них ничего не выйдет. Я потребую очень тщательной проверки. А сейчас до свидания. У меня еще две важные встречи.

– Конечно. До свидания. – Витовченко повернулся. Затем остановился, неловко переминаясь с ноги на ногу.

– Извините, – не очень решительно произнес он, – может, вы дадите мне денег в счета аванса будущего месяца?

– Ни одной копейки, – твердо заявил Жуковский, – по-моему, вы получаете достаточно.

– Только как аванс, – снова повторил Витовченко.

– Никаких авансов, – категорически возразил Жуковский, – но я могу вам пообещать хорошие премиальные, если мы сумеем провести эту сделку с Альтафини. Хотя предупреждаю вас, что я ему не доверяю. Вас ведь познакомил с ним этот проходимец Ланьель, а он готов на все ради денег. На любую пакость.

«Сволочь, – подумал Витовченко, выходя из комнаты, – лучше бы дал денег, чем морализировать на тему моих связей».

ЗА ДВАДЦАТЬ ДНЕЙ ДО НАЧАЛА СОБЫТИЙ. ВАШИНГТОН

Специальный агент Ричард Кинг работал в паре со своим напарником Джеймсом Крейгом уже больше пяти лет. Они идеально дополняли друг друга, и их справедливо считали лучшими среди остальных. На счету обоих специальных агентов было много успешно проведенных операций. Счет их побед был достаточно внушительным. Темнокожий афро-американец Кинг и высокий, подтянутый, седовласый Крейг появились там, где остальные сотрудники уже не могли добиться успеха. Но оба помнили и о своем провале в Испании, когда «ликвидатор», которого они долго вычисляли, сумел обмануть всех и погиб при не совсем выясненных обстоятельствах. Экспертиза показала, что он был ранен, но вполне мог выжить. Однако его сбила машина, в которой находились два прикрепленных к нему «наблюдателя». Очевидно, они посчитали его безнадежным и решили таким образом предотвратить любую утечку информации.

В этот день Крейг получил донесение из посольства США в Москве и пригласил к себе Кинга, чтобы обсудить с ним сложившуюся ситуацию.

– Наш агент в организации уверяет, что русские знают о его существовании, – огорчил с порога своего коллегу Крейг. – Он считает, что они начали проверку с целью выявления «крота» в своих рядах.

– Значит, и у нас есть их информатор, – резонно заключил Кинг, усаживаясь напротив. – Нам тоже придется проводить тщательную проверку.

– Я бы удивился, если бы это было не так, – в сердцах заметил Крейг. – Но я думаю, что не все так просто. У нас нигде не проходит название организации «Щит и меч». Вместо этого мы указываем, что это компания по производству запасных деталей к автомобилям. Мы еще в прошлом году ввели строжайший запрет на любое упоминание организации. Значит, утечка произошла не здесь. Нужно позвонить в Мадрид, пусть начнут свою проверку. Я уверен, что сведения в Москву поступали именно оттуда. Очевидно, кто-то из сотрудников испанской полиции и испанской службы безопасности работает на Москву. Он и сообщил о нашем интересе к этому делу. И указал название организации. Будем рассуждать последовательно. Очевидно, это сообщение попало либо в Службу внешней разведки России, либо в Главное разведывательное управление Генштаба. И кто-то из сотрудников организации, осведомленный о нашем интересе, сразу передал эти сведения своему руководству в этой «компании». Только в таком случае они могли обо всем узнать. И если в донесениях испанцев организация была названа своим именем, а я не сомневаюсь, что все так и было, тогда русские могли узнать о том, что нам известно. И начать немедленный поиск «крота».

– В таком случае, человек, который передал эти сведения, нарушил служебную тайну. Он не имел права передавать подобные сведения в свою организацию, – сказал Кинг.

– Я не думаю, что они считают это слишком большим нарушением. В конце концов, организация, состоящая в основном из ветеранов советских спецслужб, была создана с целью лучшей защиты российских интересов за рубежом. Они считают, что осуществляют благородную миссию: выявляют бывших предателей и расправляются с ними на благо своей страны. Мне не очень удобно напоминать вам, но и в нашей собственной истории была подобная организация. Когда южане проиграли Гражданскую войну и в их городах появились победители-янки, почти во всех южных штатах возник Ку-клукс-клан, организация бывших ветеранов южных армий, не смирившихся с поражением. И мы помним, как они действовали.

– Я не думаю, что это удачное сравнение, – нахмурился Кинг, – мы ведь выходцы с юга. Эти расисты терроризировали нас в течение ста лет, пока не появился Мартин Лютер Кинг. Вы даже не можете себе представить, как сложно было темнокожему парню оказаться в обычном автобусе еще в шестидесятые годы прошлого века. Мне об этом рассказывал отец. Нам было даже запрещено ходить с белыми в одни школы или университеты. Они так и не смирились со своим поражением в Гражданской войне.

– Организация «Щит и меч» как раз и состоит из ветеранов, которые тоже не смирились с поражением Советского Союза в холодной войне, – напомнил Крейг. – Мы еще даже не до конца понимаем, какую блестящую победу одержали в этой войне, разгромив не просто самого сильного соперника, который когда-либо мог появиться у нашей страны. Мы разбили целую систему, уничтожили противостоящий нам военный блок стран Варшавского договора, заставили их поверить в наши ценности и принять наши идеалы. Я уже не говорю про Советский Союз, который просто оказался разорванным на куски. И теперь наши самолеты и танки стоят в нескольких километрах от символа их революции, бывшего Ленинграда. Как вы думаете, им очень нравится такое положение дел?

– Вы как-будто их оправдываете.

– Я пытаюсь понять логику их поступков. Они считают, что все проиграли и все потеряли. Поэтому они создают подобные организации, чтобы защищать свои интересы. Я не сомневаюсь, что создают их при молчаливом попустительстве официальных властей, как было и в нашей стране, когда руководство южных штатов прекрасно знало о деятельности куклуксклановцев на своих территориях. Все повторяется, только в ином виде. После разгрома немцев во Второй мировой войне в Германии начали появляться реваншистские организации. Так было всегда и так будет. А теперь представьте, что бы мы с вами делали, если бы ситуация поменялась на противоположную. Представьте себе, что Канада и Мексика объявили, что собираются строить коммунизм и входят в систему стран Варшавского договора. А наша собственная страна распалась бы на штаты, некоторые из которых тоже вошли бы в противоположный блок. Например, Пенсильвания или Массачусетс. Можете себе представить? Как бы мы с вами реагировали на подобные изменения? И куда бы пошли? Я думаю, мы бы тоже создали подобную организацию, которая начала бы свою деятельность с удвоенной энергией. То, что не могла бы сделать официальная власть, способна сделать подобная организация.

– Похоже, вы считаете их патриотами?

– Так и есть. Это люди, не смирившиеся с итогами холодной войны. И с распадом собственной страны. Поэтому они не просто исполнители, а настоящие фанатики, истово верящие в свои цели и неплохо подготовленные ветераны спецслужб. Поэтому всякие рассуждения о том, почему мы не можем взять никого из них живьем, лишены всякого здравого смысла. Эти люди служат во имя высокой идеи. Их можно ненавидеть, но нельзя не уважать.

– Что делать с нашим агентом? Его не могут взять на сеансах связи с представителями нашего посольства?

– Нет. Они даже не знают друг друга. Агент Леонид был завербован еще в прошлом году, когда на него вышли через нашего представителя в Эстонии. Никаких связей с нашим посольством у агента, внедренного в организацию, нет. Только опосредованная связь. Он отправляет обычные сообщения по мобильному телефону своим знакомым и получает ответы тем же образом. Только на мобильный телефон. Проверить миллионы безобидных сообщений просто нереально. К тому же этот телефон агенту выдали еще в прошлом году, и он зарегистрирован на другое лицо.

– У агента есть запасной вариант связи?

– Конечно. Но в нашем посольстве о нем никто не знает. Даже наш резидент в Москве. Никто. Поэтому любая утечка информации с нашей стороны абсолютно исключена.

– Остается надеяться, что они его не смогу вычислить.

– Во всяком случае мы ему должны немного помочь, – улыбнулся Крейг. – Я уже говорил с аналитическим отделом. Подготовим специальную операцию по прикрытию нашего агента. И сделаем так, чтобы об организации наконец узнали журналисты. Но мы же не можем собрать пресс-конференцию и объявить, что у русских есть подобные тайные общества, которые занимаются истреблением бывших перебежчиков. Поэтому мы проведем операцию совместно с нашим английскими коллегами. Тем более что русские собираются совершить свою самую большую ошибку. Они запланировали ликвидацию полковника Гордиевского, бывшего резидента их внешней разведки в Лондоне. Можете себе представить, что именно произойдет? Он был самым известным агентом из тех, кто перешел на нашу сторону. Мы даже удивлялись, почему его столько лет не трогали «ликвидаторы» из России. Потом английские коллеги объяснили нам, что он готовил встречу бывшего президента Михаила Горбачева с бывшим премьером Маргарет Тэтчер. Ликвидация Гордиевского могла вызвать невероятный скандал и выставить советскую и российскую разведки в очень неприглядном виде. Но сейчас прошло уже много лет. Гордиевский официально появляется на приемах и в посольствах. Он дает интервью, стал публичным человеком, пишет книги о своем бывшем ведомстве. И лучшей кандидатуры, чтобы высветить деятельность организации, у нас просто никогда не будет. Агент Леонид передал нам сообщение, что русские решили убрать Гордиевского. Тем лучше. Остается сделать так, чтобы русские проглотили нашу наживку. Пусть они действуют, ведь это их собственный план. И тогда мы нанесем ответный удар, опубликовав все материалы по организации.